В тени Сокрытого. Закат Вергазы

Прибывшие расселись напротив Хаза и Лоуренса, образовав полукруг: Патрик развалился на стуле, закинув ступню одной ноги на колено другой и скрестив руки, Коул сел прямо, положив руки на колени, а Муро развернула стул и оседлала его, опершись локтями на спинку.

– Да, и знаете, куда он заходил сегодня? – осклабился Барева. – В «Лавку удовольствий»!

Наступила тишина, а затем комната взорвалась смехом.

– Хаз, не ожидала от тебя такого, – отсмеявшись, произнесла девушка.

– Планка сильно понизилась, я смотрю, – закивал ее растрепанный товарищ.

Третий молчал, слабо улыбаясь и глядя в одну точку.

– Да-да, очень смешно, – буркнул Вале. – А теперь выкладывайте, что сегодня сделали.

Веселье тут же улетучилось. Лица ребят стали серьезными.

– Хаз, мне нужно еще время, – покачала головой Муро. – Ты сам видел – неприступная крепость. По деревьям всю ночь скакала, как белка, и все равно мало что разглядела. Нужны чертежи.

– Коул, ты достал чертежи? – вкрадчиво вопросил глава банды.

Бледный парень перестал улыбаться и удивленно огляделся, будто только понял, где находится.

– Что?

– Чертежи!!! – в один голос воскликнули остальные присутствующие.

– Мм… – Грик достал из внутреннего кармана пиджака пузырек с белым порошком, высыпал немного на палец и втянул носом, после чего заморгал и продолжил. – Завтра… они… будут…

Хазери выдохнул. Коул ему не нравился, да и никому он не нравился, но мог достать то, что требуется.

– Можешь идти. Ради Сокрытого, будь завтра в приемлемом состоянии и с чертежами.

Грик в ответ кивнул и медленно удалился в полной тишине, только скринула, открываясь, дверь.

– С вином все получилось, – подал голос Патрик, щелкнув ключом в замке.

– Хоть одна хорошая новость за сегодня, – проворчал Хаз. Он помедлил, переводя взгляд от одного члена банды к другому, и продолжил, когда что-то для себя решил. – У нас заказ. Нужно припугнуть одного дурака, любящего распускать руки на жену. Лоу, с тобой на него посмотрим, но, скорее всего, на дело пойдешь с Патриком.

– Так, я бегаю ночами по лесам, – Муро подперла кулаком подбородок. – Парни занимаются рукоприкладством. А что будешь делать ты?

Хаз встретился взглядом с Лоуренсом, тот нахмурился, уловив в светлых глазах друга отблески зреющего плана мести.

– А я подергаю тигра за усы.

3. Мерса

Утром в баре, как обычно, было мало народу, потому Мерса решила позавтракать в общем зале. За стойкой стоял бессменный бармен Боб – крупный мужчина с залысинами и начинающими седеть волосами. Он по-отечески улыбнулся начальнице и налил ей свежезаваренного чая – без него день для Мерсы не начинался. Она поблагодарила, отхлебнула из чашки и легонько поморщилась:

– Боб, а лимонов так и нет?

– Нет, душа моя, я каждое утро хожу на рынок, но все без толку: привозить привозят время от времени, но кто-то скупает их огромными партиями.

– «Кто-то»… ясно, кто. Да чтоб эти аристократы ими подавились. Еще немного без чая с лимоном, и я с ума сойду, – закатила глаза Мерса.

Последние пару недель ходили слухи о скорой гражданской войне в Лауте – стране, которая поставляла в Равган фрукты и цитрусы. Поговаривали, что вот-вот прекратятся поставки лимонов, а за ними, возможно, и всего остального. Состоятельные жители Вергазы принялись скупать их целыми партиями. По информации, которую нарыли девочки Мерсы, они сами создали дефицит, и теперь буквально сидят на лимонной диете, добавляя плоды во все блюда. Лимоны стали роскошью и модным веянием у знати. Наличие лимонов на столе говорило о богатстве и полезных связях, и теперь аристократы соревновались, чей салат кислее и в чьем пироге больше цедры. Обычные же люди оставались без цитрусов.

