Закрыто! Том 1

Однако один момент в проеме между зданиями заставил меня притормозить. Там в кучу были свалены и буквально разорваны на части около пятнадцати человек. Наверное, какой-то дикий зверь кормился или стая одичавших собак. Чему тут уже удивляться?

Приехав в DNS, я зашел внутрь и первым делом методично набрал хороших профессиональных раций. На коробке было заявлено, что они бьют до тридцати километров, да еще и оснащены встроенными солнечными батареями. Отлично, в хозяйстве пригодится, всякое бывает. Скинув их в продовольственную тележку на колесиках, я покатил искать те самые фонари с детекторами движения. Накидал от души — ровно пятьдесят штук. В таком деле лучше воткнуть больше, чем потом пожалеть о слепых зонах. Посажу их дома на жидкие гвозди по всему внешнему и внутреннему периметру забора — и будет зашибись. Заодно прихватил мощные фонари-шокеры, портативные солнечные панели и емкие аккумуляторы, после чего спустился к выходу.

Закинув всё добытое добро в машину, я стоял у багажника и молча курил. Оглядевшись, я заметил странную деталь: огромный центр электроники стоял абсолютно нетронутым, мародеры сюда не заходили. Пошатавшись рядом, я решил заскочить в соседний хозяйственный магазин. Там я набрал пять строительных пистолетов, около десятка тюбиков жидких гвоздей, несколько рулонов плотного скотча и прочую полезную приблуду. Ведь впереди меня ждало самое сложное и изматывающее испытание — нужно было вырыть по периметру ров с кольями и замаскировать скрытые ямы-ловушки. Мало ли кто туда упадет. Выбраться он точно не сможет, а я смогу спокойно прийти и поразвлечься, расспросить по-хорошему: кто он, откуда и какого лешего тут шатается. Ну ладно, это пока были лишь мои суровые фантазии и планы на оборону.

Подойдя к «Марку», я открыл дверь, чтобы забросить пакеты, и тут же увидел очередной кандибобер. Это зрелище меня не столько напугало или удивило, сколько дико рассмешило. На лобовом стекле, прямо за щеткой дворника, белел чистый почтовый конверт.

«Да уж... Походу, я конкретно влип», — произнес я с усмешкой.

Разорвав бумагу, я вытащил аккуратно сложенный лист. Когда я расправил его, внутри обнаружился схематично нарисованный человеческий глаз, а чуть ниже шла короткая строчка: «Я знаю».

Я покрутил листок в руках и хмыкнул: «Ну и хер на тебя, клоун плешивый». Видимо, сам же ночью крысанул мои вещи из багажника, а теперь решил устроить глупый троллинг. Смешно ему, видите ли, весело. Обоссаться можно от такой комедии. Скрысил мой шмот, а теперь тут в почтальона играет, письма отправляет.

Я взял этот дурацкий конверт, чиркнул зажигалкой, поджег его и прямо от этого пламени прикурил уже третью по счету сигарету. Мне действительно стало смешно. Какая-то тварь умудрилась обворовать меня ночью, выследила меня сегодня недалеко от вчерашней фуры в самом центре города, любезно накатала записку и засунула под дворник. Хорошо хоть не штраф за превышение скорости выписали и не нацарапали гвоздем «Я козел, паркуюсь как хочу».

Приехав домой — а моя крепость, напомню, находилась в двадцати километрах от центра Находки, — я сразу загнал машину в глухой гараж. В последние дни я взял за правило петлять окольными путями и дворами: мало ли, вдруг за мной тянется хвост из этого новоявленного почтальона, а то и кого похуже.

Достав и аккуратно разложив все покупки, я без промедления принялся монтировать лампы-детекторы на забор и стены. К счастью, благодаря строительным пистолетам я успел закончить всю проводку и крепеж как раз к вечеру. Перекусили вместе с кошкой: ей досталась знатная консерва из жирных ивасей, а мне — наваристая гречка с мясом из старых армейских запасов. После ужина я спокойно выдохнул и прикинул план: датчики стоят, теперь нужен ров.

Взяв штыковую лопату, я вышел во двор и начал упорно вгрызаться в землю по периметру территории вокруг дома. Благо наша приморская земля в этом месте была рыхлой и мягкой, копалось легко. К двум часам ночи я успел выполнить ровно половину от задуманного.

