Последняя тень

– Прекрасно! – заулыбались все трое. – В какую игру желаете сыграть? Кости или, может, игра в Го развеселит вас больше?

«Чтобы понять этого хлыща, понадобилась бы игра посложнее. Го учит правильной стратегии, усидчивости и логике, кости же – это пятьдесят процентов везения и столько же хитрости. Чтобы сбить спесь с этого толстосума, здесь нужно что-то другое, да и играть на деньги в счет Чайного дома совсем не хочется. Я не силен в азартных играх».

– Хочу сыграть в «Тэнно», – уверенно заявил Ютака, и лицо Танаки приобрело серый оттенок. Наверняка заклинатель смог удивить этого господина. Еще он чувствовал: это ёкаи, но пока его догадки не были подкреплены фактами, а демоническая вонь постоянно смешивалась с запахом горячих блюд, табаком и сладковатым ароматом масел для тела.

Танака рассмеялся:

– Что? «Тэнно»? Детская игра на блеф? Это весьма забавно, господин Мидзуно, – все сильнее распалялся мужчина, поправляя пояс своего наряда. Остальные подыгрывали ему, нарочно высмеивая решение заклинателя, но их улыбки быстро скисли, по одному еле заметному взмаху хозяина. Ютака слегка прищурился, заметив этот собачий жест. – Ну что ж, охотно сыграю с вами, – заключил Танака. – Любезная, принеси нам карты, – погладил он по плечу свою искусницу.

– С удовольствием, – улыбнулась ему девушка, но в искренность этой улыбки Ютака не поверил.

Главной целью игры «Тэнно» является захват противника, который обладает своей силой. Вначале каждый игрок выкладывает перед собой три карты простейшей масти – крестьянина – рубашкой вниз, а остальные десять остаются в руке. Так же в колоде имеются карты мастей синоби, искусницы, монаха и императора, которые обладают разной силой и защитой при нападении.Требуется нападать друг на друга картами разных мастей, запоминая предыдущие ходы противника. Меньшая по силе карта забирается противником в плен.

Господа переместились на второй этаж. Правое крыло дома скрадывало посторонние звуки и предназначалось для игр и уединения. Бумажные фонари здесь тускло тонули в полумраке, а дым от трубок резал глаза. На низком столике Ютака увидел заранее подготовленные искусницей карты. По правилам первые три карты раскладывались мастью крестьянина. Господин Танака начал атаку первым, указав на карту Ютаки, лежавшую посередине.

– Тройка всегда бьет двойку, – ухмыльнулся Танака, пожав плечами. Двое господ, все так же окружавших его по обе стороны, поддержали усмешку. – Играть нищими картами совсем не интересно, друг мой. Нападайте вы.

Масти, покинувшие линию, сменились с руки на новые. Ютака, не глядя, выдвинул карту слева, указав на новую карту соперника. Танака поспешил вскрыть ее. Это была карта императора. Сам по себе он не может нападать, но его защита позволяет отбить любую масть противника. – Видите ли, господин Мидзуно, мир, как и выбранная вами игра, состоит из иерархии. Император не просто правит – он воплощает порядок. Под его твердой рукой земля процветает, а те, кто идет против него, просто удобряют почву для будущих урожаев.

Губы Танаки растянулись шире, чем у обычного человека, а глаза казались двумя застывшими каплями смолы.

Ютака перевернул карту, которой напал. Ею оказалась тройка крестьянина – во всех смыслах проигрышная, но теперь заклинатель знал какую карту с руки достал Танака. Хоть тройка и уйдет к нему в плен, переставлять или менять императора этот господин больше не сможет. Она останется на виду.

– Порядок – это хорошо, господин Танака. Но иногда император забывает, что его дворец стоит на плечах тех, кого он может не замечать. А еще бывает, что те, кто прячется в стенах его дворца…вовсе не люди.

Ютака пристально смотрел в глаза чиновнику, и его рука коснулась гладкой рукояти меча, лежащего сбоку на татами. Танака тихо рассмеялся, добавив еще одну масть к стоящим трем. Похоже, правила игры перестали интересовать его.

– Ты ищешь подвох там, где нужно искать возможности. Посмотри на искусницу, – вскрыл он четвертую карту. Она – само изящество, тихий шепот на ухо власти. Она знает тайны, которые могут превратить демона в бога, а ловца – в легенду.

