
Полная версия:
Девелоперы и строительный сектор
Третий портрет — инсайдер по профессии. Это человек, который работает в отрасли, как Илья или Надежда, и хочет вложиться в то, что, как ему кажется, он хорошо понимает. У него действительно есть преимущество: он видит, как идут продажи, какие проекты задерживаются и как меняются цены у конкурентов. Однако у него есть и опасность: зарплата, премия, а иногда и собственная квартира уже связаны с той же отраслью, и вложение в акции работодателя превращает одну ставку в двойную. Об этом мы подробно поговорим в девятнадцатой главе.
Конечно, в жизни эти портреты смешиваются. Надежда, например, покупала акции МДГ как инсайдер по профессии, а сейчас всё больше думает как охотник за купоном. Илья пока не определился, но склоняется к облигациям. Важно другое: прежде чем покупать бумаги строительной компании, полезно честно ответить себе, какую задачу вы решаете и сколько готовы потерять, если отрасль войдёт в спад.
Остаётся рассказать, как устроена эта книга. Первые главы посвящены механике жилищного девелопмента: жизни одного проекта, экономике квадратного метра, земле, правилам города, эскроу-счетам и проектному финансированию. Дальше мы разберём, откуда берётся спрос: ипотеку, продажи и цены. Затем спустимся на стройплощадку и посмотрим на производителей материалов, а потом выйдем за пределы жилья, к коммерческой недвижимости и инфраструктуре.
Вторая половина книги посвящена инструментам инвестора. Мы научимся читать отчётность девелопера, оценивать его долг, считать справедливую стоимость акций и анализировать облигации застройщиков. Отдельная глава расскажет о строительном цикле и о том, как прошлые кризисы отражались на компаниях. В конце мы соберём всё в портфель и посмотрим, какое место строительный сектор может занять в ваших вложениях.
Несколько глав книги опираются на знания, которые подробно изложены в других книгах серии. Как читать отчётность любой компании и что означают основные мультипликаторы, рассказано в книге о фундаментальном анализе. Как устроена ипотека с точки зрения заёмщика и что выгоднее, гасить кредит досрочно или инвестировать, подробно разобрано в книге «Ипотека или инвестиции». Как анализировать высокодоходные облигации и кредитные спреды, рассказывают отдельные книги серии. Здесь мы будем ссылаться на них одной фразой и сосредоточимся на том, что отличает строительную отрасль от остальных.
Уже сейчас, ещё не открыв ни одного отчёта, вы можете задать себе три вопроса о любой строительной компании. Первый вопрос: к какой из четырёх частей сектора она относится и кто платит ей деньги — семьи, бизнес или государство. Второй вопрос: от чего зависит её выручка в первую очередь — от ипотечных ставок, от бюджетных расходов или от цены сырья. Третий вопрос: что является её главным активом — земля, контракты, производственные мощности или арендаторы. Ответы на эти вопросы сразу подскажут, на какие главы книги стоит обратить особое внимание.
Подведём короткий итог первой главы книги. Строительный сектор состоит из четырёх частей с разными источниками денег и разными циклами: жилья, коммерческой недвижимости, инфраструктуры и стройматериалов. Девелопер похож на продюсера кино: он не строит сам, но собирает землю, деньги и подрядчиков в проект и несёт главный риск. Рост цен на жильё не гарантирует роста прибыли и котировок, потому что себестоимость, кредиты и ожидания рынка меняются вместе с ценами.
Илья и Надежда теперь знают, на какие вопросы им предстоит ответить, и в следующих главах будут возвращаться к ним вместе с вами. Начнём с самого наглядного: возьмём один жилой комплекс и пройдём вместе с ним весь путь от котлована до новоселья. Во второй главе Илья проведёт Надежду по стройке «Волжских террас» и покажет, на каком этапе проект тратит деньги, а на каком начинает их зарабатывать.
