Читать книгу Все люди, как люди. Графиня (Яна Павлова) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Все люди, как люди. Графиня
Все люди, как люди. Графиня
Оценить:

3

Полная версия:

Все люди, как люди. Графиня

Анастасия схвалила меня за руку и потащила наверх. И тут мне навстречу вышел Карл. Боже мой, как же я рада его видеть.

-Приветствую вас, графиня, - галантно поклонился карлик, - добро пожаловать.

-Карл, милый ты мой, - я подала ему руку, - мне так много надо тебе рассказать.

-Поговорим, успеем теперь, - он пожал мою руку.

За ужином атмосфера была напряженная. Княгиня прочитала письмо от сына и была, по-моему, очень зла.

-Алексей отписал мне, что дал вольную управляющему и Марфе, а всех моих, - она особо выделила "моих", - крепостных переписал на тебя. Я, конечно, не имею права оспаривать решение сына, но считаю это легкомысленным и необдуманным поступком.

Она думала, что я сейчас засмущаюсь и откажусь, что ли? Ну так я не совсем Акулина, хотя, надо сказать, привыкла я уже к ней.

-Наталья Николаевна, может Алексей Петрович не уточнил, по какой причине он был так щедр? Так я вам поясню - я ему жизнь спасла. Или вы считаете, что жизнь вашего сына не стоит такого подарка?

Княгиня пошла пятнами, Анастасия смотрела на меня своими прекрасными ореховыми глазами. Веснушки её сошли, и девушка была, по моим меркам, чудо как хороша.

Глава 7

-Акулина, соблюдай приличия, - гневно сказала княгиня. - Я ценю твои услуги...

-Услуги? Оригинально..., - протянула я. - Княгиня, я услуг не оказываю, я вам не модистка, и не шляпница. Я вашего сына не ради благ или будущих дивидендов спасала...

Я остановилась, а почему я, собственно говоря, должна это терпеть? Она мне кто? Правильно - никто.

-Наталья Николаевна, я была несколько резка, извините. Сейчас уже поздно и я воспользуюсь вашим гостеприимством, но завтра подыщу себе иное жилье. Я планирую задержаться в Петербурге, но вас не обременю своим присутствием.

-Акулина, - на глазах Анастасии выступили слезы, - но как же так? Ты опять оставишь меня одну. Теперь, когда ты получила титул мы можем вместе выезжать в свет...

-Прекрати Анси, - оборвала дочь княгиня. - Мещерские прибыли в Петербург и Татьяна составит тебе компанию. А что до тебя Акулина, то и я была невоздержанна, прости, это все нервы. Столько всего свалилось на нас. Мы постоянно пребывали в тревоге. Сердца наши, стесненные горестью, не могли чувствовать радости. Унылое молчание везде царствовало, и каждый день был мрачен...А потом привезли Петра Алексеевича, - Наталья Николаевна приложила платок к глазам, - нам даже не дали открыть гроб, чтобы попрощаться. Он ходил по лазаретам, устраивал пленных раненых и заразился. Ах, как же мне не хватает его... Ты можешь оставаться в нашем доме столько, сколько тебе будет угодно.

-Ах, Акулина, - оживилась Анастасия, - ты бы знала, сколько мы передали на помощь армии. В русском театре, в том числе и в балете на протяжении войны с французами одно появление на сцене знамени с надписью «За отечество» доводило зрителей до одушевленного восторга: зрители плакали, кричали «Браво! Ура!», рукоплескали, вскакивали со своих мест, даже бросали на сцену кошельки с криками «На пользу ополченцев! На пользу раненых!».

Глаза девушки горели, она раскраснелась и продолжила.

-А в Императорском театре представления давали по-прежнему французские актеры. Закревский сказывал, несмотря на то, что «народ кричит», государь нарочно приказывает играть французские пьесы», что может иметь последствия самые худые. А я не поняла этого "нарочно".

Я тоже не поняла, за каким чертом злить людей? Но может, высоким особам оттуда сверху видней.

-Мария Антоновна Нарышкина всем рассказывала, что ставят спектакли для нее, и она оными забавляется. На нее за это весьма негодуют, сказывают даже, что на улице ей сделана какая-то грубость, - дополнила рассказ дочери княгиня. - А как же ты провела все это время, Акулина?

