Запретная для дракона

Тома ДИ

Запретная для дракона

1. Что это?

- Каролина, ну ты же уже всё умеешь, что тебе стоит помочь своей родной сестре? Я никому не скажу, клянусь! – сестра умоляюще сложила ладони на уровне груди и выжидающе смотрела на меня своими большими синими глазами.

- Но это же не правильно, Ханна! Приворотное зелье даст тебе фору, но не сможет действовать вечно, а если ты не успеешь, и твой возлюбленный выйдет из-под контроля? Вскроется правда, как ты будешь смотреть ему в глаза? С драконами шутки плохи, - я пыталась образумить свою старшую сестру, но та была безнадёжно влюблена и совершенно ничего не хотела слышать.

- Но у меня есть ты, ты же всегда сможешь помочь мне, правда сестрёнка?

Я закусила губу и приступила к своему любимому делу, которое я с самого детства постигала под присмотром своего деда, знаменитого зельевара королевства. Ханну не переспорить – это я давно уяснила, проще сделать то, что она просит. Взяв нужные склянки и налив определённое количество в пиалу для смешивания, я достала с полки большую книгу заклинаний и, открыв её на нужной странице начала читать одними губами.

Ханна заинтересованно смотрела на мои манипуляции. Субстанции разной плотности смешивались, образуя в пиале затейливые узоры. На поверхности зелья зашипела пушистая белая пенка. Пузырьки лопались, источая приятный запах ванили. Я быстро, чтобы не растерять волшебные свойства зелья, разлила его по пузырькам и плотно заткнула пробками.

- Здесь ровно три порции, - начала я краткий инструктаж, и сестрёнка часто закивала головой, показывая мне, что внимательно слушает. – Тебе нужно подмешивать их в еду твоему избраннику каждое новолуние. После третьей луны действие приворота закрепится, и будет действовать без зелья в течение двенадцати новых лун. Потом придётся ритуал повторить. Всё понятно?

Ханна, не скрывая восторга, схватила меня в охапку и по-сестрински чмокнула в щёку.

- Ты самая лучшая сестра на свете, - проворковала она мне в ухо и, бережно положив пузырьки в поясной кошелёк, помахала мне на прощание рукой.

Через три месяца моя сестра под руку с темноволосым красавцем-драконом из богатого рода Розинбергов входила в здание церковной ратуши на церемонию их венчания. На лицах пары были самые счастливые улыбки, Мейсон не сводил глаз со своей возлюбленной, и она отвечала ему тем же. Свадьба проходила в фамильном дворце Розинбергов. Всё было настолько шикарным, что я даже слегка позавидовала Ханне, но вовремя себя одёрнула, так как давно уже выбрала для себя другой путь.

Ещё через год моя сестрёнка родила своему законному мужу прелестных близнецов, не забыв перед этим приехать ко мне в мастерскую за новыми порциями зелья. Её жизнь была похожа на сказку, она порхала на крыльях счастья окружённая любовью и заботой.

Я же в это время учила новые комбинации, практиковалась в мастерстве и готовилась официально принять на себя дело деда-зельевара, которое он фактически уже давно отдал в мои руки. Я ждала своего совершеннолетия. Именно в этот день лавка зелий становилась по праву моей, а дед, давным-давно уставший от всех этих магических формул и бесконечной вереницы клиентов, собирался уехать подальше от города, в деревню.

И вот, наконец, этот день настал! В нашем доме планировалось пышное празднество, в гости позвали всех родственников, Каролине восемнадцать. Это нужно хорошенько отметить. Приехали все, даже дальние родственники из той самой деревни, куда планировал укатить мой дедушка. Меня поздравляли, дарили подарки, желали удачи на выбранном поприще. Все знали, кем я теперь становлюсь, и на ушко обещали обязательно зайти, чтобы приобрести у меня в лавке что-нибудь нужное. Я кивала, улыбалась, благодарила и обещала обязательно помочь с выбором нужного зелья.

Ханна немного опоздала на моё торжество, близнецы капризничали и никак не хотели оставаться с няней дома. Зато от семейной пары Розинбергов мне досталась самая большая коробка с подарком. Вручил мне её Мейсон, а Ханна в это время шептала на ушко, что там просто нереальное платье из магазинчика мадам Флоппи для её самой любимой сестрёнки. Подарок я приняла, а когда Мейсон передавал мне из рук в руки коробку, наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Это прикосновение длилось меньше секунды, но мне показалось, что между нами вспыхнула молния.