Совершенно вымотанный и усталый, я зашел в дом, наглухо запер массивные двери на все замки и задвижки. В этот раз перед тем, как лечь, я пошел на хитрость: обильно раскидал по всему полу внутри дома вокруг комнат сухой, хрупкий хворост. Если ночью кто-то вскрыет замок и попытается тихо войти — треск будет стоять такой, что я подскочу в ту же секунду.

Сон был крепким и тяжелым. Мне без конца снился орущий попугай в клетке, крепкая водка и та самая, невероятно красивая красноволосая женщина-курьер...

Глава 9: Сделка с дьяволом

Удивительным бывает мир. Наверное, просто дневные мысли о записке с этим жутким глазом и образ той красноволосой курьерши вылились ночью в такой приятный и гармоничный сон — действительно, в жизни так и бывает. Я проснулся полным сил и с отчетливым чувством того, что остаться в таком мире совсем одному было бы жутко и страшно одиноко. Моя кошка ластилась о ногу, но я прекрасно понимал: делает она это только тогда, когда хочет жрать. Даже кошка в чем-то умнее многих людей — она абсолютно прагматична. Тем не менее она давала мне успокоение и хоть какую-то живую компанию. Конечно, капать ей валерьянку, как я практиковал раньше, я больше не буду — всё-таки это вредно для животного. Но сейчас это была моя единственная и любимая подруга во всей вселенной.

Знаешь, я иногда задумываюсь: а может быть, вовсе не зря всё это произошло с человечеством? Может, это действительно то, что мы заслужили? Ведь самое жестокое, коварное и мерзкое существо на планете — это человек. Неужели всё накопленное зло наконец-то аукнулось нашему виду? Только вот почему я сам остался в полном порядке — вопрос тот еще. Тут в воду сколько ни гляди, ответа хрен сыщешь. А может, всё-таки найдешь.

Вспомнить хотя бы те запредельно жестокие преступления японского отряда 731, где живых кошек ради забавы кидали в толпу голодных крыс или матерей с младенцами заживо замораживали в барокамерах ради безумных медицинских экспериментов. И таких замученных, растерзанных мучеников за всю историю человечества наберется сотни миллионов. И ведь, если подумать, может, совсем не зря этот апокалипсис накрыл наш вид? Может, все просто получили по заслугам?

Ладно, хорош полемики. У меня в подвале скопился целый склад пива в банках и бутылках — всё, что я успел технично намародерить за первые дни. Да, садиться за руль пьяным — идея паршивая даже в конце света, но напиваться в зюзю я и не собирался, а пара прохладных банок в дорогу точно не помешает. Ведь вчера у меня чуть жопа не сломалась вручную копать эту землю. Пора было искать мотобур. Инструмент точно должен был лежать на пригородной базе строительного снабжения и запчастей. Лопата-хуята — это всё прошлый век и чушь собачья. Даже кошка в доме в этот момент коротко мяукнула, словно полностью подтверждая мою догадку.

Взяв верный пистолет Макарова, нож-бабочку, бутылку воды, пиво и тактический фонарик, я сел в авто и поехал на базу строительного инструмента. По пути за стеклом мелькала всё та же картина: тела, кишки, гребаные бродячие собаки. О, в один момент я даже успел увидеть живого оленя, грациозно перебегавшего дорогу. Господи, я-то думал, что из-за этого проклятого глобального потепления они уже давно свалили из наших лесов.

Доехав до базы, я зашел на территорию и стал дотошно обходить ангары. Возле главного склада мне открылась жалкая и одновременно жуткая картина: какого-то бедолагу автоматические горизонтальные ворота в момент катастрофы буквально разорвали надвое вдоль кузова. Разглядывая труп, я сразу почему-то вспомнил старую рекламу батончика «Твикс» — уж больно левая и правая половина бедолаги напоминали мне те самые палочки.

Найдя наконец тяжелый бензиновый мотобур и шустро отсосав шлангом дизель из бака ближайшего грузовика в канистру, я поехал обратно. Пустые пивные банки сиротливо валялись рядом на пассажирском сиденье. Доехав до дома, я без лишних раздумий принялся дорывать свой ров. Это было четко и классно — шнек мотобура идеально вгрызался в грунт. Я прямо вспомнил игру «Террария», там была точно такая же прикольная и эффективная штука для добычи блоков.

