Хранительница мира

Его зовут генерал Сантер Хонсла

…и еще 3 года спустя..

Сантер

Серый плотный туман повис над низиной, полностью скрывая от глаз происходящее в поселении. Очередная деревня оборотней, захваченная магами, была обречена на страдание и смерть. Пятый день мы наблюдали с высоты, отмечая каждый шаг магов, все их передвижения. Сегодня маги готовились вывозить тех немногочисленных оборотней, которые сохранили человеческий облик. Всего пять мужчин и одна девушка. Я не знал, куда они собирались их везти, но понимал, для нас с Эстером это шанс, который нельзя было упускать.

– Сначала обоз, – мой голос звучал сдержанно, но в нём чувствовалось напряжение. – Отобьем пленников, потом захватим поселение. Готов?

– Даже не сомневался, что ты это предложишь. Вечно ты рвешься в бой, – проворчал Эстер, скидывая тунику и аккуратно складывая ее у подножия дерева. – Только постарайся, чтобы тебя не пришлось снова зашивать. Занятие, знаешь ли, хлопотное.

– Глядишь, война закончится – в портные подамся. А что? Штопать я на твоей шкуре научился, пора и узоры какие-нибудь осваивать.Я проигнорировал его ворчание. Друг фыркнул и продолжил, уже мечтательным тоном:

– Не переживай. Плоти для твоей практики будет предостаточно.Я резко выдохнул, давая понять, что болтовня меня раздражает, и тихо, но четко скомандовал: – Оборачивайся. Они уже наверняка выехали. Нам нужно успеть занять позицию. И, уже поворачиваясь к своему коню, сквозь зубы добавил:

Вскочив в седло, я стремглав помчался вверх по склону. Где-то рядом, сливаясь с тенями, бежал бело-серебристый волк. На Эстера я мог положиться – он не подведет.

На месте я спрыгнул с коня и оставил его в укрытии подальше от будущей схватки. У меня было всего несколько минут, чтобы прибежать к дороге, по которой поедет обоз, залезть на дерево и приготовиться.

И я успел. Как мы и ожидали, обоз охраняли четыре всадника, ехавшие вокруг него на лошадях, и два мага сидели впереди на повозке, управляя упряжкой. Действовать надо быстро, я знал, что наш план держится лишь на неожиданности, магам нельзя дать возможность воспользоваться их силой.

Когда обоз оказался на достаточном расстоянии, я ментально скомандовал Эстеру:

– “Начали!”

. – Минус два, – прошептал я про себя.Без колебаний я метнул ножи в магов и, как ожидал, оба клинка с глухим стуком нашли свою цель: маги на облучке замерли, а затем безвольно рухнули вниз.

В этот момент послышался грозный рык Эстера, маги на повозке отвлеклись на него, чем я и воспользовался. Спрыгнув так, чтобы оказаться между ними, достал из—за спины сразу оба меча и быстрым резким движением развел руки в стороны, целясь в сердце. Почувствовал, как лезвия входят в плоть.

– Еще минус два. Вот теперь все справедливо, два на два.

Передо мной замер последний маг. Его пальцы судорожно собирали сияющий сгусток холода. В его глазах плавал животный страх.

Я ухмыльнулся:

– Магия тебе не поможет. Твой страх уже убил тебя.

Ледяной шар, так и не набрав полной мощи, полетел в мою сторону. Он даже не долетел – рассыпался в воздухе хрустальной пылью.

Я лишь усмехнулся.

– Как предсказуемо.

Прыжок в сторону, кувырок – подсекая, я сбил мага с ног. В следующее мгновение я уже стоял над ним, острие меча прижато к груди, прямо над сердцем.

– Насиловать женщин и убивать детей не страшно, ведь так? – мой голос прозвучал низко и мертвенно-спокойно. Без тени колебания вонзил клинок, провернул рукоять, ощущая, как под сталью ломаются ребра и рвется плоть. Маг судорожно вздохнул, захрипел, его глаза закатились, а из уголка рта потекла тонкая алая струйка.

