Читать книгу Мышка (Женя Воробьёва) онлайн бесплатно на Bookz (14-ая страница книги)
Мышка
Мышка
Оценить:

5

Полная версия:

Мышка

- Макар Акишин.

- Да, да. Так вот, клянусь за тебя отомстить, как только выйдем из «Аделаиды» Макару Акишину и заставлю его поплатиться за все его грязные помыслы.

- А я клянусь, когда выйдем из «Аделаиды», отомстить Герману Кариновскому за каждую твою слезинку.

Глава 32

В просторном зале сплошь незнакомые люди. Я сижу за столиком, лениво гоняю по кругу пузырящуюся жидкость в бокале, болтая ногой. Скучным взглядом окидываю разношёрстную толпу. Так и знала, что еду в качестве подушки безопасности. И зачем согласилась?

- Марина, верно?

- А? – Не сразу понимаю, что говорят со мной. – Да, это я.

Сестра Кариновского элегантно присаживается рядом.

- Я – Лиза. Мы, кажется, уже встречались, но не припомню где?

- В городском университете, на дне открытых дверей.

- Ах, точно, – её смех мелодичен, а взгляд цепок, – вы с Германом были в университете. Там и познакомились?

- Нет. Мы познакомились немного раньше.

- Расскажешь?

Конечно, присаживайся поудобнее и послушай, как твой ненаглядный братец оболгал мою подругу и её затравили всем городом. Так она оказалась в той сырой комнате, где я не смогла её спасти. А с её обвинителем всё в порядке, стоит болтает с красивыми девушками, нарядил меня как куклу и притащил сюда. И я до сих пор не понимаю, как он это сделал. Но вслух мной будет произнесено совсем другое:

- Ваш брат часто заходил в кафе, где я работаю.

- Так ты работаешь в кафе? А кем?

- Я – официантка.

- Хм, неплохо. Так как вы впервые заговорили?

- Не помню, - пожимаю плечами, - просто разговорились.

Не говорить же мне Елизавете, такой презентабельной и элегантной девушке, что с первой встречи я ненавидела Германа Кариновского. И, думаю, он это прекрасно понимал. Как жаль, что моё поведение вызвало у него интерес, а не отвращение.

- И давно у вас отношения?

Шампанское в бокале ещё продолжает вертеться, когда рука, державшая его, замирает.

- Вы не так поняли. Между мной и Вашим братом ничего нет.

- Ой, правда? – Прикладывает девушка ладони к губам. – А я уже подумала…

- Нет. Ничего нет.

- Так вы – друзья?

- Типа того.

- Типа того, - машинально повторяет Лиза. – Так ты планируешь учиться? А как же работа? Родители помогут?

- Нет, я сама справлюсь.

- Это смело.

- Разве не многие так живут?

- Во всяком случае не я. Поэтому могу только представить, как сложно тебе будет, но верю – всё получится!

- Спасибо.

- Вы же с Германом на одну специальность собираетесь?

Класс, она уже и про это узнала. Мажор хоть иногда может не быть таким болтливым?

- Кажется, так.

- Ты же присмотришь за моим Соколиком? А я помогу чем смогу.

- Чем Вы можете мне помочь?

- Я бываю очень полезной, ты только скажи. Герману последние годы не просто. Я его не оправдываю, ты не подумай, но он мой близкий друг и кровный брат, пусть и лишь двоюродный.

- А его нужно за что-то оправдывать?

Девушка мнётся, прикусывая нижнюю губу, а лицу пытается придать беззаботный вид, но выходит та ещё гримаса.

- Все мы не без греха.

«Она так чиста, безгрешна».

Нет, Марина, соберись! Не думай об этом, не надо! Глубокий вдох и…

- Да, все.

Лиза, должно быть, не замечает перемены, она напряжена и взгляд начинает блуждать по залу.

