Путь ведьмы

Махалак шел первым, настороженно всматриваясь в едва различимый мрак впереди. Его широкие плечи были напряжены, а походка — тяжела. Ульяна, привыкшая видеть в нем лишь грубого и вспыльчивого гиганта, на этот раз ловила другие, неочевидные детали. Когда Вася, увлекшись изучением странного пятна на стене, сбавил шаг и отстал, Махалак не стал кричать или гнать его вперед. Рыжий парень просто обернулся, молча протянул руку и крепко придержал змееныша за плечо, мягко уводя подальше от полуосыпавшегося свода. Эта неброская, почти машинальная забота зацепила Ульяну. Пожалуй, он не так уж бессердечен, как старается казаться.

Коридор резко сузился, превращаясь в каменное бутылочное горлышко, по которому едва могли пройти двое. Стены здесь будто сдавливали виски, а спёртый воздух стал настолько плотным от чёрной магии, что Ульяна, будучи бестелесной, всё равно ощутила липкое давление на свою сущность. И тут же из боковых ответвлений на них обрушилась засада.

Существа скверны, выползшие им навстречу, выглядели как результаты чудовищных экспериментов. Это было месиво искаженной плоти, слепленное воедино тёмной магией. У одних тварей было аномально много суставов на конечностях — они изгибались назад и вбок, словно сломанные куклы, другие же как будто текли по полу, оставляя за собой липкие, дымящиеся лужи дымящейся чёрной слизи. Их кожа была мертвенно-серой, с гнилостным зеленоватым отливом, а из разинутых, неестественно широких пастей, утыканных игольчатыми зубами, доносилось влажное клокотание и противный хруст. Глаз у порождений скверны не было вовсе — лишь пульсирующие узлы на месте лиц, реагирующие на исходящую от живых людей энергию. Эти существа желали поглощать всё, что излучает энергию в зоне досягаемости.

Вася не растерялся. Из его ладоней ударила стужа — магия Инь вспыхнула холодным, почти неоновым сиянием. Ледяные оковы мгновенно сковали лапы ближайшего монстра, заставив того неуклюже завалиться на бок. Еще один плетущийся к ним комок плоти резко замедлился, покрываясь изморозью, которая впивалась в скверну словно кислота, нанося активный обжигающе-морозный урон. Энергия Инь могла использоваться как для замедления противника, так и для активного урона мороза, если существо не было толерантно к холоду.

Махалак приготовил оружие — тяжелый ржавый топор, валявшийся в нише одной из пустых камер, который он подобрал, пока они бродили. Единственное, что ему удалось найти в этой проклятой тьме. Из-за чудовищной узости коридора ему приходилось буквально рубить на месте, не имея ни шага для замаха. Ульяна зависла рядом, и её призрачный взор выхватил странную, пугающую картину: от рыжего гиганта волнами исходил нестерпимый жар. Переизбыток Ян бил из него ключом, заставляя воздух вокруг дрожать, а камни под ногами едва не тлели. Вася изо всех сил пытался впитывать лишнюю энергию, остужая напарника, но Махалаку всё равно приходилось несладко. Пот заливал ему глаза, дыхание сбилось, топор то и дело с глухим, скрежещущим стуком врезался в каменную кладку вместо цели. Он сражался не только с порождениями мерзости, но и с собственным перегретым телом, которое вот-вот грозило выплеснуться огненным взрывом.

В какой-то момент один из омерзительных комков плоти, воспользовавшись скованностью Махалака в тесноте, боковым броском сбил Васю с ног. Змееныш растерял концентрацию, и ледяная вьюга вокруг него рассеялась — он остался лежать на спине, открытый для смертоносного прыжка твари.

— Назад! — рявкнул Махалак.

Он рванулся наперерез, закрывая Васю собой. Острый край скверны с мокрым хрустом впился в его плечо. Раздался противный щелчок — небольшой вывих. Махалак скривился от боли, аж заскрежетал зубами, но удержал оборону, тяжелым топорищем отбросив монстра прочь, пока Вася, морщась, не вскочил на ноги и не возобновил ледяной шквал.

Преодолев удушающую тесноту коридора и оставив позади поверженные сгустки скверны, Махалак, прижимая больное плечо, первым шагнул в более просторное помещение. Ульяна, скользнув следом, похолодела от открывшегося зрелища.

