Запретная для дракона

Сидевшая на козлах ведьма, изредка на меня оглядывалась, улыбаясь так, будто слышала каждую мою мысль, а потом проговорила:

- Сестрица тебе конечно досталась ого-го, но это не в наказание, а для роста. Каждому посылается столько, сколько он сможет выдержать и не сломаться, а вот готов ли он – это от человека зависит. Ты же зельевар?

- Да, - тихо ответила я ведьме.

- Когда училась вкладывать свою энергию в магические зелья, трудно тебе было?

- Бывало, - вспомнила я те ужасно долгие сидения над плошками со смесями, дед пытался как можно подробнее объяснить этот процесс, но понять и выполнять я должна была по своему, пропуская всё через себя.

- Хотелось бросить? – не оборачиваясь, задала следующий вопрос ведьма.

- И такое было, - со вздохом ответила я, и перед глазами картинками пронеслись те случаи, когда я потеряв самообладание, швыряла пиалы с ингредиентами в стену, а потом, опомнившись, аккуратно убирала осколки и рассыпанные смеси.

- А почему не бросила?

Вопрос показался мне таким странным, но я всё же ответила.

- Я же выбрала свой путь, хочу по нему идти до конца, стать известным зельеваром!

- Славы хочешь?

Да она издевается надо мной?

- Нет, я хочу помогать людям, хочу быть как дедушка! – горячо выпалила я, сжимая кулаки от возмущения.

- Какая же ты ещё глупенькая, - ведьма засмеялась и резко направила коляску с широкой дороги на узкую тропку в лес. – Так это и есть твоя слава, только другими словами. Но если тебе удобнее называть это помощью, я не против, продолжай так думать.

После этих слов ведьма замолчала и перестала задавать свои дурацкие вопросы.

Через четверть часа мы остановились на идеально ровной полянке с аккуратным бревенчатым домиком с белёными стенами и окнами в резных наличниках. Дом был таким милым, что совершенно не ассоциировалось с ведьмой, только крыша у него была непропорционально большой и чёрной, будто ей уже тысячу лет.

- Приехали, пойдём!

Ведьма спрыгнула с козел на землю, подождала, когда я вылезу из коляски, и поманила меня в этот домик. Отказываться было слишком поздно, да и как бы я выглядела? Вызвалась помочь, проехала длинный путь, а теперь: «Нет, я не хочу, отпустите меня обратно». Глупо. Ведьма и так считает меня такой, не стоит укреплять её мнение.

Две ступени крыльца, деревянная дверь с круглым кованым кольцом вместо ручки. Ведьма пропускает меня вперёд:

- Ты моя гостья, входи первой, - доброжелательно проворковала она.

Я взялась за кольцо, чтобы открыть дверь, но та была то ли такой тяжёлой, то ли заперта. Потянув, я не смогла её открыть и вопросительно обернулась на хозяйку дома.

- Если ты действительно хочешь того, зачем ко мне пожаловала, то ты должна открыть её сама. Неужели силёнок мало или передумала уже?

Ведьма хитро улыбалась, а у меня включилось упрямство. Что же это я дверь не смогу открыть? Уперевшись в пол ногами, я потянула за кольцо, всем телом отклоняясь назад. Со второй попытки дверь поддалась и медленно отворилась. Странным было то, что тяжело было именно сдвинуть её с места, а дальше она открылась так легко, что я чуть не упала от неожиданности.

- Молодец, добровольное намерение подтвердила, - одобряюще улыбнулась мне ведьма. – Теперь пойдём договариваться о стоимости.

Я непонимающе заморгала, но хозяйка дома сделала вид, что ничего не заметила.

- Проходи в комнату, садись!

Ведьма была уже впереди меня, хотя я даже не заметила того, как она вошла в дом, и садилась на одно из двух больших мягких кресел возле маленького столика, жестом указывая мне на второе. Я прошла в комнату и села. Провалившись на мягкое сидение, я с удивлением заметила, что кресло меня будто обнимает со всех сторон, расслабляя и туманя разум. Резко захотелось спать, что я списала на ранний подъём, веки тяжелели, рот приоткрылся в сонном зевке и шумно втянул воздух, рука на автомате потянулась к поясной сумке, чтобы достать бодрящий эликсир, который всегда был с собой, но ведьма запретила.

