Титул феникса. Крик королевы

– Держись, держись, только держись, – бубнила я себе под нос.

Гром звучал все сильнее и оглушительнее. Огонь в груди жаждал вырваться, и как бы я ни старалась, как бы ни терпела всю его обжигающую боль, все равно знала: еще немного, и она выйдет наружу.

Я опустила голову вниз, положила лицо на землю и накрылась сверху руками. В эту же секунду крик вырвался. Он был сильнее предыдущего, словно чем дольше я сдерживала его, тем мощнее он становился. Поток звука с такой силой ударил в землю, что она задрожала.

И как только я смогла остановить крик и поднять голову, то увидела испуганные лица людей, которые размахивали руками из стороны в сторону, в попытках удержать равновесие. Земля уходила у них из под ног, и часть ликанов уже попадала вниз.

Небеса разозлились, и молния ударила прямо в центр круга, едва не задев меня. Но этого было достаточно для того, чтобы земля треснула и стала расходиться от продолжительной встряски. Я вскочила на ноги и отпрыгнула. А на том месте, где сидела, образовался широкий разлом, который двинулся к толпе людей.

Я побежала вперед, чтобы помочь подняться тем, кто упал, но не смогла выстоять при следующем толчке и рухнула, одной ногой провалившись в расщелину. Вокруг царила жуткая паника: из-за черных туч день превратился в сумерки, а ликаны – в обезумевшую толпу.

Я попыталась подняться, но поняла, что застряла. Молнии участились, оглушительно ударяя в землю вокруг. Испуганные люди стали спасаться от ударов и, забыв обо всех традициях, вбежали в круг. Множество ног пронеслось надо мной. Никто и не подумал помочь, все лишь пробегали мимо, спотыкаясь о меня.

Я закрыла голову и пыталась вытянуть ногу. Ривен появился из ниоткуда, схватил меня под руки и резко дернул вверх. Я вскрикнула от боли в лодыжке, но встать на нее все же смогла. Ликан крепко сжал мою ладонь и стал прорываться сквозь толпу, выводя меня из хаоса.

Мы смогли взбежать на лестницу и добраться до шатра короля. В его глазах не было презрения или злости, лишь страх. Рагнар сгреб меня в охапку и прижал головой к своей груди.

– Я так испугался за тебя, – прошептал он мне в макушку.

Все произошло так быстро, что я не заметила, как мы оказались во дворце, спасаясь от молний.

– Там же люди! Им нужно помочь! – вскрикнула я, возвращаясь к выходу.

– Никогда! Слышишь? Никогда добровольно не беги в паникующую толпу! Они не видят ничего и никого вокруг, одержимы лишь инстинктом самосохранения. Затопчут и не заметят этого, – повысил голос король.

Он был прав, и разумом я понимала это, но, слыша отдаленные крики, сердце сжималось, требуя помочь им.

– Уведи ее в комнату, – приказал король Ривену.

Тот не стал делать это силой, а лишь протянул мне руку. Я приняла ее, стараясь игнорировать вопли и удары молнии за дверью, и мы двинулись в мою комнату.

По пути Ривен не произнес ни звука, и его молчание казалось тяжелым, давящим, словно он тоже винил меня в случившемся. Когда мы вошли в комнату, он осторожно усадил меня на кровать.

– Тебе нужно отдохнуть, – тихо произнес он, отходя к окну.

Я наблюдала, как его силуэт отчетливо вырисовывается на фоне темного неба, где все еще сверкали молнии. Его плечи заметно напряглись, он сжал руки в кулаки и тяжело вздохнул.

– Я не понимаю. Почему это не произошло? – прошептала я, закрыв лицо руками. – Почему я не превратилась?

Я посмотрела на Ривена, и он медленно повернулся ко мне. В его глазах читалась тревога, но никак не осуждение.

– Ты не виновата. Возможно, мы многое не знаем о твоем происхождении, –  он попытался успокоить меня.

Его слова никак не утешили, а лишь подтвердили, что во мне кроется нечто темное и пугающее. Я чувствовала, что все это только начало.

Глава шестнадцатая

– Черт возьми! – выругалась я и рухнула спиной на кровать.

– Все хорошо, может ты просто поздний ликан.

Ривен сел рядом и тяжело вздохнул, не веря своим же словам.

– И сколько же поздних ликанов ты встречал за свою жизнь? – Я закрыла лицо руками.

– Ну… за свою жизнь никого, но такие точно были.

Он лег рядом на бок.

