Звезда 404

Заметив нас, он мгновенно отставил бутылку с каким-то кислотного цвета содержимым и хлопнул Джека по плечу. Они о чем-то быстро переговорили, понизив голоса, друг кивнул и подозвал жестом женщину, стоявшую за баром рядом с ним. Она оказалась невысокой, с короткими тёмными волосами, собранными в небрежный хвост, и цепким взглядом, каким обладают только те, кто привык следить за порядком в местах, где законы редко соблюдаются.

Женщина ничего не сказала, лишь коротко взглянула на рабыню, которая всё ещё стояла чуть позади меня, явно не понимая, что происходит. Затем она протянула руку, словно давая знак следовать за ней. Девчонка замерла, её жёлтые глаза метнулись ко мне, но я даже не думал вмешиваться. Раз уж договорились, значит, так тому и быть.

Женщина чуть приподняла бровь, недовольная заминкой, и, не дожидаясь, просто взяла рабыню за запястье и увела её в сторону подсобного помещения. Девчонка даже не пискнула – просто пошла за ней, будто и не осознавая, что её снова куда-то тащат и отдают в чужие руки.

Я невольно выдохнул свободнее. Больше не нужно было держать её в поле зрения, следить, чтобы не свалила, не влипла в неприятности или не натворила глупостей. Хоть на время можно немного расслабиться.

– Ну, теперь ты действительно в гостях, а не при деле, – усмехнулся друг Джека, разворачиваясь ко мне и протягивая руку. – Меня зовут Райнер.

– Кейн, – коротко ответил я, пожав его ладонь. Хватка у барбена была крепкой, уверенной.

– Раз уж ты друг Джека, значит, сегодня выпьешь за мой счёт.

Я уже собирался отказаться, но Райнер не дал мне такой возможности – ловко подхватил с полки высокий стеклянный бокал, наполнил его несколькими слоями разноцветной жидкости и швырнул туда горсть искрящихся гранул, которые тут же заставили напиток засветиться изнутри мягким голубым светом.

– «Голова сирены», – объявил он с ухмылкой, толкая бокал мне.

Я взглянул на него с лёгким подозрением.

– И что в этом напитке?

– А какая разница? – рассмеялся Джек, уже прихлёбывая что-то своё. – Главное – не сдохнешь.

Я взял бокал, понюхал. Пахло чем-то сладким, но с явной ноткой цитруса и какого-то незнакомого алкоголя.

– Да выпей ты уже, не девка в первый раз, – подбодрил меня Джек.

Я покачал головой, но не стал спорить и залпом выдул напиток. Жидкость оказалась прохладной, но с явным жгучим привкусом, пробегающимся по горлу огненной волной. Вкус был странный, насыщенный, но чертовски приятный, и в нём чувствовалась какая-то многослойность – сначала сладость, потом терпкость, затем лёгкая горечь, а в конце – приятное тепло, расходящееся по телу.

– Хрена себе, – пробормотал я, ставя бокал.

– Я же говорил. Не то, что дешёвое пойло в тавернах, – рассмеялся механик, а Райнер тут же налил мне ещё, но на этот раз янтарную жидкость, мерцающую в свете неоновых ламп.

– Ладно, Кейн, выпивка – это хорошо, но, может, желаешь ещё развлечений? – он ухмыльнулся и кивнул в сторону танцпола, где, извиваясь в такт грохочущей музыке, крутились полуголые девицы с грациозностью профессионалок. – Девочку? Или, может, мальчика? У нас тут все для клиентов, кто во что горазд.

Я прыснул, едва не поперхнувшись коктейлем.

– Ни девочку, ни мальчика, – усмехнулся я, качая головой. – Я, конечно, не ханжа, но такого гостеприимства не ждал.

– Да ладно тебе, – рассмеялся Райнер, – расслабься, ты же явно напряжён как туго натянутый трос.

Я хмыкнул, откинувшись на стойку и лениво оглядев клуб. Он был шикарным. И не просто клубом, а, похоже, элитным притоном, где богатые клиенты могли получить всё, что захотят. Танцовщицы двигались в переливающемся свете, их тела блестели от пота и масла, одежда – если эти кусочки ткани можно было так назвать – лишь подчёркивала их формы. Вокруг них крутились мужчины, женщины, андроиды – кто угодно, готовый тратить деньги на ночь удовольствий.