- Ты на моей территории, использование любых магических средств, кроме моих, запрещено. Сейчас я задам тебе несколько вопросов, ты должна обязательно на них ответить, прежде чем я смогу сделать то, зачем ты ко мне явилась, - ведьма уставилась в мои глаза своими чёрными очами и спросила. - Ты меня слышишь?

- Да, - ответила я, и ощутила, как руки безвольно легли на колени, а в ушах появился гулкий дурманящий шум.

- Ты понимаешь, где и с кем ты находишься? – продолжила она не сводя с меня своего сверлящего взгляда.

На этот вопрос я тоже ответила согласием, хотя мне уже начало казаться, что я ничего не понимаю. Голова кружилась, веки закрывались, очень хотелось спать, но ведьма задала свой третий вопрос.

- Готова ли ты за мою услугу, отдать мне то, о чём я тебя попрошу? – здесь она уже вплотную придвинулась ко мне и протянула руки к моим рукам.

- Готова, - не в силах больше бодриться, прошептала я одними губами и, откинув голову назад, провалилась в сон.

10. Спасение

- Не успела, ничего не успела, - сквозь пелену сна до меня доносился отчаянно хрипящие вопли.

Я сделала над собой усилие и постаралась разлепить веки. Это далось мне с большим трудом. Спать хотелось очень сильно, но в то же время эти крики-хрипы выбивали меня из состояния дрёмы и сильно нервировали.

Обнаружила я себя сидящей на старом стуле с деревянными подлокотниками в каком-то ужасном тёмном помещении с насыщенным запахом серы и плесени. В носу защекотало, и я, не в силах сдержаться, громко чихнула. Инстинктивно мои руки приблизились ко рту, прикрывая его от чихания, и я ощутила на своих пальцах, кистях и предплечьях что-то густое, липкое и ужасно мерзкое.

Часто моргая, чтобы максимально сфокусировать зрение я осмотрела себя, насколько это мне позволяло освещение от единственного маленького окошка в стене слева. Луна была полная, и её света хватило, чтобы увидеть то, отчего я в ужасе закричала.

- Живая? Ну, слава драконам, - проговорил знакомый мужской голос с той же стороны, откуда раздавались сиплые хрипы. – Как себя чувствуешь?

Он явно спрашивал меня, в голосе ощущались нотки беспокойства, значит, у меня здесь есть защита. От этих мыслей я немного успокоилась и стараясь отряхнуть себя от густой слизи, ответила:

- Вроде нормально?

- Я же говорю, не успела ещё ничего, - жалобный скулёж стал увереннее.

- Тебе слова не давали!

В том углу, откуда доносились мужской и хрипящий голоса, было так темно, что я никак не могла рассмотреть, что там происходит. Встав со стула, я сделала несколько шагов в сторону двери, которую было хорошо видно по проникающим сквозь щели лучам. Голова кружилась, но находиться в этом дурно пахнущем и тёмном как подвал помещении совсем не хотелось. Толкнув дверь, я вышла на крыльцо.

Кривые ступени из досок, которым, наверное, уже тысячу лет. Заросший бурьяном и крапивой двор, густой тёмный лес поодаль. Обернувшись на строение, из которого я вышла, я просто ужаснулась, какой древней и страшной была эта лачуга. Как я сюда попала?

Отчаянно оглядываясь по сторонам, я искала то, чем можно себя отмыть или хотя бы вытереть. В лунном свете я увидела, что покрыты слизью не только мои руки, но и всё тело, включая одежду. От тяжести и липкости зеленоватой субстанции, именно от неё шёл густой запах серы, было трудно двигаться.

Вслед за мной из лачуги вышел Мейсон и с весьма разъярённым видом сразу же накинулся с обвинениями.

- Ты была в своём уме, когда сюда пришла?

- Я вообще не знаю, как я здесь оказалась? – пролепетала я в ответ.

- Магия на двери явно хранит добровольный вход, и у ведьмы есть эхо твоего согласия. Твоё счастье, что этот кучер оказался таким сознательным, и по возвращению в город забил тревогу.

- Стэн? – переспросила я, уставившись на крышу ветхого домика.

Точно, эта она, та странная, непропорционально большая и чёрная крыша, которая у меня так не вязалась с белёными стенами и резными наличниками. Неужели всё, что я видела, было наваждением?

- Да, он. Приехал напрямую к твоим родителям, а там уж и до меня дошли новости. За что мне всё это? Послали же мне боги истинную без мозгов, - Мейсон злобно сверкнул на меня глазами. – Куда теперь тебя в таком виде?