- Я готова на всё, если ты присмотришь за моим мальчиком. В последние месяцы он изменился: помирился с отцом, разорвал отношения с Вероникой, даже отдалился от этого противного Лукина.

Говорить ей, что все произошедшие события случились, кажется, за один вечер, я, разумеется не стала. Не смотря на сложившуюся ситуацию, девушка мне нравилась, потому я ответила ей честно:

- Я не могу обещать того, о чём вы просите, простите.

- Нет, это ты меня прости, я не должна была просить о подобном.

- Ничего, Вы заботились о брате.

- Прошу, давай на «ты». Мы же обе молодые девушки.

- Хорошо, как скажешь.

- Ну вот и славно, - впервые за разговор она искренне просияла, - уверена, мы ещё обязательно встретимся.

Лиза ободряюще похлопала по моей ладони и уже собралась подняться со стула, как путь преградила ей мужская фигура.

- Далеко собралась, моя Голубка? – Герман легко чмокнул девушку в щёку. – Моя сестрёнка тебя не сильно утомила?

- Ах ты – невежа! – Шуточно ударила Лиза по плечу Германа. – Я уже засиделась, пойду навещу маму. Не давай нашей гостье скучать, братец.

- Ни в коем случае, сестрёнка, - плюхнулся на ещё не успевшее остыть место, Кариновский, - сильно к тебе приставала?

- Она милая.

- Да, Голубка такая, кого хочешь очарует, - смущался парень, обнажая ямочки на щеках, - не скучала?

- Нет, что ты. Здесь весело.

- Ну не дуйся, Воробышек. Тёте Кире ты понравилась, Голубке, вижу, тоже. С кем ещё тебя познакомить? – Оглянулся по сторонам мажор.

- Может, со мной познакомишь? – Позади Кариновского возникла фигура в сером пиджаке с тёмными волосами, сбритыми у висков, невысокого роста с нагловатой улыбкой. Я узнала его по золотым часам немалого размера, которые, будто бы случайно, молодой человек при каждой возможности стремился показать окружающей его публике.

- Влад, растворись, - моментально изменившись в лице, злобно произнёс Герман.

- Зачем же так грубо, дружище? – Обошёл Кариновского Лукин и присел на свободный стул. – Я скучал по тебе. Может, познакомишь меня со своей спутницей?

- Ты же всё равно не отстанешь, верно? – Тяжёлый вздох и мажор вновь меняется в лице. В этот момент он становится похож на хитрого лиса. – Моя подруга – Марина Громова. Марина внебрачная дочка Бориса Ярового, приехала поступать в наш университет. Марина, знакомься, Влад Лукин. Владик любит кататься на лыжах и уводить чужих девушек. Я ничего не забыл, дружище?

Не знаю что он несёт, но подигрываю.

- Ничего, - негромко бурчит бывший друг мажора, но быстро отводит взгляд от Германа, - так Вы приехали сюда поступать в университет?

- Возможно. Ещё не решила.

- О, наш университет прекрасен! Много направлений, одни из лучших преподавателей. Сам его заканчиваю, рекомендую. Я парень работящий, не могу позволить себе спускать молодость в унитаз, - косится на Кариновского Лукин.

- Кажется, ты сегодня без Ники, - напоминает мажор.

- Ты слеп, дружище. Ника вон там, у окна, попивает шампанское.

Действительно, в стороне от толпы стояла в прекрасном изумрудно-зелёном платье, держа бокал в руках и нервно постукивая каблучком по мраморному полу, теребя рукав, мадам Лошадиные Зубы. Её волосы шли по спине нежными волнами, а макияж был безупречен и подобран идеально. Иногда, заметив девушек, умеющих пользоваться косметикой, я по-доброму им завидовала. Подобрать тон, структуру под своё лицо, научиться наносить так, чтобы это не выглядело вульгарно. Ника красилась с грациозностью и изяществом. Внешнее впечатление портил только грустный, по-щенячьи растерянный взгляд. Не так должна выглядеть счастливица, отхватившая себе работящего парня. В раю проблемы.

