А что за той дверью?

Девять Горных сработали как один механизм.

Первый на мгновение приподнял край щита — выстрел.

Щит вернулся на место.

Следующий.

Выстрел.

Третий.

Выстрел.

Слева направо, один за другим, девять серокожих орков методично били по каждому гоблину, которого удавалось разглядеть среди камней.

Сергей даже засмотрелся.

Ай да Каргат. Ай да начальник.

Вот только у отряда Грумшака такой фокус не получался. Попробуй-ка одновременно держать щит и натягивать лук.

Зато Грумшак мгновенно нашёл своим другую работу.

— Вокруг них!

Его воины растянулись перед Горными живой изгородью.

И получилось неожиданно эффективно.

Пока Горные методично выбивали пращников со склонов, воины Грумшака не позволяли гоблинам добраться до стрелков.

А в ближнем бою преимущество гоблинов закончилось.

Они были быстрыми. Ловкими. Прыгали по камням так, будто родились на этих склонах.

Но они были ниже орков. Слабее. Их короткие клинки и копья с трудом пробивали даже обычную орочью защиту.

Один гоблин метнулся к Грумшаку, рассчитывая уйти от размашистого удара.

Грумшак ударил туда, где противник должен был оказаться.

Гоблин сам влетел под оружие.

Сергей усмехнулся.

Вот этому их учили хорошо.

Не бей туда, где враг находится.

Бей туда, куда он идёт.

Остальные действовали так же.

Ловкость гоблинов перестала помогать. Орки встречали их на упреждение и расправлялись с нападавшими почти играючи.

А за спинами продолжали щёлкать самострелы Горных.

Один за другим исчезали пращники.

Конечно, достать удалось не всех. Те, кто понял, что происходит, начали прятаться за камнями и отползать вверх.

Последний гоблин внизу рухнул.

Несколько мгновений ещё посвистывали камни.

Потом всё стихло. Отступили. Грумшак не позволил никому бросаться следом.

— Считать.

Семь тел лежали среди камней рядом с отрядом.

Ещё четверо остались выше на склонах — там, куда достали болты Горных.

Одиннадцать.

Семь воинов. Четыре пращника.Потерь среди орков не было.

Грумшак медленно выпрямился и посмотрел на Каргата.

Ничего не сказал. Каргат тоже промолчал.

Но Сергей оказался между ними и прекрасно видел лицо Грумшака.

На нём совершенно отчётливо читалось:

Семь — четыре.

Пока что счёт был за лесными.

Каргат проводил взглядом склон, куда скрылись уцелевшие, и зло сплюнул.

— Гоблины. Мерзкие ублюдки. Лет тридцать их не видел — и ещё столько бы не видать. Подлые твари.

Грумшак опустил щит.

Каргат нахмурился.

— По древним песням они всегда вились рядом с циклопами. Работали вместе. Циклоп убивал издалека. Сразу многих. А эти подонки потом разбирали всё, что осталось, и тащили добычу к нему. Циклоп не везде пролезет. Да и не его дело шарить между камней в поисках трупов.

Грумшак посмотрел туда, куда уходило ущелье.

— Значит, мы на верном пути?

Каргат помолчал.

— Да... походу.

Он ещё раз посмотрел на мёртвых гоблинов.

— Никому они радости не приносили. И за соперника их не посчитаешь. Слишком мелкие. Слишком подлые.

После этого двигались уже иначе.

Два отряда перестали идти каждый сам по себе и впервые выстроились как единая группа.

Впереди дозором шли трое: Фолк и двое Горных. Они держались достаточно далеко, чтобы первыми заметить опасность, но не настолько, чтобы основная группа потеряла их из виду.

Основной отряд двигался в середине.

Четверо орков замыкали колонну, постоянно проверяя тыл.

На ходу быстро договорились об условных сигналах. Для дальнего предупреждения выбрали звуки местных животных: один означал «стой, внимание», второй — «враг рядом». Если разведчики оставались в пределах видимости, всё было ещё проще: поднятый над головой кулак заставлял останавливаться всю колонну.

Система оказалась простой и работала.

Новых нападений не было, но теперь каждый поворот проходили осторожно. Каждый подозрительный выступ сначала осматривали разведчики. Оружие никто далеко не убирал.

Однажды впереди раздался условный сигнал.

Колонна замерла.

Фолк показал кулак.

