Кто я?..

Я перевёл взгляд на Рину. Она спала, откинувшись в кресле. Спокойная. Уверенная.

– Стой… – Новая мысль пришла неожиданно. – Ты был в сознании, пока я был в отключке? – Я до сих пор не понимал, как устроен наш симбиоз. Границы, пределы, возможности. Вопрос был вполне логичным.

– Нет… – Джинхо снова вздохнул. – Я просто слышал чуть больше, но состояние моё было таким же, как и твоё. – Пауза. – На твоём месте я переживал бы не об этом, – добавил он. – А о том, что она собирается с нами делать.

Я съёжился в кресле. Посмотрел на Рину. Строгий деловой костюм, собранные в хвост волосы. Она спала, но даже во сне от неё веяло опасностью. Такой, от которой не спрятаться, не убежать.

Прежде я не задавался этим вопросом. Но сейчас ответ на него интриговал меня всё сильнее. Возможно ли, что Рина – Охотница? Это бы многое объяснило. Её силу. Её власть. Её влияние. Людей, которые подчинялись ей без вопросов. Деньги, возможности, информацию. Мои ощущения рядом с ней… Необъяснимый страх, который заставлял меня быть с ней осторожным.

Я встал с кресла.

Ноги слушались плохо, но я заставил их двигаться. Решил умыться. Привести мысли в порядок. Огляделся и увидел, что в самолёте никого, кроме нас, нет. Пустые кресла уходили в полумрак. Даже её сопровождающих не было. Только мы двое. Ну, разве что есть ещё пилот. Кто-то же должен управлять самолётом.

Я заметил табличку, указывающую на уборную. Небольшая дверь в задней части салона. Подошёл. Взялся за ручку. Потянул на себя.

Дверь осталась на месте, а ручка отломилась и осталась у меня в руке. Я посмотрел на неё в своей ладони. Ручка как ручка. Обычная, с двумя винтами, которые должны были крепить её к двери. «Я думал, в самолётах всё делают на совесть…». Я просунул палец в отверстие, оставшееся от ручки. Потянул. Дверь открылась.

Внутри уборной было тесно. Я включил свет. Подошёл к раковине, открыл воду. Холодная вода освежила лицо. Я сполоснул глаза, щёки, провёл мокрыми руками по шее. Стало легче. Выпрямился. Посмотрел в зеркало.

И замер.

Я увидел нечто странное. Нечто, чему не мог найти объяснения.

Мой левый глаз… Он изменил цвет.

Вместо привычного карего – зелёный. Яркий, неестественный, будто светящийся изнутри.

– Что за… – Выругался я шёпотом.

Я поднёс руку к лицу. Пальцы дрожали. Осторожно коснулся глаза, слегка потыкал его.

– Это точно не линза… Тогда что?

Я смотрел на своё отражение. Побочный эффект пробуждения?

– Какой-то бред… – Прошептал я.

***

Мы начали садиться через два часа.

Рина к этому времени проснулась, но говорить со мной не стала. Точнее, у неё не было на меня времени: ей без конца кто-то звонил. Она сухо отвечала: да, нет, не знаю, скоро, возможно. При этом успевала тыкать в меня пальцем, указывая то на ноутбук, который нужно было положить в сумку, то на свои вещи, которые следовало собрать, то на багажный отсек, откуда я должен был достать дорожную сумку.

Мне было не сложно помочь ей, но это было больше похоже на то, что я прислуживаю ей. Я проглотил такое поведение по отношению ко мне. Потому что понимал: сейчас не то место и, не то время, чтобы выяснять отношения. Потому что боялся. Потому что хотел понять, что будет дальше.

Джинхо молчал. Я не знал, радоваться этому или нет.

Когда мы вышли из самолёта, передо мной предстал аэропорт.

Он был ужасен.

Взлётная полоса оказалась настолько разбитой, что было удивительно, как самолёт вообще мог по ней ехать. Трещины, выбоины, тёмные пятна, похожие на давно не ремонтированные заплатки. Казалось, что асфальт крошится прямо под ногами.

Само здание аэропорта тоже желало оставлять лучшего. Ржавые подтёки тянулись по стенам огромными полосами, от самых крыш до фундамента. Окна казались мутными, грязными.

Внутри же, на удивление, было довольно неплохо. Чистый пол, свежая краска на стенах, нормальное освещение. Видимо, весь бюджет аэропорта уходил на поддержание порядка внутри здания.

