Читать книгу Тень для трёх императоров 2 (Amaury Shadow) онлайн бесплатно на Bookz (4-ая страница книги)
Тень для трёх императоров 2
Тень для трёх императоров 2
Оценить:

3

Полная версия:

Тень для трёх императоров 2

Его сердце в этот момент снова сбилось.

Я услышала.

И он понял, что я услышала.

Между нами повисла тонкая пауза.

— Разумеется, — сказала я мягко. — Саархи вообще любят говорить «под контролем» ровно в тех ситуациях, где контроль уже истекает кровью где-то под ковром.

На этот раз он улыбнулся не сразу.

И этим подтвердил всё лучше любых анализов.

После этого Саэрис продолжил лекцию о внутреннем дворе, будто ничего не случилось. Будто у него не дрожали пальцы, когда он раскрывал следующий голографический свиток. Будто под кожей у него не шла война, которую он проигрывал молча — из чистого дворцового упрямства.

Я позволила ему договорить.

Иногда лучший способ получить правду — не давить сразу, а дать существу дойти до края самому и посмотреть, кто первым сделает вид, что края нет.

Саэрис был из тех, кто шагнул бы дальше и ещё извинился бы за пятно крови на ковре.

На седьмой день полёта пришло сообщение от команды.

Официально «Нок’Тейра» находилась на закрытом раэдарском задании в дальнем секторе. Официально ни одна система не имела причины искать мой корабль рядом с саархскими маршрутами. Официально я не должна была получать от них личные пакеты данных.

Поэтому сообщение пришло не на браслет, не на корабельный канал и не через дипломатическую связь.

Сигнал проснулся в серебристой нити, вплетённой утром в мою причёску, почти невесомым прикосновением у виска.

Я сидела в своей каюте после завтрака, пока Нокса пыталась запихнуть нос в складки моего верхнего слоя и явно проверяла, не спрятался ли там выход на прогулку. В последние дни ей становилось всё тяжелее сидеть взаперти. Я старалась гулять с ней по разрешённым коридорам дважды в день, иногда трижды, но для виррены, созданной для движения, запахов, охоты и открытого пространства, дипломатический линкор был слишком красивой клеткой.

В этом мы с ней совпадали.

Я коснулась виска двумя пальцами. Серебристая нить отозвалась слабым холодом, и перед глазами на миг вспыхнула ментальная метка Эриса: три коротких импульса, один длинный, пауза.

Наш знак.

Я поднялась и прошла в малый кабинет. Нокса тут же вскочила и пошла за мной, мягко царапнув когтями тёмный пол.

— Не рычи на стены.

Она фыркнула.

— Да, я тоже считаю, что они слишком близко.

Я закрыла дверь, активировала защитную сетку Кайлена, поставила водный кристалл Эйрена на стол и сняла с волос серебристую нить. На вид — украшение. Внутри — крошечный накопитель, который любой саархский досмотр должен был счесть декоративной жилкой из редкого эларийского сплава.

А если нет — Кайлен будет разочарован.

Нить легла на поверхность стола, свет мигнул, и пакет раскрылся.

Сначала появилась Лиара — короткая голографическая проекция лица, срезанная помехами и защитой. Волосы убраны, глаза холодные, губы сжаты.

— Ари, мы внутри первого слоя. Не спрашивай где. На всякий случай. Передай Саэрису привет, но лучше не передавай. И да, я всё ещё злюсь.

Изображение сменилось Эрисом.

— Первый пакет данных. Срочно. Саэрис Эссайр. Угроза не внешняя. Отравление подтверждено по косвенным медицинским закупкам, передвижениям слуг Эссайр и закрытым письмам из северной ветви клана. Вероятный исполнитель — через личную прислугу. Вероятный заказчик связан с линией Тайры Эссайр. Структуру приложил.

Потом Кайрис, почти шёпотом:

— Я не восхищаюсь их системой внутренней переписки. Совсем. Почти. Ладно, немного. Но она мерзкая.

Терен сбоку:

— Он восхищался семь минут. Я засёк.

— Это было профессиональное уважение!

Лурин появился последним.

— Ариэль, если данные верны, яд бьёт не по органам в первую очередь. Он разъедает связь саарха с внутренним змеем. Если это так, обычные антидоты бесполезны. Нужен тот, кто сможет одновременно работать с тканями, нервной системой и даровым узлом. Не делай вид, что не поняла. И не делай это без подготовки. Я приложил стабилизирующую схему. Ты меня слышишь? Без подготовки.