Мне не хотелось рассказывать о нашей партизанской жизни, казалось - не поймут. Их занимают другие интересы - кто про кого что сказал, балы, вечера, салоны. Скукотища какая. Никогда не понимала, когда рай представляют в виде каких-то островов с белым песком и лазурной водой, где можно целыми днями валяться на пляже и жарить пузо. Вообще, меня всегда удивляло, почему люди считают раем ничегонеделанье? По-моему, человек может быть счастлив только в труде, в развитии.

-Мы жили в лесу в землянках, вредили, чем могли французам, - отделалась парой фраз.

Дождавшись, когда ужин будет закончен я с удовольствием ушла в отведенную мне комнату. Марфуша была уже там. Она достала ночную рубашку, капот и помогла мне умыться, поливая на руки из кувшина. Попутно болтала, как всегда.

-Ох, барышня, вся дворня только и говорит, что о вашем внезапном дворянстве. А уж как я им рассказала, что вы у нас командиром были ивсем партизанам теперь вольная вышла, так вы бы видели их рожи.

-Марфа, - прервала я веселую болтовню, - я не хочу оставаться в доме Ланевских. Завтра мы снимем комнаты, или дом. Мне нужно ознакомиться с производством, я совсем не помню насколько развита уже промышленность.

-Ну, вот, - пригорюнилась Марфуша, - опять вас кудай-то понесло, барышня. Вам об приемах надо думать, платьев купить, шляпок. На балы поездить. Вам жениха надобно подобрать.

-У меня есть жених, Марфа.

-Это вы о французе что ли? Так то неизвестно еще, вернется он, али нет. Да и вообще, если уж по чесноку, - ввернула она одно из любимых Васиных словечек, - так себе жених-то.

Я отослала Марфу и попросила найти Карла. Через пять минут в комнату вошел маленький человек.

-Да я и сам к тебе шел, - сказал он, забираясь на стул и пристально меня разглядывая. - Ты стала больше на неё похожа.

-Карл, Акулина отказалась возвращаться назад, - с грустью отозвалась я, - она там живет в моей семье. И всем довольна.

-А ты не злись на нее. Что её здесь ждало-то? Выдали бы замуж за кого не глядя. Хорошо если не совсем изверг попался бы. В свете её не приняли бы, а дворня насмешки чинила бы.

-Но я же получила дворянство и графский титул.

-И что? - хмыкнул Карл. - Для всех этих вельмож ты так и останешься дочерью конюха, да и для крестьян тоже.

-Х-м, будем посмотреть, - усмехнулась я. - Ну, да оставим это. Карл, чем же ты теперь занимаешься, ведь не стало Петра Алексеевича?

-Состою при барыне, - грустно сказал Карл. - Развлекаю её гостей, у нас по средам салон. По субботам выезд

-Карл ты мне нужен, очень. Ты многих знаешь в Петербурге. Мне нужен будет хороший инженер, я ведь планирую по весне поместьем заняться. А вот где и что заказывать представления не имею. Эх, так же жаль, что Арнаутова нет, штабс-капитан меня понимал...Так что, дорогой мой Карл, на тебя вся надежда.

-Акулина, так я же крепостной. Петр Алексеевич всё грозился мне вольную дать, да забывал постоянно.

Учитывая отношение ко мне Натальи Николаевны разговор будет не из легких. Карл мне действительно нужен. То хоть с Васей можно было поговорить...Как они там? Я никак не могла вспомнить, когда закончится Заграничный поход и наши войска вернуться из Парижа. По-моему, это случится в мае 1814 года. Полтора года, еще целых полтора года. Без всяких вестей. Нет в "Русском Вестнике" помещалась информация с театра военных действий, печатались статьи, рассуждения и заметки на военную тему, очерки, зарисовки, патриотические стихотворения. Но вот вестей от моего "братца" Васеньки, Жан-Поля, Ржевского там, конечно, не было. И писем от них ждать не приходилось.

-А у нас тут случай интересный был, - заговорил Карл, - когда Буанопарт думал, куда ему направить свою основную армию тут эвакуацию планировали. Хотели и памятники Петру Первому вывозить. Мне об этом слуга князя Голицина рассказывал. Так вот, пришел некий майор Батурин к князю и заявил, что мол несколько ночей подряд видит один и тот же сон: памятник Петру I, тот, что ваял Фальконе, покидал пьедестал, устремляясь к резиденции государя - Каменноостровскому дворцу и обратившись к выходившего к нему императору, грозно вопрошал: "Молодой человек, что ты сделал с моей Россией?". И не дожидаясь ответа, говорил Александру I: "Но пока я остаюсь в Петербурге, моему городу ничто не угрожает", после чего удалялся. Александр Николаевич Голицын, член Государственного совета, поведал обо всем своему августейшему другу. После этого эвакуация сокровищ и памятников Петербурга прекратилась.