– Еще минус один.

Я обернулся, чтобы оценить бой Эстера, и увидел, как из-под земли, с треском разрывая дерн, вырос толстый, скрученный корень. Похоже, моему другу в противники достался древесный маг. Корень, словно живой, метнулся к серебристой тени, обвил волка в два кольца и с силой рванул вверх, отрывая от земли. Оборотень оскалился, громко зарычал и попытался дотянуться до корня, чтобы разодрать его и освободиться, но лапы были явно коротки. Деревянная петля сжималась, выжимая воздух из легких.

Я воткнул один меч в землю и оперся на него, смотря на эту картину.

– Эстер, и долго ты будешь здесь болтаться? – крикнул я, в моем голосе прозвучала насмешка.

Древесный маг резко обернулся ко мне. Его взгляд скользнул по телам поверженных собратьев, и в его глазах вспыхнула злая, холодная ярость. Он уставился на меня, я в свою очередь улыбнулся ему, не скрывая всю ненависть. Краем глаза я заметил, как другие корни, словно черви, уже поползли по земле к моим ногам, намереваясь опутать их.

Эстеру в этот момент видимо, наконец, надоело висеть. В воздухе щелкнуло – и вместо волка в петле корня оказался человек с диким оскалом. Его рука на глазах исказилась, превратившись в огромную волчью лапу с кинжаловидными когтями. Одним яростным взмахом он рассек древесный хват, и, едва коснувшись земли, снова обернулся волком. Серебристая молния рванула к магу. Раздался хруст, короткий, влажный звук – и маг рухнул, захлебываясь собственной кровью.

– Ну вот, еще минус один, – спокойно произнес я, выдернул меч из земли, и запрыгнул на обоз. Размахнувшись ударил по замку. С громким лязгом он упал на деревянное дно телеги.

– Выходите. Свободны. – скомандовал я.

Нерешительно, сгорбившись, одетые в лохмотья, из клетки вышли те, кто некогда назывались оборотнями. От них несло страхом, болью и грязью. В их потухших глазах уже не было огня зверя – лишь тени тех, кого когда-то называли оборотнями.

– Мы с моим приятелем, – я кивнул в сторону Эстера, замершего в тени в своем волчьем обличии, – планируем сейчас напасть на магов и отбить ваше поселение. Вы с нами?

– Зачем? – его голос прозвучал хрипло. – Там никого не осталось. Они всех вырезали. Всех!Ответом повисла тягучая, гнетущая тишина. Оборотни передо мной не заговорили – они сжались, будто ожидая удара. В их глазах плескалась не надежда, а страх. Наконец один из них, самый молодой, с лицом, искаженным гримасой злости, выступил вперёд.

– Нет. Ты не прав! – мой голос прозвучал резко. – Там в клетках, – я указал рукой в сторону деревни, – сидят оборотни, которых мы обязаны освободить. Последние недели маги вели охоту на одичалых, их там около двадцати.

– Ты несешь чушь! – из толпы вышел другой, тощий, с бледным шрамом, пересекавшим щеку. Он подошёл вплотную, и его кулак, скорее символ отчаяния, чем угрозы, уперся мне в грудь. – Там целый отряд магов! Стражей! Это самоубийство! – его голос звенел от страха.

– Значит, ты не с нами, – мои слова прозвучали ровно. – Справимся и без вас.

Я присел, поднял тяжелую, холодную цепь от клетки и направился к Эстеру.

– Даже если тебе повезёт и ты убьёшь магов, – не унимался бывший пленник, его голос дрожал от смеси злости и отчаяния. – Что дальше? Что ты будешь делать?

– Освобожу диких. Дадим им шанс.

– Нет, ты безумец! Они загрызут нас всех!

