Апокалипсис Алисы

Алиса обнаружила, что висит ничком на широком плече идущего мужчины. Тело пульсировало тупой болью. Мужчина шагал тяжело, но удивительно правильно, измеряя циклы вдохов и выдохов с точностью метронома. Так дышат под экстремальной нагрузкой профессиональные спортсмены, спасатели или военные.

Паника, смешалась с остатками выжженного биомаяка и зудом измученных нервов. Взорвалась в груди. Алиса дернулась, забилась, пытаясь высвободиться из железного захвата. И с хрипом скатилась с его плеча.

Она полетела вниз, больно ударившись бедром о крошево из битого бетона. Оказавшись в куче какого-то подземного мусора с пятнами солоноватой жижи, Алиса мгновенно съежилась, подтянув колени к подбородку. Как загнанный зверек. Ее янтарные глаза лихорадочно блестели, слегка щурясь в тусклом, широком луче налобного фонаря, который нес на себе незнакомец. Как у дикой кошки.

Мужчина остановился. Луч света на секунду мазнул по потолку тоннеля, заросшему серыми сталактитами, и опустился на пол. Плавным, привычным движением он снял со второго плеча серый массивный тактический рюкзак. И аккуратно поставил его на относительно сухое возвышение расколотой плиты. Неторопливо, восстанавливая сбитое сопротивлением Алисы дыхание, он опустился на землю рядом со своим снаряжением.

Отвернись — и забудешь. Тот самый конвоир с невыразительным лицом-маской из коллектора. Лишь рваный след от ее зубов на рукаве над запястьем, напоминал о том, что произошло до ее обморока.

Он посмотрел на нее спокойно.

— Здравствуй, — произнес негромко, и его голос глухим эхом покатился по огромной бетонной трубе. — Я Дэн Оливер, Служба Охраны Порядка Тихоокеанской Федерации. Хорошо, что ты пришла в себя. У нас мало времени. Нам нужно пройти семьдесят километров за семь дней. И уйти в отрыв от мятежников хотя бы на сутки. Сейчас идти надо быстро.

Алиса молчала. Она отползла к стене и вжалась спиной в мокрую стену. Не двигаясь и едва дыша спертым воздухом ловушки. Каждая клеточка ее тела кричала об опасности.

Мужчина слегка повернул голову, уводя от нее луч фонаря:

— Не бойся. Я выведу тебя из слепой зоны. Как только мы выберемся в зону связи, Лидер зафиксирует мой статус и вышлет штурмовой отряд СОП для эвакуации.

Алиса ожесточенно покачала головой. В ее горле пересохло, но голос прозвучал на удивление твердо, с ледяным безразличием:

— Ни в какой СОП я не пойду. Я сыта по горло вашим идеальным миром. Я устала от бессмысленных, бесконечных допросов. Если нужно — убивай прямо здесь. Мне все равно. Я ничего не знаю про ваши ЦР, Федерации или Антарктиду. Мне нечего сказать ни Сопротивлению, ни Лидеру, ни твоему СОП, ни тебе.

Дэн Оливер молча посмотрел на свою покусанную руку, затем перевел взгляд на Алису. На его невыразительном лице промелькнула тень усталости.

— Если бы мне нужно было тебя убить, Алиса, я бы не тащил тебя на себе через три обвальных сектора, — сухо ответил он. — Я бы просто оставил тебя в камере Допросного Блока. Или ушел бы один, оставив тебя здесь. Знаешь, что происходит с человеком, который остается один в аварийном тоннеле маглева под Торресовым проливом?

Он обвел лучом фонаря влажные, покрытые плесенью стены.

— Здесь стопроцентная влажность и карманы углекислого газа в низинах. Без специального фильтра и приборов ты потеряешь сознание через пару километров. От асфиксии. Вода под ногами — океанская, соленая. Без пресной воды в этой бане ты загнешься от обезвоживания на третьи сутки. Предварительно содрав кожу на ногах до мяса из-за соли. А если повезет не задохнуться, тебя найдут мятежники. И вернут в Допросный Блок. Так что вставай. Мы уходим.

Алису непроизвольно передёрнуло от его слов. Кожа резко покрылась мурашками, но мрачные перспективы не испугали её так, как ожидал этот солдат. Зря он думал, будто она покорно будет ждать три дня, чтобы медленно и мучительно умереть. Если ситуация станет совсем невыносимой, Земля Полночи научила её другим способам оборвать мучения.