Райнер был прав. Мне бы не помешало потрахаться, снять напряжение и вконец расслабиться. Я ведь знал, что завтра снова окажусь в чёртовом космосе, в этой железной коробке, где вместо духов и алкоголя – сраный запах металла, горелых проводов и ржавой вентиляции.

Но почему-то сейчас я не мог заставить себя расслабиться. Казалось бы, что проще – выбрать кого-то, дать пару кредитов, получить свою дозу удовольствия и вернуться на корабль. Но что-то внутри меня не давало просто отпустить контроль.

Я сделал ещё один глоток и почувствовал, как кто-то дёрнул меня за плечо. Жена Райнера стояла передо мной, нахмуренная и явно встревоженная.

– Где ваша девица? – спросила она резко.

– Чего? – я нахмурился, не сразу соображая, о чём она.

– Девочка. Я думала, она с вами, тусуется где-то, но её нет.

Слова дошли до меня с небольшой задержкой, как будто алкоголь слегка замедлил восприятие.

– Подожди, ты хочешь сказать, что её нет в подсобке?

– Да! – раздражённо фыркнула женщина. – Я думала, она просто сидит с вами или пошла смотреть клуб, но её нигде нет!

Я выругался, громко и смачно.

– Как, чёрт возьми, она могла пропасть?! – рыкнул я, отшвыривая в сторону пустой бокал.

– Она сказала, что хочет в туалет, – женщина нахмурилась ещё сильнее. – Я сказала ей, что он в коридоре, прямо по левому проходу.

– И ты отпустила её одну?! – я сжал кулаки, ощущая, как внутри поднимается злость.

– А что, я должна была держать её за руку?! – вспыхнула она в ответ. – Она не выглядела такой уж беспомощной! Вы не сказали, что девчонка настолько тупая.

Я стиснул зубы, чувствуя, как в груди разрастается злое, колючее раздражение. Я же знал, что с ней будут проблемы! Конечно, она потеряется в этом блядском месте.

Я рывком встал, пошатываясь от выпитого, но тут же тряхнул головой, пытаясь собраться. Джек ухмыльнулся, отпив из своего бокала.

– Да уж, капитан, вот это ты вляпался.

Я смерил его взглядом, не оценив шутку, и быстрым шагом направился в сторону коридора. Оттолкнул плечом какую-то девицу, что стояла слишком близко. Сгущающиеся неоновые тени прыгали по стенам, а музыка долбила в виски, заставляя кровь вибрировать в такт.

Сначала я заглянул в женский туалет, не слишком заботясь о приличиях. Две расфуфыренные дамочки у зеркала тут же завизжали, одна швырнула в меня какой-то флакончик.

– Ты куда прёшь, придурок?– заорала она, но мне было плевать.

Я заглянул в кабинки, проигнорировав визг и разъярённые взгляды. Девки что-то шипели, но я лишь смерил их взглядом и буркнул:

– Потерял свою.

Это их не успокоило. Я получил ещё одну порцию проклятий, прежде чем вышел обратно в коридор.

Следом были мужские, на всякий случай. Здесь обошлось без криков, но пару раз на меня бросили подозрительные взгляды. Однако, кроме какого-то пьяного инопланетного урода, который упал лицом в писсуар, я никого не нашёл.

– Чёрт… – пробормотал я сквозь зубы.

Куда она могла подеваться?!

Я вышел обратно в клуб, двинулся через толпу. Людей и нелюдей привалило слишком много, чтобы заметить девицу сразу. В неоновом свете, под мерцающими лазерами, тела извивались, вспыхивая, и переливались, теряясь в шуме.

Примерно через пять минут бесполезных поисков я остановился как вкопанный. Прямо передо мной, за барной стойкой, сидела моя рабыня.

И не просто сидела, а медленно, безразлично, с отсутствующим взглядом пила какой-то чёртов коктейль. Напротив неё, ухмыляясь и явно наслаждаясь ситуацией, восседал урод с зелёно-белыми волосами. Получеловек, скорее всего, помесь с какой-то экзотической расой. Он что-то спрашивал, но девчонка не отвечала, просто делала очередной глоток.

Я уставился на неё, не веря своим глазам. Эта чёртова девица, которая отказывалась есть мясо, воротила нос от кофе, делала вид, что вся такая трепетная и нежная, пила алкоголь, будто для неё это было обычным делом.

Злость вспыхнула резко, обжигая внутренности, сминая всё рациональное в один сгусток раздражения.

