Я полюбил тебя в Нью-Йорке

— Добрый вечер, миссис Форбс, — с улыбкой поздоровался молодой хозяин.

— Алекс! Не могу поверить - ты стал настоящим мужчиной! — Камила оглядела его с ног до головы.

— Очень рад видеть вас.

— Познакомьтесь, это мои дети: Майкл и Амелия.

Амелия почувствовала, как чей-то взгляд прожигает её насквозь. Он принадлежал мужчине, о котором она была много наслышана - наследник корпорации National Standard, сердцеед и главный повеса Нью-Йорка. При всех его качествах - молодости, обаянии и богатстве избежать подобной репутации ему было почти невозможно. Алекс замер на секунду и оглядел в деталях Амелию. Большие тёмно-карие глаза с густыми длинными ресницами, естественной формы брови, овальное мягкое лицо, длинные прямые каштановые волосы и милая улыбка выстраивали невинный чистый образ. Алекс вытянул руку вперёд.

— Привет.

— Привет, — мягко откликнулась она, касаясь его ладони.

— Папа, мама, как вы могли не познакомить нас раньше? — с полной серьёзностью спросил Алекс, желая ненавязчиво выразить восхищение, хотя с его уст это прозвучало игриво.

— А раньше, чтобы ты сделал? — Майкл направил на него тяжёлый взгляд.

— Просто… странно, что никогда раньше не видел её.

— Вы не из одного круга. — Майкл протянул руку, а Алекс протянул свою в ответ. Рукопожатие оказалось крепче, чем он ожидал. У Алекса мелькнула тень удивления, но он постарался не выдать, что костяшки заметно побелели, и всего лишь усмехнулся.

Когда с приветствиями было покончено, все сели за стол.

— Спасибо, что приняли приглашение, Камила. Я очень рад видеть тебя и твоих детей у себя дома, — начал Брюс.

— Не ожидала тебя увидеть. Но я тоже рада встрече, — говорила Ками, подбирая слова. — Двадцать четыре года было достаточно, чтобы отпустить старые обиды.

— Всё забыто, дорогая. Для нас всё уже в прошлом. Брюс поступил абсолютно правильно, пригласив вас, — заверила Барбара, а затем, чуть наклонившись вперёд, продолжила: — У тебя прекрасные дети. Я помню Майкла совсем маленьким. Он и тогда был серьёзным и деловитым, а сейчас… — она повернула к нему голову. — Мы слышали о твоём подвиге, Майкл. Весьма впечатляюще. Весь Нью-Йорк заговорил о совсем молодом, амбициозном парне, спасшем дело покойного отца.

— Мы живём в мире, который любит драматизировать реальность, — равнодушным тоном проговорил Майкл. — Уверяю вас, я действовал из практических соображений.

— Майкл у нас скромник, — бросила Амелия. — Тебе было достаточно не напортачить в жизни, а ты целый спектакль затеял с этими операциями. — Ей понравилось говорить вслух такие слова в адрес Майкла. А он отозвался просто с саркастичной полуулыбкой.

— Амелия, мы слышали, ты не в меньшей мере можешь похвастаться успехами, — вмешался Алекс, который внимательно следил за ней всё это время.

— Пока не достигнем естественного прироста озеленения опустошённых лесов, полного очищения океана от мусора, перехода на возобновляемые источники энергии, не могу. — Амелия посмотрела на него и демонстративно улыбнулась.

— Ого, это сколько же вам придётся прожить, чтобы успеть всё это, — пробормотал Алекс.

— Мы склонны к оптимизму.

— А можно поподробнее про возобновляемые источники? — оживлённо и с искоркой вставил Брюс.

— К этому нужно прийти постепенно, Брюс. Не могу же я в первую же встречу рассказывать вам, что основной целью моей работы состоит в том, чтобы ваш семейный бизнес закрылся, — Амелия разбавила слова лёгкой улыбкой и иронией. Стараясь не обращать внимания на то, что ощущала со стороны Брюса странное проявление внимания. Он смотрел на неё, но делал это скрытно. Казалось, он прятал взгляд от остальных. Интересно, что смотрел он на неё часто. Очень часто. Будто не мог пересилить желание видеть её.

— Ты абсолютно права. Тогда никакой работы сегодня за ужином, — поддержал он.

— Договорились. — Она сделала глоток воды и перебила молчание.

— У вас очень чудесный дом. Ваш дизайнер заслуживает все пять звёзд.