Мерса побранила богачей и направилась в кабинет – сегодня она запланировала много дел. Для начала следовало разобрать письма, стопка которых уже дожидалась ее на столе. Четыре – от ее девочек. В наивном по своей манере рассказе о достопримечательностях города, погоде и покупках они отчитывались об этапах подготовки афер, секретах и новостях, которые удалось узнать. Еще несколько писем касались поставок продуктов и алкоголя для бара, а также ремонта и других мелких дел. Из пачки серых жестких конвертов выпал маленький розовый, пропитанный приторно-сладкими духами, с печатью в виде сердца. У Мерсы перехватило дыхание, комната пошатнулась. В голове зазвучал громкий, скрипучий смех, тело заныло. Методы мадам Марло были крайне жестокие: за любую провинность она била своих подопечных, но побои являлись далеко не самым худшим наказанием. Страшные картины жизни в борделе замелькали перед глазами. Руки, держащие конверт, дрожали.

Покинув «Лавку удовольствий», Мерса подпалила часть здания, где находилась спальня мадам Марло. После сообщения, что мадам выжила в пожаре, женщина выла от обиды и злости, но позже даже порадовалась – по крайней мере, она не стала убийцей. Дельные расследовали поджог, и каким-то волшебным образом не нашли ни одной улики, которая вела бы к Мотье. А городскую стражу до расследования даже не допустили. Дело замяли, а мадам Марло на многие годы забыла о существовании своей бывшей подопечной: не было ни мести, ни попыток наладить диалог. Мерса как следует об этом позаботилась. И вот спустя восемь лет спокойной жизни она держит в руках конверт с посланием из «Лавки удовольствий». Из прошлого, полного боли и унижений, от человека, который изо дня в день уничтожал ее.

– Мерса?

Женщина резко подняла голову. В дверях стояла Ирона. Увидев искаженное лицо своей начальницы, она отшатнулась и нахмурилась.

– Прости, я стучала, но ты не ответила. Я волновалась, вдруг что-то случилось… тут… – залепетала приятным высоким голоском девушка, но Мерса махнула рукой, останавливая ее оправдания.

– Да, хорошо, что ты зашла, – заметив обеспокоенность на лице подопечной, она натянуто улыбнулась. – Со мной все в порядке. Прикрой дверь.

Мерса покосилась на письмо, которое все еще держала в руках, затем встала и, объясняя Ироне задание от Хазери Вале, зажгла свечу, поднесла конверт к огню. Пока он горел, она не отрывала от него взгляд и отстраненно отвечала на уточняющие вопросы девушки. Обгоревший розовый край, за который она держала конверт, полетел в незажженный камин, и Мерса перестала ощущать сдавливающую боль в груди.

– На этом пока все, Ирона.

– Еще кое-что, – Ирона, внимательно следящая за действиями начальницы, подошла к столу и положила поверх бумаг лимон. – Все, что удалось достать. Я знаю, как ты любишь чай с лимоном. К сожалению, больше не нашла.

Мотье удивленно вскинула брови.

– Мерса, спасибо, что помогаешь мне. Не знаю, что бы со мной стало, если бы я тебя не встретила.

Ирона сделала шутливый реверанс и вышла из кабинета. А Мерса еще какое-то время смотрела на лимон и улыбалась.

4. Хазери

Хазери проснулся около полудня. Он лег спать, как только Муро и Патрик покинули помещение. Как бы ни был вымотан, Хаз всегда просыпался в то время, в какое планировал, и спал чутко, просыпаясь от каждого подозрительного звука. Храп Лоуренса таковым не считался, и потому только Вале высыпался рядом с мечником. За столько лет, проведенных вместе, парень привык к громким звукам, которые постоянно издавал его друг во время сна после нескольких переломов носа.

– Лоу, – позвал Хаз, потягиваясь в брезентовом гамаке, надежно подвязанном за вбитые в стены крюки. На кроватях Хазери не спалось.

Ответом послужили дребезжащие носовые рулады.

– Лоу! – Хаз позвал громче и, ловко выпрыгнув из гамака, кинул в друга тряпьем, которое использовал вместо подушки. Лоу тут же вскочил на ноги, приняв боевую стойку. – Как страшно. Просыпайся. Кажется, я придумал, как насолить Марло.

Лоуренс зевнул и потянулся.

– Что еще твой демонический ум придумал?

– Помнишь, мы стащили серьги у Лерлании, любовницы главы «Хантайских орлов»?

– Помню, – Барева задумчиво потер подбородок, вспоминая подробности. – Я пока не нашел точку сбыта: они оказались фамильным сокровищем его бабки. Или еще кого-то… Ох и досталось тогда Лерлании за эти цацки…

– Да плевать на нее, – Вале махнул рукой, пресекая рассуждения друга. – Не ищи больше покупателя, они сегодня пойдут в дело.

– Помощь нужна?