Ютака еле протолкнул слюну к горлу. Шнурок рукояти затрещал от натуги.

«Демона в бога, говоришь? Хитрый черт, не слишком ли сильно ты выедаешь себя?».

Танака продолжил:

– Зачем тебе эта пыльная жизнь бродяги? С твоим особым талантом ты мог бы сидеть по правую руку от сильнейших. Искусница и император – это союз силы и тайного знания. Переходи на эту сторону, Ютака. Стань частью новой эпохи.

Танака подвинул карту ближе к руке заклинателя, словно предлагая взятку. Воздух в комнате стал тяжелым, но Ютака все же сумел усмехнуться.

– Заманчиво, господин. Искусница красива, а император велик. В правилах «Тэнно» сказано, что этот дуэт непобедим для любого лобового удара. – заклинатель занес руку над столом. Его пальцы на мгновение зависли над колодой. – Но вы забыли одну тонкость этой игры, господин Танака. Император правит днем, искусница – ночью. Однако, есть тот, кто живет в пространстве теней. Тот, кому не нужны дворцы и признание. – Ютака бросил карту на стол, перекрывая сразу обе масти противника. На пожелтевшей бумаге был изображен безликий силуэт в черном, сжимающий короткий клинок. – Карта синоби. Согласно правилам игры, если эта карта сыграна в последний ход против «власти», он не захватит трон, но оборвет нити.

Тишина в комнате стала звенящей, а огонек в фонарях испуганно дернулся. Ютака встал из-за стола и немного наклонился к господам. Взглянув на женщин он тихо проговорил:

– Чтобы вы знали: я не ищу места за вашим столом, господа. Я пришел, чтобы перевернуть его, – голос заклинателя потяжелел и рухнул булыжником, разбивая мечты Танаки о сотрудничестве, которые тот успел выстроить за их короткий разговор. – И сколько бы лиц вы не меняли, под каким бы шелком ни прятали запах смрада…я буду тем клинком, который придет отсечь ваши головы. Игра окончена, господин Танака. Я вскрыл карты.

Искусницы охнули. Танака медленно убрал руки со стола. Его лицо на миг исказилось в ярости, но он быстро вернул себе самообладание.

– Смелый выбор, господин Мидзуно…– с сожалением выдохнул чиновник. Голова Ютаки за подобные высказывания могла бы уже висеть на пике, но так бы распорядился человек, которого в Танаке уже давно не было. – Смелый. Для того, кто хочет дожить до рассвета. – продолжил он фразу, но в ответ услышал лишь кривой смешок.

– Рассвет всегда наступает. Вопрос лишь в том, кто из нас останется, чтобы его увидеть.

Заклинатель поклонился – коротко и дерзко – и вышел в коридор не оборачиваясь, чувствуя, как за его спиной разгораются два нечеловеческих глаза.

– Для тебя, паршивец, игра только началась.

Глава 8

Плохие манеры. Урок чайного этикета.

– Что я говорил на счет поведения в нашей чайной? – разъярялся господин Кай. Стекла его очков дрожали от гнева. Скинув их на столик, он схватился за переносицу. – Я же тебе строго-настрого наказал стать невидимым, стать тенью!!! А ты что? Пропал теперь наш Чайный дом…

Ютака устало зевнул, опустив голову. Кажется, его сильно измотала беседа с теми господами.

– Да-да, Ютака Мидзуно – плохой ловец, я понял. Не стоит продолжать, господин Кай. Но эти трое просто вынудили меня сесть к ним за стол.

– Ты играл с ними в «Тэнно»! Ты играл с чиновниками в игру для детей, чтобы понять, демоны они или нет?! В голове не укладывается! И он называет себя ловцом, ч-черт?! – Кай пнул ногой татами. Его негодование разлетелось по пустым стенам дома.

– Довольно драмы, Кай. Не затем ли мы и наняли Ютаку? – спокойно проговорил хозяин дома, спрятав руки в складках кимоно. – Ему нужна была хоть какая-то информация, и он воспользовался случаем.

– Демоны преследуют определенную цель, – продолжил заклинатель. – Из состоявшейся беседы и игры в карты не трудно было понять их намерения. Ёкаям нужен контроль над всеми политическими верхушками. Еще, похоже, они чувствуют магов.

– Как ты понял это? – Йо подался вперед, сдвинув брови.