Проекция погасла.

На столе раскрылись файлы.

Я читала быстро. Потом ещё раз. Потом третий — уже медленно.

Клан Эссайр прогнил изнутри не полностью — ни один великий род не гниёт весь сразу, слишком много ветвей, интересов, старых союзов и скрытых долгов, — но достаточно глубоко, чтобы яд дошёл до Саэриса.

Официальный старший наследник умер два года назад при странной аварии на внешнем торговом маршруте. Саэрис — молодой, одарённый, верный Змеиному Трону — быстро стал тем, кого невозможно игнорировать. Он был удобен императорам, полезен для договоров, опасен для старых ветвей и крайне неприятен для тех, кто хотел вернуть Эссайр к более мягкой, продажной и выгодной для совета линии.

Его нельзя было отодвинуть тихо.

Нельзя унизить без последствий.

Нельзя подкупить.

Значит, оставалось убрать.

С политической пользой.

Я открыла медицинский файл.

Яд назывался «Саар’мейш».

Запрещённый даже в Са’Рет — и это уже говорило о его мерзости.

Он не убивал сразу. Для постороннего всё выглядело бы как истощение, скрытая болезнь, последствия перегрузки или неудачная реакция на дальние переходы. А внутри делал худшее: медленно разъедал связь саарха с внутренним змеем.

Сначала сбои ритма.

Потом слабость.

Потом нарушение чувствительности.

А потом внутренний змей начинал отдаляться, будто его затягивало в холодную воду, где саарх больше не мог дотянуться.

Я застыла над строками.

На миг перед глазами оказался не файл, не тёмный стол и не чужой корабль, а другая пустота — старая, рваная, прожжённая до костей. Разрыв связи не звучит громко. Он не кричит. Он просто однажды оставляет внутри место, куда больше не приходит ответ.

Я знала это.

Не по книгам.

Не по чужим медицинским описаниям.

Пальцы сжались на краю стола, и серебристая нить дрогнула.

Нокса подняла голову.

— Всё нормально, — сказала я.

Слишком быстро.

Она не поверила, но спорить не стала.

Я заставила себя читать дальше.

Через два-три дня после появления явных симптомов связь становилась необратимо повреждённой. Через месяц тело умирало. Врачи на корабле видели действие состава, но не знали его имени: «Саар’мейш» давно вывели из официальных медицинских баз, оставив только в закрытых родовых архивах и старых судебных делах.

Для корабельных лекарей это был «неизвестный запрещённый состав».

Для «Нок’Тейры», вскрывшей переписку Эссайр, — конкретное название.

Последняя активная доза, вероятно, была введена перед вылетом. На борту возможен вторичный источник. Личная прислуга лорда под подозрением.

План был почти изящным.

Саэрис сопровождает новую Императрицу. К середине перелёта ему становится хуже. На борту начинается паника. Если он умрёт до прибытия — подозрение ляжет на корабль, охрану, врачей и само сопровождение Императрицы. Если протянет до Саириса и рухнет после встречи с ней — ещё лучше: чужачка из Аэл’Тар привезла смерть одному из самых перспективных Эссайр.

Гарем получит первый удар по моему статусу.

Старые роды — повод потребовать ограничения моей власти.

Эссайр — внутренний хаос.

Совет — рычаг против императоров.

Красиво.

Мерзко.

Почти достойно уважения, если не считать того, что я терпеть не могла, когда меня пытались использовать как декоративную чашу для чужого яда.

Нокса положила голову мне на колено.

Я открыла глаза и посмотрела на неё.

— Ну что, маленькая тень. Кажется, нам подарили первый шанс.

Она тихо рыкнула.

— Да. И первую жертву тоже.

Я отправила короткий ответ команде:

«Пакет получила. Продолжайте. Не светиться. Лиара — не злиться громко. Лурин — схему приняла. Без подготовки не полезу. Почти обещаю».

Через несколько секунд пришёл ответ от Лурина:

«Слово “почти” убрано врачебным приказом».

Я усмехнулась и встала.

Саэрис должен был прийти через час для очередного занятия, и я собиралась поговорить с ним о его состоянии мягко. Относительно. Но теперь у меня было всё, что нужно, и возможность купить себе первого сильного союзника в Са’Рет ещё до прибытия во дворец.

Глупо было бы упустить такой подарок.