- Никуда, - огрызнулась я. – Сама дойду!

Это я конечно погорячилась, потому что в таком виде не то чтобы до города дойти, несколько шагов ступить было тяжело и противно. Дико хотелось смыть с себя эту отраву и одеться в чистое.

- Куда ты дойдёшь, наивное создание? В этом лесу ведьм больше чем грибов. А ты сейчас для них, как самый желанный цветочек, источающий изумительное благоухание, - на этих словах Мейсон громко и обидно расхохотался. – Понесу тебя в лапах, отвернись.

- Что? – не поняла я.

- Отвернись, сказал, и не поворачивайся пока сам тебя не возьму!

Я послушно отвернулась в сторону леса и стояла так, прислушиваясь к странным шуршащим и щёлкающим звукам, пока сзади меня не раздалось протяжное рычание:

- Готова?

Я обернулась и увидела огромного серебристого дракона с шипастой мордой и перепончатыми крыльями, сложенными на боках. По хребту от самой головы до хвоста располагались большие костяные наросты, похожие на пластины. Неужели это Мейсон?

Я бредила драконами в детстве, изучала историю их родов, умения и классификацию чешуйчатых. Я знала их стихии и отчаянно мечтала тоже быть драконом, но в нашем мире это стезя только мужской части населения, и то не всей, а только совсем небольшой её части избранных. Так что, поняв, что летать в обличье зверя мне не суждено, я полностью подалась в магию зелий. Это было мне доступно. Кто бы знал, что судьба сведёт меня с настоящим крылатым.

Пока я восхищёнными глазами пожирала вид ящера, Мейсон взмахнул крыльями и резко взмыл в небо. О, как хорош! Я раньше часами могла разглядывать книгу о драконах с цветными картинками. А тут настоящий, живой!

Тем временем Мейсон, сделав вираж над заросшей крапивой поляной, спикировал прямо на меня и, схватив своими лапами за талию, снова взмыл в небо. От резкого набора высоты и огромной скорости у меня перехватило дыхание, и сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. К моему удивлению держал он меня очень бережно, стараясь не передавливать и не ослаблять захват, чтобы я не выскользнула из его лап. Ветер обвивал моё лицо и ноги, всё остальное было защищено когтистыми пальцами дракона.

Полёт длился не долго, пролетая над озером, Мейсон разжал свои когти, и я шлёпнулась в воду. Тяжелое платье сразу же потянуло меня на дно, но дракон не дал утонуть, он хватал меня, приподнимал над водой и снова разжимал свои лапы. Это купание казалось длилось бесконечно, я нахлебалась воды, потеряла свои туфли и поясную сумку с зельями, моё платье и волосы были насквозь мокрыми, но тем не менее стали чистыми, полностью отмывшись от ведьминской слизи.

- Пожалуйста, хватит, - взмолилась я, обессиленным голосом, Мейсон всё понял, и уже буквально через несколько минут он осторожно приземлил меня на крыше своего замка.

11. Выбор

Я без сил упала на каменное покрытие широкой смотровой площадки на крыше замка. Тело било крупной дрожью от холода, и мне казалось, что сейчас медленно умираю, двигаться я совсем не могла.

- Быстро, ещё одну мантию, - услышала я приказной тон Мейсона, а потом почувствовала как его руки бесцеремонно расстегивают пуговицы моего дорожного платья.

- Не надо! Что ты делаешь? – запротестовала я, но вместо того, чтобы запретить ему снимать с меня платье, моё тело послушно наклонялось и изгибалось так, как было удобно дракону.

- Надо, - рыкнул он, - не хватало ещё, что бы ты заболела и сгорела в лихорадке!

Я чувствовала, что теряю сознание. Пытаясь держаться за реальность, я напрягала глаза и часто моргала, но это мне не помогало. Последнее, что я почувствовала, это как Мейсон заворачивает меня в сухую тёплую ткань и берёт на руки. Дальше темнота.

-----------

- Доченька, как же ты нас напугала!

Слова матери и последовавшие за этим рыдания были первыми, что я услышала, вернувшись из сонного забвения. Скосив глаза на эти звуки, я увидела отца и маму, сидящих рядом возле большой кровати, на которой я лежала. Я попыталась приоткрыть рот, чтобы спросить, где я, потому что это была точно не моя комната, но сухие губы меня совершенно не слушались.