– Я ничего не почувствовала, никакого прилива энергии, никакой волчьей сущности. Лишь перед криком были злость, страх, учащенное сердцебиение и горячая кровь.

Я повернулась к нему лицом.

– Может, это из-за того, что сказал шаман? Ты нокбрид, и что бы это не значило, но ты не можешь превращаться.

Он осторожно, едва касаясь, убрал прядь волос с моей щеки. Затем провел линию от уха к подбородку, и я прикрыла глаза от наслаждения.

– Я долго обходила стороной тему разрушительного крика, но он есть, и с каждым разом все сильнее.

– Может, ты банши? – сказал Ривен и, на мой удивленный взгляд добавил: – По легенде это девушка, что криком предвидит смерть. Обычно они же и убивают после этого, – усмехнулся он.

– Они убивают криком?

– Нет, криком лишь оповещают.

Я тяжело вздохнула и осторожно подвинулась к ликану поближе, едва ли не коснувшись его носа своим. А потом шепотом произнесла:

– Я почувствовала невероятную силу в этот раз. Мне кажется, я могу им не просто сбить с ног, а убить.

Ривен поджал губы и промолчал. При этом он смотрел на меня без капли страха или отвращения. Наши глаза встретились. Я ощущала тепло его тела, запах кожи, что пьянил сильнее любого вина. Воздух между нами наэлектризовался.

– Поцелуй мен…

Не успела я закончить фразу, как Ривен запустил руку в мои волосы и, притянув к себе, поцеловал. Мягко и нежно он проверял, правда ли я хочу этого. Вкус его губ ощущался словно сладостная ваниль, и я вбирала его в себя, забывая дышать.

По сердцу пробежала дрожь и спустилась в самый низ, отдавая пульсацией. Я хотела его каждой клеточкой своего тела. Но было в этом и что-то новое для меня. Я не могла насладиться поцелуем, не хотела продолжать идти дальше, пока мои губы не опухнут и не потрескаются от наслаждения.

Он тяжело дышал, со всей силы сжимал мою шею под волосами, а второй рукой притягивал за талию.

Я перекатилась на него сверху, схватила двумя руками за лицо и на секунду задержалась на его голубых глазах. Взгляд был знакомым, очень. Так на меня смотрел Киеран. Это был взгляд влюбленного человека: теплый, родной, без малейшей похоти и корысти. Можно ли так хорошо притворяться?

Я провела большим пальцем по его припухшим губам и снова поцеловала, впиваясь со всей силы.

– Ай, съесть меня хочешь? – пробормотал он мне в губы и улыбнулся.

Я слегка отпрянула и увидела капельку крови на его нижней губе.

– Слишком вкусный, – процедила я, и мы продолжили.

По ощущениям мы процеловались час, а может, и больше. Дыхание сбилось, губы болели. Мы оба боялись переступить черту и продолжить.

Я не знала, оставил ли на мне поступок Дерека след и как поведу себя, когда дело дойдет до близости. А крестообразные шрамы на ногах, которые оставил Бэн, и ожог на спине от испытания вызывали чувство отвращения к собственному телу. Никто не видел их, и я переживала из-за реакции. Мне хотелось, чтобы с ним все прошло идеально. Но почему?

Ривен же, думаю, не хотел давить на меня, поэтому держался. Хотя я видела, как тяжело ему это дается. Он рычал как волк и с силой сжимал мою одежду, едва ли не разрывая ее. Не знаю, сколько бы еще продлились эти прелюдии, если бы Ривен не остановил нас. Он отпрянул от моих губ, загадочно всмотрелся в мои глаза, а потом произнес:

– Завтра тяжелый день, нам нужно выдвигаться на встречу к Визондору. – Он коснулся своим лбом моего и, закрыв глаза, втянул запах. – Ложись отдыхать.

Я была согласна с ним и нехотя сползла на кровать. Но когда он попытался встать, я, не успев подумать, схватила его за рукав.

– Останься со мной.

Я думала, что не смогу уснуть после того, что произошло сегодня. Возможно, так я обманывала себя, и мне просто хотелось, чтобы он был рядом.

Я перебралась к подушкам и зарылась под одеяло, не тронув половину кровати.

