Каникулы в Орионе. Эмоциональные трещины

3.

Следующим утром Катарину разбудили тихие, вкрадчивые шаги Тины Баварской по комнате.

Ведьма только что вернулась из душа с тугим белым тюрбаном на голове, и направлялась к зеркалу в углу комнаты, чтобы нанести свой привычный макияж.

Кат лениво перекатилась на другой бок, не отрывая голову от подушки.

– Это я тебя разбудила, крошка? – испуганно прошептала Тина.

– Колокол еще не звонил? – прохрипела вила спросонья.

– До подъема еще полчаса. Можешь поспать, если хочешь, – Баварская уселась напротив зеркала и расстегнула черную пушистую косметичку.

– Нет, уже проснулась, – Кат потерла глаза кулаками и уставилась в потолок.

– Сегодня начинаются занятия, – начала говорить ведьма неестественно размеренным тоном. Катарина кинула на нее удивленный взгляд и обнаружила, что та красит ресницы с низко опущенной нижней челюстью, прижав кончик языка к внешней стороне верхнего ряда зубов. – Вечером предлагаю ограбить кофейню Лекси и открыть марафон ужастиков. Что думаешь?

– Звучит здорово.

– Отлично! – воскликнула ведьма и плотно закрутила тюбик туши.

Кат аккуратно встала с постели и осмотрела свою половину комнаты. Она неоднократно бывала здесь в прошлом году, но не смела прикасаться к постели или тумбочке. Тина, да и сама Катарина до последнего верили, что Ева все-таки вернется в Орион, но теперь они даже не знали о ее точном местоположении. Ведь Лидия Барель увезла свою семью из города.

Кат коротко вздохнула и небрежно заправила кровать, накрыв постель стеганым пледом с вышитыми на нем эмблемами плеяд.

– По Еве вздыхаешь? – отстраненно уточнила Баварская.

– И да, и нет…

– Расслабься. Теперь ты живешь в этой комнате. Чужого ты не забирала, – соседка с даром эмпатии – удобно с точки зрения объяснений. Не приходится много говорить.

– Угу…

– Выйди на балкон, оцени преимущества. До сих пор не понимаю, зачем нужно было вил селить на первый этаж. Сирины-то живут на втором.

Катарина кивнула и подошла к оконной двери. Краска на старой ручке давно облезла, но механизм сработал бесшумно.

Ступив на бордовую плитку, Кат растянулась в улыбке. Пол нагрелся под косыми утренними лучами, словно на нем разлили теплое молоко. Она оглядела пустую улицу перед корпусом и прижалась грудью к металлическому резному ограждению. Вила закрыла глаза, прислушиваясь к округе: шелест листьев, далекий скрип калитки где-то на Аллее Плеяд, трели утренних пташек и дуновение тихого, свежего ветра. Она стояла так, пока первые удары колокола не разорвали утреннюю тишину.

Катарина открыла глаза и сразу же сощурилась от яркого света. Солнечные зайчики, танцующие на окнах соседнего здания, ненадолго ослепили ее и заставили все лицо недовольно сморщиться. Она уже собиралась вернуться в комнату, как взгляд ее зацепился за рыжие крылья на крыше соседнего здания. Цереус Орловский сидел, прислонившись спиной к широкой трубе. Он безмятежно подставил лицо солнцу, а в позе читалась беспечность: согнутые ноги в коленях, расслабленные руки. Сирин казался спокойным, но обреченно одиноким.

Балконная дверь слегка приоткрылась.

– Кат? Ты в порядке? – Тина высунула нос сквозь небольшой проем.

– Да, иду, – поспешно отозвалась вила, встретившись с подругой глазами. Она еще раз посмотрела на сирина, легко улыбнулась и отправилась собираться на завтрак.

Девушки вышли на улицу раньше остальных и отправились в столовую. Чтобы скоротать время, они пошли в обход, через Аллею Плеяд, где даже дневной свет становился таинственным и глубоким. Пушистые деревья обнимали местные статуи первородных мистиков и дарили ощущение уюта.

– Жду не дождусь возвращения Лекси! – с предвкушением воскликнула Тина.