Справа мелькнула служанка, заботливо приподняла мою голову с подушки и поднесла ко рту ложку с питьём. Я проглотила горькую жидкость, похожую на крепкий травяной настой и закашлялась. Мой рот заботливо промокнули салфеткой.

- Как ты себя чувствуешь? – ласково спросил отец.

- Не знаю, - честно ответила я одними губами.

Я пока ещё только начинала чувствовать, самым ярким было ощущение полного бессилия. Мне было трудно пошевелить даже кончиками пальцев. Глазами я осматривала комнату, соображая, как сюда попала, и тут я вспомнила последние минуты перед тем, как сознание отключилось.

Мои руки инстинктивно дёрнулись, проверяя под одеялом, одета ли я. Всё в порядке, почувствовав на теле ткань ночной рубашки, я снова расслабилась, хотя ненадолго. Дверь скрипнула, и в комнату вошёл Мейсон.

- Она совсем слаба, - поджав губы, обратилась к нему моя мать. – Помоги ей, прошу тебя!

- Оставьте нас, - ответил ей дракон, не отрывая от меня взгляда.

Мои родители спешно удалились, и я осталась наедине с бывшим мужем моей сестры. От его тяжёлого взгляда стало не по себе, и я сильнее вжалась в подушки, ожидая его гневных слов. Скорее всего, будет меня ругать, как всегда, еще не прошло ни одной нашей встречи, чтобы он не выставил меня полной дурой.

В голове вдруг всплыло воспоминание о том, как он раздевал меня на крыше своего замка. Он видел меня обнажённой, какой стыд! Щеки тут же налились пунцовым цветом, и я отвела взгляд, начав пристально изучать старинную вазу, стоявшую на столике неподалёку.

Мейсон подошёл ближе и сел на стул, где только что сидела моя мать.

- Что с тобой делать, Каролина?

Такого я не ожидала, я думала, он начнёт вспоминать про ведьму, про то, что пришлось меня спасать, начнёт рисовать себя героем и принижать меня, но голос Мейсона был другим. Он задал вопрос так, будто уже не первый день думает над этим, но никак не может принять правильного решения.

- Я не понимаю тебя, - прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

- Смотри, - он откинул край одеяла и, взяв меня за левую руку, указал пальцем на место, где раньше чётким контуром сияла метка Розинбергов.

Я посмотрела на своё предплечье и недоумённо приподняла брови.

- Она всё-таки её забрала? Как и обещала, - мои губы вытянулись в слабую извиняющуюся улыбку.

- Нет, она её не забрала, - отпустил мою руку Мейсон и прикрыл одеялом. – Она не смогла её забрать, я её убил.

- Как? – если бы у меня хватило сил, я бы подскочила на кровати от такого известия, но всё что я могла лишь сильнее выпучить глаза, показывая своё изумление.

- Тебя это удивляет?

- Да, - честно призналась я, в моём миропонимании убийство было очень плохим поступком, для меня было странным слышать, как легко и просто Мейсон признался в своём причастии к этому.

- То есть то, что эта зараза пыталась убить тебя, тебя не удивляет? Зато удивляет то, что я её убил! Каролина, ты меня просто поражаешь своей наивностью! Ты чем думала, когда отправилась в лапы этой хищницы?

Я молчала, нервно покусывая нижнюю губу и изо всех сил стараясь не заплакать. Так хотелось крикнуть ему в лицо, что я безумно хотела от него избавиться, но этого не позволяли приличия. Как никак он спас меня, нужно быть хоть немного благодарнее.

- Своими глупыми выходками ты поставила меня в самое неудобное положение из тех, в которых я когда-либо бывал. Сейчас метки на твоей руке нет и, значит, нет доказательства того, что ты моя истинная. Договор с Ханной уже приведён в действие, она с детьми далеко и больше мне не супруга. Ты же близко, но жениться я на тебе без твоего добровольного согласия теперь не могу, а согласия ты мне не дашь, как я уже понял.

Слёзы потекли у меня из глаз от осознания того, что я своими эгоистичными поступками разрушила столько всего, что теперь, чтобы всё это собрать правильно, потребуется очень много сил и времени. Убегая от дракона, предначертанного мне судьбой, я побежала совсем не в ту сторону, теперь ситуация настолько запутана, что я даже не понимаю, что делать дальше.

- И самое ужасное, Каролина, - Мейсон сделал долгую паузу, будто обдумывая, стоит ли меня посвящать в это «самое ужасное».

- Что? - не выдержав пытки ожиданием, переспросила я.