- Почему она одна?

- И действительно. Дорогая! – Окрикнул Веронику Лукин.

Девушка слегка дёрнулась, затем, опустив голову, направилась к нашему столику.

- Привет, - опустилась она на последний свободный стул.

- Знакомьтесь, Марина, это – моя девушка, Ника. Ника, Марина Громова.

- Приятно познакомиться, - еле слышно промурлыкала бывшая Кариновского. Если она и узнала меня, то не подала и вида. Я ответила тем же. Мы обменялись парой дежурных фраз. Из нарастающего напряжения за столом скоро можно было бы вырабатывать электричество. Влад пытался выспрашивать у меня о связи с вымышленным отцом, на что Герман отвечал колкостями. Я лишь бросала грустные взгляды на свою соседку по несчастью, и получала сочувственный взгляд в ответ. Блондинка равнодушно попивала шампанское, казалось, ей уже ничего не было интересно в сегодняшнем вечере.

- Думаю, нам нужно попрощаться с тётей Кирой и откланяться, - вместо очередного словесного паса произнёс мажор, вырвав из дремотного оцепенения. С хозяйкой гостиницы мы виделись в начале вечера. Она выглядела прелестной, но взволнованной, будто в новинку отмечать праздник с подобным размахом. Женщина мило со мной пообщалась и немного холодно с племянником. После мы поздоровались с её супругом, отцом Германа и ещё с несколькими людьми уже очень быстро превратившихся для меня в одно незнакомое лицо. Сейчас предстояло повторить круг в обратном порядке на этот раз, прощаясь.

Как ни странно, всё прошло быстро. Перед выходом на свежий воздух я последний раз оглянулась на зал. Взгляд зацепился за грустную фигурку в изумрудном платье, которая точно смотрела на меня.

Холодный воздух отрезвлял. Сегодня впервые за долгое время я позволила выпить себе глоток шампанского. Одно дело напиваться подростком в закрытом помещении, где нет никого настолько старше и сильнее, чтобы тебя подчинить, а громкий крик может разрушить подростковую скрытность. Совсем другое – выпивать среди незнакомцев на их территории. Но я позволила себе маленький жест вежливости, пытаясь снять напряжение. Только слегка. Я – не мои родители.

Мама. Прошло не так много времени. Папа ещё пару раз звонил, но я не была готова с ним разговаривать. Просто смотрела на вибрирующий телефон, пока экран не гас. И, если умом я понимала, что деньги Акишиных принесли пользу моей семье, дали мне возможность обучаться вдали и даже получить права, но сердцу не объяснишь, что от тебя пытались откупиться, выставив приставучей фанаткой и это принесло относительную пользу. Ни одни водительские права такого не стоят. Слишком дёшево, чтобы продать душу.

- Всё хорошо? – Поправил пальто на моих плечах Кариновский, заставив вздрогнуть.

- Да, я в порядке.

- Спасибо.

- За что?

-За то, что была сегодня моим невидимым щитом.

- Но я почти всё время сидела за угловым столиком в одиночестве.

- Неправда. Хотя, нет, правда. Извини, я не должен был оставлять тебя. Всё случилось так неожиданно. Я и не понимал, как скучал по всем ним.

- Чем ты заслужил их немилость?

- Своей глупостью.

Ах вот как он это называет.

- История печальная и я в ней не самый добрый персонаж. Наш городок маленький, и ты наверняка её услышишь. Но прошу, не сегодня. И если ты узнаешь о чём-либо плохом, пообещай, что выслушаешь и мою точку зрения.

Я услышала эту историю почти три года назад, Соколик. И ты моё мнение вряд ли изменишь.

- Обещаешь, Воробышек?

- Я постараюсь.

