Странный лес

— Нет, ты не думай, я прекрасно знаю нашу историю, просто не верится, что эти смешные создания действительно наши предки.

У Антона голова пошла кругом.

«Мы предки Азур!?! Как такое возможно? Люди и эти марсиане совершенно разные же!» — стучало у него в висках.

— Я умираю с голоду, — сказала Алеся, потирая ладошки, словно героиня корейской дорамы, просящая прощение, — Тар-Лан здесь божественный.

Покушать она, видимо, любила.

Как по волшебству, перед ними из стола вырос двухсторонний прозрачный экран. Видимо, Алеся дала какую-то команду. Меню было написано странными иероглифами, чем-то напоминающие египетские, но Антон без труда их понимал. Вот только названия блюд ему ничего не говорило. Да и после услышанного он был настолько ошарашен, что не мог думать о еде.

Алеся заказала Тар-Лан, Кор-Ми и Ши-Ра «Ностальгия». Антон машинально последовал её примеру.

Они ели молча. Тар-Лан оказался овощным рагу. Кор-Ми похлёбкой из морепродуктов, а Ши-Ра вполне сносным сливочным мороженым.

Антон всё пытался понять, что же значили слова Алеси, что мы их предки.

«Мы — их предки? Но как? У них уже была суперцивилизация на Марсе, когда наши пращуры бегали в шкурах с дубинами за мамонтами. Если, конечно, верить официальной истории. А может быть, это было сказано в метафорическом смысле?» — размышлял Антон.

— Так и где ты говоришь проходил реверсию? — неожиданно спросила она.

Её взгляд прожёг Антона словно луч из старого, если не сказать древнего фантастического рассказа — «Гиперболоид инженера Гарина».

— Тут, — ляпнул он.

— Ай-яй-яй, — укоризненно пробубнил голос в голове, — нехорошо обманывать.

— Ми'Кар-ан (Тот, кто хранит отпечатки реальности), что происходит? — спросила Алеся.

Наверное, она тоже услышала этот саркастический голос.

— Мон шери Алеся, — сказал голос копируя вальяжное французское обращение, — этот примат, сидящий перед вами, совсем не тот, за кого себя выдаёт. Я изучил инфополе, и вот что получается — он не «Легенда», это Антон Григорьев. Инженер оперативной разведки. Его проникновение в наш город вызывает удивление и беспокойство.

Антон почувствовал дрожь пола.

— Только что я уничтожил место его проникновения — шахту, ведущую к озеру от станции «Восток».

У Антона сердце гулко бухнуло и замерло.

«Ну вот и всё…» — промелькнуло в его голове.

— Однако, — продолжил голос, — никаких враждебных действий с его стороны я не вижу. Поэтому, оперативная изоляция пока не рекомендована. Но его права, до решения Совета, ограничены.

— Так ты человек? — уставившись на Антона, спросила Алеся.

Он уныло кивнул. Отпираться не было никакого смысла.

— То-то я смотрю, ты какой-то странный, — продолжила она, — ну ничего, мы из тебя сделаем настоящего или почти настоящего Азур.

— Знаешь, мне как-то и человеком быть не плохо, — сказал он уверенным голосом, хотя внутри всё тряслось.

— Да не трясись ты, — сказала она, хлопнув его по плечу, — ничего плохого с тобой не случится. Максимум сотрут память и выкинут в сугроб.

Почему-то перед мысленным взглядом Антона возникла весьма странная картина – его нагишом, привязанного к шесту, выносят на поверхность двое высоких Азур и, раскачав, бросают в сугроб. Он стонет, корчится от холода, пытаясь прикрыться и ничего не понимая, а Алеся и Светка смотрят на него и смеются.

— Бред какой-то, — пробормотал он тихо, помотав головой.

Видение исчезло.

— Какой бред? — оживилась Алеся.

— Да лезет тут в голову всякая дребедень.

— Интересная?

— В меру испорченности.

— О, даже так? — сказала она, подмигнув, — Тебе же негде переночевать. Могу предложить свою комнату. Чисто по-дружески. Я же тоже в некотором роде человек.

Увидев, как у Антона вытянулось лицо, она захихикала.

— Ой, ой, ой какие мы морально устойчивые, — закатывая глаза промурлыкала Алеся, — да не напрягайся ты так Антон Григорьев. Приставать не буду. Хотя…

Алеся опять захихикала.

