Последний рассвет, что мы встречаем вместе. Книга 1. Избранная семья

— Ура! Ура! Ура! — воскликнул ребенок, его глаза сияли от восторга. — Я так мечтал туда попасть! Спасибо, мамочка!

— Прекрасно! — улыбнулась Аврора и направилась на кухню готовить завтрак.

Хиро с нетерпением ждал похода в город.

***

Солнце светило в глаза, а таинственный камень в кармане заставлял его немного нервничать. Возможно, он будет хорошо стоить или пригодится в будущем, но этого Авгур не знал. Камень в его кармане вызывал неприятные ощущения в шее, что еще больше волновало мужчину. Он спешно направился к лучшему кузнецу королевства — Номаро Хисту. Этот человек ковал самое лучшее снаряжение и имел большой авторитет как во дворце, так и среди авантюристов. Из распахнутых дверей пахнуло жаром и углем, а навстречу, сияя, вышел мечник с новым клинком в ножнах — видимо, получил-таки свой заказ.

— Здравствуй, Номаро, — кивнул Авгур, переступая порог. — Я по вопросу, но не по металлу.

Кузнец поднял взгляд от наковальни, и в его глазах вспыхнул интерес.

— Привет, убийца снежного льва! Что там? Говори, не томи старика.

Авгур вынул из кармана камень. Голубое сияние легло на закопченное дерево прилавка.

— Нашел в пещере снежного льва. Как думаешь, что это? — в голосе Авгура слышалось нетерпение.

Взяв камень в руки, Номаро почувствовал его тепло. Глаз вспыхнул синим светом — он анализировал предмет. Взгляд вцепился в переливы, и от сосредоточенности слегка задрожали даже пальцы. Вдруг он резко вздрогнул и отшатнулся, словно от прикосновения раскаленного металла. Его взгляд, остекленевший, был устремлен в пустоту.

— Что? Что ты увидел? — встревожился Авгур.

Номаро медленно перевел на него взгляд, с трудом возвращаясь в реальность.

— Он… живой. Он показывает… — Кузнец провел рукой по лицу. — Там был… запах океана. Я его никогда не видел, только на картах. А теперь… будто сам стоял на берегу. Это его сила, Авгур. Он отвечает на зов души, даже на тот, что ты еще не осознал. Камень принадлежит существу не из наших земель. Это его ядро.

В голове у Авгура все перевернулось.

— Стоп! — Он тряхнул головой, отгоняя путаницу. — Какому существу должна принадлежать такая сила?!

— Не знаю, — Номаро развел руками. Его голос все еще дрожал от пережитого. — Но существо было могущественным. Точно не человек.

В сознании Авгура роились вопросы.

— Значит… если прикоснуться с чистым намерением, он покажет что-то важное?

— Верно, — Номаро почесал затылок, стараясь прийти в себя. — Но как его использовать и кому доверить… решать тебе. Думаю, ты примешь верное решение.

— Понял, — произнес Авгур. — Это все?

Сжав руки с ехидной улыбкой, Номаро ответил:

— Еще он будет стоить около трехсот тысяч дирэлей. Хочешь, я куплю его у тебя?

«Триста тысяч дирэлей?! Целое состояние, мне и моей супруге хватит на отличный дом и много скота», — Авгура поразила стоимость камня.

Но в его памяти всплыло только что увиденное лицо Номаро — потерянное, ошеломленное чудом. И в голове что-то щелкнуло.

— Извини, старик, — взяв камень в руки, продолжил он, — но я знаю, кому его отдам. Пусть однажды его использует мое дитя.

Номаро вздохнул, понимая, какой артефакт медленно уходит из его поля зрения в карман мужчины.

— Ну что ж, — с тяжестью произнес он, — тогда используй его с умом. Обещай мне, что не продашь его никому другому.

Поправляя рубашку, Авгур ответил:

— Конечно, я дорожу нашей дружбой, он будет в надежном месте.

— Береги себя, — с улыбкой ответил мужчина, — передавай привет супруге!

— Как пожелаешь! Удачи в работе, Номаро.

Отворив дверь, Авгур задумался: «Цена высокая, но и ладно. Наступит день, и мой ребенок, возможно, сможет исполнить то, что хочет его душа. Я буду верить в это».

С этими мыслями Авгур направился домой.