– Нет, возьму Муро. У тебя и без того дел хватит.

– Да, – Лоуренс немного помедлил. – Мне еще нужно навестить Лауру.

– Кого?

– Лауру. Медичку, с которой ты меня познакомил. Она, кажется, заболела.

– Серьезно? – Хаз оглядел друга с головы до ног и вопросительно вскинул бровь. – Лоу, мы получили от нее все, что требовалось. Шприцы у нас, даже что-то из лекарств сумели стащить. На кой тебе с ней снова встречаться?

– Она мне нравится, Хаз. Мне приятно общаться с ней. И спать тоже.

Хазери скрестил руки и презрительно хмыкнул. Затем повернулся спиной к другу и принялся отвязывать гамак. С каждым мгновением молчания напряжение росло.

– Сокрытый бы тебя побрал, Хаз! Скажи что-нибудь.

– Что, например? Благословить тебя? Обойдешься. Лоу, я вас познакомил с одной целью: добыть шприцы. Возможности черного рынка, увы, не безграничны, и их нигде, кроме больницы, не найти, они пока очень редкие. Не первый раз мы уже разыгрываем карту твоего обаяния для получения вещей или информации. Получил что надо – свалил и забыл. В чем сейчас проблема?

– Все зашло дальше, чем обычно.

Хаз накинул куртку, уложил брезент в заплечный мешок и, молча покачав головой, вышел на улицу. Дневные шум и суета, не говоря уж о ярком свете, на пару мгновений ошеломили парня. Он застыл и сделал вдох, привыкая к обстановке, после чего направился в сторону центра Йер-Велу – туда, где всегда кипела жизнь и всегда ждали дела. Его там ждало одно дело, которое парень не хотел откладывать.

– Ха-азери! – радостно протянула Мин-Мин, владелица дома удовольствий «Белая роза».

Она лично встретила парня в своем заведении, как всегда, одетая в переливающиеся полупрозрачные шаровары и топ, прикрывающие лишь самые пикантные части тела. От нее приятно пахло сандалом. Мин-Мин было сильно за тридцать, но многие молодые девушки могли позавидовать ее точеной фигуре, лицу без единой морщинки и длинной густой косе. Она, словно маленькое солнце, светилась энергией.

– Привет, Мин-Мин, – Хаз сдержанно улыбнулся, незаметно передавая женщине мешочек монет, когда та принялась расправлять складку на его черной рубашке. За скромное вознаграждение она время от времени предоставляла сведения о своих клиентах, а за дополнительную плату штопала раны всей банде Хаза после передряг.

– Ты давно к нам не заглядывал, – хозяйка дома удовольствий обиженно надула ярко-красные губы и похлопала длинными ресницами.

– Да, мой промах. Дела, сама знаешь.

Вале пожал плечами, глядя в зауженные синейские глаза. Его забавляло то, как Мин-Мин строила из себя наивную капризную девицу. Актриса из нее прекрасная, но ясно как день, что у этой синейки гораздо больше талантов, чем она старается показать. Вергаза просто так не дается чужакам, и организовать за несколько лет элитный дом удовольствий в сердце Йер-Велу женщине из другой страны, мягко говоря, проблематично без определенных умений.

– Дела-дела-дела! Какие вы, мужчины, деловые! А девушки грустят и скучают… Точнее, одна девушка.

– Она свободна?

– Ох, Ха-азери, для тебя она всегда свободна! Если с нею пожелает уединиться сам синейский император, я вытащу его из ее постели ради тебя!

– Уверен, ты что-то подобное провернула в Синее, потому и уехала оттуда.

– Ах, Синей! Чудесная страна, но законы там слишком строги для меня! – Мин-Мин обреченно покачала головой и указала на арку между легкими, как пух, занавесками.

Хазери отправился в указанном направлении. В отличие от борделя мадам Марло, где царили духота, слащавость и безвкусица, «Белая роза» был островком утонченного аскетизма: молочные стены украшены лишь живыми цветами, а белые полупрозрачные ткани и особые стекла на окнах создают ощущение дымки. Будто сквозь туман, Хаз прошел через пару арок мимо плотно закрытых дверей, из-за которых не слышалось ни звука – Мин-Мин заботилась о том, чтобы клиенты не догадывались об утехах друг друга.