Все приготовились.

Через несколько мгновений на склоне показались три волка. Звери тоже заметили орков. Несколько секунд они стояли, принюхиваясь и оценивая многочисленную вооружённую группу.

Нападать не стали.

Первый волк развернулся, остальные последовали за ним, и вскоре все трое исчезли среди камней. - Вот умные твари, сообщил про себя Фолк.

К вечеру идти стало заметно тяжелее.

Солнце быстро уходило за горы, ущелье наполнялось тенью, а вместе с ней пришёл холод. Продолжать путь ночью было бессмысленно. На крутых склонах и днём приходилось внимательно смотреть под ноги. В темноте один неверный шаг мог закончиться вывихом, сломанной ногой или падением вниз.

Каргат выбрал место для привала в самой нижней части ущелья, где скалы прикрывали от ветра.

Горные снова показали, что в этих местах чувствуют себя дома.

Костёр они устроили так, что дыма почти не было видно. Выбрали углубление между камнями, закрыли его с нескольких сторон плоскими плитами и оставили узкие щели для тяги. Огонь горел низко, жар держался внутри, а редкий дым разбивался о камни и рассеивался прежде, чем поднимался над ущельем.

Оставшихся припасов отряда Грумшака ещё хватало. На огонь положили мясо.

После целого дня подъёмов, спусков и короткого боя даже обычная горячая еда казалась праздником.

Выставили дозор. Остальные наконец позволили себе снять часть снаряжения, вытянуть ноги и отдохнуть. Над ущельем быстро темнело. Где-то далеко между скалами прокатился неизвестный звук. Сергей поднял голову. Каргат тоже услышал. Но ничего не сказал.

До места, где по древним песням должен был обитать циклоп, оставалось всё меньше пути.

Глава 16. Циклоп

Утро оказалось неожиданно добрым.

Никто ночью не напал. Никто не пытался украсть припасы. Не было ни гоблинов, ни зверей. Даже сменные дозоры почти не испортили сон: теперь орков было достаточно, чтобы меняться чаще, и каждый успел нормально отдохнуть.

А может, дело было в самом воздухе — холодном, сухом, горном.

Сергей проснулся с удивительно ясной головой. С рассветом оба отряда снова двинулись на запад. Первым неладное заметил Норг.

Сначала просто стало меньше зверей. Потом исчезли птицы. Ещё через несколько часов не осталось даже следов: ни отпечатков лап, ни помёта, ни шороха среди камней. Ни одного гоблина.

Вообще ничего.

Только шаги двух отрядов, скрежет подошв по камню, редкий звон оружия и тяжёлое дыхание.

Чем дальше они шли, тем сильнее давила тишина. Разговоры прекратились сами собой. Даже Сергей больше не шутил. Горы постепенно менялись. Острые пики остались позади. Теперь вокруг лежали широкие каменистые холмы с редкой жёсткой травой.

Норг шёл впереди вместе с двумя Горными. Внезапно его кулак поднялся над головой.

Внимание.

Вся колонна остановилась.

Разведчики некоторое время не двигались, затем жестом приказали остальным подтянуться. За последним холмом открывалась огромная равнина.

Она была усеяна валунами. Не камнями — валунами. Некоторые были размером с трёх взрослых орков и лежали совершенно хаотично: один в траве, другой расколот пополам, третий глубоко вошёл в землю.

А далеко впереди спокойно паслось большое стадо овец.

Среди травы то и дело белели старые кости — животных, орков и кого-то ещё.

— Пришли, — тихо сказал Каргат.

Никто не стал спорить.

На равнину сразу не вышли. Совет устроили за холмом.

Можно было попытаться найти сокровище, забрать нужное и уйти, не связываясь с хозяином этих мест. Но Каргата такой вариант не устраивал.

— Вернусь с его золотом — скажут, что сын вождя оказался хорошим воришкой. Вернусь с его головой — будут вынуждены назвать меня воином.

Грумшак хмыкнул.

— Для начала хорошо бы узнать, какого размера эта голова.

Спорили долго. У каждого клана была своя привычная тактика, и каждый считал её правильной. В конце концов сошлись на общем плане.

Главное — глаз.

Сначала лучники отряда Грумшака должны были ударить с дальней дистанции. Если не получится — Горные подойдут ближе и дадут залп из самострелов. Единственный глаз нужно было уничтожить любой ценой.