Самитурея в пещере льва

***

Тем временем в доме Саптанов

После завтрака Аврора и Хиро отправились в город Ламарк. Впервые за долгое время мальчик покинул родную деревню. По дороге он засыпал маму вопросами:

— А какой он, Ламарк? Большой? А что там интересного?

Аврора с увлечением рассказывала ему о городе, о том, как отважные авантюристы со всего света пытаются покорить сто этажей Обсидианового Обелиска — но никому еще не удавалось добраться до вершины. Чем выше, тем страшнее и сильнее становились чудовища, населявшие башню. Глаза мальчика загорались от предвкушения приключений.

Вдруг Хиро осознал, что зашел гораздо дальше, чем обычно разрешали родители. Они с матерью углубились в небольшой хвойный лес, лежащий на пути к столице. Белки резво прыгали по ветвям, птицы распевали свои замысловатые песни — некоторые звуки мальчик слышал впервые. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густые кроны, рисовали на земле причудливые узоры. Он завороженно озирался по сторонам, ловя каждый шорох.

— Сынок, смотри! — взволнованно воскликнула Аврора. — Вон там, за деревьями, уже виден Ламарк!

Они направились к опушке леса.

— Это столица королевства Арунгард, — с гордостью добавила она.

— Какой прекрасный! — воскликнул ребенок, радостно подпрыгивая.

Высокий темный шпиль был виден даже из леса, его высота поражала воображение, вызывая у мальчика желание скорее увидеть его вблизи.

— А это что? — спросил мальчик, указывая на Обелиск.

— Здесь работает твой папа. Именно тут он зарабатывает нам на жизнь, — с теплотой ответила Аврора.

По мере приближения Хиро разглядел величественные стены и круглую форму города. Могучие пятнадцатиметровые укрепления, опоясывавшие Ламарк, были видны издалека, а вблизи и вовсе поражали своими исполинскими размерами. Серый камень кладки, давно утративший первоначальный блеск, местами порос зеленью, а потрескавшийся гранит выдавал многовековую историю этого места. Оборонительные сооружения надежно защищали внутренний периметр, а их толщина красноречиво говорила о том, что они выдержали бы даже долгую осаду. Мальчик не раз слышал от отца, что город прекрасен, но теперь, увидев его своими глазами, замер от восторга. Он не сводил взгляда с каменных гигантов, боясь даже моргнуть, чтобы не упустить ни секунды этого зрелища.

— Скоро мы войдем внутрь, и я покажу тебе город, — сказала Аврора, мягко сжимая его руку. — После этого мы вернемся домой.

— Хорошо, мамочка! — радостно ответил ребенок и продолжил шагать рядом с ней. Вдруг он заметил знакомую реку и с любопытством спросил: — Мама, это наша река?

— Да, именно она, — ответила Аврора. — Ты часто играешь на ее берегу, а наши рыбаки ловят в ней рыбу. Помнишь, я иногда готовлю ее на ужин?

Он внимательно слушал, улавливая каждую нотку в ее голосе.

— Инг протекает рядом с Ламарком, — продолжала мать. — Ее русло проходит чуть выше нашей деревни, а к востоку от города есть озеро Камая, куда она впадает.

Пока они разговаривали, дорога вывела их к мосту. Конструкция была добротной: крепкие доски, массивные перила и фонари по краям, еще не зажженные в этот час. Все говорило о том, что строили его лучшие мастера.

Ламарк никогда не спал. В его ворота непрерывным потоком вливались и вытекали люди: усталые путники с дорожной пылью на плащах и нагруженные диковинным товаром повозки. Одни, с жаждой наживы в глазах, стремились покорить Обелиск, другие, потерпев неудачу, так же молча возвращались обратно. Даже в часы, когда Обелиск покорялся, город кипел жизнью, словно муравейник.

Хиро, завороженный этим вечным движением, на мгновение застыл, а потом, сделав робкий шаг к парапету, украдкой заглянул в темную пучину внизу. Непроизвольно его пальцы крепче сжали мамину руку — маленький островок безопасности в этом бурлящем море.

— Мама, а мы не упадем?

Аврора рассмеялась, видя его испуг:

— Ха-ха-ха, ну что ты! Посмотри, какие тут прочные доски! По этому мосту каждый день ходят десятки людей — он совершенно безопасен.

