Безмолвное сердце

Мия застыла, будто услышала чрезвычайно печальную новость. Она не моргала и смотрела сквозь мать. Изабель не решалась ей мешать, но, когда прошло минуты три, а Мия так и не пошевелилась, Изабель раскрыла рот. Только говорить ей не пришлось.

Дочь перевела медленный взгляд на мать и уверенно кивнула. Изабель бесшумно выдохнула от облегчения.

– Хорошо, тогда одевайся и идем, пока не остыл хлеб, а то бабушка заставит нас печь новый, – спешно протараторила Изабель и поспешила переодеться.

Когда Изабель и Мия спустились вниз, на них обернулись Аларик и Шарлотта. В глазах читалось непонимание и беспокойство. В камине уже горел огонь и потрескивали дрова, наполняя дом уютным звуком.

– Вы пойдете обе? – спросила мать, продолжая копошиться у духовки.

– Да, мама. Не переживайте на этот счет.

Аларик подошел к Мие, коснувшись ее макушки губами, и коротко улыбнулся.

– Я могу пойти с вами, – предложил он, но Изабель отказалась. Они справятся.

На улице холодало. Осень уже взяла под контроль городок и морозила жителей промозглым ветром. Иногда шел мелкий дождь, но сегодня им повезло. Мия и Изабель плотнее укутались в пальто и направились по дороге в левую часть города. Идти было недолго, и этот путь они проделали молча. Изабель поглядывала на дочь, неся хлеб, а Мия смотрела под ноги, ни на что не обращая внимания. Всего через десять домов оно пришли, так и не сказав ни слова.

– Будет лучше, если передашь ты, – сказала Изабель, протянув дочери пакет. Мия подняла взгляд и ненадолго задержала его на матери, потом коротко кивнула и забрала хлеб. Они подошли к дому Уинслоу – двухэтажному, сделанному из деревянного бруса. Он всегда нравился Изабель. Выглядел очень уютно и массивно. Наверху не горел свет, и Иза знала, что там была комната Нэвила. На первом этаже он был, за тонкой шторкой мелькала фигура.

Мия сделала шаг к двери, но застыла. Изабель позади дернулась, но не стала мешать дочери. Она понимала, что это непросто для нее. Только Мия должна сделать это сама. Иза только отчаянно надеялась, что не сделает этим хуже. Через мгновение дочь постучала в дверь, и в окне слева тень мелькнула снова. Дверь отворилась, а за ней показалась худощавая фигура миссис Уинслоу в домашнем платье. Выражение ее лица было измотанным, но при встрече с Мией она вскинула брови в удивлении.

– Мия?

Дочь кивнула, и Изабель подошла к ней.

– Здравствуй, Элена.

– Изабель… Что-то случилось? – взволнованно спросила она. Лица Элены почти не было видно, яркий свет падал ей на спину.

– Нет, мы… Мы принесли хлеб к ужину. Моя мать испекла для соседей, – аккуратно ответила Иза, – решили зайти и к вам, узнать, как…

Иза не договорила, потому что Мия протянула пакет Элене.

– Что вы, не нужно было! – сказала та и отвела взгляд. – Спасибо.

Элена посторонилась, открывая дверь шире.

– Заходите. Не стойте на холоде, проходите.

Ее голос звучал без прежней живости. Элена шагнула в дом первой и уже из прихожей добавила:

– Я поставлю чайник.

Когда Мия и Изабель вошли внутрь и сняли верхнюю одежду, их одарило теплом и запахом курицы. Ей было сложно найти даже пару слов для поддержки. С виду Элена казалась растерянной и слегка нервной. Прошло почти три месяца, и… Она вполне могла оправиться, вот только вряд ли это было правдой. И Иза поняла, что ошиблась, когда Элена вернулась к ним и подошла ближе.

А потом разрыдалась. Иза дрогнула, ей стало страшно за дочь. Мие нельзя было находиться в такой обстановке, но та лишь с сожалением смотрела на Элену. В ее глазах будто не было боли, и Иза немного успокоилась.

Изабель не смогла ничего сказать и просто обняла Элену, чтобы унять ее рыдания. Она дрожала в объятиях, заливая слезами свитер Изабель.

Мия взглянула на них, стоя рядом, и с пониманием кивнула.