– Да-а-а, я бы сейчас убила за ее черничный пирог…

– Значит, с обедом решено! – весело отозвалась Баварская. – Ты чего такая смурная, Кат? Дети не пропадают, крылышки твои на свободе…

– Я? Да нет, это мое привычное состояние, – хмыкнула вила.

– Не вешай мне лапшу на уши, Катарина Малькевич. Я ведьма, помнишь?

– Я в порядке, правда. Есть кое-что, что меня тревожит, но сейчас не хочу ни думать, ни говорить об этом, если честно…

– Дело в парнях, да?

– Вы с Давидом будто сговорились…

Тина нахмурилась:

– Не знаю, зачем Давид лезет не в свое дело, но у меня на то есть веская причина!

– И какая же, Ти?

– Это мой последний год в лагере, помнишь?

– Ты не даешь об этом забыть, – ухмыльнулась Катарина.

– Ну так, я хочу знать, чем все закончится! Нельзя такие истории растягивать на три сезона, знаешь ли…

– Прекращай, – фыркнула Кат и бросила взгляд на статую вурдалака в конце особенно густой части аллеи. Длинноволосый каменный мужчина величественно восседал на троне, его брови были сдвинуты на широкой переносице, из-под верхней губы торчали острые клыки, а длинные когти властно впились в подлокотники.

– Они правда пили кровь? – спросила Катарина, кивнув на первородного представителя вымершей плеяды.

– Кто их знает… Тина неоднозначно пожала плечами.

– Бабушка рассказывала, что они были отличными охотниками. А что их интересовало кровь или мясо, я так и не спросила.

– Странно… с твоей-то тягой ко всему жуткому.

– Ну знаешь ли, одно дело – смеяться над фантазией современной поп-культуры, совсем другое – копаться в грехах наших предков!

– Не поспоришь.

Когда аллея расступилась, они оказались на площадке перед местным клубом. На крыльце стоял Яр Летов в компании Киры Майской и новопосвященной ведьмой. Кира первой заметила девушек и толкнула Яра локтем.

– Кат! Доброе утро, – бодро поприветствовал он.

– Доброе утро, малышня, – усмехнулась Тина.

– И тебе привет, ведьма, – гоготнул Летов. Парень на малышню теперь не смахивал, поэтому прозвище его не обидело.

– В вашей компании пополнение? – спросила Катарина, внимательно рассматривая новенькую. Та была чуть выше Киры, но все равно невысокой. Ее волосы до плеч с озорством топорщились в разные стороны, а в позе было что-то расслабленно-мальчишеское.

– Ага, знакомься… это Тамила Бахтина, – Яр поспешил представить новенькую. – Это Тина Баварская из нашей плеяды и Катарина Малькевич. Кат – вила с первородными способностями. Местная героиня и моя подруга, – с гордостью добавил он.

Вила закатила глаза.

– Это же ты, да? – оживилась Тина. – Ты та самая ведьма, которая устроила безмолвный стендап прямо на посвящении?

Кира демонстративно отвернулась и сложила руки на груди. Ее губы вытянулись в тонкую полосочку, а взгляд буравил дерево неподалеку. Появление новой ведьмы в их с Яром дружеском кругу Киру явно не радовало.

– Я, – рассмеялась Тамила. – Рада с вами познакомиться!

– А мы с тобой! – ответила за обеих Баварская. – На занятиях нам с тобой будет о чем пощебетать, – хитро подмигнула Тина.

– Да, я наслышана, что ты тоже любишь повеселиться, – просияла Бахтина.

– В этом году придется особенно постараться. К счастью, Амалия вернулась, и с этим будет попроще, – серьезно добавила Баварская.

– На завтрак идете? – спросила Кат.

– Да, сейчас поднимем нашей мисс Майской настроение и сразу пойдем в столовую, – в зеленых глазах Яра играла усмешка. Парень очень неумело пытался сгладить напряжение.

– Ясно, – легко улыбнулась Кат. – Значит, увидимся позже.

Девушки быстрым шагом удалились, оставив ребят разбираться с новыми раскладами.

– Кире явно не по душе появление Тамилы… – произнесла Катарина, когда они свернули за угол.

– Ревность, крошка… Чистая, ничем не подкрепленная детская ревность.

– Значит, разберутся, – заключила Кат. – Ревность без злости еще никого не убивала.