Она нежно погладила сына по голове, и они двинулись дальше. Перейдя на другую сторону, герои оказались перед широкой булыжной дорогой, ведущей к городским воротам. Хиро поднял голову и замер: стены Ламарка, казалось, касались самих облаков. Аврора, не отпуская его руку, уверенно направилась ко входу.

«Вот это да… Все точно как рассказывали родители», — подумал мальчик.

Подъемная решетка, убранная вверх, казалась небольшой по сравнению с высотой стен, но даже для него она выглядела внушительно. По обе стороны от нее возвышались башни, с которых свисали массивные цепи подъемных механизмов. На крышах дежурили стражники в блестящих доспехах, вооруженные стационарными арбалетами. Мать с сыном не вызвали у них особого интереса — Аврору и ее супруга Авгура здесь знали хорошо.

— Здравствуйте, господа стражники! — радостно помахала рукой женщина.

— Доброго дня, госпожа Аврора! — ответил один из воинов, спускаясь по лестнице с длинным копьем в руке. — Вы сегодня с помощником? — с ухмылкой поинтересовался он, взглянув на мальчика. Хиро застенчиво потупил взгляд, но тут же с любопытством осмотрел копье и доспехи стражника.

— Здравствуйте, уважаемый стражник… — поздоровался мальчик.

Тот поздоровался и широким жестом указал на вход:

— Проходите. В городе сейчас спокойно. Все авантюристы уже в Обелиске и скоро начнут выходить.

— Благодарим вас, — ответила Аврора.

Они шагнули в столицу. Дорога, ведущая к замку, была прямой — заблудиться здесь было невозможно. Проход казался узким, но высоким, словно арка, уходящая ввысь. Как только Хиро и его мать вышли из тенистого прохода, он увидел город во всем его величии и красоте. Аврора наклонилась к своему сыну и начала рассказывать о городе:

— Видишь вон там? — Палец матери упрямо застыл, указывая вправо. — Целый квартал жилых домов. Со своими лавками, рынками… Жизнь кипит. А дальше — промышленное сердце города. Ткачи, кузнецы, ювелиры… Без этого района столица бы встала.

Взор Хиро послушно скользнул вдоль линии материнского пальца. На востоке, словно каменная река, тянулись дома, упираясь в район мастерских и конюшен. Дорога, вымощенная камнем, вела их вперед — к стенам, за которыми царил черно-фиолетовый шпиль Обсидианового Обелиска. Он пронзал небо, и мальчику казалось, что с его вершины открывается вид на весь мир. Под ногами же копошился свой, маленький мир: спешащие люди, кричащие дети, бесконечная вереница груженых повозок.

— Мама, — Хиро оторвался от зрелища, уставившись на запад, — а там лес?

— Нет, сынок. — Ее рука мягко легла на его волосы. — Это южная аллея. Деревья, тень, прохлада. Место для прогулок. Тут таких две — южная и северная. Сауны, гостиницы и таверны… Хочешь, зайдем на обратном пути?

— Конечно, мама! — В глазах ребенка вспыхнули искры. — Пойдем уже!

Ее рука сомкнулась вокруг его ладони, и они зашагали к Обелиску. Хиро вертел головой, как совенок, пытаясь вобрать в себя все и сразу: вот от главной дороги, словно щупальца, отходят улочки поменьше; вот дома, прижавшиеся друг к другу, с темным деревом на белоснежной штукатурке; вот воздух, густой от запахов цветущих садов и горячего хлеба. Женщины развешивали простыни, а мальчишки, размахивая деревянными мечами, воображали себя воинами.

Аврора с улыбкой наблюдала за его жадным интересом. Мимо, оглашая округу мощным ревом, протащилась упряжка серых белорогих быков. Мурашки пробежали по спине Хиро, а на лице Авроры расцвела безмятежная материнская улыбка.

«Он так поражен этим местом, и немудрено — столица прекрасна, а люди живут хорошо, бедных здесь и вовсе не встретишь», — подумала женщина, глядя на сына, шагавшего рядом.

Хиро наблюдал, как с аллей выходят воины с мечами, посохами и огромными щитами. Их величественный вид и уверенная походка вызывали у мальчика неподдельное восхищение. Неспешно двигаясь по длинной дороге, они разглядывали дома, воинов, фигурно подстриженные деревья, фонтаны и пролетавших мимо птиц.