— Мир летит в тартарары, а ты тут ухохатываешься, — произнёс Антон.

Ему было совсем не весело.

— А что если я не буду ухохатываться, то мы сразу будем все в шоколаде? Или плохие станут хорошими, а злые добрыми?

Доля истины в её словах, конечно, была, а может даже и не доля, а что-то более весомое.

— Ладно, пойдём страдалец, покажу тебе свою хату.

Они шли по лесу уже минут 15, и изредка им попадались одинокие мужчины и женщины, дружелюбно с ними здоровавшиеся, но в их взгляде сквозило явное удивление.

— Не обращай внимание, просто тут непринято гулять вместе мужчине и женщине. Это считается неуместным, но мне плевать.

— Далеко ещё? — спросил Антон.

— Что умаялся? Ещё минут 20 и дойдём.

— А почему вы не пользуетесь всякими там телепортаторами или ещё какой технологией?

— Да тут и так пространство ограниченное, а если ещё начать скакать из одного места в другое, то и ходить разучишься.

Минут через 15 они вышли на небольшую полянку круглой формы, и Антон остановился как вкопанный. Перед ним действительно была самая настоящая побелённая хата с соломенной крышей.

— Я думал ты сказала «хата», фигурально выражаясь.

Алеся фыркнула.

— Ну вот ещё. Просто у чистокровных Азур специфическое чувство юмора – общаетесь с дикарями, значит и живите в глиняных домишках. А мне нравится. Свой домик, тихо, никого поблизости не видно. Красота. А то моя последняя миссия была в Нью-Шанхае, так я там чуть с ума не сошла от постоянного гвалта.

Внутри хата напоминала нечто среднее между деревенским домом и футуристическим номером в гостинице. На полках стояли глиняные крынки и пожелтевшие фотографии в рамках. В углу деревянный стол с табуретками. А рядом голографические экраны, ниши с изумрудным свечением и металлическое кресло, парящее в воздухе. Деревянная кровать внушительных размеров соседствовала с технологиями, которые Антон не мог опознать. Как им удалось всё это совместить, оставалось загадкой.

— А где я буду спать? — спросил Антон, озираясь.

— Кто о чём, а вшивый о бане, — улыбнулась Алеся, — со мной будешь спать.

Антон заглянул ей в глаза и увидел в них море смешливых искорок. Алеся шутила.

— Вот твоя кровать, — Алеся указала на кресло.

Какой-то неуловимый пасс руками и кресло словно потекло, будто бы оно было из воска или пластилина, и вот перед ним уже стоит односпальная кровать. Причём уже застеленная.

— А чтобы тебе было совсем комфортно, вот…

Очередной пасс рукой, и полупрозрачная ширма разделила комнату надвое.

— Спасибо, так гораздо лучше.

Они по очереди приняли душ — совершенно обычный, земной, что почему-то успокаивало.

Глава шестая

Антону не спалось. В голове кружились целые ураганы мыслей, унося с собой сонливость.

«Враг, предки, Азур, Алеся, Светка. Нужно как-то связаться с «Заслоном» и сообщить критически важную информацию», — думал он.

Алеся тоже не спала и ворочалась.

— Алеся, а почему вы всё время говорите, что мы ваши предки? Это вы метафорически выражаетесь?

— Вот уж нет, вы в прямом смысле наши предки. И если хотите Боги.

— Как это?

— Давным-давно в далёкой-далёкой галактике…

— Спасибо, я знаю, как начинается фильм «Звёздные войны».

— Фактически так и было на самом деле. Существовала, а может быть и сейчас существует раса, путешествующая по космосу и заселяющая планеты разумной жизнью. Когда они находили пригодную для жизни планету, они её исследовали и создавали наиболее приспособленную для существования на этой планете форму разумной жизни. На основе своего генотипа. На какое-то время они становились богами, наставниками, родителями, назови как хочешь. Передавали знания, развивали, а потом, когда цивилизация достигала определённого уровня, они улетали.

— Ничего себе!

— Так вот, однажды они посетили Марс и создали нас — Азур, а потом улетели. Тогда мы ещё не знали, что около Земли их корабль потерпел крушение. Удалось спастись только немногим, и они оказались на Земле. Предел Гар-Ти'Лан не был преодолён и остатки выживших полностью утратили знание и одичали. Полная деградация заняла около 800 земных лет.

— А что такое предел Гар-Ти'Лан?