- Спасибо, -смущается мажор, обнажая на щеках ямочки. Его глубокий выдох отправляет облачками пар в темноту, ладонь вновь тянется к волосам.

- Не многовато ли благодарностей для одного вечера, Соколик?

Парень усмехается, поднимая глаза к небу и подставляя лицо обманчивому весеннему ветру.

- В самый раз, Воробышек.

Я уже собиралась что-то ответить, как в моём кармане что-то зашевелилось. Через мгновение послышалась мелодия. Я достала телефон. «Папа» высветилось на экране. Нажала блокировку и положила обратно. Мобильник прозвенел ещё два раза пока мы садились в машину.

- Может, стоит ответить? – Спросил Кариновский. – Кажется, это важно.

Глава 33

- Смотрите, что у меня есть! – Сдёрнул белую простынь с руки Сазонов. – Та-да!

В широкой ладони оказалась чёрно-зелёная коробка с изображением серого проектора.

- Да ладно! Где раздобыл? – Восхищался Стрельцов.

В библиотеке было прохладно, но погода за окном не сулила ничего хорошего. Весна встретила холодом и проливными дождями, а среди книжных полок всегда было место и тишина. Библиотекаря давно сократили, разделив его обязанности между несколькими учителями. По факту кладовая книг стояла в отдалении, открытая с десяти утра до пяти вечера. Всё свободное время мы проводили там нашим маленьким книжным клубом.

- Мать привезла. Что смотреть будем?

- Хочу что-нибудь весёлое!

- Давайте ужастики!

- Фу, нет!

Перепалка длилась долго. По итогу мы составили список всего, что хотим посмотреть и создали расписание. Дальше началось устройство уютного уголка. В правом углу большого зала был склад старых книг и коробок с документами. Под всем этим хламом оказался милый диванчик, видавший лучшие времена. Никогда не знаешь, что можно найти в захламлённой комнате, где живут подростки, особенно это касается девочек. У Дианки обнаружился маленький ручной пылесос, с помощью которого был снят весь верхний слой пыли. Малыш потрудился на славу. У техничек одолжили моющие средства, перетаскали все коробки и прочую макулатуру в другой конец зала и уже совсем скоро уголок засиял чистотой. Мадам Психолог, случайно заглянув, была несказанно рада, увидев, что кто-то занялся библиотекой. Анна Леопольдовна даже раздобыла старенький матрас, который мы положили на диванчик, ведь сидеть на нём было проблематично – местами выглядывали пружины. Старые дырки мы предварительно зашили и накрыли сверху пледом. Мальчики на один из книжных стеллажей прибили, принесённую Ильёй простынь. Создав напротив подобие столика из оставшихся коробок и найденного куска фанеры, водрузили на него проектор. Так появилось логово книжного клуба – диванчик в углу, окружённый книгами.

Здесь мы занимались всем: читали книги, смотрели фильмы, готовились к экзаменам. Это время я запомню как лучшее в жизни. К Илье приедет его девушка Ульяна с лёгким опозданием после каникул. Так мы с Мышкой окажемся среди двух влюблённых парочек. Да, позже нас станет больше, Маргарите начнут делать комплименты парни, но она будет мягко отказывать каждому. Я же до последнего останусь немного нелюдимой, хоть и уже не такой чёрствой как при приезде сюда. Эти неугомонные, вечно ругающиеся без повода ребята станут моей семьёй ещё на два года.

Экзамены после девятого класса мы все сдадим с переменным успехом, ведь готовились к ним вместе, да и Рыжий Хвостик помогла, ведь сдавала их в прошлом году. Учебный год закончится тоскливым возвращением в реальность. Я вернусь в квартиру, где выросла и больше не буду ощущать это место своим домом. Поездка с родителями будет казаться вечностью напряжённого молчания, которое попытается развеять улыбчивый таксист. На кухне состоится непростой разговор. Отец станет настаивать, что я должна поступить в ближайший колледж или техникум Железнодорожного. Мать будет с ним спорить по поводу специальности.