Наконец, он набрел на белую, под цвет стен, дверь, которая оказалась призывно открыта. В комнате на белоснежной простыне сидела худенькая рыжая девушка лет девятнадцати-двадцати с хищным блеском в прищуренных зеленых глазах. Ее острые черты лица и высокие скулы сочетались с тонкими губами и длинной шеей. Из одеяния на ней оказался лишь прозрачный кружевной пеньюар, не скрывающий узких плеч и маленьких грудок. Вся она казалась миниатюрной и хрупкой, словно хрусталь, и лишь немногие знали, на что она по-настоящему способна. Девушка грациозно спрыгнула с кровати, оказавшись на полголовы выше Хаза. Заключила его в объятия, прижалась всем телом. Он обнял ее, зарывшись в шею. От нее пахло жасмином и виноградом.

– Аш, – спустя некоторое время прошептал Хазери.

– Тсс, – она прижала его сильнее, зная, что вырываться он не станет.

– У меня к тебе дело.

– Я сказала, тихо, – строго произнесла Аш.

Хаз мягко подтолкнул ее в сторону постели, давая понять, что до поры готов молчать. Девушка улыбнулась и увлекла его в царство шелковых простыней, которые в обычной жизни видеть ему не приходилось. Языком тела Аш выражала, как она соскучилась и как он виноват. Хаз не оставался в долгу, прося прощения за долгую разлуку. Немного погодя, расслабленно растянувшись на постели и закинув руки за голову, Хаз начал разговор.

– Спину могла бы и не трогать. Следы с прошлого раза только зажили, – кожу щипало, а на простынях виднелись капли крови.

– Если б пришел до того, как они зажили, не трогала бы, – Аш потянулась, довольная собой. – А если ты снова пропадешь так надолго, я прокушу тебе шею.

Парень решил почаще навещать любовницу, потому что она явно не шутила.

– Мне от тебя кое-что нужно, – Хазери прикрыл глаза, подбирая слова.

– Тебе всегда что-то от меня нужно! Никогда не приходишь просто так!

– Чтобы ты пустила слух, – спокойно продолжил парень, несмотря на растущую истерику.

– Пусть мышка твоя слухи разносит!

– С моим заданием справишься только ты.

– То есть я лучше нее? – Аш перевернулась на живот и заглянула Хазу в глаза.

– В данном случае да, – Вале дождался, пока девушка первая отведет взгляд.

– Ты спишь с ней?

– Я тебе уже говорил…

– Скажи еще раз!

– Нет, я не сплю с Муро. У нас деловые отношения.

– Хорошо, – Аш приникла всем телом к Хазу. Он ощутил ее горячее дыхание у своего уха, когда она прошептала: – Что я должна для тебя сделать?

5. Муро

Муро нервничала. Отмычка уже третий раз соскочила до того, как послышался желанный щелчок.

– Долго возишься, – проворчал Хазери.

Они вдвоем сидели на крыше «Лавки удовольствий». Муро пыталась вскрыть замок на чердачном люке, а Хаз оглядывал местность в поисках чего-либо подозрительного, но пока все было тихо.

– Да лучше б ты замком занялся, а я на стреме постояла! – девушка хлопнула ладонью по коленке. Весь разговор проходил шепотом, только в вечерней тишине показалось, что она закричала.

– Тс-с-с. Тебе нужно тренироваться.

– Я потренируюсь дома на аналогичных замках. Я карманница, а не домушница, в конце концов!

– А ты давай в полевых условиях тренируйся. И поторопись.

Девушка бросила недовольный взгляд на парня, затем посмотрела на замок. Успокаивающий вдох-выдох и снова взялась за инструменты. Хазери доставал разные замки, использующиеся в Вергазе, всегда был в курсе новых изобретений и в свободное время учил банду их вскрывать. У Муро получалось хорошо. Прошло уже четыре года, как она вступила в банду Хаза. Он научил ее лазать по стенам, но на земле карманница все равно чувствовала себя увереннее, в то время как парень, казалось, ощущал себя комфортно именно на крышах. Сколько она ни пыталась, ей не удавалось достичь того же спокойствия, какое демонстрировал он.

– Почему ты думаешь, что она сейчас спит? У нее ведь самая работа ночью.

– Так то ночью. Сейчас еще вечер, стемнело совсем недавно. Несколько часов она спит вечером, потом еще несколько – утром. Я узнавал.

– Когда успел-то…

– Времени не терял днем.

– Ага, – Муро ухмыльнулась. – По Йер-Велу прошел удобный тебе слух, и вот мы вскрываем чердак борделя. Слух идет не от меня, а со стороны проституток. Ты был у нее?

– Был, – парень не стал отпираться, Муро слишком хорошо его знала.