Этот вечер мог пройти за ужином дома, в кругу семьи, но случилось так, что Изабель и Мия были вынуждены поддержать женщину, потерявшую сына. Иза хотела облегчить ее страдания, она понимала ее. Понимала так, как может понять только мать. И от этого становилось не легче. Только она не могла вернуть Нэвила и повернуть время вспять. По щекам Изабель скатились слезы. Она быстро смахнула их ладонью, но боль никуда не делась. Она болела за Элену. И за свою дочь, которая была рядом и теряла слишком многое для своих лет.

Мия проследовала на кухню. Она знала в этом доме каждый уголок и двигалась уверенно. Через несколько минут кухня наполнилась запахом травяного чая, и Мия взглядом позвала женщин, все еще стоявших в прихожей, за стол.

Изабель не сразу поняла, что за все это время не увидела Роуэна.

Глава 8

Гостиную заполнял запах нагретого дерева и мягкий жар от камина. Шарлотта сидела в кресле у огня и медленно перебирала спицы. Тихо потрескивали дрова.

На кухне Изабель поставила на плиту сковороду и налила первую порцию теста. Она стояла, опершись ладонью о край столешницы, и наблюдала, как на поверхности появляются маленькие пузырьки. Пахло ванилью и маслом. Из духовки доносился теплый аромат круассанов. Когда Иза разломила плитку шоколада и положила его в миску, чтобы растопить, сладкий запах постепенно начал перебивать древесный аромат камина.

Изабель на секунду задержалась, глядя на сковороду. Перед глазами всплыло, как маленькая Мия стояла на табуретке у кухни, с широко раскрытыми глазами наблюдая за каждым движением матери, а потом, не дожидаясь, пока оладьи остынут, хватала их и ела, пачкая губы шоколадом. Иза невольно улыбнулась и осторожно переложила готовую порцию на тарелку.

Она вытерла руки о полотенце, проверила круассаны в духовке – те уже поднялись и подрумянились.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Мы кого-то ждем? – спросила Шарлотта, подняв взгляд от вязания.

– Нет, мама. Я открою.

Со второго этажа послышался скрип половиц. На лестнице показалась Мия. Она остановилась на середине, держась за перила, и замерла, глядя на мать с немым вопросом.

Изабель открыла дверь. На пороге стояли Шон и Вайолет. Шон неловко переступил с ноги на ногу и коротко кивнул. Вайолет поправила ремешок сумки на плече и тихо произнесла:

– Здравствуйте, миссис Хэнкок.

– Доброе утро, – добавил Шон, избегая прямого взгляда.

– Проходите, – с мягкой, чуть усталой улыбкой ответила Изабель и отступила в сторону.

Они вошли осторожно. Шон первым снял куртку и аккуратно повесил ее на крючок. Вайолет медленно развязала шарф, сложила его вдвое и положила на полку. Оба коротко кивнули Шарлотте.

– Здравствуйте, – тихо сказала Вайолет.

Шарлотта ответила им спокойным взглядом и легким наклоном головы. Мия сделала шаг вперед, затем еще один, и спустилась. Она остановилась напротив друзей. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга – Шон прикусил губу, Вайолет сжала пальцы в рукавах свитера. Никто не знал, с чего начать.

– Проходите потом на кухню, позавтракаем вместе, – мягко сказала Изабель.

Она оставила их и направилась к духовке, чтобы вынуть круассаны. Шарлотта проводила Мию внимательным взглядом и медленно отложила вязание. Шон сделал шаг вперед первым и неловко обнял Мию. Вайолет присоединилась, осторожно, как будто боялась этим причинить боль. Они ничего не сказали друг другу и не задавали вопросов.

Когда все расселись за столом, Изабель разлила чай и спросила:

– Как ваши дела?

Шарлотта тихо вышла из кухни, оставляя их наедине.

Шон первым поднял взгляд. Он был гораздо выше Мии, крепкий, с широкими плечами, и казался чуть старше своих лет, несмотря на то, что все они почти одного возраста. Темная кожа Шона контрастировала с теплым светом кухни, а в карих глазах читалась осторожность. Он неловко пожал плечами.

– Нормально, – коротко ответил он и тут же отвел взгляд.

Вайолет села рядом с Мией. Ее прямые русые волосы были собраны в простой хвост, несколько коротких прядей у висков выбились и легли на щеки. Зеленые глаза выглядели уставшими. Она осторожно коснулась руки Мии. Та не отстранилась.