– Заклинатели стихий – большая редкость. С тех пор, как я стал ходить по этой земле, я натыкался на подобных себе всего трижды. Танака, наверняка учуял во мне заклинателя и предложил занять место в его рядах. Думаю, демоны собирают сторонников.

– Неожиданно, если вспомнить, что основной целью демонов всегда оставалось примитивное желание пожрать человеческую плоть, – вставил Йо, потирая лоб.

– Меня это удивило не меньше. Сегодня я потревожил «осиное гнездо», заявив им о своих намерениях… И понял, что мы ничего не знаем об этих существах…

– Что ты сделал? – дернулся казначей, нависая над Ютакой.

– Теперь необходимо найти «матку» этого гнезда, продолжил заклинатель. – Уверен, это как-то связано с искусницами. – заключил он, устало пожимая плечами. – Вы должны знать: бросая вызов демонам, нужно быть готовым к их незамедлительному нападению.

– Ты рассказал им правду о себе? – выплюнул Кай. Кожа на его костяшках затрещала от натяжения. – Да кем ты себя возомнил? Втянул наш дом в эту разборку! Ты подумал о том, что будет с Дано? Что будет с Саёри? Как вообще твои выборы отразятся на этом месте, тихий мир которого ты нагло нарушил?

Ютака поперхнулся.

– Демоны в открытую ходят среди людей. Они здороваются и выказывают вам свое почтение в этом доме каждый день, – сквозь зубы процедил заклинатель, приняв статичную позу. – Это не два-три одержимых, которых легко обезглавить. Эти твари собирают армию. Прикрываясь властью, они станут превращать людей в рабов. Вы хотите так жить? Печетесь за свое теплое местечко, в котором все до потолка провоняло серой!

– Ты забываешься, бродяга! – прорычал казначей, упершись лбом в лоб Ютаки. – Тебя приютили из жалости, а ты в первый же день проявляешь невежество и смеешь ставить условия хозяину этого дома! – ткнул он пальцем заклинателю в грудь.

Воздух между этими двумя вскипел. Вены Ютаки налились красным, глаза запылали, но вряд ли он всерьез злился на очкастого, к тому же чувствовал себя паршиво.

– Кай, – тихо произнес Йо, но тот не услышал хозяина.

– Хватит закрывать глаза на то, что происходит вокруг тебя, казначей. Я не смогу помочь, если буду топтаться на месте. Не мешайте мне делать работу, на которую сами меня наняли.

– Ютака прав! Дело здесь не только в защите Дано и нашего дома. Это касается всех людей города. Нужно узнать, кто стоит за этим и за спинами каких шишек он прячет свою маску.

Кай отстранился первым. Пульсирующие мышцы на его шее и лице расслабились. Он обреченно выдохнул через нос.

– Делай дальше свою работу, ловец. Мне просто… нужно принять то, что все уже не будет, как прежде. И если понадобиться моя помощь…

– Да! – согласился Ютака перебив его мысль. – Понадобиться. Заварите, пожалуйста, чай покрепче и уходите. Скоро здесь будет жарко.

Заклинатель был уверен: Танака не простит ему такой дерзости и был готов к скорому появлению демонов. Чайный дом «Цветочного ветра» сегодня будет разгромлен. Это понимали и хозяин, и дотошный казначей. Но уж лучше разобраться с этим здесь, за массивными деревьями и садом, чем у всех на виду.

Обычно Ютаке приходилось подолгу уламывать демонов принять свой истинный облик, отвешивая им вшивые комплементы или выставляя их на посмешище, но появление этих морд «во всеоружии» стало неожиданностью, даже порадовало.

Своим единственным огромным рогом, торчащим из центра лба, крепкий красный ёкай с ревом протаранил дверь заднего двора.

«Вот же черт, опять эта дверь…что за невезение? Чую, теперь я задолжаю дому крупную сумму за порчу имущества…»

Бумажные ширмы разлетелись в стороны, когда демон ударил по ней внушительной палицей. За его грузными плечами показался второй – с синевато-зеленой кожей. Он был неестественно худым, с длинными когтями, которые оставляли борозды на татами.

– Где ты, заклинатель? Ты проявил глубокое неуважение к предложению господина сегодня вечером. Мы пришли, чтоб выпить твой огонь! – взревел первый, занося палицу для удара.