Особенно если подарок уже умирал в соседнем секторе корабля.

— Позвать лорда Саэриса на ужин, — приказала я старшему слуге, когда тот пришёл уточнить вечерний стол. — Сегодня он составит мне компанию.

Саарх поклонился.

— Как пожелает Ваше Величество.

Он ушёл и вернулся через двадцать минут — слишком быстро и с тем лицом, с которым слуги приносят плохие новости и надеются, что их за эти новости не убьют.

— Ваше Величество, — он склонился почти до пояса, — лорд Саэрис приносит глубочайшие извинения. Его состояние не позволяет составить вам компанию сегодня вечером.

Нокса подняла голову.

Я медленно поставила чашку на стол.

На мне уже был вечерний саархатский наряд: тёмно-пурпурное платье с чёрным верхним слоем, серебряная нить в волосах, длинные рукава, которые я наконец-то научилась держать так, чтобы они выглядели как часть статуса, а не попытка ткани захватить власть над моей рукой.

— Его состояние, — повторила я.

Слуга замер.

— Да, Ваше Величество.

— Кто сейчас у него?

— Капитан корабля, врачи и личная прислуга лорда.

— Проводите меня.

Слуга поднял голову слишком резко.

Ошибка.

Нокса тихо встала, её когти мягко щёлкнули по полу.

— Ваше Величество, лорд Саэрис просил не беспокоить вас.

Я улыбнулась.

— Как мило. А теперь проводите.

Он побледнел.

— Да, Ваше Величество.

Ходить по саархскому кораблю в длинной юбке и с рукавами оказалось отдельным испытанием, особенно когда внутри хотелось идти быстро, а снаружи нужно было двигаться так, будто весь корабль существует лишь затем, чтобы я могла пересекать его коридоры с императорским достоинством.

Саархатская одежда требовала плавности, сдержанности, контроля. Каждый шаг должен был быть выверен, иначе ткань начинала жить собственной интригой.

Я держала подбородок ровно. Уши — спокойно. Хвост — чуть приподнятым, чтобы не касаться подола.

Нокса шла рядом, огромная чёрная тень, и её присутствие помогало лучше любой брони.

Слуги расступались. Воины кланялись. Кто-то смотрел на меня с любопытством, кто-то со страхом, а кто-то — с тем особым саархским интересом, где за уважением прятался расчёт.

Пусть считают.

Мне нужно было, чтобы слух о том, что новая Императрица лично пришла к умирающему Эссайр, разлетелся по кораблю раньше, чем я выйду из его каюты.

Иногда политическая сцена сама ложится под ноги.

Главное — не наступить на подол.

Каюта Саэриса находилась в соседнем статусном секторе. У двери стояли два воина и слуга с белым как ткань лицом. При моём появлении все склонились.

Изнутри доносились голоса: низкий голос капитана, резкие фразы врачей, шелест медицинских панелей. И сердце Саэриса — слабое, сбитое, проваливающееся в тишину между ударами.

Я вошла без объявления.

В каюте замерли все.

Капитан корабля, высокий саарх с тёмными волосами и жёлтыми глазами, стоял у изножья широкой низкой кровати. Рядом трое врачей в серо-чёрных одеждах склонились над диагностической сеткой. Двое слуг держали подносы с препаратами. Ещё один стоял у стены — слишком неподвижный, чтобы быть просто испуганным.

Я отметила его сразу.

И отложила на потом.

Саэрис лежал на приподнятых подушках без верхнего статусного слоя, только в тёмной нижней одежде. Волосы распущены по плечам. Лицо бледное до серого оттенка, губы почти белые. Под глазами тени стали глубже, а на шее под кожей проступали тонкие тёмные линии — не сосуды, а что-то иное.

Визарь видел их как повреждённые нити, уходящие глубже, туда, где у саархов жила связь с внутренним змеем.

Саэрис повернул голову ко мне.

И всё равно попытался подняться.

Упрямый идиот.

— Ваше Величество…

— Лежите, — сказала я.

Тихо.

Но все услышали приказ.

Капитан первым склонился. За ним врачи, слуги, охрана.

— Ваше Величество.

Нокса вошла следом и встала у моей ноги. Один из врачей едва заметно отступил.

Хорошая девочка.

— Поднимитесь.

Они выпрямились.

Я посмотрела на капитана.

— Имя.

— Капитан Шаэр’тис Варейн, Ваше Величество.