— Благодарю. Мы не пользуемся услугами дизайнеров, — ответил Брюс почти с гордостью. — Барбара всегда берёт на себя ответственность за простор и уют наших домов.

— Кажется, она только для этого и покупает дома, чтобы удовлетворить свою страсть обустраивать их, — Алекс бросил на маму улыбку.

— Должна признать, этот дом уютом во многом обязан Тиффани. — Барбара перевела внимание на свою дочку, которая за весь вечер произнесла пять слов.

Тиффани казалась непривычно смущённой. Изначально бледная кожа на её щеках обрела румянец. Она сидела напротив Амелии, и та заметила удивительное сходство девушки с матерью. Мимика, голос, манеры, осанка - всё было результатом двадцатисемилетней работы Барбары Эмерсон. Она как будто слепила дочку по своему образу и подобию. Та же грация в движениях, низкий тембр голоса. Перфекционизм во всём: в чистоплотности, порядке, идеальной проработке всего, за что бралась, и безупречном вкусе.

Амелия не могла похвастаться такими качествами. Она была ленивой, не хозяйственной, не следила за модой и уж тем более не стремилась к идеалу.

ГЛАВА 4

Форбсы просидели у Эмерсонов до полуночи. Майкл отвёз маму и Амелию домой, а потом поехал к себе.

— Амелия, тебе же завтра надо на встречу с волонтёрами, — напомнила мама, видя, как дочь включает телевизор.

— Да, но встреча только в одиннадцать, — лениво оправдалась девушка.

— Ты не выспишься. Уже поздно. Пойдём спать.

Амелия хотела досмотреть третий эпизод второго сезона «Шерлока Холмса», серию, где Мориарти проникает в Тауэр и разбивает витрину, в которой выставлены драгоценности английской короны. В прошлый раз именно на моменте, где Мориарти отправляет сообщение Шерлоку «Выходи - поиграем», ей позвонил мистер Локвуд, и она в спешке вышла из дома, не досмотрев серию. Но и на этот раз ей помешали это сделать. Прощаясь со своим обожаемым Бенедиктом Камбербэтчем, Амелия послушно выключила телевизор.

— Хорошо, но тогда я сегодня буду спать с тобой, — пригрозила дочка.

Ками и Амелия иногда любили болтать до ночи и засыпали вместе в обнимку в комнате Камилы.

— Тогда идём. — Мама протянула руку, чтобы утащить её за собой.

Амелия заметила в лице мамы задумчивость. Расстилая покрывало и расставляя подушки, она спросила:

— Мама, я хотела спросить об Эмерсонах.

— Об Эмерсонах? — У Камилы чуть заметно вздрогнули плечи.

— Они немного странноватые. — Амелия прищурила нос и бросила подушку к кровати. — Мама, что у вас было? Почему вы перестали дружить?

— Это длинная история, — серьёзно и тихо проговорила Камила.

— Я обожаю длинные истории. — Амелия взглянула на неё с любопытством.

Раньше её не сильно интересовала эта семья, хотя она и знала их. Они были известны в Америке. Особенно в Нью-Йорке. Ещё бы! Брюс был одним из богатейших людей Америки и сенатором шесть лет, а сейчас кандидат в губернаторы штата. Но теперь, познакомившись с ними, Амелия уже не могла сдержать любопытство.

— Для этого мне надо рассказать всю историю с самого начала, — вздохнула Камила.

— Но мы же никуда не торопимся!

— Хорошо.

Они прислонили подушки к стенке кровати, а сами устроились в полусидячем положении.

— Твой папа и Брюс были лучшими друзьями ещё со школы и поступили в один университет, — начала Камила. — А я и Барбара познакомились уже будучи студентками. Мы жили в одном блоке общежития, а Роберт и Брюс в соседнем. Мы вчетвером очень часто проводили время вместе. А мы с твоим папой нашли друг друга. Нашу историю ты уже слышала много раз. — Она ещё глубже опустила спину на кровать, чтобы перейти к истории.

— Так вот, однажды Барбара призналась мне, что влюблена в Брюса, а он видел в ней только друга. Тогда я посоветовала ей ещё некоторое время попытаться сблизиться с ним, а если с его стороны не будет взаимности, честно признаться ему в чувствах. Она согласилась. В это время в наш город переехала одна французская семья. У них была единственная дочь - Аурелия.