Перед ними раскинулся огромный зал старой тюрьмы. Здесь царила такая гнетущая, могильная тишина, что даже звук капающей где-то вдали воды отдавался в ушах долгим эхом. Ряды массивных каменных камер уходили в сумрак, а между ними стояли пугающие своей изощренностью конструкции.

Ульяна зависла над полом, всматриваясь в ржавые орудия пыток, прикованные цепями к стенам. Тут были и тяжелые дыбы с заточенными кожаными ремнями, и железные девы с зияющими дырами для глаз, и грубые крючья, свисающие с потолочных балок, на которых ещё сохранились неопознанные темные пятна. Глядя на эти страшные реликвии прошлого, девушка-дух невольно представила, что творилось здесь в далекие времена, когда это здание еще было личной резиденцией императора. В этих стенах, пропитанных веками страха и боли, наверняка пытали неугодных дворян, еретиков и, возможно, таких же древних ведьм, как Лена. Воздух до сих пор казался насыщенным невидимыми криками, и от этой мысли становилось физически неприятно.

Однако, оглядевшись внимательнее, Ульяна заметила тревожную деталь. Несмотря на древность застенков, пыли здесь тоже было удивительно мало. Железо наручников блестело там, где его недавно касались руки, а на каменном полу валялась свежая, еще не истлевшая солома. Острая догадка колючей змеей прокралась в сознание: возможно, здесь пытали людей и не так давно. Эти жуткие камеры всё ещё функционировали, просто сменили своих хозяев на тех самых диверсантов в черном.

Пока Махалак угрюмо осматривал ближайшие пустые камеры, а Вася настороженно принюхивался, из самого дальнего угла тюрьмы вдруг донесся тихий, срывающийся на хрип стон.

Парни мгновенно замерли. Махалак перехватил топор здоровой рукой, а Вася ступил в тень. Они крадучись двинулись на звук, и Ульяна, замирая от дурного предчувствия, поплыла за ними.

Заглянув в последнюю, самую глубокую камеру, Ульяна буквально оцепенела. На грязном полу, прикованный тяжелыми путами, бредил мужчина в изорванном парадном мундире. Девушка сразу узнала его — это было лицо с портрета в главном актовом зале Академии. Тот самый директор, который бесследно исчез где-то год назад, после приветственного выступления.

От мужчины исходила плотная, пульсирующая тьма, от которой у призрачной Ульяны по спине побежали мурашки. Махалак, заглянув внутрь, нахмурился, его брови сошлись на переносице.

— Я слышал, он всегда был магом земли, — тихо, чтобы не спугнуть пленника, бросил рыжий гигант. — Откуда в нём тогда столько темной энергии?

Ульяна молча покачала призрачной головой. Становилось ясно: здесь замешано нечто куда большее и опасное, чем обычные диверсанты. Махалак, не раздумывая, шагнул к решетке. Скривившись от боли в вывихнутом плече, он с глухим хрустом сорвал дверь темницы прямо с петель ручкой топора. Вместе с Васей они осторожно, но решительно вывели бредящего директора в относительно безопасный полумрак коридора.

Тащить директора по узким переходам оказалось тяжелой ношей. Ульяна плыла рядом, чувствуя, как от рыжего гиганта по-прежнему исходит волнами энергия, заставляя Махалака тяжело, хрипло дышать при каждом шаге.

Они углубились в запутанный лабиринт подвалов, надеясь выйти к центральным коммуникациям Академии. Воздух здесь стал ещё гуще. Наконец впереди показалась массивная, окованная тяжелым металлом дверь. Она выглядела так, будто вела в ключевые хранилища или к лестнице на верхние этажи.

Но едва они приблизились, как из-за двери донеслись отчетливые, пугающие звуки. Глухой скрежет, тяжелые шаркающие шаги и какая-то нервная возня, будто там переставляли тяжелые ящики или кто-то боролся с затором.

Ульяна мгновенно напряглась, её бестелесная сущность замерла в воздухе.

— Там кто-то есть, — прошептала она, хотя парни и так уже насторожились.

Махалак молча опустил директора у стены, жестом велев Васе прикрыть их спины. Рыжий гигант перехватил топор здоровой рукой, выставив лезвие вперед, его мышцы напряглись до предела. Вася тут же покрылся тончайшим слоем изморози, готовясь ударить магией Инь по любой цели за дверью. Ульяна замерла рядом, готовясь к тому, что сейчас на них вывалятся слуги тьмы или очередные порождения скверны.