— Состояние лорда Саэриса. Коротко. Честно. Без слов, которые должны успокоить меня вместо того, чтобы дать данные.

Капитан посмотрел на старшего врача.

Тот сглотнул.

— Ваше Величество, у лорда Саэриса тяжёлое отравление. Состав неизвестного происхождения, но по действию похож на запрещённые родовые яды старых линий. Мы не смогли выделить полный состав.

— Что он делает?

Трое врачей переглянулись.

Саэрис закрыл глаза.

Капитан сжал кулак.

Старший врач всё же ответил:

— Разрушает связь лорда с внутренним змеем. Сначала нарушается ритм, потом чувствительность, потом начинается отторжение. Мы стабилизируем тело, но не можем остановить разрыв.

Воздух стал плотным.

— Сроки.

Врач побледнел сильнее.

— Через два-три дня связь будет повреждена необратимо. После этого восстановление невозможно. Тело сможет продержаться около месяца, возможно меньше, если внутренний змей начнёт биться против разрыва.

Саэрис слабо усмехнулся.

— Он уже бьётся.

Голос был хриплым, низким, почти без силы.

Но сарказм выжил.

Я оценила.

— Что вы сделали? — спросила я.

Старший врач начал перечислять: нейтрализующие составы, энергетические стабилизаторы, поддержка сердца, подавление боли, попытки очистить кровь, блокировка дальнейшего распространения.

Всё правильно.

И всё бесполезно.

Они лечили тело, пока яд резал связь глубже.

Лурин был прав: нужен тот, кто может работать сразу с тканями, нервной системой и даровым узлом.

И тот, кто сможет войти туда, где чужой внутренний змей уже бьётся в темноте.

А это значило риск.

Не красивое слово из медицинского отчёта, а настоящую цену: если я ошибусь, Визарь может зацепиться за повреждённую связь, яд — отозваться через мой дар, а чужая боль — потянуть меня за собой так глубоко, что Лурин потом лично воскресит меня, чтобы убить.

Если сможет.

Я перевела взгляд на Саэриса.

— Кто знает?

Капитан ответил:

— Только присутствующие и два связиста, передавшие закрытый сигнал в Са’Рет.

— Императорам?

— Да, Ваше Величество.

— Когда?

— Час назад.

Хорошо.

Значит, у Змеиного Трона уже есть новость, и очень скоро начнётся движение. Если я хочу забрать Саэриса себе, нужно делать это сейчас.

— Лорд Саэрис.

Он открыл глаза — тёмно-лиловые, тусклые, но всё ещё слишком умные.

— Ваше Величество, — он попытался вдохнуть глубже и едва заметно поморщился, — прошу простить, что не смог исполнить обязанность сопровождения должным образом.

Я посмотрела на него.

— Вы умираете и извиняетесь за плохой сервис?

Один из врачей дёрнулся.

Капитан замер.

Саэрис слабо улыбнулся.

— Са’Рет ценит… должное поведение.

— Са’Рет понадобится пережить моё мнение о таком поведении.

— Боюсь, внутренний дворец не готов.

— Внутренний дворец вообще много к чему не готов.

Я повернулась к капитану.

— Все покидают каюту.

Старший врач резко поднял голову.

— Ваше Величество, состояние лорда…

— Я сказала: все.

Капитан Варейн сделал шаг вперёд. Я видела, как он выбирает между инструкцией, страхом за Саэриса и тем фактом, что перед ним уже стоит Императрица Са’Рет.

— Императрица, я не могу оставить вас одну в каюте с тяжело больным высокородным лордом. Безопасность…

Нокса зарычала.

Низко.

Глубоко.

Саархские воины за дверью напряглись.

Я не повысила голос.

— Капитан, я уже Императрица Са’Рет. Вы можете сейчас выбрать, что именно нарушить: мой прямой приказ или собственный страх перед тем, что будет, если лорд Саэрис умрёт при вашем командовании. Второй вариант я хотя бы могу понять. Первый — запомню.

В каюте стало холодно.

Саэрис смотрел на меня почти с интересом.

Даже сейчас.

Капитан медленно склонил голову.

— Как прикажете, Ваше Величество.

— Врачи оставят препараты и медицинскую панель. Слуги — за дверь. Охрана — внешний периметр. Никто не входит без моего разрешения. Если лорд Саэрис умрёт за следующие десять минут, можете считать, что ваш день стал совсем плохим.