Похоже Мейсон это тоже ощутил, так как глаза его подозрительно посмотрели на меня, зрачки вытянулись в тонкие вертикальные линии, а ноздри шумно втянули воздух, будто принюхиваясь к моему запаху.

Чтобы не привлекать к этой ситуации излишнего внимания, я быстро поблагодарила сестру и её мужа за подарок, пожелала им приятного времяпровождения и ушла от на другую половину зала к подругам, с которыми мы учились в одной школе, и которых я, конечно же, пригласила на свой день рожденья.

С Мейсоном мы больше в этот вечер не пересекались. Гости разошлись по домам, а я счастливая и одухотворённая отправилась спать. Каково же было моё удивление, когда сняв с себя праздничное платье и длинные перчатки, я увидела на левом запястье аккуратную, горящую алым цветом метку истинной. Самым страшным было то, что метка принадлежала роду Розинбергов, а дракон в их роду был один единственный – Мейсон.

Этого в моих планах не было.

-------

Утром я ни свет, ни заря понеслась из дома в мастерскую, чтобы найти рецепт зелья, который поможет мне свести эту метку. Я знала, что это возможно, и поэтому нисколечко не сомневалась в успехе задуманного. Я не желаю разбивать счастливую семью сестры, и чтобы этого не случилось, я выжгу эту метку прямо сейчас.

Покопавшись в толстой книге заклинаний, я нашла то, что искала, и, не медля ни секунды, приступила к делу. Намешав кучу ингредиентов в пиале, я нанесла густую жижу на запястье, получив мощнейший ожог в этом месте. Было больно, очень больно, я изо всех сил сжала зубы, чтобы не закричать. Для завершения ритуала, нужно было ещё выпить один глоток жгучей жижи, но сделать этого я не успела.

В лавку влетел муж моей сестры и, не теряя времени на приветствия, прошёл сразу ко мне за стойку.

- Что это? - Мейсон схватил меня за руку и вывернул её запястьем вверх.

- Это ожог, обычное дело для зельевара, - спокойно отрезала я в ответ.

- Признайся, Каролина, ты сводишь метку дракона? - он стоял слишком близко и сжимал мою руку так, что я готова была взвыть от боли.

- Иди к своей жёнушке, Мей, а меня оставь в покое! - я стрельнула в него гневным взглядом.

- Никуда я не уйду, - угрожающим тоном процедил дракон. - Или ты мне сама сейчас всё расскажешь, или я...

2. Ты станешь моей

- Что ты сделаешь? Что? – ждала я продолжения его фразы.

Мейсон приблизился ко мне вплотную, и я ощутила тепло идущее от его тела. По моей спине пробежала толпа мурашек, а колени предательски дрогнули. Нет, я не подам виду, он не должен догадаться. Я нацепила на лицо самое язвительное выражение лица и молилась, чтобы это закончилось как можно скорее.

Дракон приблизил своё лицо к моим волосам. Вопреки правилам работы зельевара, я сегодня не затянула тугой хвост, не надела защитную шапочку, я очень спешила, и поэтому мои густые каштановые волосы свободными волнами спадали по плечам. Мейсон вдохнул их запах и на мгновение замер:

- Я чувствую тебя, мой зверь тебя чувствует, - задумчиво произнёс он.

- Твой зверь ошибся, ничего страшного, бывает, - попыталась я сказать как можно более спокойным тоном. – А раз так, то покинь, пожалуйста, мою мастерскую и дай мне спокойно поработать.

Дракон со злостью бросил мою руку, и я увидела на коже оставшиеся от его пальцев красные следы. Теперь хоть не больно.

- Ты не сможешь этому противиться. Тебе придётся стать моей! – с нажимом проговорил он.

- Даже не надейся! Это твои необоснованные домыслы, ко мне они не имеют никакого отношения! – выпалила я ему в ответ и указала на дверь.

Он ещё раз смерил меня внимательным взглядом и направился к выходу. Колокольчик над дверью звякнул, известив о том, что посетитель ушёл, а я без сил опустилась на табурет. Почему это произошло именно со мной?