К этому времени на завтрак собрался почти весь лагерь. Толпы мистиков, словно живые вены, стекались по дорожкам от корпусов к двери неприметного здания. Но они знали, что простой столовая была лишь снаружи. Внутри их ждало огромное помещение, которое вмещало в себя десятки обеденных столов, основательный фуршет, и не скупилось на ароматы, взывавшие к желудку.

Тина тут же ринулась к линии раздачи и схватила поднос, чтобы набрать как можно больше калорийной еды. Катарина последовала ее примеру, но в меню ограничилась только сэндвичем и яйцом пашот. Сколько бы она ни пробовала приготовить подобный завтрак дома, в Орионе это сочетание было особенно вкусным.

Двигаясь вдоль длинного фуршетного стола, она заметила мистера Грохара. Наставник волоколаков взгромоздил на поднос двойную порцию каши и фруктовый салат. За его широкой спиной мелькнула миниатюрная леди Софи, которая что-то сдержанно рассказывала парадоксально лысому волку.

– Ты чего встала? – шикнула Тина, схватив стопку салфеток.

– А, ничего, отвлеклась, – улыбнулась вила.

Продвинувшись вперед, Кат почти уткнулась в спину Грохара и принялась выбирать напиток. Ей хотелось обычной воды, но бутылок не было видно.

– Я тебя понимаю! – Кат вздрогнула от громоподобного баса Грохара. – На побережье восточного кармана осень выдалась тоже необычайно жаркой! Сестрами клянусь, моя макушка сгорела трижды! Будь она неладна. Я, конечно, хотел отдохнуть на совесть, но в итоге чаще валялся в номере, чем на солнце!

Леди Софи тихонько хихикнула, подняла поднос со стойки, и наставники направились к своему столу.

– Зачем он кричит постоянно? – буркнула Катарина.

– По привычке. Волколаки обычной громкости не слышат, – ехидно бросила Тина.

Девушки подхватили подносы и начали искать глазами друзей. Над их привычным местом внезапно вытянулась рука, а вслед за ней поднялся Цереус Орловский.

– Ты посмотри, какой милашка, – констатировала Тина и двинулась к столу, за которым уже сидели Цереус, Ари Волконская и Раф Буневич.

– Доброе утро, – улыбнулась Кат всем и села напротив Ари.

– С утречком! – вставил Раф и снова нагнулся к блокноту, который держала в руках Волконская.

Остальные просто махнули друг другу рукой в качестве приветствия.

– Что у вас там? – не удержалась Катарина, глядя на то, как старательно Ари покусывает карандаш.

– Маршруты… – она резко затолкала блокнот в карман.

– Ари пытается проложить максимально длинный маршрут по лагерю, чтобы пробежка не кончалась слишком быстро. Ломаем голову над вариантами, – поспешил пояснить Раф.

– Надоело по кругу носиться, – пробурчала Ари.

– Так это ж в твоей природе, – подколола Тина.

Волконская причмокнула и швырнула в ведьму изюмом прямо из своей каши.

– Не разбрасывайся едой, грешница! – возмутилась Тина и съела изюм, который прилип к ее волосам.

– Какая гадость, Ти, – прокомментировал Раф.

– А где Давид? – словно спохватившись, спросила Баварская.

– Видел его с подносом на подлете к бассейну, – поделился Цереус.

– Лея не любит есть в столовой, – вспомнила Кат.

– Хм… Понятно… – промычала Тина и принялась за острые колбаски.

За столом повисла напряженная тишина. Катарина не была против помолчать, но сейчас, в этой залитой солнцем столовой, после стольких месяцев разлуки с друзьями, тишина казалась неправильной.

– Тина хочет сегодня начать марафон ужастиков, – завела она разговор.

Баварская энергично закивала, тщательно прожевывая колбаски.

– Отлично! – оживилась Ари.

Раф одобрительно улыбнулся и, закончив с омлетом, сложил руки на груди.

– Как это у вас устроено? Нужно что-то брать с собой? – с нескрываемым интересом спросил Цереус и хлебнул чай из белоснежной кружки.

– Только еду! – выпалила Тина.

– Много еды… – уточнила Ари.

– Но сегодня, может, столько и не понадобится, – поспешила успокоить его ведьма. – В первом фильме, что я подготовила, чересчур много крови и внутренностей. Чьи-то желудки могут просто не выдержать… – в конце она восторженно хрюкнула.

