Читать книгу Девелоперы и строительный сектор (Виталий Гурьев) онлайн бесплатно на Bookz
Девелоперы и строительный сектор
Девелоперы и строительный сектор
Оценить:

3

Полная версия:

Девелоперы и строительный сектор

Виталий Гурьев

Девелоперы и строительный сектор

Эта книга носит исключительно образовательный и информационный характер. Ни одно из её положений не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией, предложением купить или продать какой-либо финансовый инструмент, налоговой или юридической консультацией.

Все герои, примеры, расчёты и ставки в книге вымышлены или приведены для иллюстрации. Упоминания реальных компаний не являются рекламой или оценкой их текущей деятельности. Требования Банка России, правила биржи и налоговые нормы изложены по состоянию на момент написания книги и могут измениться.

Перед любым решением сверяйтесь с актуальными документами эмитента и нормативными актами, а при необходимости консультируйтесь со специалистом. Инвестиции связаны с риском, включая потерю части или всего вложенного капитала, и решения о вложении денег вы принимаете самостоятельно и под свою ответственность.


Глава 1. Город, который растёт этажами

В половине восьмого утра в вагончике на краю стройплощадки в Ярославле пахнет растворимым кофе и мокрыми куртками. Илья сидит у окна, за которым видны два башенных крана и бетонные стены будущего девятого этажа, и слушает, как начальник участка перечисляет задачи на день. Ему тридцать четыре года, восемь из них он работает инженером строительного контроля в «Мологской девелоперской группе», и его работа состоит в том, чтобы подрядчики делали дом так, как он нарисован в проекте. Он знает, сколько арматуры уходит на перекрытие и почему бетон зимой греют проводами, но когда коллеги в обед обсуждают, почему акции их же компании за неделю подешевели на шесть процентов, Илья молчит. На его брокерском счёте лежат триста таких акций, и он до сих пор не может объяснить себе, что именно двигает их цену.

В то же утро в Нижнем Новгороде Надежда открывает офис агентства недвижимости и раскладывает на столе планировки квартир. Ей сорок четыре года, она двоюродная сестра Ильи и уже восемнадцать лет продаёт квартиры: сначала на вторичном рынке, а последние десять лет в основном в новостройках. Она знает, какие планировки уходят за неделю, а какие висят в продаже по полгода, как покупатели реагируют на слово «рассрочка» и что происходит в офисе застройщика, когда банк меняет условия ипотеки. В 2021 году Надежда купила на размещении тысячу акций той же «Мологской девелоперской группы» по семьсот рублей, потому что видела, как бойко идут продажи. Сейчас эти акции стоят около четырёхсот пятидесяти рублей, и вопрос «что я тогда не учла» не даёт ей покоя.

Илья видит отрасль с площадки, Надежда — из офиса продаж. Оба уверены, что знают строительство лучше большинства инвесторов, и оба одинаково растеряны, когда речь заходит о том, сколько стоит компания и почему её котировки живут своей жизнью. Когда в субботу они созваниваются, разговор неизбежно скатывается к одному вопросу: держать ли акции, покупать ли облигации застройщиков, которые предлагают заметно более высокий купон, чем вклады, или вообще держаться от отрасли подальше. Ответа у них нет, потому что каждый видит только свою часть картины.

Возможно, вы узнаёте себя в ком-то из них. Может быть, вы работаете в строительстве, в банке, который выдаёт ипотеку, или в агентстве недвижимости. Может быть, вы недавно купили квартиру в новостройке, прожили год с видом на соседний котлован и задумались, кто на всём этом зарабатывает. Может быть, вы просто заметили, что в каждом крупном городе страны одновременно растут десятки жилых комплексов, и вам интересно, как в этот процесс встроиться с помощью ценных бумаг.

Эта книга написана для всех этих читателей. Мы пройдём весь путь от пустого участка земли до дома, в котором уже горят окна, и на каждом шаге будем задавать один и тот же вопрос: где здесь деньги, кто ими распоряжается и что из них может достаться инвестору. Мы поговорим не только о жилье, но и о складах, офисах, дорогах, мостах и цементных заводах, потому что строительный сектор гораздо шире, чем кажется человеку, который смотрит на краны из окна.