Ривен замешкался, бегая глазами от меня к двери, но наконец сдался и аккуратно лег на заправленную часть лицом ко мне. Я смотрела в его бездонные голубые глаза и размышляла. Его поведение так сильно похоже на поведение Киерана. Только если мой погибший друг прямо говорил, что любит меня, то с Ривеном я окончательно запуталась. Он заметно тянется ко мне, проявляет активные знаки внимания, но почему же прямо не говорит о том, что испытывает. Из-за этого я чувствую себя полной дурой. Что, если на самом деле все эти пикники и экскурсии, это банальная вежливость и гостеприимство, а я вот так вот сразу со своими поцелуями. Пытаясь хоть что-то прочитать в его взгляде я расслабилась и заснула.

С рассветом я очнулась в холодном поту. Волосы прилипли к лицу, сарафан отвратительно скомкался на спине, впитав влагу. Во сне я видела Ривена, которого на моих глазах убивает вендиго.

Вспомнив, что он остался со мной, я в панике развернулась, но никого не увидела. Половина кровати была идеально заправлена и выглядела так, словно на ней не лежали вовсе. Я испугалась: сердце рухнуло вниз, а перед глазами всплыл образ раненого Ривена. Это все потому, что я потащила его в чертово ущелье Диктоса, и он отвлекся на меня, забыв о защите. Все, кто привязывается ко мне, в последствии страдают или умирают. Я не хочу такой участи для Ривена.

Зря я с этим поцелуем – он может и вовсе не хотел этого, а уж тем более оставаться на ночь. Вон как быстро убежал, только я сомкнула глаза. Я слишком расслабилась, отошла от цели и поддалась нелепым чувствам. Нужно прекратить это и провести между нами границу. По крайней мере, пока я не спасу отца и не уничтожу семейство Торндайк.

Я долго откисала в ванной и пыталась придумать, что такого убедительного сказать отцу. Говорить ему, что я дочь Рагнара, не хочу – это разобьет старику сердце. Сказать, что ликаны никому не хотят причинить зла, – поставит меня в один ряд с мамой, которая ушла с такими же «безобидными» бладгромами. Все слова казались бессмысленными.

Я опустилась под воду, как делала всегда, когда хотела на секунду спрятаться от проблем. Немного задумавшись, я решила попробовать, смогу ли я в спокойном состоянии воспроизвести сокрушающий крик. Я распахнула глаза, оперлась руками о ванну, открыла рот и закричала что есть силы, напрягая голосовые связки. Вибрация легкой волной прошла по воде, выталкивая ее вверх. Это был небольшой всплеск, потолок на этот раз не задело, но вокруг ванны осталась небольшая лужа.

Может, я и правда потомок банши, как сказал Ривен? Надеюсь, никто не умрет сейчас из-за моих экспериментов.

Отец назначил встречу через четыре дня. Значит, сегодня мы должны выдвигаться, чтобы на пятый день все было готово к встрече. Заранее я померила черный парик. Специально по моим размерам сшили мужскую одежду. В целом для моей конспирации больше ничего и не нужно.

Осталось только найти в себе смелость спуститься вниз и посмотреть напуганным ликанам в глаза. Поняли ли они, что трещина в земле произошла из-за меня? Думают ли, что я ведьма, чудовище? Знает ли здесь кто-то еще о нокбридах?

Голова гудела, пока я одевалась и заплетала волосы. Спускалась я медленно, в надежде наткнуться на кого-то из слуг и узнать о последствиях произошедшего. Но все словно растворились в воздухе.

Я дошла до столовой и увидела стол, накрытый лишь на одну персону. Вокруг никого не оказалось, и я прошла к кухне. Незнакомая служанка, увидев меня, забегала из стороны в сторону. Схватив поднос, она спешно закидывала на него тарелки с едой.

– Госпожа, извините за ожидание! – вскрикнула она. – Я сейчас все принесу.

Я вернулась к столу и села на приготовленное место. Мне показалось или на кухне она была совершенно одна?

– Несу, несу.

Дверь распахнулась, и, бормоча тоненьким голоском, появилась миниатюрная девушка лет тридцати. Рыжие волосы, веснушки и курносый нос напомнили мне Кираз, и я невольно сгорбилась и опустила взгляд. Скучаю по ней.

Передо мной появились разные тарелки с завтраком на выбор. Поставив последнюю, девушка поспешила скрыться.

– Погоди! – крикнула я, едва за ней успела захлопнуться дверь.

– Я вас слушаю. – Она вернулась, быстро семеня ногами, встала передо мной и склонила голову. – Что-то не так?

– Все хорошо. Я хотела узнать, куда все подевались.

Я улыбнулась ей, чтобы не пугать грустным видом.