Сука.

Могла сбежать. Могла потеряться. Могла попасть в лапы кого-то похуже меня. Но нет. Она, чёрт побери, сидела тут и напивалась.

Получеловек хохотнул, что-то сказав ей, но она лишь опустила глаза и сделала ещё один глоток. Я сжал кулаки, чувствуя, как пульс стучит в висках.

Ещё секунда – и я пробью этому уроду башку.

Я двинулся вперёд, не обращая внимания на грохочущую музыку, всполохи неона и густой запах алкоголя, смешанный с чем-то более тяжёлым. Всё вокруг будто смазалось, сосредоточилось в одной точке – на этой парочке за барной стойкой.

Получеловек первым заметил меня. Он поднял глаза, и на его лице появилась лёгкая ухмылка, словно он заранее знал, что я подойду, и был к этому готов.

Меня передёрнуло.

– Какого хрена ты делаешь? – прорычал я, замирая напротив него.

Он приподнял бровь, изобразил невинное недоумение.

– А что не так?

Я ткнул пальцем в бокал, что стоял перед девицей.

– Ты. Наливаешь. Ей. Выпивку, – процедил я сквозь зубы, едва сдерживая желание схватить этого урода за шкирку и вышвырнуть к чёртовой матери.

Получеловек усмехнулся.

– А что, нельзя? Она мне понравилась, я предложил выпить, она не отказалась. Я ж не насильно, приятель.

Он потянулся было к бокалу, но я перехватил его запястье. Сжал. Сильнее, чем нужно. Урод замер, поймал мой взгляд и наконец понял, что дело принимает нешуточный оборот. В его глазах мелькнуло беспокойство.

– Эй, не кипятись… – начал он, пробуя высвободиться, но я сжал крепче. Его губы дрогнули, будто он хотел сострить, но потом передумал.

– Слушай, я не знал…

– Теперь знаешь.

Я рывком притянул его ближе, так, чтобы урод почувствовал разницу в силе. Он был высоким, жилистым, но против меня – ничто.

– П-погоди, приятель, давай без…

Но я уже двинул ему в челюсть.

Раздался глухой звук удара. Получеловек отшатнулся, налетел на стойку, смахнув один из бокалов. Стекло разлетелось брызгами, разноцветная жидкость растеклась по бару.

– Да какого чёрта?! – взвизгнул он, потирая челюсть.

Я схватил его за грудки и швырнул обратно к стойке.

– Ты суёшь нос не в своё дело, – рявкнул я.

– Я не знал! – выпалил он, поспешно поднимая руки в примирительном жесте. – Честно, приятель, я думал, она свободна!

– И поэтому решил напоить?

– Да просто предложил коктейль! Она не отказалась, – быстро заговорил получеловек. – Откуда мне было знать, что она твоя?

Я скрипнул зубами. Рядом кто-то закричал, но я не слушал.

– Она не моя.

Двинул ему ещё раз.

На этот раз урод увернулся, но я тут же подсёк его, и он рухнул на пол, едва успев выставить руки. Вокруг поднялся шум, кто-то вскрикнул, кто-то засмеялся, но мне, как всегда, плевать.

Я перевел дыхание и взглянул на рабыню. Она сидела, всё так же сжимая бокал, глаза уже сильно мутные.

– Блять… – выдохнул я.

Она даже не поняла, что происходит. Я схватил девчонку за запястье, не особо заботясь о том, причиняю ли боль. Её пьяное состояние и так сделало её неуклюжей. Она позволила какому-то уроду себя спаивать, сбежала из-под присмотра, а теперь ещё и сидела, хлопая своими большими глазами, как будто вообще не понимала, что произошло.

Я потащил рабыню через зал, расталкивая всех, кто попадался на пути. Музыка гремела, световые панели мерцали разными цветами, создавая в этом чёртовом клубе ощущение дурного сна. Где-то за спиной Джек что-то выкрикнул, наверное, спрашивал, какого хрена я творю, но у меня не было ни времени, ни желания ему объяснять. Я просто зарычал в ответ:

– Заткнись, Джек!

Он наверняка обиделся, но мне было не до того. Я вёл девку вперёд, крепко сжимая её руку, чувствуя, как она спотыкается, как пьяно покачивается, но продолжает идти. Как ни странно, не сопротивлялась. Только головой всё время вертела, будто пыталась осознать, где находится, и почему я её куда-то тащу.