— Сынок, — женщина указала на фонари, выстроившиеся вдоль каменной дороги, — когда стемнеет, они зажгутся на каждой аллее и улице. Город преображается, становится просто волшебным!

— Мама, скорее бы уже увидеть! — Хиро не сдержал счастливой улыбки.

Он сжал ее ладонь и снова принялся смотреть по сторонам. Пока они шли вперед, Аврора рассказывала сыну, что за южной улицей расположен тренировочный лагерь, где сосредоточены все силы армии Ламарка. Место было огорожено высокими каменными стенами, по периметру несли дозор лучники. Именно там обучались маги и воины, а лучники оттачивали свое мастерство и меткость. Все, кто служил во дворце, присягали на верность королю Дайго Ламарку и его армии. Мальчик впитывал каждое слово. Также Аврора добавила: на северо-восточной улице живут люди, служащие замку, — верховные советники, королевские колдуны, командиры армии. Вся знать обитает в больших домах и поместьях по соседству с простыми людьми и рабочими. На восточной и западной окраинах города тянутся такие же каменные дороги, и если по ним идти, можно выйти за городские стены. Проще говоря, въездов и выездов в городе было три: южный, западный и восточный. Мать рассказывала, и они продолжали идти к башне.

Путь наших героев лежал через шумный ремесленный квартал. Воздух звенел от стука молотов по наковальням, смешиваясь с ржанием лошадей, которых мужчины вели в стойла. Из открытых дверей ткацких мастерских доносился ровный стук веретен, а из пекарен плыл дурманящий сдобный запах булок и пирогов. Дорога привела их к подножию высокой крепостной стены, в которой зияла мощная каменная арка. У входа, словно изваяния, застыли двое воинов в тяжелых доспехах. Их плащи трепетали на теплом ветру, а за суровой серой броней угадывались спокойные и доброжелательные лица.

— Смотри, сыночек, — мать указала рукой на стены. — Это первая линия обороны. Если нежить вырвется из Обелиска, королевские маги активируют эти башни, и город накроет барьер. Хотя… я лишь слышала об этом. Говорят, городу еще ни разу не приходилось использовать эту защиту.

— Ух ты, мама! — воскликнул мальчик, его глаза загорелись любопытством.

— Пойдем. — Она тронулась с места, увлекая его за собой. — Я покажу тебе, куда твой папа ходит каждый день.

— Бежим быстрее! Мама!

Едва миновав арку, они оказались на огромной круглой площади. На ней уже толпились люди, бродившие в поисках приключений, а в самом центре возвышался Обсидиановый Обелиск. Как только Хиро ступил на площадь, он зажмурился от внезапного яркого света, ударившего в его зеленые глаза. Но, выйдя из прохода, ребенок быстро привык к солнечному свету.

— Мама, смотри, сколько людей! А там… а там!.. — воскликнул он, захлебываясь от любопытства.

Глаза мальчика метались по площади, не зная, на чем остановиться.

— Не спеши, сынок, давай сначала осмотрим все, — мягко сказала Аврора, указывая вправо. — Вот рынок. Здесь найдешь все: от свежих фруктов и диковинных украшений до магических зелий и одежды со всего света.

Площадь бурлила жизнью. Торговцы наперебой зазывали покупателей:

— Пироги горячие, только из печи!

— Овощи с грядки, слаще меда!

— Зелье силы — одним глотком непобедимым станете!

Между прилавков сновали горожане: кто-то торговался за шелковый платок, кто-то пробовал на зуб спелые груши. Дети носились между повозок, пугая бродячих кошек, а те, в свою очередь, выжидательно поглядывали на мясные лавки. Аврора наблюдала, как Хиро впитывает каждую деталь. Его зеленые глаза прыгали от лотка к лотку, словно боялись упустить что-то важное. Сама же она бросила взгляд налево — к веренице знакомых заведений: таверне с шумными посетителями, дымящейся кузнице «Аполлона», магической лавке с мерцающими в окнах огнями…

«Он стал таким взрослым… Вроде бы совсем недавно я держала тебя на руках, сидя на скамье, и смотрела, как ты жадно пьешь мое молоко. Как же быстро ты растешь… Ты — мое самое дорогое сокровище, сынок».

