Беда не приходит одна

Волосы у него были золотыми, как поспевшие колосья ржи, нос - кривым, словно его не единожды перебивали в драке, а глаза - серыми, с золотистыми искорками коварства.

- А что, - сладко улыбнулась Велимира, - не должны были?

- О, вовсе нет! - ещё раз поклонился тот. - Просто дорога длинна и порой опасна... Ох, я опять говорю совершенные глупости! - он легонько хлопнул себя ладонью по рту. - Самое главное-то забыл! Господа, - он прижал руку к сердцу, - будьте нашими дорогими гостями в Ладичах! Моё имя Лют, Лют Карпович, и я проведу вас к моей госпоже.

Ворота тем временем открылись достаточно широко, чтобы в них свободно могла въехать телега, и они въехали в город под непрерывную болтовню Люта Карповича, который рассказывал им о прекрасном пире, что готовит для дорогих гостей его прекрасная и щедрая госпожа.

Городишко Любичи оказался чудо как хорош. Нарядный, с небольшими домиками, украшенными росписью и резьбой на ставнях, с кружевными крышами, чистой каменной мостовой и богато, пёстро одетыми жителями, которые радостно кланялись проезжавшей мимо телеге, он выглядел точно печатный пряник или раскрашенная мастером чаша.

- Ишь, как красуется! - пробормотала себе под нос Велимира.

Дом Лучезары, к удивлению Идар, стоял не в центре города, а неподалёку от ворот, огороженный лишь расписанным красной, золотой и синей краской деревянным забором - таким невысоким, что Идар могла свободно за него заглянуть. Калитка была открыта нараспашку, и в ней стояла дородная женщина в простом головном уборе вдовы. На вытянутых руках она держала полотенце с узорчатым караваем, который торжественно протягивала дорогим гостям.

- Хлеб-соль! - протянула она звучным, певучим голосом. - Рады вам, гостюшки дорогие. Не побрезгуйте нашим угощением!

Идар легонько дёрнула Босаву за рукав и прошептала испуганно:

- Что делать-то надо?

- Ничего сложного, - заверил он её, - отломить кусочек, обмакнуть в соль и съесть. А ты... - он вдруг страшно смутился. - Можешь помочь мне?

- Конечно, - Идар крепко ухватила его под локоть, - даже не сомневайся!

Когда все отведали каравая - Идар от волнения не почувствовала его вкуса - женщина с поклоном посторонилась, пропуская их через узкие ворота во внутренний двор.

- А как же лошадь? - Идар торопливо обернулась. - Она что, так и останется стоять во дворе?

- Не волнуйся, госпожа, - с самым серьёзным лицом склонился к ней Лют, - о ней позаботятся. В нашей конюшне её и почистят, и накормят.

- А вещи?

- Слуги принесут в ваши покои.

До чего было непривычно, когда кто-то делает всё за тебя! “Нет уж, - решила Идар, - мне это не нравится. Лучше уж сама сделаю, как мне надо, чем кто-то - так, чтобы мне потом хвататься за голову пришлось!”.

Впрочем, про эти мысли она почти сразу позабыла и принялась с восхищением крутить головой - а в саду госпожи Лучезары было, чем полюбоваться. Несмотря на то, что стояла глубокая осень, и совсем недавно на землю опускался первый снег, сад был полон цветов - да таких диковинных, каких Идар никогда в жизни не видела. Огромные белые, похожие на пушистые облака, и насыщенно-розовые, с лепестками, свёрнутыми чашечкой. Тёмно-синие, с острыми вытянутыми лепестками, похожими на ножны. Невысокие и рыжие-рыжие, точно лисья шубка, круглые, как шарик. Хрупкие, растущие почти у самой земли, с белой сердцевиной и лиловыми краями, нежные, почти неземные... И это не считая деревьев, усыпанных плодами - яблони и сливы, а ещё - невиданные, с красными маленькими ягодами. Между цветами стояли скамейки с резными спинками, чтобы можно было сидеть и любоваться прекрасным садом.

