Титул феникса. Крик королевы

Соберись, Ванесса, либо ты всех спасешь, либо сегодня все и закончится.

Я встала в стойку: присогнула колени, отвела одну ногу назад и приготовилась, вскинув голову вверх. Вокруг проносились ликаны, которые пытались спастись и задевали меня плечом. Я сжала кулаки, и, как только снаряд оказался совсем близко, выкрикнула. Получилось лишь не дать глыбе упасть на нас и на время задержать в воздухе. На лбу выступила испарина, ладони вспотели, но я продолжала криком удерживать камень над собой.

– Попробуй отбросить его в здание справа от тебя.

Я почувствовала, за спиной Ривена. Дыхание кончалось, и мне пришлось на секунду остановиться, чтобы набрать немного воздуха. Глыба с пронзительной скоростью оказалась на расстоянии вытянутой руки, и я ощутила жар от пылающего на ней огня. Как учил Ривен, я двигалась быстрее, чем все вокруг: присела вниз и с криком вытолкнула себя вместе с камнем вперед. Следом наклонила голову вбок, так, что звук перенаправил шар в сторону. Я обмякла в объятиях Ривена и наблюдала, как снаряд с грохотом приземляется на крышу здания и проламывает ее. Еще пара булыжников приземлилась вдалеке от нас и разрушила восточную часть Анд.

– Любимая, последний раз, нужно перевалить его за дома.

Я слышала голос Ривена сквозь звон в ушах, гул и звуки суматохи. Он держал меня в руках и развернул к цели. Я выкрикнула, но камень даже не качнулся – наоборот, он скатывался обратно в нашу сторону.

– Я верю в тебя.

Я собрала каждую крупицу силы, спрятанную в уголках своего тела, и точечно направила ее в центр камня. Удар пришелся точно в цель, но это оказался лишь слабый толчок, которой слегка подтолкнул камень вверх.

– Кенаи! Отправь ребят! – завопил Ривен.

Он подхватил меня на руки и отнес в безопасную зону. Не теряя времени, Кенаи и еще пятеро ликанов взгромоздились на крышу полуразрушенного здания и уже толкали шар, шириной не меньше трех метров, вперед. Когда я отправила снаряд на крышу, то он каким-то чудом перестал гореть. Однако все еще оставался горячим и я видела, как ликаны толкают его сквозь гримасу боли и ярко-розовые ожоги на руках.

Еще один снаряд упал точно в центр площади – туда, где я стояла еще пару минут назад. Он покатился вперед и раздавил пару ликанов на своем пути. Крики отчаяния и страха раздавались со всех сторон. Все вокруг пылало огнем, и я могла лишь наблюдать за гибелью солдат. Черный дым клубами выходил из домов, заполняя площадь. Глаза слезились – то ли из-за него, то ли из-за беспомощности, которую я сейчас испытывала. Ликаны на крыше рисковали жизнью, но толкали булыжник вперед. Я видела их красные лица, с которых ручьем стекал пот. Они бы давно с легкостью столкнули шар, но тот застрял между досками и никак не поддавался давлению. Они стали раскачивать его, и я испугалась, что крыша может окончательно обвалиться.

Дым плотно проникал в мои легкие, расчесывая их. Я задыхалась. Сквозь саму черноту все хуже было видно Кенаи. Казалось, все это длится целую вечность, но на деле прошло не больше десяти минут.

Наконец я увидела радостное лицо Кенаи. У них получилось. Он стоял на крыше, частично скрываемый клубами дыма, и махал рукой.

– Все на ту сторону! – скомандовал Ривен.

Армия двинулась туда, куда упал булыжник. Я попросила Ривена поставить меня на ноги, чтобы бежать самой, и мельком глянула на крышу. В ту же секунду еще один здоровый огненный шар упал на здание и снес всю стену вместе с крышей.

– Не-е-т! – завопила я и бросилась вперед.

Я добежала до обломков, высматривая там Кенаи. Огонь вспыхнул, поглотив чье-то жилье целиком, и меня оттащили назад. Ривен тянул меня сквозь узкий проулок за собой. Мы карабкались через камни, доски, помогали другим и принимали помощь сами. Я двигалась, но мысленно все еще была там, на площади. Он не мог погибнуть. Не мог!

Мы выбежали за пределы домов, и я увидела, что булыжник скатился с крыши, рухнул на землю и вырыл под собой траншею, счесав кусок огненного барьера, который мешал нам покинуть деревню. Мы выбежали наружу и, не останавливаясь, двинулись подальше от Анд. Ноги путались, я несколько раз споткнулась, и Ривен успел поймать меня. Вместо того, чтобы смотреть перед собой, я высматривала в толпе бегущих ликанов Кенаи.