Мы не стали задерживаться. Шли быстро, почти бежали. Рина задавала темп, и я едва поспевал за ней, нагруженный её сумками.

У главного входа нас уже ждала машина. Чёрный седан, похожий на тот, что вёз меня когда-то в метель. Рина села на заднее сиденье, оставила дверь открытой – видимо, хотела, чтобы я сел с ней. Водитель забрал у меня все сумки, молча погрузил в багажник. Я сел в машину.

Только дверь закрылась, Рина тут же начала говорить.

– Сейчас мы едем на собрание гильдий… – Она не успела договорить.

– Что? – Вырвалось у меня. – Гильдий? Охотников? Мне там что делать? – Вопросы вылетали из моего рта пулемётной очередью. Я не мог их сдержать.

– Если не будешь перебивать – узнаешь, – ответила Рина. Я замолчал. – Мы едем на собрание гильдий, – начала она заново. – Мне нужно там кое с кем встретиться. Ты будешь ждать меня в комнате отдыха. И никуда оттуда не выйдешь, пока я лично тебе этого не скажу. Она полезла в сумку и достала телефон. – Вот держи. Твой… Потерялся…

Она протянула мне новый телефон. Чёрный, блестящий, ещё в заводской плёнке на экране. Было очевидно, что она что-то недоговаривает. Но я не стал в этот раз её обвинять во лжи.

– Я перенесла номера из старого телефона, – продолжила Рина. – Так что не переживай. Об остальном позаботишься сам. Она сделала паузу. – Главное, запомни. Пока мы находимся на собрании, не вздумай выходить в интернет. Понял?

Просьба показалась мне странной.

– Почему? – Тут же спросил я.

– Потому что я так сказала! – Её тон не оставлял возражений. Жёсткий, приказной. Я кивнул.

Машина остановилась.

Мы подъехали к зданию. Я сразу его узнал. Оно часто мелькало в новостях, когда речь заходила об Охотниках. Высокое, стеклянное, устремлённое в небо. Здание ассоциации гильдий.

Организация, взявшая контроль над всеми гильдиями Охотников. Ни одно глобальное решение гильдий не обходилось без участия ассоциации. Иногда она руководила даже рейдами по зачистке рудников от монстров. Ведь если относительно слабая гильдия возглавит рейд, где монстры превосходят по силе, может случиться трагедия.

И вот я стою перед этим зданием.

Как только мы зашли внутрь, меня всего передёрнуло.

Невидимая волна энергии прошла сквозь моё тело, оставляя после себя холодное покалывание в пальцах. Дыхание на секунду перехватило.

Рина усмехнулась, заметив мою реакцию.

– Так действует мана Охотников, – сказала она. – Не переживай, со мной было так же в первый раз. Привыкнешь.

Это успокаивало. Иначе я мог бы подумать, что пробудился Охотником E-ранга – самым слабым, самым бесполезным. Но если даже Рина, которая явно не была слабой, испытывала нечто подобное, значит, дело не в ранге. Значит, так действует концентрация силы.

Ли Рина провела меня до комнаты отдыха. Небольшое помещение с тремя диванами, стоящими у стен. Посередине – журнальный столик с парой потрёпанных журналов. На стенах – несколько картин с пейзажами.

– Жди меня здесь, Минхо, – сказала Рина, остановившись у двери. – Не забудь то, о чём я тебе говорила.

Я кивнул.

Она вышла, закрыв за собой дверь.

Я уселся на диван, стоявший напротив двери. Достал телефон, который дала Рина. Открыл журнал контактов. И правда. Перенесла все номера. Даже номер Томина не забыла. Я не сразу заметил, но даже картинку на главном экране сделала ту же, что была у меня. Удивительная дотошность для той, кто похитил меня.

«Зачем ей это?» – Подумал я.

Внезапно дверь в комнату открылась. Я поднял голову. Подумал, что это Рина что-то забыла. Но нет. В проходе стоял мужчина. Высокий, статный, в дорогом костюме. Тёмно-синий пиджак, белая рубашка, галстук. Часы на запястье поблёскивали золотом. Единственное, что выбивалось из солидного вида – очень сильный перегар.

Я не шевелился. Смотрел на него.

Он быстро огляделся, шагнул к дивану слева от меня и рухнул на него лицом вниз. Я тихо усмехнулся. Поведение не соответствовало внешнему виду.

– Не смейся надо мной… – Пробурчал он, не поднимая головы. Голос звучал глухо. – У меня было тяжёлое утро…

Я промолчал.