Закончив к четырем часам дня со рвом, я отошел в сторону и с гордостью посмотрел на это рукотворное чудо. Вот теперь я воистину почувствовал себя королем. Его величество Марко Первый, живущий в собственном неприступном замке на самом отшибе этого Богом забытого города. Оставалось только решить один логичный вопрос: а что, собственно, в этот ров положить? По итогу мне пришлось потратить еще три часа, вручную перенося ранее наструганные деревянные колья прямо на дно траншеи. Выглядело это эпично — настоящая средневековая волчья яма для незваных гостей.

Закончив все полезные дела и окончательно обустроив свою крепость, я решил, что для полного счастья мне не помешает реально крутое, большое и комфортное кресло. Его величество Марко Первый должен был восседать на достойном троне. На часах было уже семь вечера, когда я поперся в ближайший крупный мебельный магазин. Было поздно, город стремительно тонул в сумерках, но что делать? Пока есть дикое желание и горит мотивация, надо рубить на полную.

Найдя среди рядов подходящее кожаное кресло, я сделал шаг вперед и вдруг наступил на что-то мягкое. Под подошвой оказалась рука. Человеческая рука. Тонкая, женская. Посмотрев вниз, я, мягко говоря, охуел. Этого я уж точно не ожидал увидеть в пустом мебельном павильоне посреди застывшей Находки.

Внизу, прямо на холодном полу, лежала та самая красноволосая курьерша из моих ночных кошмаров. Я замер и тупо смотрел на нее сверху вниз, а в голове вихрем пронеслась безумная мысль: «Емае, парень, да это же твой шанс!» Возможно, когда-нибудь я всё-таки докопаюсь до истины и найду лекарство от этого чертова глобального паралича. И лучший кандидат, на ком можно будет испытать противоядие, — это она.

Тем более, несмотря на ее помятый вид и бледность — словно после жесткой пятидневной пьянки, — она выглядела по-настоящему красиво. Очень красиво. Эти яркие, огненные волосы, изящные черты лица... Но перед тем как давать волю своей бурной фантазии, необходимо было проверить главное: жива ли она вообще?

Достав у нее из кармана куртки маленькое зеркальце, я дрожащими пальцами поднес его к ее губам. Стекло не запотело. Блять... Сердце оборвалось вниз, я уже мысленно выругался, что рано радовался. Но интуиция заставила меня присмотреться внимательнее. Я аккуратно приподнял пальцами ее тяжелые веки. Чертыхаясь про себя, я заглянул в ее глаза и опешил.

Ее зрачки не были стеклянными — они были живыми. Они сфокусировались на мне и бешено задвигались, глядя прямо в душу с диким, нечеловеческим ужасом. Она была жива, просто ее дыхание стало настолько слабым и поверхностным, что карманное зеркальце его даже не уловило. Пазл сошелся окончательно.

Я медленно убрал руку от ее лица, на моем лице сама собой поползла кривая усмешка, а пальцы крепче сжали рукоять пистолета.

— Привет снова. Не ожидал встретить тебя в таком положении, — негромко произнес я в гулкую пустоту мебельного магазина, чувствуя, как адреналин мощной волной ударил в голову.

Да уж, в голове в этот момент одновременно возникли и дерьмовые мысли, и хорошие. От нее уже заметно веяло тем, чем пахнуть явно не должно было — ясное дело, человек без движения пролежал на полу трое или четверо суток. Найдя неподалеку большой упаковочный пакет от какого-то дивана, я аккуратно завернул в него девушку и потащил за собой к выходу. Весила она килограммов эдак пятьдесят. Пахла, мягко говоря, не очень, но это был мой единственный реальный шанс. Почему именно она? А черт его знает. Наверное, просто запала в душу. А может, всё вместе: и это, и понимание того, что при помощи нее я смогу окончательно не сойти с ума в этой пустоте. И, если повезет, попытаюсь найти способ устранения недуга, от которого парализовано всё человечество.

Положив ее на заднее сиденье, я завел «Марк» и рванул домой. Ехал так, что сердце бешено билось о ребра — ощущение было совершенно непривычным. Я прекрасно понимал, что оставлять человека в таком состоянии и забирать к себе — это ужасно эгоистично и неправильно. Но с другой стороны, а как еще найти того, на ком можно будет испытать лекарство, когда я его создам или найду? Для меня это был лучший и единственный вариант.

