Ветер над рекой: Оплот Надежды

— Вставай! — выкрикнула Мирия и точным движением дернула за куртку парня в сторону.

В тот же миг чудище прыгнуло, пробивая когтями пол там, где только что находилось тело Сэма, и недовольно взвыло.

Сэм, едва поднявшись на ноги, в ужасе рванул в сторону кухни. Мирия — за ним.

Монстр врезался в захлопнувшуюся перед его носом дверь, затем еще раз, низко рыча и отступая для разбега.

— Дверь не выдержит! — отчаянно схватился за голову Сэм.

— Двигай, если жизнь дорога! — рявкнула Мирия, распахивая окно и выпрыгивая в сад. — Живо!

Но в этот миг дверь в кухню разлетелась в щепки, и огромная черная тварь, снося на лету мебель, кинулась прямиком на парня!

И тут раздались выстрелы! Пули одна за другой пробили темную кожу чудища, заливая зеленой кровью все вокруг. Только вот это не остановило тварь, и огромная туша рухнула прямо на Сэмуэля!

День 2. 21:03. Дом Нобоа.

Сэмуэль резко вздохнул, отталкивая неподвижную тушу, заливающую его густой зеленой кровью. Черные щупальца скользнули по его лицу, вызывая неконтролируемый приступ тошноты.

— Живой? — послышался голос Мирии, и свет фонарика ударил в глаза. — Живой…

— Не… смотри… — откашлявшись и вытирая лицо, пробормотал Сэм, безуспешно пытаясь вылезти из-под груза мертвой плоти.

— Вставай уже! — рыкнула девушка, с силой сталкивая труп чудища с парня. — На выстрелы сбежится еще куча такой нечисти.

Он простонал в ответ, стирая дрожащими пальцами со щек смесь слез, грязи и вонючей слизи. Поднялся, пытаясь отвернуться от ее оценивающего взгляда.

Откуда-то снаружи донеслись шорохи и пока еще далекие рыки.

— Эй… — Мирия рванула парня к себе, заглядывая в его остекленевшие от ужаса глаза. — Уходим. Немедленно! — прошептала она, ловко стягивая с него пропитанную кровью монстра куртку и швыряя тряпку на пол. — Идем!

Она потащила его к окну. Возня позади становилась громче, к шорохам добавился скрежет когтей по дереву.

Мирия втянула Сэма за руку в темноту сада, где в густой черноте метались непонятные тени. Но и в доме тише не стало. Чудовища ворвались в кухню. Часть с жадностью набросилась на труп собрата, разрывая мертвую плоть, а несколько человекоподобных тварей, пыхтя и порыкивая, полезли в окно следом.

— Убежище… — пробираясь между кустов и нагромождений ураганного мусора, выдохнула Мирия. — Школа… Далеко это? Эй? — она оглянулась на бледного, как полотно, парня.

— Нет… — едва не споткнувшись, буркнул Сэм, оглядываясь на погоню. Твари были не такими быстрыми, как первое чудовище, но неотступны. Он крепче вцепился в руку Мирии. — Квартал… прямо и налево… — запыхавшись, выдавил из себя Сэм, вкладывая в следующий рывок уже все свои силы.

— Далековато… — хмуро выдохнула она. — Ты раньше свалишься… — внезапно затормозив, Мирия выхватила пистолет и почти не целясь выстрелила дважды в копошащуюся за ними массу.

Два уродца рухнули в траву, истекая черной жижей. Их сородичи с рычанием набросились на раненых, устроив кровавую свару.

И тут из кромешной тьмы на них ринулась огромная тень — точь-в-точь как монстр в кухне. Новое чудище с яростным ревом врезалось в толпу мутантов, разрывая их на клочья острыми когтями.

Не дав Сэмуэлю опомниться от этого зрелища, Мирия снова рванула его за собой во тьму, прочь от ревущего клубка щупалец, когтей и летящей во все стороны плоти.