Он лежал ещё минуты две. Потом поднял голову и посмотрел на меня. Красные глаза, припухшее лицо, но взгляд цепкий.

– Тебя манерам не учили? – Сказал он. – Ты должен был извиниться! – В его тоне появились угрожающие нотки.

Мне было всё равно. Я перевёл взгляд на телефон. Он встал. Подошёл ко мне. Вырвал телефон из рук.

– Смотри на меня, когда я говорю с тобой.

Я поднял глаза. Посмотрел на него. Мне это не понравилось. Совсем.

– Верни, – сказал я. – Мой. Телефон. – Я старался звучать серьёзно. Твёрдо. Мне не хотелось разводить конфликт с незнакомцем. Тем более в месте, где каждый мог быть значительно сильнее меня. Но я не мог допустить, чтобы со мной так обращались.

– А то что? – Усмехнулся он.

Меня это разозлило.

Я резко встал, оказавшись с ним лицом к лицу. Мы смотрели друг на друга несколько секунд.

И что-то произошло. Я сам, если честно, не понял что. Он побледнел. Сильно. Хоть и старался не подавать виду, я видел, как дёрнулся кадык, как расширились зрачки. Он протянул мне телефон.

– Да больно надо… – Бросил он и направился к двери. Она резко распахнулась перед его носом.

– С дороги, идиот! – Раздался властный женский голос.

Я увидел Рину, когда мужчина сделал шаг в сторону.

– Так этот… – Начал он, но не осмелился оскорбить меня. – С тобой? – Спросил он.

– Тебе-то какое дело до этого? – Рина даже не смотрела на него.

Он хмыкнул.

– Набираешь людей под стать… – Сказал и быстро вышел из комнаты.

Рина закрыла за ним дверь. Посмотрела на меня.

– Что здесь произошло?

Вопрос был направлен уже мне, но её голос сохранял ту же серьёзность, что и минуту назад.

– Да ничего особенного, – ответил я. – Он, наверное, хотел подраться со мной, но вдруг передумал, захотел уйти, и тут ты открыла дверь прямо перед ним. – Я вкратце пересказал свою версию.

Рина улыбнулась.

– Надо же… – Она смотрела на меня с любопытством. – Интересный ты случай, Минхо… – Она сделала паузу. – Ну ладно. У нас нет времени. Пойдём.

– Куда? – Спросил я.

– К председателю ассоциации.

Этого ответа было достаточно.

К своему удивлению, я вдруг начал нервничать. Ладони вспотели, сердце забилось чаще. Я поправил одежду, пригладил волосы – лишь бы хоть немного выглядеть опрятнее. Ведь председатель ассоциации, можно сказать, самый могущественный человек в стране. Даже президент слишком осторожен с таким человеком.

Мы дошли до лифта. Поднялись на семьдесят третий этаж – самый последний. Долго шли по коридорам, которые начали казаться мне бесконечным лабиринтом. Одни двери сменялись другими, повороты вели к новым поворотам. По пути до кабинета председателя Рина сказала лишь одно:

– Будь с ним честен. И не разводи монологов, он это не особо любит. Ему больше нравится, когда говорят коротко и по делу.

Я кивнул.

И вот мы дошли до кабинета.

Рина постучалась. Спросила, можно ли войти. Затем повернулась ко мне, быстро поправила мою причёску. Я удивился. Жест от неё был непривычным. Она указала рукой на дверь. Я вошёл. Один.

Кабинет оказался просторным. Длинный стол, за которым могли бы сидеть несколько человек. В центре сидел председатель.

Старик, но в хорошей физической форме – так бы я описал его. На лице глубокие морщины, гладко выбрит. Руки большие, натренированные – видимо, он много сражался в прошлом. Одет в деловой костюм, сидевший на нём идеально. За его спиной тянулись стеллажи с множеством папок, помеченных разными годами. «Наверное, отчёты», – подумал я.

Председатель посмотрел на меня. Улыбнулся.

– Ну здравствуй! – Сказал он. Его голос низкий, спокойный, уверенный. – Так это ты пробуждённый убийца?

Глава 7. Наконец судьба меня наградила

Наконец судьба меня наградила

Охотники – идеальные машины для убийств.

Они сильнее обычного человека. Намного. Некоторые – сильнее любого монстра. Но сила – понятие растяжимое.

Существует несколько рангов Охотников. Самый слабый – E-ранг. Потом D, C, B и A. И всех их превосходит – S-ранг.