— Для существования любого высокоразвитого общества, — тоном учителя младших классов начала Алеся, — необходимо определённое количество врачей, инженеров, учёных, учителей и так далее. Если в какой-то из областей нет ресурсов для поддержания определённого уровня знаний, то начинается деградация. И всё начинает рассыпаться как карточный домик. Одно тянет за собой другое, и в конце концов некогда высокоразвитое общество превращается в дикарей с примитивными инстинктами.

— А почему их корабль потерпел крушение?

— Мы не знаем. Даже по меркам нашей сегодняшней цивилизации они были практически всемогущи. Но есть одна гипотеза, основанная на древнем предании. Хотя она и вызывает усмешки учёных, но мне она кажется интересной. Наши прародители путешествовали по вселенной и создавали разумную жизнь не просто так, они пытались её защитить. Согласно преданию, во вселенной высокоразвитых цивилизаций очень мало, так как их, как только они достигают определённого уровня развития: технологического, ментального или эмоционального, уничтожает некая древняя сила. Это не раса, строящая космические корабли или проводящая генетические эксперименты, это нечто, существующее в многомерном пространстве и питающееся сложными формами жизни. Когда цивилизация «созревает», она становится для него «видимой» и «вкусной». Оно просто приходит и «слизывает» сложную форму жизнь. Как муравьед, напавший на муравейник.

У Антона было что-то с головой, мысли ворочались еле-еле. Получалось, что земляне потомки какой-то супер-мега-пупер цивилизации. А эти понтоватые марсиане просто генетический эксперимент? Удачный, но эксперимент. И этот враг… неужели такое возможно?

— Извини, мне надо подумать, — пробормотал он в смятении.

— Эх, сейчас бы пару бутылок шампусика, под него так хорошо думается, — промолвила Алеся, — вот только спиртное тут запрещено. Считается, что оно угнетает мыслительные процессы.

В темноте зашуршало. Антон почувствовал движение воздуха и увидел еле различимый силуэт Алеси рядом со своей кроватью.

— Мне так одиноко и страшно, — прошептала она, беря его за руку, — пойдём ко мне.

Он был настолько ошарашен, что даже не сопротивлялся. Днём это была веселушка-зажигалочка, а сейчас перед ним была несчастная и испуганная девчонка.

— Пора вставать, лежебока, — произнёс голос Алеси у него рядом с ухом, и он почувствовал горячий поцелуй в щёку, а затем и в губы.

Потянувшись, он открыл глаза. Алеся хлопотала у подобия плиты. По хате витали вкусные запахи — жареный бекон, яичница, лук, специи. А ещё пахло сдобными булочками.

— Вот что у меня хорошо получается, так это готовка, — сказала она, заметив удивлённый взгляд Антона.

Алеся действительно умела вкусно готовить, и весь завтрак был потреблён Антоном с превеликим аппетитом.

Когда он завершал пиршество, собирая с тарелки остатки желтка кусочком булочки и уже поднося его ко рту, его прервал голос Ми'Кар-ана или Ми'Ка, как его называли для краткости.

— Послушай «герой любовничек», есть предложение.

Антон оглянулся на Алесю, но она никак не отреагировала, что-то напевая и гремя поварёшками, значит этот голос слышал только он.

— Сегодня тебя вызовут на Совет и начнут задавать вопросы. Зал Совета для меня недоступен, и это меня нервирует. У меня есть основания полагать, что Совет замышляет что-то недоброе. Иными словами, я не доверяю Совету. Присмотрись к ним и составь своё мнение, а потом поделись им со мной. Взамен я обеспечу тебя связью с «Заслоном». Баш на баш, так сказать.

«Вот это да! Прям шпионские страсти», — пронеслось в голове Антона.

— Договорились, — произнёс он вполголоса, но Алеся услышала.

— Что ты сказал?

— Ми'К сообщил, что меня сегодня на Совет вызовут.

— Ничего страшного. Не бойся старых брехунов, они только языками чесать умеют. А вот если вызовут «на ковёр» в службу стратегического планирования, вот тогда и будешь плакать, — улыбнулась она.

В это время на станции «Восток» никто не мог найти себе места. Недавний взрыв скважины прокатился по станции, как небольшое землетрясение. Оперативное исследование показало её полное разрушение. Весь персонал был поднят по тревоге.

Ленка не находила себе места и постоянно теребила дядю Сашу вопросами, на которые никто не мог дать ответ.

— Он ведь жив? Я знаю, я чувствую! — поймав в очередной раз его за рукав, твердила она.