Она смерила его долгим недоверчивым взглядом и спросила:

— Зачем терминаторам-киллерам меня спасать? Лидер ведь зовёт вас Т-киллерами, верно?

Дэн Оливер коротко вздохнул.

— Отчасти. Верно, что мы Т-киллеры. Но не терминаторы. Мы — тимус-киллеры. Скорее даже, тимус-лимфоциты. Иммунные клетки Системы. Если ты не биологическая угроза и не зараза, то по протоколу «Гомеостаз» мы обязаны тебя спасти. Ты ведь не зараза, Алиса?

Девушка растерянно замотала головой, сбрасывая оцепенение.

Дэн кивнул, расстегнул замок рюкзака и начал доставать оттуда когда-то бывшие белыми вещи. Он разложил их прямо на сухом бетоне рядом с собой. Плотные гладкие толстые носки, похожие на упругий трикотаж. Высокие военные ботинки с массивной амортизирующей подошвой. Комплект термобелья. Тактический серый костюм с защитой локтей и коленей.

— Тогда одевайся. Я отвернусь, — Дэн поднялся во весь рост. — Если не успеем выйти из слепой зоны за семь дней, то умрём здесь оба. Моей изначальной задачей была разведка базы и поиск тебя, а вовсе не спасательная операция с побегом. Пришлось собираться наспех, взял только самое необходимое.

Он пристроил рюкзак на спине и сделал несколько шагов в темноту, демонстративно повернувшись к ней спиной.

Алиса осторожно поднялась и пересела на бетон рядом с вещами. В ее голове бешено крутились мысли. Верить ему или нет? С одной стороны — он спас ее от страшных пыток, рискуя жизнью, и выжег маяк мятежников. С другой — он открыто назвал себя карательным органом Лидера, пусть и с приставкой «иммунный». Но логика подсказывала, что в мокрой одежде и без нормальной обуви она не протянет здесь и нескольких часов.

Стиснув зубы от ноющей боли в теле, она быстро сбросила влажные вещи и начала натягивать на себя снаряжение Тихоокеанской Федерации. Ткань оказалась удивительно приятной и сухой. И сразу начала возвращать психологический комфорт.

— Готова, — негромко отчиталась она через несколько минут.

Дэн повернулся, шагнул к ней:

— Идем...

Он резко осекся на полуслове, и на его невыразительном лице впервые отразилось что-то похожее на искреннее недоумение.

- Сколько тебе лет? – морщась, спросил он, - ты умудрилась надеть неправильно почти все.

Вздохнул и опустился перед ней на корточки. И принялся быстро, профессионально переделывать ее работу. Его жесткие пальцы двигались со скоростью автомата. Он переобувал её, затягивал фиксаторы и подгонял на ней лямки защитного костюма. Заставил несколько раз присесть, нагнуться и попрыгать.

Потом попытался выкинуть ее вещи. Но Алиса не позволила. Она не готова была расстаться со своими артефактами. Долго спорить с ней он не стал, достал из рюкзака мятый пакет и протянул ей.

— Смотри под ноги, — негромко инструктировал он, идя впереди, когда они, наконец, двинулись вперед по заброшенному тоннелю маглева. — Ступай только по моим следам. В низинах скапливается углекислый газ — если почувствуешь одышку или головокружение, сразу говори. Стены не трогай, плесень токсична.

Они шли уже несколько часов. Темнота вокруг была абсолютной, её разрезал только мощный луч налобного фонаря Дэна. Вскоре Алиса начала дико уставать. Тяжелая влажность действовала как медленный яд — сердце бешено колотилось, термобелье взмокло от высокой интенсивности движения, а ноги налились свинцом. Она стала спотыкаться о бетонное крошево и покореженную арматуру, скрытую под слоем соленой воды.

Дэн ждал ее и терпеливо подхватывал под локоть, помогая удерживать равновесие. И буквально перетаскивал через крупные завалы. Но когда Алиса в очередной раз едва не рухнула лицом в лужу, он остановился.

— Привал, — скомандовал Т-киллер.

Он усадил её на относительно сухой выступ, быстро достал из рюкзака легкий герметичный пакет с сухим пайком и флягу с тоником.