Ранг неизменен. Это важно понимать. Когда Охотник пробуждается, он узнаёт о своём пределе. Никакие тренировки, никакие годы практики не сдвинут его выше. Лотерея. Чистая, беспощадная лотерея, в которой разыгрывается вся дальнейшая жизнь.

Почему такая жёсткая градация? Всё упирается в ману.

Чем больше маны вмещает тело, тем сильнее Охотник. E-ранг – от ноля до пятидесяти единиц. Сухие цифры. Но за ними стоит судьба человека.

Охотники E-ранга даже не участвуют в рейдах. Да, они сильнее любого обычного человека. Но против монстров они бесполезны. Слишком слабы. Слишком уязвимы. Их удел – охрана, мелкие поручения, работа, за которую не возьмётся никто другой. Вечный поиск случайного заработка. Существование на обочине мира, в который они всё-таки попали, но не смогли в нём закрепиться.

Как узнают о том, какое количество маны? Всё дело в специальном оборудовании, которое находится в здании ассоциации гильдий. В народе его называют просто – Рука судьбы.

Машина сканирует тело. И всё.

Дальше остаётся только принять. Либо ты будешь перебиваться с места на место, либо займёшь место в гильдии. Третьего не дано.

Но бывает и такое, что Рука судьбы не справляется. Сбрасывает подсчёты. Показывает ошибку. Это значит только одно – S-ранг. Человек, чей предел она не может вычислить. Эти Охотники становятся главами гильдий или их заместителями. Теми, кто принимает решения. Их мало. Их ценят. Их боятся.

К слову, о гильдиях.

Их много. Большинство – маленькие группы по пятнадцать-двадцать человек. Но есть три самые крупные гильдии, силы которых можно сравнить с армией: Гильдия Пустоты, Гильдия Пламени, Гильдия Тени.

Они сосредоточили в себе подавляющее большинство сильных Охотников с относительно высокими рангами. Тех, кто может повлиять на исход рейда.

С ними считаются. С ними вынуждены считаться. Потому что именно от гильдий зависит, выживут ли люди на рудниках, когда монстры нападут. Именно гильдии получают львиную долю добычи – семьдесят процентов. Всегда. Независимо от того, кто владелец рудника.

Мана-камни – это энергия. Они питают больницы, государственные учреждения, инфраструктуру. Говорят, скоро и топливо для автомобилей начнут делать из них. Ничего удивительного. Мир давно держится на этих камнях.

Так если гильдии настолько могущественны и влиятельны, кто же контролирует их деятельность?

Ассоциация Гильдий Охотников. АГО, если сокращённо.

Именно АГО решают споры, распределяют рейды, следят за тем, чтобы крупные гильдии не передавили мелкие. Чтобы система работала. Чтобы их не поглотил хаос. За ними настоящая власть. За ними последнее слово.

Даже самое жестокое наказание для Охотника придумала АГО. Если Охотник совершает преступление, за которое любое обычное наказание было бы слишком мягким, из него выкачивают всю ману. До последней капли. После этого он может умереть. Дальше его ждёт тюрьма, в которой он будет доживать последние часы, или дни, зависит от того насколько силён его организм.

Это крайний шаг. Высшая мера. Дураку понятно, что за кражу так не накажут. Наказание должно быть соразмерно преступлению.

И если с обычными рангами всё понятно. Е, D, C, B, A. Их ловят. Их судят. Их наказывают. Будь ты маг, стреляющий огнём с расстояния. Будь ты танк, способный выдержать удар, от которого разлетается всё вокруг, но не ты. Система работает.

Но S-ранг…

Что делать с тем, кто стоит целой армии? А если у него ещё и редкий класс? Например, убийца?

Один такой Охотник стоит тысячи бойцов. А если он решит, что правила писаны не для него? Если взбунтуется?

К счастью для многих, такого ещё не случалось.

Но если этого не было, это не значит, что не будет в будущем.

***

– Убийца? – Переспросил я, не поверив своим ушам.

– Ну, во всяком случае, так утверждает Рина… – Ответил председатель.

– Но откуда вы… Или она… Знаете мой класс, когда я сам даже не знаю свой ранг, не говоря уже о чём-то большем? – Я совершенно ничего не понимал. Мысли разбегались, как тараканы, когда включаешь свет.

– Ты ведь не знаешь, кто такая Ли Рина, верно? – Спросил он, накаляя интригу.

Я кивнул. Я до сих пор не знал о ней ничего кроме двух вещей: её имя и то, что она опасна. И ещё – она та, кто следила за мной после того случая с бездомным. Та, кто видела во мне родственную душу.