Ютака сразу признал в них тех самых скалящихся гиен, что сидели по оба плеча от Танаки. Как и думалось, на них не было масок – лишь мерзкий облик шестерок. Развалившись на высоком стуле возле стойки с напитками, Ютака не поднял и взгляда на треп демона. Он лениво качал ногой и дул на поверхность потемневшего от долгой заварки напитка, собираясь отпить. – Как смеешь ты хамить молчанием, когда говорят с тобой, смертный?

Тяжелое железо со свистом полетело в заклинателя, тот скользнул в сторону.

Раздался треск посуды.

– Вот блин, – прыснул Ютака. – Грохнуть такую чашку… Теперь в сервизе будет не хватать… – почесал он подбородок.

– Ты что, больной? Мы пришли сожрать тебя! – мерзко провизжал тощий демон. В своем крике он выглядел жалко. Из пасти стекала омерзительная зеленая слюна. От такого зрелища заклинатель скривился.

– Фу, а вам, ребятки, внимания не хватает, как погляжу. Вы не терпите, когда его перетягивают на себя другие. Даже сразу в облике заявились – с шумом, с грохотом, ух! И как вы не лопнули от молчания там, за карточным столом? – Ютака понизил тон на последнем.

– Мы бы сожрали тебя прямо там, шутник!

– Верно-верно, но папочка Танака крепко держит за яйца своих шавок! – дернулся Ютака, и демоны заревели.

Синий метнулся вперед, разорвав под собой татами, а красный выдавил из ноздрей пар и нанес удар палицей по балке. Дерево треснуло и разлетелось на острые щепки. Ютаке пришлось кувыркнуться назад, когда тощий ёкай замахнулся и полоснул своими когтями Ютаке прямо по груди.

Ткань кимоно разъехалась надвое, но на коже не осталось ни царапины. Ютака оголил белые зубы растягивая в ухмылке уголки губ.

– Мимо! Попробуй еще, – закусил он губу и снова подпрыгнул.

Вжих!

Подаренный клинок, что был привязан к поясу, со свистом покинул ножны. Скрежет металла врезал по ушам, и одним скорым движением острие блеснуло возле носа красного демона. Тот замер.

– Эй, красный! – бросил Ютака ему через плечо. – Ты что-то потерял.

Огромный рог – достояние каждого демона – медленно соскользнул с головы и с глухим стуком упал на разъехавшееся татами. Демон потянулся к голове. Смотреть на потугу злости и ярости было удовольствием для заклинателя. Больше всего он любил унижать эти морды.

– УБЬЮ! – развернулся демон и шлепнул палицей об татами снова.

– Ой, какие вы шумные, – Ютака прикрыл ладонью ухо, отпрянув назад. – Ладно, ребятки, пора баиньки! – Улыбка с его лица спала, запястья напряглась, а воздух в душном помещении стал пропадать, испаряться. Инстинктивно демоны попятились назад, почувствовав, как от этого человека повеяло раскаленной и жутко обжигающей силой пламени. Сжечь ёкаев было бы легче простого. Одно движение в нужной технике дракона – и можно идти дальше пить остывший чай. Но дом хозяина Йо Ютака калечить огнем бы не стал, поэтому его второй техники сжатия воздуха было вполне достаточно.

Он свернул руку в кулак, высвобождая поток магии, которая толкалась в выступивших венах оранжево-красным светом, и ёкаи пали на колени. Пламени не было, только угарный газ, который обездвижил их. Прижимаясь к полу они, подобно рыбе, оставшейся без воды, стали рвано двигать челюстью, испуская хриплые звуки.

– Демоны или люди – все мы здесь дышим одним воздухом, и, если его перекрыть… – скорчился мужчина, задержав дыхание, и занес над ними клинок. «Можно легко голову потерять».

Два разящих удара наискось – и волосатые кочерыжки демонов отлетели на пол, а затем истлели в наполненном гарью помещении.

– Ну вот и ладушки. Надеюсь, в следующий раз пришлют кого-нибудь поинтереснее, – проглотил он последнее и стал наскоро открывать ставни, разгоняя гарь руками, хотя вряд это могло помочь сейчас разгромленному дому.

– Класс, – огляделся заклинатель, разведя руками. – Кажется, я теперь еще и в долгах.