Я задумалась, а не четвертый ли это попаданец? Майор Батурин.

-Карл, а нельзя ли узнать об этом майоре, где он сейчас и хорошо бы познакомиться. Что-то мне подсказывает, что мы с ним из одного времени. Ох, я тебе сейчас такое расскажу...

Долго длился наш разговор. Я рассказала Карлу про разговоры с берегиней Полиной, про пятерых попаданцев, одного из которых я лично отправила к праотцам, второй стал мне родным человеком, третья вызвала отторжение, а вот еще двух хотелось бы отыскать.

Глава 8

Утром у меня состоялся разговор с княгиней, закончившийся к взаимному удовольствию. Она согласилась дать вольную Карлу, сказав, что помнит обещание своего покойного мужа этому карлику, но с условием, что я останусь в их доме. Не хотелось Наталье Николаевне выглядеть неблагодарной перед сыном, да и что еще скажут в обществе, если станет известно о том, что спасительницу сына выставили из дома. А в свете только дай повод к сплетне, такого придумают, мама не горюй.

Анастасия принеслась ко мне и радостно защебетала.

-Ах, как же хорошо! Маман сказала, что ты останешься у нас. Сегодня в Русском театре будут давать "Гофолию", а в главной роли сама Екатерина Семенова, - от восторга Настя прикрыла глаза. - У нас заказана ложа на весь сезон. Акулина, ты же составишь нам компанию?

" Семенова, мама дорогая, неужели та самая? - память услужливо подсунула. - "Говоря об русской трагедии, говоришь о Семеновой, и, может быть, только об ней...", так о ней Пушкин говорил".

Там Озеров невольны дани


Народных слез, рукоплесканий


С младой Семеновой делил

"Евгения Онегина" я помнила почти полностью. Мне было очень интересно посмотреть на театр, и на спектакль, и на великую актрису.

-Анси, я бы с удовольствием поехала бы, но у меня нет соответствующего платья. И называй меня Николь. Мне так больше нравиться.

-Тебе очень идет такое имя - Николь, - согласилась Настя. - Давай посмотрим твой гардероб, может и найдем все, что нужно.

Нашли на мою голову. Ну, кто же знал, что веером надо махать очень осторожно, а лучше и вовсе не пользоваться коварной вещью. В моей голове как-то не сохранилась информация о женских намеках тех времен. Вот про мушки французских дам я что-то помнила, но веер?

У князей Ланевских был собственный выезд с прекрасной четверкой лошадей. Сопровождать нас прибыл граф Мещерский с доченькой Танечкой, бабуля осталась дома, ей нездоровилось. Иван Иванович скупо поздравил меня с титулом и предложил руку княгине. Я с утра отправила лакея в дом Мещерских на Мойке с письмом Татьяне от Алексея.

-Николь, я так благодарна вам за спасение моего жениха. Но скажите мне, он пишет, что теперь его лицо сильно изуродовано. Неужели это так?

-Не то чтобы сильно, - меня немного покорежило, вот не нравилась мне эта девица и всё тут, - но шрам на лице присутствует. Алексей Петрович носит повязку, хотя лично я не вижу в том необходимости. Шрамы только украшают мужчин. Свидетельствуют об их смелости и отваге.

-Это без сомнения так! Полностью с вами согласен, Акулина Савельевна, - поддержал меня Иван Иванович. - А тебе Танюша даже и спрашивать об таком не пристало.

Здание театра меня удивило. Я ожидала увидеть прототип Большого театра, но Каменный театр, оказывается, сгорел в 1811 году. И представления давались в огромном деревянном здании у Аничкова дворца. Однако, внутри все было шикарно, сверкали огни многочисленных свечей в богатых бронзовых канделябрах и блистающих хрустальных люстрах, ярко освещая и сам зал и просторные коридоры. Кругом ковры, мягкие диваны. В сенях лакеи принимали накидки и шляпы, несли их в кареты, которых перед входом толпилось огромное количество. Мы устроились в ложе и я принялась разглядывать публику. Заметила на себе пристальный взгляд. Из ложи напротив на меня смотрел мужчина в парадной форме офицера флота. Это я поняла по якорям на мундире. И тут на меня напала зевота. Открыла веер и, прикрыв рот, зевнула. Тип напротив заулыбался и слегка кивнул. "Может обознался?", - подумала я. Ох, если бы...

