Я полюбил тебя в Нью-Йорке

— Ван Гог, Хармен Стенвейк, — добавила девушка.

В этот момент Амелия мысленно ударила себя ладонью по лбу: «А ведь так хорошо начинала…». Она почувствовала себя виноватой, что поставила подругу в неудобное положение. Но она же хотела как лучше… А Майкла это, кажется, только забавляло. Уголок его губ дрогнул в ухмылке, но совершенно серьёзным тоном он продолжил допрос:

— А как ты оцениваешь работы Диего Веласкеса? Какую из его работ ты бы назвала самой лучшей — «Менины» или «Пряхи»? Или всё же «Портрет принца Бальтазара»?

Повисла пауза. Она длилась почти семь секунд. Тогда Амелия взяла слово:

— Все вышеперечисленные - великие произведения. Но вне сомнения, «Менины» - это непревзойдённый шедевр. — Затем она наградила его строгим взглядом.

— А я смотрю, ты вошёл во вкус.

Майкл развернулся от Тиффани с выражением «с тебя достаточно» и переключил внимание на Амелию, посмотрев на неё так, как будто только что застал на месте преступления.

— Я поддерживаю инициативу, — произнёс он с усмешкой и положил в рот последний кусок стейка.

Амелия едва заметно вздохнула. «Он всё раскусил!» Она посмотрела на маму, взывая о помощи, чтобы она перевела тему.

— Время десерта!

Остаток ужина прошёл спокойно. Они говорили на нейтральные темы. Амелия, сидевшая напротив Тиффани и Майкла, украдкой наблюдала за подругой. Она ловила каждую её реакцию на Майкла. Например, когда он протянул руку к графину с водой, его рука коснулась её локтя. На вид непримечательная ситуация, но Тиффани вздрогнула, будто её ударило током. Амелия сразу заметила это. Голос гостьи стал мягче, нежнее. Щёки горели. У неё были явные признаки повышенного уровня «гормонов хорошего настроения». Амелия находила это милым. И сама была в отличном расположении духа.

— Ты не подвезёшь Тиффани домой? — спросила Камила сына в конце вечера. — А то она без машины, то есть утром её привезла сюда Амелия.

— Конечно, — ответил Майкл.

— Но если ты занят, я вызову водителя. — Тиффани натянула маску учтивости.

— Нет, поедешь со мной.

После того как за ними закрылась парадная дверь, Амелия подпрыгнула и захлопала в ладоши:

— Это был прекрасный вечер! Дай пять, Роджер.

Роджер искривлённо посмотрел на неё.

— Вам бы своё брачное агентство открыть.

— Точно! Вот увидишь, я и тебе кого-нибудь найду. — Она игриво подмигнула ему и, припевая, поднялась по лестнице.

ГЛАВА 9

Рабочая неделя второй половины сентября началась для Амелии с загруженного понедельника. С самого утра в Green World проходила конференция с участием ведущих океанологов и учёных. Они били тревогу: загрязнение океана пластиком достигло глобального масштаба. Только 13% морских экосистем остаются нетронутыми. Бездействие может привести к необратимым последствиям. Более пессимистичные из них, а точнее реалистичные, утверждали: обратный отсчёт уже начался. К 2050 году мусора в океане станет больше, чем рыбы.

Презентация длилась пять часов. После перерыва они перешли ко второй части обсуждению проектов. Рассматривался вариант присоединения к проекту Ocean Cleanup Бояна Слата: объединить усилия и усовершенствовать уже разработанную технологию. Другие участники предлагали создание нового, более масштабного проекта. Предстояло выполнить огромную работу, которая требовала много времени: запуск нового сбора средств по всему миру, формирование экспедиционной группы, выяснение распространения мусорного пятна в Тихом океане, разработка технологий. И самое главное - предотвращение поступления пластика в океан.

Каждый год в водной среде гибнут тысячи морских животных, запутавшись в пластиковых отходах или проглатывая их, принимая за пищу. Процесс разложения пакета длится столетиями. Это значит, что большая часть пластика, когда-либо произведённого человеком, всё ещё существует в окружающей среде и даже в нас самих.

Конференция, начавшаяся в 9:00 утра, закончилась в 20:30. Это был только первый день. Она продлится всю неделю, если, конечно, её участники придут к общему решению.