— Да отстань ты, ради Бога! — отбивался дядя Саша. — Не до тебя сейчас. Лучше скажи, как быстро можно восстановить скважину.

— Да откуда я знаю? Я исследователь подлёдных озёр, а не бурильщик, — говорила она со слезами на глазах.

Дядя Саша только рукой махнул.

— Мокроту убрать, — рявкнул он, удаляясь.

Светка стояла в углу, прижимая к груди папку с отчётами, и смотрела на Ленку странным, немигающим взглядом. Она знала больше, чем могла сказать…

Зал Совета напоминал кафедральный собор в каком-нибудь старом европейском городке. Только окон здесь не было.

Пятеро Азур, выглядящих весьма солидно, восседали за длинным столом из чёрного базальта. Все мужские особи.

«Странно, но почему-то я ещё ни разу не видел Азур женского пола.» — подумал Антон.

Гораздо… гораздо позже он узнал, что женские особи Азур являлись тем двигателем прогресса, что разрабатывал и внедрял новые технологии. Они трудились в лабораториях и редко их покидали, предоставив мужчинам свободу действий во всех остальных областях.

— Антон Григорьев, мы собрались, чтобы обсудить ваше постыдное проникновение в город, — произнёс седовласый сидевший посередине.

— А почему бы для начала не обсудить ваше проникновение на Землю? Мы вас к себе не приглашали.

В зале повисла тишина. Такая густая, что Антон услышал, как гудит кровь у него в висках.

Седовласый медленно поднял бровь. Азур справа от него — массивный, с глубоким шрамом на скуле — дёрнулся, но сдержался. Только побелевшие костяшки пальцев на столе выдали его гнев.

— Дерзко, — наконец произнёс седовласый. Голос его звучал спокойно, даже устало, — для человека, который вторгся в чужой дом и теперь пытается учить хозяев этикету.

Вздохнув, он подался вперёд, и свет от голографических панелей скользнул по его лицу.

— Садись. Поговорим.

Глава седьмая

Антон стоял посреди зала, чувствуя, что на него направлены взгляды пятерых Азур. Они были старыми. Не просто пожилыми — древними. Это читалось не в морщинах, их почти не было, а в глазах — тёмно-янтарных, с бесконечной глубиной, в которой, казалось, отражались тысячелетия.

— Садись, — повторил седовласый, указывая на кресло напротив.

Антон медленно опустился в кресло. Оно было явно рассчитано на более высоких существ — ноги едва доставали до пола.

— Меня зовут Велар, — представился седовласый, — я Хранитель Знаний клана Эй'Тиа. Это мои коллеги.

Он по очереди указал на остальных:

— Хранитель Порядка Ар-Ран. Хранитель Времени Тар-Шен. Хранитель Памяти Ир-Каан. Хранитель Границ Ши-Нор.

Каждый при упоминании имени слегка наклонял голову.

Ар-Ран, массивный Азур со шрамом на скуле, подался вперёд.

— Как ты проник в город?

— Вы действительно считаете, что сейчас это важно, когда неизвестный враг приближается?

— Ты шпион, — жёстко сказал Ар-Ран, — мы знаем, что ты из корпорации, а она занимается технологическими разработками. Твоё появление здесь — акт агрессии.

— А ваши Легенды на поверхности — это что? Визиты туристов?

Повисла тишина. Ир-Каан, самый молчаливый из всех, вдруг хмыкнул.

— Он прав, — неожиданно произнёс он. Голос у него оказался низким, с хрипотцой, — мы сами манипулировали ими тысячелетиями. Странно обижаться, когда они решили познакомиться с нами поближе. Мы же знали, что рано или поздно это произойдёт.

Ар-Ран бросил на него раздражённый взгляд, но промолчал.

Велар поднял руку, призывая к тишине.

— Нам действительно стоит отбросить все вопросы и обиды, — сказал он, — нужно сосредоточиться на общем враге.

— Я бы не стал так категорично заявлять о враге. Ещё совсем неизвестно, придёт ли этот враг, да и враг ли это, — произнёс Ши-Нор.

— Но хрональные маяки… — начал Ир-Каан.

— Это ничего не значит, — прервал его Ши-Нор, — это всего лишь один из вариантов будущего. Мы и раньше получали тревожные сигналы, но ничего не происходило.