Дело зельевара не простое – так учил меня дед. Просить сделать могут всё что угодно, и в наших руках сделать это или не сделать. Мастер Габриэль (так звали моего деда) славился тем, что всегда выполнял заказ в точности с запрашиваемыми свойствами или же сразу отказывал, если заказ ему не нравился. Стоимость услуг он выставлял исходя из своих внутренних ощущений. За одно и то же зелье с одного заказчика он мог взять несколько медяков, а с другого – большой кошель золота.

Помню, как долго и нудно он вкладывал мне в голову опасность зелий, воздействующих на силу и волю другого. «Они могут выстрелить так, как ты никогда бы не подумала, поэтому советую тебе тысячу раз подумать, прежде чем соглашаться на такие заказы», - легонько стучал он меня по макушке, когда я отвлекалась и уставала слушать его назидательный бубнёж. Он объяснял опасность, а мне было скучно, он говорил о собственных принципах, а я зевала, он учил жестко отказывать в тот момент, когда клиент только озвучил нежеланный заказ, а я была уверена в своих силах и, не придавая его словам особого значения, пропускала мимо ушей. Как я тогда была глупа.

Больше всего в деле зельеварения мне нравилось смешивать и, вкладывая часть своей энергии в эту смесь, смотреть за реакцией. Остальное было просто механика: взял ингредиент, насыпал, прочитал заклинание, налил готовое в пузырёк. Всё. То ли дело затейливые рисунки в пиале, шипение и образующаяся густота и аромат. На это можно было смотреть вечно. И именно такую реакцию вызывали сложные заклинания. И именно к таким относился любовный приворот. И именно приворотное зелье я сделала для своей сестры, когда та плакала и умоляла меня ей помочь. Мало того, я регулярно готовила для неё новые порции этой отравы.

Вот и выстрелило!

Погрузившись в свои размышления, я совершенно потеряла счёт времени и очнулась лишь тогда, когда на двери мастерской снова звякнул колокольчик. На пороге я увидела заплаканную Ханну, она влетела как фурия и сразу запричитала, что моё последнее зелье было бракованным, требуя срочно сделать новое.

- Ты просто не представляешь, что сейчас случилось, - всхлипывая рассказывала она мне, облокотившись на стойку и ожидая от меня спасительное зелье. – Мейсон будто голову потерял, он никогда таким не был. Заявил мне, что у него появилась истинная пара, пообещал отступные и попросил в недельный срок уехать из замка в любое из его дальних поместий. Ты это представляешь? Мы с ним три года прекрасно жили, у нас дети, а теперь…

После этих слов она безудержно заплакала. Мне пришлось смешать лёгкое успокоительное, чтобы привести её в порядок. Когда я протягивала ей стакан, Ханна заметила ожог на моей руке.

- Что это? – испуганно показала она на покрытую красными волдырями кожу левого запястья.

- Неаккуратно смешивала ингредиенты, - пожав плечами, ответила я.

- Бедненькая, больно?

- Уже не так сильно, - отмахнулась я, сказав чистую правду.

- Каролина, миленькая, ты же мне поможешь? Пожалуйста! - как и тригода назад она умоляюще смотрела на меня своими большими синими глазами.

3. Пропажа

Сестра смотрела на меня глазами преданной собаки, которая ждёт от любимого хозяина лакомство. Её припухшие губы и красные глаза вызывали жалость во мне, хотелось обнять, успокоить свою родную сестрёнку.

Я вышла из-за стойки и закрыла изнутри двери лавки, повесив табличку о коротком перерыве. Потом я подошла к Ханне и, взяв её за руку, повела с собой на маленький диванчик, который стоял рядом. Мы сели, и я позволила ей изливать на меня своё горе столько, сколько это было нужно.

Когда моя сестра полностью выговорилась, перестала всхлипывать, и её лицо обрело нормальный вид, я ей ответила:

- Ханна, я не могу сделать тебе зелье раньше положенного срока. Прошло всего четыре луны со времени последнего ритуала, тебе придётся смириться с тем, что Мейсон от тебя уйдёт.

Я говорила максимально спокойно, поглаживала её по руке, смотрела прямо в глаза, понимая, что в этот раз я ничем не могу ей помочь. Ханна смотрела на меня тоже, кивала головой, грустно поджимала губы, и вдруг гримаса непонимания и злости исказила её лицо:

- Что ты сказала? Повтори, Каролина, я не расслышала, - она отстранилась от меня, буравя яростным взглядом.