– Ли Рина – она глава Гильдии Тени. S-ранговая Охотница. Одна из лучших, если не лучшая среди них. У неё особые таланты, которые не раз помогали ей, да и АГО. В число этих талантов входит особое чутьё, помогающее ей понимать, кто стоит перед ней. Поэтому, когда Ли Рина связалась со мной и сказала, что нашла пятого S-рангового Охотника, да ещё и с редким классом убийцы, я ни секунды не сомневался в её словах и попросил во что бы то ни стало привезти тебя сюда. – Слова председателя ошеломили меня. Пятый. В стране. S-ранг. Убийца.

– Как занимательно… – Прокомментировал Джинхо. По его голосу было слышно, что он явно доволен сложившейся ситуацией. – Перед нами открываются новые возможности?

Голова внезапно опустела. Я не мог даже вспомнить ничего из того, что хотел с ним обсудить, имея такую возможность. Все вопросы, все сомнения – всё стёрлось, оставив после себя только пустоту.

– Не волнуйся, твои близкие в курсе всего произошедшего, – продолжал председатель. – Я лично отправил своих помощников, чтобы они проинформировали твоих близких людей о том, что ты пробудился как Охотник и сейчас проходишь процедуру регистрации в Омгёне. Можешь поблагодарить за это Рину…

Он замолчал на несколько секунд, давая мне возможность переварить информацию. Я воспользовался этой паузой, хотя внутри уже начинало зарождаться смутное беспокойство.

– Господин председатель… А к кому именно вы отправили своих помощников?

На первый взгляд ответ на мой вопрос был очевидным. Мать. Томин. Но посторонние люди могли не знать, в каких отношениях с семьёй я состою. Могли не знать, что за некоторые ниточки лучше не дёргать.

– К твоей матери – Ан Соне, к твоему другу – Ким Томину…

Мне показалось, что он закончил перечислять, и я даже успел облегчённо выдохнуть.

– И к твоему отцу – Ан Санхёлю…

Председатель говорил что-то ещё, но гул в ушах, внезапно начавшийся, не давал мне его услышать. Воздуха стало заметно меньше. Комната поплыла.

Почему к нему? Кто просил об этом? Кто дал право?

Вопросы, зациклившись, бесконечно повторялись в моей голове. Я не видел его много лет. Не думал о нём. Вычеркнул из жизни. А теперь он знает. Знает, кем я стал…

– Не переживай, Минхо… – Голос Джинхо прозвучал неожиданно мягко, почти утешающе. – У нас теперь достаточно сил, чтобы с ним разобраться в случае чего. – Он был прав, но это не утешало. Я не был уверен в словах Джинхо.

В чувство меня привело прикосновение. Чья-то рука на спине. Я обернулся.

Это была Ли Рина. Стояла так близко, что я ощущал исходящее от неё тепло. Её лицо было бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

– Пойдём, – холодно произнесла она. – Нам ещё нужно узнать твой ранг и зарегистрировать тебя.

Мы с Риной сделали неглубокий поклон председателю. Он ответил тем же, почти синхронно с нами. Этикет. Формальности. Даже для тех, кто стоит на вершине, существуют правила.

Мы вышли в коридор. Дверь за нами закрылась с мягким щелчком, отрезая меня от ответов, которых я так и не получил.

– Рина… – Начал я, не глядя на неё.

– Что? – Спросила она. Голос стал чуть теплее, чем в кабинете председателя. Совсем чуть-чуть, но я уловил эту разницу.

– Можно ли сделать так, чтобы отец не узнал обо мне?

Я смотрел перед собой. Не хотел видеть её взгляд. Вдруг он окажется насмешливым? Вдруг она бы спросила: «Чего ты так боишься этого человека?» Но я боялся не его. Я боялся того, что он может выкинуть, узнав обо мне.

Но её голос, когда она ответила, звучал иначе. Как будто она понимала. Как будто сама сталкивалась с чем-то подобным.

– К сожалению, Минхо… Помощники уже вернулись, а значит… Он в курсе. – Последняя надежда рухнула в этот миг.

Я и сам не пойму, почему почувствовал эту тревогу. Я видел его в последний раз тогда, когда мама прибежала к дому, узнав, что у отца появилась другая женщина. Когда его уводили Охотники. Его всё это время нисколько не интересовала моя жизнь. Я и думать о нём забыл.

С чего вдруг эта паника?

Может, я просто себя накручиваю?