Началось представление. Действие спектакля происходило в царстве Иудейском. Трагедия была неимоверно тяжела для моего восприятия. И все же игру Семеновой в роли властолюбивой, погрязшей в кровавых преступлениях царицы Гофолии (которая приказала умертвить и истребить все родственное себе Давидово племя), я оценила. Отовсюду слышались восторженные вскрики - божественная, великолепная, Мельпомена, единственная...

В антракте, мы с Анастасией вышли в коридор. Её отвлекли две смешливые девицы, а ко мне подошел тот самый мужчина из ложи напротив.

-Мадемуазель я сражен вашей красотой и готов следовать за вами.

-Куда следовать, сударь? Мы разве знакомы? - я нахмурилась, понимая, что возникло некоторое непонимание.

-Не имел чести быть представленным, капитан-лейтенант Алексей Александрович Корсаков.

Это издевательство, почему тут все из наших фильмов? Но справиться со смехом удалось, я даже не улыбнулась.

-Завадская Акулина Савельевна, - ответила я, и опять использовала чертов веер, чтобы прикрыть всё-таки прорвавшуюся улыбку.

-Акулина Савельевна, я очарован, в жизни не встречал такой смелой девицы, или вы вдова?

Я растерялась, откуда он мог знать обо мне. При чем тут вдова?

-Я могу предложить вам свою квартиру, или последовать за вами...

-Вы обалдели? Что себе позволяете, - прошипела я, сведя брови.

-Да как же, вы же подали мне знак: веером "Я жду", а потом весьма недвусмысленно продемонстрировали симпатию ко мне. И только что подтвердили свое намерение.

Незадача (можете вставить любое нецензурное слово).

-М-да, - я потерла переносицу, тут же испугалась, вдруг это тоже что-то там означает. - Уважаемый капитан-командор, вы меня извините. Я в этих тайных амурах ни черта не соображаю. Я, понимаете ли, в свет первый раз в жизни вышла, и веер этот долбанный первый раз в руки взяла. Так что недоразумение получилось.

Я отошла от опешившего офицера, который так и стоял с открытым ртом, и взяв Анастасию за руку, попросила её проводить меня в дамскую комнату.

-Николь, что случилось? С кем ты говорила? Кто этот офицер? - закидала меня вопросами Анси.

-Не знаю я его, обознался, - мрачно ответила и для себя решила, что надо с Карлом поговорить, а то нос почешешь, а тебя уже сосватали.

До конца спектакля я старалась не смотреть в сторону ложи, где сидел Корсаков.

Через несколько дней у Ланевских был салон. Наталья Николаевна с утра пребывала в нервном состоянии. В просторной зале ставились кресла и стулья, притом порядок их расстановки обдумывался хозяйкой. Она по десятому разу заставляла слуг переставлять мебель.

Я в библиотеке разговаривала с Карлом.

-Скажи мне, друг, чего она так нервничает?

-Да как же? - болтая ногами ответил маленький человек. - Она же должна за всем следить, она поведет ход беседы в нужное русло, а каждому гостю даст возможность быть выслушанным. Да надо так повести дело, чтобы разговор не иссякал, и каждый нашел себе интересного собеседника.

-Понятно, я помню по романам Льва Толстого про эти салоны."Война и мир". Там Анна Павловна Шерер собирает в своем доме разных людей. А в "Анне Карениной" в салоне Анна и встречается с Вронским.

-Об чем ты говоришь не понимаю. Но скажу, кормить не будут, но подадут кофе, чай, булочки, пирожные. Я буду читать новое сочинение Жуковского "Светлане"...

-Я помню, - перебила я.

Раз в крещенский вечерок Девушки гадали:


За ворота башмачок, Сняв с ноги, бросали...

-А вот и нет! Что ты перебиваешь всё время? Умная слишком, - надулся Карл. - Это другое, там баллада, тут стих. Услышишь вечером. А тебя барыня-то спеть не просила? - добавил он с коварной улыбкой.

-Нет, да если и попросит, я откажусь.

Но никто меня петь не попросил. Наталья Николаевна просила лишь о том, чтобы я присутствовала и поддерживала беседу, ведь были приглашены несколько генералов, которые по ранению не участвовали в Заграничном походе.

-Вот, Николь, - горестно вздохнула Анастасия, - сегодня и мой жених прибудет.