Он мне надоел. Я резко развернулся. В два шага оказался перед ним, вцепился в грязный ворот его туники и рывком приподнял. Посмотрел этому жалкому оборотню в глаза, его разум был парализован страхом:

– Вот из—за таких, как ты, маги и одерживают победу, захватывают наши дома! Ты не оборотень и даже не человек, слизняк! – я отпихнул его в сторону, тот не удержался на ногах и упал на землю.

– Что ж, – мой голос звучал резко, холодно и властно. – Если со мной никто не идёт, отныне это поселение – моё. И я не хочу видеть в нём вас. Попробуете вернуться – убью без раздумий, как этих магов. Предатели мне не нужны. – На этом разговор считал закрытым.

Не глядя на них, я присел перед Эстером. Водрузил массивную цепь на его мощную шею, достал из кармана замок и щёлкнул им.

– Не жмёт?

Волк отрицательно мотнул лохматой головой.

Окинув взглядом поле боя вокруг телеги, подумал о том, что надо бы прибраться. Быстро загрузил тела магов на телегу, стащил с одного из них плащ и кинул в сторону Эстера. Отвел лошадей с телегой вглубь леса, но не далеко, оставшихся четырех коней также отогнал в укрытие. Когда вернулся, натянул поверх своего обмундирования плащ мага.

– Извините… – тихий, неуверенный голос девушки, одной из освобожденных пленниц, прозвучал сзади.

– Что? – бросил я через плечо грубо, чтобы желание задавать вопросы у нее пропало.

– Что… что вы будете делать с дикими? – спросила она, обнимая себя за плечи.Но девушка всё же сделала несколько шагов вперёд.

– Попытаюсь вернуть им их человеческую сущность.

– Ха, и как же это? – снова встрял тот самый слизняк со шрамом, – судя по тому, как ты одет, ты обычный человек! В нашем мире нет оборотней обладающих силой Альфы, поэтому оборотни как раса уже мертвы! Этого не изменить!

– Все, ты меня достал! – произнес еле слышно. Я, не глядя, нагнулся, схватил с дороги камень и швырнул его в этого жалкого оборотня. Раздался глухой удар и сдавленный вопль боли. – Проваливай! – прорычал я, и в голосе зазвучала сталь, не терпящая возражений. – Пока я не передумал и не решил, что один трусливый слизняк – это уже перебор.

Я знал, что серьезного вреда ему не причинил, но синяк, как напоминание его трусости – останется. Ругаясь сквозь зубы и потирая ушиб, тот наконец развернулся и поплелся прочь – в противоположную от поселения сторону. Четверо его прихвостней, бросив на нас последние нерешительные взгляды, потянулись следом, как щенки за вожаком стаи, который уже сдался.

– Я иду с вами! – звонкий, решительный голос разрезал тишину. Я обернулся. Девчушка. Её глаза, широко распахнутые, сверкнули в полумраке не просто жёлтым – в них вспыхнул холодный, хищный огонь вызова. Не детская обида, а яростная, неукротимая воля. Вот она, настоящая кровь. Волчица не сдалась.

– Прости, дорогая, – я присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. – я не могу тебя взять, девочкам там не место.

– Но там мой брат! – её голос дрогнул, и по запыленным щекам, оставляя чистые дорожки, покатились тяжелые слезы. Не от страха, а от бессильной ярости.

– Я отведу тебя к моему коню, тебе придётся подождать нас там. Тихо и очень терпеливо. А брата твоего, – я посмотрел ей прямо в эти горящие глаза, – я тебе верну. Обещаю. – взяв ее за руку отвел к обозу и усадил на скамью. – Мы скоро.

Мы же с Эстером двинулись в сторону поселения. Уже через пятнадцать минут мы стояли в тени деревьев у главного входа, охраняемого парой магов в серых плащах.

– Эй, смотрите, какого зверя поймал! – я крикнул им, нарочито дерзко, и из-под капюшона бросил вызов взглядом самому ближнему. Резко дёрнул цепь на шее Эстера. Тот отреагировал идеально: взвыл от ярости, рванулся вперёд, с пеной у пасти огрызаясь на меня, а затем с остервенением кинулся на магов, словно пытаясь сорваться с привязи и разорвать их.

