Каникулы в Орионе. Эмоциональные трещины

– Клянусь Сестрами! Мы все видели! – подтвердила Тина.

– Вилы такого не могут, да? – с сомнением спросила Малькевич.

– Без первородных способностей – нет, – мягко заключила Амалия. – У леди Мари, конечно, есть парочка трюков в запасе, но то, что делаешь ты, не обладая никакими усиливающими навыками и артефактами… это попросту невероятно!

Раф едва уловимо коснулся тыльной стороной указательного пальца руки Кат. Этот короткий контакт подействовал сильнее любых комплиментов от наставницы. Тина мгновенно вскинула бровь, но тут же сделала вид, что увлеченно рассматривает мистические сферы.

– И-и-и… что теперь? – спросила Баварская, резко переключая всеобщее внимание.

– Если бы мисс Малькевич не справилась, я бы предложила попрактиковаться с жидкостями разных плотностей. Но все, начиная от эпизода у столовой, заканчивая нашим маленьким экспериментом, подтверждают мою теорию о том, что ты, Катарина, способна управлять всеми стихиями.

– Как? – остолбенела вила.

– Милая, – тихонько пропела Тина. – Именно это ты сейчас и делала.

Кат нервно теребила браслет на запястье.

– Да, энергия воды в тебе доминирует, – уточнила леди Амалия. – Оно и понятно, ты же вила! Но ты можешь развить и другие способности, использовать больше энергии… Клянусь Сестрами, тебя будто благословили сами Плеяды.

– И как мне это сделать? – Кат выпрямилась.

– Тренировки, – просто пожала плечами наставница. – Ты ведь вихрь руной запустила? Я правильно поняла?

– Да, представила ее…

Тина в немом шоке чуть челюсть не обронила.

– С другими новыми стихиями было сложнее, потому что ты не привязала их к символам. Поэтому начни с рун, а там посмотрим, что еще откроется, – задумчиво протянула леди Амалия.

– Ведьмы их годами изучают, а разрываться между занятиями вил и ведьм я не смогу, – с сомнением протянула Кат.

– Поэтому тебе пригодится помощь, – наставница уверенно перевела взгляд на Рафа Буневича, который по-прежнему стоял рядом с Кат. – Раф, возьмешься помочь виле освоить руны в свободное от занятий время? Ты один из самых способных в лагере и, чтобы разобраться с теорией, лучшей кандидатуры не сыскать.

Баварская задумчиво закивала в знак согласия.

Катарина и Раф посмотрели друг на друга. Парень широко улыбнулся ее выжидающему взгляду.

– Да, разумеется, леди Амалия. Разве можно отказать виле с первородными способностями, когда она та-а-ак на тебя смотрит.

Катарина с ухмылкой пихнула друга в бок, и ее лицо озарила самодовольная улыбка. Кат была счастлива, что сможет познать новые грани своих способностей.

После занятия ребята почти бегом помчались в кофейню Лекси. Тоска по ее выпечке изводила каждого мистика. Лишь Тина была исключением. Ведь мама частенько приносила дочери лакомства из филиала кофейни в министерстве. Поэтому Баварская спешила скорее к самой хозяйке, а кондитерские изделия в этом уравнении были приятным дополнением.

Внутри их уже поджидали Ари Волконская, Давид Беркович и Цереус Орловский.

– Лекси здесь? – завопила Тина, как только влетела в дверь.

Ребята дружно кивнули, а из подсобки тут же выглянула Лекси Серовская. Ее длинные ресницы взметнулись к густым бровям, а пухлые губы расплылись в сияющей улыбке.

– Ребята! – пискнула бывшая волчица.

– Сестры! – вырвалось у Тины. – Как я соскучилась!

Девушки прильнули друг к другу, едва хозяйка кофейни вышла из-за прилавка.

Катарина с умилением наклонила голову набок, восторгаясь трогательной сценой.

– Ну же! – всхлипнула Лекси, глядя на Кат. – Присоединяйся! – глаза волчицы засверкали от влаги.

Катарина шагнула к подругам и вдохнула аромат ванильного парфюма, исходящего от кондитера.

– А мне так можно? – лукаво улыбнулся Раф.

– Давай, красавчик, – Лекси отпустила девушек на волю и снова распахнула руки для Буневича.