Приехав домой, я загнал машину во двор и наглухо закрыл ворота. Вытащил даму, совсем позабыв в спешке про чертово кресло, ради которого ехал, и сразу потащил её в ванную. Раздел полностью, аккуратно сняв джинсы, верхнюю одежду и белье, после чего уложил ее в ванну в полусидячем положении. Единственное, что я видел — это её бешено бегающие зрачки. Благо хоть моргала, а то без этого была бы вообще крипота та еще.

Тщательно помыв её из душа и закинув грязную одежду в стиральную машину (да-да, у меня в доме была своя автономная скважина, ха!), я начал нежно вытирать ее полотенцем. Касаясь ее груди, шеи и бедер, я чувствовал, как внутри просыпается жгучий стыд, который одновременно смешивался с завораживающим чувством контроля. Вроде бы взрослая девушка прямо перед тобой, но при этом мозг вынести тебе физически не может. Ради прикола я прижал пальцы к ее шее, чтобы замерить пульс — прибор в моей голове зафиксировал под 150 ударов в минуту. Сердце у нее готово было выпрыгнуть из груди.

— Малышка, успокойся, — тихо сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Вреда я тебе не причиню. Бить не буду, обижать тоже... наверное. Шучу.

Натирая ее кремом по пятому кругу, я заметил, что на спине уже начали появляться небольшие пролежни от долгого лежания на полу в магазине, пришлось обрабатывать кожу тщательнее. Не подумайте ничего дурного, я сразу же дал ей попить — набрал чистой воды в шприц и аккуратно влил в рот, еще когда мы только сели в авто. Она тогда чуть не поперхнулась с непривычки, но воду сглотнула. В этот раз, уже после ванны, я снова напоил её. Иначе вообще удивительно, как она за эти дни копыта не отбросила от обезвоживания.

Заодно отыскав на кухне запасы жидкого детского питания «ФрутоНяня», я осторожно раскрыл ей рот и аккуратно залил питательную смесь внутрь. Вроде прошло нормально, с рефлексами у нее всё было в порядке. Пока побудет так.

— Посмотри вверх, если тебе нужна вода или еда, — скомандовал я, устанавливая первые правила нашей коммуникации.

Она послушно повела зрачками вверх, и я повторил всю процедуру заново, давая ей порцию за порцией. На часах было около семи вечера. И я понимал, что дальше становилось только жарче... Ведь нам многое предстояло сделать вместе в этом застывшем мире.

Глава 10: Томаты

Вечером, после её и, естественно, своего душа, я сел рядом и завел с ней диалог. В целом мы говорили ни о чем конкретном, я просто пытался донести до нее простую суть: как еще иначе? Кто, если не она — молодая, приятная на вид девчонка — подошел бы для того, чтобы разгадать и понять эту глобальную загадку? Уложив ее после ванны на диван, я спокойно произнес:

— Слушай, ты ничего плохого не подумай. Но у меня действительно накопилось много вопросов, на которые я хочу найти ответы. В том числе и главный: почему все человечество внезапно встало колом, а со мной этого не произошло?

Я продолжал рассказывать ей о том первом дне, о своих поездках по замершей Находке, о странном поезде, который на бешеной скорости мчался куда-то по путям, о краже моих вещей из багажника и о той дурацкой истории с кричащим попугаем. Она молча слушала, лишь изредка испуганно шевеля глазами. В этот момент моя кошка увлеченно обнюхивала ее со всех сторон. Ей было безумно интересно увидеть в доме женщину в таком странном положении, поэтому она ходила вокруг да около, то и дело принюхиваясь к гостье.

Я перекусил, моя спутница и кошка — тоже. Теперь пора было ложиться спать, ведь завтра предстояло самое интересное. Мне хотелось узнать хотя бы ее имя, а то пока оставалось стойкое ощущение, что в доме появилась живая кукла. Но, естественно, умом я прекрасно понимал, что передо мной настоящий человек, который, возможно, хранит в себе ключи ко многим тайнам.