Кто-то несильно дёрнул её за руку. Обернувшись, Идар со стыдом поняла, что, пока она с открытым ртом любовалась садом, на крыльце уже показались люди - четверо слуг в почтительных поклонах согнулись за спиной молодой девушки, одетой в белое, расшитое серебряной нитью платье, которое не стыдно было бы и самой княгине надеть. Лицо у неё было круглое, румяное, и до того приветливое, что, казалось, в гости к ней приехали не незнакомцы, а любимые братья и сёстры - серые глаза лучились довольством и радостью. Голову её покрывал лишь девичий венец, а потому видна была пушистая русая коса - совсем, правда, короткая, лишь чуть ниже плеч, зато густая.

- Здравы будьте, гости дорогие! - проговорила та и звонко рассмеялась, протянув к ним руки. - Как же долго вы к нам ехали! Я уж вас высматривала - глаза мне солнце выжгло, ветер запорошил, а вас всё нет да нет! А без вас тут, признаться, - она умоляюще протянула к ним руки, - скука смертная! Ну ничего, теперь-то повеселее будет...

- Это и есть Лучезара-королевична? - шепнула Идар согнувшейся в поклоне Велимире.

- Нет, конечно! - недовольно отозвалась та. - Это племянница её, дочь давно умершего брата. Поговаривают, будто она колдовать не умеет, но как по мне - брешут, так что будь с ней поосторожнее.

- Здравствуй, Лада Ярославовна, - приветствовала девушку Ярина Вадимовна, склонив голову, - тётушка-то твоя где?

- В покоях, - всё так же смеясь отвечала Лада, - ждёт вас - не дождётся! Она всё чин-чином приготовила - сначала дорогих гостей в баньке попарят, потом накормят досыта, а после и спать отправят. Но сперва пойдёмте, поздороваетесь с ней!

И, махнув рукой, она развернулась к дверям, которые тут же услужливо перед ней распахнули. Лют Карпович пропустил их всех вперёд и в дом вошёл последним. Если бы не медвежий слух, Идар бы даже не различила, как он ступает - Босава, который тоже очень хорошо слышал, растерялся и закрутил головой по сторонам, когда он прикрыл за ними дверь. Непростой слуга был у Лучезары-королевичны, ой, непростой... Не перевёртыш - Идар бы учуяла. Колдун? Волхв, поклонявшийся Старым Богам?

Терем госпожи Лучезары был очень светел - его насквозь пронизывали солнечные лучи, расплавленным мёдом втекавшие через огромные, чуть не во всю стену, окна с богато расписанными рамами - таких Идар не видела никогда.

- Сколько же времени их приходится мыть... - Пробормотала она себе под нос и услышала, как рядом фыркнула насмешливо Велимира.

Пол устилали ковры, по которым стыдно было ходить в обуви - до того искусно вытканы. Зато благодаря ним почти не было слышно шагов не только Люта Карповича, но и всех, кто шёл по дому Лучезары-королевичны. На стенах и высоком потолке красовались узоры - золотые, красные, синие, зелёные, не оставлявшие ни пяди простого дерева. Всмотревшись в них, Идар с удивлением различила среди тех, что расцвели на потолке, обережные узоры своего народа - те, что спасали от дурного глаза, от буйного ветра и от обиженных душ предков, что приходили донимать по ночам.

- Тут всё в оберегах, - шепнула она Босаве, которого вела под руку, - над дверью - те, что защищают от людей, приходящих в дом с оружием, на стене - от засухи... Наверное, у Лучезары-королевичны много врагов, если она из своего дома такую крепость сделала.

- Много - это ещё слабо сказано. - Подмигнул ей вдруг обогнавший их Лют Карпович, и Идар покраснела от смущения. - Но госпоже они не страшны. А столько оберегов в доме потому, - он с любовью провёл рукой по особо затейливому узору, - что ей они нравятся. Красивые, понимаете?