– Она же двинутая, Хаз! Когда-нибудь она убьет либо тебя, либо кого-нибудь из нас.

Наконец замок щелкнул и открылся. Карманница вздохнула с облегчением и встала с колен, разминая затекшие ноги.

– Вспомни, она из-за тебя одной шлюшке уже вспорола живот. Второй – кислотой в глаза плеснула.

Хазери пожал плечами и открыл люк.

– После случая с кислотой Мин-Мин держит Аш под контролем. Дает успокоительные отвары, кажется. А если у нее появится хотя бы мысль причинить вред тебе или кому-то из нашей банды, – парень посмотрел в глаза Муро, и у той холодок пробежал по спине, – я ей лично сердце вырву.

Парень спустился в темноту, девушка, немного помедлив, последовала за ним. В помещении оказались такие низкие потолки, что даже Хазу пришлось опустить голову, продвигаясь вперед. Пахло пылью и плесенью, спертый воздух затруднял дыхание. Идти пришлось наощупь, пробираясь через завесы липкой паутины. Шепотом поминая Бездну и Сокрытого, они добрались до двери в здание, но та оказалась завалена хламом: короба, старые тряпки, куски мебели громоздились так, будто чердак открывали только чтобы сложить что-то у двери.

– Терпеть не могу идти на дело без подготовки, – прошептала Муро и отодвинула ногой ближайшую коробку, чтобы пройти дальше.

Хаз кивнул, соглашаясь.

– Сам не люблю лезть напролом, но тут особый случай. Действовать нужно быстро.

– Когда-нибудь твоя бравада загонит нас в могилу, – продолжала ворчать карманница, скидывая на пол изъеденное молью пальто.

– Моя бравада держит нас в безопасности. С нами не связываются, потому что мы не спускаем ничего никому с рук. И бьем в ответ так, как никто не ожидает.

– На тебя все равно нападают на улицах.

– И я до сих пор жив, – Хаз злобно ухмыльнулся. – Если бы знал, что ты решишь читать мне морали, взял бы с собой Патрика.

– В следующий раз так и сделай, а я посмотрю со стороны, – огрызнулась Муро.

Хаз ни за что не взял бы на такую авантюру Патрика, и девушка это прекрасно знала. Несобранный, неуклюжий паренек хорошо умел стрелять и любил, хоть и не умел, драться. Устроить заварушку или выбить долги – вот для каких целей он отлично подходил, но не для кропотливой работы, на которую годилась только Муро, лучшая карманница в Йер-Велу. Хазери отодвинул очередную коробку и обнаружил выход с чердака – низкую, под стать стенам, дверь. Все дальнейшие разговоры пресекли оказавшиеся в руках парня отмычки. Пара мгновений – и замок поддался умелым пальцам Хаза.

Вале осторожно выглянул за дверь и, не обнаружив никого вокруг, вышел. Махнул рукой подруге. Они оказались в коротком коридоре, ведущем лишь к чердачной двери. Внизу слышались смех, вздохи и музыка. Муро стащила с плеч мешок и достала кучу кружев и рюшек – ее костюм на сегодняшний вечер. Не стесняясь парня, она сняла штаны и куртку, натянула платье, быстро зашнуровала его спереди и распустила жидкие волосы, взъерошив их в подобие причесок, которые носили здешние работницы.

– Может, мне сменить профессию? – она уперла руки в бока и с вызовом посмотрела на Хазери.

– С таким взглядом ты быстро распугаешь всех клиентов.

Карманница издала смешок и взяла Хаза за руку. Ее пальцы были тонкими и холодными, а хватка – твердой.

– Ну что ж, начинаем наше представление, – шепотом произнесла Муро. И, помолчав, добавила традиционное пожелание удачи перед вылазкой. – Играй, музыка.

– Пока стража спит, – кивнул Хазери. – Да поможет нам Сокрытый.

Так, рука об руку, они прошли несколько коридоров и пару лестниц в поисках покоев мадам Марло. Единственное, что они знали о местонахождении владелицы борделя, – она, традиционно для Йер-Велу, жила в здании своего заведения. Хаз предполагал, что вряд ли она будет обитать там же, где работают ее подопечные, потому поиски сузили до наименее людных помещений. Время от времени им все же попадались работницы и охранники, потому устроенный маскарад пришелся очень кстати. Как только на пути появлялись люди, Муро преображалась: она заливисто смеялась и тянула Хазери за руку, а ее хриплый голос звучал на удивление ласково и игриво:

– Зайчик, прикрой глазки, я тебе сейчас что-то покажу! Оп! Не споткнись! Не подглядывай, ха-ха, тебя ждет сюрприз!

