Читать книгу Зажигая погасшие звёзды (Олег Дзен) онлайн бесплатно на Bookz (5-ая страница книги)
Зажигая погасшие звёзды
Зажигая погасшие звёзды
Оценить:

4

Полная версия:

Зажигая погасшие звёзды

— Да ведь это всё равно удивительно! Я даже не думала, что можно так быстро.

— Это в первое время тебе будет трудно. Потом, после преображения в имморталис и подключения к Кольцу, ты сможешь учить языки самостоятельно и очень быстро. Сейчас каждый человек говорит на многих языках, кроме родного обязательно русский, а также несколько европейских и азиатских.

* * *

Таис уже начала привыкать к подобному распорядку. После завтрака они занимались с Эвелин изучением языка, регулярно прерывая занятия на гимнастические упражнения. И уже через несколько дней боли в мышцах совершенно прекратились, она почти обрела былую силу и гибкость и с некоторым напряжением, но всё же могла повторять упражнения за Эвелин. После обеда Марк объяснял раннюю историю Земли, при этом понадобилось одновременно выучить законы механики, а с ними заодно и математику с современными единицами измерения. Каким-то образом ему удавалось увязывать самые разные дисциплины при изучении одного явления, да так ловко, что переход от одной дисциплины к другой оказывался необходимым и естественным. Позже она узнала, что так устроена вся система обучения. И хотя комплексный способ выглядел медленнее, чем раздельное изучение, зато давал более твёрдые и всесторонние знания. После учёбы с Марком была очередь её любимого занятия — плавания в бассейне. Вскоре бассейн на террасе стал слишком мал для неё, будучи человеком моря, она могла плавать далеко и долго. Пришлось спускаться на нижние этажи дома, где был оборудован огромный бассейн и для неё было полное раздолье. После плавания они возвращались к себе на террасу, где их ждал ужин, плавно переходящий в беседы обо всём.

В один из дней после обеда Эвелин неожиданно предложила организовать настоящий симпосий.

— Что, прямо такой, как был у нас, в моё время? — одновременно удивилась и оживилась Таис.

— Да, почему бы и нет? Только мы не знаем всех тонкостей, поэтому ты, Таис, будешь хозяйкой вечера. Распоряжайся нами, как считаешь нужным.

— Трое человек для симпосия слишком мало.

— Гостей я беру на себя, — предложил Марк, — приглашу наших соседей. А то ты постоянно видишь только нас двоих, мы тебе уже, наверное, надоели.

— Вовсе не надоели, как ты мог такое подумать, Марк? — Таис снова бросила на него свой неотразимый взгляд, и снова он не достиг цели. По крайней мере, так казалось. — Только вначале внеси, пожалуйста, с террасы шезлонги в гостиную, я покажу, как расставить. На симпосии принято возлежать, а не сидеть на стульях.

— А что делать мне? — поинтересовалась Эвелин. — На симпосии женщины не допускались.

— Значит, будешь выполнять роль Аспасии, гостеприимной хозяйки дома. Скажи этому, как там его, роботу, пусть подготовит еду — сыр, хлеб, мёд и всё остальное, список я дам. И про вино не забудь.

— Красное подойдёт?

— Вполне. А сама позаботься о платьях для нас, мы же хотим выглядеть аутентично? Я правильно сейчас сказала?

Через час все приготовления были сделаны, Эвелин нашла для них два белых длинных платья, не совсем древнегреческих, но весьма похожих. На Марка же Таис приспособила большую белую простыню а все его робкие возражения она проигнорировала.

— Ну только посмотрите, как ему идёт! Гляньте, какой жених, ну чисто Сократ! — похвалила её старания Эвелин, а Марк только развёл руками.

— Мне неудобно, ну правда, как это носили?

— Что значит неудобно? — не приняла возражений Таис. — Лежать на ложе или говорить в нём неудобно? Тебе ведь, по сути, ничего больше на симпосии делать не надо.