- Ханна, я сказала, что в этот раз я не смогу тебе ничем помочь, прости… - поднялась я с диванчика, полагая, что наш разговор на этом окончится, и она уйдёт жить свою жизнь дальше.

- Ты же моя сестра, - вслед за мной встала Ханна. – Ты не можешь мне отказать! Мы родные, мы одна семья!

- Прости, - снова повторила я.

- Каролина, ты сейчас говоришь совсем не то, что нужно, - угрожающе зашипела она, и я увидела, с какой силой она сжала кулаки, чтобы сдержать свои эмоции. – Давай успокоимся, и ты ещё раз подумаешь, что можно сделать, чтобы вернуть мне прежнего мужа. Я пришла к тебе за этим и не уйду, пока ты не сделаешь, о чём прошу.

- Ханна, я совершенно спокойна, - сделала я от неё шаг назад, так как почувствовала идущую от сестры угрозу. – Изначально я предупреждала тебя о том, что твой муж может выйти из-под контроля, ты с этим согласилась, не смей теперь требовать от меня больше, чем я могу тебе дать.

- Ты должна сделать мне зелье, - медленно и чётко чеканя каждое слово Ханна пошла на меня, и мне пришлось отступать в сторону витринной стойки, на которой стояли пузырьки всевозможных форм и цветов.

- Приди в себя, сестрёнка, тебе нужно остановиться сейчас, возможно Мейсон одумается и вернётся к тебе, у вас же дети.

- Сделай мне зелье, сделай мне его сейчас же, я разнесу в хлам твою любимую мастерскую, если ты не поможешь мне, - чтобы доказать серьёзность своих намерений, Ханна одним движением смахнула всё, что стояло на стойке для смешения ингредиентов на пол. – Я не шучу!

Раздался звон бьющегося стекла, шипение, пузырьки покатились по полу, и я, всё ещё отступая от своей взбесившейся сестры, нечаянно наступила на один из них. Удержать равновесие возможности не было, нога на округлой склянке поехала вперёд, схватиться и опереться было не за что, и я со всего размаха рухнула на пол.

Вместе с равновесием я похоже потеряла и сознание, потому что, когда я открыла глаза и села, моему взгляду открылась страшная картина. Всё до чего Ханна смогла дотянуться, валялось по полу. Ингредиенты рассыпаны и разлиты, куча битого стекла и висящее под потолком облако серо-зелёного цвета, источающее резкий, неприятный запах.

Я поднялась на ноги и, сжав до боли зубы, начала приводить помещение в порядок. Да, не так я представляла себе свою жизнь после совершеннолетия. Сама виновата.

До самого вечера я выметала осколки и испорченные порошки, чистила и мыла то, что уцелело после погрома, параллельно размышляя о том, как я была глупа, когда согласилась на этот приворот. Надо было взять с сестры расписку, как учил дед, в которой она собственноручно должна была написать, что полностью принимает на себя ответственность и предупреждена о возможных форс-мажорах. Но разве я тогда об этом думала? Эх…

Закончив с уборкой, я ужасно усталая отправилась домой. Отказавшись от ужина, направилась в свою комнату и, не снимая платья, рухнула на кровать. Уснула мгновенно, как только коснулась головой подушки, спала крепко и совершенно без сновидений, сказывалась накопившаяся за день усталость.

Утром мой урчащий от голода живот, проснулся раньше всех, отчаянно требуя еды. Я поднялась с кровати и только сейчас глянула на своё платье, всё в пыли и многочисленных пятнах. Хорошо хоть, когда я возвращалась домой на улице уже темнело, а значит вряд ли кто-нибудь заметил состояние моей одежды. Я сняла испорченный наряд, привела себя в порядок: умылась, причесалась и достала из шкафа дорожное платье. Сегодня мне предстоит провести полную ревизию того, что у меня в мастерской осталось, и съездить в соседний город в лавку к местному зельевару за самым необходимым. Денёк планировался не из лёгких.

Пройдя на кухню, я плотно позавтракала, взяла с собой перекус, потому что не планировала возвращаться домой до самого вечера, и отправилась в доставшуюся мне по наследству лавку зелий.