Витрина кондитерской уже ломилась от угощений. Из динамиков в углу лился легкий рок, идеально дополняя аутентичность заведения. Красные кожаные диванчики пока были пустыми, но начищенные столы и полные салфетницы были полностью готовы ко встрече голодных мистиков.

– А вы чего втроем? Думал, Кат раньше придет. Ей же ближе всех, – Давид двинулся к окну, чтобы освободить место для Тины.

– Катарина сегодня была на нашем занятии, – пояснил Раф.

Цереус слегка дернулся, но прикусил губу, сдерживая пылкое любопытство.

– С чего вдруг? – во весь голос изумился Давид, откровенно уставившись на вилу.

– Кат произвела впечатление на Амалию возле столовой. Ты бы знал, если бы не слонялся невесть где, – язвительно выплюнула Тина.

Беркович сделал вид, что не заметил откровенного наезда и уточнил:

– Ведьма решила поковыряться в твоих способностях?

– Ага, – ответила Малькевич. – Поставила эксперимент и выяснила, что я способна в полной мере не только водой управлять.

– Ого! – в унисон выдохнули Ари и Давид.

– Да, только надо будет с рунами разобраться…

– Здорово, – наконец-то робко вставил Цереус.

– Да, мне очень хочется понять, на что я вообще способна, – мягко улыбнулась Кат.

Орловский расслабился, расправил плечи и заглянул в ее большие глаза.

– Любопытно посмотреть, что из этого выйдет.

– Увидим, – ответила она, и между ними застыло ощутимое напряжение. Словно тысячи слов зависли в воздухе, но так и не обрели голоса.

Остальные тоже это почувствовали. Даже без дара эмпатии Ари заерзала рядом с Кат, а Раф, сидевший напротив, безучастно уставился в далекую точку на стене. К счастью, именно в эту секунду Давид неожиданно что-то вспомнил.

– Эй, волчица! – он полез в карман широких джинс. – У меня для тебя подарок!

Ари с подозрением насупилась.

– В последний раз ты сделал мне подарок в наше первое лето здесь, и я еще месяц напевала отвратительные песенки себе под нос.

– Плейлист для настроения от группы сиринов с побочкой в виде заедания, – Цереус пояснил для Кат.

Ребята рассмеялись, а волчица злобно оскалилась.

– Я помню это! – воскликнула Тина. – Грохар не мог тебя заткнуть на тренировках!

– Зато она улыбалась! – возмутился Давид. – Кто-нибудь еще видел, чтобы наша волчица так много улыбалась когда-нибудь после?

– Я свой лимит тогда и исчерпала, – буркнула Ари.

– Ай, ладно, – закатил глаза сирин и протянул ей сложенный в два раз альбомный лист. – Держи.

– Что это? – Волконская выпучила глаза, перехватив свой подарок кончиками пальцев.

– Посмотри, потом будешь ворчать.

Мистики с любопытством смотрели на Ари, пока она осторожно разворачивала листок. По мере понимания ее глаза становились все шире и шире.

– Давид, ты серьезно? – опешила она. – Для меня сделал?

Тина выхватила из рук Ари бумагу и всем стало видно, что на нем черным фломастером аккуратно была выведена карта Ориона со всеми дорожками и путями. А вокруг и вдоль него тянулась протяжная красная линия с началом и концом маршрута. Неизвестно, сколько понадобилось бы полетов, чтобы так тщательно отработать маршрут.

– У меня, конечно, нет мозга нашего малыша Рафа, но я владею одним неоспоримым преимуществом.

– Крылья? – с сарказмом уточнил Буневич.

– Роскошные крылья, друг мой!

Ари прижала листок к груди и с нежностью прошептала:

– Спасибо, сирин. Никогда этого не забуду.

– Бегай на здоровье, волчица! – он с нежностью потрепал ее по макушке, пока остальные молчали от умиления.

– Все, концерт окончен, – заявила Ари, почувствовав, что пауза затянулась. Для нее это и правда был перебор.

Лекси подкатила к столу тележку, которая трещала под горой соблазнительных угощений.

Мистики с азартом набросились на поднос, пока хозяйка кофейни тихо наслаждалась их аппетитом. Тина мгновенно вцепилась в черничный пирог и отрезала исполинских размеров куски себе и Кат, чем вызвала у у нее одновременно радость и недоумение. Давид щедро полил панкейки золотистым медом, Цереус уверенно присвоил шоколадный брауни, а Раф и Ари мирно поделили между собой крупный круассан со свежими ягодами.