На этом и порешили, и все вместе пошли встречать гостей, которые как раз прибыли к ним через террасу. Марк представил двух мужчин. Первого звали Ёнг-и, это был очень крепкий мужчина с широкими плечами, ниже Марка ростом. Мужественное смуглое лицо и внимательные широко посаженные глаза выдавали невероятную силу характера и непреклонность воли, а непослушная короткая шевелюра на голове только подчёркивала его суровость. Но когда он улыбнулся, Таис вынуждена была невольно улыбнуться в ответ, настолько его улыбка выглядела притягательной и доброй. Второго высокого мужчину с гладко зачёсанными чёрными волосами звали Эйдзи и был он практически полной противоположностью своему товарищу, худощавый и, кажется, немного застенчивый. Оба были одеты в тёмно-синие с мелкими узорами костюмы с широкими рукавами и короткими штанами. Когда их представили, они оба низко поклонились, положив руки на бёдра, а затем отошли в стороны, пропуская вперёд своих жён. И тут Таис ахнула — она никогда ещё не видела таких шикарных цветастых платьев с широкими поясами, образующими огромный бант на спине. Обе девушки были очень похожи, но так показалось ей лишь на первый взгляд, так как она никогда раньше не видела подобный тип лица с очень тонкими чертами и узкими разрезами глаз. Но больше всего её восхитили их высокие причёски, скреплённые длинными спицами. Девушек звали Чияко и Оцу, и они несли с собой маленькие коврики и небольшой струнный инструмент с длинным грифом.

— Ну что же, друзья, я, на правах Сократа, приглашаю вас на наш симпосий, милости прошу, — приветствовал всех Марк.

— А, так это ты Сократ теперь? — удивился Ёнг-и. — А я решил было, что ты в баню собрался.

Общий смех перебил окончание его фразы и снял остатки церемонности.

— Сократ, то есть Марк, — обратилась к нему Эвелин, — занимай своё место на ложе и не командуй тут, гостей принимаю я в качестве хозяйки дома. А ты начинай уже потихоньку философствовать.

— На голодный желудок не получается. Таис, дорогая, на симпосиях вообще кормят?

— А то как же! С этого и начнём, занимайте свои места!

Мужчины кое-как устроились на шезлонгах, хотя, по общему мнению, лежать на боку было не очень-то и удобно. А девушки постелили маленькие циновки и сели на них, поджав ноги.

— Раз уж мы участвуем в настоящем симпосии со знаменитой гетерой, то и мы будем играть роли гейш. Это практически то же самое, — ответила на вопрос Таис Чияко.

Робот привёз с кухни и расставил перед каждым гостем еду, ранее одобренную Таис.

Таис, тем временем, принесла и вылила бутылку вина в большую широкую вазу для фруктов, временно изображающую кратер, и разбавила его двумя частями воды.

— Таис, милочка, я привык к более крепким напиткам, обязательно было разбавлять вино? — подняв свой бокал, спросил Ёнг-и.

— Обязательно, дорогие гости! Вино дано нам для веселья, а не чтобы напиваться. Тем более, что его ещё много, а вечер долгий.

— Логично, — согласился Эйдзи, — тем более, у тебя наверняка накопилось много вопросов, а тут такая большая компания желающих на них ответить. За что же будет первый тост, дорогая хозяйка?

— За родителей! — предложила Таис, и все согласились.

Вместе с вином неспешно потекла и беседа.

— Вот вы раньше говорили, что после обретения способа возрождения люди начали воскрешать своих родителей и так далее. Выходит, пошла волна обратного возрождения, только теперь уже от детей к родителям. И я слышала, что сейчас дошли до времени примерно на десять веков назад, верно?

— Да, верно, — отвечала Эвелин.

— Это какое время?

— Это двадцать первый — двадцатый века по нашему летоисчислению. Чтобы ты понимала, твоё время — это четвёртый-третий век до новой эры.

— Вы все тоже возрождённые?

— Я да, — отозвался Марк, — а Эвелин принадлежит к первому поколению бессмертных.

— Мы все тоже вновь возрождённые, — ответил за всех соседей худощавый Эйдзи, который со своим ростом едва помещался на шезлонге.

— Ого, а нас, оказывается, много!

— Конечно.

— Выходит, я вне очереди вновь появилась на свет?

— Ну очередь довольно условная, — ответила Эвелин, — она проистекает от естественного желания детей увидеть своих родителей. Наши с Марком родители уже давно живы, и мы не скованы очередью.

— А много таких, как я? Очень… ну это… я не знаю, как сказать…

— Настолько далёких по времени? Насколько я знаю, есть несколько выдающихся людей девятнадцатого, восемнадцатого веков. Старше нет. Ты одна такая.

— Однако! Но вы обещали назвать мне причину, почему вы выбрали меня.

— Разве обещали? — удивилась Эвелин.

— Ну, может, и нет, но пришло время признаться. Давайте-давайте, я готова это услышать. Я ведь вас уже простила.

