Особенные. Книга 1. Париж

– То есть иногда ты все-таки слушаешь, что говорит Жак? – уточнил Лоренс, принимаясь за еду. – А ведь на их месте мог быть я. Почти все, с кем я общался до того, как вступить с Ласточку, сейчас работают в Департаменте. Мне повезло, что я разорвал все связи с этими идиотами еще тогда. Они считали, что станут частью элиты, что достойны привилегий над обычными только из-за своей особенности. Меня тошнит от этого. Но им невдомек, что люди для ДПОФ всего лишь пешки, которых выбросят за ненадобностью, когда на доске появятся фигуры получше.

Он замолчал, будто вспоминая о чем-то, а затем продолжил:

– Я оставил еще восемь пузырьков в шкафу, каждому по два.

– У меня остались еще, – отозвалась Дезире, покачав головой.

– А ты возьми три! Ты постоянно пытаешься попасть в передрягу! Ты ведь прямо сейчас сидишь и готовишься к встрече с ублюдком из Департамента!

– В дамскую сумочку Амелии не поместится больше одной ампулы. Лучше проследи, чтобы у тебя самого в запасе имелся пузырек. Ты всегда отдаешь нам последнее, а сам в итоге вынужден вспарывать себе руку. Ты и так делишься с нами всем, что у тебя есть.

Лоренс пожал плечами.

– Мне не жалко, эта квартира все равно слишком большая для меня одного. Я писал родителям, что пригласил пожить друзей, они не против. Дела в Америке идут хорошо, отец нашел партнеров и собирается строить новый завод по производству фармацевтической химии, не думаю, что они скоро вернутся.

Девушка улыбнулась.

– Спасибо, что хотя бы согласился принять часть денег от аренды нашей с Мишелем старой квартиры. Без тебя дела были бы совсем плохи, у каждого из нас.

Сиенна взглянула на Лоренса, который, насупившись, доедал свой завтрак и ласково взъерошила волосы на его макушке.

– Он это знает, но терпеть не может благодарности.

Дезире встала из-за стола и наклонилась к Лоренсу, положив руку ему на плечо:

– Береги себя, ладно?

Уходя, она взглянула на подругу, прищурилась и добавила:

– У тебя на платье, сзади, шов расходится. Брось его потом мне на кровать, я починю.

***

Без десяти восемь, Эрик сидел за столиком ресторана недалеко от сада Тюильри. Место он выбрал не просто так: в зале было достаточно тихо, и музыка, в отличии от той, что играла в клубе, не мешала особенности работать в полную силу.

«Я наивный идиот из Департамента, глуповат, но в меру. И не имею ни малейшего понятия, что передо мной Ласточка», – напомнил себе Брандт.

Телепату часто приходилось играть разные роли, но на этот раз он чувствовал, что нервничает.

Эрик снова и снова прокручивал в голове каждую деталь своего плана до тех пор, пока ровно в восемь, подняв глаза, не увидел Амелию.

Брандт встал и помог девушке снять пальто, придвинув затем ее стул.

– Вы выглядите усталым, как прошел ваш день?

Амелия вела себя так спокойно и уверенно, будто знала своего кавалера уже сто лет.

– Да, последние несколько дней действительно выдались непростыми, – признался Эрик. – Жаль, что это отразилось на моем внешнем виде. А вот вы выглядите просто великолепно.

Он сказал правду: на Амелии было элегантное черное платье, расшитое бисером. Ее длинные волосы волнами падали на мягкие белые плечи, а светло-зеленые глаза оттенял драматичный макияж. Сегодня наряд Ласточки выглядел совсем не таким откровенным, как тот, что она выбрала для встречи с членом Ордена Скарабея, и больше подходил, для того чтобы очаровать дурака помоложе.

– Уже выбрали напитки, мсье? – спросил официант, обращаясь к Брандту.

– Да, виски, будьте добры.

– А для вашей дамы?

Эрик не так уж часто общался с девушками, но знал наверняка: они совсем не любят самоуверенных мужчин, считающих себя экспертами в женских предпочтениях.

– Я не знаю, мадемуазель нам с вами еще не ответила.

Амелия, не отрывая глаз от меню, на долю секунды подняла брови.

«Надо же, он не собирается просто заказывать мне шампанское. Хорошо, оно у меня скоро из ушей польется со всеми этими ужинами. Терпеть его не могу», – подумала Ласточка.

