До утра

Они ещё некоторое время разговаривали. Потом она сама придвинулась ближе. Александр поцеловал её и на этот раз не стал искать причины остановиться.

Глава 17 Утренний звонок

Александр проснулся раньше Киры. В номере было темно, но за шторами уже посветлело. На полу возле кресла лежал его телефон. Он поднял его, посмотрел на время и остался сидеть на краю кровати.

Свою комнату он снимал этажом ниже. Там остались вещи, материалы семинара, зарядка. Нужно было уйти, умыться, спуститься к завтраку. Всё это представлялось простым, пока не пришлось встать.

Кира открыла глаза.

— Который час?

Он ответил.

— Тогда ещё рано. Можешь свет включить, если надо.

Она не пыталась ни удержать, ни проводить быстрее. Александр одевался осторожно, стараясь не греметь пряжкой. Заметил календарь с собаками на столе и зачем-то улыбнулся.

— Подаришь кому-нибудь?

— Себе. Я люблю вещи, которым трудно найти полезное оправдание.

Он сел на край кресла.

— Ты сегодня после занятий что делаешь?

Кира посмотрела на него.

— Уезжаю.

— Я тоже.

— Знаю. В расписании есть.

Ему захотелось сказать, что он спрашивал о другом. Но Кира уже поднялась, искала тапки под кроватью. Он помог найти один, передал ей.

У двери она взяла его за рукав, поцеловала.

— Увидимся внизу.

В своей комнате Александр открыл сообщения. Вера писала вечером, что ещё повторяет билеты. Потом пожелала спокойной ночи. Он ответил сразу на оба, хотя понимал, что теперь время выглядит странно.

За завтраком Кира сидела с коллегами. Обсуждала утренний доклад, просила передать чайник. Александр сел через два стула. Сначала чувствовал облегчение, затем неприятное раздражение: никто не замечал между ними ничего особенного, даже она.

Во время занятия он плохо следил за объяснением. На экране менялись схемы. Кира задала вопрос о гарантийной замене, преподаватель стал искать ответ в документах. Александр записал вопрос, потом обнаружил, что пишет её фамилию на полях.

Он зачеркнул и перевернул лист.

В перерыве позвонил Вере.

— Как экзамен?

— Четвёрка! Ты представляешь, мне попался тот билет, который я утром повторяла.

Она говорила быстро, радовалась, рассказывала, как долго ждала очередь. За её голосом слышались чужие голоса и шум коридора. Александр слушал, улыбался, задавал вопросы. На минуту радость стала общей.

Потом Вера спросила, как проходит обучение.

Он рассказал про новые модели, про полезные условия договора, про странную еду в столовой. Описывал подробно. Каждая настоящая подробность помогала не говорить о том, что произошло после ужина.

— Ты устал? — спросила она.

— Немного.

— Приедешь, поспишь. Я завтра попозже начинаю.

Он сказал, что любит её. Она ответила сразу.

После звонка Александр стоял возле окна. На улице рабочий счищал снег с козырька. Снег падал кусками, прохожие обходили огороженное место. Он смотрел на это слишком долго, пока его не позвали обратно.

Кира уехала раньше окончания общего ужина. Он помог донести чемодан до такси. Хотел назначить следующую встречу, но не знал, как сделать это без обещаний, о которых она не просила.

— Напишешь, как доберёшься? — спросил он.

Она посмотрела с лёгкой улыбкой.

— Напишу.

Такси уехало. Александр вернулся в гостиницу, увидел в холле одного из участников семинара. Тот спросил, не едут ли они одним поездом.

— Вроде да, — ответил Александр.

Они вместе поднялись за вещами. Спутник рассказывал о жене, которая просила купить сыр, продававшийся только здесь. Александр подумал, что тоже стоит что-нибудь привезти. Рядом был магазин. До поезда оставалось достаточно времени.

Он купил сыр, хотя Вера не особенно его любила. Уже на вокзале добавил к пакету чай с фруктовыми добавками, который ей нравился.