Иза расставляла тарелки, стараясь занять руки делом и не смотреть на ребят слишком внимательно. Она помнила, как еще год назад эта кухня гудела от их голосов: Шон спорил с Нэвилом о чем-то своем, а Вайолет смеялась так громко, что Шарлотта качала головой.

Изабель волновалась за них. Она видела, как осунулся Шон, как Вайолет стала говорить вполголоса. Нэвила больше не было, но его отсутствие коснулось не только Мии. Эти двое тоже потеряли друга. И в их взглядах это читалось слишком отчетливо.

– Мы… Подумали, что тебе, может быть, не хочется быть одной, – тихо заговорил Шон. – Если это не так, скажи нам, ладно?

Мия посмотрела на него, потом на Вайолет. Она медленно покачала головой, словно отрицала его последнюю фразу. Вайолет едва заметно улыбнулась.

Изабель поставила на стол оладьи и круассаны. Она наблюдала за ними украдкой. Шон и Вайолет были для нее не просто друзьями дочери, они росли у нее на глазах, сидели за этим же столом, смеялись, строили планы. Сейчас видеть их вместе было больно и одновременно важно.

Она поймала себя на мысли, что боится одного: как бы эта хрупкая сцена не рассыпалась от неловкого слова или лишнего взгляда. Мысленно Иза благодарила их за то, что пришли. За то, что Мия была не одна.

Сначала разговор не клеился. Чай остывал, оладьи оставались почти нетронутыми. Шон отвечал коротко, Вайолет больше кивала, чем говорила. Мия сидела, опустив взгляд в чашку, и казалось, что вот-вот поднимется и уйдет. Но постепенно напряжение стало спадать. Шон осторожно вспомнил одну из тренировок Нэвила – смешной момент, когда тот упал на поле, гоняя мяч, и сделал вид, что это был трюк. Вайолет тихо хмыкнула. Мия сначала не отреагировала, а потом уголки ее губ дрогнули.

Они просидели почти до полудня. Говорили не только о Нэвиле, но и о колледже, о соседях, о том, как в Лейквуде начали ремонтировать набережную. В этих обычных разговорах было что-то привычное, жизнь продолжалась.

Когда Шон и Вайолет собрались уходить, неловкости уже не было, но легкая осторожность осталась. Шон крепко обнял Мию на прощание, Вайолет задержала ее ладонь в своей.

– Мы приедем еще, – тихо сказала она.

Мия кивнула. В ее глазах все еще жила усталость, но пустоты стало меньше. После того как за друзьями закрылась дверь, она не ушла сразу наверх. Осталась на кухне, помогла убрать посуду, даже сама поставила чайник.

Это, казалось, была такая мелочь… Но Изабель хватило, чтобы выдохнуть от облегчения.

***

Изабель вышла на крыльцо, когда Шарлотта и Мия разошлись по своим комнатам. Аларик вышел следом, прихватив две чашки с травяным чаем. Он протянул одну жене, и они встали рядом, опираясь на перила. Вечер был прохладным, воздух пах сыростью и чем-то осенним. Иза поежилась, плотнее закутавшись в вязаную шаль.

– Как прошла встреча с врачом Мии? – спросил Аларик, сделав глоток и прислонившись плечом к колонне.

Изабель опустила взгляд в чашку. Пар поднимался все слабее.

– Доктор Фейн сказала, что нам нужно переехать.

Она не сразу посмотрела на мужа. Лишь краем глаза заметила, как он замер, как будто на секунду ушел в мысли. Его пальцы плотнее обхватили чашку.

– Переехать? – переспросил он, переводя взгляд на Изу.

Он не выглядел потрясенным, скорее настороженным. Между бровями легла складка. Та самая, которая появлялась, когда он быстро просчитывал варианты.

– Да. Она сказала, что это место… и особенно озеро – триггер для Мии. Это не дает ей двигаться дальше.

Изабель поднесла чашку к губам, но не отпила. Ветер ударил сильнее, и она вздрогнула не столько от холода, сколько от самой мысли о переезде.

– Вчера, когда мы были у соседей, я думала, что ей станет хуже. Там все напоминает о Нэвиле… Но на удивление, Мия держалась. Мне стало немного спокойнее. А сегодня приходили Шон и Вайолет, – тихо добавила она. – Сначала все было тяжело. Мия почти не общалась с ними: сидела тихо, только иногда кивала, если ее о чем-то спрашивали… Но потом немного оживилась.

Она наконец посмотрела на мужа, ожидая его реакции.