Махалак коротко кивнул змеенышу и с силой, ногой, распахнул тяжелую дверь, занося топор для смертельного удара. И они замерли.

В дверном проеме, освещенный тусклым светильником коридора, стоял Георгий Юрьевич и учитель Лора. Единственный преподаватель исцеляющей магии на всю академию. Временный директор, чье воплощение монстра всегда давило своей величественной, звериной аурой, сейчас хмуро смотрел на них. Его тяжелый взгляд скользнул по избитому, вспотевшему Махалаку с топором, по перепачконому Васе, покрытому льдом, и упал на бредящего у стены прежнего директора.

Воздух в коридоре словно сгустился. Никто не успел вымолвить ни слова.

Георгий Юрьевич первым нарушил повисшее напряжение.

— Если бы учитель Лора не вспомнила про тот захламленный проход, я бы, наверное, никогда вас не нашел, — прорычал директор, и его аура лишь сгустилась от едва сдерживаемого беспокойства. — Весь подвал покрыт какой-то плотной завесой. Теперь понадобится много времени, чтобы разобраться, как это вообще произошло.

Ульяна наблюдала, как учитель Лора тут же склонилась над бредящим прежним директором, быстро, но профессионально осматривая его. Она покачала головой, и на её лице отразилась тяжелая досада — дела были явно плохи. Однако вслух, при учениках, она ничего не стала говорить о диагнозе. Георгий Юрьевич поймал её взгляд, едва заметно кивнул и хрипло попросил поскорее унести его отсюда.

Лора выпрямилась и, сделав плавный жест рукой, наложила на раненого заклинание левитации. Тело мужчины мягко оторвалось от пола, зависнув в воздухе. Ульяна, глядя на сплетение магических нитей, управляющих полетом, невольно отметила про себя удивительное сходство: она видела абсолютно такое же заклинание у Лены, когда та заговаривала обломок оконной рамы, чтобы преследовать убийцу в лесу. Знания древней ведьмы и академическая магия оказались поразительно схожи в своей основе.

— Махалак, пройдешь со мной, тебе нужно оказать помощь, — обратилась Лора к рыжему гиганту, кивнув на его скукоженное от боли тело. Тот глухо проворчал в ответ, но послушно двинулся следом за учительницей и парящим директором.

Георгий Юрьевич же задержал взглядом желтоглазого Васю.

— А ты, Вася, постой, — остановил он змееныша. — Найди Ульяну и передай ей: Лена пострадала и сейчас тоже находится в лазарете. Пусть встречаются там.

Вася молча кинул быстрый, понимающий взгляд на призрачную Ульяну, которая зависла рядом. Девушка-дух тут же энергично кивнула, мысленно поблагодарила его за помощь и, не медля ни секунды, устремилась прочь из подвала в сторону лазарета.

Пока её бестелесная сущность стремительно неслась по уже знакомым коридорам Академии, позади, постепенно удаляясь и глохнув за толстыми стенами, раздался голос Георгия Юрьевича, говорившего по телефону. Директор четко и властно отдавал распоряжения об организации специальной группы для немедленного изучения и зачистки катакомб под академией.

Ульяна проследила, как учитель Лора, сопровождаемая парящим в левитации когда-то пропавшим директором и хмурым Махалаком, скрываются в мужском крыле лазарета. Убедившись, что с ними всё будет в порядке, девушка-дух тут же развернулась и стремительно полетела в сторону женского крыла.

Там, у двери в её палату, Ульяна вдруг замерла. Прямо под косяком стоял Лука, подпирая дверь головой. Студент первого курса выглядел совершенно поникшим, его ангельская внешность казалась сейчас скорее печальной, чем блистательной. В руках парень крепко сжимал пакет с фруктами, но сам словно застыл на месте, не решаясь переступить порог, будто незримая преграда удерживала его снаружи.

Ульяна понимала, что в своем бестелесном состоянии ничего не может ни сказать ему, ни сделать. Немного озадаченная этой странной, застывшей картиной, она просто пролетела сквозь дверь прямо к Лене.

Древняя ведьма сидела на кушетке с явно недовольным видом. На ней снова была больничная одежда, а на теле Ульяны виднелась уже зажившая, но всё еще заметная рана, полученная в лесу.

— Прости, у тебя снова появился шрам, — громко произнесла Лена, с досадой коснувшись пальцем свежего рубца.