Открыв ключом дверь и зайдя внутрь, я тоскливо окинула взглядом помещение, которое ещё сутки назад было таким родным и уютным. Сейчас пустые полки и покосившийся шкаф смотрелись уныло. Ничего, я всё восстановлю и начну заново. Надеюсь, это будет самым трудным на моём длинном пути зельевара, пыталась я себя поддержать и замотивировать.

Я сразу приступила к делу, и в ходе подсчета оставшихся ингредиентов, я обнаружила, что не хватает гораздо больше, чем думала. И дело даже не в тех порошках и жидкостях, которые вчера я соскребала с каменного пола. В ящиках под стойкой, где я хранила основные запасы сырья не хватало пузырьков с теми ингредиентами, которые использовались очень редко и в совсем малых количествах.

Потянувшись за книгой заклинаний, я хотела свериться со своей догадкой, но, раскрыв старый фолиант на нужной странице, с ужасом увидела, что она варварским образом вырвана. В книге не хватало одного единственного листа, на котором по роковой случайности с одной стороны было написано приворотное зелье, а с другой - зелье, которым можно оборвать связь между истинной парой.

4. Покажи свою руку!

Стон отчаяния непроизвольно вырвался из моего рта. Хорошо, что позади стоял табурет, я враз потеряв все силы плюхнулась наго и закрыла лицо руками. Нет, я не плакала, и хотя желание разреветься огнём жгло глаза, я заставляла себя думать. Думай-думай, Каролина!

Вчера кроме меня и Ханны (если не считать короткого визита Мейсона) здесь никого не было. Мне, в каком бы полуобморочном состоянии я ни была, вырывать страницы из своего главного инструмента резона не было. Значит, это сделала Ханна. Вот зараза. Испортила мою книгу заклинаний, украла ингредиенты, того гляди смешает зелье, раз я ей его не сделала.

Но она не знает главного, зелье – это не просто смесь порошков и жидкостей под бубнёж текста из книги, зелье – это прежде всего вложенный посыл, правильный настрой, энергия изготовителя. У Ханны ничего этого нет, она этому не училась и вообще про это не знает, намешает сейчас невесть чего и отравит мужа. Мать Драконов, что же мне делать?

Ощущая свою ответственность за последствия возможных действий сестры, я заходила по мастерской кругами. Нужно было придумать, как остановить её, а если она уже всё сделала? У неё было полно времени и все составляющие. О, как же я была глупа, когда поддалась на её слёзы. Если бы я тогда была жестче, если бы отказала, то сейчас бы не было всего этого…

Из раздумий меня выдернул нетерпеливый стук во входную дверь. Кто бы это мог быть? Для постоянных клиентов ещё рано, может какой залётный? Эх, я совершенно не готова к приёму посетителей. Сделать вид, что закрыто и здесь никого нет?

Стук не прекращался, а сделался ещё громче. Дверь под кулаком неизвестного сотрясалась, что не способствовало желанию её открывать. Какая же я трусиха. Осторожно подойдя к окну, из которого можно было бы увидеть того, кто пришёл, я медленно отодвинула тяжёлую занавеску и, выглянув, тут же отпрянула назад и попятилась к стойке. На пороге лавки зелий стоял Мейсон с явным намерением попасть внутрь.

Похоже, он увидел колыхнувшуюся занавеску, потому что с той стороны раздался его властный голос:

- Каролина, открывай сейчас же! Я знаю, что ты здесь!

Да что же это такое? Почему всё это свалилось на меня разом, без возможности хоть как-то подготовиться. Мои пальцы нервно впивались в столешницу стойки, побелев от напряжения, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. Во всей этой панике, сводящей меня с ума, я почувствовала ещё кое-что. Под рукавом платья на левом предплечье, в том месте, где со вчерашнего дня страшной раной сиял ожог, после воздействия зелья, начало неимоверно припекать. Задрав рукав я зачарованно смотрела на пробивающуюся сквозь повреждённую кожу метку семьи Розинбергов.

Метку было плохо видно, из-за сморщившейся кожи её очертания были нечёткими, лик дракона вообще не читался, но тем не менее метка была. Чёрт! Я вспомнила, что из-за вчерашнего неожиданного визита Мейсона я не успела доделать ритуал по разрыву связи истинной пары. Кожу я намазала, а внутрь зелье не успела принять. После Мейсона явилась Ханна и вообще смела приготовленное зелье на пол, а потом, за этой долгой уборкой, у меня напрочь вылетело это из головы.