День 2. 21:41. Заброшенная прачечная. Подвал.

Тьма зашевелилась, вспыхивая зелеными огнями, сопровождаемыми тихим стоном. Из остатков некогда светлой одежды гибкими волнами поднялись тонкие щупальца, покрытые темной кожей с когтями и присосками. Два из них будто надламывались в верхней части, мелко подрагивая на фоне старого котла обогревателя, затянутого паутиной.

Раздался отрывистый вдох.

Некогда побелённые стены покрывала серо-зелёная плесень, отражающая слабое свечение существа. Отражала его и вода в трещинах бетонного пола, к которым потянулись отростки, чавкая присосками по влаге и втягивая её с тихим сипом.

— Не спишь? — донёсся чуть хриплый голос из темноты. — Тогда... Идем... Идем со мной...

Из кучи забытого белья поднялась женщина, бессознательно ухватившись за край медицинского фартука поверх грязной одежды.

— Уже совсем ночь… Можно… — прошептала она.

Существо заурчало — низкий, почти кошачий звук, неожиданно мягкий. Щупальца поднялись с пола, поблёскивая в темноте острыми коготками. Затем она дёрнулась, наклонила голову набок, шумно втянув воздух, и облизнулась.

Женщина зашагала быстрее, поднимаясь по каменным ступеням. Следом ускорилась и спутница, ощупывая стены щупальцами. Одно из них коснулось её плеча, обвело осторожно шипами следы от старых шрамов на её шее — отпечатки клыков. Затем изменённая решительно шагнула вперёд, выходя в пустынное помещение прачечной первой и шумно вдыхая запахи пыли, сырости и старой химии. Золотистые пряди скользнули на плечи, прикрытые грязной блузкой — напоминание о прежней, человеческой природе этого хищника.

Дверь на улицу была распахнута, стеклянная вставка разбита. Между замерших во времени стиральных машин гулял ветер. В одной из корзин темнела забытая одежда.

Голова чудища наклонилась. Она повела носом в сторону спутницы, на мгновение оскалив клыки, но тут же, будто одёрнув себя, по-звериному встряхнула спутанной копной волос.

Внезапно её взгляд забегал. Монстр рванулся вперёд, принюхиваясь к контейнерам с порошком, засовывая голову в барабаны машин и резко переводя внимание на распахнутый проём с потускневшей наклейкой «Закрыто на карантин».

Женщина сдавленно ахнула, но почти не оглядываясь, зашагала следом.

Всколыхнулись тени. Что-то шарахнулось в темноту с другой стороны пустынной улицы. Туда же, издавая низкое, голодное рычание, скользнуло нечто более крупное. Рокот не стих, а усилился, приближаясь теперь уже сверху.

Тишину разорвал отчаянный вопль и смачный хруст.

Женщина инстинктивно рванулась в сторону. В тот же миг чудище изогнулось, будто надломившись в пояснице, и резко притянуло её к себе. Раздался горловой, угрожающий рык, а свечение кожи защитницы вспыхнуло ядовито-зелёным.

Тёмная масса на стене над ними ощерилась зубастой пастью. В ответ хозяйка щупалец метнула в противника два отростка с жалами. Длины не хватило достать до нападающего, но тот испуганно отпрянул; когти, цепляясь за кирпич, крошили стену. Этой секундой замешательства воспользовалась та, что внизу. Прижав женщину к себе на мгновение, она метнулась в спасительную темень переулка.

День 2. 21:46. Убежище.

За высоким решетчатым забором Мирию и Сэма встретило двухэтажное здание. Неподвижное, тихое, словно вымершее. В окнах не было видно света, не слышно голосов. Можно было бы подумать, что оно полностью покинуто, если бы не замок на воротах с внутренней стороны.

Мирия, поджав губы, скользнула лучом фонарика по стене в сторону входной двери и дёрнула калитку. Та ответила противным скрипом.