- Могу я вернуться в «Аделаиду»? – Подам голос из коридора. Хоть это и звучало как вопрос, скорее было не совсем уверенным утверждением.

- В десятый класс?

- Да, я хочу закончить обучение полностью.

- А ты потянешь?

- Сделаю всё возможное. И, как вы могли заметить, экзамены я сдала очень хорошо.

- Доченька, у нас никто выше девятого не прыгал. А, если тяжко станет? Твоя школа недешёвая. Может, в старую вернёшься?

- Не вернусь. И, если не смогу осилить, верну все потраченные на меня деньги. Когда заработаю, конечно.

- Да не в деньгах дело! Хочешь – поедешь, - поддержал папа.

- Спасибо.

- Ну всё, решили и хватит с нас. На, вот, возьми, - протянула мать купюру, - сходи молока купи и хлеба, да сахар не забудь, килограмма два. Должно хватить.

Я послушно приняла деньги, пакет с тумбочки у двери и вышла на улицу. В ближайшем магазине закончился сахар, поэтому я сделала крюк, наслаждаясь ярким летним солнцем, а после и вовсе заглянула в старый парк. На спортивной площадке было необычайно тихо в тот день. Неудивительно, ведь в маленьком городке все жаркие деньки предпочитали проводить у местной речки. Я посидела на дряхлой лавочке, повисела на турнике и уже хотела подтянуться, вспоминая основные правила, которым учил Сазонов, как сзади послышались шаги. Ну и плевать, пусть смотрят, площадка общественная. Перехватила руки поудобнее на ржавой перекладине, глубоко выдохнула, позволяя телу расслабиться.

- Тренируешься?

Знакомый голос пустил холодный ток по всему телу.

- Иди куда шёл, Акишин, - прорычала, скрипя зубами.

- Да брось, давай помогу, - ублюдок потянулся к моим рукам, поправляя захват. Я отскочила, словно огнём ошпаренная.

- Чего тебе надо?

- Не реагируй ты так остро. Я помириться пытаюсь.

- О, а мы поссорились?!

Парень равнодушно занял освободившийся турник, начал подтягиваться. Я же, не видя смысла в дальнейшем разговоре вернулась к пакету с продуктами, оставленному у скамейки, резко схватила его, чуть не порвав, и направилась подальше от этого типа.

- Давно вернулась? – Совсем скоро догнал меня подонок.

- Не твоё собачье дело.

- Ну хватит, Марин, - парень схватил меня за запястье, заставив резко развернуться.

- Руку отпусти, урод! – Рычала уже сильнее. Макар тут же поднял ладони в примирительном жесте.

- Тише-тише, успокойся. Не стоит так кипятиться.

- Чего тебе от меня надо?

- Вернулась и даже в гости не зашла.

- Зачем? Чтобы ты снова меня лапал?

- Никто тебя на лапал.

Тут я уже вскипела. Смягчила фразу, не кричать же на улице, а он ещё и отрицал очевидное!

- Знаешь что, Акишин? Катись-ка ты куда подальше! Дружка твоего рядом нет, помочь некому, - развернулась я к парню, толкнула его в грудь раз, затем ещё, - и, если ты ещё хоть раз со мной заговоришь…

- То, что? – За спиной басовитый голос Володина не предвещал ничего хорошего. Витёк спешил к нам со своей сестрёнкой Дашей и девушкой Макара – Лесей.

- То я вас даже в преисподней найду и прокляну, - скалила зубы отступая.

- А ну-ка повтори… - Навис надо мной верзила, но его неожиданно мягко остановила рука Акишина.

- Не надо, Вить. Уходим.