Вот это я попала, не оконченный в течение суток ритуал полностью отменяет своё действие. Я бросила взгляд на часы, на коробку в столе с недостающими ингредиентами, на испорченную книгу заклинаний, где не хватало именно этого листа, и громко выругалась.

- Каролина, да отопри ты наконец эту дверь, - сразу же донеслось с улицы, - или я вынесу её вместе с петлями!

Понимая провальность ситуации, я медленно пошла открывать засов. Всё! Будь, что будет…

Отодвинув запор, я распахнула дверь мужу сестры, предоставляя возможность войти.

- Ну неужели, сподобилась, - злобно прошипел он. – Смотри, что я нашёл сегодня в своём замке! Это ты подсунула Ханне?

Мейсон тряс передо мной вырванным листом из моей книги заклинаний, а из кармана достал кучу пузырьков и высыпал их на стол.

- Я не давала это сестре, - испугавшись его напора, тихо прошептала я одними губами.

- Что ты там лепечешь? Натворила дел, так умей признаться! – дракон был меня выше на голову и слишком широк в плечах, слишком…

Вопреки ситуации, мои мысли почему-то свернули совершенно не туда, скользнув по крепким рукам Мейсона и задержавшись на тёмных волосах, выглядывающих из под манжета рубашки.

- Ты меня вообще слышишь? – взывал он к ответу. – Благодаря твоим порошкам Ханна совсем обезумела. Это ты надоумила её сделать приворот? Зачем ты это сделала?

- Ханна очень просила, потому что ты решил от неё избавиться, а она тебя любит и у вас дети, - выпалила я сразу всё что знала.

- Избавиться? Да я предоставляю ей такие отступные, что тебе даже и не снилось! Избавиться… - Мейсон усмехнулся.

- А как же ваша любовь? Ханна без ума от тебя, она говорила мне, что жить без тебя не сможет, неужели три года брака и пара близнецов не остановят тебя от этого решения?

Не знаю, откуда вдруг во мне взялась эта смелость, но я начала убеждать Мейсона в том, что он не прав. Что любящая жена не достойна такой участи. Что его сыновьям будет трудно без отца. Что он может пожалеть о принятом решении, но будет поздно.

Дракон слушал меня, наклонив голову набок, и ни разу не перебил, дав возможность сказать всё что я о нём думала. Когда же поток бранных фраз от меня в его сторону закончился, и я замолчала, он начал свою тираду.

- Значит так, - он смотрел мне прямо в глаза, отчего мурашки бегали у меня по спине табунами. – Во-первых, это я любил твою сестру, а не она меня, как всем вокруг казалось. Всё что Ханне от меня было нужно – это титул и деньги. И не пытайся сейчас спорить, я тебя достаточно слушал.

Я закрыла, открывшийся непроизвольно рот, из которого уже были готовы вылететь новые порции обвинений.

- Во-вторых, - продолжил он, - я не выгоняю её на выселки, как нажаловалась она тебе, а любезно предоставляю несколько вариантов безбедного, заметь, проживания в некотором отдалении от меня. Детей я, кстати, тоже не бросаю, я о них позабочусь в лучших традициях Розинбергов, они получат всё, что нужно для становления и выхода в свет.

Я тяжело вздохнула, начиная понемногу успокаиваться.

- Ну и, наконец, в-третьих: это, - он ещё раз потряс передо мной листком с заклинанием, собираясь закончить свою тираду, - это на драконов совершенно не действует, плохо ты училась, девочка!

Сдержать удивления я не могла, глаза расширились, и изо рта вырвалось удивлённое:

- Как не действует?

- А вот так, - самодовольно улыбнулся Мейсон. – А чтобы более неповадно было травить приворотами невинных, сделаем вот что…

Дракон подошёл к небольшому камину, который был встроен в стену мастерской для обогрева в холодное время года, взял с полки спички и, чиркнув ими о коробок, поджёг лист с заклинанием.

- Нет! – закричала я, и подбежав к нему, повисла на руке с горящими заклинаниями, поднятой высоко вверх.

Мейсон не опустил руку, пока в его пальцах не остался маленький недогоревший уголок листа. Он бросил всё, что осталось от акта сожжения в камин и, обернувшись ко мне, спокойным голосом потребовал:

- А теперь покажи свою руку!

5. Я дам тебе время

Я попятилась от него, заводя руки за спину.