***

На дверях перед Чайным домом «Весеннего ветра» этим утром вывесили огромную деревянную табличку с нанесенной на ней тушью надписью: «Простите, мы временно закрыты на ремонт». Только так господин Кай сумел скрыть погром, учиненный Ютакой прошлой ночью.

– Этот невежа разнес всю нашу чайную, Йо! – жаловался Кай хозяину. – А ты снова молчишь. Уважаю твое неистощимое терпение, но я повешу долг на этого безмозглого растяпу ловца и вычту половину из предоплаты, которую ты ему дал! – надулся казначей. – Он сломал несущую балку, ч-черт бы его побрал! Теперь работы на месяц, не меньше!

Йо устало закатил глаза.

– Этот, как ты выразился, невежа спас нас этой ночью, Кай. Стоило бы дать ему прибавку, а не лишать единственных грох из кармана. С каких пор ты стал таким жадным, друг мой? – улыбнулся Йо и зашагал к дому.

– Сколько еще говорить? Я – казначей! Это моя работа, – засеменил следом Кай. – Ты куда это? Скоро приедут рабочие, ты должен помочь мне выбрать подходящий оттенок древесины, Йо!

– Боюсь, тебе придется отпустить их, – Хозяин смахнул огромную дождевую каплю, упавшую на его подбородок, и меланхолично уставился вверх.

На небе ни тучки. – Йо сощурился. Влага на пальцах быстро впиталась в его кожу. – Чувствую, у нас сегодня будут гости, – замер он и Кай, закрывая ладонью слепящее на небе солнце, вдруг скорчился.

– Что с тобой, Йо? Куда ты смотришь?

– Мальчишку станут искать, и Танака непременно заявится снова, но уже по наши души. Проводишь его в можжевеловую беседку, подальше от нашего дома. Он явно одержим и сам станет вынюхивать Ютаку и след своих шестерок, но запах можжевельника притупит чутье. Скажи Саёри заварить с чаем побольше ядовитого плюща.

– Ты что-то понял?

– Не уверен, но демоны обосновались в этом городе неспроста. Не дай заклинателю покинуть наш дом до конца дня.

***

Прохладная спальня Дано до отказа наполнилась чистым весенним воздухом. Держа в своей руке ее запястье, Ютака высчитывал пульс госпожи. Он стал прослушиваться немного четче. Лоб охладел, а к выбеленному лицу девушки наконец прилила кровь, но Дано все еще не пришла в себя.

Заклинатель зевнул, взглянув на солнце из открытых ставен. Оно подходило к своему пику, а он еще не ложился. С дозволения господ решил навестить Дано, но этот визит был скорее любопытством, чем жестом доброй воли. Не из похотливых побуждений, а исключительно в целях узнать больше, Ютака открыл край одеяла и подтянул дзюбан, оголив ноги госпожи до колен. Кожа на них была обычного, оливкового оттенка, без царапин и синяков. Ютака наклонился к ее щиколоткам и втянул носом. Запах серы сохранился на коже Дано даже после того, как госпожа Йо обтерла ее.

Заклинатель скользнул выше, к коленям, а затем отстранился. В носу засвербело. Сомнений не оставалось – Дано была с одержимым мужчиной. Он осквернил ее. Но никому, даже покровителю, не дозволена такая дерзость. За искусницами закреплено строгое правило, соблюдение которого требовал каждый Окия.

Ютака стянул губы в нитку.

«Саёри так усердно ухаживает за больной. Дано должна поправиться. Должна прийти в себя и рассказать о том, что случилось. По слухам, странности начались, когда искусница обрела покровителя, состоящего на службе у протектора. Узнать бы получше об этом знатном… господине». – он почесал затылок и вытянулся струной, соприкоснувшись взглядом с госпожой Йо. Она скромно стояла на пороге комнаты, держа чайник с кипятком, а свободной рукой сминала ткань нежно-розового кимоно. Сердце заклинателя забилось в горле, на лбу выступила испарина. Белые таби, в которые он уперся взглядом, чтоб не глазеть на нее, нерешительно шагнули в нему навстречу.

«Милашка…но розовый ей не к лицу».

– Господин Мидзуно, – она прошла к столику с лекарствами. – Большое спасибо, что дали мне отдохнуть и побыли с Дано, – неохотно проговорила Саёри, копаясь в корзине с травами.

– Что вы, госпожа, я был о… – он запнулся. – Очень рад помочь. – она отвернулась, наверняка скрывая смущение.