Стоять группами запретили. Каждый воин должен был держать примерно пятнадцать метров до следующего: если циклоп действительно бросает такие валуны, один удачный бросок не должен был убить половину отряда.

Из толстых брёвен соорудили четыре тяжёлых гарпуна и примитивные метательные рамы. Никто прежде из такого не стрелял и никто не знал, пробьёт ли дерево кожу чудовища, поэтому на них особенно не рассчитывали.

У каждого оставались лук, копьё и привычное оружие ближнего боя — топор или меч.

Ученик шамана наложил на оба отряда общую концентрацию и силу. Зрение стало резче, усталость отступила, мышцы будто наполнились дополнительной мощью.

— Полчаса, — предупредил он. — Потом надо будет собраться возле меня. Если останутся силы — повторю.

Он же должен был попытаться сбить концентрацию самого циклопа, а при возможности зажечь стрелы и копья.

План был далёк от идеального. Но другого не было. Орки распределились цепью и вышли на равнину.

Сто метров.

Двести.

Пятьсот.

Ничего.

Они проходили между огромными валунами, видели всё новые кости, но циклопа не было.

Когда подошли к стаду, овцы забеспокоились и начали отступать.

Грумшак предложил выманить хозяина.

Два лучника почти одновременно выпустили стрелы.

Две овцы упали.

И...

Ничего.

Тишина.

Стадо отбежало метров на сто.

Тогда заметили расщелину в скалах. По логике именно оттуда и должен был появиться хозяин. Они вошли внутрь. Резкий поворот направо. Затем налево.

И перед ними открылась небольшая поляна, усыпанная костями, шкурами и гниющими остатками добычи.

Ни воронов. Почти никаких насекомых.

Вот оно. Логово.

Орки начали быстро искать глазами сокровище. И тут раздался нарастающий гул со свистом.

Никто не понимал, откуда он идёт. Скалы закрывали горизонт, видимость ограничивалась самим логовом.

Свист стал оглушительным.

С чудовищным грохотом во вход в ущелье врезался валун размером с четырёх орков.

Земля содрогнулась. Со стен посыпалась каменная крошка.

Выход исчез.

И тогда до всех дошло.

Их нашли.

Их вычислили.

Их впустили внутрь.

Они считали себя охотниками, а на самом деле сами вошли в ловушку.

Животный страх накрыл оба отряда одновременно.

Ученик шамана что-то прорычал, ударил обоими кулаками в землю, и по оркам прошла невидимая волна. Паника отступила. Страх остался, но снова перестал ими управлять.

— К СКАЛАМ! — взревел Грумшак. — РАССЫПАТЬСЯ! ДВА ПОВОРОТА ДЕРЖАТЬ! НАВЕРХ! НИ ЗВУКА!

Орки исчезли среди камней.

Грумшак, Каргат и Сергей заняли позиции у поворотов. Вместе с ними остались трое воинов: здоровяк Борг из отряда Грумшака и двое Горных. Остальные поднялись выше, спрятались за выступами и приготовили оружие.

Теперь оставалось только ждать хозяина дома.

БУМ.

Пауза.

БУМ.

Каменная крошка посыпалась Сергею на плечо.

БУМ.

А затем циклоп легко и совершенно непринуждённо перешагнул валун, которым сам же закрыл проход.

Он был огромен.

Около двенадцати метров ростом — не меньше шести орков один на другом. Руки казались отдельными живыми существами, настолько массивными и сильными они были. На плечах сидела чудовищная голова, а посреди лица находился единственный отвратительный глаз размером почти с лошадь.

Вокруг глазницы тянулись старые порезы и шрамы.

Сергей сразу понял их смысл.

Они были не первыми, кто догадался лишить циклопа зрения.

И, судя по глазу, никому это не удалось.

Циклоп остановился.

Низко зарычал.

Потом начал принюхиваться.

Каждый вдох был слышен так, будто огромный мех втягивал в себя воздух ущелья.

Голова медленно повернулась.

И наклонилась к месту, где прятались двое Горных.

Магия ученика шамана могла приглушить страх, но не могла отменить того, что к оркам приближалось лицо, вдвое больше каждого из них.

Нервы не выдержали.

Оба Горных с рёвом бросились в атаку.

Они прыгнули с уступа прямо к лицу циклопа.