Дома она встретила его в прихожей. Взяла пакет, удивилась сыру, засмеялась.

— Ты с кем советовался?

Он рассказал про попутчика. Она поставила чайник, достала тарелки. Александр пошёл переодеваться, открыл ящик стола и увидел сложенную салфетку.

Карта города, мост, номер телефона. Край бумаги успел протереться на сгибе.

Он выбросил её.

Номер Киры теперь был записан в телефоне. Из кухни Вера звала помочь открыть упаковку сыра. Александр закрыл ящик, взял ножницы и пошёл к ней.

Глава 18 Четверть часа

Первое сообщение от Киры пришло через неделю. Она прислала фотографию календаря: тот висел на кухонной стене, под ним на полу лежала собака.

«Установили конкуренцию».

Александр ответил шуткой. Переписка заняла четверть часа. Потом позвонил клиент, и он вернулся к работе. Днём ничего больше не произошло. Именно эта обыкновенность сильнее всего успокаивала.

Они не договаривались, что теперь будут постоянно встречаться. Кира жила в другом городе, много ездила, иногда пропадала на несколько дней. Он знал, что у неё есть работа, друзья, вечера, о которых она ему не рассказывает.

Однажды спросил, с кем она идёт в кино. Она ответила: «С человеком, который купил билеты». Добавила улыбающийся значок. Александр смотрел на сообщение, чувствуя, как быстро исчезло хорошее настроение.

Вечером Вера заметила, что он молчит.

— На работе что-то?

— Да нет. Мелочи.

Она села рядом, рассказала про трудного клиента. Он слушал невнимательно. Потом вспомнил, что сам только что сердился на чужое невнимание, и попросил повторить, с чего всё началось.

Вера посмотрела удивлённо, но повторила.

В феврале Кира приезжала на встречу с дилерами. Написала накануне. Александр сразу ответил, что увидятся. Только отправив сообщение, вспомнил: в тот вечер они с Верой собирались к его матери.

Он несколько минут смотрел в ежедневник. Мать ждала их с воскресенья. Вера уже договорилась освободиться пораньше.

Александр позвонил домой и сказал, что возникла срочная встреча по работе. Вера спросила, надолго ли.

— Пока не знаю.

— Тогда я сама к маме зайду. Ты ей позвони только.

Он позвонил. Мать расстроилась, но сказала, что понимает. Александр пообещал приехать в выходные.

Кира ждала в кафе возле гостиницы. На столе стояли два стакана воды. Она рассказывала о переговорах, жаловалась на слишком жаркий номер, смеялась над одним из организаторов.

Он смотрел на неё и чувствовал удовлетворение от того, что сумел выкроить вечер. Всё, ради чего пришлось кому-то отказать, сразу стало казаться особенно ценным.

После ужина они пошли гулять. Было холодно. Кира спрятала нос в шарф, взяла его под руку. На переходе Александр заметил знакомую машину и невольно повернулся в другую сторону.

— Что? — спросила она.

— Ничего.

Кира посмотрела туда же.

— Если ты всё время будешь оглядываться, лучше поезжай домой.

— Я не всё время.

Она не стала спорить. Некоторое время шли молча.

Возле гостиницы Александр спросил, не обиделась ли она.

— Нет. Но мне не нравится чувствовать себя человеком, которого торопятся спрятать.

Он сказал, что понимает. Сам при этом всё ещё прислушивался, не произнесёт ли кто-нибудь поблизости его имя.

Домой вернулся до полуночи. Вера сидела на диване, перебирала фотографии с семейного ужина. Мать прислала снимок, где они вдвоём стояли на кухне, держа большое блюдо.

— Тебе оставили, — сказала она. — В холодильнике.

Александр посмотрел на фотографию. Две женщины улыбались человеку за камерой. На столе виднелась его детская чашка с отколотой ручкой, которую мать всё ещё хранила.

Он пошёл на кухню. Достал тарелку, разогрел еду. Вера принесла хлеб, села напротив.

— Хорошо встретились? — спросила она.

— Да.

— Что решили?

Он назвал несколько рабочих подробностей, подходивших к любой встрече с поставщиком. Вера кивнула и начала рассказывать о матери.

В выходные он действительно приехал к ней. Привёз продукты, заменил перегоревшую лампочку, помог разобрать шкаф. Мать расспрашивала о работе, о квартире, о Вере. Он отвечал терпеливо, задержался дольше, чем собирался.

Уходя, заметил на подоконнике коробку с конфетами, которые Вера принесла в тот вечер. Почти все ещё были на месте.

В понедельник Александр открыл переписку с Кирой, хотел написать, что им нужно реже общаться. Вместо этого спросил, как она доехала.

Ответ пришёл не сразу. До обеда он проверил телефон семь раз и ни разу не заметил, что считает.

Глава 19 Чужая фотография

Письмо пришло в пятницу после обеда. В теме стояло: «Срочно. Ненадлежащее качество». Ниже были фотографии перекошенного торгового стенда и требование немедленно вернуть деньги.

Клиентом занимался Александр. Заказ был небольшой: несколько прилавков, шкафы, стеллажи для магазина инструментов. Монтаж заказчик выполнял самостоятельно. При приёмке претензий не предъявлял.

Денис посмотрел снимки, увеличил один из них.

— Здесь боковина не от этого комплекта.

— В смысле?

— Посмотри на отверстия.

Александр не увидел разницы. Денис принёс каталог, положил рядом, показал пальцем. Стойка действительно выглядела иначе. Но по одной фотографии доказать что-нибудь было трудно.

Заказчик, мужчина по имени Игорь, отвечал резко. Объяснял, что открытие завтра, что у него нет времени разбираться, что представитель другой компании уже посмотрел и назвал оборудование негодным.

— Какой компании? — спросил Александр.

— Это неважно. Мне ваше надо заменить.

Денис предложил поехать вместе. По дороге почти не разговаривали. Александр чувствовал себя провалившим что-то важное ещё до выяснения обстоятельств.

Магазин находился в новом жилом районе. У входа висели воздушные шары, часть уже сдулась. Внутри пахло картоном и краской. Игорь встретил их так, будто они заведомо знали, что привезли плохой товар.

— Смотрите сами.

Стенд стоял в конце зала. Перекошенный верх держался на временной подпорке. Денис присел, осмотрел соединение, спросил, где упаковка.

— Выбросили.

— Остальные детали?

— В подсобке.

Они прошли туда. Вдоль стены лежали коробки от разных поставщиков. Часть оборудования Игорь купил подержанным. Александр поднял похожую стойку, затем вторую. На первой сохранилась маркировка «Контура».

Денис сравнил детали, разложил на полу.

— Вам при сборке перемешали комплекты. Вот наша. Эта от другого стенда.

Игорь замолчал. Подошёл ближе, посмотрел.

— Монтажник сказал, что всё одинаковое.

— Ему так было удобнее, — ответил Денис.

Некоторое время никто не говорил. За стеной женщина распаковывала товар, звякали металлические инструменты. Александр посмотрел на полки: магазин был почти готов, оставалась именно эта часть.

Можно было уехать. Сфотографировать несоответствие, написать ответ, закрыть претензию. Денис уже собирался это сделать.

Александр спросил, остался ли монтажник в городе.

Игорь покачал головой.

— Он на другом объекте. До понедельника не приедет.

Через двадцать минут они втроём разбирали стенд. Денис ворчал, но руководил. Александр держал детали, передавал инструмент, записывал, чего не хватает. Игорь несколько раз начинал оправдываться, потом перестал и просто работал рядом.

К вечеру всё собрали. Недостающий крепёж взяли из запаса. Денис составил акт, отдельно перечислил выполненную работу. Игорь сначала удивился сумме, затем кивнул и подписал.

— Вы же могли сразу сказать, что сами виноваты, — заметил он Александру уже у выхода.

— Сами виноваты?

— Мы. То есть я. Могли уехать.

Александр посмотрел на часы.

— Завтра открываетесь. Уже всё равно.

Игорь рассмеялся, впервые за весь вечер.

На улице было темно. Денис остановился возле машины.

— Счёт за работу отправишь утром. Не забудь.

— Он заплатит.

— Я спрашиваю не про его характер.

Александр кивнул. С этой фразой спорить уже не хотелось.

В понедельник деньги поступили. Вместе с ними пришло новое письмо. Игорь благодарил за помощь, присылал фотографии открытия и просил разрешения указать «Контур» в публикации.

Руденко переслал письмо Александру с коротким «Хорошо».

Денис показал ему прежние фотографии, где перепутанные стойки ещё лежали на полу.

— Эти сохрани. Похвала у тебя и без папки останется в голове.

После обеда Игорь позвонил на мобильный. Рассказал, что консультировавший его представитель другой компании предложил вернуть не только стенды, но и весь остальной заказ.

— А потом купить у них? — спросил Александр.

— Ну да. Он же мне помогал.

Вечером на телефон пришёл незнакомый номер. Представившийся Максимом мужчина сказал, что работает на рынке торгового оборудования, слышал об Александре и хотел бы познакомиться.

— У вас есть минут двадцать? Просто кофе.

Александр посмотрел на рабочий стол. Рядом лежал список следующей поставки, в конце которого Денис от руки написал номер водителя.

— С кем именно вы работаете? — спросил он.

Максим назвал компанию. Ту самую, чей представитель осматривал магазин Игоря.

— Я не собираюсь уходить, — сказал Александр.

— Я и не предлагаю по телефону. Кофе выпить можно и без увольнения.

Он отказался. После разговора ещё некоторое время смотрел на номер. Не записал, но и не удалил из списка звонков.

Дома Вера слушала историю с магазином, сидя на подоконнике. Когда он дошёл до предложения встретиться, спросила, сказал ли Руденко.

— Нет. Зачем? Я же отказался.

Она кивнула. Александр начал рассказывать, как Денис нашёл перепутанные детали, и сам заметил, что больше не говорит о нём с прежним раздражением.

Глава 20 Короткая дорога

Весной они вернулись к разговору о машине. Вере хотелось реже ездить с пакетами через весь город. Александру — перестать просить водителей подождать ещё пять минут и чувствовать, что любая поездка зависит от чужого расписания.

На кухне снова появился лист с расчётами. Они выписали накопления, ближайшие расходы, остаток долга Руденко. Суммы хватало на подержанный автомобиль, если не покупать всё остальное сразу.

— Отпуск тогда позже, — сказала Вера.

— Можно на машине поехать.

— Если останется на бензин.

Он хотел возразить, но засмеялся. Она передвинула лист ближе к нему, ещё раз обвела сумму.

Поиск оказался длиннее, чем представлялось. Глеб смотрел объявления вечерами, присылал ссылки, половину тут же отменял после разговора с продавцом. Александр несколько раз приезжал на осмотр один и возвращался уверенным, что нашёл лучший вариант.

Глеб выслушивал, просил фотографии, задавал вопросы. После третьего раза сказал:

— Ты там не продаёшь. Тебе продают. Давай без твоего умения со всеми договориться.

Александр обиделся, хотя понимал, что приятель прав.

Одна машина оказалась после серьёзной аварии. Другая стояла на чужих документах. Третью продавали так быстро и настойчиво, что даже он отказался продолжать разговор.

Вера терпеливо слушала отчёты. Иногда спрашивала, как давно он обещал не торопиться. Он отвечал, что уже начинает понимать смысл этого слова.

В середине апреля Кира прислала сообщение: собиралась в его город через несколько недель. Спросила, увидятся ли. Александр ответил, что постарается.

Потом несколько минут смотрел на расчёты машины. В них не было ни её приезда, ни гостиницы, ни вечеров, которые нужно будет у кого-то занять. Деньги складывались в общую жизнь аккуратнее, чем всё остальное.

В ту субботу он обещал отвезти Вериного отца на обследование. Машины ещё не было. Они вызвали такси. Пока ждали, отец показал ему отремонтированные часы: те самые, принесённые ещё до свадьбы.

— Всё забываю отдать.

Александр взял, покрутил в руках. Ремешок потрескался, стекло сохранило мелкую царапину.

— Я думал, они совсем умерли.

— Нет. Полежали просто.

Он надел их. Часы оказались непривычно лёгкими.

В больнице всё закончилось быстрее, чем ожидали. Вера пошла записывать отца на следующий приём, Александр остался с ним в коридоре. Они говорили о машинах. Отец назвал модель, которой владел много лет назад, спросил, не рассматривает ли он такую же.

Александр объяснил, что они уже слишком старые. Тот кивнул, посмотрел на его часы.

— Ладно. Разберёшься.

Он не стал рассказывать, что тоже мог бы помочь с осмотром. После болезни стоять в гараже часами ему было тяжело. Александр подумал об этом и предложил потом показать выбранную машину, когда купят.

Отец обрадовался заметнее, чем хотел.

По дороге домой Вера молчала. Он спросил, устала ли она.

— Нет. Рада, что хорошо всё.

Она положила голову ему на плечо. В такси пахло дешёвым освежителем, водитель слушал радио. Александр смотрел на её отражение в окне и думал, что свою машину стоит купить хотя бы ради возможности иногда ехать молча.

Вечером он зашёл к Глебу. Тот сидел над сметой соседнего бокса. Света разложила рядом листы, что-то пересчитывала на калькуляторе.

— Опять не сходится? — спросил Александр.

— Сходится, — ответил Глеб. — Только мне результат не нравится.

Они долго обсуждали, что можно отложить. Александр предложил помощь с переговорами по оборудованию, сразу уточнив, что денег сейчас дать не сможет. Глеб кивнул.

— Я знаю. Ты машину берёшь.

Эта спокойная осведомлённость успокоила сильнее любых благодарностей. Не нужно было доказывать, что он хороший друг, одалживая то, чего у него нет.

У ворот Глеб показал новое объявление.

— Вот эту посмотри. Завтра вместе съездим.

Серебристый седан. Фотографии простые, без красивого фона. На одном снимке в зеркале отражался сам продавец, державший телефон обеими руками.

Александр разглядывал, искал причины отказаться или немедленно согласиться. Потом убрал телефон.

— Завтра, — сказал он.

Дома Вера уже спала. Он прошёл на кухню, снял отремонтированные часы и положил возле листа с расчётами. Стрелки двигались почти неслышно.

На телефоне горело новое сообщение от Киры. Она прислала точные даты приезда. Александр прочитал, ответил, что увидел, и убрал аппарат в ящик.

Утром ему предстояло ехать с Глебом. Впервые за долгое время хотелось не произвести впечатление и не доказать, что он умеет выбирать. Хотелось просто не ошибиться.

Глава 21 Колёса

Серебристый седан стоял во дворе между детской площадкой и длинным рядом гаражей. Продавец вышел с папкой документов и сразу предложил проехать. Глеб попросил сначала открыть капот.

Александр стоял рядом, стараясь не мешать. Ему нравилась машина. Уже нравилась, раньше любой проверки. Он представлял, как Вера сядет на переднее сиденье, куда можно будет убрать пакеты, какой дорогой быстрее добираться на работу.

Глеб молча осматривал, задавал вопросы, приседал возле колёс. Продавец отвечал без раздражения. На вопрос о ремонте сразу показал заменённую деталь и рассказал, где делал.

— В сервис поедем? — спросил Глеб.

— Поедем.

Это спокойное согласие понравилось Александру не меньше самой машины.

Проверяли долго. Он успел выпить плохой кофе, позвонить Вере, выслушать объяснение о том, что нельзя выбирать по цвету. Потом Глеб позвал его к подъёмнику.

— Брать можно. Только ремень сразу менять. И масло. Не как он говорит, а сразу.

Александр кивнул слишком быстро. Приятель заметил, усмехнулся.

— Теперь торгуйся. Тут уже твоя работа.