Мило улыбнувшись, Аврора представила, как однажды ее ребенок преодолеет все сто этажей башни. Как она с мужем увидит, как их сын получит титул Обсидианового призрака.

Обсидиановый Обелиск возвышался во всей своей мрачной красе. Идеальные линии, заостренная вершина и глубокий фиолетово-черный переливчатый цвет выделяли его среди других зданий на площади. Высокий, подавляющий, загадочный — он будто притягивал взгляды, манил тайной и неразгаданными загадками. Хиро поднял глаза и заметил вход в башню: массивные ворота стояли распахнутыми. Из тени древних стен выходили группы авантюристов — изможденные, с потухшими глазами. Некоторые тащили раненых, другие шли с пустыми лицами, оставив товарищей в недрах башни. Покорение Обелиска веками стоило жизни сотням воинов.

«Наверное, эти просто слабее остальных. Папа говорил, что сильные возвращаются под вечер, после долгого рейда», — промелькнуло у него в голове.

Хиро не стал следить за выбывающими — все его внимание было сосредоточено на поисках отца. Мальчик прекрасно знал, как тревожится мать. Увидев, с каким волнением она следит за потоком выходящих, он понял: ее переживания искренни. Теперь авантюристы разошлись по своим делам. Кто-то потянулся в таверну — помянуть павших товарищей, другие направились в магическую лавку. Многие уходили, сжимая в руках запачканное кровью оружие или обрывки ткани, некогда бывшие частью их соратников. По их лицам, искаженным страхом и отчаянием, было ясно: здесь им больше не место.

Душа у мальчика сжалась. Взгляд его зацепился за раненую лучницу, которая, прижимая к груди окровавленный меч, брела к городским воротам. Слезы капали на клинок, оставляя на нем чистые дорожки.

Аврора подошла к сыну и произнесла:

— Смотри, — показала она пальцем на площадь, — по обе стороны от каждого выхода стоит по три больших гостиницы. Это самые крупные гостиницы в городе, тут живут авантюристы и воины со всего королевства.

Хиро обратил внимание на постройки. Гостиницы стояли близко друг к другу, их коричневая кровля и каменные стены выглядели приятно, а цветы в больших горшках вдоль фундамента подчеркивали ухоженность. Затем он взглянул на северный выход, где возвышались башни в виде рук из камня и металлических вставок. Руки, начинавшиеся от локтей, держали в раскрытых пальцах огромные ромбовидные камни серебряной яшмы.

— Мама, а что это за большие руки? — спросил Хиро. — Они волшебные?

— Да, мой хороший, — подняв его на руки, ответила мать. — Эти башни — источник огромной энергии. В них заключена магия призыва барьера. Видишь, они стоят у каждого выхода с площади.

Она повернулась с ним к южному выходу, показывая еще две такие же башни. Всего их было четыре. Хиро с огромным интересом слушал мать.

Аврора произнесла:

— Сынок, наш мир полон опасностей, тайн, горя и разочарований. Нужно быть сильным. Если упадешь — поднимайся и показывай, что ты сильнее. Невзирая на боль, продолжай бороться.

Лицо мальчика выражало серьезность и задумчивость: в его мыслях зарождались сомнения и вопросы.

«Маму что-то тревожит. Жаль, что я не могу до конца понять ее переживания…»

— Я понимаю, мама. Поэтому мне нужно стать таким же сильным, как папа. Вот настанет день, когда начнутся мои тренировки, и я всей душой жду этого. — Он крепко обнял мать.

С каждым годом узы между ними становились все прочнее. В его возрасте ребенок уже мог понимать мать без слов: взглянув в ее глаза, он чувствовал, что она испытывает и о чем думает.

— Ты — мое счастье, сынок. Спасибо, что ты есть у меня, — тихо прошептала Аврора, целуя его в лоб.

— Я всегда буду защищать тебя, мама!

— Теперь у меня есть личная охрана — ты и твой отец! А теперь пойдем дальше! — поставив сына на землю, сказала она. — Я покажу тебе дворец, а затем пойдем в гости к Каюре. Ты же этого хочешь?

— Конечно, мамочка! — Его глаза засияли. — Скорее бы увидеть Каюру и дядю Сабена!

Не спеша они направились дальше.