Старший врач побледнел так, что стал почти прозрачным.

— Ваше Величество…

— Это была шутка, — сказала я и после короткой паузы добавила: — В основном.

Нокса фыркнула.

Капитан первым поклонился и вышел. Врачи замешкались, но под моим взглядом оставили панель, препараты, диагностические кристаллы и тоже удалились. Слуги выскользнули за ними.

Тот, что стоял у стены, уходил последним — слишком неподвижно, не испуганно, а выжидающе.

Я запомнила его лицо.

Если лорд выживет, этот станет первым подарком для разговора.

Дверь закрылась.

Мы остались втроём: я, Саэрис и Нокса.

Саэрис повернул голову ко мне.

— Если вы собирались убить меня, Ваше Величество, способ выглядит излишне театральным.

— Если бы я собиралась вас убить, лорд Саэрис, вы бы оценили эффективность.

— Не сомневаюсь.

Я подошла к столу у его кровати, достала из рукава тонкую голографическую пластину и активировала её. Длинный рукав тут же попытался накрыть половину панели. Я молча перекинула ткань через запястье.

Саэрис заметил.

Его губы едва дрогнули.

— Не смейтесь.

— Я восхищаюсь вашей победой над рукавом.

— Ещё одно слово, и лечение подорожает.

Он замолчал.

Хорошо.

Я протянула ему планшет.

— Читайте.

Он взял его медленно. Пальцы дрожали, но хватка оставалась точной. Глаза пробежали первые строки, потом вторые.

Потом Саэрис перестал улыбаться.

Я наблюдала, а слух ловил, как меняется его дыхание, как сердце сбивается сильнее уже не от яда — от смысла. Где-то глубже, почти за пределом обычного восприятия, что-то большое и раненое внутри него ударилось о невидимую стену.

Внутренний змей.

Даже не видя его, я почувствовала отголосок.

Яд разрывал не только связь. Он унижал, медленно отнимая у саарха то, что делало его собой.

Саэрис дочитал до конца. Несколько секунд просто смотрел на данные.

А потом тихо, горько рассмеялся.

— Тайра.

Впервые за всё время я услышала не дипломата и не Эссайр, а родича, которому только что показали, из какой руки пришёл нож.

— Вы знали? — спросила я.

— Подозревал другие ветви. Не её.

— Кто она?

— Наложница главы северной линии. Очень тихая. Очень преданная. Очень удобная для тех, кто любит считать чужую тишину отсутствием зубов.

Он прикрыл глаза. По горлу прошла судорога.

— У неё сын. Достаточно взрослый, чтобы поставить подпись. Достаточно послушный, чтобы не понимать, под чем. И достаточно пустой, чтобы через него можно было править.

— Значит, Тайра была умнее, чем вы думали.

— Или я был глупее, чем позволял себе считать.

— Такое случается даже с Эссайр.

Он поднял на меня взгляд.

— Откуда у вас это?

Потом, не дожидаясь ответа, улыбнулся слабее:

— Впрочем, вопрос лишний. Ваша команда не сопровождает вас. Она на закрытом задании. По раэдарскому направлению.

Я села в кресло рядом с кроватью.

Нокса легла у моих ног, не сводя с него глаз.

— Вам трудно дышать. Не тратьте силы на вопросы, на которые я не отвечу.

— Значит, я прав.

— Значит, вы всё ещё достаточно живы, чтобы делать выводы.

— Почему вы показываете мне это? — Он чуть поднял планшет. — Вы раскрываете козырь до прибытия во дворец.

— Не козырь. Козырь — это то, что берегут до решающего хода. Вы — не решающий ход, лорд Саэрис.

Его глаза сузились.

Даже слабый, он всё ещё умел становиться опасным.

— Тогда что я?

— Возможность.

— Какая честь.

— Не обижайтесь. Для меня возможность ценнее титула.

Он выдохнул сквозь боль.

— Вы могли отправить это Императорскому клану. Могли оставить меня умирать и получить политический рычаг против Эссайр. Могли дождаться Саириса и использовать мой труп против тех, кто это сделал. Но пришли сюда. Почему?

Я посмотрела на него долго.

Сейчас можно было соврать — сказать о милосердии, о союзе, о ценности его жизни, о том, что Императрица не может позволить своему сопровождающему умереть в пути, — и всё это было бы частично правдой.

Но Саэрис Эссайр не из тех, кого покупают красивой половиной правды.