Мы выбрались на улицу. Воздух тут был чуть свежее, но всё равно пропитан жарой, запахом масла и чем-то химозным, каким-то цветочным ароматизатором, которым окуривали широкие улицы Велькары. Я свернул за темный угол, куда свет рекламных баннеров почти не проникал, оставляя пространство в полумраке, с парой тусклых неоновых ламп. Здесь же стояли контейнеры для мусора, от которых несло чем-то кислым и тухлым.

Я развернул девицу к себе и, не церемонясь, толкнул к стене, прижимая плечом. Не так, чтобы причинить боль, но достаточно резко, чтобы встряхнуть.

– Очнись, чёрт тебя дери! – зло бросил я, заглядывая в её лицо.

Она только моргнула. Глаза, и без того казавшиеся большими, теперь блестели ещё сильнее – свет реклам и неоновых вывесок придавал им странный золотистый оттенок. Я не знал, нормально ли это для её вида, да и, честно говоря, было плевать. Главное – она явно была невменяемой.

Девчонка открыла рот, будто собиралась что-то сказать, но вместо слов вышло нечто, похожее на тихий смешок. Я напрягся, но потом заметил, что её губы приподнялись в слабой улыбке.

Я замер.

Первая улыбка, которую я увидел на её лице.

Самое дерьмовое – она была красивой.

Ровные зубы, аккуратные ямочки на щеках, крошечная родинка у уголка губ. Даже морщинки у глаз, которые в обычном состоянии делали её лицо серьёзным и настороженным, сейчас придавали выражению какой-то теплой мягкости.

Я смотрел на неё дольше, чем следовало. Дерьмо. Резко мотнул головой, приходя в себя, и снова стиснул её запястье, пытаясь стряхнуть с себя это странное чувство.

– Ты вообще в курсе, что пила алкоголь? – спросил я, понизив голос, но всё ещё зло.

Девка просто моргнула, затем снова улыбнулась, теперь уже шире.

– Блять, – выдохнул я, выпуская её запястье и отступая на шаг.

Она даже не осознавала, что напилась. Даже не понимала, что в ней теперь хлещет крепкий коктейль, и что шаткость – не из-за усталости, а из-за выпивки.

– Чёртова проблема, – пробормотал я, глядя, как рабыня слегка покачнулась, но не упала, а просто смотрела на меня с этим пьяным выражением.

Какого хрена мне с ней делать?

Она снова пошатнулась, ещё сильнее, чем прежде. На этот раз мне показалось, что тупица точно свалится прямо в мусорный контейнер или размажет себя по грязному асфальту, но вместо этого девица сделала полшага вперёд, словно пыталась поймать равновесие, и рухнула мне прямо в руки. Спасибо, что не блеванула.

Я едва успел подхватить её, чертыхаясь сквозь зубы, потому что сам был не в лучшей форме. Голова уже начинала приятно гудеть от выпитого, но пока я был в ярости, алкоголь только разжигал огонь внутри, а теперь, когда адреналин от драки начал спадать, ощутил, как ноги налились тяжестью.

Прекрасно. Просто зашибись. В этот самый момент из бара вышел Джек.

– Кейн, какого хрена? – рявкнул он, подходя ближе и пытаясь заглянуть мне в лицо, а потом его взгляд упал на мою спутницу, и выражение сменилось на удивлённо-настороженное. – Бля, что с ней?

Я только покачал головой, не в силах сдержать раздраженный вздох.

– Выпила.

– Выпила? – переспросил он, явно в шоке.

– Напилась в хлам.

Механик вскинул руки, словно сдаваясь.

– Ладно, ладно, понял, не ори…

Я и не собирался. Просто стоял, держа девку в руках, а она, кажется, окончательно потеряла связь с реальностью. То ли отключилась, то ли просто не соображала, что вокруг происходит. По её лицу было не понять, то ли дурочка спит, то ли в голове у неё сейчас кружится чёртов аттракцион.

Джек всё ещё смотрел на меня, и я понял, что он пытается оценить, насколько я зол после всего случившегося.

– Слушай, Кейн, я не думал, что так выйдет, правда…

Я только махнул рукой, прерывая его на полуслове.

– Забей. Потом поговорим. Завтра загляни ко мне на корабль перед вылетом.

– Как скажешь, – буркнул он, отступая на шаг, а затем добавил тише: – Ты хоть в состоянии донести её?

Я только скептически хмыкнул.