Ступая по ровной каменной дороге, они миновали площадь Обелиска и прошли мимо ремесленного квартала. Выйдя из района, Хиро увидел длинную дорогу, разделявшую западную и северо-западную улицы. Каменная дорога вела до самого конца, где начиналась огромная стена. Именно эта дорога и разделяла эти улицы. Глядя на север, ребенок увидел вдали большую площадь и аллею на востоке. Мама объяснила ему, что это главная площадь города, где собирается весь народ, когда король Дайго что-то объявляет. А за этой площадью расположен дворец Оркан.

— Мама, смотри, какой он большой! — Хиро опустил руку матери и побежал вперед, стараясь увидеть как можно больше.

Сияющая улыбка не сходила с губ женщины, пока она смотрела, как ее сын бежит вперед.

— Только не упади! — крикнула она ему вслед. — И далеко не убегай!

— Хорошо, мама!

Женщина с нежностью рассмеялась. Пока она тихо шла вперед, ветер развевал ее русые волосы и бежевое платье.

«Я мечтала открыть свой магазинчик, продавать травы и зелья. Но как родился ты, все изменилось. Наверное, все, что ни делается, к лучшему. Я рада, что стала мамой такого замечательного ребенка. Даже когда ты шалил, ты не боялся страшилок про Лабиринт Мук. Как у такой простой женщины, как я, родилось такое прекрасное дитя?» — думала она, ощущая, что быть матерью — высшее благо, ниспосланное ее семье Небесным Д'эйроном.

По пути Аврора увидела беременную женщину, и ее словно перенесло в тот день…

***

Незадолго до рождения Хиро

Одним хмурым и дождливым днем Аврора собралась в лес по пути в Ламарк. Она хотела приготовить любимое мясное блюдо супруга, приправив его особыми травами, которые росли только в тех местах.

«Соберу травы и сделаю его любимое блюдо. Он будет уставшим, когда вернется из башни», — с легкой улыбкой подумала женщина, гладя свой живот.

Не спеша она собралась и направилась в лес. Погода не остановила жену авантюриста. Сквозь белесую пелену дождя она нашла нужное растение — пинемол.

— Он придаст мясу чудесный аромат! — проговорила она, срывая бледно-красный стебель. — Муж будет очень доволен!

Ни о чем не подозревая и полностью поглощенная сбором трав, Аврора не догадывалась, что за ней наблюдают. Внезапный хруст ветки — и женский вопль. Ее повалили на землю и прижали к горлу холодное лезвие ножа. На нее напал разбойник. Его грязная, облезлая одежда скрывала лицо, а противный голос прошипел:

— Ты, смотрю, в положении, дамочка… — Он провел острием по ее шее. — Но это не помешает нашим утехам…

Тело женщины пронзила судорога, словно удар молнии. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Волна страха заставила ее мелко дрожать. Глаза метались по сторонам в судорожном животном ужасе.

«Помогите!» — мысленно кричала она.

Разбойник закрыл ей рот своей грязной ладонью. Казалось, спасения нет. Но ее пальцы нащупали на земле камень. Собрав все силы, Аврора со всего размаху ударила мужчину по голове и, вырвавшись, с криком бросилась бежать.

— На помощь! — кричала она, спотыкаясь о ветки и корни. — Прошу вас, помогите!

Грянул гром, заглушив ее отчаянный крик дождем и ветром. Пока разбойник приходил в себя после удара, Аврора спряталась неподалеку в большом дупле мертвого дерева. Она схватилась за рот руками и дрожала, слезы текли ручьем, но она изо всех сил старалась не выдать себя, мысленно моля о помощи.

— Где ты? — раздался голос разбойника. Он искал ее. — Выходи поиграть! Я тебя не обижу!

«Урод… Мне скоро рожать, — думала она, судорожно обхватив живот. — Авгур…»

Страх сжимал горло, но она держалась, боясь даже пискнуть.

Лес внезапно разорвал истошный крик.

«Что происходит?!» — Аврора не могла понять, что случилось.

Медленно покинув укрытие, она озиралась по сторонам. Она осторожно двинулась назад, раздвигая мокрые ветви, — и тут же вскрикнула, задрожав от ужаса. На земле лежал тот самый мужчина. Его живот был вспорот, а рука в немой агонии тянулась вверх, словно пытаясь что-то сказать или ухватиться за жизнь. Ошеломленная и перепуганная еще больше, Аврора изо всех сил побежала домой.