Амелия вышла из офиса уставшая, с мрачным настроением и почти красными глазами. Информация, полученная сегодня, больно задела её. Она была очень восприимчивым и ранимым человеком по характеру и любые вещи воспринимала близко к сердцу, как будто это относилось лично к ней.

Ей хотелось оказаться лицом к лицу с мировыми лидерами, отчитать их за то, что тратят миллиарды на создание ядерного оружия, способного уничтожить человечество. Почему бы не направить хотя бы треть этих средств на решение экологических проблем? Ей также хотелось отчитать людей, которые посвящают бесценные ресурсы - деньги, свои великие умы, время и всю жизнь на попытки исследовать и колонизировать другие планеты, тогда как в собственном доме творится хаос.

Амелия следила за геополитикой, за общей ситуацией и приходила в ужас от происходящего в мире. Но она никогда не хотела быть, как остальные ни о чём не думать и прятаться в комфорте незнания. Она была довольна своей позицией. Пусть нервы и страдали.

Амелия шла к парковке, но вместе со своей машиной обнаружила Алекса. Он стоял, прислонившись к капоту, скрестив руки на груди. Сегодня он был в рабочей форме: чёрный костюм, белая рубашка и галстук - выглядел безупречно. Амелия на время даже забыла включить «режим злюки».

— Добрый вечер, Амелия.

— Добрый вечер. Что ты здесь делаешь? — Она посмотрела на него с подозрением, как смотрят на грабителей.

— Жду тебя.

— И долго ждёшь?

— В этой стоянке размещаются 66 машин. От первой справа до последней 160 моих средних шагов. У второй машины в третьем ряду время от времени глючит фара. Её срочно нужно починить, — задумчиво сказал он.

Амелия невольно позволила губам растянуться в улыбке.

— И зачем ждал?

— Чтобы пригласить тебя на деловой ужин.

— Даже так?

— Даже так!

— Откуда я знаю, что ты не психопат и не заманиваешь меня с плохими намерениями?

— Что? — Амелия сказала это настолько серьёзно, что Алекс буквально опешил.

— Из ста человек, которых мы встречаем за день, один социопат. Сегодня я виделась примерно с таким количеством людей. С чего мне быть уверенной, что этот один не ты?

— Я… я… ты серьёзно? — Он не мог понять, шутит ли она или говорит серьёзно.

Амелия смягчила лицо до лёгкой ухмылки и насмешливо произнесла:

— Я тебе верю. Настоящие психопаты очень умны и отлично врут. Будь ты одним из них, давно нашёл бы правильные слова и убедил бы меня в своей нормальности. А ты стоишь и мямлишь. — Затем она огляделась. — Где твоя машина?

Алекс рукой указал на свой Mercedez. «Она согласилась!»

Езжая сюда, он впервые в жизни чувствовал себя неуверенно. Он был готов к отказу, но короткий диалог и она уже садится в его машину. Только вот триумфа он не почувствовал. А чувствовал себя немного дураком. Но впереди весь вечер. Он ещё покажет себя.

— Ты такая своеобразная девушка, — пробормотал Алекс в шутливом изумлении, когда Амелия закончила с заказом и передала меню официанту.

— Впервые вижу, чтобы такая хрупкая девушка столько ела.

— Извини, забыла предупредить: если приглашаешь меня на ужин будь готов обанкротиться.

Алекс нашёл её самоиронию очаровательной и улыбнулся, нарушая тишину:

— У тебя есть молодой человек?

— Ты же сказал, что это деловой ужин.

— Так и есть. Просто нужно же с чего-то начать разговор.

— Можно было бы сказать: «Какая сегодня хорошая погода.»

— Или: «Как тебе идёт деловой образ.» — Алекс улыбнулся глазами.

Действительно, узкая чёрная юбка-карандаш ниже колен, блузка постельного оттенка, высокий каблук и волосы, собранные в аккуратный низкий пучок, подчёркивали изящество её фигуры и придавали образу серьёзность и элегантность.

— Спасибо, — ненавязчиво поблагодарила Амелия.

— Ну так, ответишь на мой вопрос?

— Нет, у меня нет молодого человека. И никогда не было.

Она внимательно проследила за его реакцией. Он не удивился. Точнее уже знал. Зачем тогда спросил? Возможно, чтобы задать следующий вопрос.

— Как так?