— ...Это не первый, — тихо отозвалась Ульяна, глядя на собственное тело со стороны. — Переживу.

Девушка помялась рядом с кушеткой, но всё же решилась озвучить увиденное:

— Под дверью стоит Лука.

Лена коротко хмыкнула, не выказывая ни удивления, ни беспокойства.

— Знаю. Он так и не постучался, чтобы зайти. Странный паренек, — ответила ведьма вслух, бросив рассеянный взгляд в сторону выхода.

Ульяна повторила за ведьмой и тоже посмотрела на закрытую дверь, за которой всё так же молча стоял с фруктами внук давнего врага её учителя, и лишь молча кивнула, соглашаясь с оценкой древней сущности.

Постепенно тяжелая ночная тьма за окном лазарета начала отступать, уступая место робкому, зыбкому свету. Наступал рассвет нового дня, и с первыми лучами солнца, коснувшимися стен Академии, вчерашний кошмар начал обретать очертания не просто пережитой угрозы, но и неведомых ранее возможностей. Тайные катакомбы, пропитанные черной магией, найденный в заточении пропавший когда-то директор и едва сдерживаемая, бурлящая сила в теле Махалака — всё это в одночасье раздвинуло привычные границы замкнутого на её личных проблемах мира, открыв путь к знаниям и связям, о которых Ульяна прежде и не помышляла.

Призрачная девушка неспешно парила у подоконника, чувствуя, как вместе с утренним теплом в её бестелесную сущность просачивается редкое, но трепетное предвкушение перемен. Тело, управляемое древней ведьмой, всё ещё хранило следы ночного переполоха, а за дверью всё так же маячил загадочный Лука, но эта странная картина теперь сулила лишь новые, неизведанные повороты судьбы. Рассвет словно подсвечивал горизонт грядущих открытий, где ей, лишенной плоти, предстояло не просто наблюдать со стороны, но, возможно, впервые по-настоящему изменить свою жизнь и тех, кто ещё недавно казался её в жизни лишь временными мелькающими тенями за окном движущейся электрички.

Глава 14. Промежуточные экзамены

Сидя на скучной, но важной лекции в просторной аудитории, Ульяна в своем привычном теперь бестелесном обличье нервно парила рядом с Леной (которая по-прежнему управляла её физическим телом) и расстроенно шептала:

— Лена, что же мы вообще можем сделать? Всех големов, которые попадают на территорию Академии, методично уничтожают той самой черной, зловещей жидкостью. Предположительно, это дело рук темных магов. Но никто не говорит, почему они это делают и зачем. Никто ничего не требует, просто продолжают свою жуткую, бесчеловечную работу. Если так пойдет и дальше, я никогда не вернусь в свое настоящее тело!

Пока ведьма мрачно обдумывала тревожные слова ученицы, в аудитории повисла тишина. Директор, Георгий Юрьевич, стоявший у кафедры, перешел к новой теме лекции. Его голос звучал ровно и спокойно, пока он рассказывал о так называемых «воплощениях».

— Я сам являюсь человеческим воплощением, — пояснил Георгий Юрьевич, внимательно оглядывая студентов поверх очков. — Мое же настоящее тело — разумный монстр, который сейчас далеко отсюда.

Один из студентов тут же поднял руку, недоуменно переспрашивая:

— Вы используете воплощение потому, что были ранены?

Директор отрицательно покачал головой.

— Нет, я пользуюсь воплощениями, как только научился их создавать, — ответил он без тени смущения. — И знаете, это невероятно удобно. По сути, существует два или более «вас», и оба могут получать полноценный опыт существования, параллельно обучаться и развиваться.

В этот момент с другого конца просторного зала раздался насмешливо-бесцеремонный голос Махалака, который, видимо, давно хотел выяснить самое важное для себя:

— А когда вы сексом занимаетесь, то ваше основное тело это чувствует?

Класс бурно отреагировал: кто-то засмеялся, кто-то начал перешёптываться от неловкости, а остальные дружно загалдели, ожидая, как преподаватель выкрутится из этой пикантной и нагловатой ситуации.

Лена шёпотом, не поворачивая головы, отозвалась Ульяне, продолжая краем глаза следить за лекцией:

— Директор пообещал уже сегодня решить этот вопрос с големом. Пока я не знаю точно, как он это провернёт, но мы с ним уже согласились на любой вариант, лишь бы ты наконец вернулась в свое тело.