Компания обогнула меня, и ушла, оглядываясь. Дашка не произнесла не слова, а ведь когда-то была моей подругой. Лерка, ухватив под локоть подонка неприлично громко спрашивала, что мне было от него нужно, тот лишь оглядывался и шептал нечто, видимо, весьма остроумное в ответ. Они пошли в свою сторону, а я в свою. Хорошо, что в тот день всё обошлось. Не думаю, что выдержала бы постоянно пересекаться с ними. Всё оставшееся лето я, завидев кого-то из этих ребят, переходила на другую сторону улицы, заходила в самые людные места. Это помогло избежать контакта до самого конца каникул. Уже в августе я, разговаривая с бывшей одноклассницей, встретила Дашку, но та даже не удостоила меня взглядом, будто совсем не существовало. За день до отъезда, когда я вспомнила, что забыла купить зубную пасту и побежала в магазин, надеясь успеть до его закрытия, недалеко от нужного стеллажа плечом задела какого-то парня, начала оправдываться, извиняясь, пока не поняла кто передо мной.

- Привет, - слегка улыбнулся Акишин.

- Катись в Ад, - кинула обратно на пол, рассыпавшиеся предметы из его корзины, развернулась, схватила ближайшую зубную пасту и бегом поспешила на кассу. При сборах выяснилось, что та оказалась детской.

Глава 34

- Да, тёть Галь. Я всё понимаю, но приехать не могу, простите. Я наберу его как будет время, обязательно. Конечно, до свидания, тётя Галя.

Пока я говорила по телефону, Герман открыл передо мной дверь автомобиля, вернулся и завёл двигатель.

- Что-то с папой? – Мягко спросил он.

- Да, отцу одиноко. Соседка волнуется до такой степени, что пока он не видит, набрала меня. Она славная, добавляю зачем-то.

- Неудивительно, у тебя же недавно мама погибла. Могу только представить, как вам сейчас тяжело. Вы с отцом сейчас очень нужны друг другу. Поедешь к нему на выходные?

- Мы не настолько близки, - морщусь.

- Прости. Я не должен был спрашивать. Если понадобится помощь, поддержка, только скажи. Я же теперь твой новый начальник, смогу организовать лишний выходной, если понадобится.

- Спасибо, но это - лишнее. И разве ты не выпил сегодня? - Покосилась я на руль.

- Нет, при тёте Кире мне лучше держаться подальше от спиртных напитков, сморщил нос уже Кариновский, отводя взгляд.

- Всё настолько плохо?

- Не хочу портить с ней отношения. После смерти мамы тётя Кира заботилась обо мне как могла. И тебе нужно помириться с отцом. Хочешь, съездим вместе?

Слова тёти Гали меня и правда взволновали. Папа почти не ест, не начал пить, как случалось раньше, сильно похудел и даже осунулся. Днями спит, на улицу почти не выходит. Соседка приноровилась носить отцу ужин, но тот оставался недоеденным на столе.

- Это неприлично, - мямлила я.

- Ты сегодня пришла со мной к тёте Кире, а ещё я собираюсь затащить тебя в весьма сомнительную авантюру с кафе. Меньшее, что могу сделать – поддержать тебя.

- Я не нуждаюсь в поддержке, - покачала головой.

- Хорошо, как скажешь, Воробышек. Позволь хотя бы довести тебя.

Должна признать, мажор умел разрядить обстановку. Это бы помогло в разговоре с отцом. А обстановка дома оттолкнёт Кариновского подальше. Попробовать стоило. Главное, чтобы это не вышло мне боком.

- Я за рулём.

Герман усмехнулся, являя ямочки на щеках.

- Пора вписать тебя в Марысину страховку.


***

Вальяжно развалившись на пассажирском сиденье, Кариновский уплетал мороженое из пластмассового стаканчика, смачно облизывая ложку.

- И куда мы едем?

Я вбивала адрес в навигатор.

- Железнодорожный. Где-то в часе езды отсюда.

- Класс, - прозвучало скорее, как «квас», с набитым ртом.