- То, что я тогда опоздал, и то, что я недостаточно тебя омыл свободными водами лесного озера, магия ведьмы проникла в твоё тело очень глубоко, и теперь ты никогда не будешь прежней.

- В смысле? – во мне начинало закипать негодование, - Мей, ты можешь сказать нормально? Что значит «не будешь прежней»? Я что – стала уродливой? Или у меня отказали ноги? Что во мне стало не таким, как раньше?

Хотелось вскочить и тряхнуть его за грудки, чтобы перестал молчать, а рассказал уже всё по порядку, но слабое тело совершенно не слушалось, единственное, на что хватило сил – это слегка дёрнуться под одеялом. Заметив мою слабую попытку пошевелиться, Мейсон грустно усмехнулся.

- Тебе может помочь только драконья магия, лишь она сильнее ведьминской. Твои родители знают об этом, и уже не первый день умоляют тебе помочь. Но я не могу этого сделать без твоего согласия.

- Не первый день? Сколько же я пробыла в этом бессознательном состоянии?

- Почти неделю, - ответил дракон. – Твой дедушка позаботился о своей любимой внучке, приготовил чудо-зелье, которое можно сказать вытащило тебя с того света и поддерживает, но одного зелья мало. Для полного восстановления нужна драконья магия.

- Так почему же ты медлишь? Насколько я понимаю, ты можешь и согласен восстановить меня. Зачем тебе нужно моё согласие?

Мейсон поднялся со стула и навис прямо надо мной, уперевшись руками в подушку по обе стороны от моей головы. Его глаза смотрели прямо в мои, не давая возможности отвести взгляд. Он будто готовился к тому, чтобы поймать моё истинное решение, а не то, что озвучит мой рот.

- Каролина, если ты согласишься на драконью магию, у тебя снова загорится моя метка!

12. Решение

Из моей груди вырвался протяжный стон разочарования. Ну почему всё так неправильно? Почему? Почему? Всё не так как должно было быть. Неужели он прав и эта лживая ведьма действительно хотела меня убить, а на метку ей было плевать?

- Что с моим телом? – отчаянно задёргалась я на кровати, максимум, что я могла – это слегка пошевелить руками и ногами, но о том, чтобы вытащить руку из-под одеяла и элементарно вытереть слёзы, не могло быть и речи. – Я просто очень слаба, я же пришла в себя, я выздоровею, и со мной всё будет в порядке! Дедушка приготовит новое зелье, он обязательно что-нибудь придумает!

Мейсон смотрел на меня сочувствующим взглядом и медленно качал головой, разбивая в пух и прах мои надежды.

- Каролина, в моих словах нет ни капли лжи. В отличие от некоторых, - он выразительно посмотрел на меня, явно давая понять, что под «некоторыми» имеет ввиду меня и мою сестру, - я не намерен начинать отношения со лжи. Я честно рассказал тебе обо всём, признался даже в том, что сейчас не могу тебя принудить выйти за меня замуж, хотя мог и умолчать об этом, взять силой, восстановить и преспокойно делать матерью моих детей. Но я так не сделал. Я дал право принять решение тебе.

- Но я же теперь не твоя истинная, когда найдётся новая - ты меня выкинешь как Ханну?

- Ты всё ещё моя, мой зверь тебя чувствует, именно поэтому я могу тебе помочь. Так будет не вечно. Связь слабеет. Тебе нужно принять решение в самое ближайшее время.

- Ты всё врёшь! Врёшь! Где мои родители, позови их, я тебе не верю!

Я билась в истерике, похожая на запутавшуюся в сетях рыбу. Волосы разметались по подушке и намокли от слёз. Горькие всхлипы перемежались рыданиями и проклятиями в адрес моей судьбы. Мейсон молча открыл дверь и впустил в комнату моих родителей.

Мать тут же бросилась ко мне, пытаясь успокоить, но я её не слышала. Она торопливо шептала мне, что от судьбы всё равно не уйти, что нужно соглашаться на предложение Мейсона, что сейчас совсем не время принципиальности.

- Доченька, милая, послушай, - мама целовала меня в щёки пытаясь унять истерику. – Ты не можешь отказываться от такого, только подумай как тяжело тебе будет всю жизнь провести в постели, ты же совсем ещё молоденькая. Стерпится – слюбится. Мейсон всегда показывал себя только с хорошей стороны, он не обидит тебя, поверь опыту своей матери!