Амелия вспомнила, как однажды она с одногруппником пошла на премьеру фильма «Доктор Стрэндж». Он был высоким, голубоглазым, обаятельным. С её стороны их объединяла только любовь к таланту Бенедикта Камбербэтча. Но Майклу это не понравилось. Когда узнал, посмотрел ей в глаза убийственным взглядом и произнёс голосом, на веки вечно запечатлевшимся в её сознании: «Если не хочешь, чтобы меня посадили на электрический стул за убийство двух молодых людей, держись от парней подальше.» Этого хватило, чтобы она усвоила его слова. С тех пор она сторонилась мужчин, как кипящего гейзера.

— Я вот думаю, как бы придать нашей беседе деловой тон, — сказала она, оставив вопрос без ответа.

— Извини. — Алекс отстранил голову и принялся пробовать первое блюдо.

— Извинения приняты. — Амелия скрестила пальцы и опёрлась локтем о стул. — А теперь изложи суть того, ради чего мы здесь собрались.

— Я хочу вступить в Green World. Слышал о вашем проекте по очистке океана. Я готов профинансировать создание технологий, — начал он и встретил именно ту реакцию, которую ожидал.

Амелия отнеслась к его словам с недоверием.

— Твой отец хорошо знаком с президентом организации Мэтом Локвудом. Один звонок, и ты завтра уже сидел бы в кресле соуправляющего. Почему же ты пришёл ко мне?

— Потому что мне нужно именно твоё одобрение.

Амелия мысленно взвешивала его слова. Его взгляд, тон голоса, бросающаяся в глаза самоуверенность. И уже через секунду озвучила первое, что пришло на ум:

— Я обычно не такая, но, похоже, ситуация требует максимальной прямолинейности. Ты не производишь впечатление человека, который реально заинтересован защитой природы. Сказать тебе, что я думаю по этому поводу? — Она резко посмотрела на него.

Он кивнул.

— Ты похож на парней из фильмов, тех самых богатых, избалованных, которые позволяют себе больше, чем можно. А теперь за меня взялся? Эффект дефицита. Я буду тебе интересна до тех пор, пока недосягаема. Что ж… пусть так и будет, потому что ты привлекаешь меня ровно в той степени, сколько это ракообразное. — Она указала глазами на лобстера со спагетти, расположенного в центре тарелки.

Алекс тихо усмехнулся.

— Я понимаю твои опасения насчёт меня. Но людям свойственно меняться.

— Потеря близкого человека, власти, имущества, своего положения, клиническая смерть, попытка суицида, приобретение инвалидности… Ничего из вышеперечисленного тебя не настигло, чтобы ты изменился, — Амелия распахнула рукой, подкрепляя сказанное жестом.

— Ты пропустила встречу с особенным человеком, — он сделал акцент на слове «особенный».

Амелия посмотрела на него с лёгким недоумением. Алекс выдержал паузу и проговорил тоном, каким никогда прежде не говорил:

— Ты особенный человек.

Амелия умело обошла его попытку увести разговор в другую сторону:

— Однозначно! Где ты ещё видел девушку, способную за один присест съесть всё меню ресторана?

— Я серьёзно.

— И я серьёзно. Спорим, я съем за час всё, что заказала?

— Хорошо. Даю тебе час. Если не съешь, я выиграл и вступаю в проект.

****

Амелия вернулась домой поздно. По её меркам очень поздно: в 23:40. Камила уехала в Милан на неделю моды с Барбарой и Тиффани. Амелия надеялась просто прийти домой и спокойно оказаться в своей постели. Но, войдя в дом, заметила включённый свет в холле.

«Наверняка, Роджер или Сидни», — подумала она, но, проходя глубже в комнату, увидела силуэт Майкла. Он стоял у окна и смотрел на мерцающий ночной Манхэттен. Пиджак был снят, рукава рубашки закатаны до локтей, пуговицы расстёгнуты до самой груди. Услышав шаги, он повернулся.

— Майкл? — сказала Амелия, будто увидела привидение. — Что ты здесь делаешь?

— Смотрю в окно, — он сардонически прокомментировал своё действие.

— Приятного просмотра, — осторожно сказала Амелия и поспешила подняться к себе. Но тут же услышала вопрос, от которого, собственно, и убегала:

— Где ты была?

Амелия пожала губы. Так, нужно сейчас выставить его вопрос нелогичным. Она повернулась к нему и со всей невозмутимостью проговорила:

— У нас проходит конференция с учёными. Они приехали из разных концов страны. Ты же в курсе.