– Тогда, может быть, не нужно уезжать? – осторожно сказал Аларик.

Иза покачала головой.

– Думаю, врач права. Два месяца прошло, а Мия все там же. Она будто застряла. Может, смена обстановки поможет… Только я не представляю, как сказать ей об этом.

Она все-таки сделала глоток – чай уже остыл. Травяной вкус напомнил Изе детство, когда они с Шарлоттой ходили далеко в поля и собирали травы. Наверное, какие-то из них до сих пор сохранились. А может быть, были заварены в этой чашке.

– На самом деле, мне есть что тебе предложить, – сказал Аларик после паузы.

Он выпрямился, оттолкнулся от колонны и внимательно посмотрел на жену. В его взгляде появилось что-то решительное.

– Я собирался рассказать буквально на неделе.

Изабель вскинула брови и подняла на него глаза. Аларик глубоко вдохнул, задержал воздух на секунду и медленно выдохнул.

В соседнем доме зажегся свет. С неба упали первые капли дождя.

– Я купил дом, – сказал Аларик и замолчал.

Он не улыбался сразу. Наоборот, на секунду отвел взгляд в сторону. Пальцы сжали чашку крепче. Он сделал глоток и только потом посмотрел на Изабель внимательно, почти испытующе.

– Как понять? – растерялась она.

Ее взгляд метался по лицу мужа, пытаясь уловить, шутит он или нет. Аларик заметил это и чуть нахмурился.

– У нас будет собственный дом, Изабель. Уже месяц там идет небольшой ремонт. Скоро он будет готов.

Он сказал это тише и задержал на ней взгляд.

– Почему ты не сказал раньше?

– Я хотел сделать сюрприз, – ответил он, и в этот раз улыбка все-таки появилась. Но вместе с ней легкая осторожность.

– О боже… Не могу в это поверить, – едва слышно сказала Изабель и медленно выдохнула. Она посмотрела на мокрый двор. Дождь шел тихо, ветра не было.

Аларик все еще наблюдал за ней, пытаясь прочитать выражение ее лица. Иза перевела взгляд на мужа, прикрыла рот ладонью и несколько секунд просто смотрела, пытаясь осмыслить сказанное. В груди поднялось тепло, но вместе с ним пришло и беспокойство.

– Мы с тобой давно говорили об этом. Ты знаешь, я ничего не имею против твоей мамы, она замечательная, но я бы хотел иметь свое жилище для нашей семьи, – сказал Аларик после паузы, словно чувствуя ее сомнение. – Просто увидел дом, когда ездил в Нейпервилл по делам еще летом, поговорил с риелтором и понял, что тянуть больше не хочу. Я думал о нас.

Он пожал плечами и неловко улыбнулся. Изабель медленно кивнула, снова посмотрев во двор. Дождь усилился, и стук капель по крыше стал отчетливее. Появился ветер. Изе стало холодно.

– Я не ожидала, – сказала она тихо.

– Я знаю, – ответил он. – Я подумал, что поступаю правильно. Иногда решения приходят раньше слов.

– Конечно, ты поступил правильно, прости меня, я просто очень удивлена, – сказала Иза, отставив чашку на парапет, и крепко обняла мужа. Она дрожала от ветра, но в объятиях быстро согрелась. Аларик прижал ее голову к своей груди и поцеловал в макушку. Как было спокойно и тепло… Дождь хлестал по крыльцу, барабанил по дереву и крыше, но это не мешало.

– Раз врач велел переехать, значит, мы переедем. Уже скоро. Мия поправится, – шепотом проговорил Аларик, поглаживая волосы Изабель. По ее щеке скатилась слеза. Но она поняла, что в этот момент была абсолютно счастлива, несмотря на тлеющую в груди тревогу и потрясение от новости. До Изы мгновенно дошла мысль о матери. Она резко отстранилась, округлив глаза.

– Боже, а как же мама? Она точно сойдет с ума!

– Ничего. Думаю, миссис Локридж поймет нас, – кивнул Аларик, – я сам поговорю с ней.

Изабель ничего не ответила. Она крутила в голове мысли о новом доме, о новой жизни для Мии и о реакции матери. Она не ожидала, что обыденный вечер в привычном Лейквуде может закончиться настолько неожиданно. И это сделал ее муж. Аларик изменил их обыкновенную и обычную жизнь в маленьком городке.

И Иза поняла, что уехать отсюда будет очень сложно.