– Как-нибудь справлюсь.

Друг кивнул, не особо уверенно, но понял, что спорить бесполезно, и развернулся обратно к клубу.

Я посмотрел на девчонку в своих руках. Она была лёгкой, несмотря на всю эту нелепую, мешковатую одежду, которая скрывала фигуру. Подхватил её поудобнее, закидывая одну руку под колени, а вторую под спину, и, чуть покачнувшись сам, направился в сторону порта.

Дорога не была долгой, но сейчас, когда голова уже плотно гудела от алкоголя, она казалась длиннее, чем есть на самом деле. Свет неоновых вывесок прыгал в поле зрения, тени мелькали между узкими улочками, редкие прохожие бросали на меня любопытные взгляды, но никто не остановился, не спросил, всё ли в порядке. В этом городе не принято лезть в чужие дела.

Девица в моих руках не шевелилась. Только дышала ровно, хоть и странно, и что-то бормотала под нос на своём языке. Я не понимал слов, но по интонации становилось ясно – сознание где-то далеко.

Я крепче сжал рабыню, пытаясь нести ровно, хоть и чувствовал, как меня самого уже нехило шатает.

– Чёртова дура, – выругался я, не ожидая от неё никакого ответа.

Конечно, я сам был не в лучшей форме, но хотя бы осознавал, что творю. Завтра обязательно её за это отругаю, если, конечно, она вспомнит хоть что-то.

Я дотащил девчонку до корабля быстрее, чем ожидал, хотя ноги заплетались, а сознание начинало мутнеть. Долбанный коктейль всё же ударил по мне сильнее, чем я думал. Но вот наконец трап, вот уже металлический пол под ногами, и я шагнул внутрь, мгновенно почувствовав, как корабль стал для меня единственным местом, где можно выдохнуть.

Девица в моих руках даже не пошевелилась, не издала ни звука. Всё ещё сладко спала, отключившись от реальности, как будто её просто выключили. Я даже проверил дыхание – ровное, спокойное. Напилась и вырубилась, прекрасно. В кои-то веки хоть одна проблема решилась сама собой.

Я потащил её прямо в жилой отсек, не утруждая себя разглядыванием пути. По кораблю мог ходить с закрытыми глазами, знал каждый поворот и выступ, но сейчас глаза всё же были открыты, пусть и чуть мутноваты. Надо было пить меньше.

Наконец, добравшись до койки, я опустил девчонку вниз, стараясь сделать это аккуратно, хотя хотелось просто бросить и закутаться в своё одеяло, выключив этот день из памяти. Сел на краешек койки и внезапно засмеялся. Не громко, но по-настоящему. Когда в последний раз я оказывался в подобной ситуации?

Притащил бабу в постель, но не для секса.

Если бы мне кто-то рассказал об этом утром, я бы рассмеялся ему в лицо и назвал идиотом. Да я бы сам себе не поверил. Я – Кейн, наёмник, человек, который не терпит проблем, – нянчусь с рабыней, которая даже двух слов нормально сказать не может?

Я покачал головой, чувствуя, как алкогольный дурман лишь усугубляет абсурдность происходящего. Девица лежала передо мной, полностью отдавшись сну. Губы слегка приоткрыты, дыхание ровное, а ямочки на щеках всё ещё угадывались, даже в расслабленном состоянии.

Раньше я их не замечал.

Чёрт, раньше я вообще на неё не смотрел.

Но стоило ей улыбнуться, пусть даже пьяной и бессмысленной улыбкой, как я вдруг понял, что она… красивая. Не так, как шлюхи в борделях, у которых на лице нарисована готовность к любому удовольствию. Девица красива как-то иначе, по-своему.

И мне почему-то захотелось снова увидеть эту улыбку. Странное желание. Я одернул себя. Это потому что я выпил, и мозги работают не так, как должны.

Я перевёл взгляд на её одежду – мешковатая, бесформенная, скрывающая всё, что можно. И тут же вспомнил, как в ванной заметил очертания её груди под практически мокрой водолазкой. Сейчас в этом не было смысла, но воспоминание всплыло само, будто мозг специально решил напомнить мне, что под всей этой тряпичной бедуинской бронёй всё же пряталось женское тело.

А я, чёрт возьми, слишком давно не спал с женщиной, раз уж вообще думаю об этом сейчас.