– Бокал Мерсо, – наконец сказала девушка, откладывая меню и потеряв к официанту всякий интерес.

– Так чем вы занимаетесь? Это связано с клубом мсье Лемара?

– Нет, в клубе я просто помогал по его просьбе. Я работаю в Департаменте поддержки людей с особенностями, где мы с вами вчера встретились. Моя работа также связана с контролем качества.

Ложь получилась настолько складной, что телепат удивился сам себе.

– Это же потрясающе! Я думаю, ваша организация делает большое дело!

«Все, что делает Департамент, так это подыскивает себе новых болванчиков с особенностями, вместо них упекая в лечебницы тех, кто не согласен с их глупыми взглядами. По-настоящему хорошее дело ДПОФ бы сделал, направив в психбольницу свое собственное руководство. И где же чертов официант? Время идет, а я не хочу проглатывать ужин, как питон!», – услышал Эрик следом.

– Вы уже выбрали? – спросил он, как бы ненароком заметив, что девушка давно закрыла меню.

Амелия кивнула.

Брандт жестом попросил официанта подойти.

– А чем занимаетесь вы?

Она замешкалась, не ожидав такого вопроса.

– Вы посчитали, что я работаю?

– Я обидел вас этим?

– Нет, напротив. Просто…

«Прежде Амелию всегда принимали за легкомысленную нимфетку. Обычно ее спрашивают о любимых развлечениях, танцах и десертах. Но почему он вдруг заговорил о работе?».

– В обществе принято считать, если девушка не бедна, деньги достались ей в качестве подарка судьбы.

– Так чем вы занимаетесь? – повторил Эрик.

– У меня свое ателье, – неожиданно для самой себя ответила девушка.

Телепат увидел образ: ателье из прошлого видения закрыто, в нем больше нет зеркал и манекенов, вывеска снята. Его пришлось продать, когда владелец погиб на войне. Следующие пять лет молодая женщина тратит понемногу, чтобы растить детей и еще немного на борьбу с болезнью, которая медленно отнимает ее силы. Она все так же прекрасна, но в чертах с каждым днем угасает что-то неуловимое. Когда старшей дочери исполнилось семнадцать, болезнь победила.

Эрику с невероятным трудом удалось сохранить безмятежное выражение лица и оторваться от воспоминаний, пронизанных болезненным холодом. Он не мог позволить Ласточке обо всем догадаться.

– Ваш костюм очень красивый. Хорошая работа портного.

Амелия смотрела на него так же приветливо и спокойно, как и минуту назад.

«Мне понадобится куча денег на ткань, чтобы хватило на такой шкаф, как ты», – добавила она мысленно.

Ее слова вернули телепата в реальность. Он вспомнил: их встреча – взаимный обман. Девчонке-хамелеону нужна информация о брате, а ему самому данные об Ордене. Настало время переходить к делу, девушке предстояло еще многое узнать.

– Благодарю вас. На работе у нас строгие правила дресс-кода, да и вообще, честно говоря, правила довольно строги.

Эрик решил выбрать стратегию вечного жалобщика и зануды. Люди обожают сетовать на несправедливости жизни и, в поисках сочувствия, способны разболтать множество важных подробностей.

– Неужели, все так уж плохо?

– О нет, есть и положительные стороны. К примеру, мое расписание. Я крайне доволен, что могу не соблюдать график и приходить в офис, когда пожелаю или в случае особой необходимости.

– И часто вы прогуливаете работу?

Голос Амелии и ее выражение лица были такими приятными, что телепату вдруг захотелось выложить все на свете. Брандт по-ребячески чуть наклонился к ней, рассказывая, будто по секрету:

– Нечасто. Но в понедельник, к примеру, я планирую отправиться в Живерни, подышать свежим воздухом. Полагаю, меня не хватятся. Может, вы хотели бы присоединиться?

Амелия улыбнулась, внимательно разглядывая лицо Эрика. В другой ситуации, Брандт посчитал бы, что девушка просто находит его привлекательным, но Ласточка лишь старалась запомнить его черты во всех деталях.

– К сожалению, именно в этот понедельник у меня неотложные дела.

Эрик поднял руку, подзывая официанта и жестом попросил повторить виски. Ему хотелось выставить все так, будто глупый сотрудник Департамента становится болтливее от алкоголя.