В этот момент Амелия заметила, как тембр голоса мамы чуть понизился, будто она затронула что-то болезненное, близкое.

— Изысканная красавица. Брюс влюбился в неё с первого взгляда. Это была беспамятная любовь, но, увы, безответная. Девушка его не замечала. Даже когда он признался ей в любви, она сказала, что ничего к нему не чувствует. Брюс забросил учёбу, часто пропускал занятия и провалил экзамены. Его отцу пришлось пожертвовать много денег университету, чтобы сына не отчислили. Он думал только о ней. Никогда не видела, чтобы мужчина был так одержим женщиной. Ей было шестнадцать лет. Перескочила один год, — уточнила Камила. — И вскоре она окончила школу.

— А что было с Барбарой?

— Она подружилась с этой девушкой, втерлась к ней в доверие и узнала, что та влюблена в одного турка. Его звали Серкан. Он был старше её на десять лет. Плюс ко всему, он был ещё и женат и имел ребёнка.

— Невероятно! Как он мог влюбиться в другую, будучи женатым? — Амелия изумлённо округлила глаза.

— Когда его мать и мать его жены были ещё беременны, их отцы сосватали их. Когда они родились и выросли, понравились друг другу и поженились, чтобы выполнить обещание родителей. Но позже он встретил Аурелию. Когда её отец, Пьер Ллойд Делоне, узнал об отношениях дочери с женатым и взрослым мужчиной, пришёл в ярость.

— И что он сделал? — с нетерпением перебила Амелия.

— Сразу после окончания учёбы он увёз её обратно во Францию. В том году мы окончили университет. Брюс поехал за ней в Париж, Барбара поступила на второе высшее образование - на психолога, а мы с Робертом переехали в Вашингтон и поженились. Через год у нас родился Майкл. Барбара училась, держалась достойно. Мы даже думали, что она отпустила Брюса. Но втайне она разыскала Серкана и дала ему адрес Аурелии в Париже. Через некоторое время Брюс вернулся в Америку. Вероятно, девушка ясно дала понять, что у него нет шансов. Целый год он вёл разгульный образ жизни. Много пил. Каждый вечер проводил в клубах и уверял всех, что с ним всё в порядке, хотя это было далеко не так. В один день Барбара заявила о своей беременности. Она соврала ему. Никакой беременности не было на тот момент, — шепнула Камила, будто их кто-то мог услышать. Амелия в самом прямом смысле открыла рот от удивления.

— Серьёзно? — Камила слабо кивнула и продолжила.

— Тогда Брюс предложил ей пожениться, на что она согласилась не сразу.

— Как это не сразу? — Амелия непонимающе посмотрела на маму. — Она ведь этого хотела.

Но ведь он не знал об этом. Всё это время Барбара поддерживала его, делала вид, будто помогает с Аурелией, устраивала им встречи, заведомо зная, что это ни к чему не приведёт. А свою беременность выдала за случайность. Брюс, узнав о её положении, сделал ей предложение и пообещал забыть Аурелию. Барбара добилась своего. Вскоре после свадьбы она действительно забеременела. Но даже после рождения детей - Алекса и Тиффани - он тайком ездил в Париж, лишь бы увидеть её. Барбара узнала об этом и предприняла меры. Отец Аурелии приставил к ней охранника, чтобы та не могла видеться с Серканом. Но Барбара устроила им побег. Она обеспечила их финансово, купила билеты, подготовила жильё в Турции и спрятала их.

Амелия ахнула. Да, это же новелла! А с виду казались такой идеальной семьей. Вот каким путём Барбара построила этот фасад. Фундамент их семьи держится на жестокой, грязной лжи.

— Когда я была беременна тобой, мы с Робертом ездили в Париж, и на обратном пути в аэропорту увидели Аурелию. Она тоже была беременна. Мы видели её издалека и всего на несколько секунд, но даже при таких обстоятельствах я разглядела в ней отчаяние. Она выглядела очень несчастной. От той юной, утончённой аристократки осталась только тень. Она казалась обессиленной и сломленной.

— А что было дальше?

— Потом произошла авария, в которой погиб твой отец. Я была убита горем и не интересовалась ничем. Только потом узнала, что бедная девушка тоже умерла.

— Не может быть! Она же толком пожить не успела. Мама, как так… — Амелия сама ощутила, как глаза её потухли. Она не понимала, как, но что-то кольнуло в сердце. Она с трудом проглотила ком в горле. — А что стало с её ребёнком?