Раф хмыкнул и перевел взгляд на Катарину, а та, довольная тем, что развязала беседу, наконец принялась за еду.

Когда все тарелки окончательно опустели, мистики вышли на улицу. Каждый был готов отправиться на занятие к своей плеяде, поэтому они договорились встретиться позже в кофейне Лекси. Но Тина напоследок бросила:

– Детка, передай Давиду о наших договоренностях, если тебе удастся застать этого засранца в логове вил!

Кат кивнула и уже собиралась сворачивать в сторону бассейна, как вдруг сзади раздался глубокий рык, а мимо со свистом пролетел резиновый мяч. За долю секунды она поняла: мяч мчится на бешеной скорости прямо в новопосвященного волколака, который завис на месте от испуга.

Инстинктивно сконцентрировавшись на мяче, Катарина мысленно сжала его до спрессованного состояния. Мгновение. И мяч с жалобным визгом шлепнулся на землю в сантиметре от носа волчонка.

«Это было слишком быстро».

Раф резко посмотрел на Кат.

– В порядке?

Она потрясенно закивала.

– Какого черта, Эл?! – воскликнула Тина, уставившись туда, откуда с мистической силой был запущен мяч.

– Ты в своем уме? – зарычала Ари и направилась к подруге. – Ты убить его могла!

Эл злобно оскалилась:

– Этот волчонок в меня своим мячом попал.

Из столовой выскочил Ники Сташевич. Он быстро оценил ситуацию, схватил новопосвященного и почти потащил на стадион.

– Ники! – обиженно крикнула Эл.

– Быстро на стадион, там разберемся, – проворчала Ари и увела Воронцовскую за руку.

– Ну вот, как я и думала… – деловито произнесла Баварская. – Не могло все так кардинально поменяться за год.

Убедившись, что никто не пострадал, ребята начали расходиться. Цереус уже взлетел в сторону второго корпуса, Тина с Рафом шагнули в сторону первого, а Кат остановил мягкий, но властный голос:

– Катарина, подожди минутку.

Девушка обернулась на призыв и увидела женщину с волосами глубокого синего цвета и аккуратной родинкой над верхней губой.

– Мы еще не знакомы лично. Меня зовут леди Амалия – наставница плеяды ведьм. Я невольно стала свидетельницей вопиющего поведения мисс Воронцовской…

– Это вы еще не видели, что волчица в прошлом году вытворяла, – легко усмехнулась Кат. – Приятно познакомиться. Катарина Малькевич, плеяда вил.

К ним присоединились Раф и Тина.

– Да, я сразу поняла, кто ты… Но во всей этой ситуации больше всего меня потрясло то, что ты сделала. Это ведь ты сдула мяч?

– Вроде как, да…

– Как ты это сделала? Пробовала прежде?

– Обычно выходит по инерции… В прошлом году мне пришлось камень в воздухе восстанавливать. По ощущениям, делаю примерно то же самое.

– Ведьминский кулон? С ума сойти… – резко сбавила официоз леди Амалия. Видимо, ведьме не рассказывали, что прежде чем камень помог спасти мистиков, его сначала пришлось собирать воедино.

– Это странно для первородных способностей? – уточнила Кат.

– Не странно, но интригующе. Твердый кристалл, теперь мяч, наполненный воздухом. Скажи… ты можешь посетить сегодня занятие ведьм?

Катарина слегка нахмурилась.

– Надо у леди Мари спросить… А зачем?

– Хочу кое-что с тобой попробовать. Возможно, мы сможем понять твои способности чуточку глубже.

В Кат вспыхнуло жгучее любопытство. Исследовать грани своих способностей под руководством ведьм ей никогда не предлагали. Но и повеселиться с вилами в бассейне тоже хотелось. Хотя… с другой стороны – целое лето впереди, успеется все.

– Хорошо, давайте спросим альциону, – сдалась вила.

– Тина, Раф, бегите на занятие и раздайте новопосвященным учебники. Я быстро схожу к альционе с мисс Малькевич, и мы к вам присоединимся.

– Хорошо, леди Амалия, – послушно кивнула Тина и увлекла Рафа за собой. Тот на прощанье подмигнул Катарине и позволил Баварской утянуть его за собой.

