Кто я?..

– Да чё мы его боимся, – раздался голос из толпы. – Нас много, а он один. Доходягу рядом с ним я не беру в расчёт.

Я увидел того, кто это сказал. Сон Паныль. Стоял возле третьей парты, сложив руки на груди. В его глазах не было страха передо мной. Только наглая ухмылка.

– Первый, – начал отсчёт Джинхо.

Я медленно подошёл к нему. Он не двинулся. Смотрел на меня с вызовом, слишком самоуверенно. Он не понимал, что его ждёт.

Я искал раскаяние в его глазах. Хотя бы тень сожаления. Хотя бы понимание того, что он сделал.

И не увидел ничего.

– Чё уставился, фр… – Он не успел закончить.

Я ударил его под дых. Палка вошла в мягкий живот, он согнулся, выдохнув весь воздух разом. Затем, ударил палкой по спине – он упал на пол. Два раза я пнул его по лицу. Пошла кровь. Попало мне на кроссовки.

– Кто ещё был с ним? – Спросил я.

Тишина.

– КТО? – Уже прокричал.

Чьи-то пальцы вцепились в мою руку. Я не глядя направил удар палкой назад. Услышал сдавленный стон. Обернулся. Томин стоял на коленях, держась за бок. Его лицо побледнело, губы сжались в тонкую линию. Он смотрел на меня так, будто видел впервые.

– Вот же идиот! – Выругался Джинхо.

У меня что-то щёлкнуло в голове. Я отбросил палку. Она покатилась по полу. Я подбежал к нему, опустился рядом.

– Томин… Я… Я не хотел…

– Да что с тобой творится, Минхо? – Он с трудом выговаривал слова. Было видно – ему больно. Очень больно. – Посмотри вокруг…

Я поднял голову.

Сон Паныль лежал на полу, закрывая лицо руками. Между пальцев сочилась кровь. Мастер сидел у стены, прижимая ладонь к носу. Исон всхлипывал, уткнувшись в плечо медика. Остальные жались по углам, стараясь не смотреть на меня. В один момент, глядя на них, я поймал себя на мысли: «Рина была права… Как куски протухшего мяса…».

– Я не узнаю тебя, – сказал Томин. – Кто ты?

Я замер. Снова этот вопрос. Кто я? Спустя столько лет.

Кто я?

Пятилетний мальчик, который впервые понял, что система всегда будет против него. Ребёнок, смотревший, как уходит отец. Как забирают его преданного пса – единственное существо, которое любило его без условий.

Я встал. Подошёл к двери и остановился на пороге. За моей спиной кто-то шептался. Кто-то пытался поднять Сон Паныля с пола. Я не оглядывался.

– Минхо… – Позвал Томин. Его голос был тихим, почти умоляющим.

Я шагнул за порог. В коридоре было пусто. Я направился к выходу.

Внутри была пустота. И в этой пустоте, как эхо, всё ещё звучал вопрос: «Кто я?»

***

Я перестал появляться в Академии после этого случая.

Первую неделю думал, начнут звонить мастера. Или ко мне придут Охотники по поводу нападения. Я перебирал в голове их возможные вопросы, репетировал, что буду отвечать. Готовился к худшему.

Но ничего не происходило.

Только Томин пытался связаться со мной. Он писал, звонил. Я видел уведомления на экране, читал первые слова сообщений и убирал телефон в сторону. Не мог найти в себе силы, чтобы ответить.

«Всего лишь хотел защитить его».

Я повторял это про себя снова и снова. Я хотел защитить. Я хотел наказать тех, кто посмел тронуть единственного человека, который не отвернулся от меня. Но я был так ослеплён собственной злобой, что не заметил, как ранил его.

– Ты не виноват, – сказал Джинхо.

Я не ответил.

– Он сам подошёл сзади. Сам схватил тебя за руку. Ты не обязан отвечать за его глупость.

– Он хотел остановить меня…

– Это не твоя проблема.

– Я ударил его…

– Случайно. В бою некогда разбираться. Ты действовал правильно.

– Это был не бой, а расправа.

Джинхо замолчал. Я чувствовал его недовольство, его раздражение моим упрямством. Но он не стал спорить дальше. Просто затих, оставив меня наедине с мыслями, которые я не хотел додумывать до конца.

Всё случилось из-за него.

Потому что я слушал Джинхо. Потому что действовал по его указке, подчинялся его командам. Но так не должно было быть. Это он сидит у меня в голове, а не наоборот. Тогда почему я поддаюсь его манипуляциям?