Глава 2. Жизнь одного жилого комплекса
В первую субботу октября Надежда приезжает в Ярославль на выходные, и Илья ведёт её на свою стройку. Они проходят мимо поста охраны, надевают каски и жилеты, и Илья сразу предупреждает, что смотреть придётся под ноги. Жилой комплекс «Волжские террасы» растянулся вдоль реки на несколько сотен метров, и с одной точки видно сразу три совершенно разные картины. Слева стоят два почти готовых дома, где уже вставлены окна и монтируют фасад, в центре поднимаются бетонные этажи следующего корпуса, а справа зияет огромный котлован, в котором экскаваторы ещё только выбирают грунт.
Надежда долго смотрит на эту панораму и говорит, что привыкла видеть жилой комплекс как один объект в рекламном буклете. Покупатели, которых она приводит в офис продаж, тоже думают о проекте как о чём-то цельном: вот красивый двор, вот набережная, вот школа через дорогу. Илья смеётся и отвечает, что для него «Волжские террасы» — это три разных стройки с разными сроками, разными бригадами и даже разными кредитами в банке. Первый дом сдадут весной, а последний только через три года, и всё это время компания будет одновременно тратить и получать деньги.
Этот разговор хорошо показывает, как по-разному видят проект покупатель и девелопер. Покупатель видит готовый результат на картинке, девелопер — длинный процесс, растянутый на годы, где каждый этап требует своих решений, своих денег и несёт свои риски. Инвестору нужна именно вторая картина, потому что прибыль и проблемы компании возникают не в момент продажи квартиры, а на протяжении всей жизни проекта. В этой главе мы пройдём её от начала до конца.
Жизнь любого жилого комплекса можно разделить на пять стадий. Первая стадия — земля: девелопер находит участок, оценивает, что и сколько на нём можно построить, и приобретает права на него. Вторая стадия — проектирование: архитекторы и инженеры создают проект дома, который затем проходит экспертизу, после чего застройщик получает разрешение на строительство. Третья стадия — сама стройка, от котлована до отделки мест общего пользования и благоустройства двора.
Четвёртая стадия — продажи, и она идёт не после стройки, а параллельно с ней. Застройщик начинает продавать квартиры, как только получает разрешение на строительство и публикует проектную декларацию, то есть зачастую ещё до того, как экскаватор выкопает первый кубометр грунта. Пятая стадия — ввод в эксплуатацию: государственная комиссия проверяет готовый дом, застройщик получает разрешение на ввод, передаёт квартиры покупателям и получает деньги, которые всё это время копились на специальных счетах.
Удобно представить эти стадии как свадьбу, которую планируют заранее. Сначала выбирают и бронируют зал, то есть покупают землю. Затем продумывают сценарий, меню и оформление и согласовывают всё с площадкой, это проектирование и разрешения. Потом рассылают приглашения и собирают подтверждения гостей, это продажи.
Параллельно украшают зал и готовят угощение, это стройка. В конце наступает сам праздник, и только тогда становится понятно, удалось ли уложиться в бюджет.
На стадии земли девелопер принимает самое важное решение во всём проекте. Именно здесь определяется, в каком месте будет дом, для кого он будет построен и сколько метров на этом участке можно продать. Ошибка на этом этапе почти не исправляется потом: если участок куплен слишком дорого или в месте, где мало покупателей, никакая хорошая стройка не спасёт проект. Участок под «Волжские террасы» компания купила около четырёх лет назад у бывшего судоремонтного предприятия, и о том, как девелоперы выбирают и оценивают такие участки, мы подробно поговорим в четвёртой главе.
На стадии проектирования рождается сам дом. Архитекторы решают, сколько будет корпусов и этажей, какие квартиры и в какой пропорции: сколько студий, сколько однокомнатных и сколько семейных квартир. Инженеры рассчитывают фундамент, конструкции, инженерные сети и подъезды. Затем проект проходит экспертизу, и после этого застройщик получает разрешение на строительство. Это бюрократическая часть пути, и её сроки часто оказываются для девелопера неприятным сюрпризом, о чём пойдёт речь в пятой главе.
Обратите внимание, что на первых двух стадиях проект только тратит деньги. Земля оплачивается, проектировщики получают гонорары, за экспертизу и согласования платятся пошлины и сборы, а продавать ещё нечего. На этом этапе девелопер рискует исключительно собственным капиталом, потому что банки неохотно кредитуют проект, у которого нет даже разрешения на строительство. Вот почему у девелопера всегда должен быть запас собственных денег или корпоративного долга, о котором мы подробно поговорим в главах о долге и облигациях.