— Пей маленькими глотками. Съешь витаминный концентрат, он вернет глюкозу в кровь и потраченные калории, — Дэн покопался в рюкзаке и выдал ей фонарик, полотенце и изотермическое одеяло, - белье выжми как можно сильнее. Или давай я выжму.

Алиса решила, что стесняться «иммунную систему» в кризисной ситуации глупо и отдала ему все влажные вещи, вытираясь и закутываясь в одеяло. Парень, ничуть не стесняясь, повторил все операции со своей одеждой. Сказав, что через полчаса все высохнет само. Потом они молча ели.

Через полчаса он оделся, вскинул рюкзак на плечи, пристроил свой странный белый пульт в карман на бедре и спросил:

- Сама оденешься? – уточнил он.

- Да, - вяло пообещала девушка.

- Оставайся на месте. Не включай яркий свет, не издавай ни звука. Я должен вернуться назад на полтора километра к технологической сбойке и сделать ловушку. Твое исчезновение уже обнаружено. Они идут по следу.

Затем стремительно растворился во тьме тоннеля, оставив Алису в полном одиночестве. Вокруг нее сомкнулась звенящая, давящая тишина заброшенного подземного мира. Алиса положила рядом фонарик, на самом слабом режиме. Одевалась медленно и педантично, боясь ошибиться. Потом села обратно на бетон. Взяла флягу, сделала глоток. И осталась наедине со своими путающимися мыслями. Пытаясь осознать, как её жизнь всего за несколько дней превратилась в подземный марафон на выживание.

Тьма, оставшаяся после ухода Дэна, оказалась не просто отсутствием света. Она была осязаемой, тяжелой, как мокрое одеяло, и давила на глазные яблоки с физической силой. Алиса сидела неподвижно, боясь пошевелиться. Каждый звук казался кощунственно громким в этой апокалипсической могиле.

Мысли, которые на ходу удавалось глушить усталостью, теперь хлынули сплошным, неуправляемым потоком.

Близ. Грудь сдавило так, словно туда залили тот самый расплавленный свинец, которым Дэн выжигал биомаяк. Ее персональный трудолюбивый ИИ-ассистент, собранный из гигабайтов земных воспоминаний и голосов родных. Его больше нет. Лидер хладнокровно сжег его, стер как вредоносный файл, едва ее бесчувственное тело коснулось порога первого форпоста мятежников. Вместе с Близом сгорела вся ее прошлая жизнь, вся та хрупкая цифровая память, которая доказывала: Земля Полночи ей не приснилась.

Алиса судорожно сжала ладони. Коля. Как он там, на той стороне бесконечной бездны? Квантовая связь близнецов была обоюдоострым мечом. Если ей было так плохо, когда Лидер дырявил метрику пространства-времени в ее поисках на Земле Полдня, то что чувствовал брат, не имея возможности соединения сети? Жив ли он вообще? Или ее биологический шок убил его, разорвав их общую невидимую нить? Ответа не было. Была только тянущая тоска в груди, указывающая куда-то вверх, сквозь толщу плит и давящий сверху океан.

Что делает Андрей? Он ведь не сможет сидеть, сложа руки. Он будет ее искать. Но, не найдет. И Лидер ему не поможет. Не толкнет ли ее исчезновение любимого и друзей из Гаражного Клуба в секту мятежников?

Алиса замотала головой, прогоняя нелепую мысль. Они не Кира, они умнее. Дао логоса – это то, что влекло ее к Андрею как мотылька к фонарю. Его невообразимый путь воина сквозь рациональное к интуитивному. Он был похож на Кольчика, но Колин путь воина был противоположным. И только отказ от излишнего умствования объединял их пути.

И посреди этого ментального пепелища маячила высокая фигура Дэна Оливера. Т-киллер. Тимус-киллер. Лимфоцит Лидера с лицом, которое стирается из памяти через секунду. Можно ли ему верить? Он говорит, что спасает ее по протоколу «Гомеостаз», потому что она «не зараза». Но что будет, когда он выведет ее к СОП? Новые допросы? Стерильные удобные камеры, где Лидер будет издеваться над ней своими тестами, пока ее IQ не упадет до 0,8 процентов? Дэн казался честным в своей сухой, профессиональной исполнительности, но он оставался частью Лидера. Оружием в руках машины. А может, ей все же стоит посетить Антарктиду? Она ведь не так и далеко от Австралии, куда ее занесло.