— Сейчас мы наблюдаем огромное возмущение в хрональном поле, — сказал Тар-Шен, — и мне совершенно непонятен твой призыв игнорировать это.

— Подождите, — вмешался Антон, — так кто этот враг? Вы знаете?

— У нас нет достоверных сведений об этом, — пожав плечами, что вышло совсем по-человечески, проговорил Велар, — есть только гипотезы.

— Вот поэтому я и предлагаю не предпринимать никаких действий, — сказал Ши-Нор, зло посмотрев на Тар-Шена, — и уж тем более я категорически против привлечения в качестве союзников этих дикарей.

Он махнул рукой в сторону Антона.

— Уважаемый Ши-Нор, я совершенно с вами не согласен. Речь идёт о выживании двух цивилизаций, и ошибиться тут нельзя, — молвил Ир-Каан.

Ши-Нор собирался что-то ответить, но его опередил Велар.

— Хватит! Решение уже принято и не подлежит обсуждению, — отчеканил Велар, — Антон Григорьев, мы предлагаем тебе посредничество между землянами и расой Азур. В тебя имплантирована «пыльца», и ты видел, как мы живём. Я надеюсь, у тебя нет предвзятости против нас.

— Слабая аргументация, — усмехнулся Антон, — звучит совсем по-детски. Я не думаю, что земные власти безоговорочно воспримут ваше предложение.

— У них не будет другого выхода, — вздохнул Велар, — или так, или никак.

— Я не совсем понимаю, что вы хотите получить от человечества. Технологически вы гораздо лучше нас развиты. В военном плане, я думаю, тоже. Как мы можем помочь вам защитить Землю?

— У тебя же есть имплант «Аквила»?!? — не отвечая на его вопрос, спросил Велар.

Антон вздрогнул. Это был не вопрос, это было утверждение. Откуда они узнали о последней сверхсекретной разработке? О ней знал очень ограниченный круг лиц в корпорации. Имплант «Аквила» вживляется оператору и позволяет видеть хрональные аномалии, работать с «Кинетиксом» в прямом нейро-контакте.

— Можешь не отвечать, — продолжил Велар, — Вы нам нужны как солдаты. Азур слишком мало, а земные ресурсы велики. Мы поможем доработать ваши технологии, и тогда у людей и Азур появится шанс выжить.

— Вы поделитесь с нами всеми вашими технологиями?

— Вы же не наивный юноша. Конечно, нет. Мы поделимся с вами только теми технологиями, что помогут нам победить врага.

— А если мы не согласимся? — буркнул Антон.

Тон разговора ему абсолютно не нравился.

— Тогда мы просто соберёмся и улетим, — вспылил Ар-Ран, — и предоставим вам возможность сдохнуть в одиночестве.

Велар строго посмотрел на Ар-Рана, и тот умолк.

— Ар-Ран прав. К нашему огромному сожалению, мы будем вынуждены так поступить и отправиться искать новый дом, — изрёк Велар, — без вашей помощи мы не справимся, но передавать вам все наши технологии при текущем уровне вашего ментального развития — это всё равно, что…

— Дать обезьяне гранату, — закончил за него Антон.

— Вот видите, вы сами это понимаете. Человечество ещё не готово, — проникновенно произнёс Ир-Каан, — не обижайтесь, но это так.

Антон задумался.

«Они конечно были правы. С развитием технологий росли и риски уничтожения цивилизации, если эти технологии, особенно военные, опережают ментальный уровень цивилизации», — размышлял Антон.

— Хорошо, — наконец произнёс он, — я постараюсь донести вашу аргументацию до человечества, но ничего не обещаю.

— Ну вот и замечательно, — бросил Велар, порывисто вставая, — как только вы будете готовы, Алеся проводит вас на поверхность. Или вы предпочитаете другого провожатого?

— Алеся меня вполне устроит, — проговорил Антон в задумчивости.

Он встал и направился к выходу.

— А как мы будем поддерживать связь? — опомнился он.

— В тебе же «пыльца». Связь будет работать в пределах Солнечной системы. А если задействовать ретрансляторы, то намного дальше.

Кивнув, Антон вышел из зала Совета. Как только его нога переступила порог зала, он услышал громогласный возглас Ши-Нора: «Я категорически против! Вы не понимаете, что делаете!»

Тут же у него на шее повисла Алеся и звонко чмокнула его в щёку. Проходившая рядом девушка шарахнулась и что-то тихо сказала себе под нос. Алеся, поймав возмущённый взгляд девушки, показала ей какой-то жест, и та, став пунцовой, быстро ретировалась.