Торг вышел коротким. Продавец уступил на обслуживание, Александр не стал добиваться ещё. После расчёта они некоторое время стояли возле машины, уже не зная, о чём разговаривать. Прежний хозяин показал, как открывается багажник, где иногда заедает защёлка. Похлопал крышу ладонью и отошёл.

Александр сел за руль. В салоне было непривычно тихо. В чужой машине он всегда следил, куда положить ноги, чем не задеть обивку. Теперь мог просто сидеть.

До дома доехал медленно. Дважды свернул не туда, потому что боялся перестраиваться в плотном потоке. Вера ждала у подъезда. Увидела машину, подняла брови, подошла с той стороны, где раньше садилась в такси.

— Ну?

Он открыл дверь изнутри.

Она села, огляделась, провела ладонью по сиденью.

— Хорошая.

Он почувствовал, как расслабились плечи.

— Куда поедем?

— За продуктами?

Александр посмотрел на неё. Она засмеялась.

— Я шучу. А куда ты хочешь?

— К морю.

— Сейчас?

— Сейчас.

Вера сбегала за куртками и полотенцами. До моря было больше двух часов. В дороге они ели яблоки, слушали радио, спорили о том, кто из ведущих раздражает сильнее. На заправке купили кофе. Вера вернулась из магазина с маленькой картой дорог.

— Зачем? — спросил он.

— Просто нравится. Можно смотреть, куда ещё доедем.

Они расстелили карту на капоте. Ветер загибал края. Александр придерживал, Вера показывала пальцем названия незнакомых посёлков. Ни в один из них они в тот день не поехали, но от этого возможность никуда не исчезала.

На берегу было почти пусто. Вода оказалась холодной. Они всё равно искупались, потом сидели на капоте, завёрнутые в одно покрывало. Вера прислонилась щекой к его плечу.

— Хорошо, что поехали.

Он смотрел на мокрый край её рукава. Пытался запомнить, где стояла машина, как пахло покрывало, какую музыку играли в закрытом кафе за спиной. Ему хотелось сохранить день целиком.

Возвращались уже в темноте. Вера заснула. Он уменьшил звук радио и ехал осторожнее, чем по дороге туда.

В багажнике остался песок. Его не удалось до конца убрать даже пылесосом. На полке возле коробки передач лежала найденная Верой маленькая ракушка. Он переложил её в карман пиджака, когда убирал салон, и забыл.

Через месяц в этой же машине Александр ждал Киру у гостиницы. Она приехала на встречу с региональными дилерами, написала с дороги. Он заранее придумал рабочее объяснение позднего возвращения и сам удивился, насколько мало времени на это ушло.

Они поужинали. Потом Кира предложила поехать к реке. Ей не хотелось сидеть в гостинице, где коридоры пахли ремонтом.

Александр знал тихий съезд возле старого моста. Когда-то приезжал туда с Глебом: смотрели, как по железнодорожной ветке идут грузовые поезда. Теперь возле дороги стояли новые фонари, но дальше всё оставалось тёмным.

Кира вышла из машины, надела его пиджак поверх своей куртки. Они стояли у воды. Вдалеке стучал поезд.

— Здесь красиво днём? — спросила она.

— Очень.

— А ты всё время привозишь меня ночью.

Она произнесла легко. Александр начал объяснять, как много сейчас работы, какие клиенты, какие сроки. Кира повернулась к нему.

— Я просто спросила про реку.

Он замолчал. Ему стало неловко, но отступить в привычную шутку не удалось.

Они вернулись в салон. Кира выключила радио, некоторое время смотрела через лобовое стекло. Потом положила ладонь ему на руку. Он приблизился, поцеловал её. За окном прошёл ещё один поезд, и они на мгновение отстранились, слушая шум.

Позже она попросила отвезти обратно. Не обижалась, не торопила. У гостиницы вынула руки из карманов его пиджака и обнаружила ракушку.

— Это что?

Александр сразу вспомнил мокрое покрывало, яблоки, карту на капоте.

— С моря осталось.

Кира положила ракушку в подстаканник. Сняла пиджак, протянула ему.