— Просто недавно изобрели новый генетический метод восстановления своей родословной, пока только по женской линии. Я в качестве эксперимента попробовала дойти как можно дальше вглубь времён и на определённом этапе вдруг обнаружила Эйрену, а за ней тебя, Таис. Эта неожиданная находка и удивила, и одновременно восхитила меня. Но я не собиралась возрождать тебя преждевременно. Всему своё время. Я лишь рассказала своим друзьям. Но тут вдруг возбудился Марк. Он внезапно вспомнил, что ты была очень близкой подругой Александра Македонского…

— Ну, не настолько близкой, всё-таки он выбрал не меня, а княжну, — в голосе её послышалась грусть.

— Ох, ну и кто помнит тех княгинь? Зато тебя знают все, — возразил Эйдзи.

— Так уж все?

— Ты была знаменита даже в наши времена и в наших краях. Только не зазнавайся, у нас это не принято.

— Так, а что было дальше? При чём здесь Александр?

— Давай, Сократ, отвечай, твоя же идея была, — отозвалась со своего места Эвелин.

— Тут дело вот в чём, я уже показывал тебе, как активно мы осваиваем Солнечную систему. На данный момент человечество созрело уже к следующему этапу — колонизации ближайшей звезды. Интересующая нас планета вращается в зоне обитаемости вокруг главной звезды Альфа Центавра А. Роботы-разведчики уже неоднократно посещали эту планету и прислали нам обнадёживающие отчёты. Настало время для человеческой экспедиции. Конечно, прямо сразу заселяться и жить там не получится. Планету вначале придётся терраморфировать15, то есть, привести в состояние, пригодное для жизни, как на Земле. Задача грандиозная по своим масштабам, но и награда обещает быть шикарной — ещё одна звёздная система!

— Марк, я очень люблю слушать твой голос, но что там с Александром?

— Прости, моя царица, я увлёкся.

— Прощаю! — вслух сказала Таис, с удовольствием про себя отметив, что так он её назвал впервые.

— Так вот. Авангард землян отправится на трёх огромных кораблях, каждый из которых понесёт на борту по триста тысяч человек — маленький город. Без малого миллион землян. Понимаю, даже этого покажется тебе мало.

— О нет, не покажется!

— Но это только первый отряд. К постройке следующих кораблей мы приступим сразу же после старта первых трёх, с учётом опыта наших пионеров. Таким образом, между системами образуется прочная постоянная связь. Да, через некоторое время посетить новую звезду смогут все желающие. Но в первую партию пришлось отбирать по жребию — так много было заявок.

— А кто из вас полетит сейчас?

— Мы с Марком точно нет, — ответила Эвелин.

— А вот мне и Оцу повезло, мы летим, — похвастался Эйдзи, а Оцу довольно улыбнулась, отчего щёлочки её глаз сузились ещё больше.

— Ух ты, а как это так совпало, что вы оба вместе?

— Потому что предпочтение отдавалось семейным парам, чтобы не плодить случайно любовные треугольники в длительном напряжённом полёте. Если по жребию выпало мне, значит, и Оцу летит со мной, дело решённое.

— Именно так, — продолжил Марк, — но некоторое количество мест было зарезервировано специально для особо выдающихся людей прошлого, чьи заслуги ни у кого не вызывают сомнений. И вдруг Эвелин рассказала мне о своей находке, то есть о тебе. И я сразу вспомнил Александра Великого.

— Так его теперь называют?

— Да. Я подумал, что он точно заслуживает быть в первой партии, если захочет.

— О, конечно, захочет! Ведь я его знаю.

— Вот видишь, вот, потому что ты его знаешь, я уговорил Эвелин возродить тебя вне очереди, а потом, вместе с тобой, и Александра. Если ты будешь не против.

— Для этого требуется моя помощь?

— Не помощь, а прямое участие. Но об этом можно уже забыть. Наш гениальный план потерпел фиаско.

— Это ещё почему? — удивилась Таис.

— Мы ужасно испугались твоей реакции, поэтому отменили всё, — ответила Эвелин. — Мы с Марком решили сосредоточиться исключительно на тебе, чтобы не думать больше ни о чём постороннем.

— Ну уж нет, погодите! Александр мне вовсе не посторонний! Я получила от вас в дар жизнь, я хочу отплатить вам благодарностью. Я буду счастлива, если Александр получит такой же подарок от меня.

— Мы не смеем тебя даже просить, — скромно ответил Марк.