– Уведи эту тварь! – гневно заорал маг делая шаг в сторону.

Я лишь кивнул, изображая усилие, и потащил «взбешённого» волка вглубь поселения, за первый же угол. Как только мы скрылись из виду, Эстер мгновенно “успокоился”, и засеменил рядом, совершенно обычной рысцой.

– Актерский талант, – тихо шепнул я ему, пряча ухмылку в складках капюшона. – Если доживём до мирной жизни, обязательно развивай. У тебя явные задатки.

В ответ Эстер лишь фыркнул, и в этом звуке я явственно расслышал презрительное: «Тебе надо ты и развивай».

Завернув на очередную улицу, мы наконец, в глубине тупика обнаружили клетки с оборотнями. Возле них, лениво перебрасываясь словами, прохаживались двое магов.

– "Ну что ж, действуем по плану и дальше прокачиваем твое актерское мастерство." – мысленно сообщил Эстеру.

Подойдя к пустой клетки, я сделал вид, что пытаюсь открыть ее, но в этот момент выпустил цепь из рук. Та упала с громким лязгом, Эстер сорвался с места. Я бросился следом за ним с громким криком:

– Дьявол…ловите его!

Оба мага ринулись в погоню. В тот миг, когда первый поравнялся со мной, я сшиб его с ног и быстро перерезал ему глотку. Он тяжело рухнул, не успев произнести ни звука. Со вторым справился Эстер. Маг не ожидал, что волк вдруг затормозит, развернется в прыжке и вцепится ему в горло мертвой хваткой. Хруст, короткий хрип – и тишина.

– Отлично! Быстро и почти бесшумно. – констатировал я, вытирая клинок о плащ мага.

– Да, если не считать твоего крика, – ответил Эстер, обернувшись человеком.

– Тем больше причин не тянуть. Открывай. – я достал из кармана ключ от ошейника и бросил ему. Металл блеснул в воздухе.

Эстер поймал ключ, но замешкался, бросая взгляд на темные клетки, откуда на нас смотрели десятки пар горящих желтых глаз:

– Ты уверен? Они дикие. Могут разорвать и нас.

– Уверен, придавим посильнее, двух Альф они не ослушаются. Да и ненависть к магам, которые их пленили, поможет им определить, кого загрызть первыми, – с этими словами я скинул плащ, оставляя лишь свое обмундирование.

– Давай Эстер, бегом! Выполняй!

По очереди мы стали открывать все клетки и ментально отдавать приказ об уничтожении магов. Волки скулили, рычали, щерились, но все как один бежали вглубь поселения, они желали отомстить за свое пленение.

Не прошло и нескольких минут, как ночную тишину разорвали первые крики ужаса, яростное рычание и глухие хлопки магических разрядов. Бойня началась.

Я подошел к последней, самой массивной клетке. За решеткой, в глубине тени, неподвижно сидел волк. Не просто большой – исполинский, матерый, с шерстью цвета смоляной ночи и холодными глазами. Вожак. Альфа.

Сорвав замок, я распахнул дверцу и отступил на три шага, давая пространство. Зверь поднялся неспешно, с достоинством. Он вышел из клетки, потянулся, затем медленно повернул могучую голову ко мне. В его взгляде не было ни страха, ни благодарности – лишь холодная оценка и бездонная, первобытная ярость.

– Убей магов! Иди и веди стаю!Я собрал волю в кулак и послал ментальный приказ, вложив в него всю свою силу и авторитет Альфы:

Но оборотень лишь мотнул головой. Глухое рычание, больше похожее на ворчание, вырвалось из его груди. Он сделал шаг – не к звукам боя, а ко мне. Потом еще один, обнажая клыки в беззвучном оскале.