По историям Иды Нес это довольное суровое место. Но зато там естественная слепая зона Лидера. И там всяко лучше, чем здесь.

Алиса обвела невидящим взглядом сырую пустоту. Ее гуманитарный мозг, всегда стремившийся к метафорическому хаосу, и выживавший за счет него в волчьем мире Земли Полночи, сейчас пасовал перед сугубо практическим, пугающим хаосом этого места. Куда Дэн ее тащит? В Австралию или Новую Гвинею? Она знала лишь, что это какой-то бесконечный ад. Дышалось тяжело. Воздух казался густым, как кисель.

А еще Дэн ушел ставить ловушку. Но как вообще работают взрывы в таких замкнутых подземных норах? Алиса смутно помнила из голливудских боевиков, что в пещерах и тоннелях все грохочет и рушится. Если этот солдат бабахнет чем-то серьезным, не похоронит ли это их здесь заживо? Не обрушится ли океан прямо им на головы? Чем вообще можно воевать в такой тесноте, чтобы не совершить самоубийство?

Она надеялась, что высокие технологии Земли Полдня позволяли людям убивать друг друга экологично и тихо, без порохового дыма и грохота. К тому же Дэн, как опытный диверсант, явно умел импровизировать. Возможно, он пошел делать то, что на Земле Полночи назвали бы «вьетнамскими ловушками». Мусора здесь достаточно, чтобы соорудить смертельные, бесшумные капканы, которые сработают без единого грамма взрывчатки.

Но чем ответят мятежники? У Сопротивления явный напряг с высокими технологиями Лидера. В их аналоговом бункере все держалось на ручном труде. Вряд ли у них есть импульсное оружие, как у Дэна. Неужели они погонятся за ними с примитивными луками и стрелами? Алиса попыталась представить бледных, изможденных техников с самодельными арбалетами из рессор, пускающих тяжелые металлические болты во тьму. Это выглядело бы дико, средневеково, если бы не было так пугающе реально. В узких бетонных кишках технических отсеков стрела или бесшумный дротик с ядом гидропонных грибов могли оказаться не менее смертоносными, чем Т-киллер. Для бесшумного убийства в темноте архаичное оружие подходило идеально. Мятежники воевали энтропией и хаосом, и этот хаос сейчас шел по ее душу.

Усталость навалилась свинцовой плитой. Тяжелый, влажный воздух вытягивал из Алисы последние силы, и ее сознание начало медленно соскальзывать в липкую, тревожную дремоту. Сама того не замечая, она начала клониться вперед, роняя голову на колени.

Внезапно темнота ожила. Чья-то массивная тень бесшумно соткалась из черного воздуха, и жесткая ладонь намертво залепила ей рот, пресекая готовый сорваться крик. Алиса дико дернулась, но стальная хватка прижала ее к твердому телу.

— Это я, — раздался прямо над ухом тихий, ровный голос Дэна. Фонарь на его лбу был выключен. — Надо было заранее договориться об опознавательных знаках, но времени совсем не было. Не кусайся.

Он медленно убрал руку, позволяя ей судорожно вздохнуть. Алиса развернулась, сердито и испуганно уставившись в темноту, где смутно угадывался его силуэт.

— Запомни. Кричать здесь нельзя, — жестко прошептал Дэн, садясь на корточки рядом с ней. — Геометрия тоннеля работает как идеальный акустический рупор. Любой громкий звук разносится по этой трубе на километры. Если преследователи услышат твой крик, они срежут угол по технологическим сбойкам. Поэтому держи при себе ту тряпку, что я дал, или хотя бы рукав куртки. Если приспичит покричать — сунь в зубы и терпи.

Он сделал короткую паузу, прислушиваясь к далекому гулу, и продолжил:

— Давай установим правило. Когда я буду уходить и возвращаться, я подам опознавательный знак — два коротких щелчка ИШК. Вот так.

Он достал свою белую импульсную коробочку. И продемонстрировал звук.

- Запомнила? У мятежников Интегрированных Шоковых Контуров нет. Они с биометрическим замком и убивают чужака при активации.

- Запомнила.

- Так вот. Когда я буду возвращаться, будет два коротких щелчка ИШК, и после паузы еще два. Услышишь это — сиди тихо, это я. Но если к тебе придет кто-то другой, без этого знака… вот тогда кричи изо всех сил. Чтобы я из любого конца сектора понял, что ты в опасности, и успел вовремя. Поняла?