– Ну давайте, герои, рассказывайте! Как прошел ваш год? – ласково спросила Лекси, когда убедилась, что все остались довольны размером своей порцией.

– Эл вернулась вместе с Ники! – выпалил Давид, не глядя на Ари.

– Ну и сплетник же ты, Беркович, – хмыкнула Волконская, прокрутив вилку между пальцами.

– Быть не может! – изумилась Лекси и прикрыла рот рукой.

– Да-да, – подтвердила Тина. – Жди этих голубков у себя на перекусе. Вместе с парочкой Вещерская плюс Беркович.

– У последних и без выпечки Лекси все слишком сладко, – лукаво заметил Цереус.

Даже Раф одобрительно ухмыльнулся, а Давид выпучил глаза и чуть не поперхнулся кусочком пережеванного панкейка.

– Еще лучше! – обрадовалась Лекси и захлопала в ладоши.

Тина скривила губы.

– Ну да… В остальном все по-старому… Про мистера Бареля ты слышала, наверняка…

– Да, дорогая. Он получил по заслугам. Но я как-то рассчитывала, что у вас будет больше новостей…

Воцарилось неловкое молчание. Такое им было совсем несвойственно. Вероятно, виной тому было напряжение между некоторыми членами компании, а возможно и то, что они все еще не привыкли к Цереусу в своем кругу.

– За чем-то новеньким мы приезжаем в Орион, – виновато пожал плечами Раф.

– И то верно! К тому же, это мой последний год в лагере, помнишь? – оживилась Тина и пристально посмотрела на Лекси.

– Помню, Ти, – засмеялась бывшая волчица. – Устроим грандиозную вечеринку на Восковую ночь?

– О да! – глаза ведьмы вспыхнули пламенем восторга.

Входная дверь резко открылась, и через нее повалила куча подростков, соблазнившихся пленительными ароматами.

Вечером компания собралась в комнате двести тридцать три. Тина уже подготовила ноутбук к просмотру ужастика, разместив его на своей тумбочке. На экране застыл стоп-кадр: гибкие вензеля на черном фоне сочились жидкой кровью. Надпись гласила: «Мой Экс-перимент».

По просьбе Тины Катарина погасила свет, задвинула шторы, принесла из шкафа гору мелких подушек и расставила стулья для парней. Зрители на киносеанс явились ровно к назначенному часу. Ари в мешковатой толстовке до колен тут же запрыгнула в постель с пачкой картофельных чипсов со вкусом бекона и поджала под себя ноги. Раф и Цереус сели по разные стороны от кресла Давида, устроившись на изумрудных стульях.

– Ведьма, мы всерьез будем смотреть о том, как девушка мстит бывшему самыми извращенными способами? – брезгливо уточнил Давид, искоса поглядывая на экран ноутбука.

– Именно этот шедевр мы и будем смотреть, мой сладкий! – радостно ответила Баварская.

Цереус запрокинул голову к потолку и страдальчески усмехнулся.

– Это сумасшествие, – ровно констатировал Беркович.

– Правда? А, что, по-твоему приемлемы лишь хорроры про маньяков, которых в детстве мамочка не долюбила? – едко парировала Тина. – Женщины имеют полное право на месть. Холодную или прожаренную. С кровью или золотистой корочкой.

– Да какая разница? – лениво встряла Ари. – Индустрия ужастиков строится на адреналине и запретных эмоциях. Без разницы, кто монстр. Режет, пугает или охотится. Главное – это эмоции и дрожь в коленках.

– Согласен с Ари, – кивнул Раф. – К тому же, если мотивом выступает месть… это хоть какая-то понятная мотивация, в отличие от «потому что луна в скорпионе».

Катарина испытала прилив восторга из-за дискуссии на уровне клуба кинолюбителей, поэтому тоже не удержалась:

– Это же кино, Давид. У искусства задача такая – изучать сложные грани человеческой души.

– Туше! – сдался сирин, закрыв лицо руками. – Включайте свое искусство.

Тина торжествующе вскинула брови и пафосно клацнула по пробелу. Экран растворил комнату во мраке и унес в историю о кровавой мести.

Спустя минут сорок, когда черноволосая главная героиня в шелковой ночнушке отрезала ногу бывшему бензопилой и блаженно зевнула, Давид Беркович раздраженно нажал на паузу и вжал пальцы в виски.