Вале послушно прикрывал глаза, чтобы никто не увидел их цвета, и, глупо улыбаясь, играл счастливого клиента, предвкушающего плотские игрища. Они не вызвали подозрений ни у одного проходящего мимо человека. Девочки мадам Марло много работали, времени на близкие знакомства между собой не хватало, что сыграло на руку банде – никто не удивился новому лицу.

Когда ребята почти отчаялись, Хаз, заглянув в очередную замочную скважину, приметил множество фарфоровых кошек – похоже, мадам Марло украшала ими все места своего времяпровождения. Через пару мгновений Вале уже заходил внутрь, удивляясь, насколько простенький замок на двери у хозяйки борделя. С другой стороны, учитывая ее репутацию, вряд ли кто-то в здравом уме мог помыслить пробраться к ней. Муро скользнула вслед за Хазом, постояла, привыкая к темноте, осмотрелась.

Комната вмещала в себя крупный шкаф, туалетный столик, кровать с балдахином и полки со статуэтками кошек. Всю мебель украшали безвкусные золоченые украшения, а в воздухе стоял тяжелый сладкий запах духов мадам Марло. Хазери беззвучно закрыл дверь и передал Муро маленькую коробочку, а сам прильнул к замочной скважине, приглядывая за коридором.

Девушка бесшумно пересекла комнату, мягко ступая по старому пыльному ковру. Оказавшись возле кровати, она глубоко вдохнула, успокаиваясь, и отодвинула балдахин. Хаз замер, переводя взгляд с коридора на комнату и обратно. В ловкости пальцев своей подруги он не сомневался, но слишком многое могло пойти не так: если мадам Марло внезапно проснется или вообще лежит без сна, все пропало. Парень сконцентрировался на просмотре коридора, готовый к тому, что владелица борделя поднимет крик. Мгновения тянулись, тишину нарушали лишь редкие шорохи ткани балдахина, когда карманница задевала его локтем или плечом.

– Валим, – шепнула Муро на ухо Хазери, и тот вздрогнул. Карманница хмыкнула, довольная его реакцией.

Хаз, не оглядываясь на подругу, выскользнул в коридор. Там уже выпрямился и протянул ей руку. Они вместе поспешили на чердак. Дорога обратно оказалась гораздо короче, ведь во время блужданий по борделю они стали лучше ориентироваться в извилистых коридорах. Пару раз все же наткнулись на посетителей, но те даже внимания не обратили. И хорошо – разыгрывать очередной спектакль для низкопробной публики не было желания ни у Муро, ни у Хаза. Они остановились и перевели дыхание лишь на крыше, закрыв чердак. Девушка переоделась в штаны и куртку, сложила платье в заплечный мешок. Собрала волосы в хвост, завязав черной матерчатой лентой, и снова стала похожа на карманницу из банды Вале, а не на третьесортную проститутку. На крыше перевоплощение заняло немного больше времени, чем в коридоре.

– Ненавижу бордели, – карманница потерла глаза и потянулась.

– В некоторых не так уж плохо.

– Тебе виднее.

Они немного помолчали. Парень смотрел вниз на улицу, а девушка – вверх, на звезды. На крыше музыка и крики слышались приглушенно, будто издалека. Не было разноцветных огней, резких запахов и кучи народа. Холодный ветер продувал до костей, но они терпели ради пары минут спокойствия и умиротворения.

– Ты дверь не закрыл, – нарушила тишину Муро.

– Да. Пускай подозрения начнутся сразу после пробуждения. Все равно не догадается, что именно мы сделали.

– Ты и правда демон, – ухмыльнулась карманница.

– Надеюсь, так все и считают, – Хазери поднялся на ноги. Порыв ветра шатнул его в сторону, но парень удержал равновесие. – Пошли.

– По верху? В такой ветер?

Хазери Вале уже шагал по черепицам во тьму.

– Смотри, кого я привел! – возвестил смуглый здоровяк, пропуская в комнату дешевой гостиницы худенькую девушку шестнадцати лет. Серая рубаха, простые кожаные штаны, блеклые сероватые волосы, зачесанные в хвост – она выглядела заурядно и посредственно. Неприметное, обычное лицо серьезно, а взгляд серо-голубых глаз – сосредоточен. – Ее зовут Муро. С корсийского переводится как «незнакомка».

– А с леадского – как «проститутка», – буркнул парень, сидящий на подоконнике.