Начнём с того, кто есть кто на стройке, потому что в этой отрасли много похожих слов, которые обозначают разные роли. Самое важное из них — девелопер. Это компания, которая придумывает проект, находит под него землю и деньги, организует строительство и продаёт результат. Девелопер может не забить ни одного гвоздя своими руками, но именно он отвечает за то, чтобы на пустыре появился дом, который кто-то захочет купить по цене выше затрат.

Удобнее всего понять девелопера через сравнение с продюсером кино. Продюсер находит сценарий, договаривается с инвесторами, нанимает режиссёра, актёров и съёмочную группу, следит за бюджетом и сроками, а затем продаёт фильм кинотеатрам и платформам. Сам он не стоит за камерой и не играет главную роль, но если фильм провалится, проиграет прежде всего он. Девелопер делает то же самое с домом: его сценарий — это концепция жилого комплекса, съёмочная площадка — участок земли, а зрители — покупатели квартир, которые часто платят за билет ещё до того, как фильм снят.

Мы будем возвращаться к этому сравнению на протяжении всей книги, потому что оно хорошо объясняет и сильные стороны девелопера, и его риски. Успешный продюсер умеет выбрать сценарий, который понравится публике, и уложиться в бюджет. Неудачный продюсер может переплатить за права на сценарий, затянуть съёмки, рассориться с режиссёром и выпустить фильм в тот момент, когда публика уже ходит на совсем другое кино. Почти все проблемы девелоперов, о которых пойдёт речь в книге, укладываются в эту картину.

Рядом с девелопером стоит застройщик. В повседневной речи эти слова часто используют как синонимы, но у застройщика есть точный юридический смысл. Застройщик — это юридическое лицо, которое владеет правами на земельный участок, получает разрешение на строительство и заключает договоры с покупателями квартир. Обычно у крупного девелопера десятки таких застройщиков, по одному или по нескольку на каждый проект, и все они входят в одну группу компаний. Зачем это нужно и чем это важно для инвестора, мы разберём в главе об отчётности, а пока запомните, что застройщик — это юридическая оболочка проекта, а девелопер — команда, которая этой оболочкой управляет.

Третья роль на стройке принадлежит техническому заказчику. Это организация, которая от имени застройщика занимается инженерной стороной проекта: заказывает изыскания и проектирование, проходит экспертизу, получает разрешения, нанимает подрядчиков и принимает у них работы. В крупных группах технический заказчик обычно свой, отдельная компания внутри группы. Небольшие застройщики нередко нанимают его со стороны, и от его квалификации во многом зависит, уложится ли проект в сроки.

Четвёртая роль — генеральный подрядчик, или генподрядчик. Это строительная компания, которая берёт на себя возведение здания целиком: от котлована до отделки мест общего пользования. Генподрядчик отвечает перед застройщиком за сроки, качество и цену, а сам привлекает субподрядчиков для отдельных видов работ. Одни девелоперы строят собственными силами и держат генподрядчика внутри группы, другие отдают стройку внешним компаниям, и у каждого подхода есть плюсы и минусы, о которых мы подробно поговорим в десятой главе.

Субподрядчики замыкают эту цепочку участников стройки. Это компании, которые делают отдельные виды работ: монолитные бетонные конструкции, фасады, лифты, инженерные системы, остекление, благоустройство двора. На крупной стройке одновременно могут работать два-три десятка субподрядчиков, и задача генподрядчика — сделать так, чтобы они не мешали друг другу. Илья как раз проверяет работу таких компаний: принимает армирование перед заливкой бетона, смотрит, как смонтированы окна, и не подписывает акты, если что-то сделано не по проекту.

Вокруг этой цепочки работает ещё несколько участников, без которых дом не появится. Проектный институт или архитектурное бюро рисует здание и рассчитывает его конструкции. Банк открывает застройщику кредитную линию и хранит деньги покупателей до сдачи дома. Агентства недвижимости, в одном из которых работает Надежда, приводят покупателей и получают за это комиссию. После сдачи дома в дело вступает управляющая компания, которая будет обслуживать его долгие годы.

У каждого из этих участников своя бизнес-модель и свой риск. Проектировщик и агентство продают услуги и почти не вкладывают собственных денег в конкретный дом. Банк зарабатывает проценты и рискует тем, что проект не будет достроен или распродан. Девелопер же вкладывает в проект собственный капитал задолго до того, как получит первый рубль выручки, и поэтому именно он оказывается последним в очереди на деньги, если что-то идёт не так.

Почему всё это важно инвестору? Потому что деньги и риски распределяются между ролями очень неравномерно. Девелопер получает основную часть прибыли, но и несёт основной риск: если цены на квартиры упадут, генподрядчик всё равно получит оплату за выполненные работы, а девелопер может оказаться в убытке. Подрядчик зарабатывает скромную наценку на объёме работ и рискует в основном тем, что заказчик не заплатит или что материалы подорожают сильнее, чем заложено в договоре. Покупая бумаги компании, полезно сразу понять, какую роль она играет и чей риск вы на себя берёте.

Теперь посмотрим на строительный сектор сверху. Его удобно разделить на четыре части, которые живут по разным законам. Первая и самая заметная часть — жилищное строительство, то есть многоквартирные дома и частные дома, которые строятся для продажи людям. Именно об этой части чаще всего говорят в новостях и именно в ней работают почти все публичные девелоперы на российском рынке.

Вторая часть — коммерческая недвижимость: офисные центры, склады, торговые центры, гостиницы. Здесь покупатель или арендатор — не семья, а компания, и экономика проекта строится не на продаже квартир, а чаще на сдаче площадей в аренду на много лет вперёд. Этой части мы посвятим двенадцатую главу и увидим, что владелец склада больше похож на получателя ренты, чем на продюсера фильма.

Третья часть — инфраструктурное и промышленное строительство: дороги, мосты, тоннели, железнодорожные пути, аэропорты, заводы, электростанции. Главный заказчик здесь — государство или крупные компании, а исполнитель — подрядчик, который выигрывает конкурс и работает по договору. Здесь нет продаж квартир и нет ипотеки, зато есть авансы, сметы и многолетние контракты, о которых пойдёт речь в тринадцатой главе.

Четвёртая часть — производство строительных материалов: цемента, бетона, кирпича, газобетона, стекла, утеплителя. Эти компании продают свою продукцию всем трём предыдущим частям сектора и поэтому чувствуют общий пульс стройки раньше и острее других. Об их экономике мы поговорим в одиннадцатой главе, а пока отметим, что цементный завод зарабатывает на объёме строительства в целом, а не на успехе конкретного жилого комплекса.

Эти четыре части связаны между собой, но циклы у них не совпадают. Жилищное строительство в первую очередь зависит от ипотеки и доходов населения, коммерческая недвижимость — от того, как чувствует себя бизнес, инфраструктура — от государственных бюджетов, а стройматериалы — от всех трёх сразу. Бывают годы, когда жильё переживает бум, а инфраструктурные подрядчики сидят без заказов, и наоборот. Поэтому фраза «строительный сектор вырос» почти ничего не говорит о том, что происходит с конкретной компанией.

Насколько велик этот сектор для экономики страны? Строительство обычно занимает порядка нескольких процентов всей добавленной стоимости в экономике, а работают в нём миллионы человек, если считать вместе с проектировщиками, производителями материалов и риелторами. Однако настоящая его роль больше, чем показывают эти доли. Каждая новая квартира тянет за собой заказы цементникам, металлургам, производителям окон, лифтов, кабеля, мебели и бытовой техники, а ипотека даёт работу банкам.

Экономисты называют это мультипликатором: рубль, вложенный в стройку, порождает спрос в десятках смежных отраслей. Именно поэтому государство так внимательно следит за жилищным строительством и так часто его поддерживает, когда экономика замедляется. Для инвестора отсюда следует важный вывод: девелоперы находятся в зоне постоянного внимания властей, и правила игры в отрасли меняются чаще, чем во многих других секторах. О том, как это выглядит на практике, мы поговорим в главах о регулировании, эскроу-счетах и ипотеке.

Есть у строительства и ещё одна особенность, которая делает его барометром экономики. Решение купить квартиру — одно из самых крупных финансовых решений в жизни семьи, и люди принимают его, только когда уверены в своих доходах и могут позволить себе кредит. Когда уверенность падает или кредиты дорожают, продажи новостроек замедляются одними из первых. Поэтому данные о продажах жилья аналитики используют как ранний сигнал о настроениях населения в целом.

Обратная связь работает так же сильно. Когда продажи новостроек падают, девелоперы откладывают запуск новых домов, через несколько месяцев снижаются заказы на цемент и бетон, затем сокращаются рабочие места на стройках и в смежных отраслях. Поэтому спад в жилищном строительстве редко остаётся локальной проблемой одной отрасли. Для инвестора это означает, что бумаги строительного сектора обычно реагируют на перемены в экономике раньше и сильнее, чем бумаги компаний, которые продают товары повседневного спроса.

Чтобы понять, почему отрасль устроена именно так, полезно бросить короткий взгляд в прошлое. В советское время жильё строило государство, а главными исполнителями были домостроительные комбинаты, которые выпускали панели на заводе и собирали из них дома по типовым проектам. Начиная с конца 1950-х годов такие комбинаты построили большую часть того жилого фонда, в котором страна живёт до сих пор. Квартиры не продавались, а распределялись, поэтому вопрос, сколько стоит метр и кто на нём зарабатывает, просто не возникал.

В 1990-х годах эта система распалась. Государственные заказы почти исчезли, комбинаты были приватизированы, часть из них закрылась, а часть начала искать покупателей сама. Появились первые частные строительные компании, которые возводили дома на деньги будущих жильцов: человек платил за квартиру в доме, которого ещё нет, а компания на эти деньги строила. Банковской ипотеки в массовом виде ещё не было, и покупатели квартир фактически кредитовали застройщиков без процентов и без гарантий.

В 2000-х годах эта схема получила законодательную основу, а в стране появилась ипотека. Цены на жильё росли быстро, и строительство превратилось в один из самых прибыльных бизнесов. Именно тогда сложились многие крупные девелоперы, которые работают и сегодня, в том числе в регионах. Однако у схемы «деньги покупателей вперёд» оказалась тёмная сторона: часть застройщиков не достраивала дома, и тысячи семей оставались без квартир и без денег. Эту историю мы подробно разберём в шестой главе.

В конце 2010-х годов государство перестроило правила, и деньги покупателей стали попадать на специальные банковские счета, откуда застройщик получает их только после сдачи дома. Стройку теперь финансирует банк, а не покупатель. Это изменение перевернуло экономику отрасли: выжили и выросли компании с доступом к банковским кредитам и сильными продажами, а множество мелких застройщиков ушли с рынка. В 2020-х годах на эту новую конструкцию наложилась массовая льготная ипотека, которая разогнала продажи до рекордных уровней, а затем её сворачивание показало, насколько отрасль зависит от дешёвых кредитов.

Если сжать эту историю до одной фразы, она звучит так: российский девелопер прошёл путь от государственного завода по сборке панелей до финансовой компании, которая управляет землёй, кредитами и продажами. Сегодняшний крупный застройщик по своей сути ближе к банку или инвестиционной компании, чем к строителю. Его главные навыки — найти правильную землю, получить дешёвое финансирование и продать квартиры быстрее конкурентов, а сама стройка во многом стала стандартной технологией.

Теперь о том, что из этого доступно на бирже. На Московской бирже обращаются акции лишь нескольких девелоперов, хотя крупных застройщиков в стране десятки. Причины похожи на те, что мешают выходить на биржу компаниям многих других отраслей. Владельцы прибыльного бизнеса не спешат делиться им с миноритариями, раскрытие информации требует расходов и открывает конкурентам детали проектов, а размер многих региональных застройщиков слишком мал, чтобы их акции были интересны крупным покупателям.

Публичные девелоперы пришли на биржу несколькими волнами. Первые размещения прошли ещё в середине 2000-х годов, на фоне быстрого роста цен на жильё и общего интереса к российскому рынку. Следующая заметная волна пришлась на начало 2020-х годов, когда продажи новостроек росли благодаря льготной ипотеке, а частные инвесторы массово открывали брокерские счета. Именно на этой волне, в 2021 году, разместилась и наша вымышленная «Мологская девелоперская группа», и именно тогда Надежда купила её акции. О том, как устроены размещения и почему покупать на них стоит с осторожностью, подробно рассказывает книга серии об IPO и SPO.

С облигациями застройщиков картина совсем другая. Облигации на бирже выпускают несколько десятков застройщиков, от крупнейших федеральных компаний до небольших региональных фирм, которые строят по два-три дома в одном городе. Для девелопера облигации — способ занять деньги на покупку земли и другие нужды, которые нельзя оплатить проектным кредитом. Для инвестора это возможность получить купон выше, чем у надёжных эмитентов, но вместе с риском, что компания не справится. Облигациям застройщиков посвящена семнадцатая глава.

Стоит иметь в виду и ещё одну особенность публичных девелоперов. Почти у всех них есть крупный основной владелец, который контролирует большую часть акций, а в свободном обращении находится лишь пятая или четвёртая часть капитала. Это значит, что судьба миноритария во многом зависит от решений одного человека или семьи. В шестнадцатой главе мы увидим, как это отражается на дивидендах и на оценке компании.

Теперь пора разобрать самый популярный миф об отрасли. Он звучит так: недвижимость дорожает всегда, значит, и компании, которые её строят, обречены расти. Многие люди, включая Надежду, покупали акции девелоперов именно с этой мыслью. Квадратные метры в их городе за двадцать лет подорожали в разы, и кажется очевидным, что тот, кто производит эти метры, должен богатеть вместе с ними.

Ошибка этого рассуждения состоит в трёх местах. Во-первых, цены на жильё растут не всегда: бывают годы, когда они стоят на месте или снижаются, особенно если учесть инфляцию, и такие периоды могут тянуться долго. Во-вторых, рост цены метра не равен росту прибыли застройщика, потому что одновременно дорожают земля, материалы, работа строителей и кредиты. Если себестоимость растёт быстрее цены продажи, маржа девелопера сжимается, даже когда покупатели жалуются на дорогие квартиры.

В-третьих, даже хорошая прибыль не гарантирует роста акций, если инвесторы заплатили за неё слишком много. Надежда покупала акции «Мологской девелоперской группы» в момент, когда продажи были рекордными, ипотека дешёвой, а рынок верил, что так будет всегда. Компания с тех пор продолжила строить и продавать, её выручка выросла, но цена акций упала больше чем на треть. Причина в том, что изменились условия кредитования и ожидания рынка, а вместе с ними и то, сколько инвесторы готовы платить за каждый рубль прибыли.

Посмотрите на это с другой стороны. Хлебозавод не становится выгодной инвестицией только потому, что хлеб нужен всем и каждый год дорожает. Если мука дорожает быстрее хлеба, а завод в долгах, его владельцы могут годами не видеть прибыли. С девелоперами происходит то же самое, только в ещё более резкой форме, потому что их бизнес построен на долгих проектах и больших кредитах.

Полезнее заменить миф более точной формулой. Девелопер зарабатывает на разнице между ценой продажи и полной себестоимостью метра, умноженной на объём продаж, и эта разница чувствительна к десяткам факторов, от ключевой ставки до правил выдачи разрешений. Рост цен на жильё — лишь один из этих факторов, и далеко не всегда главный. Всю книгу мы будем разбирать эти факторы по одному.

Чтобы разговор был предметным, нам понадобится сквозной пример. Знакомьтесь: «Мологская девелоперская группа», или сокращённо МДГ. Это вымышленная компания, и все её цифры придуманы для иллюстрации, хотя по своему масштабу и устройству она похожа на реальных публичных девелоперов средней величины. Компания основана в 2005 году в Ярославле, начинала с двух домов на окраине города и за двадцать лет выросла в группу, которая строит в четырёх регионах: в Ярославле, Нижнем Новгороде, Казани и Подмосковье.

За последний год МДГ продала около шестисот тысяч квадратных метров жилья на сумму примерно 102 млрд рублей. Средняя цена метра в её продажах составила около 170 тыс. рублей: дешевле всего метр стоит в Ярославле, около 150 тыс., дороже всего в Подмосковье, около 210 тыс. рублей. За год компания вводит в эксплуатацию примерно пятьсот пятьдесят тысяч квадратных метров, то есть несколько тысяч квартир. Её земельный банк, то есть участки, на которых она ещё только собирается строить, рассчитан примерно на 4,2 млн квадратных метров будущих квартир.

Финансовые показатели компании по международным стандартам выглядят так. Выручка за год составила 105 млрд рублей, валовая прибыль — около 31,5 млрд, или тридцать процентов выручки. После коммерческих и управленческих расходов прибыль до вычета процентов, налогов и амортизации, которую аналитики называют EBITDA, составила около 25 млрд рублей. Чистая прибыль после процентов и налога на прибыль — около 13,5 млрд рублей.

У компании 200 млн акций, и при цене около 450 рублей за акцию вся компания на бирже стоит примерно 90 млрд рублей. Основателю принадлежит около семидесяти процентов акций, ещё пять процентов — у менеджмента, а в свободном обращении находится около четверти капитала. Компания платит дивиденды: по её политике на них направляется не меньше тридцати процентов чистой прибыли, если долговая нагрузка остаётся умеренной. В прошлом году акционеры получили около 20 рублей на акцию, что при текущей цене даёт доходность чуть больше четырёх процентов.

С долгами у МДГ всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Банковские кредиты на строительство конкретных домов составляют около 85 млрд рублей, но на специальных счетах покупателей, которые погасят эти кредиты после сдачи домов, уже лежит около 75 млрд. Кроме того, у группы есть корпоративный долг около 30 млрд рублей, из них 18 млрд в облигациях. Как правильно складывать и вычитать эти цифры, мы научимся в пятнадцатой главе, а пока достаточно понять, что долг девелопера нельзя оценивать простым сложением всех кредитов.

У МДГ будет и свой сквозной проект — жилой комплекс «Волжские террасы» на берегу Волги в Ярославле, где как раз работает Илья. В нём около пятидесяти тысяч квадратных метров квартир, которые компания продаёт в среднем по 150 тыс. рублей за метр. На примере этого комплекса мы разберём жизнь проекта от покупки земли до передачи ключей, посчитаем себестоимость метра и стоимость кредита. Цифры проекта, как и цифры компании, будут совпадать во всех главах книги.

Почему мы выбрали компанию из Ярославля, а не из Москвы? Потому что столичный рынок жилья устроен особым образом: там самые высокие цены, самые дорогие участки и самые крупные игроки. Региональный девелопер, который строит в нескольких крупных городах, лучше показывает типичные проблемы отрасли: зависимость от местного спроса, конкуренцию за участки, разные уровни цен в разных городах. Кроме того, именно такие компании всё чаще появляются на бирже со своими облигациями и акциями.

Теперь посмотрим, кто обычно покупает бумаги строительного сектора. Мы выделим три типичных портрета, и каждый из них по-своему опасно ошибается.

Первый портрет — охотник за купоном. Это человек, который держит деньги во вкладах и облигациях и ищет доходность повыше. Его привлекают облигации застройщиков, купоны которых бывают на несколько процентных пунктов выше, чем у государственных бумаг. Его главный риск — принять высокий купон за подарок и не заметить, что он оплачивает вероятность дефолта. Такому читателю особенно пригодятся главы о долге и об облигациях.

Второй портрет — охотник за циклом. Это инвестор, который знает, что строительство живёт волнами, и хочет купить акции девелоперов на дне, когда все разочарованы, а продать на пике, когда рынок снова поверил в вечный рост. Стратегия разумная, но она требует понимания, где именно находится отрасль, и терпения пережить период, когда котировки продолжают падать после покупки. Для этого читателя написаны главы о цикле, оценке и долге.

123...6
bannerbanner