— Эй, мистер Кринер! Это я — Сэм! — отчаянно прокричал паренёк. — Впустите нас!

Мучительное мгновение, другое — школа оставалась беззвучной. Но тут послышался щелчок замка, и во двор выскользнул немолодой грузный мужчина. Дробовик на перевес. Он щурился от света фонаря, уставясь на Сэма. Седой, с маленькими, глубоко посаженными глазками. В потрёпанном плаще и старенькой форме охранника.

— Тамано?

— Тамано? — переспросила Мирия, прижимаясь к плечу Сэма и настороженно косясь на ствол.

— Да, мистер Кринер, Сэмуэль Тамано, — закивал юноша, смущённо приобнимая девушку за плечи. — Пустите нас переночевать...

— Конечно... Сейчас... — зашагал сторож к воротам, нервно оглядываясь по сторонам. — Только входите поскорее, а то в городе стрельбу слышали.

Мирия закивала, прижимаясь к Сэму теснее и за его спиной спешно перепрятывая пистолет за пояс, под пиджак.

Сэм этого не заметил, весь поглощённый смущением от близости спутницы.

— Кхм... Напомню, это школа и внутри... дети... — пробурчал старик, поворачивая в замке ключ и снимая тяжёлый висячий запор, чтобы впустить припозднившихся гостей.

— Что вы, мистер... — покачала головой Мирия, вталкивая Сэма в едва приоткрывшийся проём. — Даже и не думали о таком...

И тут нечто метнулось к ней из темноты!

Бах!

Выстрел дробовика нарушил тишину. Сэм вздрогнул всем телом и вскрикнул. На асфальт у забора рухнула ещё одна чёрная туша, заливая плиты тёмной, густой кровью.

— Ну вот... Труп... — фыркнул Кринер, и его пальцы нервно перехватили приклад. Он резко перевёл взгляд на замершую в проёме Мирию. — Быстро внутрь!

Та проскользнула мимо него, резко захлопывая ворота и защёлкивая навесной замок.

— Щас ещё набегут! — прошипела она, толкая ошеломлённого Сэма перед собой.

Именно он первым переступил порог школы, столкнувшись со скоплением испуганных людей в холле. Женщины, дети, старики — взрослых мужчин среди них было меньшинство. Воздух гудел от сдавленных стонов, всхлипов, тревожного шёпота.

— Что это было? Кто стрелял? В кого? — перебрасывались отрывистыми фразами люди, недоверчиво разглядывая новоприбывших, перепачканных зелёной жижей и кровью.

— Сэмуэль, ты ранен? — шагнула навстречу худощавая седая женщина в строгом костюме и очках. Её взгляд скользнул к Мирии. — А это кто?

— Тварь... такую я ещё не видел... Не было времени думать... Она шла прямо на девушку... — принялся бормотать Кринер, тыча пальцем то в сторону двора, то на Мирию.

— Нет, миссис Элвин, это не моя кровь... — пробормотал Сэм, пытаясь разобрать, что рассказывает про них старик.

— Мистер Кринер, — перебила его Мирия, — вам стоило сразу сказать, как опасно снаружи. Это чудовище не единственное. За вечер на нас напали три таких же и десяток поменьше, похожих на людей. Так что вести себя нужно тихо и не высовываться без оружия. Патронов к вашему дробовику ещё осталось? — она кивнула на оружие в его руках.

— Вы слышали? — властным, но тихим голосом прервала перешёптывания миссис Элвин. — Расходитесь и соблюдайте тишину!

— Спасибо, миссис Элвин... — тихо проговорил Сэм. — Позвольте представить... мою спасительницу.

— Мирия Келл. Медсестра из городской больницы. Уверена, мы будем полезны, если вы позволите нам остаться.