В бассейне уже распустились ароматы трав. Отовсюду летели брызги и раздавался звонкий смех. Амелия Сток со своими приспешницами собирала огромный поток в дальнем углу бассейна для какого-то замысловатого эксперимента. Лея Вещерская проводила инструктаж для единственной посвященной в этом году вилы. Остальные, распахнув широкие белые крылья, парили под стеклянным куполом. Они без помощи привычного потока вытягивали из влажного воздуха объемные водяные фигуры в виде причудливых животных и мерцающих цветов. Кажется, у Клюевой получился особенно большой пион.

Наставница ведьм и Катарина перешагнули порог как раз, когда Давид Беркович пытался поспешно ретироваться.

– Плеяду решил сменить, Беркович? – Кат смерила его лукавым взглядом.

– О, нет… Такое количество женщин в одном месте я не вынесу! – отмахнулся сирин. – Леди Амалия, здравствуйте! – удивленно поприветствовал Давид наставницу, и по его бледным щекам растеклась розоватая краска.

– Добрый день, мистер Беркович.

Вслед за ними вошла леди Мари. Она по очереди окинула взглядом столпившихся мистиков и настороженно спросила:

– Произошло что-то?

– Нет-нет, леди Мари! – торопливо успокоил ее Давид, но тут же замялся. – Нет же? – переспросил он у Кат.

Малькевич рассмеялась и шлепнула его ладонью по плечу.

– Все в порядке, лети на занятия. На обед договорились к Лекси пойти. Ты с нами?

– Да, я буду, – заверил он. – Тогда удаляюсь в музыкальный класс. Наставницы, – на последнем слове он коротко поклонился и исчез за дверью.

– Сирин, похоже, к Вещерской залетал. А у вас что стряслось? – уже спокойнее уточнила альциона.

Слово взяла леди Амалия.

– Леди Мари, позволите мне забрать сегодня Катарину к себе на занятие?

Альциона нахмурила переносицу в легком недоумении.

– Хотите забрать у меня подопечную в первый же день?

Наставница ведьм едва заметно дернулась, но не стушевалась.

– У столовой произошел инцидент с участием Воронцовской, – ведьма потянула вниз черный кардиган. – И Катарина блестяще сгладила острые углы с помощью своих способностей…

– Сестры… Эл цела?

– Эй! – возмутилась Кат.

Альциона подавила улыбку, глядя на то, как подопечная насупилась.

– Да-да, пострадал только мяч. Ну и младший волколак отделался испугом.

– Понятно, вас заинтриговали способности нашей юной вилы…

– С вашего позволения, я бы хотела кое-что протестировать…

– Разумеется. Развлекайтесь, – великодушно согласилась леди Мари. – Признаюсь, я и сама собиралась попросить вас взглянуть на ее потенциал. Но попрошу в дальнейшем, если понадобится, проводить исследования вне основных занятий.

– Безусловно, леди Мари! – обрадовалась наставница ведьм и легко подтолкнула Кат к выходу.

– Почему она сказала «развлекайтесь»? – Катарина переступила порог и расправила крылья.

– О, милая, – глаза Амалии засветились. – Твои способности точно дадут нам повод для веселья!

4.

В зале ведьм все окна были открыты настежь. Длинные белые занавески хлопали на ветру, временами надуваясь в белоснежные паруса.

Вокруг круглых столов, предназначенных разным группам мистиков, деловито стояли подростки и увлеченно очерчивали в воздухе золотистые руны. Тина Баварская, стоявшая в центре зала, следила за ними с наставнической строгостью. Лишь стол новопосвященных выглядел иначе. Над ним не парили гигантские символы. Там двое младших мистиков сгорбились над книгами, а рядом стоял Раф Буневич в компании Тамилы Бахтиной. Девочка, завороженно выпучив глаза, внимала объяснениям Рафа на тему той самой замысловатой руны, что подсобила ему с имитацией эмпатии на посвящении. Раф горделиво улыбался и едва заметно смущался, пока Тамила искренне восхищалась его сообразительностью.

Амалия и Катарина проследовали мимо них прямо к столу наставницы. Буневич тихонько тронул Тамилу за плечо, кивнул на новопосвященных мистиков и двинулся за ними. К Рафу тут же присоединился заинтригованный Яр Летов.