Хороший вопрос…

Потому что часть меня согласна с ним. В этом мире люди понимают только язык силы. Но когда-то была и другая часть. Та, что помогала бороться с ненавистью к миру.

Она давно затихла…

Она поняла, что проиграла в битве за мой разум, и замолчала. Просто перестала тратить силы на борьбу, которую не могла выиграть.

Вторую неделю Томин начал приходить каждый день.

Он без конца стучался в дверь, а я сидел на кровати, не собираясь даже подходить.

– Минхо, – звал он меня.

Я не отвечал.

Томин стоял под дверью минуту, две. Потом садился на пол. Иногда он что-то рассказывал. Про пары, про мастера, который опаздывал. Про свою брюнетку – он так и не назвал её имени. Про погоду, про новости, про еду в столовой. Он разговаривал через дверь, как будто это было нормально.

Через полчаса он уходил. На следующий день – снова.

Я хорошо держался.

На четвёртый день я поймал себя на том, что прислушиваюсь к шагам на лестнице. Жду. На пятый день я стоял рядом с дверью. Слушал его голос. Он устал, но всё ещё пытался шутить.

– … а мастер говорит: «Это вы должны были подготовить отчёт, а не я». Ну и кто из нас мастер, а?

Я прижался лбом к стене рядом с дверью.

– Открой, – сказал Джинхо.

– Нет.

– Чего ты боишься?

– Себя.

На седьмой день я сдался и открыл дверь. Томин сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Увидев меня, он просто поднял голову и посмотрел. Под глазами залегли тени. Волосы торчали в разные стороны – будто он спал здесь.

– О, так ты жив, – сказал он. – Хорошо. – В его голосе была ирония. Я молчал, стоя в дверном проёме.

– Сейчас я скажу, что хотел, – продолжил Томин. – И только потом ты откроешь рот, понял?

Я кивнул.

Он встал, отряхнул джинсы. Зашёл в квартиру. Я не остановил его. Он прошёл в комнату, сел на стул. Я прошёл за ним.

– Во-первых, – начал он, загибая палец, – ты не виноват в том, что мне прилетело. Сам забыл про правило: больше получает тот, кто разнимает драку. – Он усмехнулся, почесав затылок.

Я смотрел на него и не находил слов.

– Во-вторых, – он загнул второй палец, – эти ублюдки получили по заслугам. – Он произнёс это спокойно, без злорадства. Просто как факт, который не требовал доказательств. – После того дня, кстати, они тоже не появлялись в Академии.

Мгновенно проскочила мысль: «Рина… Она постаралась. Сделала так, чтобы у меня не было проблем…». Но, как ни странно… Мне было всё равно, что с ними стало.

– Люди делают вид, что ничего не произошло, – продолжил Томин. – Как будто ничего и не было. Это странно… И пугающе одновременно.

Я почувствовал, как Джинхо захотел сказать что-то ядовитое, острое, про трусость и стадное чувство. Но он промолчал. Видимо, понял, что сейчас я против его колкостей.

– И, в-третьих, – Томин загнул третий палец и посмотрел на меня. Прямо в глаза.

– Минхо… Я не злюсь на тебя. – Пауза. – Мы же друзья… И я бывает косячу. Ты же прощаешь меня.

Он говорил медленно, подбирая каждое слово, прежде чем произнести вслух.

– Но… Я вижу, что ты меняешься. Становишься злее… Более жестоким. – Пауза. – Я хочу помочь…

Он смотрел на меня. Я на него.

– И если ты думал, что отгородишься от меня и я отстану… – Он снова усмехнулся, почесал затылок, – то ты идиот похлеще меня.

– А я-то надеялся… – Не удержался Джинхо. В его голосе было разочарование. Словно он рассчитывал, что Томин окажется таким же, как все, и теперь чувствовал себя обманутым.

Я не ответил ему.

– Расскажи мне, Минхо, – сказал Томин. – Не заставляй выяснять всё самому.

Я замер.

Это был хороший аргумент. Если позволить ему выяснять самому, он неизбежно нарвётся на Рину. А она, как я успел понять не любит, когда кто-то копается в её делах. К сожалению или к счастью, я был одним из её дел. Я представил, как Томин бродит по городу, задаёт вопросы, привлекает внимание. Как её люди замечают его. Как она решает, что от него нужно избавиться.

Не было другого выхода.