— Элеонора Элвин, — представилась женщина. — Директор школы Эйнсвик. Конечно, оставайтесь. Места, правда, почти нет. Но я не могу выгнать на улицу своего ученика. — Она кивнула Сэму, а затем перевела взгляд через зал. — Акаши, помоги Сэму подобрать чистую одежду. А вас, мисс Келл, я провожу сама.

— Да, миссис Элвин. — Вперёд вышел парень, немногим старше Сэма. Длинные светлые волосы, россыпь веснушек, пронзительно-голубые глаза. Он нервно улыбнулся. — Акаши Риджал. — Он протянул руку Сэму, и его хватка оказалась неожиданно сильной.

— Сэмуэль Тамано. — Пожал руку, всматриваясь в лицо. Что-то знакомое... — Ты ведь работал в «Свежести вкуса», в угловом магазине?

— Да, — потянул его за собой Акаши, и в его улыбке мелькнула печаль. — Жаль, что его разгромили... Ладно, пойдём, приведём тебя в порядок.

— Проверю, сколько патронов осталось... — буркнул мистер Кринер и засеменил вглубь здания.

— А мы пройдёмте сюда, — миссис Элвин жестом пригласила Мирию.

День 2. 22:00. Клиника Лансли.

Ночь становилась всё темнее и прохладнее. Жуткие тени на улицах никуда не делись, но вид знакомого здания ослабил их осторожность.

Одноэтажное, в старинном стиле, с блестящим фасадом и аккуратным входом, окружённым клумбами с цветами. Ураган практически не тронул его. И потому женщина решительно шагнула ко входу.

За нею тенью скользнуло чудовище, оглаживая дверь щупальцами и тихо рыча.

Сияние узоров на теле мутанта усилилось, озаряя бледным светом пустую приёмную. Старинный стиль. Стены покрыты кремовыми обоями в тонкую золотистую полоску, пол был блестящим тёмно-коричневым паркетом. Рабочее место администратора было отделено резной деревянной ширмой, украшенной резными элементами из легенд о Матери Вод. Напротив стоял небольшой кожаный диван в окружении тяжёлых мягких кресел, большие кадки с растениями стояли в каждом углу комнаты. И пустота.

Монстр медленно, принюхиваясь, прислушиваясь, скользнул к столу администратора, ощупывая компьютер, спинку кресла.

— Что-то вспомнила? — осторожно спросила женщина, приближаясь к чудовищу.

Но оно, как и ожидалось, не ответило, резко устремившись дальше в тёмный коридор клиники.

— Эх… — выдохнула женщина, поспешая за монстром. — Ну, ничего, доктор придумает, как тебе помочь. Я в этом уверена…

Монстр же, не оглядываясь, двигался вдоль кабинетов, ощупывая двери, прислушиваясь и замирая лишь у последней в этой части здания, прижимаясь к двери и протяжно застонав.

— Нет его здесь, ты же знаешь. Он давно тут не бывает. Идём дальше. Доктор, наверное, в процедурной. Вот там. — Женщина указала на двери в стороне.

— Кто здесь? — внезапно раздался старческий голос, и дверь в процедурную приоткрылась.

И тут чудовище рванулось на звук голоса, мгновенно сбивая с ног показавшегося в дверях старика и вонзаясь клыками ему в шею.

День 2. 22:03. Речной сток.

Существо пошевелилось, открыло глаза и тут же, дернувшись в болезненном спазме, извергло скопившуюся в желудке желчь.

Лишь после этого, обтирая лицо, оно огляделось в темноте. Низкий приземистый тоннель, сыро, прохладно. Свет снаружи почти полностью угас, намекая на глубокую ночь. Очертания защитной решетки. Сквозь подземелье с тихим журчанием пробегала вода, ледяная, как и все вокруг.

Существо хрипло вздохнуло, повернулось на бок, раскинув темные щупальца, но тут же пробежалось ими по пропитанным кровью тряпкам на груди, а затем и руками, болезненно выдыхая.