— Он тоже умер, — Камила выдохнула и ответила.

— Как умер?

— Он умер ещё не родившись.

Наступила тишина. Обеим потребовалось время. Мысли в голове бились в стену. Это была как книга, но с печальным концом. Через несколько секунд Амелия спросила:

— А Серкан?

— Никто не знает. Я не знаю, что было с ними после того, как Барбара спрятала их в Турции. Следы исчезли… После смерти Аурелии Брюс замкнулся в себе. Когда-то энергичный экстраверт, он будто потерял все краски жизни. Он буквально погас. Он разом потерял любимую женщину, лучшего друга и отца. Только дети придавали ему силы. А рядом с ним всегда была жена, которая не позволила ему пасть. Барбара - самая сильная женщина из всех, кого я знаю, — произнесла Камила.

Амелия была согласна - да, она сильная. Бесспорно. Но сила не всегда значит хорошо, особенно в её случае.

— Она была очаровательна, — вдруг продолжила мама. — Такая нежная, с милой улыбкой. Самая красивая девушка, которую я когда-либо видела… пока не родилась ты, — в голосе Камилы звучала жизнь. Она смотрела вперёд, будто видела перед собой образ Аурелии. — Пока не родилась ты, Амелия. Ты невероятная красавица. Я всегда мечтала иметь дочку, как она… но даже не представляла, что у меня самой может родиться такая красавица.

— Это всё твои гены, мамочка. Ты у меня самая красивая. — Амелия поцеловала маму, которая в ответ нежно улыбнулась. Но в глубине души она испытала сильное желание увидеть эту девушку - Аурелию. Без сомнения, она оставила в её душе особенный, незабываемый след.

— А почему же вы с Барбарой поссорились? — Вспомнила Амелия свой первый вопрос.

— Мы с Робертом сразу позвонили Брюсу, как только увидели Аурелию в аэропорту. Он всё бросил и помчался туда. Барбара позже узнала об этом и сочла это предательством.

— Зачем вы это сделали?

— Потому что твой папа был его другом и переживал за него. Он не доверял Барбаре. Он знал, что она творила за спиной Брюса. И в глубине души он хотел, чтобы он нашёл счастье с другой.

Глава 5

Амелия надела удобные тёмные брюки свободного кроя и футболку, чтобы одежда не сковывала движения при физической активности. Также она обулась в резиновые сапоги, собрала волосы в тугой пучок и надела кепку-бейсболку, чтобы защититься от солнца. Её образ полностью соответствовал задаче. Сегодня начинался первый день проекта «Озеленение города».

Группа из двухсот человек собралась в Центральном парке для реализации программы восстановления повреждённых экосистем - в районах, пострадавших от вырубки лесов и других негативных воздействий. Это было начало их большого дела. Амелия верила, что их работа дойдёт до всех континентов, станет услышанной в каждой стране мира, и что однажды они добьются прекращения испытаний ядерного оружия и перехода на возобновляемые источники энергии. «Это обязательно произойдёт в обозримом будущем!» — думала она. Если их организации удастся реализовать хотя бы три масштабных проекта по защите природы, Амелия будет считать, что прожила жизнь не зря.

По данному проекту их задачей было согласовать с департаментом по паркам список пород деревьев, одобряемых для определённых мест, а также обозначить участки для посадки - всё это уже было сделано.

Сегодня же Амелия выступала как рабочая сила. Двести волонтёров разделили на десять групп по двадцать человек. А её направили в отдалённый район города, где на фоне угрюмых кирпичных зданий едва виднелись зелёные кроны деревьев. Это место определённо нуждалось в озеленении. Сюда уже приезжали сотрудники парковой службы, чтобы выпилить кусок тротуара, обозначив место для будущего могучего дуба, но с тех пор прошло много времени, и об этом забыли.

— Привет, Амелия, — Услышала девушка мужской голос.

— Алекс! — От удивления она прищурила брови.

— Что ты здесь делаешь?

— То же, что и все - сажаю дерево. — Он глазами указал на лопату и садовые резиновые перчатки. На его лице мелькала довольная улыбка, словно он хвастался перед родителями хорошей оценкой.

— Боюсь, ты присоединился слишком поздно. Мы уже набрали группу. — Амелия посмотрела на него строго. — Тебя нет в списке добровольцев.

— Не думаю, что это создаст проблемы, — ответил он уверенно.