Ульяна тяжело вздохнула, её призрачная фигура словно сжалась от смешанного чувства надежды и тревоги.

В этот момент сидящий рядом ангел Лука осторожно протянул ей свой телефон. На экране крутилось видео недавнего боя Лены в теле Ульяны и подруги Ульяны Ани.

— Это просто... впечатляюще, — тихо, но с открытым восхищением прошептал Лука. — Ты дерешься так, будто в последний раз. Но знаешь, я бы предпочел решать конфликты словами, а не кулаками.

Лена мгновенно свела брови, и из горла Ульяны вырвалось угрожающее шипение:

— Когда долго напрашиваются, получают по заслугам, дружок.

Лука тут же сдал назад, подняв ладони в знак мира:

— Прости, я не знаю сути вашего конфликта, и высказываться было излишне, не разобравшись в ситуации.

Ведьма осталась довольна таким смиренным ответом. Неожиданно для себя самой, она подняла руку и непроизвольно потрепала парня по светлым волосам. Лука моментально покраснел до кончиков ушей, смущенно отводя взгляд.

Тем временем директор продолжил лекцию, игнорируя шепот на задних рядах.

— Воплощения могут обмениваться информацией как в моменте, так и только при личных встречах, — пояснил Георгий Юрьевич, вышагивая перед доской. — Более того, такие воплощения невероятно полезны тем, что могут помогать основному телу — добывать ресурсы или даже помогать восстанавливаться, если основное тело было ранено и залечивает эти раны в укромном месте.

Тут кто-то из толпы студентов поднял руку и выкрикнул:

— А что за монстр вы, Георгий Юрьевич?

Директор лишь загадочно улыбнулся:

— Когда-нибудь я покажу вам свое основное тело. Не торопите события.

Другой ученик, видимо, решивший докопаться до теоретических основ, спросил:

— А вы с основным воплощением находитесь на одном уровне силы?

— Такие воплощения невозможны, — сразу отсек директор. — Создавая воплощение, по сути, ты отделяешь часть себя, пользоваться которой уже сам не можешь. И, естественно, отдаешь часть сил. Это закон любого равновесия. Чтобы где-то прибыло, откуда-то нужно, чтобы убыло.

С последних парт снова подал голос рыжий парень:

— Насколько сильное это воплощение? Выходит, вы сами себя ослабили?

Директор лишь уклончиво усмехнулся, в очередной раз решив не раскрывать все карты:

— Уровень силы — понятие относительное, молодой человек. Давайте не будем забегать вперед.

Георгий Юрьевич продолжил рассказывать про возможности воплощений. И их отличие от клонов, марионеток и других подобных техник магии.

Когда лекция наконец окончилась, Ульяна, Вася и Лука заняли место в столовой и принялись есть.

Ульяна с любопытством спросила:

— Вася, а почему Лука был на лекции? И ты ведь тоже первокурсник.

Змееныш ловко орудовал вилкой.

— Это была лекция со свободным входом. Директор вообще не ведет лекции на курсах, а только дополнительные, для всех желающих.

Лука, аккуратно поправляя тарелку, уточнил, глядя на Васю:

— А с кем это ты сейчас так оживленно разговаривал? Не с тем ли бестелесным духом, которому вы ищете голема?

Лена, всё ещё пребывавшая в теле Ульяны, утвердительно качнула головой. Лука хотел было вежливо спросить, как его зовут, но, видя, что «Ульяна» лишь слушает пустоту перед собой, решил пока не вмешиваться и не нарушать их странный контакт.

Тут к Васе весьма нагло, без приглашения, подсел Махалак. Змееныш тут же скорчил недовольную гримасу, явно не желая видеть своего преследователя за одним столом.

Махалак заметил это, бросил тяжелый взгляд на змееныша и сказал:

— Пока ты не отдашь мои мечи, я не отстану от тебя. Куда можно было деть два огромных двуручных меча? Они ведь больше тебя самого.

Вася надулся и ответил с вызовом:

— А пока Махалак не вернет мне глаз, то я не помогу ему найти мечи.

Тут Махалак уже откровенно начал злиться, повышая голос:

— У тебя оба глаза на месте, мелкий! Я не могу отдать тебе то, что не брал!

Вася невозмутимо парировал:

— Глаза змея помогают видеть души. Ты мог взять такой артефакт, чтобы отомстить навиям, убившим твоих друзей.

Махалак переспросил, прищурившись:

— Отомстить?