- Конечно, - склонил голову Босава, - каждый украшает свой дом так, как хочет. Знал я одного купца, который вместо ковра гостям под ноги стелил лошадиную попону...

- Ну, - белозубо усмехнулся Лют, - госпожа такого делать не станет...

Клыки у него были острые, как у волка. “Интересно, - подумала Идар, - есть ли такие перевёртыши, которые как перевёртыши совсем не пахнут? Надо будет спросить у бабушки Рагвар, она наверняка знает...”.

Остановившись перед низенькой дверью, выкрашенной тёмно-багряной краской, по которой вились золотистые узоры, Лада от волнения прикусила палец.

- Ой, - прошептала она восторженно, - что будет!.. Тётушка такая, такая умница, что вас пригласила! Ну, - она торжественно распахнула двери, - входите!

Покои, скрытые за дверью, были совсем небольшими, но казались просторными - из-за большого окна и солнечного света, что приливной волной их затапливал. Комната оказалась почти пустой - стояла только скамья с высокой резной спинкой у стены, а подле неё - два сундука, поменьше и побольше. На скамье, спиной к окну, сидела за прялкой немолодая уже женщина в белом кружевном платке, прикрывавшем её голову и плечи. Золотые, тяжёлые даже на вид височные кольца обрамляли впавшие бледные щёки. Пальцы у неё были длинные и совсем тонкие, даже чересчур - точно паучьи лапки, а не человеческие. Интересно, как у неё получалось делать ими хоть что-то?..

Если бы не худоба и морщины, Идар не смогла бы отличить Лучезару от Лады, а Ладу - от Лучезары. Хотя, пожалуй, если приглядеться, можно было найти ещё различия - у племянницы был курносый, кошачий нос - у тётки прямой, лисий. Не оказалось у тётки веснушек - кожа у Лучезары-королевичны была до того бледной, что должна бы, наверное, светиться в темноте, будто та ни разу в жизни на солнечный свет не выходила. Лада выглядела если не красавицей, то хотя бы славной девушкой, а в лице - да и всей фигуре - Лучезары мелькало что-то, отчего хотелось поскорее отвернуться.

Увидев их, Лучезара-королевична расплылась в приветливой, тёплой улыбке, и неторопливо отложила веретено с недопряденной куделью.

Велимира рядом тихо насмешливо хмыкнула.

- Здравствуй, Огненная ведьма. - Пропела Лучезара, поднимаясь со скамьи и с достоинством склоняя голову. - И вам поздорову, гости дорогие. Хорошо ли приняли вас в моём доме?

- И тебе не хворать, ведьма Болотная. - С усмешкой скрестила руки на груди Ярина Вадимовна. - Уважили нас, ничего не сказать.

Точёное, будто из белого камня вырезанное лицо на мгновение исказила недовольная гримаса.

- Ты знаешь, что я не люблю, когда меня так зовут, Ярина Вадимовна.

- Как и я. - Развела руками та. - Вежливость за вежливость, Лучезара-королевична.

Та кивнула, словно принимая такой ответ.

- Давно же мы с тобой не виделись, Ярина Вадимовна! Кажется, что уже целую сотню лет...

- Всего-то двадцать, Лучезара-королевична. Знаю-знаю - вам, простым людям, каждый год за десять моих идёт...

Теперь Лучезара-королевична хмурилась уже открыто. Идар в страхе дёрнула за рукав Беривоя - что творит Ярина Вадимовна, сама же говорила, что им нужно подружиться! Но тот, повернув к Идар голову, только успокаивающе улыбнулся.

А спустя мгновение улыбалась и Лучезара-королевична - не той ласковой, медово-сладкой улыбкой, а тонкой и хищной, слегка змеиной.

- А ты всё такая же язва, Яра. - Покачала она головой.