– Давай я понесу тебя, – заявил Ривен и попытался подхватить меня.

– Все в порядке, я могу, – пробормотала я.

Мы оказались достаточно далеко от места поражения, и, как бы я не хотела рухнуть на землю, все еще искала эти серые глаза и глупо торчащие волосы. Вдалеке показались два силуэта, и я с надеждой пошла к ним навстречу. Кенаи вел раненого товарища, закинув его плечо себе на шею. Их одежда была в крови и саже. Мокрые и грязные лица смотрели в землю. Однако ожоги на ладонях Кенаи уже затянулись.

– Дурак! Идиот!

Я встретила Кенаи легкими ударами кулаком в грудь. Он опустил парня на землю и вздернул бровь, глядя на меня.

– Вот так, значит, ты встречаешь своего спасителя?

– Я думала, ты погиб. – От этих слов по щекам потекли слезы.

– Ты от меня так просто не отделаешься, принцесса. – Он заключил меня в теплые объятия.

Я крепко схватилась за его рубашку и втянула все тот же отвратительно вкусный запах: иланг-иланг, сандал и жасмин.

Глава тридцать третья

Разбитые и поверженные, мы отправились в Дары, чтобы восстановить силы.

– Скольких мы потеряли? – спросил Ривен у генерала.

– Двадцать погибли, и пятеро ушли вместе с предателем.

После случившегося никто даже не хотел называть Зайена по имени. Сейчас он наверняка на пути в Форретию, чтобы провозгласить себя новым королем. Жадный идиот. Не представляю, что с ним сделают когда поймают.

Армия ликанов выглядела жалко: в саже, крови, грязи и рваной одежде. Зато теперь я от них не сильно отличалась.

Ривен все время, что мы шли от Анд, вел себя странно. Подходил ко мне лишь узнать, как я себя чувствую, и снова возвращался к главнокомандующим. Я понимала, что необходимо было придумать новый план и понять, о чем известно Торндайку, но отстраненность Ривена меня пугала.

Я шла, едва переставляя ноги. После того как мы выбрались и я выдохнула, усталость накрыла снежным комом. А от нехватки сил я чувствовала себя опустошенной. Мы спасены, потери минимальные – и это того стоило.

На подходе к Дарам я услышала топот копыт и тихое ржание. Вдалеке показалось темное пятно, и по мере его приближения я узнала Цветика.

– Малыш, иди сюда, – подозвала я коня.

Он подошел, уткнулся в меня носом, и под ржание передними копытами начал рыть землю. Думаю, его напугали звуки из Анд.

Я с трудом взобралась на коня и остаток пути проехала верхом. Запас силы медленно восстанавливался, но, по ощущениям, если я использую способность еще хоть раз, то потеряю сознание. Поэтому я сообщила Ривену, что при захвате деревни на меня лучше не рассчитывать. Но я надеялась, армия из трехсот с лишним ликанов справится с беззащитными богатыми жителями.

– Черный тебе идет. – Кенаи кивнул на коня.

Я слабо улыбнулась.

– В общем, мы там некий план накидали, и тебе нужно выступить в роли оратора. – Он взял у меня поводья. – Скажешь, что ты наследница Трэиндора, и либо они подчиняться, либо умрут.

Я тяжело сглотнула.

– Мы правда убьем мирных жителей?

– Выбора у нас нет. Оставлять их в живых в надежде, что ночью они не перережут нам глотки, – глупо. – Он помолчал. – А нам необходим отдых.

– Хорошо, я согласна.

В деревню я въехала первая, в окружении лишь главнокомандующих, короля и еще десятерых солдат. Мы остановились в проулке между участками и их высокими заборами.

– Вежливо просим всех выйти на переговоры! – крикнул Маврос.

Пару минут мы простояли в тишине, нарушаемой лишь пением птиц, ржанием лошадей и шелестом листвы на деревьях.

– Снаружи находится армия ликанов, и если мы не договоримся, они ворвутся внутрь! – добавил генерал.

Послышались щелчки калиток, и из каждого двора вышло по одному человеку. Правда, это оказались напуганные слуги, которых явно отправили, чтобы проверить: разорвут их на части или нет.

Один молоденький паренек лет шестнадцати опустил голову и медленно двинулся к нам. Я заметила, как дрожали его руки, которые он то и дело расцеплял и сцеплял в замок.