Алиса судорожно кивнула, сглатывая застрявший в горле ком. Забыв о том, что в темноте он может не увидеть кивка. Гнетущая атмосфера, давящие стены и этот жуткий инструктаж окончательно доконали ее. Она обняла себя за плечи и глухо произнесла:

— Да. Дэн… где мы вообще находимся? Что это за адское место?

Парень щелкнул тумблером, включив налобный фонарь на самый минимальный, рассеянный режим. Тусклый свет выхватил капли воды, бегущие по потолку.

— Мы в гидротехническом тоннеле под Торресовым проливом, — спокойно ответил он. — пятьдесят метров под землей и под водой. Между Новогвинейским федеральным округом Экваториальной Федерации и материковой частью Тихоокеанской Федерации. Около ста лет назад здесь пролегала межконтинентальная ветка сверхскоростного маглева. Потом начались тектонические сдвиги. Плиты поползли, и сорвало затворы одного из центральных узлов. Тоннель частично затопил океан. Лидер несколько раз пытался восстановить объект, загонял сюда строительных дронов. Но в итоге признал проект нерентабельным и законсервировал сектор. Мятежники выстроили слепую зону и устроили здесь свою базу Квинсленд.

Алиса нахмурилась, переваривая масштаб катастрофы. Она посмотрела на его спокойное лицо и зацепилась за другую деталь, которая давно не давала ей покоя:

— Подожди… Если ты офицер Тихоокеанской Федерации, то почему ты так хорошо, практически без акцента, говоришь по-русски?

Дэн Оливер засунул ИШК обратно в карман на бедре и пожал плечами:

— Потому что я Т-киллер. Иммунная система обязана распознавать любую единицу в Глобальном Контуре. В программу подготовки СОП входит обязательное, абсолютное знание всех четырех официальных языков планетарного контура Геи: русского, английского, китайского и испанского. Без этого нас просто не выпускают в полевую работу. А теперь поднимайся. Твои бывшие друзья уже обошли мою первую ловушку. Нам пора уходить.

Они снова шли, проваливаясь по щиколотку в тяжелую, солоноватую жижу. Свет налобного фонаря Дэна теперь был опущен строго под ноги, выхватывая из темноты осклизлые куски кабелей. Гнетущее молчание заброшенного тоннеля давило на психику. Шаги Дэна Оливера казались Алисе слишком громкими, почти вызывающими.

Внезапно его ровный голос нарушил тишину:

— Чем ты их так выбесила, что они резко свернули программу вербовки и решили перевести тебя в Допросный Блок? – спросил спутник, не оборачиваясь.

Алиса мгновенно подобралась, внутри нее сработал защитный рефлекс. Она настороженно сощурила глаза в его спину:

— Это допрос, офицер Оливер? Сбор данных для Лидера?

— Нет, — ответил Дэн продолжая размеренно шагать вперед, — Просто скучно. Скучно идти семьдесят километров под землей в полной тишине.

Алиса помолчала, взвешивая его слова. Скрывать ей, по сути, было уже нечего, а идти молча было действительно неуютно.

— Они решили, что я Т-киллер, — призналась она.

Дэн на секунду сбился с шага, но тут же восстановил ритм. Он тихо, удивленно присвистнул во тьму:

— Шутишь? Ты?

— Какие уж тут шутки, — горько возразила Алиса, — Они абсолютно в этом уверены.

— И почему же они так решили? — в голосе Оливера впервые прорезался живой, неподдельный интерес.

— Потому что я оказалась для них ходячей черной меткой, — Алиса вздохнула, превозмогая усталость. — Куда бы мятежники меня ни принесли, на какой бы секретный форпост ни спрятали — за мной по пятам тут же является СОП. Файнер кричал, что для Лидера больше нет слепых пятен и я тому причина.

Дэн слегка качнул головой, и луч его фонаря мазнул по покрытому соляными кристаллами своду:

— Бывают же совпадения. Значит, СОП ТОФ сработала четче, чем обычно.

— Это не совпадения, — жестко отрезала Алиса. — Лидер разве тебе ничего не сказал, когда отправлял на задание?

— Нет, — равнодушно ответил Дэн. — Лидер просто выгрузил экстренную ориентировку во все ПУЛы СОП. Задача — найти и эвакуировать объект. За одни-двое суток вряд ли кто-то успел бы провести разведку и доложить. Физически не хватило бы времени.