-Не расстраивайся раньше времени, Анси. Еще все может перемениться. Во всяком случае, пока вы в трауре ни о какой свадьбе речь идти не может, ведь так?

Вечером Наталья Николаевна в черном бархатном платье встречала гостей. Первым прибыл граф Мещерский. Кто бы сомневался. Он и раньше-то проявлял внимание, а теперь бывал в доме каждый вечер.

-Армфельт Густав Маврикий Максимович, граф, генерал от инфантерии с женой, - зычным голосом доложил дворецкий.

В зал вошел седовласый мужчина с военной выправкой, под руку с ним шла дама в зеленом платье с замысловатой прической. Гости прибывали и вот вам сюрприз.

-Капитан-лейтенант Алексей Александрович Корсаков.

Глава 9

Какого лешего принесло этого знатока женских намеков? Как он вообще оказался приглашенным, ведь в салон приглашались только люди проверенные, насколько я помню.

-Барон Сергей Владимирович Кондауров, - услышала я и вспомнила, что Алексей же говорил мне, что жених Анастасии морской офицер, вот оно что, значит они вместе.

Барон, честно говоря, вид имел придурковатый. Глаза его и, правда, слегка косили, добавьте крупный нос, закрученные к этому носу усы, мягкие губы и русые, жидковатые волосы. Никого не напоминает? Барон поцеловал ручку хозяйке, затем Анастасии и расплылся в улыбке, увидев меня.

-Моя милая Анси, представь нам свою очаровательную родственницу. Я испросил разрешения у княгини пригласить своего друга Алексея Корсакова. Он, в отличие от меня, ходит в море. Капитаном канонерских лодок. Супротив маршала Макдональда сражался вплоть до последних чисел октября.

Настя, вздохнув, представила мою особу, а я так улыбнулась барону, что он отшатнулся. Но отвязаться от них не получилось. Наталья Николаевна усадила нас за один стол. Беседу начала княгиня. О последних событиях, само собой.

-Указом императрицы Елизаветы Алексеевны образовано «Общество патриотических дам», созданное для вспомоществования бедным, от войны пострадавшим. Я уже записалась, - поведала Наталья Николаевна. - и пожертвовала на призрение сирот.

-Да-да, - поддержала её генеральша Армфельт, - будет создано специальное училище для сирот. Мы с баронессой Черкасовой посещали госпиталь и сделали закупки белья и кроватей для раненых.

Беседа текла неспешно, жених Анастасии рассказывал о какой-то проделке шведских моряков, я не прислушивалась. Капитан обратился ко мне.

-Вы все время молчите, Акулина Савельевна, расскажите нам, где вы все это время скрывались от света?

Рассказать тебе? Ну, господа, не обессудьте.

-В лесу. Я ведь, сударь, дочь конюха, а дворянство по деду получила за заслуги перед Отечеством. Вы уж простите, куртуазностью светских барышень не владею. А последние полгода командовала партизанским отрядом, мной же и созданным. Оказала помощь в освобождении генерал-лейтенанта Фердинанда Федоровича Винцингероде за что заслужила благодарность государя императора.

Удивительно, но мои слова особого ажиотажа не произвели. И причина тому - отечественная война, которая многое перевернула в головах людей всех сословий.

-Барон храбрый вояка, - отозвался генерал Розен, друг покойного Петра Алексеевича, воевавший с ним во всех турецких кампаниях. - Заслуги его неоценимы. Измотал врага с тылу, да и при Бородино показал себя. Война летучими отрядами, особенно в тылу операционной неприятельской линии, недопущение до фуражировки и решительность в продолжении войны: суть меры для Наполеона были новые, для французов утомительные и союзниками их нетерпимые.

Беседа перетекла на военную тему.

-Читал опус в "Русском вестнике" о Бородинской баталии, так все красиво описал литератор - бравые солдаты, красавцы-офицеры, звуки труб... Да был ли этот словоплет хоть в одной баталии? Видел ли как ядром отрывает головы, ноги и руки, слышал ли как кричат раненые, - высказался генерал Армфельт.

-Хорошо, что теперь это в прошлом, - попыталась сгладить хозяйка.

-Да где же в прошлом, дорогая Наталья Николаевна? - вклинился Иван Иванович. - Когда изведем Буанопартия в его доме, вот тогда в прошлом будет. Ведь воюем еще.

Подали чай, пирожные и Карл читал новые стихи Жуковского. Стали обсуждать литературу и мистические явления, которые так часто описывал поэт в своих балладах.