– Так я и думал. Не примет приказа от другого Альфы. Доказывать придется по-старому. – медленно, чтобы не спровоцировать резкой атаки, я снял с плеч ножны и отбросил оба меча в сторону. Волк не примет вызова, если в руках есть железо. Здесь и сейчас правила диктуют законы стаи: сила против силы, когти против когтей. – Эстер, периметр! Никого не подпускай! – бросил я, не отводя глаз от черного исполина. – Ну начинай, – тихо сказал я, глядя в желтые, горящие как расплавленное золото, глаза вожака. – посмотрим, на что ты способен, – обратился я к дикарю.

Я сделал два провокационных шага вперед, открываясь. Этого хватило. Черная туша ринулась на меня, я едва успел отскочить в сторону, почувствовав на коже горячее дыхание и свист воздуха, рассекаемого когтями. Он пронесся мимо, развернулся с невероятной для его размера ловкостью и накинулся снова, уже не пытаясь сбить с ног, а целясь в горло. Мне снова удалось увернуться, но при этом я схватил громилу за холку и резко с силой дернул на себя, вкладывая в движение весь вес и инерцию, тот от неожиданности клацнул зубами и тихо заскулил. Пользуясь секундной дезориентацией, я пнул его ногой под зад, не для боли, а для унижения – как щенка:

– Ну что же, большой мохнатый зверь, это все, на что ты способен? – поддразнил я его.

Оборотень отпрыгнул, тряся головой. В его желтых глазах что-то переломилось. Гнев сменился холодной яростью. Он не просто рычал теперь – низкое, утробное ворчание исходило из самой глубины его существа. Но в этом звуке было нечто новое… осознанность. Он открыл пасть, обнажая клыки, и в его взгляде, помимо зверя, на миг мелькнуло что-то человеческое – оскорбленная гордость.

– Отлично, – прошептал я. – Чувствуешь? Зверь не справляется. Пора звать на помощь другую часть себя.

Он прыгнул не как дикое животное, а с расчетом, закрывая все пути к отступлению. Удар был сокрушительным. Мир опрокинулся, и я оказался прижат спиной к холодной земле, едва удерживая над собой сотни килограммов мышц и ярости. Его пасть, огромная и смертельная, была в сантиметрах от моего лица. Я упирался руками в его шею, мышцы горели, суставы трещали под давлением.

– Ты… – выдавил я хрипло, заглядывая в эти пылающие желтым огнем глаза. – Послушай, что происходит вокруг. Эта твоя стая скулит и воет. Звери, лишенные вожака, мечутся в слепой ярости, неся потери. И все из-за тебя, – я вложил в слова всю силу убеждения, почти крича ему в морду. – Они гибнут, потому что их Альфа забыл, кто он! Он зарылся в шкуру зверя и сдался! – Я согнул ноги, уперся ступнями в его мощный живот и изо всех сил лягнул, выпрямляясь. – Они все сдохнут из-за твоего упрямства!

Волк кувырком полетел назад, золотое свечение покрыло все его тело и через мгновение перед нами появился мужик. Огромный, бородатый, с телом, покрытым шрамами и той же дикой яростью в глазах, но теперь – человеческой, осмысленной.

– Твоя стая, – сказал я, поднимаясь и не отводя взгляда. – Они еще могут выжить. Но им нужен не волк. Им нужен вожак.

Я наклонился, поднял один из своих мечей и бросил ему. Он поймал клинок на лету, пальцы привычно обхватили рукоять. Этот оборотень явно был воином.

– Прикажи им обернуться, напомни, кто они есть на самом деле – они должны послушать своего вожака.

– Сантер, – услышал я голос Эстера. Он стоял, прислонившись к клетке, и откровенно ухмылялся. – Вот я всегда удивлялся, как ты ловко находишь нужные слова в критической ситуации. Просто дипломат от бога. Прямо слушать приятно. – сарказм в его голосе был настолько густым, что им можно было резать хлеб.