Я устала. Выплеск эмоций отнял у меня все оставшиеся силы. Постепенно мои всхлипы становились тише и, наконец, я замолчала, равнодушно глядя в потолок и гоняя в голове предположительные картинки своей будущей жизни. Если не соглашусь, буду всю жизнь лежать в постели. Если соглашусь… Об этом не хотелось думать, но я заставляла себя представлять наши с Мейсоном отношения, чтобы понять и решить для себя смогу я это вынести или нет.

Зельеваром мне похоже не быть в любом случае, придётся похоронить эту мечту, как жаль…

- Дочь, - воспользовавшись моим молчанием, взял слово отец. – Мы поймём и примем любое твоё решение, каким бы оно не было. Но подумай над ним хорошенько и не руби с плеча. Ты никогда не была глупой, я уверен, что ты сделаешь правильно!

«Драконий Бог, папа, и ты туда же? Да оставьте меня уже в покое!», - хотелось мне изо всех сил крикнуть ему, но я сдержалась.

- Хорошо, я согласна, - озвучила я своё решение безжизненным голосом.

Родители хором выдохнули и счастливые улыбки озарили их лица. Мейсон же в отличии от них лишь сильнее нахмурился и пошел к выходу из комнаты.

- Мне нужно подготовиться, - бросил он на прощанье, - вернусь к вечеру. Каролина должна быть в это время одна.

13. Драконья магия

Я лежала на своём вынужденном месте заточения, совершенно не зная, чего мне ожидать. Что за драконья магия? Как он будет ей на меня воздействовать? Я конечно помнила, как от одного прикосновения его пальцев у меня полностью разгладились ожоги на предплечье, и да, тогда бледная метка снова засияла.

Но теперь у меня не просто ожёг, я практически полностью обездвижена, неужели он будет водить по всему моему телу своими руками. Не вовремя вспомнила, что он уже видел меня обнажённой, снова покраснела. Да что же это такое, перестань, Каролина! Ты дала своё согласие, обратной дороги нет. Во всяком случае, если бы Мейсон не спас меня, я бы точно уже давно была мертва, так что пусть делает с моим телом всё что угодно.

За окном уже темнело, скоро придёт мой будущий муж. Зашла служанка и зажгла свечи на столе, быстро напоила меня горьким лечебным настоем, вытерла рот и, получив ответ, что мне ничего более не нужно, удалилась. Я смотрела на плавные танцы язычков пламени свечей и будто погружалась в полудрёму. Вокруг образовался глухой вакуум, и я, скорее всего, заснула, иначе я бы обязательно услышала скрип открывающейся двери.

- Спишь?

От неожиданного вопроса Мейсона я вздрогнула и часто заморгала, не имея возможности протереть глаза руками. Как же это неудобно, когда даже не можешь сделать элементарные действия. Он стоял совсем рядом и смотрел на меня сверху вниз.

- Нет, уже не сплю, - тихо ответила я, и моё сердце начало биться всё быстрее и быстрее, будто предо мной стоял не знакомый мужчина, а монстр, от которого не знаешь, что ожидать.

- Ты точно не передумала?

Боже, ну зачем он так со мной, я уже несколько часов себя убеждаю в том, что приняла решение, а он снова даёт мне выбор. Это просто невыносимо, мои внутренние метания снова закружились в своём бесконечном хороводе, и мне стоило невероятных усилий, чтобы приструнить их.

- Нет, не передумала, - глубоко вздохнув, ответила я.

- Хорошо, тогда приступим, предупрежу сразу – это может быть болезненно, тебе придётся потерпеть. Сможешь?

- А у меня есть выбор?

Как же уже надоело его наигранное благородство, я помню, как он в первый раз схватил меня за руку, и у меня чуть глаза на лоб не вылезли от боли, а теперь «предупрежу». Что за игры?

- Выбор есть всегда, - задумчиво ответил Мейсон и начал расстёгивать свою рубашку.

Неужели, чтобы меня вылечить нужно сразу… Наверное в моих глазах отразился искренний ужас, потому что дракон громко рассмеялся.

- Не переживай, сегодня не будет того, о чём ты подумала. Но будет такое, после чего думать о том, чего сегодня так и не свершилось, ты будешь постоянно, - усмехнувшись он откинул моё одеяло.

Мейсон разглядывал меня не долго, будто взвешивал и принимал какое-то важное решение. Потом он провёл своей рукой от моего плеча до кисти.