— Ещё как создаст. Обед для волонтёров ограничен. Тебе не хватит, — вставила она.

Алекс улыбнулся:

— Если только в этом проблема, не беспокойся. Я не умру, если пропущу обед.

— А что тебя сюда привело? — Амелия не скрывала удивления.

— Видишь ли, я тоже неравнодушен к чистому и зелёному городу.

Амелия не удовлетворилась таким неискренним ответом. Она недоверчиво опустила взгляд на его туфли и медленно провела глазами вверх до его зелёных глаз.

— Понимаю, для тебя испортить костюм и туфли за месячный доход среднего американца - это пустяк. Но из соображений практичности мог бы одеться более уместно для общественных работ, — она с иронией указала на его моветон.

Алекс сам посмотрел на свой внешний вид, и на его лице появилось выражение: «не подумал!»

— Но ты не утруждайся, природа не обидится. Твой отец пожертвовал достаточно денег, чтобы компенсировать безучастие всей вашей семьи, — сказала Амелия, взяв лейку и перчатки. Она собралась уходить, но Алекс мягко задержал её за локоть.

— Почему ты так резка со мной? Я просто пришёл посадить дерево, как и все, а ты ведёшь себя со мной так, будто я разорил весь парк. — Он держался так, будто не имел сомнений, что найдёт подход к каждому. А в голосе путалась небрежность, которая действовала на нервы.

— Эта зона сегодня закреплена за организацией «Green World». Люди заранее регистрируются, проходят курс семинаров, отбор. Ты, пользуясь положением своего отца, пренебрегаешь правилами. Приходишь в таком виде не подготовленным и вмешиваешься. Это неуважение к остальным волонтёрам. —Она взглянула на него пронизывающе.

— Если дело только в моём костюме, не беспокойся. Я обещаю работать, как остальные.

— Ну, посмотрим… — бросила Амелия и ушла.

Все участники работали коллективно, с энтузиазмом. Они были разными и представляли разные слои общества: среди них были студенты и учителя, бизнесмены и банкиры, политики, общественные деятели, блогеры из социальных сетей и т. д. Но перед своим долгом они были равны - здесь они трудились на равных условиях.

Амелия же отдалась делу с головой и работала на износ.

Уже первый благотворительный сбор Green World принёс средства, превысившие все ожидания. Майкл открыл для неё специальный счёт в банке. Он всегда поддерживал её амбиции и предоставил неограниченный доступ к значительным денежным ресурсам. Начало обещало многообещающее продолжение.

Алекс оказался упрямым. Он снял пиджак, закатал рукава рубашки до локтя и начал копать землю на размеченных участках. Внимательно наблюдая за его движениями, можно было заметить неуклюжесть: казалось, он впервые держит в руках лопату и вообще впервые занимается физическим трудом. Амелия была права - его присутствие только мешало. Студентки крутились вокруг него, как планеты вокруг солнца, забывая о работе и соперничая друг с другом за его внимание. А он, казалось, даже получал удовольствие от всего этого.

«Для таких людей психология придумала особые термины: нарцисс, эгоцентрик, экстраверт… А точнее - самовлюблённый эгоцентричный нарцисс», мелькнуло в голове у Амелии, когда она увидела его лицо, сияющее до самодовольства. Наблюдая за ним исподтишка, она спустя пару часов с удивлением заметила, что у него начинает неплохо получаться.

«Ну, если обезьяна научилась кататься на велосипеде, то этот, по крайней мере, homo sapiens».

— Стакан воды я могу попить? — спросил он её, когда та доставала минералку из мини-холодильника. — Или вода тоже ограничена?

— Воду да, — коротко ответила она, доставая сразу две бутылки.

— Ты так щедра. Спасибо, — саркастично произнёс Алекс.

— Не стоит благодарности, — тем же тоном парировала Амелия.

Алекс ничего не ответил, только смотрел, как она пьёт воду, прокручивая в голове разные мысли. Через мгновение он нарушил молчание и, рассмеявшись, сказал:

— Должен признать - это забавно.

Амелия непонимающе посмотрела на него.

— Что именно?

— Ну всё это...

— Тебе забавно, что наша планета истощается, а мировые правительства тратят баснословные суммы на гонку вооружений, игнорируя реальные угрозы? А обычным людям остаётся делать за них их работу? — Хотя она прекрасно понимала, что его «забавно» не имело к этому никакого отношения, ей всё равно захотелось поставить его на место за тон, которым он говорит, и за взгляд, которым смотрит.