– Очень обидно, такой приятной компании больше не найти.

– А ваши коллеги?

– О нет, на работе даже поговорить особенно не с кем. Мой коллега Дюваль – самая, прошу простить меня, мадемуазель, настоящая задница. Остальные кабинеты далеко от нашего, а парень из архива даже не здоровается со мной, представляете? Понятия не имею, чем я ему не нравлюсь! Хотя он вообще нелюдимый, сидит один в самом конце коридора. И его все устраивает.

Эрик сделал большой глоток из нового стакана.

– Запирается изнутри и работает весь день. Не представляю, как он не сошел с ума. Я не утомил вас своими скучными рассказами?

– Разумеется нет! Редко можно встретить человека настолько же искреннего, как вы! – ответила девушка таким же озорным тоном. – Но разве ваш коллега не донесет начальству, когда вы не явитесь в понедельник?

– Нет! Я выбрал понедельник именно потому, что его самого не должно быть на месте. Я все продумал!

Все сообщения телепата добрались до своей цели.

«Архив в конце коридора, дверь заперта изнутри. Там один человек. Этот зануда никому не сказал, что не придет в понедельник. И коллеги тоже не будет», – Брандт услышал, как его слова отпечатались в мыслях Ласточки. Она сильно волновалась: желание добраться до записей о брате не давало ей заметить, что нужной информации было слишком уж много.

Когда ужин начал медленно подходить к своему логическому завершению, глаза Амелии на мгновение расширились.

«Пропуск!».

– Можно задать вам вопрос, который касается особенных людей? – вдруг спросила она.

– Конечно, спрашивайте что угодно.

– Если я знаю человека, у которого есть странная способность, могу я поговорить об этом лично с вами?

– Разумеется, вы можете, – ответил Эрик, делая акцент на слове «вы».

– Дадите мне свою визитку?

Придав своему лицу крайне рассеянное выражение, телепат запустил руки в карманы пиджака и достал сразу все, что в них лежало.

– Да, по правде говоря, я не был к этому готов.

Он смущенно перебирал в руках свои вещи: записная книжка, квитанция из прачечной, банкнота и небольшой желтый прямоугольник.

«Теперь, когда Ласточка видела пропуск, я мог бы ненароком его выронить, но получится слишком подозрительно. Нужно что-то другое», – Эрик судорожно думал, как бы позволить Амелии незаметно украсть документ. Наконец, в голову телепата пришла довольно хорошая идея.

– Нет, ни одной визитки. Позвольте, я напишу? – неловко сказал Эрик, демонстративно засовывая все свои сокровища в правый карман.

– Пишите.

– Амелия… – закончив писать свои ненастоящие контакты на салфетке, телепат с надеждой поднял глаза. – Могу я попросить вас об одном танце?

– Я…

Мысленно девушка выразилась так, как совсем не подобает мадемуазель, однако, спустя мгновение осознала, какой шанс ей предоставляется.

– С удовольствием!

Когда они вместе вышли на небольшой танцпол, Эрик взял правую руку Амелии в свою, а левую она положила на его плечо. Вокруг почти никого не было, весь зал окутывал полумрак.

– Нет, так не пойдет.

Брандт придирчиво прислушался, затем отпустил руку девушки и вполоборота повернулся к музыкантам. Кто-то другой, да и сам телепат в иной ситуации, посчитал бы такое поведение чудовищно невежливым, но сейчас для него куда важнее было дать Ласточке возможность незаметно забрать документ.

– Прошу прощения, не могли бы вы сыграть что-то помедленнее?

Музыканты замешкались, выбирая подходящую композицию из своего репертуара. Пока они думали, Эрик продолжал стоять, глядя на них и предлагал варианты. Мысли девушки на мгновение замерли в напряжении, после чего она все-таки решилась.

«Кажется, он достаточно пьян. Решит, что выронил, пока искал визитку», – услышал Брандт, наконец.

– Великолепно! – одобрил он первый же предложенный вариант композиции.

Зазвучала музыка, Амелия вернула свою ладонь в руку партнера: пропуск уже был спрятан в подкладке ее вечернего платья. Эрик не имел ни малейшего понятия, как именно девчонке удалось украсть его так незаметно, без единого ощутимого касания.