– Так сборы же, госпожа. Приготовления к однодневному походу идут полным ходом. Говорят, вы можете заключить мир с Трэиндором. – Она улыбнулась, обнажив желтоватые зубы. – Все переживают, из-за этого и суетятся. Повара решили сразу приготовить еду на костре, чтобы солдатам пришлось ее только разогреть.

– Она же испортится в пути. – Я глянула на нее с недоумением.

– Что вы, у нас же есть специальные сооружения из смеси песка и глины, в которых мы заготавливаем с зимы лед. Поход у вас не такой уж и далекий, по пути все и скушаете, а там на месте Маркус приготовит еще.

– А что народ говорит про мою попытку превратиться?

Я тяжело вздохнула, ожидая услышать худшее.

– Все считают, что вы просто поздний ликан. Не может же дочь корол… – она закусила губу, – извините, сболтнула лишнего.

– А жертв много? От молнии и разлома.

– Тех, кто упал, смогли вытащить – они успели зацепится за выступы. А вот те, кто не смог увернуться от молнии, сейчас лежат без сознания. – Она попыталась погладить меня по плечу, когда увидела печаль на лице, но отдернула руку. – Все выживут, не беспокойтесь, мы же ликаны.

– Спасибо. – Я кивнула ей и принялась за завтрак.

Сомневаюсь, что я вообще когда-либо смогу превратиться. Глупость это все, про поздних ликанов. Странно только, что люди верят в подобную чушь. Или из-за страха перед королем, потому что если он подтвердит, что я его дочь, плохо будет тем, кто наговаривал на меня гадости. Или же это все Ривен пустил слух. В любом случае, это меня устраивает больше, чем если бы народ тыкал в меня пальцем и называл ведьмой.

Уже завтра я увижусь с отцом, и от осознания этого хочется бежать со всех ног к месту встречи.

Я молниеносно прикончила завтрак и поспешила на улицу. Снаружи меня ждало совершенно не то, чего я ожидала. Светило яркое солнце, повсюду витал аромат свежей выпечки. Расщелину накрыли деревянными досками, а все разрушенные шатры и палатки уже убрали.

Я спускалась по лестнице и видела, как Кенаи стоит внизу и активно жестикулирует, показывая что и куда нести.

– Ты командуешь походом или уборкой? – спросила я, слегка усмехнувшись.

– Всем понемногу. – Он улыбнулся уголком рта. – Как себя чувствуешь?

– В меня не тычут пальцем, ничего не швыряют, так что можно считать, жизнь прекрасна.

Я пожала плечами и посмотрела на народ, который, если и останавливал на мне взгляд, то следом равнодушно отводил в сторону, продолжая заниматься своим делом.

– Ликаны совершенно не такие, какими вы их себе представляли, да?

Кенаи указательным пальцем показал пареньку, куда ставить ящик, и снова повернулся ко мне.

– Совершенно не такие, – повторила я.

В который раз я убеждаюсь, насколько чисты их души и сердца. Дома меня бы уже привязали к столбу и подожгли за фокусы с молнией. И не важно, я это или нет. Дома… Могу ли я все еще называть Трэиндор своим домом? А Форретию? Полноценным ликаном я ведь так и не стала.

– Ванесса, детка, ты уже проснулась. Я думал увидеть тебя ближе к обеду. – Из-за спины появился Рагнар и крепко обнял меня. – Вчера я не успел подарить тебе подарок.

Он что-то шепнул отцу Кенаи, который следовал за ним, и тот кивнул ликану на входе во дворец.

– Ничего не нужно, правда.

Я натянуто улыбнулась и заправила за ухо прядь волос. Мне было стыдно перед королем, что я не оправдала его ожиданий и не превратилась.

– Это твой первый день рождения рядом со мной, как же это я оставлю тебя без подарка.

Рагнар нахмурил густые брови и упер руки в боки.

Я рассмеялась от его якобы злобного вида, а затем увидела, как тот самый ликан у входа передает генералу синюю подушку с чем-то блестящим. О нет, нет, нет и нет. Надеюсь, это не то, что я думаю.

Я испуганно оглянулась на Кенаи, но он лишь пожал плечами.

– Спасибо, Маврос, – сказал король и аккуратно взял с подушки корону.

Она была выполнена из белого золота с большим алмазом посередине, вытянутым вверх, и маленькими сапфирами, вставленными в середины завитушек по бокам.

– Она принадлежала твоей матери, и я хочу, чтобы она перешла к тебе по праву.