Тот от неожиданности отпрянул назад и вверх, разрушив их первоначальный замысел. Но первый Горный успел метнуть топор. Лезвие глубоко вошло в щёку.

Второй прыгнул следом и ударил топором снизу. Оружие вонзилось в подбородок, и циклоп, поднимая голову, поднял орка вместе с ним.

Борг атаковал левее. Он метил копьём в ухо, но голова уже уходила вверх. Наконечник ударил в челюсть.

Древко треснуло пополам.

Огромные руки сработали неожиданно быстро.

Правая схватила одного Горного.

Левая — второго.

Циклоп даже не задумался.

Он поднёс обоих ко рту и одним движением откусил им половины туловищ.

Остатки полетели в разные стороны.

Борг застыл.

На несколько мгновений огромный орк просто перестал двигаться.

Грумшак, Каргат и Сергей одновременно выстрелили циклопу в глаз.

Три стрелы почти достигли цели.

Веко захлопнулось.

Не кожа.

Каменная пластина.

Стрелы отскочили, не оставив следа.

Каменное веко.

Кто ж знал.

Теперь стрелы полетели в шею, руки, рёбра и ноги. Они раздражали чудовище, некоторые входили в кожу, но серьёзного вреда не причиняли.

Циклоп решил закончить с тем противником, которого видел перед собой.

Ладонь понеслась к Боргу.

Тот наконец очнулся и прыгнул в сторону.

Не успел.

Удар пришёлся по ногам.

Хруст был слышен даже Сергею.

Борг заорал, но не выпустил топор.

Когда ладонь циклопа прижала его к земле, орк размахнулся и со всей оставшейся силы ударил по мизинцу.

Лезвие вошло в сустав.

Кость хрустнула.

Палец почти отделился.

Циклоп взревел и резко дёрнул руку вверх.

Борг взлетел вместе с ней.

В воздухе он размахнулся ещё раз.

Второй удар закончил начатое.

Мизинец отделился и полетел вниз, поливая камни чёрно-зелёной кровью.

Борг полетел в другую сторону.

Прямо в раскрытую пасть.

Циклоп захлопнул её.

Сергей даже не успел отвернуться.

Рёв чудовища изменился.

Такой боли оно явно давно не испытывало.

— ВЕРЁВКУ! — заорал Сергей.

Он выскочил на поляну, по пути требуя у бойцов длинную крепкую верёвку.

Один конец Сергей закрепил высоко на каменном выступе. Для второго опоры не было.

— Пятеро! Сюда! За скалу! По моей команде тянуть изо всех сил!

Грумшак понял первым.

Он выскочил на открытое место и заорал, привлекая внимание циклопа.

Каргат понял следом.

Подхватил копьё и метнул его в глаз.

Веко снова мгновенно захлопнулось.

Не попал.

Но теперь чудовище смотрело на них.

Грумшак и Каргат побежали к поляне.

Сергей тем временем поднялся на скалу и закрепил свой конец верёвки настолько высоко, насколько позволял выступ.

— Фолк!

Лучник отозвался.

— По моей команде — одна стрела в глаз! Не раньше и не позже! Только глаз!

— Понял!

— Огонь мне на меч! После команды Фолку!

Ученик шамана молча кивнул.

Тяжёлые шаги приближались.

Грумшак и Каргат уже вылетели из-за последнего поворота.

— Готовьсь! — заорал Сергей.

Пятеро орков за скалой вцепились в верёвку.

Циклоп показался на поляне.

Увидел двух обидчиков.

Пошёл прямо к ним.

Его ноги были толщиной с три старых дерева.

Ещё шаг.

Ещё.

Щиколотка оказалась возле верёвки.

— ТЯНИ-И-И!

Пятеро орков рванули одновременно.

Верёвка натянулась как струна.

Циклоп сделал следующий шаг.

Зацепился.

На одно короткое мгновение на его лице появилось почти человеческое непонимание.

А затем двенадцатиметровая туша потеряла равновесие.

Пятерых орков выдернуло из-за скалы и протащило по камням, но дело было сделано.

Циклоп рухнул.

Земля подпрыгнула.

— ФОЛК!

Тетива хлопнула.

Стрела полетела в глаз.

Веко машинально закрылось.

Стрела отскочила.

И почти сразу веко начало открываться.

Именно этого Сергей и ждал.

— СЕЙЧАС!

Ученик шамана выбросил руку.

Меч Сергея вспыхнул.

