Читать книгу Девелоперы и строительный сектор (Виталий Гурьев) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Девелоперы и строительный сектор
Девелоперы и строительный сектор
Оценить:

3

Полная версия:

Девелоперы и строительный сектор

Зачем девелоперу столько проектов одновременно? Первая причина такого подхода — стабильность денежного потока. Если бы компания строила один большой проект, её выручка и денежный поток прыгали бы от нуля до пиковых значений раз в несколько лет. Когда же проектов много и они находятся на разных стадиях, сдача одних компенсирует запуск других, и общий поток становится более ровным. Это похоже на сад, где деревья посажены в разные годы: каждый сезон какие-то из них плодоносят.

Вторая причина связана с диверсификацией рисков. Если один проект столкнулся с проблемой, например с задержкой подключения к сетям или со слабым спросом в конкретном районе, это не обрушит всю компанию. Девелопер, работающий в нескольких городах, к тому же меньше зависит от состояния одного местного рынка. Третья причина — масштаб: большой девелопер может держать собственные проектные и строительные подразделения, дешевле покупать материалы и лучше договариваться с банками.

У многопроектного портфеля есть и свои сложности. Чем больше проектов, тем сложнее за ними следить, и тем легче пропустить проблему в одном из них, пока она не стала большой. Кроме того, растущий девелопер постоянно запускает новые проекты, а каждый новый проект требует собственного капитала на землю и проектирование. Если рынок развернётся, у компании может оказаться слишком много начатых проектов и слишком мало денег, чтобы их поддерживать.

Для инвестора отсюда следует важный практический вывод. Оценивая девелопера, полезно смотреть не только на общие цифры, но и на структуру портфеля проектов: сколько из них в стадии стройки, сколько готовится к запуску, в каких городах и каких классах. Компания, у которой большинство проектов в стадии продаж и стройки, ближе к получению денег, чем компания, у которой большинство проектов ещё на бумаге. Если же почти весь портфель в одном городе, риск местного спада становится риском для всей компании.

Остаётся научиться определять, на какой стадии находится конкретный проект, не выходя из дома. Самый надёжный источник — проектная декларация, которую застройщик обязан публиковать и обновлять. В ней указаны сроки строительства, количество квартир, сведения о разрешении на строительство и о банке, финансирующем проект. Как её читать и где её найти, мы подробно поговорим в шестой главе.

Второй источник — фотографии хода строительства, которые многие застройщики ежемесячно выкладывают на своих сайтах, а государственная информационная система жилищного строительства публикует для каждого дома. По ним видно, движется ли стройка, сколько этажей уже построено, есть ли люди и техника на площадке. Если фотографии несколько месяцев подряд показывают одну и ту же картину, это тревожный признак.

Третий источник — сравнение заявленных сроков с реальностью. Если проект обещал ввод в определённом квартале, а затем срок в декларации несколько раз переносился, стоит выяснить причину. Один перенос на квартал-два случается часто и не всегда говорит о проблемах, но систематические переносы по многим проектам компании — серьёзный повод для беспокойства. Надежда признаётся, что раньше никогда не смотрела на историю переносов, хотя именно её клиенты первыми узнают о них.

Полезно смотреть и на то, как меняется отношение банка к проекту. Если в декларации указан банк, открывший кредитную линию, значит, проект прошёл его проверку и финансируется. Если же дом давно продаётся, а сведений о кредите нет или кредитная линия так и не открыта, стоит задуматься, на какие деньги застройщик собирается строить. Для небольших региональных компаний такой вопрос бывает ключевым, и к нему мы вернёмся в главе о проектном финансировании.

Наконец, четвёртый источник — презентации и отчёты девелопера для инвесторов. Публичные компании обычно показывают в них карту своих проектов с указанием стадии, планируемого ввода и распроданности. Эту информацию полезно сверять с данными государственной системы и с собственными наблюдениями. Если вы живёте в городе, где строит компания, ничто не мешает вам просто пройти мимо её стройки и посмотреть, кипит ли там работа.