— Хулиганишь?

— Я тебя ждала. Устала ждать. Нужна была разрядка, а тут эта клуша из Норвегии.

Антон покачал головой.

— Как всё прошло? — продолжила Алеся, — я уже знаю, что должна проводить тебя до станции.

— Не до станции, а до поверхности.

— Вот мне интересно, ты действительно тупой или прикидываешься? Как ты планируешь пройти 70 километров по поверхности до станции?

«А действительно, как?» — мысленно хмыкнул он.

— Я тебя на Шар-Коне, или просто Шарике, подкину. Кстати, классный аппарат! А сейчас пойдём ко мне.

Алеся взяла его под руку и увлекла за собой.

Не успели они далеко отойти от Зала Совета, как что-то зашипело и руку Антона пронзила боль. В ту же секунду они оказались в полупрозрачном коконе силового поля. Еще два шипящих звука, и он увидел, как на уровне его головы в силовое поле врезались два светящихся шарика и тут же растаяли в поле.

Алеся пригнулась и напряжённо всматривалась в окрестности.

— Да присядь ты, дубина! — воскликнула она.

Антон посмотрел на свою руку, и его замутило. В бицепсе зияла аккуратная дыра сантиметрового диаметра, через которую были видны волокна мышц и белёсый отсвет кости, а на дорожку капала кровь, всё ускоряя свой бег.

Ещё доля секунды, и дырка оказалась заполнена какой-то желеобразной субстанцией, неизвестно откуда появившейся. Антон почувствовал, как мутнеет сознание, и провалился в ласковые объятия пустоты.

— Я дико извиняюсь, — говорил Ми'К, — но я должен был удостовериться, что объектом нападения будет именно он.

— Чурбан ты железный, — ругалась Алеся, — убедиться он хотел. Убедился? Идиот! Твой прототип тоже таким дебилом был?

Ми'К ничего не ответил, Антон открыл глаза.

— Что это было? — спросил он, опасливо косясь на свою руку.

На месте дыры была розовая кожа. Антон опасливо её потрогал, но никакой боли не почувствовал.

— Уже всё хорошо, — сказала Алеся, обнимая его.

— Уважаемый Антон Григорьев, на вас было совершено покушение. Организатор задержан, — бормотал извиняющимся тоном Ми'К.

— Ши-Нор?

— Да. Приношу вам наши глубочайшие извинения.

Антон сел.

— Готовь Шарик, чурбан железный, — сердито произнесла Алеся, так и не отпустив Антона.

Через два часа они с Алесей уже сидели в Шарике, стремительно летевшем над бескрайними льдами Антарктиды к базе «Восток».

Глава восьмая

Сигнал тревоги всё выл и выл. Антон повернулся на другой бок и решил не реагировать. Перед мысленным взором тут же возникла Алеся и Светка, стоящие на зелёном холме и посылающие ему воздушные поцелуи с озорными улыбками. Именно такими они ему и запомнились в их последний визит на Камчатку.

Алеся и Светка вместе погибли в страшном сражении при Проксима Центавра, одной из ближайших к Земле звёздных систем. Антону стало дико одиноко, слёзы сами навернулись на глаза.

Алеся «горела» в хрональном поле десять минут. Антон слышал каждое её слово, и видел каждое движение, но находясь в двух световых годах не мог ничего сделать... Она смеялась и плакала, молилась и ругалась. Годы проносились сквозь неё, как ветер сквозь листву. Морщины появлялись и исчезали, волосы седели и чернели снова, а потом она просто... перестала существовать. Эти долгие десять минут превратились для Антона в вечность. Это было ужасно...

А Светка… рыжая Светка, просто воскликнула "ой", и её не стало. Нейтринная сфера с плазменной оболочкой просто «сожгла» её вместе с кораблём.

Это было невиданное оружие, применённое тогда впервые врагом против них.

— Да пошло оно всё к чёрту! — с болью прошептал Антон.

Звезда Барнарда светила в иллюминатор и странными бликами отражалась от стен. Ему было не просто одиноко, ему было нестерпимо больно. Антон готов был завыть! Алеся, Светка они были теми лучиками света, к которым он тянулся. И вот теперь их не стало. Это произошло полгода назад, и он думал, что боль начнёт стихать, но нет, она становилась только острей. Словно нож в руках опытного мастера по заточке.