Рагнар протянул ее вверх, надеясь надеть мне на голову, но я сделала шаг назад и приняла корону в руки.

Неужели он не знает о наших взаимоотношениях с Кассией? Или же он все еще ее любит и готов на многое закрыть глаза?

– Спасибо, но…

– Прими, пожалуйста, как подарок на день рождения, – прервал меня король.

Я молча улыбнулась и кивнула, а затем положила корону обратно на подушку. Неловкая тишина затянулась, и я была рада, когда к нам подбежал один из ликанов.

– Сэр, разрешите доложить? – Темноволосый мужчина ровной струной выпрямился перед королем и генералом.

– Разрешаю, – кивнул король.

– К отправлению все готово.

– Значит, отправляемся через пару часов, – заявил Рагнар. Он обменялся взглядом с Мавросом и они последовали во дворец.

Я не стала задавать вопросы, а сорвалась с места и побежала собираться. Совсем скоро я увижу отца.

Глава семнадцатая

Я надела сшитые для меня широкие коричневые штаны, заправила в них белую рубаху. Собрала волосы в пучок, парик пока надевать не стала, закинула его в рюкзак. С собой взяла подаренный Кенаи кинжал и еще парочку закрепила за ремешки на ботинках.

Если там будет кто-то из Торндайков, я не хочу упустить возможность прикончить его. Ну и, конечно же, развязать этим новую войну. М-да. План – дерьмо.

Я схватила рюкзак и вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Если ярость накроет меня, и я нападу при всех на генерала, то это может плохо закончиться не только для меня. Пострадают многие. Нужно взять себя в руки и мыслить рационально. Сейчас самое главное – это попытаться заключить мир между королевствами и спасти отца. А уже потом буду думать о мести.

Я вышла на улицу, спустилась вниз и присела на ступеньки. Небольшой отряд ликанов уже был в сборе. На них висела обычная свободная одежда, никаких доспехов, лишь мечи за спиной, да кинжалы на поясе. Они выглядели уверенно: широкие плечи, накачанные тела – все как на подбор высокие красавчики. Лет им было от двадцати пяти до тридцати пяти, не больше. Ни капли переживания в глазах, только искорки предвкушения.

– Все? Прошла любовь? На других засматриваешься? – Кенаи глухо шлепнулся рядом со мной.

– Главное, что не лежу под ними.

Я ухмыльнулась, принимая эту детскую перепалку.

– Ох, – он схватился двумя руками за сердце и скорчил гримасу боли, – одним ударом наповал.

– Твоя принцесса будет в ярости, если увидит, что ты сидишь рядом со мной.

Я уперлась рукой ему в плечо и стала медленно отталкивать подальше.

– Моя принцесса, как раз сидит рядом.

 Кенаи мягко взял меня за запястье и убрал руку с плеча.

– А я говорила, что не займу трон.

– А я говорил, что мне плевать.

Он поднес мою руку к своим губам и поцеловал в ладонь.

– Началось… – Я вырвалась и отсела от него немного дальше. – Я не поведусь снова на эту удочку.

Он рассмеялся, увидев, как я вытираю ладонь о штаны.

– Да я знаю, но попытаться стоило.

Он подмигнул мне и двинулся к стае ликанов.

Я оглянулась в поисках Ривена, но так и не нашла его. Сбежал от меня и пропал. Утром, во время сборов, я также не заметила его. Видимо, эти братья стоят друг друга. Не удивлюсь, если найду его в постели с принцессой. Сердце предательски заныло, а я попыталась отбросить все лишние мысли. В конце концов, ни к чему хорошему эти взаимоотношения не привели бы. Я зря попросила поцеловать меня и остаться. Как только увижу его, скажу, что это «ошибка», как выразился Кенаи.

Я резко вскочила на ноги и развернулась в сторону дворца, но уткнулась носом в широкую вздымающуюся грудь. Черная рубашка была расстегнута сверху на пару пуговиц, и я ощутила приятный миндальный аромат. Медленно и одурманенно я подняла голову и встретилась с ледяными глазами. Я забыла о том, что хотела сказать ему пару секунд назад. Забыла про «ошибку», про то, что он сбежал ночью. Дыхание участилось, а по телу пробежали мурашки.

Что, черт возьми, он делает со мной?

– Извини, что ушел, нужно было проконтролировать сборы.

Он рукой мягко коснулся моей щеки, и на миг я закрыла глаза от наслаждения.

– Ничего… – прошептала я.