– Ты чего? – спросил Цереус и толкнул его в плечо.

– Объясни-ка, Ти… Вот вы тут разглагольствуете об эмоциональных качелях на грани адреналиновой наркомании, но тебе-то каково? Ты же буквально эмпат и чувствуешь сотни эмоций каждый день…

– Чужих эмоций, птенчик… – Баварская поежилась. – На свои ресурсов почти не остается, а если и возникают особенно сильные… то самостоятельно справляться с ними ведьмам сложнее всего. Нужны настойки, артефакты… Для меня ужастики – разрядка. Это мой шанс прочувствовать собственные сильные эмоции. Да, я чувствую ваши реакции, но мои в этот момент главные. А так как они вызваны тем, что происходит лишь на экране – эффект проходит довольно быстро, не отбирая у меня лишней энергии.

– Ого, – удивился Давид. – Чего ж ты молчала, что это твоя терапия?

– Хотела, чтобы мы фильмы не ради меня собирались смотреть.

– Прости, Ти…

– Ничего, вам фильм-то нравится? Или мне в очередной раз в одиночестве придется досматривать?

– Я остаюсь, – твердо кивнул Цереус. – Любопытно, сколько еще этот парень протянет в сознании.

Тина благодарно посмотрела на нового соратника.

– Я здесь живу, мне идти-то некуда, – усмехнулась Кат.

– Мы все остаемся, но нам нужна добавка на вторую половину фильма, – заявил Раф, следя, как Ари вытряхивает оставшиеся крошки из второй пачки чипсов к себе в рот.

– Вот это по делу! – обрадовалась Тина. – Объявляю пятнадцатиминутный перерыв!

– Слетаю в кофейню, попрошу у Лекси чего-нибудь пожевать, – предложила вила.

Цереус дернулся, чтобы что-то озвучить, но его опередил Раф:

– Составлю тебе компанию, – просто бросил он.

– Тогда идем пешком, – быстро согласилась Кат, и молча вышла в коридор.

Цереус стиснул зубы, а Тина уверенно потянула его с остальными на балкон.

Вечерний воздух быстро заполонил легкие вилы и растекся внутри теплым блаженством. Она спустилась с последней ступеньки и смущенно посмотрела на спутника. Лицо Рафа сквозило непроницаемостью, будто вечерние прогулки с ней – это повседневная рутина. Катарина закусила губу, но все-таки нарушила приятное молчание.

– Сложно Давиду даются эти кинопросмотры…

– Не любит насилие, – Раф прохрипел, поэтому ему пришлось откашляться. – Этот сирин – убежденный пацифист. Любит мюзиклы и сложную поэзию. Он бы и в Играх Плеяд не участвовал, будь у него такая возможность.

– От такой возможности мало кто отказался бы, – пожала плечами Кат. – У меня мороз по коже от мысли, что этот этап нам еще предстоит.

– Волколаки отказались бы. Для них игры – шанс продемонстрировать свои способности в полной мере и не стесняться природной ярости.

– Ари ведь не такая! – Катарина поморщилась.

– Ари – приятное исключение из правила, – Раф с тоской провел ладонью по шее.

– Надеюсь, так и останется…

– А что насчет тебя? – вдруг улыбнулся Буневич.

– О чем ты? – Катарина резко остановилась и повернулась к мистику всем телом. Намек на ее потенциальную жестокость всколыхнул ее ни на шутку.

– Я про твои способности. Когда приступим к рунам, чтобы увидеть на что еще ты способна, Катарина Малькевич? – Раф аккуратно заправил непослушный локон за ее ухо, пристально наблюдая, чтобы тот ровно улегся на месте.

– А, – девушка вспыхнула и прикрыла глаза. – Может, на следующей неделе?

– Не терпится начать? – усмехнулся Раф.

– Честно? Да. Можем заниматься на аллее?

– Вполне, – одобрил мистик.

Они пошли дальше.

– Тебе не в тягость? Нянчиться со мной как с новопосвященной, – спросила Кат и тут же прокляла свой длинный язык.

«Вдруг он начнет придумывать отмазки? И тогда мне назначат в помощь Тину, которая вообще не отличается терпением», – с ужасом подумала она.