- Должна предупредить, я никогда не ездила по трассе без инструктора.

- Должен предупредить, я ещё не успел внести тебя в страховку.

- Если что, я скажу, что не умею водить.

- Хорошо, если что-то случится, в пальто и с хвостиком был я.

- Только скажи и я буду рада позаимствовать твою куртку.

Моё дешёвое пальто ни шло ни в какое сравнение с чёрной замшевой паркой, отделанной по вороту мехом. Последние деньки марта были тёплыми для этого месяца, но ещё не настолько, чтобы довериться обманчивому ветру. За пару минут ожидания плечи успели замёрзнуть.

Герман покончив с мороженым, принялся что-то переключать на экране.

-Эй, что ты делаешь? Я смотрю куда ехать.

- Знаю, Воробышек. Я быстро, только музыку включу.

Краешком глаза заметила, как мажор открыл плейлист «В поездку. 1 вариант».

- Первый вариант? Сколько же ты их подготовил?

- Вообще, четыре. Все в идеальном порядке, распределены по времени в дороге.

- Ты всегда так заморачиваешься? – Смахнула пальцем экран, просматривая песни.

- На каждый повод есть свой плейлист: если грустно, нужно поддержать, болеешь, отпраздновать победу, поздравить.

- Да ты настоящий псих! Чего тут только нет! – Список песен был самым разнообразным: от рока до классики, иностранные и отечественные, оригиналы и каверы, песни из мультиков соседствовали с рэпом. Кариновский категорически запретил менять последовательность. И, если поначалу это казалось просто случайным набором музыкальных композиций, то уже через минут пятнадцать я начала понимать смысл.

Герман подпевал каждой песне, в какой-то момент даже высунулся в окно, продолжая голосить. Я резким движением вернула его в салон. Мажор вовсе не обиделся, так и продолжал петь, покачивая плечами в такт мелодии и бросая заговорщические взгляды. Поначалу это сильно раздражало, но засранец знал, как разрядить обстановку. Подъезжая к Железнодорожному я уже во всё горло пела о том, как мало любила, и моя душа не может согреться. Но стоило въехать за городскую черту, как настроение моментально испарилось. По телу пробежал холодок, но отступать было поздно.

- Здесь довольно мило.

- Издеваешься, да? – Нервно хохотнула, варьируя на дороге.

- Конечно, - рассмеялся мажор, пока я молилась всем возможным Богам, чтобы уцелела подвеска.

- Где же твой дом?

Далеко отсюда.

- По прямой ещё два переулка и направо во дворы.

Найти парковочное место оказалось той ещё задачей. Как только я справилась с этим тетрисом, не теряя времени, направилась к подъезду, но меня удержали за воротник.

- А ну-ка стоять, Воробышек.

- Повежливей, а то задушишь, - шлёпнула я парня по руке, и он отпустил.

- Ты собралась идти с пустыми руками?

- Поверь, Соколик, того, что я пришла уже более чем достаточно.

- Нет, так нельзя, - мажор вновь схватил меня, уходящую в сторону подъезда и повёл в сторону, - я точно видел там магазин, - с этими словами мажор потащил меня в сторону.

Герман взял на входе большую корзину.

- Мы будем пить чай вёдрами?

- Я уверен, ты ещё захочешь остаться. А для этого нужно купить поесть. Полагаю, с доставкой здесь туго? Есть кафе?

- Да, недалеко.

- Отлично. Захватим что-нибудь.

Кариновский набрал полную корзину продуктов. Каждый помидор, апельсин и банан он тщательно подбирал, проверял на упаковках дату изготовления. Такая картина была для меня непривычной. Ни один мужчина из моего окружения не считал нужным изучать состав продуктов, даже я сама не делала ничего подобного, по крайней мере, нечасто. Когда денег хватает только на одну палку колбасы, тебе без разницы из чего она сделана, главное – она есть.

bannerbanner