— Да ему никто и не докладывал, — Алиса горько усмехнулась, переступая через большой обломок чего-то темного. — Он сам меня находил.

Дэн остановился так резко, что она едва не врезалась в его широкую спину. Он повернулся к ней, и мазнувший луч фонаря ослепил её, заставив зажмуриться.

— Это технически невозможно, — в его ровном голосе проступил категорический скепсис. — Если бы Лидер разработал алгоритм нейтрализации анти-ПУЛов Сопротивления, мы бы знали. Штурмовые бригады уже давно зачистили бы этот сектор.

И тогда Алису прорвало. Усталость, злость и непреходящее горе от потерь перевесили ее осторожность. Щадя его уши, она негромко, но остекленевшим от боли голосом выдала ему свою настоящую историю. Рассказала про квантовую запутанность с братом-близнецом Колей. Про пробои метрики пространства-времени. Про то, как бедный Близ работал вторым якорем для кротовых нор. Она говорила быстро, путаясь в терминах, но Дэн слушал, не перебивая, стоя перед ней как статуя.

— И если Близа действительно сжег твой Лидер, — закончила Алиса, тяжело дыша и глядя прямо в фонарь на его лбу, — то я его искренне, всей душой ненавижу. Понял?

Дэн молчал несколько долгих секунд. Затем повернулся и снова пошел вперед.

— Идем, — бросил он через плечо.

Дальше они продвигались в абсолютном, тяжелом безмолвии. Алиса шла, и с каждым шагом ее мозг, вынырнувший из эмоционального шторма, устраивал ей настоящую ментальную порку. «Идиотка, — панически думала она, кусая губы. — Ну кто, кто тянул тебя за твой дурацкий язык?!? Ты только что открыто призналась в ненависти к Лидеру его самому верному, исполнительному миньону. Ты настроила против себя единственного человека, который прямо сейчас тащит тебя на себе из этой могилы!» Ей казалось, что теперь Дэн точно пристрелит ее, как опасный деструктивный элемент. Или сбежит.

Глава 24

Спустя еще два часа изнурительного марша, когда ноги Алисы начали подкашиваться от изнеможения, Дэн остановился у полуразрушенной технической ниши.

— Привал. Ночевка, — скомандовал он привычным сухим тоном.

Он помог ей забраться на относительно сухой уступ. Вытащил из рюкзака изоодеяло и бросил ей на колени. Потом помог выжать вещи.

— Сиди здесь. Я ухожу готовить безопасный периметр и ставить сигнальные маркеры. Помни про опознавательный знак.

Он выключил свой фонарь и мгновенно растворился в темноте. Алиса осталась одна, завернувшись в шуршащую фольгу одеяла. Ожидая пока высохнут вещи. Сердце бешено стучало в груди, а в голове билась одна и та же мысль: вернется ли этот Т-киллер за ней вообще после того, что она ему наговорила? Или оставит подыхать в темноте? И она задышала своим «велосипедным дыханием». Потом стала сосредоточенно одеваться.

Но Дэн вернулся. Спокойный, бесшумный, пахнущий солью.

Алиса, все еще правильно дыша, подняла на него полные горького стыда глаза.

— Ты… — тихо начала она, не сводя с него уязвимого взгляда. — ты не злишься на меня? За то, что я сказала про Лидера. Я не стала заразой?

— Твои дела с Лидером меня не касаются, — равнодушно отозвался он. — Ты не зараза и моя задача - вывести тебя из слепой зоны.

Алиса ошеломленно замолчала. Его ответ не был похож на великодушие, но в нем не было и угрозы. Лояльный Т-киллер не собирался судить объект своего гомеостаза — он просто выполнял приказ, оставляя её ненависть за пределами рабочего протокола.

Тьма в гидротехническом тоннеле была фикцией. Стоило выключить налобный фонарь, как пространство вокруг наполнялось чуждым, слепым движением.

Алиса сидела на холодном выступе технической ниши, чувствуя, как удушливая баня пролива вытягивает из неё последние силы. Воздух пах ржавым железом и мокрым мелом. Термобелье уже не спасало от липкого чувства сырости. Но хуже всего были постоянные едва уловимые гул и шорох, похожие на галлюцинации.