Стадия стройки самая заметная и самая длинная. Для многоэтажного дома в двадцать-двадцать пять этажей она обычно занимает от двух до трёх лет, а иногда и больше. Сначала идёт нулевой цикл: котлован, фундамент, подземная часть здания. Затем возводится коробка, этаж за этажом, потом закрывается контур дома окнами и кровлей, монтируются инженерные системы, фасад, лифты и, наконец, благоустраивается двор.
Стадия продаж начинается, как только у застройщика появляется право заключать договоры с покупателями. Первые квартиры продаются на этапе котлована по самым низким ценам, потому что покупатель берёт на себя риск долгого ожидания. По мере того как дом растёт, цены поднимаются, и последние квартиры в почти готовом доме обычно стоят заметно дороже первых. Как именно устроен этот рост и почему он так важен для прибыли, мы разберём в девятой главе.
Стадия ввода завершает жизнь проекта как стройки, но не как бизнеса. Когда дом готов, застройщик подаёт документы на ввод в эксплуатацию, приглашает комиссию и после её проверки получает разрешение на ввод. С этого момента начинается передача квартир покупателям, а деньги со специальных счетов поступают застройщику и идут в первую очередь на погашение банковского кредита. Именно в этот момент девелопер наконец видит свою прибыль в виде настоящих денег, а не только цифр в отчётности.
Сколько же длится весь путь? Для одного многоэтажного дома от покупки участка до передачи ключей обычно проходит от четырёх до шести лет. Год-полтора уходит на подготовку участка, проектирование и разрешения, два-три года на стройку, ещё несколько месяцев на ввод и передачу квартир. Для большого жилого комплекса из нескольких очередей весь цикл растягивается на семь-десять лет и больше.
Хронология «Волжских террас» хорошо иллюстрирует эти сроки. Участок компания купила около четырёх лет назад, полтора года ушло на расчистку территории, проектирование, экспертизу и получение разрешения на первую очередь. Стройка первой очереди идёт чуть больше двух лет, и её сдача намечена на весну. Вторая очередь стартовала на год позже первой, третья — ещё через год, так что весь комплекс будет закончен примерно через восемь лет после покупки земли.
Между вводом дома и тем моментом, когда последний покупатель получит ключи, тоже проходит время. Сначала нужно получить разрешение на ввод, затем поставить дом на кадастровый учёт, разослать уведомления покупателям и провести сотни приёмок. Обычно это занимает от нескольких недель до нескольких месяцев. Для покупателя это томительное ожидание, а для девелопера — период, когда деньги уже почти доступны, но ещё не пришли на счёт.
Сравните это с бизнесом, к которому мы привыкли в повседневной жизни. Пекарня покупает муку утром и продаёт хлеб вечером, магазин одежды оборачивает товар за несколько месяцев, автозавод собирает машину за несколько дней. У девелопера между первым вложенным рублём и последним полученным проходит несколько лет. За это время успевают смениться ключевая ставка, условия ипотеки, цены на материалы, а иногда и правила игры в отрасли целиком.
Сроки почти всегда растягиваются, и полезно знать, где именно. Первое узкое место — подготовка участка: снос старых зданий, вывоз загрязнённого грунта, переселение арендаторов, оформление прав. На бывших промышленных территориях, где земля дешевле, именно этот этап может занять больше времени, чем планировалось, потому что под землёй находят старые коммуникации или загрязнения. Под «Волжскими террасами», например, обнаружились фундаменты старых цехов, которые пришлось разбирать почти три месяца.
Второе узкое место — согласования и экспертиза. Если эксперты находят ошибки в проекте, его приходится дорабатывать и подавать заново, и каждая итерация добавляет недели. Третье узкое место — подключение к сетям: электричеству, воде, канализации, теплу. Если в районе не хватает мощностей, ресурсоснабжающие организации могут тянуть с техническими условиями, и дом, готовый по стенам, месяцами ждёт подключения.
Четвёртое узкое место — сама стройка. Нехватка рабочих, задержки поставок материалов, плохая погода, проблемы у подрядчика, ошибки в проекте, которые обнаруживаются уже на площадке, — всё это сдвигает график. Наконец, пятое узкое место — ввод в эксплуатацию, когда комиссия находит недочёты и требует их устранить. Каждый из этих сдвигов стоит денег, и о том, сколько именно, мы поговорим в десятой главе.
Теперь вернёмся к тому, что поразило Надежду: почему один жилой комплекс выглядит как три разные стройки. Девелоперы почти никогда не строят большой проект целиком за один раз. Они делят его на очереди, а очереди — на корпуса, и запускают их последовательно, с интервалом в год-полтора. «Волжские террасы» состоят из трёх очередей: в первой два корпуса и около восемнадцати тысяч квадратных метров квартир, во второй и третьей примерно по шестнадцать тысяч метров.
Зачем девелоперу нужно такое дробление проекта? Причин несколько, и все они связаны с деньгами и рисками. Во-первых, на одну очередь нужно меньше банковского кредита, и банк охотнее его выдаёт. Во-вторых, девелопер может проверить спрос: если первая очередь продаётся хорошо, вторую запускают раньше и с более высокими ценами, если плохо — откладывают и меняют концепцию. В-третьих, деньги от сдачи первой очереди могут пойти на финансирование следующих, и девелоперу нужно меньше собственного капитала.
Есть и ещё одна причина, менее очевидная. Когда первые жители въезжают в готовые дома, район оживает: открываются магазины, кафе, детская площадка, появляется ощущение обжитого места. Покупатели следующих очередей видят не рекламную картинку, а реальный двор, и готовы платить больше. Девелоперы сознательно используют этот эффект, поэтому первую очередь часто делают самой красивой и вкладывают в её благоустройство больше, чем требуется.
У дробления на очереди есть и обратная сторона. Жители первых домов несколько лет живут рядом со стройкой: шум, пыль, грузовики, закрытые проезды. Если девелопер обещал школу или парк в составе проекта, а построил их только к последней очереди, первые покупатели чувствуют себя обманутыми, и репутация проекта страдает. Кроме того, если рынок развернётся вниз, последние очереди могут быть заморожены на годы, и обещанная картинка жилого комплекса так и не будет нарисована до конца.
Такие истории происходили в каждом кризисе. Девелопер сдаёт первую очередь, а вторую откладывает до лучших времён, потому что продажи упали, а кредит подорожал. Участок второй очереди годами стоит огороженным пустырём, жители первых домов пишут жалобы, а в отчётности компании этот участок числится как земельный банк. Для инвестора такая заморозка — не всегда плохо: девелопер, который вовремя остановился, сохраняет деньги, тогда как тот, кто упрямо строит без спроса, рискует остаться с непроданными квартирами.
Перейдём к самому важному для инвестора вопросу: когда девелопер тратит деньги и когда их получает. Если нарисовать график денежных потоков одного корпуса, он будет похож на глубокую яму, которая постепенно выравнивается. Сначала деньги уходят на землю, проектирование и подготовку участка, и всё это из собственных средств группы. Затем подключается банк, и стройку финансирует кредит. Деньги покупателей всё это время лежат на специальных счетах и недоступны застройщику до сдачи дома.
В результате на протяжении нескольких лет проект только поглощает деньги. В «Волжских террасах» группа ещё до начала стройки вложила около шестисот миллионов рублей в участок и около полутора сотен миллионов в проектирование, экспертизу и подготовку площадки. Всего на пике собственные вложения группы в проект, с учётом обязательного собственного взноса по требованию банка, достигают примерно 750 млн рублей. Как устроена эта конструкция и сколько стоит банковский кредит, мы подробно посчитаем в седьмой главе.
Деньги возвращаются девелоперу в момент ввода каждой очереди. Когда первая очередь «Волжских террас» будет сдана, деньги покупателей её квартир поступят застройщику, банк получит погашение своей части кредита, а остаток станет прибылью и возвратом собственного капитала группы. Если дом полностью продан до ввода, этот момент приносит сразу большую сумму. Если нет, часть квартир придётся продавать уже в готовом доме, и деньги будут приходить постепенно.
Такая схема делает денежный поток девелопера рваным и труднопредсказуемым. В год, когда компания сдаёт много домов, она получает огромные суммы, а в год, когда она в основном запускает новые проекты, может быть в глубоком минусе по деньгам. Аналитики называют это отрицательным операционным денежным потоком, и для растущего девелопера он может быть совершенно нормальным явлением. Как отличать здоровый минус от опасного, мы научимся в четырнадцатой главе.
Любопытно, что прибыль в отчётности девелопера появляется совсем не тогда, когда приходят деньги. По международным стандартам выручку от проданных квартир признают постепенно, по мере того как дом строится, а не в момент ввода. Поэтому компания может годами показывать прибыль по проекту, деньги от которого ещё не получены, и это одна из главных ловушек для начинающего читателя отчётов. Механику такого признания мы подробно разберём в четырнадцатой главе, а здесь важно понять сам принцип: бухгалтерская прибыль и живые деньги у девелопера движутся по разным графикам.
Для покупателя квартиры эта разница незаметна, но для инвестора она решает многое. Компания, которая показывает рекордную прибыль, может одновременно испытывать нехватку денег, если её проекты ещё далеки от ввода. Обратная ситуация тоже возможна: год крупных сдач приносит много денег, хотя прибыль по этим домам уже была показана раньше. Поэтому в каждом отчёте девелопера полезно смотреть на прибыль и на денежный поток вместе.
Чтобы понимать, насколько успешно идёт проект, девелоперы и банки следят за двумя графиками одновременно. Первый график показывает строительную готовность: какой процент работ уже выполнен в денежном выражении. Второй график показывает распроданность: какая доля квартир уже продана, в метрах или в деньгах. В идеальном проекте второй график идёт выше первого, то есть продажи опережают стройку.
Почему так важно, чтобы продажи опережали стройку? Представьте корпус, который построен на шестьдесят процентов, но продан только на двадцать. Это значит, что девелопер вложил много денег в бетон и материалы, а будущая выручка ещё не обеспечена покупателями. Если рынок в этот момент ухудшится, компании придётся снижать цены на оставшиеся восемьдесят процентов квартир, и маржа проекта может исчезнуть.
Обратная ситуация тоже бывает, хотя и реже. Корпус построен на тридцать процентов, а продан на семьдесят. Казалось бы, отличная новость, но она может означать, что девелопер продавал слишком дёшево и отдал покупателям часть прибыли, которую мог бы получить позже, когда дом подрос бы и подорожал. Опытные девелоперы стараются держать распроданность чуть выше готовности, без большого отставания и без большого забега вперёд.
Илья видит эти два графика на ежемесячных совещаниях. Первая очередь «Волжских террас» сейчас построена примерно на девяносто процентов и продана на восемьдесят пять. Вторая очередь построена на сорок процентов и продана на сорок пять. Третья очередь только начала продаваться, и в ней продано около десяти процентов квартир при почти нулевой готовности. Илья объясняет Надежде, что это хороший баланс, и Надежда кивает: она и сама видит, что квартиры во второй очереди идут бодро.
Для инвестора эти два показателя важны не только в отдельном проекте, но и в целом по компании. Многие девелоперы раскрывают в своих операционных отчётах долю распроданности проектов в стадии стройки, и если эта доля заметно падает от квартала к кварталу, это ранний сигнал о проблемах со спросом. Подробно о том, как читать операционный отчёт, мы поговорим в девятой главе.
Когда дом введён в эксплуатацию, начинается передача квартир. Застройщик рассылает покупателям уведомления о готовности дома и приглашает их на осмотр. Покупатель приходит в квартиру вместе с представителем застройщика, проверяет стены, окна, двери, сантехнику, электрику, иногда приглашает независимого специалиста. Если всё в порядке, стороны подписывают акт приёма-передачи, и с этого момента квартира переходит под ответственность покупателя.