Сознание телепата тщетно силилось осознать всю абсурдность момента. Фальшивая улыбка Амелии казалась невероятно искренней, а ее светлые зеленые глаза сверкали в темноте, как две яркие звезды. Внутри даже появилось совершенно неуместное чувство, похожее на смущение.

«Первый раз за очень долгое время я на свидании с девушкой. И только потому, что я пытаюсь обмануть шпионку, которая обманывает меня. И все ради того, чтобы украсть информацию на работе, с которой я не хочу вылететь. Кажется, в моей жизни творится черт знает что».

– Это был замечательный вечер, но мне пора идти, – сказала Амелия, когда музыка смолкла.

– У вас теперь есть мои контакты. Мы ведь еще увидимся?

«О, надеюсь нет», – услышал телепат.

– Надеюсь да, – ответила Амелия.

Эрик и сам надеялся больше никогда не встретиться с Ласточкой. Их следующая встреча неминуемо означала бы, что без проблем обойтись не удалось. Он кивнул и подал девушке ее пальто.

Только когда Амелия ушла, Брандт проверил карманы. Пропуска в них не оказалось, все шло по плану.

«Разумеется, будет лучше, если Ласточку не поймают. В таком случае в архиве останется лишь ее запах, по которому Дюваль сможет сказать, что к нам проник чужак. А если ее поймают…».

Телепат знал: попавшись в руки ДПОФ, девушка собиралась выпить кислоту, чтобы защитить друзей. Сведения о знакомстве с Эриком Брандтом при таком раскладе тоже остались бы тайной.

Оплатив счет, Эрик отправился домой. Сегодня ему предстояло послушать мысли мужчины из клуба. Согласно плану, вечером тот должен был получить письмо с указанием места и времени проведения следующего собрания Ордена Скарабея. Телепата интересовало только время, так как он собирался следить за происходящим, не покидая своей гостиной.

До квартиры Брандт решил прогуляться, возможность немного проветриться выпадала нечасто. Погруженный в свои мысли о прошедших и предстоящих событиях, он не увидел за собой хвост. В действительности заметить двух молодых людей, следящих за ним с другого конца парка, было совершенно невозможно.

– Направился влево по Риволи. Думаю, повернет на Кастильон или Камбон, – сказал Клод.

Его глаза без труда различали объекты на расстоянии почти в пятьсот метров.

Этьенн, сидевший на лавочке рядом с другом, замер и прикрыл глаза.

– Туфли фирмы Massaro?

– Не знаю, слишком темно. Да и я не особенно разбираюсь в туфлях.

– А этот парень, похоже, разбирается. У них крепкая подошва и каблук, отсюда слышно.

Ласточки поднялись и не спеша направились вслед за сотрудником ДПОФ.

– Гулять любит, не то что эти хлыщи из Ордена. С ними все проще: подождал, пока они сядут в машину и скажут адрес, а дальше можно и на метро доехать, – проворчал Этьенн сквозь сжатые зубы. Прогулки холодным ноябрьским вечером не приносили ему особенного удовольствия.

– Не думаю, что придется идти далеко. Ускорься, здесь много поворотов, я так его потеряю. После Вандомской площади налево, – велел Клод.

Повернув на улицу Капюсин, друзья остановились. Тротуар по обе стороны от дороги оказался пустым. Этьенн вновь прислушался.

– Шаги на улице Волне.

Заглянув за угол, молодые люди увидели, как Эрик вошел в подъезд своего дома.

– Третий этаж, чугунная дверь. Один замок. Слышу щелчок выключателя. Есть свет в окне?

– Нет. Значит, окна на другую сторону, – ответил Клод.

– Вот и все, здесь по две квартиры на этаж. Получается, мы знаем, где он живет. В бар?

– В бар.

Друзья развернулись и направились подыскать какое-нибудь приличное питейное заведение, чтобы отметить пятничный вечер. На выходных им предстояло еще много работы.

***

В субботу, около половины первого, Дезире вошла в квартиру, держа в руках большой сверток с тканью и два конверта. В одном из них находилась срочная телеграмма для Амелии от старого жука, которую Ласточка забрала в центральном отделении почты. Второй, с американскими марками, она достала из почтового ящика на первом этаже.

– Держи.

Швырнув ткань на диван в гостиной, Дезире протянула один из конвертов Лоренсу. Парень открыл его и с улыбкой начал читать.

– У них все хорошо, зовут в гости. Хотят познакомиться с моей невестой.