Алекс открыл рот от неожиданности её реакции.

— Я просто хотел сказать, что за тридцать лет моей жизни только ты, даже не прося, смогла заставить меня что-то делать. Особенно в такой облегающей рубашке.

Амелия сначала посмотрела на его рубашку. Да, она и вправду была в обтяжку. Белая, тонкая ткань облегала стройное тело, подчёркивая рельефные мышцы. Потом посмотрела ему в глаза.

— Надеюсь, смогу заставить и одеваться по ситуации, — безразличным тоном фыркнула она.

Алекс хотел что-то остроумное, красивое сказать, но в голову ничего не пришло. Он предпочёл поддаться молчанию. Впервые такому приятному, странному молчанию. Амелия чуть усмехнулась уголками губ, затем торопливо удалилась, пока он этого не заметил.

****

Амелия вернулась домой ближе к 21:00. Переступив порог, она услышала женские голоса.

— У нас гости? — спросила она у Роджера.

— Да, мисс и миссис Эмерсоны приехали на ужин.

— А кто ещё? — уточнила она, заметив мужской пиджак, аккуратно повешенный на спинке стула в гостиной.

— Это мистер Форбс, — ответил он.

Сколько раз она просила домоправителя обращаться к ней и к Майклу по имени, но всё было тщетно. Амелия уважала и любила его, так как он работал у них уже более десяти лет, а ему самому было за шестьдесят. Она могла крепко обнять его, зацеловать, пощекотать, подурачиться с ним. Она бесконечно искала ему невесту, но он никогда не поддавался её шалостям. Роджер всегда сохранял дистанцию и неизменное каменное выражение лица - это придавало ему респектабельности. Такого статного и преданного дворецкого она ещё никогда не встречала.

— Мой брат тоже? — спросила она, а дворецкий кивнул.

— Прекрасно!

Амелия быстро поднялась к себе и приняла душ. После тяжёлого рабочего дня это было первым, что ей было необходимо. Затем, переодевшись в свободную кофту и шорты, она спустилась к гостям.

— Привет, мамочка. — Поцеловала она маму. — Добрый вечер, миссис Эмерсон.

— Добрый вечер, Амелия.

— Привет. — С Тиффани они обменялись коротким приветствием.

— О, брат, и ты здесь! — Чмокнула она Майкла в щеку.

— Как видишь.

— Ты, наверное, проголодался. — Камила погладила дочь по лицу.

— Да, мамочка. Что у нас сегодня на ужин?

— Сегодня у нас филе миньон.

— Я так голодна, что готова съесть всё, что находится на этом столе. — Амелия, не дожидаясь Роджера, начала есть салат. — Мама, ты не предупредила меня, что у нас будут гости, — говорила она с наполовину полным ртом.

— Это не запланированный визит, — отрезала Барбара. — Мы встретились в салоне Prada, разговорились и решили продолжить беседу у вас.

— Правильно сделали. Очень рада видеть вас у нас дома.

— Спасибо.

— К нашему счастью, и Майкл сегодня решил навестить нас. Вот так мы все и оказались здесь, — сказала Камила.

— О, вы даже не представляете, какое это счастье! — воскликнула Амелия. — Мы видим его реже, чем падающую комету.

Майкл уловил сардонические нотки в словах Амелии и сразу отреагировал:

— Раз уж я перебрался в Нью-Йорк, периодичность этого события повысится до падения метеорита.

— Ты и вправду здесь останешься? — Лицо Амелии тут же озарилось радостью.

— И вправду.

— Насовсем? — Она посмотрела на него, надеясь услышать утвердительный ответ.

— Я бы не стал употреблять это слово в данном контексте. Оно как-то загоняет вперёд.

— А почему ты решил так внезапно переехать? — Амелия продолжила допрос.

— Для тебя это внезапность, а для меня это следствие долгих раздумий, — коротко ответил он.

Амелия тяжело вздохнула. Конечно же, Майкл был человеком, который ни с кем не делился планами и мыслями, а уж тем более секретами. Настоящий интроверт!

— Папа сказал, что видел тебя в Аскоте в 2020 году, — вмешалась Тиффани.

— Да, мы виделись. Я знаю, что ваша семья каждый год посещает скачки, — будничным тоном произнёс Майкл.

— Да, мы большие любители конного спорта Англии, — с гордостью сказала Барбара.