А мне нужен был не благодарный спасённый.

Мне нужен был союзник, который с первой минуты поймёт правила.

— Потому что вы сильны, — сказала я. — Умны. Молоды для вашей системы, но уже достаточно опасны, чтобы вас решили убрать запрещённым ядом. Вы верны императорам, а значит, неудобны старым родам. У вас есть имя, доступ, связи, враги и причина ненавидеть тех, кто решил использовать моё прибытие как ширму для вашей смерти.

Он слушал.

Я продолжила:

— Мне нужен союзник в Са’Рет. Не слуга. Не благодарный должник, который будет красиво кланяться и тайно искать, как вернуть свободу от долга. Союзник. Тот, кто понимает внутренний яд вашей системы лучше, чем я смогу понять за первые месяцы. Тот, кто знает, где улыбаются из привычки, а где — перед ударом. Тот, кто может говорить с Эссайр, советом и внешними линиями так, чтобы они думали, будто всё ещё управляют разговором.

Саэрис прикрыл глаза.

— Вы торгуетесь с умирающим.

— Да.

Он рассмеялся тише, почти беззвучно.

— Честно.

— Я устала от красивой лжи. Мне её хватит во дворце.

— А если я откажусь?

— Тогда я всё равно попытаюсь стабилизировать вас настолько, чтобы вы дожили до Саириса. Отдам данные императорам. Вы получите шанс умереть не прямо сейчас, а через месяц, наблюдая, как ваш клан делает вид, что скорбит. Очень достойный саархский финал.

Он медленно повернул голову ко мне.

— Жестоко, Ваше Величество.

— Да.

— Вы говорите это без удовольствия.

— Удовольствие здесь неуместно.

— Но сожаления тоже нет.

Я посмотрела на планшет в его руке, на тёмные линии, проступающие у него на шее, на гордость, которая держала его лучше лекарств.

— Сожаление ничего вам не вернёт.

Пауза стала глубже.

Где-то за стеной прошли быстрые шаги — охрана, врачи, капитан, который наверняка сейчас не знал, молиться ли своим древним змеям или ломиться обратно.

— Вы сказали «попытаюсь стабилизировать», — тихо произнёс Саэрис. — Не «вылечить».

— Потому что это был вариант без сделки.

Его взгляд стал острее.

Вот теперь мы подошли к сути.

— А с ней?

Я наклонилась ближе. Саархатский рукав соскользнул по запястью, тёмная ткань легла на край кровати.

Нокса подняла голову, но не зарычала.

— С ней я могу вылечить вас.

Тишина.

Сердце Саэриса сбилось.

На этот раз сильно.

— Невозможно, — сказал он. — Вы не саархарский врач. Яд разъедает связь с внутренним змеем. Это не рана, которую можно закрыть.

— Я знаю.

— Вы не можете знать достаточно.

— Я знаю, что такое разрыв связи.

Слова вышли спокойнее, чем ощущались.

Саэрис замер. Он понял, что тронул не просто тему.

— Не саархской, — сказал он.

— Нет.

— Но вашей.

— Да.

Он молчал.

Я тоже.

На несколько вдохов каюта стала слишком тесной.

— Кто вы, Ариэль Валенс? — спросил он наконец.

Впервые без титула.

Нокса тихо поднялась.

Я положила ладонь ей на голову.

— Та, кто предлагает вам жизнь.

— И цену.

— Разумеется.

— Какую?

Я выпрямилась.

Теперь голос должен был быть не мягким, не сочувствующим, а императорским.

— Верность и преданность.

Его глаза потемнели.

— Императорскому клану?

— Ему вы уже верны.

— Са’Рет?

— Ей вы уже служите.

— Тогда кому?

Я посмотрела прямо в тёмно-лиловые глаза с чёрным вертикальным зрачком.

— Мне.

В каюте стало совсем тихо.

Даже Нокса не двигалась.

— Вы просите опасную вещь, Ваше Величество.

— Я требую её в обмен на невозможную.

— Верность Императрице может конфликтовать с верностью императорам.

— Значит, вы будете достаточно умны, чтобы не доводить до конфликта без необходимости.

— А если необходимость возникнет?

— Тогда выберете меня, если вопрос касается моей жизни, моей власти во внутреннем дворце и интересов Аэл’Тар в рамках договора.

Он смотрел долго.

Слишком долго для того, кому оставалось два-три дня до необратимого разрыва.

bannerbanner