Сиенна, сидевшая в кресле рядом, закашлялась и с громким звяком поставила кофейную чашечку назад на блюдце.

– Ты сказал им, что у тебя есть девушка?

– Нет, я сказал, что у меня есть невеста.

Щеки Сиенны загорелись ярким румянцем. Она была одновременно невероятно тронута и очень обеспокоена.

– И они знают об обстоятельствах нашего знакомства?

– Я написал, что мы встретились возле бара, но не упомянул о том, это случилось в подворотне, после того, как ты убила человека, – рассмеялся Лоренс.

– Это не смешно!

Девушка отставила чашку и спрятала лицо в ладони.

– Перестань, прошло почти четыре года! Когда уже можно будет шутить об этом?

– Пока все еще нельзя! А про мою особенность ты рассказал? Неужели они обрадуются такой невесте для тебя?!

Лоренс поднялся с дивана и присел перед Сиенной на колени.

– Особенность моей мамы – слезы повышенной кислотности. Концентрация кислоты в них такая сильная, что одна капелька прожигает отверстие в полу до первого этажа. Они разъедают все, кроме ее собственной кожи. Потому отец шутит, что мама всегда должна быть в хорошем настроении.

Сиенна невольно улыбнулась.

– Поверь мне, они будут рады. Разберемся здесь со срочными делами и, если ты будешь не против, можем съездить к ним на рождественские каникулы.

Дезире тоже улыбнулась и развернула листок с телеграммой.

– Этьенн, Клод, собрание сегодня после шести! – крикнула она.

Спустя минуту, в дверном проеме появился измученный Этьенн.

– Скажи, зачем так орать? Сколько лет тебе нужно, чтобы запомнить? Я и так тебя слышу!

– Ох, прости. Ты, кажется, спал?

– Вчера мы нашли прекрасный бар с недорогой выпивкой, – пояснил Клод, тоже проходя в гостиную. В отличие от своего друга, он выглядел вполне свежо.

– Вы узнали, где живет тот кретин из Департамента?

– Да, восьмой округ, на улице Волне. Все, вплоть до квартиры.

– Спасибо, я вам должна. Если все пойдет по плану, нам его адрес не понадобится, но такая информация никогда не бывает лишней.

– Так что ты сказала по поводу собрания?

– Старик написал, что занят сегодня вечером после шести. Полагаю, он поедет отсюда.

Дезире приложила палец к строке с адресом отправителя на конверте.

– Какой же он идиот! – покачал головой Этьенн.

– Я не пойду, от меня на расстоянии мало толку. К тому же, до понедельника осталось мало времени. Мне нужно сшить чертов костюм и продумать план.

Дезире подняла глаза, ощутив на себе несколько напряженных взглядов.

– Что-то не так?

– Нет, ничего, – сказал Этьенн.

– Ну и хорошо, – пожала плечами девушка, направляясь в свою комнату, прихватив сверток с тканью.

– Сиенна, нужна твоя помощь! – снова крикнула она, доставая карандаш и мерную ленту.

Громкий звук заставил снова несчастного Этьенна недовольно цокнуть и поморщиться.

Встав перед зеркалом, Ласточка сняла одежду, зажмурилась и представила образ максимально подробно. Открыв глаза, девушка увидела в отражении знакомое лицо сотрудника Департамента.

– Чем помочь? Ого…

Заглянув в комнату, Сиенна подскочила от неожиданности и повернулась к происходящему спиной.

– Перестань, он же ненастоящий!

– Эй! Ты что, заставляешь мою девушку смотреть на других мужчин без одежды?! – выкрикнул Лоренс из гостиной.

– Но она единственная, кто видел его лицо вблизи! И у меня пока нет одежды такого размера! Боже мой, ладно!

Дезире стащила с кровати покрывало и завернула в него получившегося Брандта.

– Посмотри, похоже вышло?

Сиенна подошла ближе. Перед ней стоял высокий молодой мужчина, на вид лет двадцати восьми. У поддельного Эрика были густые аккуратно подстриженные каштановые волосы и чуть прищуренные золотисто-карие глаза, глядевшие уверенно и слегка насмешливо. На носу и щеках виднелись едва заметные веснушки. Дезире воспроизвела все мельчайшие детали, вплоть до ямочки на подбородке.

– Да, один в один.

– Поможешь снять мерки? – довольно спросила Дезире.