– Что происходит, вила? – серьезно спросил он.

– Серьезно, Яр? – возмутилась Катарина. – Вы теперь всегда будете дергаться, стоит мне рядом с наставницей ведьм оказаться?

– Бдительность – хорошее качество для мистика, – вставила Тина и приподнялась на носочках, чтобы потрепать Яра по голове. – Все под контролем, тигренок. Марш к своим, пока Кира тебя взглядом не прожгла.

Парень вопросительно покосился на Катарину. Та успокаивающе улыбнулась, и он нехотя поплелся назад.

– Чем помочь, леди Амалия? – спросила Тина.

– Побудьте рядом, на всякий случай, – благодарно ответила ведьма и уселась за свой стол.

Раф и Тина машинально расставили ближайшие стулья по разные стороны от стола. Теперь Катарина стояла перед тройкой сильных мистических ведьм и чувство растерянности поработило ее без остатка.

– Что дальше? – выпалила она, сдерживая нетерпение.

– Я в прошлом году пропустила все самое интересное, – с грустью признала Амалия. – Вила с первородными способностями – редкий алмаз для нашего поколения, – наставница улыбнулась и достала что-то из верхнего ящика тяжелого дубового стола. – Вот, взгляни, – ведьма выложила на стол четыре небольшие стеклянные сферы.

Кат осторожно приблизилась и присмотрелась. Каждый из шариков хранил разное наполнение: первый – плотно утрамбованную в нижней части землю. Второй – чистую воду. Третий, на первый взгляд, был пуст, а в четвертом лежала маленькая веточка.

– Что мне с ними делать? – настороженно спросила Малькевич.

– Что пожелаешь, милая. Условие одно – используй свои силы.

Катарина взяла первую сферу в руки и покрутила ею перед носом. Что можно сделать с землей, заточенной под слоем стекла? Она напрягла воображение и представила влажную глину. Крошечные песчинки подчинились ее воле, но смочить землю не удалось. Вода из пальцев вилы попросту не смогла пробить стекло, а напор сильнее мог разбить шарик вдребезги, поэтому слепить что-то не вышло.

– Зачарованное, – подсказала Баварская. – Без последствий не пробьешь.

В итоге вила смирилась и ограничилась неровным миниатюрным рельефом крошечного земельного участка, используя лишь силу мысли. Получилось… вполне сносно.

– Уже кое-что, – ободрила леди Амалия.

Тина в это время грызла ноготь, а Раф, сгорбившись на стуле, сосредоточенно наблюдал за происходящим.

Со вторым шариком оказалось намного проще. Катарина запустила внутри бурлящий фонтанчик. Тонкая струйка воды, похожая на иглу, неожиданно пробила поверхность и вырвалась наружу блестящим гейзером брызг.

Тина на мгновение оторвалась от ногтя, а Раф развалился на стуле, переплетая пальцы на груди с довольной кошачьей ухмылкой.

– Как чудесно! – наставница захлопала в ладоши и откинула синие волосы с лица в заметном предвкушении.

Взяв третью сферу, Кат вспомнила воздушные руны на ее посвящении. Древние и первородные завитки врезались в ее память и оставили там вечный след. Она мысленно ухватилась за одну из них и представила этот образ внутри прозрачного шарика. Там тут же с тихим свистом взвился микровихрь, который не причинил бы вреда даже кукольному домику.

– Поразительно! – не сдержала восхищения Амалия.

Тина заулыбалась, а Раф восторженно прикусил нижнюю губу.

Четвертую сферу сначала взяла леди Амалия. Она провела ладонью над стеклянной поверхностью и ветка, подобно спичке, заискрилась в оранжевом пламени. Кат хотела распустить молодые листья на тонкой веточке, заключенной в стекло, но кажется, наставница ведьм решила поиграть со всеми стихиями. Водой потушить пламя Катарине не удалось бы, поэтому пришлось фокусироваться исключительно на огне. Пару раз пламя уменьшалось в размерах, но так и не потухло до конца. Она ощущала тепло на кончиках пальцев, но стекло оставалось равнодушным барьером, а воздух внутри недостаточно податливым.

– Не получается, – обреченно выдала вила.

– Я видел, что огонь затухал! – поддержал ее Раф, стремительно встал с места и подошел вплотную.