– Очень смешно, – проворчал я, отряхивая с одежды пыль, волчью шерсть и что-то подозрительно липкое. – Давай-ка я тебя в следующий раз под такого добряка положу, и посмотрим, какие шедевры красноречия ты выдашь. «Простите, пожалуйста, мистер волк, не могли бы вы слегка ослабить хватку? Я, знаете ли, задыхаюсь».

– Ага, – фыркнул Эстер, подходя ближе. – Вот прям так бы и сказал, в отличие от твоего последнего аргумента про «все сдохнут». Видел бы ты свое лицо в тот момент.

Я скривился.

– Ладно, пока ты тут переговоры вел, я кое-что нашёл. – он кивнул в сторону клетки.

Присмотревшись, я заметил за решёткой ещё одну, поменьше – не больше полуметра в высоту и ширину. В ней, съежившись, сидела птица. Рябая, в рыже-черных перьях, с загнутым клювом и двумя торчащими пучками перьев, похожими на уши.

– Сова? – спросила Эстер.

– Нет, скорее филин.

Птица внезапно открыла круглые, огромные глаза и уставилась на меня. Взгляд был осмысленный, почти человеческий.

– Неужели оборотень? – прошептала Эстер.

– Не знаю. Но его в любом случае надо выпустить.

Я сорвал замок и распахнул дверцу. Филин не бросился на свободу сломя голову. Он одарил меня долгим, оценивающим взглядом, на мгновение склонил голову набок, будто кивая, и лишь затем неспешно выскользнул из заточения. Неуклюже переваливаясь, он направился к выходу, а спустя мгновение мы наблюдали, как он парит высоко в небе.

– Ну что, друг? – я обернулся к Эстеру. – Судя по наступившей тишине, пора вернуть девчонку в её стаю.

Из поселка мы вышли так и не встретив ни одного оборотня, лишь то тут, то там валялись растерзанные тела магов – безмолвные свидетельства недавней расправы.

Девушка встретила нас на окраине леса с обнаженным клинком в дрожащих руках. Увидев нас, она ахнула, швырнула меч в сторону и бросилась навстречу:

– Вы смогли! А мой брат? Вы спасли его?

– Мы освободили деревню от магов, и у стаи появился Альфа. Если твой брат там, то я обязательно помогу ему обратиться, идем, покажешь его.

Когда мы вышли на дорогу, девушка перешла на бег, при чем она бежала настолько быстро, что мы с Эстером едва успевали за ней. Как я и ожидал, нас встретил этот огромный чернобородый оборотень. Неожиданно девочка подпрыгнула, завизжала и в следующее мгновение она уже висела на шее этого громилы.

– Это твой брат? – выдавил из себя потрясенный Эстер.

– Да! – просияв, крикнула девушка, не отпуская бородача. – Я знала, знала, что вы поможете.

– А сколько тебе, гигант, лет? – не унимался Эстер, смерив нового вожака взглядом.

– Восемнадцать.

– Ха! – Эстер ехидно ткнул меня кулаком в бок. – Значит, тебя чуть не уделал совсем ещё юнец.

Я сдержанно хмыкнул, вспомнив, как те самые «юношеские» когти едва не выпустили мне кишки.

Новый Альфа аккуратно поставил сестру на землю и сделал шаг вперёд. Его темные глаза, теперь без тени злобы, внимательно изучали меня.

– Как вас-то звать? – прогремел он, и в его голосе звучала уже не ярость, а уважение.

– Его зовут генерал Сантер Хонсла, – с пафосом, достойным герольда, провозгласил Эстер, опередив мой ответ.

Я бросил на друга убийственный взгляд. Будь у меня хоть капля сил, я бы точно дал ему подзатыльник за этот ненужный пафос.

– Спасибо вам, – снова сказал оборотень, и в его голосе сквозила неподдельная, грубая искренность. – Я, Вайл.

Я лишь молча кивнул в ответ. Усталость накатывала тяжелой, вязкой волной, сводя все мысли к одной простой потребности.

– Мы можем у вас переночевать? – спросил я, и собственный голос прозвучал глухо и отрешенно.