Типичная ошибка новичка состоит в том, чтобы оценивать девелопера по самым ярким проектам из его рекламы. Красивые визуализации, набережные и парки привлекают внимание, но говорят мало о том, как компания зарабатывает. Гораздо важнее понимать, сколько проектов находится на каждой стадии, как распроданность соотносится с готовностью и насколько часто компания переносит сроки. Именно эти скучные цифры отличают успешного девелопера от того, кто только хорошо рассказывает о себе.

Ещё одна распространённая ошибка — путать позицию покупателя квартиры на котловане и позицию инвестора в акции девелопера. Покупатель на котловане тоже несёт риск проекта, но его вложение защищено специальным счётом, и в худшем случае он получит деньги обратно. Акционер же получает долю во всех проектах компании сразу, со всеми их долгами и рисками, и никакой специальной защиты у него нет. Хорошие отзывы покупателей о конкретном доме ничего не говорят о том, насколько выгодно владеть акциями.

Вторая ошибка — считать, что сданный дом означает конец всех рисков. После ввода у застройщика остаются нераспроданные квартиры, гарантийные обязательства, споры с покупателями и долги перед подрядчиками. Иногда именно на этом этапе выясняется, что проект обошёлся дороже, чем показывала отчётность. Поэтому полезно смотреть не только на ввод, но и на то, что происходит с проектами через год-два после него.

Подведём короткий итог второй главы. Жизнь жилого комплекса состоит из пяти стадий: земля, проектирование, стройка, продажи и ввод, причём продажи идут параллельно со стройкой. Весь цикл занимает от четырёх до шести лет для одного дома и больше для большого комплекса, и сроки почти всегда растягиваются на этапах подготовки участка, согласований, подключения к сетям и самой стройки. Большие проекты дробят на очереди, чтобы снизить потребность в капитале и проверить спрос.

Денежный поток проекта похож на глубокую яму: годы вложений сменяются крупными поступлениями при вводе каждой очереди. Здоровый проект продаётся чуть быстрее, чем строится, а крупный девелопер держит десятки проектов на разных стадиях, чтобы сгладить эти колебания. Проверить стадию проекта можно по проектной декларации, фотографиям хода строительства, истории переносов сроков и отчётам компании.

Вечером того же дня Надежда сидит у Ильи на кухне и задаёт вопрос, который давно её мучает: сколько же на самом деле зарабатывает застройщик на одной квартире, которую она продаёт? Илья не может ответить сразу, и они решают посчитать вместе. В третьей главе мы разложим квадратный метр «Волжских террас» на составные части и увидим, куда уходят деньги покупателя.

Глава 3. Экономика квадратного метра

Вечером после прогулки по стройке Надежда сидит у Ильи на кухне, перед ней лежит блокнот, а на столе остывает чай. Она вспоминает сделку, которую закрыла месяц назад: молодая пара купила в «Волжских террасах» двухкомнатную квартиру площадью пятьдесят пять квадратных метров за 8,25 млн рублей, то есть по 150 тыс. рублей за метр. Пара приехала из Нижнего Новгорода, где у них остались родители, и Надежда помогала им с выбором и оформлением, а застройщик заплатил её агентству комиссию. Теперь ей интересно, какая часть этих восьми с лишним миллионов досталась застройщику в виде прибыли.

Надежда признаётся, что в разговорах с покупателями часто слышит одну и ту же фразу: «застройщики наживаются на нас, метр стоит копейки, а продают по сто пятьдесят тысяч». Она и сама в глубине души так думала, пока не начала разбираться. Илья предлагает не спорить, а посчитать, и они берут лист бумаги. У Ильи есть доступ к бюджету проекта на уровне своих работ, у Надежды — понимание цен и расходов на продажи, а остальное они достраивают по открытым данным и здравому смыслу.

Это упражнение полезно проделать каждому, кто собирается инвестировать в девелоперов. Квадратный метр для застройщика — то же самое, что тарелка супа для ресторана или литр бензина для заправки: базовая единица, из которой складывается весь бизнес. Если вы понимаете, сколько стоит произвести метр и сколько за него платит покупатель, вы понимаете главное в экономике компании. Всё остальное — масштаб, сроки, долги и умение продавать.