-А вот интересный случай был, - вспомнила генеральша Розен. - Однажды государыня Екатерина II вместе с графом Разумовским направлялась к саням, чтобы отправиться в поездку. Вдруг из толпы бросился ей под ноги крестьянин, протянувший челобитную. Бумагу Екатерина II взяла с собой, а обратившегося приказала продержать до ее возвращения. Решив иные дела, взялась она за прошение. Изложенное звучало страшно: крестьянин поведал, что несколько лет назад убил он бедную дворянку, что остановилась в его избе на ночлег. Преступление его не было раскрыто, и наказания он не понес...Только вот вскоре начала преследовать его мертвая барыня. Едва глаза откроет - как она уж тут. Он и каялся, и молился, и, наконец, отправился в суд. Рассказал там о своей вине, но его сочли безумцем. Тогда дошел он до губернатора...но и там к нему не прислушались и, отсыпав плетей, вывели вон. А, меж тем, барыня все не оставляла его в покое. Вот и прибег он к последнему средству - если уж императрица своей милостью не накажет его за совершенное, то останется лишь божий суд. "Человек этот уже не нам подвластен, некто выше наложил на него руку свою", - решила государыня и, приказав выдать крестьянину денег на дорогу, отпустила, предоставив его суду совести.

-В лесу близ нашего поместья в Трокском уезде, происходили пренеприятные вещи. Такие, что Петр Алексеевич, Царствие ему Небесное, и говорить о них не велел, - поддержала мистическую тему Наталья Николаевна. - Появлялись из леса различные обезумевшие персоны. И разъяснить это было невозможно.

-Так и у нас персона одна появилась, - заявил коллега покойного князя по Особенной канцелярии полковник Чуйкевич. - Она появилась в непотребном виде близ Зимнего, утверждала, что она из будущего, и случилось это в самом начале июня месяца. Тогда блаженные по всей столице расплодились.

-И что же с этой блаженной стало? - у меня мурашки пошли по спине. Это стопроцентно еще одна попаданка из тех пяти, о которых говорила берегиня.

-Так поместили в скорбный дом, - пожав плечами ответил полковник.

Мне хотелось спросить в какой дом, но инициативу перехвалила хозяйка дома.

-Князь Голицын дает бал на следующей неделе.

Я опять насторожилась, мне нужно познакомиться с князем и узнать у него про майора, который знал, что враг до Петербурга не доберется.

-Анси, а вы приглашены? - наклонилась я девушке.

-Да, Николь, и я думаю, ты можешь поехать с нами. Маман это устроит.

-Мадемуазель Николь, я хочу записаться на вальс, - не оставлял своих попыток Корсаков. - И на мазурку.

-Не переусердствуй, друг, - захихикал Настин жених, - ты же знаешь, что танцевать с одной дамой несколько танцев - это моветон.

-Три танца допустимы, - возразил знаток всех тайных и явных законов света. - Так вы запишете меня, мадемуазель Николь?

-Запишу, - автоматически ответила я, - если сама попаду на этот бал.

Наконец прием закончился и я с непередаваемым облегчением ушла в свою комнату. Попросила Марфушу найти Карла. Надо было поговорить о князе Голицине.

-Что тебе сказать, Акулина, - сказал Карл, беря пирожное с подноса, который он принес с собой, - женскими прелестями ты князя не очаруешь.

-Как это? - я немного растерялась. Это же не то о чем я подумала...

-Да так это, - скривился карлик, - ты чего краснеешь как девица? Содомит князь, об этном все знают.

-Вот черт, и что делать? А зачем же он бал дает? - а я еще и напросилась на этот бал.

-А как же без балов. Все должны балы давать, так принято. Да не расстраивайся ты. Хочешь, я с тобой пойду, пока ты там танцевать будешь слуг порасспрашиваю.

-Спасибо Карл. Без тебя я не справлюсь. И скажи мне, дорогой мой человек, сколько в Петербурге "желтых" домов? И как узнать куда засунули блаженную, о которой полковник говорил.

-А вот это проще простого. Уж с Чуйкевичем я и сам поговорить могу, он меня всегда ценил, как и Петр Алексеевич, - Карл тяжело вздохнул. Он сильно горевал по хозяину, хотя старался этого не показывать.

Я взяла Маркушу на руки, песик со дня моего приезда спал со мной, к неудовольствию Натальи Николаевны. Она звала его, но Маркуша не хотел от меня уходить.

bannerbanner