Оборотень молча махнул рукой, указывая вглубь поселения, и мы побрели к одной из построек. По пути к ночлегу я размышлял над тем, что деревня вырвана из лап врага, а мне нужно снова искать смысл жизни.

Книга. Начало

…и еще 3 года спустя..

Мидара

– Вы такая красивая, но выглядите… жёсткой, – сквозь стиснутые зубы процедил мой пациент.

– Сантименты оставь при себе. Ты готов? – отрезала я, уставившись на оборотня, сидевшего передо мной на табурете.

Тот лишь покорно кивнул, взгляд его был устремлён в пол. Мускулы на его обнаженном торсе напряглись, будто стальные канаты.

– Держи крепче, – бросила я своему новому помощнику, юноше по имени Леон.

– Хорошо, – четко отозвался он и обхватил торс и здоровое плечо пациента мощными, на удивление сильными руками. Мне нравился этот паренёк. Хоть на первый взгляд и не скажешь, но он оказался сильным и исполнительным.

– Тогда начали!

Я резким жестом заправила выбившуюся прядь волос за ухо, сконцентрировалась. Ладонь легла на его повреждённый сустав, пальцы нащупали смещенную кость под кожей.

– Дыши, – скомандовала я и медленно, с нарастающим усилием повела его предплечье кнаружи.

Оборотень резко втянул воздух, зашипел. По лицу струился пот.

– Терпи, волк! – рыкнула я, не останавливая движения. Чтобы отвлечь его, тут же завела разговор. – Никак не пойму я вас, – протянула, – зачем так изничтожать друг друга на тренировках? Мир-то вроде спокойный. Войн нет, нападений тоже. Вред себе один. – вопрос был провокационным и намеренно глуповатым – лучший способ отвлечь пациента. Они всегда, сквозь боль, начинали с жаром объяснять очевидное, тело при этом невольно расслаблялось, и дело шло куда быстрее.

– Именно для того, чтобы их не было, – сдавленно произнес волк, вдыхая воздух через сжатые зубы. Его взгляд затуманился от сосредоточения на моих словах.

Я воспользовалась моментом, добавила точное, резкое давление – и под пальцами почувствовала как сустав встал на место. Сделано.

Не успел оборотень выдохнуть с облегчением, как дверь в лазарет распахнулась. В комнату ворвался мой второй помощник:

– Мисс Мидара! Мисс Мидара! – громко произнес он. – Там… там старуха… – он запнулся, переведя дух. – Ведьма! Ей очень плохо, она бредит… Вас зовет! Срочно!

– Минуту, – спокойно произнесла я, ловко подхватывая рулон бинта. Быстрыми, точными движениями начала фиксировать плечо оборотня, создавая плотную, поддерживающую повязку. – Откуда она?

– Не знаю! – мальчишка переминался с ноги на ногу, его голос дрожал от волнения. – Она еле дышит! Пожалуйста, поторопитесь!

– В какой она комнате? – мои пальцы не останавливались, затягивая узел.

– В жёлтой!

– Хорошо. Сейчас буду.

Сделав последний, достаточно тугой виток, я вопросительно посмотрела на Леона. – Дальше справишься? Закрепишь и проследишь, чтобы не двигал рукой?

Тот кивнул.

Я стремительно вышла в коридор. "Надо же, ведьма. И что ей потребовалось здесь?" – пронеслось в голове, пока я почти бежала по длинному коридору к дальнему крылу, где располагалась жёлтая комната. Открыв дверь, я замерла на пороге. На узкой постели под простыней лежала крошечная, почти невесомая фигурка. Очень старая женщина. Её седые, длинные, как паутина, волосы разметались по подушке. Я подошла ближе. Светло—серые глаза смотрели в потолок безжизненным взглядом. Я рвано выдохнула, приложила руки к ее груди, потянулась к источнику жизненной энергии. Старушка вздрогнула и, не открывая глаз, еле слышно произнесла надтреснутым голосом: