Читать книгу Развод с генералом. Ты скучал по другой (Олеся Руданская) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Развод с генералом. Ты скучал по другой
Развод с генералом. Ты скучал по другой
Оценить:

4

Полная версия:

Развод с генералом. Ты скучал по другой

— За все, что сделал.

— Паша, я не могу сейчас разговаривать.

— Я понимаю.

Он остался стоять.

— Ты мне когда-нибудь простишь? — спросил он.

Мне хотелось ответить, что да.

Очень хотелось.

Сказать, что мы еще разберемся, что я постараюсь, что не нужно ему так волноваться. Успокоить, как делала много лет подряд.

Я посмотрела на мужа.

— Я не знаю.

Он медленно кивнул.

— Хорошо.

Павел прикрыл дверь.

Через несколько минут щелкнул выключатель, и полоска света под дверью исчезла.

Я легла и долго смотрела в потолок.

Утром зазвонил будильник.

Тот самый, который я поставила еще вчера, собираясь заняться работой.

Я выключила его и некоторое время лежала неподвижно.

Было странно проснуться в своей квартире и не понимать, как провести обычный день.

За окном светило солнце. На улице кто-то стриг траву. С нижнего этажа доносился шум ремонта.

Я встала, переоделась и вышла на кухню.

Павел сидел за столом с чашкой чая.

Он поднял голову.

— Доброе утро.

Я не ответила сразу.

Потом сказала:

— Доброе.

На столе лежали два ломтика хлеба и открытая пачка сыра. Видимо, он сам приготовил завтрак.

Это было совершенно обычное зрелище. Но я вдруг подумала, что годами автоматически принимала на себя множество мелких дел, хотя Павел умел делать их самостоятельно.

Я включила кофемашину.

Он следил за мной.

— Ты спала?

— Немного.

— Я тоже.

Раньше я спросила бы, сколько часов, не болела ли спина, как он себя чувствует. Сегодня не смогла.

Павел отодвинул чашку.

— Давай поговорим спокойно.

— Мы вчера разговаривали.

— Я хочу, чтобы ты меня услышала.

Я поставила кофе на стол.

— Я тебя услышала, Паша.

— Тогда почему ты ведешь себя так, будто я тебе чужой?

Я посмотрела на него.

Он почти сразу отвел взгляд.

— Неудачно сказал.

— Да.

Павел потер переносицу.

— Я всю ночь думал. Я понимаю, что тебе больно. Но у нас двадцать четыре года за плечами.

— Я знаю, сколько мы женаты.

— Разве все хорошее можно просто перечеркнуть?

Я села напротив.

— Это ты у меня спрашиваешь?

Он замолчал.

Мне хотелось объяснить, что я не собиралась ничего перечеркивать. Что вчера, до его признания, у меня было множество хороших воспоминаний, которые я берегла.

Но теперь каждое из них приходилось рассматривать заново.

Я не знала, где между нашими семейными праздниками, поездками и разговорами находилась другая женщина.

— Когда мы в прошлом году собирались в театр, — спросила я, — ты сказал, что тебя вызвали по работе. Ты тогда был с ней?

Павел нахмурился.

— Какой театр?

— Мы купили билеты на субботу. Ты попросил отдать их Наташе.

Он некоторое время вспоминал.

— Кажется, тогда действительно было совещание.

— Кажется?

— Вера, я не помню все даты.

Я отвернулась.

Возможно, он говорил правду. Возможно, нет.

Я могла провести ближайшие месяцы, перебирая каждую его поездку за последние три года. Спрашивать, с кем он был, куда ходил, что говорил.

И все равно никогда не узнать всего.

— Мне нужно работать, — сказала я.

— Я тебе мешаю?

— Сейчас нет.

Павел поднялся.

— Тогда не буду.

Он забрал чашку и ушел в спальню.

Я открыла ноутбук.

На экране оставалась вчерашняя таблица. В ячейках стояли суммы, которые нужно было проверить и перенести в отчет.

Я посмотрела на первую строку.

Потом на вторую.

Через десять минут обнаружила, что уже три раза сверяю одну и ту же цифру.

Сохранила файл и встала.

В квартире было тихо.

Павел лежал в спальне. Дверь была приоткрыта, но я не стала заглядывать.

Вернулась к столу и снова открыла документы.

К полудню удалось закончить один небольшой расчет. Я проверила его дважды, отправила клиенту и почувствовала огромное облегчение.

Почти сразу зазвонил телефон.

— Вер, привет, — сказала Наталья. — Я не вовремя?

Я посмотрела на закрытую дверь спальни.

— Нет.

— Ты по поводу мастерской подумала?

Я хотела сказать, что сейчас мне не до новых клиентов.

Но внезапно поняла: если останусь дома и буду целыми днями думать о Павле, легче не станет.

Работа была единственным делом, в котором я хотя бы примерно знала, что нужно делать.

— Подумала, — ответила я. — Давай сначала узнаем объем.

— Хорошо. Я передам твой номер.

— Наташ...

Она помолчала.

— Что?

Я открыла рот и не смогла произнести ничего связного.

Из спальни донесся короткий кашель Павла.

Я встала и вышла на балкон, прикрыв за собой дверь.

— Вера? — позвала Наталья.

— Паша мне изменял.

На другом конце стало тихо.

Я смотрела на двор. Возле детской площадки молодая женщина поправляла коляску. Рядом шел мальчик в зеленой кепке и что-то настойчиво ей рассказывал.

— Ты сейчас одна? — спросила Наталья.

— Павел дома.

— Давно узнала?

— Вчера.

— Господи.

Я потерла ладонью лицо.

— Три года, Наташ. Три года.

Она не стала спрашивать, уверена ли я. Не предложила проверить телефон мужа или найти любовницу.

— Ты хочешь, чтобы я приехала?

Я подумала.

— Пока нет.

— Хорошо. Могу вечером.

— Не знаю, что мне делать.

— Ты ела сегодня?

Я вспомнила остывший кофе, так и оставшийся на кухонном столе.

— Кажется.

— Вер.

— Не начинай.

— Ладно. Не буду.

Мы немного помолчали.

Потом я спросила:

— Ты знаешь кого-нибудь, кто сдает квартиру?

Наталья не ответила сразу.

— Снять хочешь?

— Да.

— Насовсем?

— Пока не знаю.

Я прислонилась плечом к стене.

— Мне нужно пожить отдельно. Я не могу с ним сейчас находиться в одной квартире.

— У меня соседка недавно уехала к дочери. Ее квартира пустая. Она как раз говорила, что хотела бы сдать на полгода.

— Где?

Наталья назвала район.

Я знала этот дом. Обычная девятиэтажка, недалеко от остановки. Ничего особенного, но до центра можно было доехать без пересадок.

— Сколько просит?

— Сейчас уточню.

— И что там с мебелью?

— Стол есть, диван, шкаф. Кухня нормальная. Я там была.

Я вспомнила синюю Дашину резинку, которую вчера держала в ладони, и крепче прижала телефон к уху.

— Наташ, я не хочу, чтобы ты решила, будто я уже все продумала.

— Я так не решила.

— Я до сих пор не понимаю, как это произошло.

— Про квартиру просто узнаю. Посмотришь, а потом решишь.

Я выдохнула.

— Спасибо.

— И по мастерской не переживай. Если не захочешь, я им другого человека найду.

— Нет. Я хочу хотя бы встретиться и поговорить.

— Хорошо.

Она немного помолчала.

— Вера, ты можешь мне позвонить вечером. Даже если ничего нового не случится.

Я кивнула, хотя она меня не видела.

— Позвоню.

После разговора я еще несколько минут стояла на балконе.

Двор постепенно пустел. Женщина с коляской ушла, дворник собрал траву в большие черные мешки.

Из квартиры послышались шаги.

Я вошла.

Павел стоял возле холодильника.

— С кем разговаривала?

— С Наташей.

— О чем?

Раньше я без раздумий рассказала бы все.

Сейчас положила телефон на стол.

— О работе.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Ты ей сказала?

Я не стала делать вид, что не поняла.

— Да.

Павел закрыл холодильник.

— Зачем?

— Мне нужно с кем-то поговорить.

— Ты могла поговорить со мной.

Я уставилась на него.

— Мы вчера разговаривали несколько часов.

— Я имею в виду, если тебе плохо.

Мне захотелось рассмеяться, но я удержалась.

— А ты правда думаешь, что сейчас можешь меня утешить?

Павел опустил глаза.

— Я не хотел, чтобы об этом знали посторонние.

— Наташа моя подруга. Мы знакомы больше двадцати лет.

— Я знаю.

— И она не посторонняя.

Он не стал спорить.

Открыл холодильник, достал контейнер с оставшейся рыбой и поставил на стол.

— Будешь обедать?

Я посмотрела на него.

Еще вчера этот вопрос показался бы мне проявлением заботы.

Сегодня он прозвучал настолько обычно, что у меня защипало в глазах.

— Нет, спасибо.

— Ты почти ничего не ела.

— Я потом поем.

Павел поставил контейнер обратно.

— Вер, мы так долго не выдержим.

Я медленно села.

— Как именно?

— Ты не смотришь на меня, не разговариваешь. Я понимаю, что виноват, но...

— Еще и суток не прошло.

— Я знаю.

— Ты вчера вечером рассказал мне, что три года жил с другой женщиной. А сегодня уже говоришь, что мы долго так не выдержим.

— Я сказал, что встречался с ней. Не жил.

Я подняла глаза.

Он понял, что поправил не то.

— Извини.

Я посмотрела на холодильник.

— Ты не представляешь, как мне сейчас трудно находиться здесь.

— Это наш дом.

— Именно.

Павел опустился на стул.

— Ты думаешь уйти?

Я молчала.

Он долго смотрел на меня.

— Вера?

— Да.

Его лицо изменилось.

— Куда?

— Пока не знаю. Хочу снять квартиру.

— Зачем?

Я не сразу нашла слова.

— Мне нужно пространство, в котором я не буду каждую минуту вспоминать вчерашний разговор.

Павел потер руки.

— Можно я уеду на несколько дней? Ты останешься дома.

Я посмотрела на него.

Он впервые предложил что-то, что не требовало от меня усилий.

Но мне уже хотелось уйти самой.

— Нет, Паш. Я хочу пожить отдельно.

— Ты собираешься разводиться?

Слово снова прозвучало между нами.

Я не ответила сразу.

Я ведь действительно еще не решила окончательно. Вчера не могла даже представить себя без Павла. Сегодня уже искала отдельное жилье.

Мне было страшно от того, как быстро менялась жизнь.

— Я не знаю, что будет дальше, — сказала я. — Но сейчас оставаться не могу.

Павел кивнул, потом поднялся.

— Хорошо. Давай хотя бы пару дней не будем принимать решений.

Я посмотрела на него.

— Ты сам спросил.

— Я спрашивал, что ты собираешься делать.

— Я ответила.

Он отвернулся.

Я видела, что ему тяжело. И мне снова захотелось подойти, положить руку на плечо, сказать, что все не так страшно.

Но я осталась сидеть.

Вечером я вышла из дома.

Сказала Павлу, что хочу прогуляться. Он предложил подвезти, но я отказалась.

На улице было тепло. После дождя пахло мокрой землей и молодой листвой.

Я шла без определенной цели. Сначала по нашей улице, потом свернула к небольшому скверу. На скамейке сидели две женщины с пакетами, рядом мальчишки гоняли мяч.

Обычный весенний вечер.

Я зашла в небольшую кофейню, взяла кофе и села у окна.

Телефон лежал передо мной.

Наталья прислала адрес квартиры, несколько фотографий и предполагаемую стоимость аренды.

«Хозяйка будет дома послезавтра. Можешь посмотреть после обеда».

Я увеличила фотографию.

Небольшая кухня. Светлые шкафчики, узкий стол возле окна. В комнате раскладной диван, письменный стол, шкаф и телевизор на тумбе.

Все выглядело чистым, немного безликим.

На одной фотографии была открытая форточка. За окном росла береза.

Я поймала себя на мысли, что за этим столом можно работать.

Потом подумала, куда положу документы, где буду хранить рабочие папки.

На эти вопросы я хотя бы могла ответить.

Я написала Наталье:

«Посмотрю».

Через минуту она ответила:

«Позвоню хозяйке».

Я убрала телефон и стала пить кофе.

Он оказался слишком горячим. Я обожгла язык и поставила стакан на стол.

Впервые за сутки мне захотелось пожаловаться на что-то совершенно незначительное.

Раньше я позвонила бы Павлу.

Рассказала, что купила ужасный кофе, спросила, что он хочет на ужин, уточнила, не нужно ли зайти в аптеку.

Я сидела у окна и представляла, как наберу его номер.

Он ответит. Спросит, где я. Возможно, предложит приехать. Я услышу знакомый голос.

И на несколько минут мы снова станем обычными супругами.

Я взяла телефон.

Открыла нашу переписку.

Последним моим сообщением было вчерашнее «Скучаю».

Павел на него не ответил.

Я долго смотрела на эту строчку.

Потом закрыла переписку и убрала телефон.

Домой вернулась около девяти.

Павел сидел в гостиной. Телевизор работал без звука.

На столике стояли стакан воды и упаковка лекарства, назначенного специалистом.

Я заметила их сразу.

Несколько месяцев я знала, где лежали его назначения, когда был следующий прием, что нужно купить в аптеке. Сейчас даже вид упаковки отозвался тревогой.

Павел выключил телевизор.

— Где была?

— Гуляла.

— Долго.

— Да.

Я сняла куртку.

Он поднялся.

— Я подумал, может, куда-нибудь вместе съездим. Не на рыбалку. Просто на выходные. Ты ведь давно хотела.

Я посмотрела на него.

— Куда?

— Ты говорила про старые города. Можно выбрать что-нибудь недалеко.

Мне вдруг захотелось заплакать.

Я годами предлагала такие поездки. Павел отвечал, что занят, устал, что в отпуске лучше отдохнуть дома или поехать туда, где не нужно много ходить.

Теперь он вспомнил.

— Паша, я не могу сейчас планировать с тобой отпуск.

— Почему?

— Потому что узнала об измене.

Он поморщился.

— Ты будешь каждый раз это повторять?

Я медленно сняла сумку с плеча.

— А ты хочешь, чтобы я перестала?

— Нет. Просто я пытаюсь что-то сделать.

Я посмотрела на него.

— Я вижу.

Он шагнул ближе.

— Я не хочу тебя потерять.

Я опустила глаза.

Его голос был таким знакомым. Низким, немного хриплым после долгого дня. Мне хотелось поверить, что мы сможем снова разговаривать нормально.

Но всякий раз, когда я смотрела на него, между нами возникала другая женщина.

Павел протянул руку.

Я не отступила, но и не подошла.

Он остановился.

— Вер, я ведь здесь.

— Я вижу.

— И хочу быть с тобой.

Я долго смотрела на него.

— А почему тогда ты три года был еще и с ней?

Он убрал руку.

Ответа не последовало.

Я прошла в Дашину комнату и закрыла дверь.

На следующий день проснулась раньше будильника.

Села на кровати и некоторое время прислушивалась к квартире.

Из спальни не доносилось ни звука. Павел, видимо, еще спал.

Я встала, приняла душ, приготовила завтрак.

По привычке достала две чашки.

Потом остановилась и поставила одну обратно.

Мне стало неприятно от собственного движения. Я ведь не собиралась наказывать его отсутствием чая. Просто не хотела сейчас заботиться о нем автоматически, не спрашивая себя.

Павел взрослый человек. Он умел сварить кофе и приготовить завтрак.

Я налила себе чай, достала хлеб и села.

Через полчаса он вышел из спальни.

— Уже встала?

— Да.

Он посмотрел на стол.

— Ты ела?

— Ем.

Павел открыл шкафчик, достал чашку и поставил чайник.

Мы двигались по кухне осторожно, стараясь не задевать друг друга.

Раньше такое бывало после ссор. Я могла целое утро молчать, обижаясь на его резкий ответ или забытое обещание. К обеду мы обычно мирились.

Иногда Павел первым спрашивал, не хочу ли я куда-нибудь поехать. Иногда я готовила его любимое блюдо. Потом мы садились рядом, разговаривали, и ссора постепенно забывалась.

Сегодня мне было страшно представить, что все случившееся тоже может превратиться в обычное недоразумение, которое мы однажды перестанем обсуждать.

Павел сел напротив.

— Как ты?

Я посмотрела на него.

— Плохо.

Он кивнул.

— Я понимаю.

Мне хотелось спросить, как именно он это понимает. Но я устала разговаривать.

— Я сегодня хочу заняться делами, — сказала я.

— Какими?

— Рабочими. И своими.

— Хорошо.

Он немного помолчал.

— На следующей неделе у меня прием. Я пойду сам.

Я подняла глаза.

— Ты можешь сам.

— Знаю.

Он отпил чай.

— Просто раньше ты возила.

— Когда тебе было тяжело после бессонной ночи, я возила. Сейчас ты сам ездишь за город.

Павел кивнул.

— Да. Справлюсь.

Я ощутила облегчение, хотя одновременно мне было странно слышать эти слова.

Еще три дня назад я сама предложила бы отвезти его.

Теперь он говорил, что справится без меня.

Я закончила завтрак и ушла работать.

Наталья позвонила после полудня.

— Я с хозяйкой договорилась. Завтра в три можешь посмотреть.

Я закрыла таблицу.

— Могу.

— Квартира небольшая. Но там хороший стол, тебе удобно будет работать.

— Я видела.

— Хозяйка хочет сдать на полгода, потом посмотрит. Если все устроит, можно сразу обсудить договор.

Я записала время и адрес.

— Наташ, спасибо.

— Ты как?

Я посмотрела на закрытую дверь кабинета.

— Не знаю.

— Хочешь, приеду с тобой?

Я подумала.

— Нет. Сама посмотрю.

— Хорошо. Если что, звони.

Я положила телефон.

Передо мной лежал список документов, которые предстояло проверить. Рядом — лист с названием лодочной мастерской.

Я взяла ручку, перенесла несколько рабочих задач в календарь и оставила свободное время на завтрашний просмотр.

Потом открыла папку с личными документами.

Паспорт, полис, документы на машину — все было на месте.

Не знала, зачем делаю это именно сейчас. Возможно, мне хотелось убедиться, что хотя бы собственные вещи остаются понятными и доступными.

Вечером Павел постучал в дверь кабинета.

— Можно?

— Да.

Он вошел.

— Я хотел спросить про завтра. Ты свободна после обеда?

Я подняла глаза.

— Нет.

— Почему?

— У меня встреча.

Павел посмотрел на календарь рядом с ноутбуком.

— По работе?

Я немного помолчала.

— Нет.

Он сразу насторожился.

— Какая?

Я закрыла папку.

— Собираюсь посмотреть квартиру.

Павел не двинулся.

— Какую квартиру?

— Съемную.

Он медленно опустился на стул возле стены.

— Ты все-таки решила уйти?

— Я говорила тебе.

— Я думал, ты просто злишься.

Я посмотрела на него.

— Злюсь.

— Тогда давай не будем торопиться.

— Я не тороплюсь.

— Прошло всего два дня.

— Для меня прошло два дня. Для тебя — три года.

Павел отвел взгляд.

Я увидела, как он сжал пальцы, и снова почувствовала привычную тревогу.

— Тебе плохо? — спросила я.

Он покачал головой.

— Я просто не ожидал.

— Я тоже не ожидала узнать то, что ты мне рассказал.

Он долго молчал.

Потом спросил:

— Ты собираешься подать на развод?

Я посмотрела на свои руки.

Ногти были коротко подстрижены. На безымянном пальце оставалось обручальное кольцо. Я носила его двадцать четыре года, снимая только тогда, когда работала с тестом или занималась уборкой.

Вчера и сегодня я о нем не вспоминала.

Теперь повернула кольцо и почувствовала, как трудно оно двигается.

— Я пока не готова говорить о разводе, — ответила я. — Но жить здесь сейчас не могу.

Павел поднял голову.

— Я могу уехать. Ты ведь знаешь.

— Знаю.

— Тогда почему обязательно тебе?

Я посмотрела на знакомый кабинет.

На шкаф с документами. На стол, который Павел когда-то помогал мне выбирать. На лампу, купленную вместе с Дашей.

Это был мой дом.

Я могла остаться и попросить его уехать.

Но сейчас мне хотелось оказаться где-нибудь, где не было нашей общей истории в каждом предмете.

— Потому что я так хочу, — сказала я.

Павел нахмурился.

Возможно, ему было непривычно слышать от меня такой ответ.

Мне самой было непривычно его произносить.

— На сколько ты уедешь?

— Пока не знаю.

— Неделю? Две?

— Не знаю, Паша.

Он посмотрел в окно.

— Ты же понимаешь, что у меня сейчас непростое состояние.

Я кивнула.

— Понимаю.

— Я только начал немного приходить в себя.

Я задержала дыхание.

Раньше этого было достаточно, чтобы я отложила любые планы.

— Я знаю, — сказала я. — Поэтому и напомнила про прием. Тебе нужно продолжать лечение.

— А ты?

Я не сразу поняла вопрос.

— Что я?

— Ты мне больше не поможешь?

Я долго смотрела на мужа.

Мне было жаль его. Я видела, что он испуган. Знала, как тяжело он переносил последние месяцы. Не хотела причинять ему дополнительную боль.

Но больше не могла делать вид, что ничего не случилось.

— Паша, я двадцать четыре года была твоей женой. И последние месяцы очень старалась тебе помочь.

Он опустил глаза.

— Я знаю.

— Я не перестала за тебя переживать. Но сейчас мне самой плохо. И я не могу вести себя так, будто главное — скорее тебя успокоить.

Павел сидел неподвижно.

— Я не прошу тебя делать вид, — произнес он.

— Тогда дай мне пожить отдельно.

Он провел ладонью по лицу.

— Хорошо.

Я не почувствовала облегчения сразу.

Мне показалось, что теперь нужно что-нибудь сказать. Поблагодарить за понимание, уточнить, как он собирается провести вечер, спросить про спину.

Вместо этого я осталась молчать.

Павел поднялся.

У двери остановился.

— Вер, ты ведь не решила все окончательно?

Я посмотрела на него.

Мне хотелось ответить так, чтобы он не расстроился.

Но я уже слишком долго старалась выбирать для него самые удобные слова.

— Нет, Паша. Я не решила, что будет с нашим браком. Но я точно решила посмотреть квартиру.

Он кивнул и вышел.

Некоторое время я оставалась за столом, прислушиваясь к шагам мужа. Потом открыла календарь.

bannerbanner