Повернув ее на бок и накрыв теплым пледом, я лег рядом на диване. Честно скажу: когда я видел ее голой в ванной, а потом аккуратно надевал на нее комплект чистой женской одежды — белье, футболку, — эти мысли волей-неволей начали меня заводить. Внутренне внизу у меня всё буквально горело, и я не мог уснуть часа два точно. Но, тем не менее, переборов себя, я всё-таки провалился в сон.

На утро я встал абсолютно выспавшимся и полным сил. Снова начал задавать ей вопросы, считывая ответы по движению зрачков: в туалет, вода, еда и всё в таком духе. Слушай, а ведь это чертовски хорошая подруга! Сидит рядом, мозг не клюет, не изменяет... Ну ладно, это мой дурацкий черный юмор.

После утреннего кофе и бутербродов я сразу честно предупредил ее о том, что буду делать сегодня. Сказал, что вещи будут не совсем хорошими, но у меня банально присутствует научное любопытство. Взяв ее на руки, я понес легкое тело в сарай. Там у меня стоял верстак. Дойдя до места, я постелил на него чистую белую марлю и стал раздевать девушку до нижнего белья. Положив ее на стол, я поймал собственный мысленный вопрос: «За-а-ачем?» А затем, чтобы было. Мне было жизненно необходимо понять: чувствуют ли парализованные люди боль или хоть как-то ощущают свое тело?

Достав самую простую строительную отвертку, я слегка надавил тупым концом ей на ногу. По округлившимся глазам сразу стало ясно — да, она всё прекрасно чувствует. Эксперимент был окончен. После этого мне пришлось перевернуть ее на живот и начать активно натирать спину мазью от синяков — как-никак девчонка пролежала в ступоре дня четыре на твердом полу, и ткани уже начали страдать. Такое себе удовольствие.

Закончив все манипуляции, я отнес ее обратно в дом и устроил в полулежачем положении на диване. Сел рядом и просто по-человечески приобнял за плечи. Знаешь, девчонка еще особо не отошла от шока, поэтому все свои нехорошие фантазии я предпочел засунуть себе глубоко в жопу. Напоследок я коротко объяснил ей, что у меня тут нарисовались серьезные проблемы — кто-то внаглую отмародерил мою машину, и мне нужно провести разведку.

Я вышел во двор, сел в «Марк», завел мотор и поехал в город, оставив свою безмолвную подругу отдыхать под замком. По пути заскочил в магазин детских товаров. Там на полках оставалось полно питательных смесей: томатных, фруктовых, шоколадных. Для ее кормления через шприц — идеальный вариант. Я стал загружать коробки в багажник. Прихватил и упаковки с памперсами — тоже штука нужная, лишним не будет.

Уже закидывая последние коробки в авто, я вдруг услышал на улице дикий, нечеловеческий треш. Где-то неподалеку, в районе старых двухэтажных кирпичных бараков, кто-то бешено, истошно орал. Я мгновенно затаился в глубине магазина, выглядывая в разбитое окно, и стал наблюдать очень интересную картину, которая в секунду выбила меня из колеи...

Глава 11: Как же трудно быть богом......

Затаившись в глубине магазина, я внимательно вслушивался в доносящиеся с улицы звуки. Это был крик, но не отчаяния или боли, а дикий, переполненный безумным восторгом победный вопль. Я стоял не шевелясь минут десять или пятнадцать, прокручивая в голове самые паршивые варианты, пока наконец в проеме разбитых дверей не показался источник этого шума.

Вдалеке, метрах в пятидесяти от моего укрытия, бесцельно метался мужчина. На вид ему было года сорок пять: высокий, под метр девяносто, грузный, с противным, заплывшим от жира лицом. Он орал дурниной на всю пустую улицу и прямо из горла глушил какую-то темную жидкость — то ли дешевый виски, то ли паленую водку. Но самое паршивое было не это. В правой руке этот боров сжимал массивный, покрытый густой багровой кровью меч или тяжелое мачете. Он вальяжно прохаживался по мостовой и с глухим звуком пинал разбросанные по асфальту оторванные головы несчастных людей.

Мои мысли в этот момент были странными и путанными. С одной стороны, передо мной стоял человек — такое же живое и мыслящее существо, как и я сам. С другой — он полностью, окончательно сошел с ума. Видимо, его слабый мозг просто не выдержал внезапного осознания безграничной власти и абсолютного могущества над застывшим, беззащитным миром.