Какого черта? Что значит «ничего»? Тебе нужно расставить все точки. Обозначить границы и… Ему так идет черный цвет. А скулы и контур нижней челюсти такие острые, что о них можно порезаться. Почему он ухмыляется? Боги, я же откровенно пялюсь.

– Я хотела поговорить о том, что произошло, – сказала я, твердо взяв себя в руки.

– Да, я тоже.

Он поправил волосы и тяжело сглотнул.

– Это все было неправильно. – Его глаза округлились от моих слов. – Я не могу отвлекаться от поставленной цели, а это, – я указала рукой на нас двоих, – только усложнит все.

Он долго молчал, хмурил брови и всматривался в мои глаза.

–Ты права, – сквозь зубы процедил он.

А потом отвернулся и пошел к Кенаи.

И это все? Так просто? Я смотрела ему в спину и наблюдала, как легко он удаляется. Лишь его сжатые кулаки не давали мне покоя. Что это? Злость за то, что не получит корону, или все же он хотел чего-то большего?

В душе стало немного пусто. Мне хотелось, чтобы он возразил, чтобы не отпускал так легко. Но жизнь устроена иначе, и я не могу залезть к нему в голову.

Долго страдать и грызть себя изнутри мне не пришлось. Рагнар и Маврос спускались бок о бок по ступенькам. Отряд ликанов, заметив это, мгновенно выстроился в ряд. Как только король и генерал оказались рядом, Кенаи и Ривен доложили о готовности. Я подошла к ним, чтобы узнать подробности.

– Значит, выдвигаемся, – заявил король.

Мы хотели выйти как можно раньше и двигаться не спеша. В облике ликанов вперед пойдут лишь двое дозорных. Они должны проверить, нет ли ловушек по пути, и осмотреть заранее место, где мы остановимся. Остальные же будут двигаться пешком. Все, кроме меня, короля и генерала. Мы поедем в повозке вместе с частью вещей и еды. Другую часть понесут на себе ликаны.

Некоторые предпочли двигаться в волчьем обличии, но никто никого не обгонял и все шли рядом. Я села в повозке ближе к окну и наблюдала за верхушками кровавых холмов. Достаточно долго о бладгромах ничего не было слышно, и это меня настораживало.

– Волнуешься? – спросил Рагнар, указав на то, как я нервно перебираю подвеску пальцами.

– Немного. – Я тяжело вздохнула и откинулась на мягкую спинку. – Наш уговор в силе? Ориф не должен знать, что я твоя дочь. – Я вопросительно вздернула бровь, в надежде, что король не успел передумать.

– Конечно. Я хочу мира между королевствами на меньше тебя, дорогая.

Он потянулся и похлопал меня по колену.

– Ты уже думала над тем, что скажешь Визондору? – спросил Маврос, разглаживая бороду.

– Примерно.

Я закрыла глаза, не желая продолжать разговор.

Я знала, что все зависит от того, смогу ли убедить отца. Генерал переживал, его можно было понять. Но я так и не подготовила речь. Думаю, просто расскажу все по порядку и постараюсь быть убедительной. Если он поверил, когда я ворвалась к нему в комнату, то должен поверить и сейчас.

Повозка мерно покачивалась, убаюкивая. Я закрыла глаза и задремала. Провалиться в глубокий сон не удалось, но отдохнуть я все же смогла. Когда я проснулась, повозка стояла на месте, а короля и генерала внутри не было. Я испуганно выглянула в окошко и увидела костер и мирно раскинувшихся вокруг ликанов. Привал. Со скрипом отворив дверь, я привлекла к себе внимание присутствующих, и они одновременно повернулись.

– Ванесса, ты так сладко спала, не хотели будить тебя, – заявил радостный король. Он чуть ли не подпрыгнул ко мне и, взяв за руку, повел к костру.

Я чувствовала аромат мяса с картошкой и невольно сглотнула слюну. Разместившись на земле, я скрестила ноги и, пока мне накладывали еду, засмотрелась на яркое звездное небо. Незаметно для меня день сменился ночью, а небо осветила серо-голубая луна. Где-то вдалеке под ее светом поблескивало озеро – значит, осталось совсем немного.

– Голубки поссорились? – спросил Кенаи.

Он передал мне миску еды и сел рядом.

– Ты о чем? – Сделав недоуменное лицо, я включила дурочку.

– Принцесса, там Ривен рвет и мечет, не прилетело разве что только королю и моему отцу.

Он усмехнулся и закинул очередную порцию еды в рот.

– А я тут при чем?