Прежде чем считать себестоимость, нужно договориться, какой именно метр мы считаем. В строительстве есть несколько разных площадей, и путаница между ними порождает много ошибок. Общая площадь здания включает всё, что находится внутри наружных стен: квартиры, лестницы, лифтовые холлы, коридоры, технические помещения, подвалы, иногда подземный паркинг. Продаваемая площадь — это только то, что застройщик может продать: квартиры, коммерческие помещения на первых этажах, кладовые и машино-места.

Соотношение продаваемой и общей площади девелоперы называют коэффициентом полезной площади, и для многоэтажного жилого дома он обычно составляет от шестидесяти пяти до семидесяти пяти процентов. В «Волжских террасах» общая наземная площадь всех корпусов около семидесяти двух тысяч квадратных метров, а продаваемая — около пятидесяти тысяч, то есть коэффициент около семидесяти процентов. Остальные тридцать процентов составляют стены, лестницы, лифтовые шахты, коридоры, технические этажи и прочие пространства, которые строить нужно, а продать нельзя.

Почему это различие так важно для расчётов? Потому что строитель считает затраты на квадратный метр общей площади, а покупатель платит за квадратный метр продаваемой площади. Если стоимость возведения одного метра общей площади составляет, условно говоря, сорок девять тысяч рублей, то на метр продаваемой площади приходится уже семьдесят тысяч, потому что каждый проданный метр несёт на себе долю непроданных коридоров и лестниц. Удачная планировка, в которой меньше места уходит на коридоры, напрямую повышает прибыль девелопера.

Именно поэтому архитекторы девелоперских компаний так много внимания уделяют коэффициенту полезной площади. Разница между шестьюдесятью пятью и семьюдесятью пятью процентами на большом проекте означает тысячи квадратных метров, которые можно продать или нельзя. В последние годы этот показатель стал предметом негласного соревнования между компаниями, и иногда ради него жертвуют удобством: делают узкие коридоры, маленькие лифтовые холлы и минимум общих пространств. Для покупателя это минус, для девелопера плюс, и инвестору полезно понимать эту механику.

С продаваемой площадью связаны и машино-места, и кладовые, и коммерческие помещения. Подземный паркинг стоит очень дорого в строительстве, иногда дороже, чем квартиры над ним, а продаётся место за сумму, которая часто не окупает затраты. Девелоперы строят паркинги, потому что этого требуют городские нормы и покупатели, но нередко считают их неизбежной нагрузкой на проект. Коммерческие помещения на первых этажах, напротив, обычно продаются дороже квартир за метр, и о них мы подробно поговорим в двенадцатой главе.

Посмотрим на паркинг в цифрах. Допустим, одно машино-место в подземном паркинге вместе с проездами и рампами требует около тридцати пяти квадратных метров площади, а строительство подземного метра обходится дороже наземного из-за котлована, гидроизоляции и вентиляции. В итоге одно место может стоить девелоперу полтора-два миллиона рублей, а продаётся в региональном городе за миллион или чуть дороже. Разницу девелопер закладывает в цену квартир, поэтому покупатель, который никогда не будет ставить машину в паркинг, тоже частично оплачивает его строительство.

Кладовые на технических этажах — противоположный пример. Это небольшие помещения в подвалах и на технических этажах, которые всё равно пришлось бы построить, и девелоперы научились продавать их по цене, близкой к цене квартир за метр. Для проекта это почти чистая прибыль, потому что затраты на эти пространства уже учтены в общей стоимости здания. В последние годы кладовые стали заметной статьёй дохода у многих застройщиков.

Теперь можно разложить себестоимость метра на части. Илья и Надежда, используя доступные им данные и общеизвестные пропорции, собрали для «Волжских террас» такую структуру затрат на один квадратный метр продаваемой площади. Земля обошлась примерно в двенадцать тысяч рублей на метр, строительно-монтажные работы — примерно в семьдесят тысяч. Подключение к сетям и технологическое присоединение стоит около шести тысяч, социальная нагрузка и благоустройство — около пяти тысяч, проектирование, экспертиза и услуги технического заказчика — около четырёх тысяч рублей.

К этим прямым затратам на строительство добавляются расходы, которые несёт не стройка, а сам девелопер. Маркетинг и продажи, включая рекламу, офис продаж и комиссии агентам, обходятся примерно в четыре с половиной тысячи рублей на метр. Управленческие расходы, то есть доля затрат на центральный офис компании, приходящаяся на проект, — около пяти тысяч. Проценты по проектному кредиту — около восьми тысяч рублей на метр.

Если сложить все эти статьи, получится около 114,5 тыс. рублей полной себестоимости одного квадратного метра. Это три четверти цены, по которой застройщик продаёт метр покупателю. Надежда удивляется, что одна только земля и стройка «съедают» больше половины цены, а остальные статьи, о которых покупатели обычно даже не думают, вместе дают больше двадцати тысяч рублей на каждый метр.

Есть одна налоговая особенность, которую полезно знать. Продажа жилья в России не облагается налогом на добавленную стоимость, поэтому застройщик не может вернуть себе налог, который заплатил подрядчикам и поставщикам материалов. Этот входящий налог становится частью себестоимости. Коммерческие помещения продаются уже с налогом на добавленную стоимость, и их экономика поэтому считается иначе. Как и все налоговые нормы, это правило может меняться, и сверяться стоит с актуальной редакцией Налогового кодекса.

Откуда же берётся популярное представление, что метр «стоит копейки»? Обычно его источник — статистика средней стоимости строительства одного квадратного метра, которую публикуют государственные органы. В ней учитываются только прямые затраты на возведение здания в расчёте на общую площадь, без земли, сетей, социальных объектов, продаж, управления, процентов и налогов. Сравнивать такую цифру с ценой продажи квартиры — то же самое, что сравнивать стоимость муки с ценой торта в кондитерской.

Мука действительно стоит недорого, но торт продаётся вместе с работой кондитера, арендой помещения, электричеством, упаковкой, кассой и налогами. Более того, по нашему расчёту для «Волжских террас» сама стройка в пересчёте на общую площадь стоит около сорока девяти тысяч рублей за метр, а полная себестоимость проданного метра оказывается в два с лишним раза выше. Надежда записывает эту пропорцию, чтобы в следующий раз спокойно отвечать покупателям, уверенным, что застройщик зарабатывает на каждом метре по сто тысяч рублей.

Посмотрим на каждую статью внимательнее, начиная с земли. Двенадцать тысяч рублей на метр в «Волжских террасах» получились так: группа заплатила за участок около шестисот миллионов рублей, а построить на нём можно пятьдесят тысяч метров продаваемой площади. Делим одно на другое и получаем стоимость земли в пересчёте на метр будущего жилья. Девелоперы всегда считают землю именно так, а не за гектар или сотку, потому что их интересует не площадь участка, а то, сколько на нём можно продать.

Доля земли в цене метра сильно зависит от места. В «Волжских террасах», на бывшей промзоне на окраине исторического центра, земля составляет около восьми процентов цены метра. На окраинах крупных городов и в небольших городах эта доля может опускаться до пяти процентов и ниже. В центре Москвы и Санкт-Петербурга, где участки стоят огромных денег, на землю может приходиться треть и даже больше цены метра.

Отсюда следует простой, но важный вывод. Чем дороже земля в структуре цены, тем сильнее прибыль девелопера зависит от удачной покупки участка. Если в спальном районе девелопер переплатил за землю тридцать процентов, его себестоимость вырастет примерно на три процента, и это неприятно, но не смертельно. Если же он переплатил тридцать процентов за участок в центре, где земля составляет треть цены, себестоимость вырастет больше чем на десять процентов, и прибыль проекта может исчезнуть.

У стоимости земли есть ещё одна особенность: её платят в самом начале проекта, задолго до продаж. Если между покупкой участка и стартом продаж проходит два года, стоимость денег за это время тоже нужно учесть. При ставке по долгу в двадцать процентов годовых два года ожидания добавляют к стоимости земли почти половину. Вот почему девелоперы так не любят держать участки без движения и стараются как можно быстрее довести их до продаж.

Перейдём к главной статье — строительно-монтажным работам. Семьдесят тысяч рублей на метр — это почти половина цены продажи и больше шестидесяти процентов полной себестоимости. В эту сумму входит всё, что физически превращается в дом: бетон и арматура каркаса, кладка стен, фасад, окна, кровля, лифты, инженерные системы отопления, водоснабжения, канализации, вентиляции и электричества, отделка мест общего пользования.

Если разложить строительно-монтажные работы ещё на части, примерно половину составляют материалы и оборудование, около трети — оплата труда рабочих и инженеров подрядчиков, остальное — аренда техники, накладные расходы и прибыль подрядчиков. В типичном монолитном доме самая крупная часть затрат приходится на каркас, то есть фундамент, стены и перекрытия из железобетона. Следом идут инженерные системы, фасад и окна. О том, как разные технологии строительства влияют на эти пропорции, мы подробно поговорим в десятой главе.

Важная деталь касается отделки квартир. В «Волжских террасах» квартиры продаются с так называемой предчистовой отделкой: стены выровнены, стяжка залита, разводка сделана, но обоев, ламината и сантехники нет. Если бы девелопер продавал квартиры с полной отделкой, к строительным затратам добавилось бы ещё порядка двадцати тысяч рублей на метр, а цена продажи выросла бы на большую сумму. Многие девелоперы в последние годы перешли к отделке «под ключ», потому что покупатели готовы за неё доплачивать, а ипотека позволяет включить отделку в сумму кредита.

Для инвестора строительно-монтажные работы — главный источник риска себестоимости. Цены на материалы и оплату труда могут вырасти за время стройки, и если договор с подрядчиком не фиксирует цену, девелопер принимает этот рост на себя. Если же цена фиксирована, рост ложится на подрядчика, и тот может не справиться и уйти с объекта. Оба сценария бьют по прибыли проекта, и о том, как девелоперы их избегают, мы поговорим в главе о стройплощадке.

Следующие статьи — сети и социальная нагрузка — заслуживают отдельного внимания, потому что покупатели о них почти не знают. Подключение к электричеству, воде, теплу и канализации стоит заметных денег, а если в районе не хватает мощностей, девелоперу приходится строить или реконструировать сети за свой счёт. Кроме того, город часто требует от застройщика построить или профинансировать школу, детский сад, дорогу или поликлинику. В «Волжских террасах» эти статьи вместе дают около одиннадцати тысяч рублей на метр, и о механике обоих видов обязательств мы подробно расскажем в пятой главе.

Проектирование, экспертиза и услуги технического заказчика составляют относительно небольшую часть затрат, около трёх процентов цены. Однако от качества этой работы зависят все остальные статьи. Хороший проект экономит бетон и арматуру, повышает коэффициент полезной площади и делает квартиры привлекательнее для покупателей. Плохой проект, напротив, приводит к переделкам на стройке, которые стоят в разы дороже сэкономленных на проектировании денег.

Теперь перейдём к расходам, которые несёт не стройка, а сам девелопер. Первая из них — маркетинг и продажи, около четырёх с половиной тысяч рублей на метр, или три процента цены. Сюда входят реклама, содержание офисов продаж и шоурумов, оплата сотрудников отдела продаж и комиссии агентствам недвижимости. Надежда с улыбкой замечает, что её агентство получило от застройщика за ту самую двухкомнатную квартиру около двух с половиной процентов её цены, то есть примерно двести тысяч рублей, и это как раз часть этой статьи.

Доля расходов на продажи сильно зависит от рынка. Когда спрос высокий и квартиры раскупают на котловане, девелопер может почти не тратиться на рекламу и не платить агентам. Когда спрос падает, расходы на продажи растут: нужно больше рекламы, выше комиссии агентам, а иногда и прямые доплаты банкам, чтобы те снизили ставку по ипотеке для покупателей. О последнем инструменте и его скрытой цене мы поговорим в восьмой главе.

Управленческие расходы — пять тысяч рублей на метр — это доля затрат центрального офиса компании: зарплаты руководства, юристов, финансистов, аналитиков, расходы на информационные системы и аренду офиса. В отчётности девелопера эти расходы показываются отдельной строкой, а не в составе себестоимости проектов. Для крупной компании они составляют несколько процентов выручки, и одним из преимуществ масштаба как раз является то, что центральный офис обходится дешевле в расчёте на каждый проданный метр.

Последняя статья — проценты по проектному кредиту, около восьми тысяч рублей на метр. Это стоимость денег, которые банк дал застройщику на строительство. Её величина зависит от уровня процентных ставок в экономике и от того, как быстро застройщик продаёт квартиры, потому что ставка по кредиту снижается по мере наполнения специальных счетов покупателей. Эта связь настолько важна, что ей посвящена вся седьмая глава, а здесь отметим лишь, что проценты — самая изменчивая статья в структуре себестоимости.

Теперь у нас есть все кусочки, и можно посчитать маржу квадратного метра. Цена продажи — 150 тыс. рублей, полная себестоимость — 114,5 тыс. рублей. Разница составляет 35,5 тыс. рублей на метр, или около 23,7 процента цены. Это прибыль до налога на прибыль, и после налога по ставке двадцать пять процентов у девелопера остаётся около 26,6 тыс. рублей с каждого проданного метра, или примерно 17,75 процента цены.

Перенесём это на квартиру, которую продала Надежда. Двухкомнатная квартира в пятьдесят пять метров принесла застройщику 8,25 млн рублей выручки. Из этой суммы около 6,3 млн ушло на землю, стройку, сети, проектирование, продажи, управление и проценты, а около 1,95 млн стало прибылью до налога. После налога у компании осталось около 1,46 млн рублей.

Если умножить маржу метра на всю продаваемую площадь «Волжских террас», получится масштаб проекта. Пятьдесят тысяч метров по 150 тыс. рублей дают 7,5 млрд рублей выручки. Полная себестоимость составит около 5,7 млрд, а прибыль до налога — около 1,8 млрд рублей. После налога на прибыль группе останется около 1,3 млрд рублей, и всё это при условии, что все квартиры будут проданы по запланированной средней цене.

Надежда долго смотрит на эти цифры и говорит, что ожидала другого. С одной стороны, прибыль в 1,8 млрд рублей на одном жилом комплексе выглядит внушительно. С другой стороны, двадцать с небольшим процентов маржи — совсем не то «наживание», о котором говорят покупатели. Если цены на квартиры упадут на пятнадцать-двадцать процентов, эта маржа почти исчезнет, а проект растянется на восемь лет и потребует сотен миллионов собственных денег группы.

Есть ещё одно различие, которое полезно понимать, читая отчётность. Валовая маржа, которую девелопер показывает в отчёте о прибылях и убытках, обычно не включает коммерческие и управленческие расходы, потому что они отражаются отдельными строками. Если убрать из нашего расчёта маркетинг и управленческие расходы, себестоимость метра составит 105 тыс. рублей, а валовая маржа — 45 тыс. рублей, или тридцать процентов цены. Именно такую валовую маржу и показывает «Мологская девелоперская группа» в своей отчётности по всем проектам.

Интересно сравнить экономику метра в разных городах, где работает «Мологская девелоперская группа». Стоимость строительно-монтажных работ от города к городу различается не так сильно, как цены продажи: бетон, арматура и лифты стоят примерно одинаково, а зарплаты рабочих различаются на десятки процентов, но не в разы. Если в Ярославле метр продаётся по 150 тыс. рублей, а в Подмосковье по 210 тыс., то при близкой стоимости стройки маржа подмосковного проекта может быть заметно выше, даже с учётом более дорогой земли.

Именно поэтому крупные девелоперы так стремятся в Москву и её окрестности, а также в крупнейшие города-миллионники с высокими ценами. В малых городах стройка стоит почти столько же, а цена метра ниже, и маржа получается тоньше. Иногда цена метра в небольшом городе едва покрывает себестоимость, и строить там выгодно только с государственной поддержкой или на очень дешёвой земле. О различиях региональных рынков мы подробнее поговорим в девятой главе.

bannerbanner