На что Вася сказал, кивая в сторону Лены:

— Я слышал, что твоего друга убили нави.

Тут Махалак бросил недовольный взгляд на Лену (которая для него всё ещё была Ульяной) со словами, что не собирался мстить безмозглым существам, они просто ели. Но вот причину, по которой его команда оказалась в окружении, он выяснит и виновным точно отомстит.

Луке явно не понравился этот угрожающий взгляд Махалака, он напрягся, готовясь вступиться. Но вслух отметил, что у него из особняка тоже пропало некоторое оружие. А Лена за едой даже не заметила этого выпада в свою сторону — она просто игнорировала мальчишек, хотя и эта история с пропавшим оружием и уничтожением големов вполне вписывается в странную череду, исключающую просто совпадения.

Ульяна же отметила для себя, наблюдая за перепалкой, что Махалак всё еще злится на неё, на настоящую Ульяну, и, наверное, считает именно её виноватой в той трагедии.

Но тут к ним подошли несколько студентов, которые, обращаясь к рыжему, предложили ему присоединиться к их группе на промежуточных. Тот бросил на них равнодушный взгляд и буркнул, что они слабые и чтобы они отвалили.

Ведьма, управлявшая телом Ульяны, заинтригованно спросила, что за «промежуточные». Призрачная Ульяна тут же пояснила, что им нужно найти ей тело именно до промежуточных. Потому что она сама хочет победить на них и показать всем, что не откажется от своей мечты из-за сложившихся обстоятельств.

Лена с интересом глянула на рыжего и спросила у подруги: этот тоже её травил? Но хилерша ответила, что нет, он просто пытался всё время испепелить её одним лишь взглядом. Рыжий, видимо, расслышав обрывок фразы, лишь хмыкнул и отвёл глаза, бубня себе под нос, что она сумасшедшая.

Лука между тем охотно взялся пояснять правила:

— Каждые полгода устраиваются турниры между академиями. Промежуточный — посреди учебного года, а выпускной — в конце. Отличившиеся на экзамене в положительную сторону получают в награду артефакт, первая тройка. А также возможность проведения экзамена получает академия, чьи ученики попали в тройку, что сильно повышает престиж заведения.

— А отрицательно отличившиеся, — подхватил рыжий, явно наслаждаясь цинизмом ситуации, — могут быть даже исключены. Поделом. Нечего слабых нахлебников содержать, особенно если они на стипендии.

Ульяна про себя подумала, что стипендия здесь действительно хорошая, и терять её из-за какого-то турнира было бы обидно.

Тут рыжий вдруг вскрикнул, глядя на Васю:

— Постой, ты не змея, ты ящерица!

Вася опять скорчил недовольное лицо. А рыжий продолжил:

— У змей нет век, а я видел, как ты только что моргал! — пояснил рыжий свое возмущение.

Вася, не желая вступать в спор, просто достал свой телефон и начал активно игнорировать наглеца, делая вид, что листает ленту. Рыжий отвернулся, задумавшись.

Лука продолжил объяснение для Лены:

— Там есть одиночные, парные бои и командные. Но все выступающие должны быть в одном потоке. Нельзя между вторым и первым потоком брать в свои напарники людей. Вот я, например, могу быть в паре с Васей, так как мы оба на первом курсе, но не могу быть в паре с Мишей (Махалаком) или тобой, так как вы на втором курсе.

Лена кивнула, демонстрируя, что усвоила:

— Я поняла. Что она, после получения тела, может быть в паре с Васей или с Лукой. А Ульяна должна найти себе напарника и группу сама, раз уж она на втором курсе.

Ведьма бросила оценивающий взгляд на рыжего парня, прокручивая в голове его ауру и манеры. Он был силен. Пожалуй, самый сильный после директора и змея из всех, кого она тут в академии смогла оценить. Не считая тех, кто тут учился, но почему-то совершенно не излучал магической энергии.

Ведьма, всё ещё разглядывая Махалака, перевела взгляд на Ульяну и спросила вслух, обращаясь к её бестелесной форме, хотя для остальных это выглядело как обращение к самой себе:

— Кстати, а что это за тёмные маги вон там в углу? Это ведь вполне они могут уничтожать големов чёрной жидкостью?

Пока Ульяна подбирала слова, Махалак отодвинул тарелку и оставил на краю два пирожных. Вася мгновенно, будто выждав идеальный момент, стянул угощение.