Вдруг толстяк с размаху выкинул пустую бутылку в стену барака и с животным рыком направился к телам, которые сотнями лежали вдоль обочины дороги. Двигаясь на цыпочках и прячась за остовами брошенных машин, я тайком последовал за ним чуть ближе, чтобы лучше контролировать ситуацию. Псих остановился возле парализованной женщины с явным лишним весом, которая неподвижно лежала на спине, словно тяжелое бревно. Схватив несчастную за сальные волосы, он начал с дикой силой вколачивать её затылок в разбитый асфальт. Это продолжалось минуты три без остановки, пока голова бедолаги не превратилась в жуткую кровавую котлету, лишь отдаленно напоминающую человеческое лицо.

«Да уж, умеет чувак веселиться», — цинично промелькнуло у меня в голове, хотя к горлу подступил ком тошноты.

Вступать в открытый контакт с потенциальным, вооруженным до зубов психопатом было слишком опасно и палевно. Мой верный ПМ против такого берсерка казался слабой утешением. Дальше началось совсем уж дикое зрелище: боров принялся деловито рубить изуродованное тело женщины на куски и складывать их в огромный брезентовый мешок. Закончив, он с трудом закинул тяжелую ношу на багажник стоящего рядом мотокроссового байка, намертво привязал его тросами, запрыгнул в седло и с ревом умчался прочь, обдав пустую улицу гарью.

Когда гул мотора окончательно стих, я решил выйти из укрытия и полюбопытствовать, сколько же людей этот мясник успел переработать до моего прихода. Зрелище оказалось не для слабонервных. Вся улица, по которой он шел, была буквально залита черной кровью, усыпана кишками и кусками расчлененных конечностей. Зачем ему понадобился этот труп в мешке? В голове крутились самые паршивые догадки: либо в городе завелся канибал, либо этот урод кормит человечиной стаи одичавших псин.

Ладно, ну его нахер. Самым главным шоком для меня было осознание того, что я в этом мертвеющем мире далеко не единственный нормальный, способный двигаться человек. Прыгнув в салон своего «Самурая», я заблокировал двери и не спеша поехал обратно к дому. В этот раз я возвращался к своей безмолвной подруге не только с коробками питательных детских смесей и памперсами, но и с пугающей новостью — на застывших улицах Находки мы далеко не одни, и где-то рядом бродит настоящий, кровожадный псих.

Вернувшись домой, я, естественно, первым делом перетащил все коробки с детским питанием и памперсами из багажника «Марка» в дом, после чего мигом направился к ней — к своей безмолвной подруге. Она в этот момент тихо спала, укрытая пледом.

Быстро перекусив остатками вчерашних припасов и вскрыв очередную банку холодного пива из подвала, я тихонько включил телевизор, предварительно вставив в проигрыватель диск с моим любимым фильмом — «Властелин колец». Под знакомый гул эпических экранных баталий я пытался хоть немного разгрузить мозг после того кровавого трэша, который только что наблюдал в районе городских кирпичных бараков.

Спустя примерно час моя вынужденная спутница проснулась. Я спокойно поднялся с кресла, не спеша подошел к дивану и нежно поцеловал её в прохладную щеку, одновременно собственнически проводя ладонью по ее бедрам.

— Не забывай, ты теперь полностью моя, — негромко произнес я, глядя прямо в её испуганные, живые зрачки.

В этой застывшей Находке, где по улицам носится поехавший мясник на мотокроссе, а остальное человечество превратилось в мыслящие манекены, мои слова звучали как абсолютный факт. Оставив её переваривать услышанное, я пошел в ванную, чтобы умыться и смыть с себя дорожную пыль, а после — вернуться и снова заняться гигиеническими процедурами для неё самой...

Закончив со всеми банными процедурами, я выглянул в окно — на улице еще вовсю стоял душный приморский день. Вернувшись в комнату, я принял твердое решение: мне нужно попробовать сблизиться с ней. За эти сумасшедшие дни оцепенения мне слишком сильно не хватало женщины, а гнетущая пустота вокруг начинала давить на мозги.

Я аккуратно снял с нее верхнюю одежду, оставив девушку в одном белье, и крепко приобнял. Ее красивое, стройное и удивительно податливое тело сейчас казалось мне отличным, просто идеальным подспорьем для того, чтобы хоть как-то сгладить это сводящее с ума одиночество мертвой Находки.