Если покупатель находит недостатки, их записывают в акт осмотра, и застройщик обязан устранить их в разумный срок. На практике в новом доме почти всегда находятся мелкие замечания: неровно уложенная плитка в санузле, царапина на стеклопакете, плохо работающая дверь балкона. Илья рассказывает, что на первой очереди «Волжских террас» его отдел заранее прошёл все квартиры и устранил большую часть дефектов до приёмки, потому что каждый спорный акт затягивает передачу и портит репутацию проекта.
Бывает, что покупатель не приходит на приёмку или отказывается подписывать акт без серьёзных оснований. Закон о долевом строительстве даёт застройщику право через определённый срок составить односторонний акт передачи квартиры. Однако серьёзные девелоперы стараются этим правом не злоупотреблять, потому что недовольные покупатели быстро распространяют свои отзывы, и следующие очереди продаются хуже. Ответственность застройщика за качество не заканчивается с подписанием акта, а продолжается годами, и о финансовой стороне этих обязательств мы поговорим в десятой главе.
После передачи квартир у дома появляется новая жизнь, и в ней участвует управляющая компания. Она отвечает за обслуживание общего имущества: лифтов, подъездов, инженерных систем, кровли, двора. Сразу после сдачи дома управляющую компанию обычно назначает застройщик, а затем жители на общем собрании могут выбрать другую. Многие девелоперы держат собственные управляющие компании и стараются сохранить дома под своим обслуживанием.
С момента подписания акта покупатель начинает платить за содержание квартиры и коммунальные услуги. До этого за пустые квартиры платит застройщик, и для него это заметная статья расходов в период передачи. Если часть квартир осталась непроданной или покупатели долго не приходят на приёмку, девелопер месяцами оплачивает отопление и обслуживание чужих, по сути, квартир. Это ещё одна причина, по которой компании стараются распродать дом до ввода и провести передачу быстро.
Для девелопера управляющая компания интересна по нескольким причинам. Во-первых, она приносит небольшую, но стабильную выручку, которая не зависит от продаж квартир. Во-вторых, она помогает поддерживать репутацию: если дома компании хорошо обслуживаются, жители рекомендуют её проекты друзьям и родственникам, и это снижает затраты на рекламу. В-третьих, она позволяет девелоперу продавать жителям дополнительные услуги, от охраны и уборки до ремонта и обслуживания паркинга.
С точки зрения инвестора выручка управляющих компаний обычно составляет малую долю доходов девелопера, и на оценку компании она влияет слабо. Однако качество управления домами — хороший индикатор отношения компании к своим клиентам. Если о её управляющей компании пишут много жалоб, стоит задуматься, не экономит ли девелопер и на других вещах, например на качестве строительства. Надежда говорит, что в Нижнем Новгороде покупатели всё чаще спрашивают, кто будет обслуживать дом, и некоторые отказываются от покупки, узнав название управляющей компании.
Теперь отойдём от одного проекта и посмотрим на девелопера целиком. У крупной компании одновременно находятся в работе десятки проектов и сотни корпусов на разных стадиях. У «Мологской девелоперской группы» сейчас около тридцати пяти жилых комплексов в четырёх регионах, и в них одновременно строится больше ста корпусов. Одни только получают разрешение на строительство, другие поднимаются над землёй, третьи сдаются, четвёртые ещё лежат в земельном банке в виде участков.
Если разложить портфель МДГ по стадиям, получится такая картина. В стадии строительства находится около ста десяти корпусов, в которых около 2,4 млн квадратных метров квартир. Ещё около дюжины проектов проходят проектирование и согласования и должны выйти в продажу в ближайшие полтора года. Остальная часть земельного банка — это участки, на которых работы начнутся через несколько лет. Каждый год компания сдаёт около двадцати корпусов и примерно столько же запускает.
Такая структура означает, что большая часть будущей выручки МДГ на ближайшие два-три года уже «в бетоне»: дома строятся, значительная часть квартир в них продана, деньги лежат на специальных счетах. Неопределённость касается в основном того, по каким ценам будут проданы оставшиеся квартиры и как быстро компания сможет запускать новые проекты. Для инвестора это важное различие: часть стоимости девелопера уже почти гарантирована, а часть зависит от будущего рынка.