– Дезире! – голос Лоренса зазвучал предупреждающе.

– Тогда иди сюда и помоги сам!

***

Клод и Этьенн заняли выжидательную позицию недалеко от дома Леонарда Лассаля, члена Ордена Скарабея.

– Я вернусь поздно, дорогая, – сказал он жене, выходя за порог и усаживаясь в машину.

Мужчина закрыл дверцу и автомобиль скрылся из виду.

– Слышал? – спросил Клод.

– Разумеется, это всего в трех станциях отсюда.

Этьенн без труда разобрал адрес, который назвал Лассаль водителю и друзья поспешили в метро.

Прибыв за несколько минут до старика, они расположились на веранде кафе в паре домов от места встречи Ордена. Вскоре на улице показался автомобиль Лассаля и остановился ровно там, где ожидалось. Мужчина торопливо вышел, огляделся и исчез за тяжелой черной дверью без вывески.

Дрожа от холода, Этьенн закрыл глаза и прислушался.

– Сказал «сегодня недалеко», значит адреса меняются. Назвал пароль – «Гнев Исиды». Там внизу большой зал, похоже, в нем много людей и…

Парень замолчал.

– А в зале?

– Я слышал звук засова и теперь тишина! У этих засранцев звуконепроницаемые двери! Отсюда мы ничего не узнаем!

Клод похлопал друга по плечу.

– Ну, это и так немало. Мы ведь были готовы к тому, что Дезире придется идти туда.

– Да, но если бы я смог расслышать, в этом не было бы необходимости! Это же чертовски опасно!

Этьенн с досадой сжал пальцами кудрявые волосы у себя на затылке. Он выглядел ужасно расстроенным.

– Давай подождем конца собрания, вдруг удастся узнать еще что-нибудь полезное? – предложил Клод.

***

Леонард Лассаль уселся в укромном уголке, поближе к выходу. Тяжелая дверь за спинами сидящих захлопнулась. Многие кресла в большом темном зале так и остались пустыми: во французском подразделении Ордена Скарабея состояло не так уж много людей.

Статный мужчина поднялся со своего места в центре зала. Волосы его слегка тронула седина, а строгий костюм украшал белый шелковый шарф, закрывающий нижнюю часть лица. Из-под шарфа поблескивал серебряный протез нижней челюсти, на котором расположились два острых шипа-клыка. Мужчина говорил с трудом, но никто вокруг не смел издать ни единого звука.

– Господа, сегодня я хочу говорить с вами откровенно. Наш покровитель остался не вполне доволен успехами французского сообщества Ордена за последнее время. Хочу напомнить, мы собираемся не с целью провести вечер в приятной компании. Мы здесь, чтобы наконец вернуть Особенности то могущество, которое она утратила в последние два тысячелетия. Да, наши эксперименты завершились успешно, их результаты вы можете наблюдать прямо в этом зале. Но мы принимаем слишком незначительное участие в пополнении хранилища. Нам не удалось найти практически ничего из тех особенностей, что необходимы нашему уважаемому господину Основателю. Ордену требуются новые открытия, нужна свежая кровь, свежее мясо. И я принял решение, для начала, расширить наши собственные ряды. Я разрешаю вам привести людей, готовых присоединиться к сообществу. На сей раз меня интересуют все, кто обладает сильной особенностью и амбициями, их социальное положение не играет особенной роли. Вы уже наладили достаточно деловых связей, настало время сосредоточиться на цели. На следующей встрече я лично поговорю с каждым кандидатом, после чего решу, кто достоин примкнуть к Ордену. Не бойтесь ошибиться с выбором, все, кого я посчитаю непригодными, забудут об этом вечере…

Эрик открыл глаза, сидя в кресле в своей гостиной.

– То, что нужно.

Глава 5

В девять пятнадцать утра в понедельник, Клод, Лоренс, Этьенн и Сиенна расположились за столиком в кафе напротив здания Департамента.

Эрик откинул голову на спинку кресла в своей гостиной и закрыл глаза, проваливаясь в воспоминания о голосе Амелии.

Дезире, преобразившись в точную копию Брандта, вошла в здание ДПОФ и украдкой осмотрелась. Просторный холл пустовал, а все приемные окна были еще закрыты – ни посетителей, ни сотрудников. На поддельного Эрика никто не обратил ровном счетом никакого внимания.