— А придётся! Марк, дружочек, если я чего-то захотела, я это непременно получу, ты понял? — Таис снова посмотрела на него многообещающим взглядом, смысл которого не укрылся от других девушек. — Но только пообещайте мне потом мою Эйрену!

— Я обещаю! — торжественно отозвался Марк. — Но принуждать и просить не буду, всё только на твоё усмотрение.

— Совершенно верно, — отозвался со своего ложа Ёнг-и, — приказывать хомо имморталис не только не принято, но и бессмысленно. Всё исключительно по желанию.

— Правда, сразу должен сказать, с Александром у нас пока есть некоторые трудности, — продолжил Марк.

— Какие?

— Дело в том, что процесс возрождения состоит из двух этапов. Во-первых, нужно создать генетическую модель и вырастить тело. Подробности пока будут для тебя слишком сложны. Просто представь себе, что генетическая модель полностью описывает всего человека — рост, цвет глаз, густоту волос. Это очень важно. Когда человек возрождается к жизни, он должен чувствовать себя в своём теле, а не в чужом. Ты вот себя как чувствуешь?

— Хорошо. Уже хорошо. Это и есть моё тело. Тебе нравится? — она снова применила запрещённый приём, чувственно проведя рукой по бедру и бросив на него один из тех взглядов, что приводят в движение сотни кораблей16. Оцу и Чияко прыснули от смеха, прикрыв лица руками. Марк привычно сделал вид, что ничего не заметил.

— Отлично! Значит, мы сделали всё правильно. Видишь ли, у Эвелин была генетическая память через поколения о тебе, но не хватало подробностей, существенные изъяны в модели не давали возродить тебя правильно. Поэтому ей пришлось идти к тебе первый раз, чтобы восстановить недостающее.

— Так это был первый раз, когда я её видела?

— Да.

— Но как можно одним лишь коротким взглядом запомнить все подробности? Даже лучший художник вынужден держать натурщицу перед собой часами, всё время, пока делает скульптуру.

— Ну, может, ему просто нравится натурщица, — засмеялся Марк, — я бы тоже не расставался часами. Но ты просто недооцениваешь память современных людей. Один раз увидев, мы запоминаем полностью всё, вплоть до узоров на радужке глаза.

— Невероятно! Если бы я не знала, я бы подумала, что вы нашли моё мёртвое тело и вдохнули в него жизнь. Но оно моложе, чем было!

— Верно. Мы выращиваем тело из эмбриона примерно до состояния, которое соответствует двадцати пяти годам, самый расцвет. На это у нас уходит долгих девять месяцев. После этого мы готовы, как ты говоришь, вдохнуть жизнь, ведь в твоём восстановленном теле ещё нет твоего сознания. Его нужно найти в Элизиуме, вывести его оттуда и соединить с телом. Это очень сложный и немного страшный процесс.

— Это был второй раз, когда я увидела Эвелин?

— Да. Сложность заключается в том, чтобы в этом страшном и странном месте найти нужного человека. Проще всего, если их связывают прямые родственные узы. Тогда по цепочке предков можно дойти до нужного человека. Эвелин так и сделала.

— Спасибо, родная, — от души поблагодарила Таис. Эвелин лишь улыбнулась в ответ.

— Если человек не твой родственник, но вас раньше связывала сильная эмоциональная связь, его тоже можно найти — связь никогда не прерывается, даже в Элизиуме. Я думаю, так ты сможешь найти Александра. Конечно, если связь была.

— Была, наверное, смогу.

— Хорошо. Вторая проблема заключается в том, что в Элизиуме по-настоящему страшно и легко заблудиться. Поэтому поход в туман, как мы выражаемся, всегда делают парой. Парой, крепко связанной эмоциональной связью. Проводник идёт «в туман», второй остаётся «на берегу» в качестве маяка, помогая найти выход. Я оставался «на берегу» и выводил вас с Эвелин. Поэтому у тебя два ментора. У всех вновь возрождённых по два ментора.

— Значит, между вами существует какая-то связь?

— Конечно, ведь Эва для меня тоже является ментором.

— Я возродила Марка, вместе с Егором, и мы теперь для него менторы, — вставила Эвелин, — но это другая, отдельная история.

— А у вас, — обратилась к гостям Таис, — у вас тоже по два ментора?

— А как же, — ответил за всех Ёнг-и. — Вот меня возродили Эйдзи и Оцу, а потом мы вместе с Оцу вытащили мою Чияко.