- Ты тоже не изменилась. - Довольно улыбнулась та. - Что это за лицедейство было, Лучезара?

- Хотела поменьше волновать наших юных гостий, - она улыбнулась Идар, - и гостей. Но если тебе не нравится...

- По-моему, они так только больше стали волноваться.

Лучезара-королевична взмахнула рукой, и вместо кудели на лавке осталась лежать уже готовая рубаха - белая-белая, без единого обережного узора.

- Что ж... - Она приложила руку к сердцу и склонилась второй раз. - Будь по-твоему, Яра. Добро пожаловать в мой дом, дорогие гости - пусть на время он станет и вашим домом. Как меня звать-величать, вы уже знаете - только, молю, зовите просто Лучезарой, или Лучезарой-королевичной, не по отчеству. Ну, а вас?

Беривой шагнул вперёд, загораживая собой Идар и Босаву.

- М-меня ты должна помнить, госпожа. - Он склонился перед женщиной. - Я приходил к тебе...

- Да-да, Беривой Болеславович! - радостно подхватила та. - Жаль, что тогда я не смогла тебе помочь. - Она лукаво покосилась на Ярину Вадимовну. - Зато сумела кое-кто другая, верно?

Беривой в ответ только ухмыльнулся в усы.

Выступила вперёд Забава.

- Спасибо за столь щедрый приём, госпожа. Моё имя - Забава Твердятична...

- Дочь купца Твердяты, - глаза у Лучезары-королевичны загорелись, - любопытная ты девочка... Жаль, не унаследовала от отца ни капли колдовской силы.

- По-моему, совсем не жаль, госпожа. - Вежливо улыбнулась Забава. - От неё порой одни беды... Прости, Веля.

Рядом с ней встал Евсей.

- Спасибо, что позвала нас, госпожа Лучезара-королевична. Я - Евсей, княжеский книжник.

- Евсей... - Задумчиво повторила та. - Такой же Евсей, как я королевична?

- Всё верно, - краешек губ у него чуть приподнялся. - Не по рождению, но по духу. У тебя прекрасный дом, госпожа...

- Это вы ещё не видели всех диковинок. - Польщённо кивнула ему Лучезара. - Но обязательно поглядите. Ну, а ты? - она перевела насмешливый взгляд на Велимиру.

- А то ты сама не знаешь. - Ухмыльнулась та будто через силу и скрестила руки на груди. - Кто я, что я, с чем меня едят...

- Я не собираюсь вредить тебе, девочка. Наша с Драгой Горыничной война закончилась много лет назад...

- Ну-ну, - покачала головой Велимира.

- ... и уж тем более, я помню, чья ты дочь. Ничего в моём тереме не бойся - только скажи мужу, чтобы отослал соглядатаев, змеи в саду мне не нужны.

Велимира расцепила руки и склонилась - когда она поднялась, Идар удивилась тому, как серьёзно было её лицо.

- Надеюсь на это, Лучезара-королевична.

- Ну, - вытянула та вперёд тонкую руку, - где же главные гости, ради которых всё и затевалось? Где же правнуки богов, которым суждено спасти наши земли от погибели?

Все расступились, и Милица, Идар и Босава оказались прямиком под лезвием острого взгляда Лучезары-королевичны. В её серых глазах, когда на них падал свет, загорались зелёные болотные огоньки, и Идар тихо выдохнула, заворожённая этим зрелищем.

- Милица Ярославовна, - выступила вдруг вперёд Милица, крепко прижимая к себе спящую дочь, и Идар с удивлением взглянула на неё, - меня в этот мир привела госпожа смерти, Мерова.

- Похвальная смелость, Милица Ярославовна. - Кивнула ей Лучезара. - Надеюсь, она не покинет тебя и дальше. Ну а вы, птенчики?

Идар торопливо склонилась, чтобы не видеть больше этих колдовских глаз.

- Идар, - выдавила из себя она, - дочь Карад, дочери Нарг, дочери Ларгат...