На удивление, все слуги были хорошо одеты, лишь на одежде некоторых присутствовали пятна или маленькие дырочки. Я не заметила ни одного тощего человека. В Совпосте и Софорте встречалось множество крестьян с торчащими наружу костями, бледными лицами и явными проблемами со здоровьем. Здесь же все оказалось иначе.

Человек пятнадцать, может, больше, гурьбой столпились перед нами. Они держали дистанцию и не поднимали на нас глаз.

– Мы не желаем вам зла! – начала я свою речь, все еще сидя на коне. – Нам нужно лишь отдохнуть и поесть, а после мы уйдем.

Все еще глядя вниз, жители зашептались, поворачиваясь друг к другу.

– Я Ванесса Визондор – законная наследница Трэиндора, и я с уверенностью заявляю вам, что все что вам говорили о ликанах – ложь, десятилетиями выстраиваемая генералом Торндайком.

Я знала о чем они думают и что боятся произнести вслух; знала, потому что слышала это всю свою жизнь. Меня и мать считают предательницами, и генерал успел подкрепить это мнение еще больше.

– Передайте хозяевам, что выбор у них один: либо преклонить передо мной колено и подчиниться, либо моя армия превратит эту богатую деревню в трущобы.

Заговорила прямо как настоящая королева – особенно для той, кто упорно отрицает это.

Я гордо вскинула подбородок и до последнего старалась не выходить из образа. Хотя единственное, что мне сейчас хотелось, – это съесть вкусную, сочную свинью и завалиться где-нибудь спать.

– Идите, – скомандовала я, и все мигом поспешили в свои дома.

Мельком я взглянула на Ривена, и он одобрительно кивнул. Спустя некоторое время крестьяне снова вышли, но двинулись не к нам, а к дому, в котором я украла коня и пирог. Все они зашли на участок и провели там еще несколько минут. Затем снова вышли, но двигались странно – словно среди них, прямо в середине, окруженный простыми людьми, идет знатный мужчина.

Я оказалась права: когда они подошли к нам ближе и расступились, мужчина вышел вперед. Это был хозяин того дома, и я надеялась, что он не узнает меня.

– Меня зовут Томас Коппин, я являюсь создателем и управляющим этой деревней, – начал мужчина, сверкая своей лысиной и редкими бакенбардами. – Поскольку мы хотим жить, а выбора как такового у нас нет, мы добровольно пустим вас в свои дома, накормим и разрешим воспользоваться всеми благами. – Он откашлялся, и его голос стал на тон ниже. – Взамен мы бы хотели попросить: не громить наши дома, не трогать женщин и детей и не превращать никого в бладгромов.

Я улыбнулась и кивнула ему –  уж это я могу обещать.

– Спасибо за ваше гостеприимство, хоть и вынужденное, – сказал Ривен. – Я король Форретии, и мне бы хотелось рассказать всем жителям деревне Дары правдивую историю происхождения ликанов. Возможно, ваше мнение о нас изменится.

– У меня самый большой участок. Ближе к ночи я распоряжусь развести костер, и мы все сможем собраться вокруг него. – Он сглотнул, и его подбородок слегка задрожал. – К сожалению вся ваша армия не поместится там.

– Ничего страшного, на костер придут не все.

Ривен одарил его искренней улыбкой.

– Тогда прошу, – Томас махнул рукой в сторону домов, – разбейте людей на равное количество, и они могут занимать любой дом. – Он помедлил, не зная, как продолжить. – Король, королева, я почту за честь пригласить вас в свой дом. – Томас учтиво поклонился.

Ривен распорядился, чтобы несколько ликанов остались за пределами деревни и проследили, чтобы никто не сбежал. Вскоре их сменят первые из отдохнувших. Пусть Торндайк хотя бы временно считает нас всех погибшими – это даст нам время набраться сил и придумать план.

Я, Ривен, Маврос, Руна и Кенаи направились в дом Томаса, взяв с собой еще десятерых ликанов. Войдя внутрь, я вспомнила все тот же светлый холл с оранжевыми банкетками, консоль из светлого дерева с витиеватыми ножками и картины в золотых рамах. В первый раз я не успела рассмотреть все так детально, потому как меня вышвырнули вон. Сейчас же я шла, медленно разглядывая каждую деталь, пока хозяин дома объяснял, где ванна, а где спальни, в которых можно расположиться.