— Очень странные вещи слышу я сейчас. Ведь души, один раз попав в царство Аида, не могут вернуться назад. Только Тесею удалось найти выход, и то только потому, что ему помог Геракл. Хотя постойте… ведь был ещё Орфей, и он пытался вывести свою Эвридику. Точно так, как вела меня Эвелин. Но у них ведь ничего не вышло.

— В этом удивительном мифе, — продолжила Эвелин, — отразились одновременно и очень смутные догадки древних людей о бессмертии души, и надежды на обретение вечной жизни. Но было ещё очень рано. Человечеству следовало накопить достаточно знаний как о природе самой души, так и о том, сохраняется ли она после физической смерти, и если да, то где.

— Неужели природа души представляет собой какую-то трудность?

— Конечно. Ведь разные философские школы и разные религии отвечали на этот вопрос по-разному. Некоторые допускали изначально ложную трактовку, например, о реинкарнации души после смерти в новые тела.

— Ну и что же здесь не так? Почему вы считаете это ложным?

— Да всё, на самом деле, очень просто. Ведь заявлялось, что после переселения душа не помнит ничего о своей прошлой жизни и не осознаёт, что уже жила ранее. Что это значит? Только то, что мы имеем дело с абсолютно новым, независимым сознанием. А душа, по их верованиям, выступает лишь в качестве сосуда, в который попало новое сознание и в котором оно было принесено в мир. Просто амфора, из которой вылили старое вино и влили новое. Или вот, для лучшего понимания есть такая аналогия: сознание вместе с памятью записывается на съёмный носитель информации — флешку. После смерти с этой флешки стирается абсолютно всё, и она бросается в один общий ящик с такими же пустыми флешками. Потом чья-то рука берёт из ящика случайную флешку и начинает записывать на неё новую личность. Имеет ли эта личность что-то общее с той, что была здесь до неё? Проще говоря, является ли новое вино, влитое в амфору, тем же, что было там до него?

— Очевидно, нет. Амфора всего лишь сосуд. Сама по себе она ничего не значит.

— Эти странные люди, верившие в реинкарнацию, сосредоточились на амфорах и флешках, в то время как нас интересовало их содержимое — собственно душа. Так как для нас душа является сплавом сознания и личной памяти. Именно это и является в человеке самым ценным. Однажды, очень давно, пришёл человек, который заявил о бессмертии души и вечной жизни. По иронии судьбы, его соплеменники не приняли его идею, их интересовали власть и деньги здесь и сейчас, что там какое-то бессмертие души потом? Но с этого момента уже началось правильное понимание души и её бессмертия. Хотя и религиозно-наивное, чистая вера. Но нас, материалистов, интересовала не вера, а в первую очередь научное доказательство, ну или хотя бы возможность доказательства существования души после смерти. Философское обоснование необходимости научных поисков было дано лишь в девятнадцатом веке.

— Почему так долго ждали?

— Это нормально, — вступил в разговор Марк, — ведь до этого вполне хватало религиозного обоснования. Но с ростом значения науки понадобилось переосмыслить эту тему. Николай Фёдоров17 так и сделал. Из его супраморализма и развился русский космизм.

— Но ведь девятнадцатый век! Если я правильно понимаю, то до изобретения способа возрождения ещё очень далеко, наука не готова, не так ли?

— Всё правильно, тогда было ещё рано. Но ты пойми: философское обоснование должно предшествовать поискам. Вначале нужно понять, что же мы ищем, и поставить цель. Без чётко установленной цели нет ни поисков, ни находок. Нужно было поставить перед наукой задачу — определить принципиальную возможность восстановления души. Если таковая возможность есть, то с этим уже можно работать. И она появилась, когда мы начали изучать теорию информации. Как оказалось, информацию, полученную однажды, уже невозможно уничтожить, даже книга, брошенная в чёрную дыру, не пропадает бесследно. Душа человека есть не что иное, как очень плотный сгусток персонализированной информации, значит, после смерти он не исчезает и должен где-то сохраняться. Поиски этого места и способы его достижения заняли целые столетия, но мы уже хотя бы знали, что ищем. Когда мы возрождаем человека, мы желаем, чтобы в новое тело вернулась именно та личность, которая осознавала себя раньше. Ведь ты же чувствуешь себя той же Таис, с той же памятью и осознанием себя без перерыва?

— Да!

— Отлично! Именно этого мы и добивались.