- Болеслав, - склонился рядом Босава, - рад, что ты позвала нас, госпожа.

- Маленькая медведица и гусляр, - довольно прищёлкнула языком Лучезара-королевична, - как славно, что вы все собрались под моей крышей! Ну да я вас долго томить не буду - умаялись ведь с дороги, поди! Эй! - хлопнула она в ладони. - Лада! Готова ли баня для дорогих гостей?

- Конечно, тётушка. - Сунулась в дверь довольное лицо Лады. - Прикажешь проводить?

- Прикажу. Да гляди, - улыбка Лучезары в этот раз Идар совсем не понравилась, - чтобы все довольны остались.

*

Идар привыкла мыться в бане вместе с мамой и тётями, поэтому, оставшись наедине с Яриной, Велимирой, Забавой и Милицей, она страшно засмущалась.

- Хочешь, пойдёшь после нас? - спросила Велимира, заметив её заалевшие уши. - Приглядишь пока за маленькой, ей всё равно в сильный жар нельзя.

Идар согласно закивала. Милица недовольно зыркнула на Велимиру, но дочку Идар оставила - и, пока взрослые мылись, Идар прижимала к себе маленькую хнычущую девочку и пела ей песенки, которыми её убаюкивала бабушка, когда ещё была жива - про маленького мышонка, который сбежал от мамы и потерялся в большом лесу, но его нашёл добрый лосёнок и вернул домой. Про охотника, который выходил волчонка, что вернулся потом в свою стаю - и через много лет спас своего приёмного отца от смерти зимой. Про медвежонка, который исцарапался в кустах малины и плакал об этом, уткнувшись в тёплый мамин живот...

После настала её очередь мыться. Баня у Лучезары-королевичны была такой же, как дом - то есть просторной и очень светлой, непривычной. Идар разглядывала расписные бочки с водой и ароматные веники и всё гадала - какой у подобной бани должен быть банник? Обычно они, белийские духи, лохматые и злые - но отчего-то казалось, что у Лучезары-королевичны он причёсан, одет в чистую рубаху, а когти у него подстрижены. Но к добру ли, к худу, а банник ей так и не показался.

Выйдя в предбанник, Идар не увидела там своей одежды - вместо неё лежали совсем новенькие рубаха и юбка, с красивой вышивкой - совсем не бедные, но и не похожие на роскошные наряды Лучезары и Лады. Должно быть, хотели её порадовать и не хотели засмущать...

Когда Идар уже завязала пояс, в дверь робко постучали.

- Кто там? - настороженно откликнулась она.

Медведица внутри неё не боялась - значит, вряд ли гость был опасен. Это была девушка - да, девушка, и пахло от неё сладкой липой и немного дымной горечью, которая остаётся после того, как потушишь свечу...

- О, ты уже оделась! - распахнула двери Лада. - Вот славно, молодец такая, быстрая! А я тебя хотела к остальным проводить. Но какая же ты всё-таки смелая! - восхищённо всплеснула руками она. - Взяла да приехала, когда на белийских землях такое творится...

- Что - такое? - навострила уши Идар.

- А-а-а, ты не знаешь! - рассмеялась Лада. - То-то не боишься, значит! Да убивают вас, - лицо её внезапно стало серьёзным, - детей, внуков, правнуков богов. Правда, только Змеевых... Но всё равно - вдруг напали бы, чтобы мальчика вашего достать?

- С нами Ярина Вадимовна, - помертвевшими от ужаса губами пробормотала Идар, - она нас в обиду не даст...

- Да, Огненная ведьма - она такая. - Мечтательно вздохнула Лада. - Си-и-ильная! Ладно, пойдём! Вот увидишь, у нас тоже нечего бояться!

“Босава, - с ужасом подумала Идар, - как бы сильна не была Ярина Вадимовна, не может же она вечно быть подле нас! Нельзя оставлять Босаву одного!”.