Хранительница мира

От его слов, произнесенных с такой обжигающей прямотой, по моей спине пробежала волна жара. Ярко, до мельчайших деталей, представила, как это — чувствовать его руки на своей спине, его дыхание на коже… Но тут я наткнулась на его внимательный взгляд, он вернул меня в реальность.

— А на третьей что? — спросила я, торопясь укрыться за следующим вопросом.

— «Узнавание».

Я нахмурилась, искренне не понимая.

— Как так получается, что сначала страсть, а потом узнавание? Это же неправильно.

Макс улыбнулся:

— Иногда страсть настолько затмевает разум, что уже не до узнавания.

Его слова прозвучали как личное признание. “Значит, ему это знакомо,” — сжалось у меня внутри. Я с силой отогнала прочь ревнивую мысль.

— А следующая?

— «Дружба».

— Мне нравится эта статуя, — произнесла я и добавила про себя: "Примерно также мы дружили с тобой."

Макс перешёл к следующей и прочитал:

— Любовь.

Он на мгновение задумался и, словно в подтверждение какой—то своей мысли, кивнул:

— Да, именно из дружбы может вырасти настоящая и крепкая любовь.

Я проигнорировала его слова. Слишком больно мне было думать об этом.

— А на этой что написано?

Эта статуя была мне менее понятна, чем все остальные.

— Разъединение.

— Что это значит?

Макс долго молчал, его взгляд был прикован к колонне, будто он пытался прочесть ответ в камне:

— Я не совсем уверен, — начал он, его глаза зажглись мягким янтарным светом, — волк подсказывает мне, что в паре каждый является самодостаточной частью. Каждый делает то, что на самом деле хочет, независимо от другого. Они вместе как единое целое, с одной стороны, а с другой, каждый живёт своей жизнью. Своими увлечениями, своими целями. При этом они настолько сильно чувствуют друг друга, что понимают без слов. Ты ощущаешь эмоции своей пары, но можешь отделить свои чувства и вместе с этим поддержать. Это значит находится рядом.

Он ещё немного помолчал и добавил:

— Вот, например, ревность.

Он посмотрел на меня, и от его взгляда у меня внутри все сжалось.

— На этой стадии её просто не существует. Ревность — это тень недоверия, страх потери. А здесь — полное доверие. Такое же абсолютное, как доверие к собственному сердцу, которое бьется в груди. Ты знаешь своего избранника, как знаешь себя. И потому — свободен.

Я понимала, к чему это он. Я и сама не раз задумывалась над своим глупым поведением. Надо было просто подойти и поговорить, а я прокляла.

— Смотри, — он подошёл к последней, загадочной колонне и долго вглядывался в нее. — Даже моему волку она не поддаётся.

— Что там написано? — прошептала я, подходя ближе.

— Сознательное соединение на всех уровнях.

— Если провести по надписи, то между девушкой и юношей возникает сияние.

Наклонившись, он провёл пальцами по высеченным буквам. И снова, послушный его прикосновению, между каменными фигурами вспыхнуло то самое белое сияние — чистое, почти осязаемое, наполненное тихой магией.

— Да, интересно, — произнёс Макс, отводя руку. Свет медленно угас, оставив после себя лёгкое свечение в воздухе. — Подозреваю, что пройдя все уровни отношений, у пары появляется что—то божественное. Наверное поэтому последняя статуя выделена особо с помощью магии. Большего сказать тебе не могу.

— Спасибо, вы и так многое поведали. Я вам очень благодарна, — выдохнула я.

Тихий, четкий щелчок нарушил тишину, эхом разнесся по залу. Я взглянула на часы. Уже четыре утра. Ночь истекла. Скоро замок начнёт просыпаться.

— Сантер… — осторожно протянула я, пробуя это новое, чуждое имя на языке. — проводите меня до моей комнаты, пожалуйста.

— С величайшим удовольствием, — произнёс он, и его голос снова стал с теми бархатными нотками. Он протянул мне руку ладонью вверх.

Я положила свою руку в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих — твёрдо, надёжно, казалось, что он таким образом пытался удержать меня. Но, это лишь казалось. Я не желала обманывать себя, но между тем наслаждалась этим прикосновением.

Путь до моей комнаты оказался слишком коротким. Я не хотела прощаться с ним, но не знала, что ещё сказать.

— Тебя что-то гложет, — тихо сказал он, останавливаясь у самой двери. — Я чувствую это. Ты можешь довериться мне.

Внизу громко хлопнула дверь. Дом начинал просыпаться. А я совсем не хотела произносить то, от чего его отношение ко мне изменится и я больше не услышу тех бархатных теплых ноток в его голосе. Не сейчас Позже. Я во всем признаюсь позже.

— До завтра, — тихо вымолвила я, игнорируя его слова.

— До сегодня, мисс Дарина.

Прежде чем я успела уйти, он поднес мою руку к своим губам. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, но от него по коже побежали искры. И всё это время он не отводил от меня взгляда. Его фиолетовые глаза, в которых теперь плескалась целая буря невысказанного, смотрели прямо в душу — будоража, смущая, и чего-то ожидая.

— Спасибо вам, — произнесла я и быстро юркнула за дверь, закрывая за собой.

За дверью послышались твердые удаляющиеся шаги.

Я легла на кровать, обняла подушку и прижала ее к себе. Наша встреча в библиотеке была похожа на свидание. Меня восхитили эти прекрасные статуи. В них был заложен глубокий смысл. Вспоминая их, поняла что один из этапов мы с Максом пропустили. Так как мы были детьми, наша дружба сразу переросла в любовь. Возможно, поэтому я и приревновала его тогда. Я была не уверена в себе, не уверена, что я желанна.