— Но почему именно русский космизм? Почему не какой-то другой? — сейчас Таис обращалась к гостям.

— А мы не знаем, — честно ответил за всех Эйдзи, — это вопрос без ответа. Был только русский и больше никакой.

— Как вообще могла прийти в голову мысль воскрешать мёртвых?

— Потому что это несправедливо, — ответила Эвелин, — человек растёт, учится, начинает понимать мир, достигает определённых успехов, доходит до глубокого понимания мира, но вдруг общее обветшание организма прерывает этот процесс. Раз за разом прерывается человеческая мысль, успевая передать потомкам лишь крохи своей мудрости. И каждое новое поколение начинает если не с нуля, то с низкого старта. Очень обидно уходить, понимая, что не можешь передать всё, что знаешь. Поколение за поколением накопление знаний шло медленно, маленькими ступеньками, иногда откатываясь даже далеко назад.

— Если не возражаете, я продолжу, — завладел вниманием Эйдзи, — на мой взгляд, была даже ещё более серьёзная проблема: ведь знания хоть и медленно, но росли. Но вот человек уже достиг определённой зрелости, и, глядя на звёзды, начал понимать, что знания без действий бесплодны. Вселенная со всем своим многообразием далёких миров дана ему не в качестве красивой картинки. Разум — не награда, а требование. Долг носителя разума — распространять его на все миры, которые он перед собой видит. Делать всю Вселенную разумной. Всю, до последнего края. Но как это сделать, если искорки разума потухнут, не успев даже долететь до края Солнечной системы? Понимаешь, что тогда произошло? Сама смертная природа человека поставила заслон, а природа разума, наоборот, требовала дальнейшего развития. Это фундаментальное противоречие нуждалось в разрешении. Сочетание серьёзнейшего вызова и накопленных возможностей позволило однажды дать верный ответ — добиться физического бессмертия организма.

— Что значит физического бессмертия?

— То есть мы победили старение.

— Люди совсем перестали стареть? То есть вы все, вот такие, как сейчас, и никогда не стареете?

— Нет. Мы нашли способ обновлять тело быстрее, чем оно стареет. С этого момента начинается эпоха хомо имморталис — людей бессмертных.

— И что же, человек теперь не может умереть?

— Всё ещё может, в результате несчастного случая, например. Но смерть от «естественных причин» больше не наступает, потому что организм больше не изнашивается. Странным является только то, что эти причины раньше назывались «естественными». На мой взгляд, они противоестественны.

— Но как вам удалось этого добиться?

— С помощью расширения Кольца Разума, — ответила на этот раз Эвелин как непосредственная участница событий, — когда к нему присоединилось достаточно большое количество людей, над сложными интеллектуальными проблемами работать стало в разы проще. В общем слиянии умов каждый человек вносит свой вклад.

— Погоди, Эва, но ведь у разных людей взгляды на одну и ту же проблему могут быть совершенно различные, не так ли?

— Так это же прекрасно! Ведь проблему в таком случае получается рассмотреть с самых разных, порой неожиданных сторон, и выработать наилучшее решение. Произошёл взрывной рост идей. Присоединяясь к Кольцу, мы видим в уме то, что для тебя пока сокрыто, целый огромный мир идей и мыслей всех тех людей, что на данный момент подключены к Кольцу.

— И что же, вы изучили его весь?

— Нет. Он огромен. И есть области, куда лучше не заходить, — мы не знаем, что там. Собственно, наша история как раз связана с такой областью, скрытой «за туманом» и от которой веет холодом и страхом. Все боялись подходить туда близко. Пока не произошёл несчастный случай. Ребёнок — шестилетний мальчик — забрался со своей собакой на стройку. Собака упала в котлован с водой. Он пытался её спасти и утонул. Реанимировать тело уже не удалось. Мать заметила, куда уходила душа сына, и в отчаянии бросилась за ней, несмотря на страх и холод. Отец оставался по эту сторону «тумана» и постоянно звал её. Таким образом она была первой, кто прошла в Элизиум, нашла душу сына и вернулась обратно на зов мужа. Тогда-то и решили попытаться вытащить его оттуда в новое тело, клонированное из старого биологического материала. Это был первый опыт воскрешения, и теперь эта методика принята повсеместно. Поиск души проводится парой — проводником и маяком. С того момента мы отсчитываем начало эпохи возрождения. Наш сыновний долг — возродить наших дорогих родителей, и так далее по цепочке, в глубину веков.

1...34567...11
bannerbanner