Горизонт. Раньше времени

— Куратор? — спросил Глеб.

Алексей посмотрел на него.

— Ты уже решил?

— Я спрашиваю.

— Тогда отвечаю: возможно.

— А что ещё?

— Слухи. Чужая осторожность. Кто-то мог услышать о нашей экспедиции и начать предупреждать остальных, считая, что делает полезное дело.

— И ты в это веришь?

— Я не выбираю объяснение по тому, насколько оно мне нравится.

Лидия подняла голову.

— Нам нужно понять, откуда пошли сведения. И одинаковые ли они.

— Именно, — сказал Алексей. — Если за этим кто-то стоит, он оставил следы. Если нет — не надо создавать ему репутацию человека, который управляет каждым разговором за пределами Рубежа.

Глеб помолчал.

— Но ведь это могло быть сделано специально.

— Могло.

— Чтобы нас задержать.

— Или заставить пойти другой дорогой.

Эти слова заставили Егора, сидевшего возле карты, поднять голову.

— Другой дорогой мы уже собираемся идти.

— Вот именно.

Егор посмотрел на южный обход.

— Думаешь, нас туда направляют?

— Возможно.

— Тогда предлагаешь вернуться к первоначальному маршруту?

— Нет. Общины отказали. Их решение остаётся в силе независимо от того, кто и что им рассказал.

Егор снова посмотрел на карту.

— Значит, наш выбор может совпасть с чьим-то расчётом.

— Может.

— А может и нет.

— Тоже может.

Глеб выдохнул.

— Ненавижу такие ответы.

— Я тоже, — сказал Алексей. — Но от этого они не становятся неправильными.

Он подошёл к карте.

Южный обход выводил группу к старой транспортной ветке. Дальше местность была изучена значительно хуже. Если кто-то хотел направить их именно туда, они могли обнаружить это только при движении.

— Добавим предварительную разведку, — сказал он. — И два контрольных варианта отхода. Никто не идёт вперёд только потому, что дорога кажется единственной.

Егор кивнул.

— Это уже похоже на план.

На следующий день подготовка началась с проверки грузов.

Фёдор разложил оборудование прямо во дворе мастерской.

На одном ящике лежали измерительные приборы. На другом — инструмент. Отдельно стояли запасы воды, еды и перевязочные материалы.

Егор проверял ремни и крепления.

Лидия собирала документы в герметичный контейнер, который можно было нести отдельно от основной поклажи.

Ная помогала ей.

— Здесь всё? — спросила она, подняв тонкий пакет с копиями.

— Всё, что понадобится для сравнения найденных документов с нашими архивными записями.

— А если ничего не найдём?

— Тогда вернёмся с тем, что есть.

Ная посмотрела на контейнер.

— Не очень утешительно.

— Я и не пытаюсь утешить.

Они обменялись короткими улыбками.

Алексей подошёл с дорожной картой.

— Что с резервными копиями?

— Одна останется в Рубеже, — ответила Лидия. — Вторую беру с собой. Исходные материалы не трогаем.

— Хорошо.

Ная посмотрела на него.

— Сколько нас идёт?

— Четверо. Я, ты, Лидия и Егор.

— А Фёдор?

— Остаётся. Нужно продолжать наблюдения за временными сбоями. И кому-то придётся чинить всё, что мы здесь оставим.

Фёдор услышал последнюю фразу.

— Особенно после того, как вы забрали половину исправного оборудования.

— Мы вернём.

— Надеюсь, до того, как оно окончательно устареет.

Алексей взглянул на старый прибор в металлическом корпусе.

— За триста лет не устарело. Ещё немного выдержит.

— Возраст — не показатель исправности.

Алексей посмотрел на Фёдора.

— Кажется, кто-то начал слушать мои объяснения.

— К сожалению.

Ная проверила застёжку своего рюкзака.

— Измерители у нас будут?

— Два автономных, — ответил Алексей. — Один основной, второй резервный.

— А оружие?

Егор поднял голову.

— Оружия для обычных дорожных опасностей хватит, — ответил Егор. — Если столкнёмся с серьёзной угрозой, лучше отступим, чем полезем в драку.

— Хороший план, — сказала Ная.

— Других пока нет.

Она посмотрела на Алексея.

— Ты собираешься идти впереди?

— Вместе с Егором.

— А если на месте что-то узнаешь и решишь свернуть без предупреждения?

Алексей остановился.

— Не решу.

— Уверен?

— Да.

— Даже если увидишь знакомый корпус?

— Сначала проверим подходы.

Ная кивнула.

— Тогда договорились.

Ная не улыбалась.

Для него это была дорога к собственной молодости. К институту, где он когда-то учился, к преподавателю, имя которого теперь стало частью загадки, и к работе, которую не мог вспомнить.

Слишком легко было позволить воспоминанию стать важнее происходящего вокруг.

— Если начну смотреть не туда, скажешь, — добавил он.

— Обязательно.

— Только заранее не ругай.

— Постараюсь дождаться причины.

Лидия нашла последнюю запись уже перед выходом.

Группа была готова.

Егор ждал у ворот, проверяя крепление поклажи. Фёдор передавал ему список запасных частей и объяснял, какие из них нельзя использовать для ремонта другого оборудования без крайней необходимости.

Алексей стоял возле восточного кабинета, когда Лидия появилась в дверях.

— Зайди на минуту.

Он посмотрел на её лицо.

— Что-то нашла?

— Да.

На столе лежал лист.

Не обычная копия архивной ведомости, а восстановленное изображение учётной карточки.

Бумага на исходном документе была повреждена. Один угол отсутствовал, несколько строк читались плохо. Но основные поля удалось восстановить.

Алексей подошёл ближе.

В верхней части стояли название кафедры и фамилия преподавателя.

СЕДОВ О. М.

Ниже — номер учебной работы.

И строка с его фамилией.

ВОРОНЦОВ АЛЕКСЕЙ.

Он прочитал тему.

ИССЛЕДОВАНИЕ ПЕРЕХОДНЫХ ПРОЦЕССОВ МНОГОКОНТУРНОЙ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ ПРИ АВАРИЙНОМ ОТКЛЮЧЕНИИ.

Алексей нахмурился.

— Не помню.

— Совсем?

— Нет. Тема знакомая по специальности, но саму работу не узнаю.

Лидия показала следующую строку.

— Обрати внимание сюда.

Внизу карточки находилась дополнительная отметка:

ВНЕШНИЙ ЗАПРОС МАТЕРИАЛОВ.

Рядом стояли дата и служебный код.

Алексей проверил дату.

Он тогда ещё учился.

До работы на промышленном объекте оставались годы.

— Кто запрашивал? — спросил он.

— Пока не знаю. Поле с названием организации повреждено. Код сохранился частично, но похож на тот, который мы видели в документах об отборе.

— Похож или совпадает?

— Совпадает сохранившаяся часть. Но полного обозначения у нас нет.

Алексей кивнул.

— Что именно они запросили?

— В карточке указаны материалы работы. Но нет подтверждения, что их действительно выдали.

— То есть запрос был, но ответа на него нет?

— По крайней мере, в сохранившихся документах, — ответила Лидия.

— Да.

Он снова посмотрел на тему.

Многоконтурная система управления.

Аварийное отключение.

Переходные процессы.

Обычная тема для студента его специальности.

И всё же кто-то запросил именно эту работу.

Ещё до того, как Алексей оказался на объекте HORIZON.

— А где основная папка? — спросил он.

— По учётной карточке установить не удалось. Мы знаем номер работы и резервное хранилище, где могли сохраняться материалы кафедры.

— Могли.

— Да.

Лидия посмотрела на него.

— Теперь у нас хотя бы есть конкретный документ для поиска.

Алексей взял копию карточки.

— Почему ты нашла её только сейчас?

— В старом каталоге она проходила не по фамилии студента, а по номеру кафедры и виду работы. Когда мы восстановили обозначение Седова, смогли проверить связанные записи.

— Независимый источник?

— Университетский учётный массив. Не HORIZON.

— Копии сверены?

— Насколько позволяют повреждения. Я сохранила исходное изображение и отдельно восстановленный текст.

Алексей ещё раз прочитал дату внешнего запроса.

— Значит, кто-то заинтересовался моей курсовой ещё во время учёбы.

— Это подтверждает карточка.

— Но мы не знаем, почему.

— Нет.

Он положил лист на стол.

— И не знаем, связан ли запрос с тем, что потом я стал Оператором 05.

— Не знаем.

Лидия чуть заметно улыбнулась.

— Ты начинаешь задавать правильные вопросы.

— Седов тоже так говорил.

— Возможно, не зря.

Алексей сложил копию в папку.

— Берём.

Сергей ждал их возле ворот.

Алексей заметил его ещё издалека. Левин стоял в стороне от суеты, не мешал Егору проверять снаряжение и наблюдал, как группа заканчивает сборы.

Когда Алексей подошёл, Сергей кивнул.

— Выходите?

— Да.

— Дорогу согласовали?

— Первоначальный маршрут закрыт. Пойдём в обход.

— Насколько дольше?

— Пока не знаем.

Сергей посмотрел на Егора.

— Он справится.

— Я не сомневаюсь.

Некоторое время они молчали.

Потом Алексей достал копию архивной карточки.

— Узнаёшь?

Сергей взял лист.

Прочитал тему, фамилию преподавателя и номер работы.

На отметке о внешнем запросе задержался дольше.

Алексей внимательно наблюдал за ним.

— Что скажешь?

— Документ интересный.

— Я тоже так решил. Поэтому мы и идём.

Сергей вернул лист.

— Подлинность проверяли?

— Доступными способами.

— Этого недостаточно для выводов о причинах запроса.

— Знаю.

— Тогда зачем показываешь мне?

Алексей указал на служебную отметку.

— Потому что хочу понять, кто запрашивал работу.

— В карточке название организации повреждено.

— Я заметил.

— И ты думаешь, что я могу его восстановить?

— Я думал, что ты можешь узнать обозначение.

Сергей посмотрел на код ещё раз.

— По этому фрагменту я не могу точно определить организацию.

— Но обозначение тебе знакомо? — спросил Алексей.

— Отчасти.

— Тогда кто мог стоять за этим запросом?

— Кто мог стоять за таким запросом?

Левин медленно сложил лист.

— В то время существовало несколько исследовательских программ, которые собирали работы по промышленному управлению. Особенно те, где рассматривались аварийные режимы и поведение связанных систем.

— Это обычная практика?

— Сама по себе — да.

— Но не в нашем случае?

— Я этого не говорил.

— Тогда скажи то, что знаешь.

Сергей помолчал.

Шум возле ворот продолжался. Егор проверял ремни. Фёдор спорил с одним из помощников о запасном аккумуляторе. Ная стояла рядом с Лидией, ожидая окончания разговора.

— Кто конкретно запросил твою работу, я не знаю, — сказал Сергей.

— А кто мог?

Левин посмотрел на карточку.

— Есть люди, которые занимались такими программами ещё до твоего назначения. Некоторые работали с данными, которые тогда не должны были быть доступны обычным исследовательским отделам.

— Какие данные?

— Не могу подтвердить, что именно они использовались в этом запросе.

— Но ты знаешь этих людей?

— Некоторых.

Алексей выдержал паузу.

— Имена?

Сергей не ответил сразу.

— Сначала проверь архив. Узнай, что именно запрашивали и была ли передача. Иначе я дам тебе список людей, который может увести совсем в другую сторону.

— А если архив уничтожен?

— Тогда будем работать с тем, что осталось.

Алексей посмотрел ему в глаза.

— Ты снова оставляешь самое важное на потом.

— Пока я не могу подтвердить больше.

— Удобная позиция.

— Понимаю, почему ты так считаешь.

— Тогда помоги найти подтверждение.

Сергей посмотрел на него, но ничего не ответил.

Алексей убрал карточку.

— Один вопрос. Ты знаешь, кто именно стоял за ранней подготовкой Пятого?

— Знаю людей, которые могли участвовать.

— Но не знаешь, кто принял решение.

— Не могу утверждать.

— А ты сам участвовал?

Сергей долго смотрел на него.

— Об этом мы ещё поговорим.

Алексей почувствовал знакомое раздражение.

Он уже открыл рот, чтобы потребовать ответа, но передумал.

Левин мог откладывать разговор сколько угодно. Теперь у Алексея были собственные документы.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда проверим без тебя.

— Это разумно.

Алексей направился к остальным.

У ворот Егор уже закончил сборы.

— Всё? — спросил он.

— Всё.

— Маршрут помнишь?

— Южный обход. До старой транспортной ветки. Дальше по обстановке.

— А если дорога окажется закрыта?

— Проверим другой проход.

— А если территория занята?

— Договоримся или вернёмся.

Егор кивнул.

— Тогда пошли.

Глеб стоял у ворот вместе с двумя дежурными.

— Связь каждые несколько часов, когда будет возможность, — сказал он. — Если не сможете выйти на канал, отметитесь на ближайшем согласованном посту.

— Хорошо, — ответил Алексей.

— И не пытайтесь сокращать дорогу через общины, которые отказали.

— Даже не собирались.

Глеб посмотрел на карту в его руке.

— Знаю. Просто хотел услышать.

Ная поправила рюкзак.

Лидия проверила, плотно ли закрыт контейнер с архивными копиями.

Егор первым вышел за ворота.

За ним двинулись остальные.

Алексей задержался на несколько секунд и оглянулся.

Рубеж оставался позади — город, который научился не доверять старым решениям и всё ещё пытался понять, как жить без них.

Где-то в мастерской Фёдор продолжал разбирать результаты временного сбоя. Глобальный отсчёт шёл дальше. Сергей Левин снова оставил больше вопросов, чем ответов.

А впереди лежала дорога к месту, которое Алексей когда-то знал лучше многих других.

Он помнил корпус института.

Помнил преподавателя.

Помнил улицу, по которой ходил на занятия.

Не помнил только работу, которую теперь собирался найти.

Алексей поправил ремень рюкзака и догнал остальных.

На старой карте путь выглядел простой линией.

Но за триста двенадцать лет дороги изменились, границы переместились, а люди научились не пускать чужаков туда, где те могли принести беду.

И впервые за долгое время Алексей был готов принять, что к собственному прошлому ему придётся идти не самым коротким путём.

АКТ II. НАЧАЛЬНАЯ ТОЧКА

Глава 8. Старый корпус

На второй день пути они вышли к разрушенному путепроводу.

Егор остановился первым. Поднял руку, дождался, пока остальные подойдут, и указал на бетонные опоры впереди.

— Дальше по старой дороге не пройти.

Алексей снял рюкзак и поставил его на землю.

Путепровод когда-то пересекал железнодорожную ветку. Теперь от верхнего пролёта осталась наклонная плита, упиравшаяся одним концом в землю. Вторая часть конструкции обрушилась в заросшую кустарником низину. Из бетона торчала ржавая арматура.

За триста двенадцать лет деревья успели вырасти там, где раньше двигались грузовики. Корни раздвинули дорожное покрытие, а вода размыла основание насыпи.

На старой карте путепровод выглядел вполне исправным.

— Обойти можно? — спросила Лидия.

Егор присел возле края разрушенного полотна.

— Сначала посмотрим, что внизу.

— Здесь раньше был служебный съезд, — сказал Алексей.

Он указал левее.

Там, среди деревьев, угадывалась пологая полоса земли.

— Уверен? — спросил Егор.

— Помню, что к железнодорожным путям спускалась дорога. По ней обслуживали станцию.

— Ты здесь бывал?

— Несколько раз проезжал.

— Когда?

— До Нулевого дня.

— Давно здесь не обслуживали станцию.

— Заметил.

Ная подошла к краю насыпи.

— Если спуститься там, мы выйдем к путям?

— Возможно, — ответил Егор. — Но сначала проверим склон.

Егор закрепил верёвку за толстый ствол дерева, проверил, надёжно ли она держится, и начал спускаться. Он двигался осторожно, выбирая участки с плотной землёй и избегая осыпающихся краёв. Алексей наблюдал за ним.

В Рубеже дорога к институту казалась задачей, которую можно решить по карте. Они нашли старую схему, выбрали обход, подготовили оборудование. Всё выглядело достаточно разумно.

Но на местности выяснилось, что карта показывала не столько дорогу, сколько место, где она когда-то существовала.

— Проход есть, — крикнул снизу Егор. — Только ближе к опоре не подходите. Грунт подмыло.

Они начали спуск.

Лидия шла первой после Егора. На середине склона она остановилась, поправляя ремень контейнера с документами.

— Алексей, ты ведь сказал, что раньше здесь ездили?

— Да.

— На чём?

— На машине.

Она посмотрела на узкую полосу между корнями.

— Теперь я понимаю, почему вы их любили.

— Машины?

— Дороги.

Ная усмехнулась.

Алексей помог Лидии пройти последние несколько метров.

Внизу оказалось прохладнее. Разрушенный путепровод закрывал часть неба, а между опорами сохранился узкий участок старой железнодорожной насыпи.

Рельсы давно исчезли. Остались отдельные деревянные шпалы, почти полностью ушедшие в землю, и полоса щебня, поросшая травой.

Егор изучил следы возле ближайшего дерева.

— Здесь недавно проходили люди.

Алексей подошёл.

— Сколько?

— Не меньше трёх. Возможно, больше.

— Местные?

— По следам не определить. Шли налегке, без телег.

Ная посмотрела вдоль насыпи.

— Они могли прийти с той стороны?

— Могли.

— Значит, дальше есть проход.

— Возможно, — ответил Егор. — Но неизвестно, куда он ведёт.

Он выпрямился.

— Идём вдоль насыпи. До следующего поворота. Потом сверимся с картой.

Алексей поднял рюкзак.

За спиной остался разрушенный путепровод, впереди тянулся узкий коридор между деревьями.

Они продолжили путь.

К вечеру добрались до старой промышленной полосы.

Здесь когда-то находились складские помещения, ремонтные боксы и небольшие предприятия. Теперь здания стояли без крыш, а между стенами росли деревья. Некоторые корпуса обрушились почти полностью, другие сохранили очертания.

Егор выбрал место для ночёвки возле бывшей насосной станции.

Здание оказалось небольшим. Две стены уцелели, третья была укреплена металлическими балками, поставленными значительно позже Нулевого дня. Значит, когда-то здесь уже останавливались люди.

— Посмотрим, не занято ли помещение, — сказал Егор.

Они обошли станцию.

Следов недавней стоянки не обнаружили. Внутри лежали старые доски, несколько камней, сложенных вокруг места для огня, и ржавый металлический бак.

Ная поставила рюкзак у стены.

— Здесь безопасно?

— Для ночёвки подойдёт, — ответил Егор. — Но дежурить будем по очереди.

Алексей достал карту.

— До института далеко?

Егор присел рядом.

— Если завтра пройдём вдоль транспортной ветки, к вечеру должны выйти к старой городской окраине. Дальше всё зависит от того, что осталось от улиц.

— Значит, ещё день.

— Как минимум.

Лидия разложила перед собой две карты.

Одна была старой, составленной до Нулевого дня. Вторая показывала результаты поздней разведки, но охватывала только отдельные участки.

Между ними оставались большие пустые пространства.

— Здесь должна быть река, — сказала она.

— Есть, — ответил Егор. — Мы её обошли южнее.

— А здесь ещё один водоотводный канал.

— Вот с ним сложнее. На разведывательной схеме его нет.

Алексей наклонился над картой.

— Он мог пересохнуть.

— Или изменить русло, — добавил Егор.

— Или превратиться в болото, — сказала Ная.

— Тоже возможно.

Лидия провела карандашом короткую линию.

— Нам нужно попасть сюда. Технический корпус института находился в стороне от главной площади. Если старые улицы хотя бы частично сохранились, мы сможем выйти к нему с юга.

Он помнил этот район.

Не весь. За годы работы на промышленном объекте институтская жизнь постепенно отодвинулась в прошлое. Некоторые улицы изменились ещё до Нулевого дня, появились новые здания, закрылись магазины, перестроили перекрёстки.

Но основные ориентиры остались.

По крайней мере, в памяти.

— Там была остановка, — сказал он, указывая на карту. — От неё до главного корпуса минут десять пешком.

— А до технического? — спросила Лидия.

— Чуть больше. Нужно было перейти дорогу и обойти старую лабораторию.

— Ты часто туда ходил?

— На старших курсах. В лабораторном корпусе проводили занятия по автоматике.

Он задумался.