В широкой гостиной, в которую можно было пройти через столовую (где в прошлый раз меня за шиворот проволокли представить хозяину), располагались камин, пара диванов, обшитых все той же оранжевой тканью, и большая библиотека. Шкафы из темного дерева выделялись на фоне светлой мебели, и обилие книг в них поражало. Похоже продажа скота и овощей приносила хорошие деньги жителям Дары.

Из гостиной вела лестница на второй этаж. Мы поднялись по ней и попали в плохо освещенный коридор с несколькими дверьми.

– Извините, комнат у нас в доме не много, но вы можете занять мою, – обратился ко мне и Ривену Томас. – Можете располагаться, я скажу, чтобы набрали и подогрели ванну, и пока покажу гостевые комнаты для ваших друзей.

Он отпер ключом дверь и жестом пригласил нас войти. Я поблагодарила его и потянулась за ключом, рассматривая лицо хозяина.

Неужели он не узнал меня?

Томас избегал взгляда со мной, а как только я взяла ключ, сразу же удалился.

Хозяйская комната поражала обилием рюш и узоров. Она оказалась выполнена в зелено-золотых оттенках. Справа стоял длинный комод, который накрывала бархатная зеленая ткань с золотыми кисточками по углам; слева – кровать с балдахином, по бокам от нее находились маленькие тумбочки, на которых стояли ажурные подсвечники.

Из комнаты вел выход на балкон, и я первым делом распахнула ставни, чтобы впустить свежий воздух. Ривен сел на кровать и отставил назад руки.

– Ты в порядке?

Я подошла ближе, обняла его лицо ладонями и убрала волосы со лба.

– Чувствую, что подвел всех. Этот ублюдок оказался на шаг впереди, устроил ловушку, а я даже не догадался.

Он притянул меня к себе ближе и уткнул голову в живот.

– Ты сам говорил, что мои поступки не поддаются никакой логике, поэтому вполне возможно было, что я одна попрусь в Анды.

Я запустила руку ему в волосы.

– Дело даже не в этом. – Ривен тяжело вздохнул. – К Карху все, сейчас главное – придумать новый план и не ошибиться. Нужно на несколько шагов опередить генерала.

– Мы справимся.

Ривен посмотрел на меня, и я наклонилась, чтобы поцеловать его. Нежно касаясь губ, я закрыла глаза и представила, что мы далеко за океаном. Ривен потянул меня за собой, и мы рухнули на кровать, не отрываясь друг от друга.

Совсем скоро нам предстоит последняя битва – самая масштабная и жестокая. И мне хотелось насладиться этим человеком, возможно, в последний раз. С каждым поцелуем я старалась запомнить его вкус, запах, манеру прикосновения. Как вдруг кто-то постучал и нарушил идиллию.

– Извините за беспокойство, ванна набрана, – раздался голос за дверью.

Я прокряхтела Ривену в губы и села на кровать, хлопнув по ней двумя руками.

– Остальные тоже хотели бы помыться, нехорошо заставлять их ждать, – начал Ривен, положив руки за голову. – Иди первая.

Я вскочила на ноги, дошла до двери, и, немного подумав, обернулась. Затем ехидно улыбнулась и сверкнула яшмой во взгляде. Немного тренировок – и я наконец могла делать это специально, а не только во время гнева.

– Предлагаю не наглеть гостеприимством хозяина, сэкономить воду и принять ванну вместе.

Ривен резко вскинул голову, пару секунд недоуменно пялясь, видимо гадал, серьезно ли я. Следом он подлетел ко мне, резко накрыл собой и вдавил спиной в дверной косяк, жадно впиваясь в губы.

– Идем.

Спустя время все главнокомандующие – и мы в том числе – собрались в столовой. Томас даже нашел для нас подходящую чистую одежду. Лишь Руна и Маврос решили остаться в своей, предпочитая уже проверенную легкую форму для сражений. Детей и жены хозяина я так и не видела – предполагаю, что он спрятал их от греха подальше.

Мы все расселись по местам, чтобы обсудить дальнейший план действий. Ривен сел во главе стола, заняв место Томаса, тот все равно предпочел скрыться в гостиной после того, как убедился, что нам вынесли по тарелке горячего супа и хлеб.

Кенаи наклонился к моему уху и прошептал:

– Вся ванна пропахла твоим возбуж…

Я резко подняла руку и с хлопком закрыла его рот.

– Заткнись! – буркнула я и выпучила на него глаза.

– М-м-м… – пытался он сказать сквозь мою ладонь, а затем облизнул ее, смачно вымазав слюной.