— Я спросил, где ты была? — Майкл приблизился к ней медленно, уверенно. Он настиг её у первой ступени лестницы и встал близко, словно хотел лучше рассмотреть её лицо. Его голос был где-то посередине между спокойствием и сердитостью.

— Я ужинала в ресторане с Бриджит. — она намеренно смотрела прямо на него, чтобы изобразить уверенность. Но с каждой секундой становилось всё труднее это делать. Она опустила взгляд.

Майкл подошёл ещё ближе и пронзительно посмотрел на неё. Его глаза буквально впились в неё. Это были самые красивые глаза в мире по свидетельствам всех тех, кто когда-либо в них смотрел. Глубокие, карие, с историей за спиной, о которой никто кроме него не знал. Он нежно взял её за руку.

— На будущее: если захочешь соврать ещё раз, не отводи глаза, а смотри дураку, которому врёшь, прямо в упор. Вот так. И не ёрзай руками. — Он мягко сжал её запястье. — Найди точку опоры, например ремешок сумки, и держись за него. Так будет легче контролировать дрожь.

Амелия хотела сказать что-нибудь эдакое, но не смогла заставить себя открыть рот. Как после такого вообще возможно что-то ответить ему? Он не оставлял шансов на защиту.

— А теперь иди спать, — сказал Майкл.

Амелия не сразу смогла двинуться. Она простояла ещё секунду и только когда он сам отпустил её, она сделала первый несмелый шаг и потом уже зашагала по лестнице вверх. А Майкл пошёл в ту сторону, откуда пришёл.

ГЛАВА 10

Узнав от Роджера, что Майкл уехал рано утром на работу, Амелия вздохнула полной грудью. Позавтракав шоколадными хлопьями и панкейками с мёдом, она тоже поспешила покинуть дом. Накануне вечером один из телохранителей Алекса пригнал её машину к дому, так что сегодня она поехала в офис на своей Tesla.

С дружелюбной улыбкой на лице она прошлась по коридору, здороваясь с коллегами. Открывая дверь в кабинет, её взгляд задержался на соседней комнате. В кабинете мистера Локвуда сидел мужчина, уж больно напоминающий Алекса Эмерсона. Он сидел спиной к двери, так что Амелии понадобилось несколько секунд, чтобы узнать его. Алекс расположился в кресле напротив директора, широко раскинув ноги в уверенной позе. На лице Мэта Локвуда читалось смущение и одновременно приятное удивление. Сам Алекс Эмерсон пожаловал! Цель визита Алекса была предельно очевидна. Вчера он говорил серьёзно: он собирается вступить в организацию.

Амелия раздражённо вздохнула: последний десерт не стоило заказывать. Она решила не обращать на гостя внимания и занялась своими делами. В 9:50 вышла из кабинета, чтобы пойти в конференц-зал. Выйдя, она мельком посмотрела в сторону, где полчаса назад сидел Алекс. Там было пусто.

— Бриджит, — обратилась Амелия к секретарше. — Мистер Локвуд уже спустился в конференц-зал?

— Они с мистером Эмерсоном вышли двадцать минут назад, — ответила девушка в круглых очках. — Он не сказал, куда. Тебе что-то нужно?

— Я хотела обсудить один вопрос. Ладно, встретимся внизу.

Конференцию открыл учёный-океанолог Дэвид Баррон, который только в прошлом году совершил двадцать исследовательских экспедиций во всех океанах мира. Большую часть своей жизни этот человек провёл на воде. Своей единственной любовью он считал море и посвятил себя его изучению и защите. Именно из его уст Амелия поняла, насколько остра проблема загрязнения океанов микропластиком.

Когда Дэвид показывал слайд поэтапного изменения химического состава океанской воды, открылась дверь, и в зал вошли Мэт Локвуд и Алекс. Мистер Локвуд жестом предложил учёному продолжать, а сам занял своё место, усадив рядом Алекса. Они расположились на противоположной стороне большого овального стола от места Амелии. Ничто не мешало Алексу в любое время смотреть на неё, чем он сразу и воспользовался. А она в той же степени намеренно не смотрела в его сторону. Когда дело касалось природы, она забывала обо всём на свете, даже о Камбербэтче.

После презентации Дэвида слово взял Мэт Локвуд:

— Уважаемые коллеги, с вашего позволения хочу представить мистера Александра Эмерсона - сына уважаемого Брюса Эмерсона. Он предложил стать единоличным спонсором нашего проекта. Уже сегодня он пообещал перевести средства на организацию экспедиции в Тихий океан, на разработку технологии по сбору мусора, а также выделить деньги на строительство завода по переработке пластика.

Зал воспринял новость аплодисментами.

— Алекс, вам слово.

Алекс удлинил микрофон и поднёс его к губам.

— Я хочу поблагодарить всех и каждого за то, что направили свои умы и способности на это дело. Мы не сомневаемся в вашей высокой квалификации и безоговорочно доверяем вам средства. Отдельную благодарность хочу выразить самой юной из нас - мисс Амелии Форбс. Её усердный труд вдохновил меня на участие в проекте. — Он посмотрел на неё чуть многозначно, от чего у неё щеки вспыхнули. Она надеялась, что только она уловила подтекст.

Затем он вернул взгляд в зал:

— С понедельника стартует проект по строительству самого большого завода по переработке пластика в прибрежном штате Калифорнии, в Сан-Франциско. Таким образом, мы создадим 800 постоянных рабочих мест для местных жителей. А через месяц начнётся строительство аналогичного завода в Сан-Диего. Что касается экспедиций, мы сегодня же выделим 8 млн долларов на организацию исследовательской группы. Вдобавок предоставим проектировку технологии сбора мусора, а корпорация National Standard возьмёт на себя её строительство.

Участники конференции выразили благодарность. Они аплодировали. Это был большой шаг вперёд. Алекс сидел с довольной улыбкой и восторженным выражением лица.

****

К концу рабочего дня Амелия зашла в свой кабинет, чтобы взять вещи. Она сильно устала и мечтала только об одном - как можно скорее оказаться в своей мягкой постели. Выключив компьютер, она начала раскладывать бумаги, когда в кабинет вошёл Алекс.

— Уже уходишь? — спросил он, закрывая за собой дверь.

— Да, — коротко ответила она, не поднимая глаз от бумаг.

— Я хотел попрощаться. Сегодня у меня не было возможности поговорить с тобой, — сказал он с лёгкой улыбкой и тонкой игривостью.

— Ну, прощай, — безразлично отозвалась она.

— Мне показалось, или ты избегала меня?

— Тебе не показалось. Так и есть, — Амелия говорила спокойно, её голос звучал почти мягко, без агрессии или раздражения.

— Не потрудишься объяснить, почему? — Алекс подошёл ближе и упёрся ладонями в её стол, полностью сосредоточив внимание на ней.

— Для тебя это развлечение. Тебе уже наскучили однообразные знакомства и трёхдневные интрижки. Так ты, в своём роде, разбавляешь свои серые будни, — её голос был холоден и равнодушен.

Алекс ожидал вспышки эмоций, но спокойная манера речи Амелии застала его врасплох.

— Амелия, я научился отличать подвиды планктона: фемтопланктон от пикопланктона, зоопланктон от мезо- и микропланктона. Я мог бы всю жизнь не знать о них ничего, но узнал ради тебя. Я бросил все дела и оказался там, где мне даже не снилось быть. За 12 часов я выделил 50 млн долларов на твой проект. О каком развлечении идёт речь? — проговорил он отчитывающим тоном.

Амелия убрала папку с бумагами в ящик и наконец посмотрела на него.

— Деньги, которые вы зарабатываете на добыче нефти, то есть на разрушении природы, во много раз превышают ту мелочь, что ты пожертвовал сегодня. Это минимум из того, что ты можешь сделать для природы, — сказала она с мягкой улыбкой. — И, к слову, зоопланктон - это не подвид, а группа организмов, — добавила Амелия, беря телефон и сумку.

Она направилась к двери, но на полпути остановилась, услышав его голос:

— Амелия, каждый раз, когда ты пытаешься оттолкнуть меня, ты ещё сильнее притягиваешь.

— Я сегодня очень устала. Можно мы продолжим перепалку завтра? — сказала она с таким тоном, будто действительно спрашивала разрешения.

Он всем своим существом желал, чтобы она осталась хотя бы на минуту, но вслух галантно произнёс:

— До завтра.

Алекс ещё какое-то время стоял, провожая её взглядом, прежде чем сам вышел из кабинета.

****

На следующий день Алекс не появился в офисе Green World. Амелия несколько раз ловила себя на том, что смотрела на дверь, и каждый раз, когда она открывалась, её взгляд устремлялся на входящего. Только Бог знает, почему она так делала… Его не было и на следующий день.

«Спектакль окончен. Ему больше нечего здесь делать. Он занятой человек. И хватит уже смотреть на эту дверь! Лучше послушай мистера Реввенела из Оксфорда. Такой человек вряд ли ещё раз найдёт время на пятидневную конференцию», голос разума быстро поставил всё на место. Амелия с головой ушла в работу.

На ужин она попросила Роджера приготовить лёгкий суп и салат из свежих овощей.

— Как дела на работе? — спросил Майкл, садясь за стол.

— Хорошо. Лучше, чем я ожидала, — ответила она, дожёвывая салат. Она была так голодна, что начала есть, не дожидаясь его.

— Ещё бы. Многомиллионное финансирование не может не радовать.

Амелия подняла взгляд: «Ты в курсе?»

— Я прочёл в газете, — сказал Майкл, развеяв её сомнения.

— Поздравляю, 70 миллионов долларов - это хорошая поддержка.

— Не 70, а 50 миллионов, — поправила Амелия.

— Нет-нет, 70.

— Майкл, их 50. И да, это хорошая поддержка.

— Эмерсоны отказались от спонсорства, — сообщил он спокойно, как будто исход был очевиден.

— Что? Почему? — Амелия нахмурилась.

— Не беспокойся, деньги у вас будут. — Его голос, несмотря на холодность, звучал успокаивающе.

— Кто их даст?

У Майкла явно не было аппетита: он пил много и почти не ел. Откинувшись на спинку стула, он посмотрел на неё так, будто решал, сколько ей позволит знать.

— Ты? — догадалась Амелия. — Семьдесят миллионов - это огромные деньги. Ты не можешь спонсировать каждый наш проект.

— Я уже перевёл их, — сказал Майкл без пафоса, словно просто платил за ужин.

— Но… — начала Амелия, но её перебили.

— Эмерсоны больше не будут спонсировать проекты Green World, — сказал он с такой уверенностью, что сомнений не осталось. Амелия не понимала причин его поступка.

— Могу я узнать, почему ты так поступил с ними? И как? Они же наши друзья, — осторожно спросила она, тщательно выбирая слова.

Было ясно, что он вынудил Алекса. Сам Алекс никогда бы не отменил пожертвование, особенно после того, как о нём писали в газетах.

Но вопрос был в другом: Брюс - один из самых богатых людей Америки, бывший сенатор и, с высокой вероятностью, будущий губернатор штата. Он имел колоссальное влияние. Как Майклу удалось заставить его сына пойти против своих публичных слов?

— Послушай, Амелия. — В его глазах вспыхнуло что-то. Он говорил медленно, глядя ей в глаза. — Твоя жизнь стала бы куда проще, если бы ты научилась видеть людей такими, какие они есть, а не такими, какими хочешь, чтобы они были.

— Я умею это делать! — возразила она.

Майкл не обратил внимания на её протест и продолжил:

— Брюсу и Барбаре понравилось, что их сын впервые в жизни потратил деньги на что-то разумное. А Барбара позаботилась, чтобы об этом узнала вся Америка перед выборами.

— Но Барбара сейчас в Милане.

— Хоть в точке Немо. А что касается этого… насекомого. — Майкл прищурился, как будто говорил о чём-то омерзительном, — он всей душой верит в важность своего дела, чувствует себя героем, романтическим… тогда как им движет исключительно увлечение. Да, увлечение. Это многоуровневая игра. Он мастер. И прошедшие раунды он проходил с лёгкостью. На тебе он дошёл до финального непроходимого уровня. И теперь жаждет пройти его и завладеть трофеем. Но этот уровень непреодолим, — последняя фраза прозвучала как приказ. — Я рад, что ты разумная девочка. — Майкл сделал глоток воды.

— А что, если ты переоценил мою разумность? — Амелия упрямо вскинула подбородок, хоть внутри зазвенело.

— Лучше бы мне не ошибиться, — отрезал он.

У Амелии по спине пробежал холодок. Что он задумал? И вообще, как он узнал про Алекса? Даже если допустить, что Майкл приставил к ней охрану (что не исключено, хоть она и просила не делать этого, заявляя, что хочет быть свободной), они могли лишь доложить, что она ходила с Алексом в ресторан. Но как он понял, что происходило между ними?

Существовало только два логичных варианта:

1. Майкл допросил Алекса с пристрастием и всё узнал.

2. Майкл самый настоящий Большой Брат из книги Оруэлла.