– Не беспокойся, – Рина шла рядом. – Вы вряд ли пересечётесь. Насколько я знаю, твои родители тоже Охотники, но из-за низкого ранга они не состоят в какой-нибудь гильдии.

– Да, это так. Но, а что, если…

– Сейчас это в любом случае не важно, – вдруг перебила она.

– А что сейчас важно? – Спросил я, чувствуя, как она переводит разговор в другое русло.

– После того как ты пройдёшь сканирование, твоё будущее определит один единственный выбор.

Я почувствовал важность её слов.

– Что мне предстоит выбрать? – Я знал ответ. Но хотел услышать это от неё.

– Гильдию, Минхо. – Она даже не повернула головы. – Это сканирование лишь формальность. Я уже знаю, кем ты являешься. Пятый S-ранг в стране. Ты станешь самым желаемым Охотником до того момента, как выберешь гильдию.

Меня поражало то, с каким спокойствием она это говорила.

Учитывая то, сколько она возится со мной, я думаю, она хочет, чтобы я вступил в её гильдию. Занял место рядом с ней. Логично. Она нашла меня. Она привезла меня сюда. Можно сказать, она вложилась в инвестиции, и теперь ожидает дивидендов. А что, если я откажусь? Выберу другую гильдию? Или не выберу вовсе?

Председатель сказал – она S-ранговая Охотница. Возможно, лучшая среди лучших. Она следила за мной в тот день, когда я калечил бездомного арматурой. Она видела, на какую жестокость я способен. Видела ту сторону, которую большинство людей предпочитает не замечать.

Она убьёт меня на месте?

В одном я могу быть уверен наверняка. Если и убьёт, то не здесь. Не сейчас. Не после всего этого.

Я хотел усмехнуться про себя, но улыбка против воли сорвалась с моих губ. Она заметила.

– Чему радуешься? – Спросила она тоном, требующим немедленного ответа.

– Представил, как ты выпускаешь мне кишки за то, что я выбрал не твою гильдию.

Я не стал скрывать. Да и зачем? Она всё равно читает меня как открытую книгу.

– И тебя это позабавило? – Спросила она, и я заметил, как уголки её губ дрогнули. Она тоже с трудом сдерживала улыбку.

– А что, если я не сделаю этот выбор? – Настроение диалога сменилось. Меня правда волновал этот вопрос.

– Твоё право, Минхо. – Она пожала плечами. – Но даже талантливым Охотникам нужна помощь. Да и без гильдии придётся забыть об охоте на монстров. А классу убийцы без неё будет несладко.

Её слова заставили меня задуматься. Она не угрожала. Не давила.

Мы пришли.

Рука судьбы.

Она находилась на минус третьем этаже, куда не ходит даже лифт. В целях безопасности, как объяснила Рина по дороге. Мы спускались по винтовой лестнице, и с каждой ступенькой вниз, воздух становился тяжелее.

Здесь было холодно.

В центре помещения стоял огромный пьедестал, на котором могли поместиться около пяти человек. Над ним нависала массивная арка, испещрённая непонятными символами и соединённая толстыми кабелями с мониторами рядом.

– Приветствую, госпожа Ли, – произнёс человек, ожидавший нас у оборудования.

Рина кивнула ему в ответ.

– Минхо, познакомься, Чха Гон, – указала она на мужчину. – Он будет проводить процедуру регистрации.

Чха Гон был невысоким, с аккуратно зачёсанными назад волосами и цепким взглядом.

– Минхо, верно? – Он улыбнулся, но улыбка показалась мне дежурной. – Пройди к оборудованию, встань на место сканирования. – Он указал рукой на пьедестал.

Я прошёл.

Медленно поднялся на возвышение. Встал ровно по центру, под аркой. Где-то гудели скрытые механизмы.

– Не шевелись, – сказал Чха Гон, подходя к мониторам сбоку.

Я видел, как он что-то нажимает на клавиатуре. Пальцы двигались быстро, уверенно.

Внезапно пришло волнение. Лёгкое, но ощутимое.

Аппарат загудел.

Звук нарастал, заполняя помещение низкой вибрацией. Арка надо мной начала шевелиться – медленно, с механическим скрежетом. Она опустилась вперёд, затем поднялась, опустилась назад. И так несколько раз. Сканировала. Считывала. Анализировала.

Я смотрел прямо перед собой, стараясь не двигаться. Гул становился громче. Воздух вокруг словно уплотнился.

Внезапно оборудование заискрило.

Яркие вспышки начали появляться отовсюду. Запахло горелой проводкой.