Жар ударил в лицо.

Сергей оттолкнулся от скалы, вложив в ноги всё, что осталось от усиления, и прыгнул.

На мгновение перед ним был только раскрывающийся глаз.

Сергей обеими руками вогнал горящий клинок прямо в него.

Мир взорвался рёвом.

Глазная жидкость ударила потоком. Сергей потерял хватку, его смыло вниз. Он ударился боком и головой о камни.

Всё поплыло.

Грумшак и Каргат уже были у головы циклопа.

Они били в шею.

Кожа оказалась почти такой же прочной, как всё остальное, но после нескольких ударов в одну точку начала трескаться.

Ослепший циклоп обезумел.

Руки заметались вокруг, сметая камни и всё, до чего могли дотянуться.

Одним взмахом он отбросил двух орков словно мух.

Ещё двоих успел схватить.

Пальцы сомкнулись.

Раздался страшный хруст.

Никакого шанса вырваться у них не было.

— ШЕЯ! — заорал Грумшак. — КОЖА ПРОБИТА! БИТЬ СЮДА!

Трое Горных и Дарий бросились вперёд с копьями и топорами.

Один из Горных сумел попасть наконечником точно в повреждённое место.

Циклоп завыл.

Из тонкого отверстия хлынула чёрно-зелёная кровь.

Грумшак и Каргат одновременно получили от ученика шамана зажжённые копья.

Два броска.

Оба попали.

Копья вошли в шею почти наполовину.

Циклоп захрипел.

Но всё ещё пытался подняться.

Он перевернулся на живот.

Встал на колени.

Трое Горных вместе с поваром ударили по икрам. Топоры один за другим входили в одно и то же место, пока кожа на правой ноге не поддалась.

Четыре оружия почти одновременно вонзились в рану.

Циклоп взвыл и махнул рукой.

Орки успели отскочить.

Фолк уже не стрелял куда попало.

Стрела за стрелой уходила точно в открытую рану на шее.

Повар обошёл чудовище и со всей силы обрушил топор на вторую икру.

Первый удар.

Второй.

Третий.

Кожа разошлась.

Циклоп попытался встать.

Нога задрожала.

И снова опустилась на колено.

Ослепший гигант крутился из стороны в сторону, бил руками по скалам и земле, пытаясь нащупать врагов.

Потом ладонь нашла собственную шею.

Пальцы наткнулись на торчащие копья.

Циклоп надавил.

Сам загнал их ещё глубже.

Хрип перешёл в тонкий, почти невозможный для такой туши визг.

Он качнулся.

И рухнул лицом вниз.

Камни содрогнулись в последний раз.

Чёрно-зелёная кровь растекалась рядом настоящей рекой.

Циклоп ещё дёргался.

Один раз.

Второй.

Потом движения стали слабее.

И прекратились.

Никто не закричал от радости.

Никто не поднял оружие.

Орки просто стояли и тяжело дышали.

Каргат первым подошёл к голове чудовища.

Несколько секунд смотрел.

Потом поднял оружие и ещё раз ударил в уже разрубленную шею.

Подождал.

— Мёртв.

Тишина.

Теперь можно было считать своих.

Только сейчас победа показала настоящую цену.

Двое Горных погибли у лица циклопа. Борг погиб, успев оставить чудовищу свой последний подарок — отрубленный палец.Ещё двое орков были раздавлены его руками.

Раненых тоже хватало. Сергей сидел среди камней, весь в слизи, крови и грязи. Голова гудела после падения, бок болел, перед глазами всё ещё слегка плыло. Он смотрел на тушу размером с небольшой дом и никак не мог поверить. Они его убили.

Не он.

Не Грумшак.

Не Каргат.

Они.

Каждый сделал то, без чего остальные не справились бы. Грумшак молча подошёл к тому месту, где погиб Борг. Некоторое время просто стоял.

Потом наклонился и поднял его топор. Никто ему не мешал.

Через несколько минут Норг, обходивший дальнюю часть логова, остановился.

— Грумшак...

Тот поднял голову.

— Что?

Норг смотрел куда-то за тушу циклопа.

— Кажется, мы нашли то, зачем пришли.

В глубине логова, среди костей, старого оружия и награбленного добра, что-то блеснуло.

Не золотом.

Металлом.

Незнакомым Сергею металлом.