В памяти возник длинный коридор с тёмно-зелёными стенами. На полу лежала потрескавшаяся плитка. Возле лестницы стоял автомат с кофе, который работал не всегда.

Алексей даже вспомнил, как однажды пытался достать застрявший стаканчик и получил вместо кофе порцию горячей воды прямо на рукав.

Совершенно ненужное воспоминание.

Но удивительно отчётливое.

— Что? — спросила Ная.

— Вспомнил одну глупость.

— Какую?

— Про кофейный автомат.

— Опять?

— Я уже рассказывал?

— Вчера.

— Значит, воспоминание надёжное.

Ная улыбнулась.

Лидия отложила карандаш.

— Завтра, когда придём на место, не пытайтесь сразу искать архив. Сначала установим, какие здания сохранились. Нужно сравнить хотя бы три ориентира, иначе можем принять за нужный корпус совершенно другой.

— Согласен, — сказал Алексей.

Егор поднялся.

— Тогда на сегодня хватит. Я проверю подходы и выставлю сигнальную нить.

Ная пошла помогать ему.

Лидия убрала карты в контейнер.

Алексей остался возле входа в насосную.

Темнело.

Среди деревьев виднелись остатки трубопроводов. Где-то далеко кричала птица. Ветер проходил через пустые оконные проёмы, заставляя скрипеть незакреплённый лист металла.

Триста двенадцать лет назад здесь работали люди.

Они приходили утром, запускали оборудование, ругались на неисправности, составляли отчёты. Вероятно, кто-то мечтал сменить работу, кто-то ждал отпуска, кто-то беспокоился, успеет ли забрать ребёнка из школы.

Обычная жизнь.

А теперь от неё остались стены, трубы и следы на старых схемах.

Алексей посмотрел на собственные руки.

Он тоже когда-то жил той жизнью.

Но завтрашняя дорога должна была привести его не к месту, где он работал, а туда, где ещё только учился этому.

Утром они обнаружили, что старый водоотводный канал никуда не исчез.

Он просто стал значительно шире.

Вода разлилась по низине, затопив часть транспортной ветки. На поверхности плавали листья, между сухими стволами выступали покрытые тиной бетонные конструкции.

Егор остановился на возвышенности.

— По прямой не пройдём.

Лидия посмотрела на карту.

— Здесь обозначен переход.

— Был обозначен, — уточнил он.

В нескольких десятках метров действительно виднелись остатки бетонного сооружения. Но центральная плита провалилась, а по краям выросли деревья.

Алексей подошёл ближе.

— Если пройти по южному берегу, должны выйти к старой дороге.

— Сколько идти? — спросила Ная.

— По карте меньше километра.

Егор посмотрел на заросли.

— По местности может быть больше.

— Значит, проверяем.

Они двинулись вдоль воды.

Через полчаса пришлось остановиться: старые бетонные плиты уходили под заболоченную почву. Егор несколько раз проверил землю, затем повёл группу выше по склону.

Лидия шла медленно. Контейнер с документами мешал пролезать между кустами, и Алексей предложил взять его.

— Сама справлюсь.

— Вижу. Но у меня рюкзак легче.

Она передала ему контейнер.

— Только не урони.

— Постараюсь.

— Это архив.

— Я догадался по тому, как ты на него смотришь.

— И как я на него смотрю?

— Как Фёдор на последний исправный аккумулятор.

Лидия улыбнулась.

Вскоре они вышли на старую дорогу.

Её покрытие почти полностью исчезло, но широкая полоса между деревьями сохранилась. Местами выступали бетонные бордюры, а возле поворота стоял наклонившийся металлический столб.

Алексей остановился.

— Здесь раньше был указатель.

Егор подошёл.

— На что он указывал?

— На университетский район.

— Ты уверен, что это та дорога?

Алексей посмотрел по сторонам.

Справа должна была находиться автобусная остановка. Слева — длинное кирпичное здание с магазином на первом этаже.

Теперь справа тянулись заросли, а слева лежал холм из битого кирпича, почти полностью покрытый землёй.

— Не уверен, — признался он.

Лидия раскрыла карту.

— Нам нужна ещё одна точка.

Алексей медленно повернулся.

В нескольких метрах от дороги среди деревьев выступал кусок металлической конструкции.

Он подошёл ближе.