– Фу! – Я отдернула руку и вытерла об него.

– Я говорю: ты так жестока. Заставляешь влюбленного в тебя человека изнемогать от желания и бурной ревности.

– Я так жестока, что всажу сейчас в тебя кинжал, если не прекратишь, – процедила я.

Я подавила улыбку и отвернулась от него, а затем встретилась с ледяными взглядом Ривена. Надеюсь, он и все остальные ничего не слышали, по крайней мере, сделали вид.

– Начнем, – сказал он. – Когда Торндайк узнает, что мы не погибли в Андах, он будет ждать нас. Неожиданно появиться теперь не получится.

– С какой бы стороны мы не подошли к Трэиндору, они сразу заметят нас, поэтому можно попробовать спуститься с гор прямиком ко дворцу. Этого уж они точно не будут ожидать. – предложила я.

– Забраться на Орн довольно тяжело, мы потратим все силы, – заявила Руна.

– Зато весь Трэиндор будет перед нами как на ладони. Мы увидим, где генерал держит штуки, что метают камни, где находятся лучники и большая часть солдат. А если нам повезет, то он окажется во дворце, и мы быстро свергнем его. – Я ухмыльнулась и сложила руки на груди.

– Так и поступим. Маврос, нужно подготовить все, что поможет при подъеме в горы: веревки, кирки, крюки – все, что найдете здесь. Руна, проконтролируй, чтобы армия поспала несколько часов, а не развлекалась. Кенаи, попроси Томаса, чтобы нам собрали немного еды и воды в дорогу. Ванесса, попробуй нарисовать условную карту Трэиндора. Пусть все изучат ее и запомнят, где и что находится.

Мы все почти одновременно кивнули. Я заметила испуганный взгляд «дворецкого», который выглядывал из-за угла гостиной. Он застал молчаливую картину, которая сопровождалась странными жестами и взглядами.

Весь наш диалог проходил мысленно. Не знаю как, но Ривен создал связь лишь с нами – и каждый мог слышать, что говорит другой. И никто, а уж тем более человек, не мог узнать наш план.

Вслух мы проговорили то, что нужно было: мы якобы выступаем на рассвете и идем прямиком на Трэиндор через Шедский водопад, чтобы сбить людей с толку. Это большой крюк – значит, если кто-то, а именно тот, кто подслушивает сейчас, доложит это в Трэиндор, то там нас будут ждать к вечеру завтрашнего дня.

Ривен приказал сделать сейчас пересменку дозорных и на время оставить главный вход в деревню свободным. Сделать это предстояло естественно – словно дозорные встретятся на полпути и заговорятся.

Закончив разговор, мы разошлись по комнатам, чтобы отдохнуть перед предстоящим походом. Вечером мы посидим с хозяевами у костра – и после отправимся в путь.

Спустя некоторое время Ривену доложили, что наживка сработала и один крестьянин сбежал.

– Думаешь, они поверят?

Я повернулась к Ривену, лежа на кровати.

– Я на это надеюсь. – Он тяжело вздохнул глядя в потолок.

– А жители Совпоста, которые отправились в Форретию, что с ними?

Я вспомнила о родителях Киерана и заволновалась.

– Когда мы выдвинулись в Анды, они еще не приехали. Поэтому я приказал оставшимся ликанам следить, чтобы они отправили жителей домой. Это не их война, и не нам подвергать их риску. – Он немного помолчал, словно боялся произнести следующие слова. – В крепость отправился Зайен с компанией, поэтому я не знаю ни что с нашими ребятами, ни что с жителями Совпоста.

Я тяжело вздохнула и положила голову Ривену на грудь.

У костра собрались все хозяева домов и некоторые их слуги. Женщин и детей от нас по-прежнему прятали, но из присутствующих больше никто не трясся от страха. Солдатам нашей армии был отдан приказ незаметно собираться. Мы же с главнокомандующими хотели убедить жителей, что ликаны никогда никому не причиняли зла – только защищались.

Когда все уселись, Ривен начал историю, рассказывая все с самого истока. Я пыталась понять, верят ли люди, что существовала еще некая Антария, что это она создала драконов, ликанов, дриад и многих других существ, населяющих континент.

После истории о богах, рассказ продолжила я и поведала, как все это устроил генерал: украл жену короля Форретии, ограничил доступ к озеру и по сей день нападал.

– Он убил моего отца, вашего короля, выстрелил в него несколько раз из лука. – закончила я, и по щеке скатилась слеза от воспоминаний.