Внезапно одно из щупалец вновь скользнуло по одежде, ловко извлекая из кармана рацию. Устройство мгновенно оказалось у головы. Послышался щелчок. Еще один. Но в ответ — лишь тишина. Недовольный хрип, и рация полетела в воду.

Существо сжалось калачиком, окутав израненное тело щупальцами, едва-едва переливавшимися в темноте. Дыхание замедлилось. В конце концов, тело полностью замерло, и последние признаки жизни исчезли. Тоннель погрузился во тьму и холод. Снова.

И только тогда в тишине ожило что-то еще. Слабый шорох вдалеке. Тихий писк. Еще один.

Рядом с неподвижным телом вспыхнул желтоватый огонек. Маленький, нежный, пульсирующий.

Время шло. Тело оставалось бездвижным, а писки и шорохи становились громче. Все ближе и отчетливее.

Огонек то пульсировал слабо, то начинал тревожно мигать, и тогда крысы — сначала одна, потом другая — появлялись все ближе к нежному свечению. Самая смелая робко высунула мордочку из тени.

Именно в этот миг свет изменился: по желтому огоньку поползли радужные круги, волнами расходясь во тьму и очерчивая длинные щупальца, которые, словно змеи, начали подниматься над телом. Медленно и угрожающе. Но грызуны лишь завороженно замерли, подняв передние лапки, не в силах оторвать взгляд от подземного чуда. Вслед за щупальцами так же медленно, светясь уже всем телом, поднялась фигура, некогда бывшая человеком. Глаза пылали, переливаясь огнем, и следили за каждым движением крыс. За двумя, тремя… за целым десятком? Очарованные животные медленно поползли навстречу извивающейся смерти. Ближе. Ближе. Пока щупальца одно за другим не обвили их, пока бледные руки не стиснули тельца… И тут свет погас, огласив тьму тоннеля хрустом и предсмертными визгами.

День 2. 22:12. Дом Бука.

— Пришли... — выдохнул Джейме, заметив одноэтажный дом с крышей из ржавой жести, и, собрав последние силы, зашагал быстрее. — Думал, не дойдем... Совсем... Из-за этих... тварей...

Парень на миг оперся на ограду, будто ноги отказали, затем, оттолкнувшись, побрел к двери. Замер уже на пороге, оглянувшись на товарища. — Открывай, Бук.

Здоровяк молча отворил дверь, впустил Джейме внутрь и плотно прикрыл ее, навалившись спиной.

Почти не глядя по сторонам, Бук двинулся в кухню и принялся возиться у плиты, доставая консервы.

Джейме, двигаясь как автомат, подошел к раковине. Он качнул ручной насос раз, другой, пока не побежала ледяная вода. Умывался долго, втирая влагу в лицо, пытаясь смыть восьмичасовую пыль разрушенного города.

Бук бросил взгляд на парня, тут же вернув внимание к шипящей на плите сковороде, аромат которой медленно наполнял маленький дом теплом и жизнью.

— Как ты? — осторожно спросил Джейме, вытирая лицо грубым полотенцем. Голос был хриплым от усталости.

Бук лишь пожал плечами, всем видом показывая «живой». Он выложил разогретую еду в две миски и отнес к столу.

Взяв свою порцию, Джейме тяжело опустился на стул. Ел медленно, безвкусно, заставляя себя глотать, — тело требовало топлива, а не удовольствия.

Бук поглощал пищу с мрачным, животным аппетитом, но так же молча. В тишине было слышно лишь звон ложек о жесть.

— Дом надо укрепить, — глухо произнес Бук, поднимаясь и направляясь к раковине. — Утром.

— Давай спать по очереди. Ложись первый, — Джейме подошел со своей пустой миской. Руки чуть дрожали.

— Четыре часа, — кивнул Бук, доставая из кармана старые часы будильник и ставя их на тумбочку у кровати. Он снял сапоги и повалился на матрас, не раздеваясь.