– Хочешь услышать, что мне это в радость? – подловил ее Раф. – Или, что я считаю минуты до момента, когда мы останемся наедине, чтобы не следить за временем и… творить магию?

– Достаточно было простого «нет», – Катарина нырнула в воротник свитера с высоким горлом.

– Не прячь от меня улыбку, вила, – строго сказал Раф и нежно повернул ее пальцами за подбородок.

Кат пыталась собраться с мыслями для ответа, но из-за угла выскользнула уставшая Лекси с огромным мусорным мешком.

– Вы чего, ребятки? Проголодались? – кажется, она заметила, что застала их во время откровенной сцены, но не подала виду.

– Нам нужно больше еды для киносеанса, – поспешно сообщил Буневич, убирая руку в карман.

– Подросткам всегда нужно больше топлива, – не удивилась Серовская. – Пойдемте, соберу вам провизии.

– Спасибо, Лекс, – вполголоса поблагодарила Кат.

Лекси приобняла ее за плечи и прошептала на ухо:

– Сейчас это меньшее, что я могу сделать. Прости, что вторглась в ваше пространство.

– Ты не вторгалась, – отмахнулась Малькевич.

– Ну да, ну да… Я клыков лишилась, а не глаз, – ворчливо бросила бывшая волчица и отошла к бакам.

– О чем шепчетесь? – непонимающе спросил Раф.

– Ни о чем, милый, – выпрямилась Лекси. – Все мечтаю попасть на ваши просмотры ужастиков, но кто тогда будет кормить подростков в период вечернего жора? – Лекси распахнула двери кофейни и сразу нырнула за прилавок. – У меня осталось несколько коробок карамельного попкорна. Помогу донести до комнаты. Хватит на пару вечеров… Если, конечно, малышка Ти не сметет все в первый же.

– Посмотрим, как она отреагирует на такой растянутый дедлайн, – хохотнул Раф, перехватывая взгляд Кат.

– Да-а-а, ее нельзя недооценивать, – подтвердила Лекси, вручая каждому по увесистой коробке.

5.

– Мисс Малькевич, не отвлекайтесь, – строго одернула ее леди Мари.

Катарина вздрогнула, на секунду потеряла концентрацию, и здоровенный водяной поток рухнул прямо на голову Амелии Сток.

– Эй! Ты чего творишь, бестолковая?! – завизжала Амелия и полетела к бортику, беспомощно шлепая промокшими крыльями.

Кат зависла под куполом и невольно усмехнулась нелепости ситуации. Началась вторая неделя в Орионе, а первородная вила все еще не могла войти в колею, а тут и вовсе отвлеклась и окатила водой самую малоприятную представительницу вил в Орионе.

Малькевич приземлилась у стола с настойками и виновато посмотрела на наставницу.

– В чем дело, Кат? – удивленно спросила леди Мари. – Это базовая магия, ты с ней и с закрытыми глазами обычно справляешься.

– Простите, отвлеклась…

– На что?

– Сирины мимо пролетали. Видимо, занятия на воздухе проводили… Вот я и засмотрелась.

– На сиринов? Или на одного конкретного? – губы альционы тронула улыбка. Ее теплое отношение к Орловскому чувствовалось еще в прошлом году.

Девушка рассеянно отвернулась, дав понять, что не собирается продолжать этот диалог.

– Так, ладно, – громко хлопнула в ладоши леди Мари. – На сегодня свободны. Завтра продолжим. Мисс Сток, просушитесь как следует перед обедом.

Та сквозь зубы пробурчала что-то невнятное и с грохотом плюхнулась на стул под причитания Крыльской и Мороз. Остальные поблагодарили наставницу за занятие и потянулись к выходу.

У двери Катарину догнала Лея Вещерская.

– Ловко ты ее полоснула, – едва сдерживая смех, прошептала она.

– Я нечаянно, если честно…

– Но приятно, наверное, да? – подмигнула Лея.

– Только никому не рассказывай! – прыснула Кат, и они обе залились тихим смехом.

Выйдя на улицу, Лея тут же засеменила в сторону корпусов.

– А ты обедать не идешь? – крикнула вслед Кат.

– Нет! Схожу за запасами трав и вернусь сюда! – Лея игриво указала пальцем в сторону бассейна и взлетела, широко взмахнув крыльями.

«Наверняка рандеву с Давидом назначено».