Ривен также предложил всем посетить Форретию и убедиться в наших чистых намерениях. После рассказа многие задавали вопросы; кто-то просил превратиться, уже не страшась больших и злобных волков. Я подсела к Томасу. Он все время сидел молча и лишь наблюдал за каждым из нас.

– Вы меня не узнали? – решилась я задать наконец этот вопрос.

– Разве забудешь, что чуть не выпорол королеву. – Он опустил глаза. – Прошу прощения, мне ужасно стыдно за то, что не признал вас тогда.

– Вы помогли нам из-за чувства стыда?

– Что вы, отнюдь. Я собрал в деревне лучшие умы Трэиндора, и мы единогласно выбрали путь наименьшего сопротивления. Никто не хотел лишиться дома, а в случае нашего отказа вероятность того, что мы бы его лишились, была больше, нежели если бы добровольно пустили вас.

Томас нервно поправил воротник рубахи и кинул подобранную на земле палку в огонь.

– Есть что-то еще, – осознала я.

– Да, госпожа. – Он взглянул на меня. – Корол… – Томас осекся. – Торндайк хочет забрать у нас эти земли, так любезно отданные вашим отцом. С Орифом Визондором у нас был договор: мы забираем землю, даем людям работу, выращиваем для королевства еду и восстанавливаем утерянные из-за Феррита изобретения.

Теперь стало ясно, он помог и впустил нас, для того, чтобы в будущем я оставила ему земли. Значит, наше сотрудничество выгодно обеим сторонам.

– Когда мы свергнем Торндайка, мне нужна будет ваша поддержка в городе. Народ там не очень-то любит мою семью и особенно не доверяет ликанам.

– Все, что пожелаете.

Спустя еще полчаса мы выдвинулись на последнюю битву, оставив пару ликанов убедиться, что никто не сбежит и не доложит Торндайку о нашем новом плане.

Глава тридцать четвертая

Путь предстоял не близкий, и я уже предвкушала тяжелый подъем на горы Орн. Но теперь я понимала, что последнее испытание в академии я проходила не зря. Бег на дальнюю дистанцию, подъем на Туманную пустошь – все это стало подготовкой к сегодняшнему дню.

Мы шли в полной темноте: незачем разжигать факелы и привлекать к себе внимание издалека. Тем более что каждый из присутствующих обладал волчьим зрением и хорошо видел в ночи. Для экономии сил на дальнейший подъем в гору, Ривен решил, чтобы все превратились и преодолели путь бегом.

Я ехала верхом на Цветике, поэтому никого не тормозила. Каждый из ликанов снял с себя всю одежду, завернул в нее фляги с водой, оружие и обвязал веревкой. Некоторым пришлось упаковывать еще и крюки. Часть ликанов решила нести свои вещи в зубах, другие попросили товарищей помочь закрепить их у себя на спине.

Я предложила Ривену, Кенаи, Мавросу и Руне повезти их одежду и оружие на Цветике. Согласились все, кроме Руны. Она была очень ответственной, верной и непоколебимой, но иногда перебарщивала и зазря пренебрегала своим же комфортом.

Продолжив путь, мы за несколько часов добрались до подножия Туманной пустоши. Ликаны не особо-то и устали, судя по виду, но вот моя спина слегка поднывала.

Я подвела Цветика к небольшому ручью, из которого еще совсем недавно набирала воду перед поднятием на плато, а сама развалилась на земле. Как быстро летит время, особенно когда ты занят войной.

Я вытянула ноги, облокотилась назад и наслаждалась возможностью отдохнуть. Щекотное ощущение, появившееся на руке, заставило дернуться и почесаться. Рядом сидела здоровая мохнатая черная туша, чья шерсть касалась моей руки.

«Чего не сидишь со всеми?» – спросил Ривен.

«Часть из них обратилась и сидит в чем мать родила. Боюсь, что я потом не смою красноту с лица».

Я усмехнулась, но тут же изменилась в лице, встретившись с волчьими глазами.

«Что тебя беспокоит? Ты странно себя ведешь с самых Анд».

Я положила руку ему на загривок и скользнула внутрь густого мягкого меха.

«Столько всего навалилось». – Он уткнулся носом мне в шею. – «Твое исчезновение выбило меня из колеи, затем предательство Зайена, потеря собратьев в Андах… Я пытался держаться, делать вид, что знаю что делаю, но я ни черта не знаю, Ви. Меня не готовили управлять королевством».