— Отлично... — почти беззвучно вздохнул Джейме, наблюдая, как товарищ почти мгновенно проваливается в тяжелый сон. Он взял в руки топор, привычной тяжестью легший в ладонь. — Я присмотрю...

Парень подошел к окну и прислонился лбом к холодному стеклу. Его взгляд, затуманенный усталостью, цеплялся за пустынную дорогу, тонувшую во мраке. Он ждал. Просто ждал своих четырех часов.

День 3. 1:52. Конспиративная квартира.

Люсиль открыла глаза. Простая двуспальная кровать, пара стульев, платяной шкаф. Комната медленно проявлялась из темноты. Девушка нахмурилась, не спеша подниматься. Прислушалась.

С трудом выпутавшись из одеяла, она увидела на полу свою вчерашнюю одежду — грязную, мокрую. Он снял её с неё тогда. Люсиль спешно натянула одеяло обратно.

В шкафу нашлась чистая, чужая одежда. Мужская. Разных размеров. Она натянула джинсы и толстовку. Пояс, куртка. Можно было бежать. По крайней мере, все вещи оказались чистыми, и ей удалось подобрать что-то не такое мешковатое как вчерашние.

— Так... — выдохнула она, косясь на дверь и переступая с ноги на ногу, а потом робко шагнула в коридор.

Медленно, прислушиваясь и оглядываясь, она заглянула в ванную. Затем так же осторожно — в гостиную.

— Проснулась? — тихо прозвучал голос с дивана.

Рядом с мужчиной стоял пакет продуктов, пустые бутылки из-под пива, походный рюкзак.

— Заходи, поешь, — пригласил он жестом.

— Да... — неуверенно дрогнул ее голос. Люсиль шагнула в гостиную, хмурясь. — Я голодна...

За время ее сна Дар тоже успел переодеться и вооружиться. Он больше не напоминал раненого выжившего, а выглядел как подготовленный наемник. Балаклава, камуфляжный капюшон, очки с желтыми линзами, казалось бы, ненужные в полумраке комнаты.

Девушка осторожно взяла приготовленную для нее банку тушенки и робко присела на краешек дивана, подальше от него.

— Как себя чувствуешь? — поинтересовался мужчина, практически не двигаясь и наблюдая за ее трапезой.

— Лучше... — выдохнула Люсиль, доставая из пакета бутылку воды и жадно припадая к ней.

— Хорошо. У меня были планы на сегодня. — Дар усмехнулся и покачал головой, принимаясь перебирать оставшиеся пакеты, высыпая содержимое в один.

— Снова куда-то идти? — шепнула Люсиль. — Может, вернемся в ту... школу?

Он фыркнул.

— В школу? Зачем нам лишние рты?

Он наклонился к ней, и Люсиль инстинктивно отодвинулась. Жёлтые линзы скрывали его взгляд.

— Разве не здорово быть вдвоем? Ты и я...

— Там безопаснее. Есть другие люди. Команда, — взволнованно посмотрела она ему в глаза.

— Насчет безопаснее не стану утверждать, — плюхнулся обратно на диван мужчина. — А вот команда... Надежная, проверенная — это хорошо. Только где ее взять? Была у меня одна и... — Дар повел рукой вокруг. — Осталась только ты.

Он замолчал, глядя на зашторенное окно.

— А знаешь, пожалуй, я соглашусь. Нам нужна команда. Давай этим и займёмся сегодня. Идём на поиски.

Люсиль поджала губы, выскользнув из-под его руки, и тяжело вздохнула.

Она посмотрела на его собранный рюкзак.

— Хорошо, — прошептала она, делая свой выбор. — Идём.

День 3. 2:14. Улицы Ланвиля.

Клык туже затянул хвост волос, проверил пистолет, поправил топор на поясе и обвел взглядом команду. Как и в прошлый раз, он брал Грина — главную физическую силу, и Жука — ловкого разведчика. Остальные — Шнырь, Кира и Тык — оставались охранять убежище.