Голова всё сильнее кружилась. Я провёл рукой по лицу, ощущая, как веки тяжелеют. Да ну нахер, потом разберусь.

Даже не заметил, как завалился прямо рядом с рабыней, не успев дойти до своей койки.

Просто лёг рядом, закрыв глаза, и отключился.

Глава 5

Просыпался медленно, через густой, тягучий туман похмельного сна, словно кто-то тянул меня обратно в пучину забвения. Голова гудела, рот пересох, а в ушах ещё отдавался глухой отголосок громкой музыки и шума ночного клуба. Всё тело ломило, как будто я провёл ночь не в койке, а свернувшись где-то на металлическом полу. Я приоткрыл глаза. Слабый свет пробивался сквозь затемнённое стекло иллюминатора, и только тогда я понял, что что-то не так. Очень не так.

Я спал не в своей койке.

Мой затуманенный разум с трудом выстраивал картину происходящего, но прекрасно осознал, что лежу… на чьих-то ногах. Причём, не просто лежу – устроился головой на бедре, как хренов котёнок, а руками, оказывается, обхватил тонкие ноги, покрытые мягкой тканью шароваров.

Внутри меня что-то неприятно дёрнулось, я мгновенно протрезвел, резким движением поднимая голову и садясь.

На койке, раскинувшись, мирно спала рабыня.

Её лицо было расслабленным, грудь медленно поднималась и опускалась, дыхание ровное, глубокое. Темноволосая голова чуть повернута набок, а на губах ещё играла лёгкая тень улыбки – будто даже во сне она продолжала ощущать остатки опьянения. Руки аккуратно сложены на груди, как у усопшей в ритуале прощания, и, слава всем богам, они не касались меня.

Я резко отпрыгнул, чуть не врезавшись спиной в шкафчик, дергаясь так, будто меня только что ударило током. Сердце забилось быстрее, в голове молниеносно пронеслись воспоминания вчерашнего вечера: клуб, зелёная рожа получеловека, драка, коктейли, как я волок эту идиотку через полгорода… И вот теперь это.

– Гадство, – выдохнул я себе под нос, вставая и тут же прикрывая лицо ладонью.

Всё тело ломило, похмелье давило, но больше всего бесило осознание, что я уснул рядом с ней. Спал с рабыней в одной койке, как какой-то грёбаный романтик!

Да, конечно, не для секса – но это даже хуже.

Я скрипнул зубами, глядя на неё исподлобья. В этой мешковатой одежде, беспомощно раскинувшись на койке, она больше походила на беспризорного ребёнка, чем на ту девчонку, что вчера, как последняя идиотка, напилась в клубе. И какого хрена она вообще согласилась пить? Нормальное питьё не признавала, а вот хреначить разноцветные коктейли, даже не зная, что в них намешано – пожалуйста!

Я сжал кулаки, злобно оглядывая каюту. Надо немедленно привести себя в порядок и проветрить голову, которая всё ещё гудела, виски пульсировали от похмелья, но у меня не было ни времени, ни желания лежать и страдать. Я злился. На себя, на неё, на всю эту идиотскую ситуацию, в которую мы вляпались, и, чем дольше я смотрел на мирно спящее лицо, тем сильнее сжимались кулаки.

Время вылета мы проворонили.

Я рванул одеяло, сдёргивая его с девицы, но она даже не шелохнулась. Напилась так, что теперь хоть пушкой стреляй – не проснётся.

– Вставай, – я наклонился ближе, ухватил её за плечо и сильно встряхнул. – Я сказал, вставай!

Она что-то пробормотала, даже не открывая глаз, и попыталась отвернуться, словно я был всего лишь назойливым сном, который можно проигнорировать.

Ох, как же ты меня бесишь, девчонка.

Не думая, я схватил её за обе руки, резким движением дёрнул вверх и, практически не дав ногам коснуться пола, поставил на ноги. Естественно, девица тут же пошатнулась, едва не рухнув обратно, но я удержал.

– Держись! – рявкнул я, но она лишь застонала, покачивая головой, как будто у неё сейчас разорвется череп.

Да, дорогуша, добро пожаловать в мир похмелья.

Но мне плевать, как она себя чувствует. Я даже секунды не дал ей прийти в себя – сжал запястье и потащил за собой, прямо через каюту, вон из жилого отсека, по коридору к капитанскому мостику. Девица пыталась что-то пробормотать, что-то неразборчивое на своём языке, но у меня не было ни малейшего желания вникать.