У входа в логово все невольно остановились. Там, где ещё недавно шёл рядом Борг, теперь оставалось пустое место. Грумшак нёс его топор сам, не позволяя никому разделить эту ношу.

— Мы вышли из дома восьмерыми, — тихо сказал Фолк. — А возвращаться будем семерыми.

— Борга никто не заменит, — ответил Грумшак. — Но его имя вернётся с нами. Отец и весь клан узнают, как он погиб.

Харг поправил ремень сумки с лекарствами. Норг не произнёс ни слова. Даже Дарий, которому обычно приходилось пригибаться в узких проходах, остановился и склонил голову. Раг положил ладонь на плечо Фолка. После этого они молча двинулись дальше.

Глава 17. Трофеи циклопа

К вечеру долина наконец затихла.

Ещё совсем недавно здесь гремели крики, рёв и удары, дрожала земля, а теперь над камнями лежала тяжёлая тишина. Огромное тело циклопа осталось там, где рухнуло после последнего удара. В тёмном зеве его жилища поблёскивало что-то металлическое, виднелись сундуки и груды вещей, но никто даже не посмотрел в их сторону.

До сокровищ никому не было дела.

Сначала занялись живыми.

Раненых перенесли ближе к лагерю. Лекарь и те, кто ещё держался на ногах, промывали раны, стягивали края порезов, накладывали повязки. Кому-то вправляли вывихи, кому-то туго перетягивали рассечённые руки и ноги. Самым тяжёлым дали горькое снадобье, после которого они один за другим проваливались в глубокий, почти мёртвый сон.

Лишь когда стало ясно, что этой ночью больше никто не уйдёт следом за павшими, Грумшак и Каргат приказали готовить могилы.

Погибших уложили отдельно.

Никто не торопился. Ещё утром эти орки шли рядом, ругались из-за мелочей, шутили, спорили, кто первым доберётся до чудовища. Теперь над ними не звучало ни одной шутки.

Земля в долине была тяжёлая, каменистая. Там, где копать оказалось невозможно, могилы укрепляли крупными валунами. Каждый из павших получил своё место. Оружие сложили рядом, а сверху насыпали землю и навалили камни, чтобы зверьё не добралось до тел.

Несколько минут оба отряда стояли молча.

Никто не произносил длинных речей. Они были не нужны.

Каргат отошёл от могил последним.

Только после этого он направился к туше циклопа. Подошёл, остановился возле огромной головы и какое-то время смотрел на поверженное чудовище. Затем, не говоря ни слова, принялся за работу.

Зуб пришлось выламывать почти всем весом. Потом Каргат срезал с плеча циклопа широкую полосу грубой кожи.

Сергей вопросительно посмотрел на него.

— Моему клану нужны доказательства, — коротко объяснил Каргат. — Я ушёл за его головой. Голову тащить через горы не стану. Этого хватит.

Больше к телу не притронулись.

Лагерь разбили неподалёку от места боя. Выбрали ровную площадку, собрали дрова, выставили дозор. Несколько баранов из стада циклопа погибли во время сражения, и теперь их разделали.

Когда над углями зашипело мясо, а по долине поплыл густой запах жареного, все вдруг вспомнили, насколько голодны.

Ели жадно, но почти молча.

Потом разговоры понемногу вернулись. Кто-то впервые за вечер рассмеялся. Кто-то снова начал пересказывать отдельные мгновения боя, уже преувеличивая собственную ловкость. Но веселье быстро стихло. Усталость была сильнее.

Раненые спали под действием лекарств. Остальные укладывались кто где: у костров, возле мешков, прямо на плащах. Некоторые засыпали, едва коснувшись земли.

Сергей тоже лёг.

Закрыл глаза.

И почти сразу открыл их снова.

Перед ним опять возникло поле боя. Рёв циклопа. Летящие камни. Удары. И лицо того, кого утром ещё считал частью их отряда, а вечером пришлось оставить под грудой камней.

Сон не шёл. Сергей повернулся на другой бок, потом ещё раз и наконец поднялся.

У соседнего костра сидел Грумшак. Он тоже не спал. Сергей молча подошёл и сел рядом. Некоторое время оба смотрели на угли. Потом начали вспоминать.

Не то, как погиб их товарищ. Наоборот — каким он был живым. Что говорил. Как ворчал. Как однажды умудрился рассмешить весь отряд. Какие глупости делал в дороге.