— Будьте внимательны. Никого не впускайте, — произнес Руэл Клык. — Податься нам больше некуда.

— Никто не пройдет! — уверенно ткнул себя в грудь Ташик Тык.

— Так держать, — хлопнул его по плечу Данеш Грин. — Мы ненадолго.

— Разберемся, Руэл, — кивнул Лукас Шнырь. — Вы сами главное возвращайтесь. В идеале — с машиной и запчастями.

— Берегите себя, — чуть улыбнулась Киара.

— Тогда пошли. Вперед, — махнул рукой Клык, направляясь к выходу.

Жук, поджав губы, шагнул следом. Грин двинулся замыкающим.

Обойдя разлагающийся труп, Клык щелкнул фонариком. Луч заскользил по стенам низкого тоннеля, ведя к проходу в основную канализацию. Вскоре их окружили полукруглые своды из массивных известняковых плит. Под ногами журчала вода в лотке, в темноте скрипели решетки аэраторов.

Грин тоже включил фонарь, в другую руку взял утыканную гвоздями дубинку.

— Пусть только кто сунется, — прошипел он сквозь зубы.

— Думаешь... тут кто-то есть? — Жук вздрогнул и резко обернулся, судорожно сжимая свой фонарик.

Руэл замедлил шаг, косясь на паренька в грязной, но все еще нарядной по меркам выживших одежде.

— Может. Крысы. Люди. Те... существа. Так что смотри в оба.

Грин сжал дубинку, водя лучом по смыкающемуся вокруг мраку.

— Монстры... — выдохнул Тушар Жук, мелко затрясшись и начав шарить по карманам.

Следующие пятнадцать минут они молча шли, нарушаемые лишь шумом воды и гулом в вентиляции. Ни крыс, ни людей.

Наконец, впереди показалась развилка. Два тоннеля расходились под острым углом, повторяя уклон улиц.

— Поднимаемся здесь, — Клык перебрался через лоток, где в свете фонаря угадывалась чугунная лестница. — Грин, прикрой тыл.

Грин кивнул, подтолкнул Жука к лестнице и занял позицию. Он развернулся спиной к ступеням, лицом в черноту тоннелей, широко расставив ноги и занеся дубинку. Его луч, как щуп, скользил по сырым сводам. Жук, прижался к холодной стене.

Руэл тем временем взобрался наверх, уперся плечом в тяжелый люк и приподнял его. Хлынул холодный воздух, пахнущий дождем и гнилью.

— Тут труп, — шепнул он вниз, просунув во щель фонарик. — Свежий... Туман, ничего не видно. — Он погасил свет и наклонился к товарищам. — Поднимаемся. Тихо и осторожно.

Первым выбрался Клык. Он ступил на мокрый асфальт, вглядываясь в серую дымку, белившую ночную тьму. Фонарик снова вспыхнул, выхватив из тумана растерзанное тело на тротуаре и кровавый след, тающий в темноте.

— Тише, — пробормотал он, убирая пистолет и зажимая в потной ладони топорик.

Рядом вынырнул Жук, нервно озираясь. Увидев труп, зажмурился. Следом появился Грин, с ходу готовя дубинку.

— Хочешь к нему присоединиться? — сквозь зубы рявкнул он на Жука. — Двигай, Клык! Вперед!

Тушар замотал головой и, не глядя, ткнул пальцем на восток.

— Вроде... туда.

Клык фыркнул и шагнул в указанном направлении. Грин грубо толкнул перед собой Жука, и группа заскользила вдоль стен, растворяясь в молоке тумана.

Они шли, спотыкаясь о обломки кирпича и перевернутый хлам. Дождь не прекращался, леденя лица. Свет выхватывал выбитые витрины, смятые машины, зияющие провалы окон.