Всю дорогу до столовой вила прокручивала в голове сцену водопада, который обрушился на голову Амелии Сток. Вообще-то Кат не была кровожадной, но иногда очень приятно остудить пыл, хоть и безобидной, но заносчивой вилы. Этакое мягкое сливочное масло с щепоткой соли для души – полезного и понятного мало, но чертовски вкусно.

– Ты чего так загадочно улыбаешься? – подозрительный голос Рафа Буневича резко выдернул ее из раздумий. Парень стоял у входа в столовую в идеально выглаженной черной футболке и широких джинсах. Он выглядел весьма заинтригованным. Не каждый день можно было увидеть Кат настолько довольной.

– Небольшое происшествие на занятии, – отмахнулась Кат и постаралась состряпать безобидное выражение лица.

– В твоих глазах пляшут бесы, Катарина Малькевич. Вижу их даже за синим сиянием, – Раф вздернул свой точеный нос.

– Тебе беспокоиться не о чем.

– Ну ладно, – лениво сдался мистик. – Пойдем на обед. Ребята внутри.

– Все подошли?

Раф пожал плечами.

– Берковича, кажется, опять нет.

– Догадывалась… – шепотом ответила Кат.

Наложив себе овощного рагу, ребята присоединились к друзьям. Ари снова ковырялась в блокноте, разложив рядом карту Давида, а Тина и Цереус оживленно обсуждали грядущий осенний хоррор. Судя по тому, как Орловский во время дискуссии энергично перечислял неизвестные Кат имена режиссеров, а Тина с полным пониманием кивала, ему действительно был интересен кинематограф.

Когда все наконец уселись, Баварская кокетливо захлопала ресницами.

– Знаете, что я выяснила?

– Это может быть все что угодно, Ти, – устало бросила Ари и отложила свой блокнот.

– День летнего солнцестояния! – не выдержала собственной интриги ведьма. – Мы проведем его на речке вил!

– Правда?! – Катарина от радости чуть от стула не оторвалась. – Когда?

– Посмотрите на нее! – хохотнула Тина. – Уже не терпится насладиться первородными водами?

– Ти, я бы крылья у Ориона выменяла на возможность жить рядом с этой рекой, – простонала Кат.

– Ну еще бы! Если ты будешь жить рядом с ней, на кой черт тебе крылья? Летать и без них, наверное, сможешь. Накачаешься там энергией.

Катарина закатила глаза, потому что надеялась, что шутка проскочит, но Баварская умудрилась ее разогнать.

– Ладно, – махнула рукой ведьма. – Главное, что теперь мы знаем место и сможем подобрать наиболее удачные наряды!

Ари шмякнулась лбом об стол, поэтому все, что лежало на поверхности, с грохотом подпрыгнуло. Ложка Кат с тонким лязгом повалилась на пол.

– Эй, волчица, можно меньше драмы? – возмутилась Тина. – Это моя привилегия!

Катарина медленно опустилась под стол, чтобы поднять несчастную ложку, что пала жертвой безысходности Ари Волконской.

– Да ладно тебе, Ари, на день летнего солнцестояния никто не потребует от тебя облегающего мини… – успокоил ее Буневич и не глядя прикрыл ладонью угол стола, чтобы Кат случайно не ударилась. – Насколько я помню, такие праздники проводят в максимально свободной одежде.

Катарина выпрямилась и вопросительно посмотрела на Тину.

– Ну нет! Я скорее волосы в блонд перекрашу, чем позволю кому-то нацепить на меня шаровары, – Тина надула губы и показательно поправила черный корсетный топ. – И вообще, что вы на меня накинулись? Меня хоть кто-то поддержит в стремлении к прекрасному… Где, блин, снова Давида носит?!

– Решил подкрепиться в другом месте, – аккуратно ответил Раф.

– Это входит в привычку, – с ядом в голосе заметила Тина. – Пусть тогда вообще больше с нами не обедает.

– Не перегибай, Ти, – строго попросила Ари.

– Защищаешь его, волчица? – накинулась на нее ведьма.

– Ти, не заводись, – нахмурился Раф.

«Ну нет, так дело не пойдет».

– Ти, ты поможешь мне с нарядом? – резко спросила Кат. – Знаю, ты мне весь прошлый год помогала, поэтому к открытию Игр Плеяд и к Восковой ночи в этот раз я подготовилась… Но кто ж знал про день солнцестояния?