– Вам, кажется, пора…

– Д-да. Да, пойду, – натянуто, даже скорее по-идиотски улыбнулся Ютака, направляясь к выходу, но вдруг обернулся через плечо и кинул на нее многозначительный взгляд.

«Отчего такая знатная женщина вдруг решила заняться знахарством? Ведь те травы и снадобья, что отрядом выстроились на столике, могут погубить репутацию. Один донос и под удар попадет и она, и господин Йо».

– Прошу прощения, госпожа, – Заклинатель поклонился, чем вызвал интерес Саёри. Она подняла голову и впервые взглянула на него. Округлившиеся ореховые глаза были наполнены печалью и какой-то недосказанностью. Госпожа спрятала руки за спину.

– Думала, вы уже ушли, господин, – поклонилась она в ответ, ожидая вопроса, будто приговора.

– Я бы очень хотел узнать о вас… – Ютака прикусил язык. – О ваших травах… что стоят на столе. – Напряжение в комнате ударило по нервам. На мгновение Йо перестала дышать. Кожей заклинатель ощутил всю ее подавленность. Она передалась ему мурашками, что побежали вниз по затылку. – Я мог бы узнать о них больше, госпожа?

– Подойдите ближе, – ее голос дрогнул. Саёри поспешила прочистить горло, а когда Ютака подошел, то и вовсе сжалась. Неужели настолько подавленно она чувствовала себя с незнакомым мужчиной в тесной комнате? Ютаке и самому было не по себе. Расстояние между ними уже значительно сократилось, но кому-то было необходимо взять себя в руки и прервать тишину, пока краснота не залила их лица окончательно. – Вообще, не все лекарства здесь являются таковыми, – начала она и Ютака еле слышно и с облегчением выдохнул. Неловкая пауза наконец-то прервалась. – Большая часть этих склянок в нужных руках может стать ядом.

Мужчина нахмурился, выдавив добродушие, как смог.

– М-да?

«Как интересно».

– Если, к примеру, вы заварите побеги чабреца, он успокоит ваше тело, замедлит сердечный ритм и вы с легкостью сможете уснуть, – она тронула темный мешочек с травами и кинула в пиалу пару свернутых сухих листьев. Они раскрылись и дали яркий цвет, как только кипяток, соприкоснулся с чашкой. – Если добавить к чабрецу шалфей и листья мертвой крапивы, то средство станет абортивным, – Ютака разлепил губы в удивлении, а Саёри продолжила, но уже тише. Почти шепотом: – Мало кто знает, но при правильном смешивании чабреца с грибом «Мертвяк», человек умрет меньше, чем за минуту. Голова станет тяжелой, отек перекроет дыхание, а начавшийся спазм сдавит сонную артерию… Скажите, вам совсем ничего не известно об этом?

– Н-нет, – Ютака помотал головой. – Убить можно чем угодно, госпожа Йо. Нужны лишь удобный случай и знания. В данном деле я не силен. Меня мало интересуют зелья и яды. По душе расправа с мордами, маски с которых легко слетают от моего кулака. Другой вопрос: зачем это вам – знатной женщине с состоятельным мужем? – Саёри закусила губу. Венка на ее шее заколотилась сильнее, отчего воротник кимоно задрожал. Она была смущена? Или же испугалась, что Ютака может заподозрить ее?

– Простите меня.

Эти слова прозвучали так натянуто, будто ей было жизненно необходимо извиниться. За что именно, Ютака понять не сумел.

– Дело в том, что давний друг нашей семьи был умельцем по части ядов. Признаться, интерес к ним я никогда не питала… – прервалась госпожа. – А когда…когда его не стало, в память о нем и его деле, позволила себе забрать все это.

«Вот так просто? Даже оправдываться не станет? Неужто честна со мной? Интересная у них семейка».

– Не смотрите так на меня, духов ради, – оборвала Саёри, прижав ладонь к сердцу, когда увидела многозначительный взгляд Ютаки. В нем не было ни капли презрения, только неприкрытый интерес.

«Я хочу разгадать эту женщину» – зудело в его голове.

– Прошу, не пугайтесь моего любопытства, госпожа. Это просто… – Он безотрывно смотрел на Саёри, поджимая при этом губы, и вдруг опешил: ее холодные пальцы коснулись его ладони, нежно обхватив их. От этого ощущения Ютаку прошило насквозь.