– Хорошо, – ответил я ему наконец.

Я не знал, с чего начать. Слова путались, застревали в горле.

– Помнишь, ту ночь в клубе? – Начал я.

Томин кивнул.

Я рассказал ему про переулок. Про драку с двумя парнями, про нож, про пакет с кровью, который лопнул у одного из них под одеждой. Про девушку и её смех – тёплый и опасный одновременно.

– Рина, – сказал я. – Её зовут Ли Рина.

Томин молчал. Слушал, не перебивая.

Потом я рассказал про встречу с ней в январе. Про папку с моим делом. Про то, как она говорила о моём пробуждении, о редком классе, о талантах, которые нужны ей.

– Она сказала, что у меня тот же взгляд, что и у неё, – закончил я. – Взгляд убийцы.

Томин сглотнул. Я увидел, как двигается его кадык.

– И… – Он запнулся. – Ты веришь ей?

– Не знаю… Но зато она знает про меня всё.

Томин побледнел. Его пальцы потянулись к ремню рюкзака – старая привычка, которая возвращалась в моменты сильного напряжения.

– Зачем? – Спросил он. – Зачем ей это? Для чего именно ты ей нужен?

– Этим она со мной не поделилась… – Я выдержал паузу. Я должен был рассказать ему самое важное. – Это не всё, – произнёс я. – Рина – только малая часть проблем.

Томин поднял голову.

– Есть кое-что серьёзнее. Вещь, которой ты можешь испугаться. Решишь, что я сумасшедший. Сдашь меня в психбольницу.

Он посмотрел на меня.

– Да я бы давно это сделал, – сказал он вдруг. – Только не справлюсь с тобой. – Он засмеялся. Нервно. Я не ответил.

– Ещё с детства, я начал слышать голос. Сначала я думал, мне показалось. Он изредка бросал пару фраз и надолго исчезал. Но… В какой-то момент он остался. Он побуждал меня к насилию. Любой конфликт я решал одним способом – выбивая всё дерьмо из противника.

– Минхо… – Хотел что-то сказать Томин, но я не прервался.

– Я пытался контролировать его. Пытался игнорировать. Но все старания пошли прахом, когда на нас напал тот бездомный. – Я посмотрел на свои руки, вспоминая тот день. – Сопротивляться ему стало почти невозможно. Тем более, сейчас в драках он гораздо полезнее, чем был раньше.

Я рассказал ему всё про Джинхо. Про его голос, который звучит в моей голове так же отчётливо, как мой собственный. Про крылья, про когти, когда он мне единожды показался. Про то, как он командует мной в бою, а я подчиняюсь.

– Его зовут Джинхо, – добавил я в конце. – Он сказал, что он – то, что я пытаюсь в себе подавить. – Я замолчал.

Томин тоже не произнёс ни слова.

Секунды тянулись медленно. Я слышал, как стучит моё сердце. Как шумит вода в трубах у соседей. Как где-то далеко, на улице, сигналит машина.

– Думаю… – Наконец произнёс Томин. Его голос вдруг стал хриплым. – Сперва нужно разобраться с тем, что хочет от тебя та девушка. Ри… Рина? – Он сидел, глядя в точку перед собой. Потом повернулся ко мне. – Для чего ты ей будешь нужен, когда пробудишься… Если пробудишься… – Он осёкся. – С голосом в твоей голове сложнее, – добавил он. – Но мы и с этим разберёмся.

– С кем он там разобраться собрался? – Возмутился Джинхо.

Я смотрел на него и не верил. Искал в его глазах отвращение, страх, желание уйти. Но находил только усталость и ту самую решимость, которая заставляла его семь дней подряд сидеть под моей дверью.

– Ты… – Мой голос сорвался. Я прокашлялся. – Ты правда хочешь помочь? Хочешь остаться моим другом?

Томин взглянул на меня.

– Минхо, – сказал он. – У меня не было брата… – Пауза. – Так пусть будет хотя бы такой придурковатый. – Он снова усмехнулся.

И в этот раз я тоже.

Примечания

1

Никогда не вздумайте этого делать! Никогда не соглашайтесь на подобное! Оно того не стоит! Как бы банально не звучало, но это факт: Курение вредит вашему здоровью!

1

Такое же дурное занятие, как и курение. Ничего хорошего за этим не последует!

2

* «Если долго вглядываться во тьму, то тьма начинает вглядываться в тебя» – цитата из книги Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея».