Восход пурпурного заката

Илэн развернула перед ним карту. Сергей снова придвинул стул.

— Что ещё можно проверить?

Илэн повернула к нему карту коммуникаций.

— Место, где тебя нашли. Там есть местные журналы работы оборудования. Старые станции иногда сохраняют отдельный учёт. Если в момент появления что-то произошло, запись может остаться.

Сергей посмотрел на Лиану.

Та кивнула.

Журнал. Время нагрузки. Наконец что-то, с чем можно работать.

***

Пока Илэн оформляла запрос, Эйран вышел за водой.

Лиана проводила его взглядом.

Сергей заметил, что старик идёт чуть боком, почти не сгибая правую ногу.

— Давно он так?

— После падения. Несколько лет назад.

— Не вылечили?

— Восстановили, насколько смогли. Он не всегда выполнял назначения.

— А я уже подумал, у вас медицина без ошибок.

— У нас многое умеют. Это не значит, что всё.

Лиана поправила прозрачную сетку на оттиске.

— Таир работал с ним.

Имя прозвучало неожиданно. Сергей видел вышивку на манжете, слышал о брате, но до сих пор почти не знал, кем тот был.

— Твой брат?

Она кивнула.

— Тоже историк?

— Нет. Измерительные системы. Старые узлы. Он помогал проверять то, что мы находили в текстах.

— Можно с ним поговорить?

Лиана перестала двигать сетку.

За соседним столом кто-то кашлянул. Шуршала ткань. На полу медленно перемещалась полоска света.

— Сейчас нельзя, — сказала она.

Сергей не стал спрашивать дальше.

Он узнал интонацию, которой сам отвечал на некоторые вопросы о прошлом. Если надавить, человек не обязательно расскажет больше. Иногда он просто перестаёт говорить совсем.

Эйран вернулся с водой и заметил тишину.

Но тоже ничего не спросил.

***

Разрешение на просмотр местного журнала пришло быстро.

На осмотр самой станции — нет.

Илэн объяснила, что инженерного допуска у них нет, а действующее оборудование нельзя открывать только потому, что интересна старая надпись.

Сергей мысленно согласился. Он сам не пустил бы историка в заведённый мотор.

— Кто там работает?

— Смотритель южной линии. Весс.

— Он покажет журнал?

— Если запрос принят — обязан. Но он плохо слышит на одно ухо. Не начинайте кричать, просто встаньте с другой стороны.

Илэн отметила маршрут на гостевой карте.

— И ещё. Не называйте станцию приёмным берегом. Для него это устаревшее название обычного хозяйственного узла.

— А для вас? — спросил Сергей.

Она посмотрела на две карты.

— Пока тоже.

***

На выходе Эйран задержал Лиану.

Сергей не собирался слушать. Отошёл к стойке, рассматривал заключённый под стекло кусок старого дерева. Но в тихом зале отдельные слова всё равно долетели.

— …не повторяй его путь только потому, что появился шанс.

Лиана ответила ещё тише.

Сергей не разобрал.

— Он не замена, — сказал Эйран.

После этого Лиана отошла так резко, что край её сумки ударился о стул.

Она извинилась перед сидевшей рядом женщиной и направилась к выходу.

Сергей задержался на секунду.

Эйран смотрел на него.

Не виновато.

Скорее устало.

— Не соглашайся на всё, что мы предлагаем, — сказал старик. — Даже если мы говорим, что хотим помочь.

Сергей кивнул.

И пошёл следом за Лианой, уже понимая, что вечером им придётся поговорить.

Глава 9

Ниже уровня моря

Старая станция стояла за поворотом набережной, где ухоженная дорожка сужалась, а деревья росли ближе к воде.

Сергей узнал женщину, которая накануне вырезала повреждённую ветку. Сегодня она работала дальше от пляжа, стоя на низкой переносной платформе.

— Уже лучше? — спросила она, заметив его.

— Уже в одежде.

Женщина рассмеялась.

Лиана тоже улыбнулась, но быстро отвернулась к морю.

С утра между ними накопилось несколько невысказанных вещей. Они ещё не мешали идти рядом, однако Сергей замечал каждую паузу.

— До места, где ты меня нашла, далеко?

— За деревьями. Вон там.

Он посмотрел.

Обычный участок песка. На нём лежала выбеленная ветка. Возле воды кто-то оставил маленькую башню из плоских камней.

Ничего не выдавало места, где закончилась его прежняя жизнь.

Сергей хотел подойти, но Лиана показала на низкое строение впереди.

— Весс будет ждать недолго. Давай сначала туда.

Он согласился.

***

Смотритель оказался коренастым мужчиной с широкой шеей и жёлтым пятном на одном рукаве. Он сидел в тени возле двери и чистил длинную решётку щёткой. На коленях лежала грязная ткань.

Лиана поздоровалась и назвала номер запроса.

Весс не поднял головы.

— С той стороны.

Она обошла его и повторила.

— Видел, — сказал он. — Сейчас закончу.

Сергей присел рядом, не приближаясь к решётке.

В ячейках застряли волокна и мелкие коричневые чешуйки.

— Быстро забивает?

Весс посмотрел на него.

— Когда цветёт — быстро.

— А перед ней грубой очистки нет?

— Есть. Это с неё.

— Понятно.

Сергей замолчал.

Весс сделал ещё несколько движений, осмотрел решётку на свет и отложил.

— Если хочешь спросить, почему не самоочищается, не спрашивай. Самоочистка тоже иногда требует очистки.

— Я такое клиентам каждый день объясняю.

Мужчина хмыкнул.

— Тогда проходите.

***

Внутри пахло влажным бетоном, железом и слабой затхлостью.

Сергей почувствовал себя увереннее раньше, чем успел это осознать. Стены здесь не меняли прозрачность. По углам тянулись настоящие трубы. На полу лежал след от воды, который кто-то пытался вытереть, но не до конца.

Весс заметил его взгляд.

— Верхний отвод. Вчера меняли уплотнение.

Сергей удержался от совета. Даже направление потока он здесь пока не понимал.

Смотритель провёл их в маленькую комнату с пультом. На стене висела схема. Возле некоторых линий стояли даты, написанные от руки.

— Вам начало вчерашнего периода?

Лиана уточнила промежуток.

Весс вывел журнал.

Знаки Сергей не читал, но видел линии изменения нагрузки. Большую часть времени они шли почти ровно. В одном месте две одновременно подпрыгнули.

— Это что?

— Переключение распределения.

— Обычное?

Весс пожал плечами.

— По отметке — плановое.

Лиана наклонилась к записи.

— Кем назначено?

Смотритель открыл подробности.

Новая строка появилась не сразу. Весс подождал, коснулся панели ещё раз и нахмурился.

— Хм.

Сергей хорошо знал этот звук.

— Что?

— Исполнитель не указан. Старый управляющий контур.

Весс увеличил схему и показал нижнюю ветку.

— Здесь раньше была накопительная линия. Теперь почти не работает. Поддерживает резерв.

— Почти? — переспросила Лиана.

— Совсем мёртвое мы бы отсекли. Оно живое, но без обычной нагрузки.

Сергей посмотрел на пик.

— А вчера нагрузка была.

— Была.

— Сколько?

Весс назвал число. Сергей не знал местных единиц.

— По сравнению со всей станцией?

Смотритель перевёл взгляд на него.

— Больше. За очень короткое время — заметно больше.

В комнате стало слышно, как вибрирует стекло в верхней части двери.

Лиана попросила сохранить копию.

Весс некоторое время смотрел на запрос, потом передал запись на её связник.

— Разрешение есть, — сказал он скорее себе, чем им.

***

Они уже собирались уходить, когда со стороны моря раздался удар.

Не громкий. Глухой, словно тяжёлая крышка упала на влажный камень.

Весс обернулся.

Потом удар повторился.

Смотритель прошёл к выходу из комнаты и посмотрел на нижнюю схему.

Одна из линий стала белой.

— Подождите здесь.

Он ушёл по короткому коридору.

Сергей стоял возле стола и слушал. За стеной что-то открылось, скрипнуло, потом зашумела вода.

Лиана коснулась связника.

— Я вызову помощь, если он скажет.

Следующий удар был сильнее.

В коридоре послышалась ругань.

— Можно помочь? — крикнул Сергей.

Весс ответил не сразу.

— Стойте там!

Они остались.

Именно это потом Сергей вспоминал с неприятной ясностью: он подчинился, потому что человек знал своё оборудование. Не бросился первым, не решил, что умеет всё. Стоял и слушал, как вода становится громче.

А потом Весс позвал.

***

Нижняя галерея уходила под набережную.

Сергей спустился вслед за Лианой, держась за холодный поручень. Впереди горел жёлтый свет. За решёткой двигалась вода — чёрная в глубине, зеленоватая возле лампы.

Весс стоял у ручного привода.

Одной рукой держал рычаг, другой пытался достать фиксатор ниже.

— Вот здесь, — сказал он Сергею. — Возьми и держи. Не поворачивай. Только держи.

Сергей встал на его место. Рукоять дёргалась, передавая удары в локоть.

— Сильно тянет.

— Знаю. Ноги расставь.

Он послушался.

Лиана уже говорила со службой станции, быстро называя обозначения, которые Весс показывал на стене.

Смотритель опустился на колено. Открыл защитную планку, что-то потянул. Механизм щёлкнул, но нагрузка на рукояти не уменьшилась.

— Ещё немного.

Сергей стиснул зубы.

Здесь пахло морем гораздо сильнее. Солёная вода распылялась на мелкие капли, оседала на губах. Поручень под ладонью был скользким.

За решёткой двигался свет.

Сначала он решил, что это отражение лампы.

Потом увидел стул.

Светло-серый.

Он стоял там, где должна была быть вода.

Не плавал. Не отражался. Стоял на сухом полу, немного повёрнутый к стене.

Сергей перестал чувствовать руки.

— Держи! — крикнул Весс.

Рычаг рванулся вниз. Сергей поймал его, ударившись запястьем. Из-под колена Весса выстрелил фиксатор, звякнул о решётку и ушёл в воду. Смотритель выругался.

— Лиана! Вдоль стены красная петля. Тяни на себя!

Она бросилась к петле. Что-то лопнуло с сухим треском, на лестницу посыпалась пыль. Вода ударила в решётку и отступила.

— Что случилось?

— Там…

За решёткой снова была вода.

Он моргнул.

Светло-серый край мелькнул у самой стены и исчез.

Весс вдавил коленом защитную планку и ударил ладонью по приводу.

Нагрузка резко пропала.

Сергей едва не упал вперёд.

Смотритель схватил его за плечо.

— Всё. Отпусти.

Он разжал пальцы не сразу.

***

Сотрудники станции пришли быстро.

Двое спустились к приводу. Ещё один осматривал верхний пульт. Они говорили с Вессом, не повышая голоса, но Сергей видел, как тот несколько раз проводит ладонью по шее.

Лиана увела Сергея наружу.

Он сел на ту же скамью, где смотритель чистил решётку. Руки дрожали. На правом запястье наливалась красная полоса.

— Покажи.

Он протянул руку.

Лиана осторожно коснулась кожи вокруг ушиба.

— Двигать можешь?

Сергей согнул пальцы.

— Могу.

— Почему отпустил?

Он смотрел на море.

Хотел сказать: дёрнуло, не удержал.

Так было бы проще.

Но Весс мог пострадать. И если это случится ещё раз, рядом снова окажется человек, который не знает, чего ожидать.

— Я видел комнату.

Лиана подняла голову.

Сергей рассказал про стул. Вчерашний и сегодняшний. Про сухой пол за решёткой. Про то, как всё исчезло.

Она слушала молча.

— Почему не сказал Эйрану?

— Подумал, приснилось.

— А потом?

Он пожал плечами и сразу поморщился от боли.

Лиана осталась стоять. На рукаве у неё тянулась свежая серая полоса.

— Эйран спрашивал про сон. Прямо спрашивал.

— Я не был уверен.

— А сейчас уверен?

Сергей прижал холод к руке.

— Сейчас да.

— Весс поставил тебя к рычагу, потому что думал, что с тобой всё в порядке. Я тоже так думала.

— Я удержал.

Она отвернулась к двери станции. Сергей увидел на её пальцах кровь — неглубокую ссадину от аварийной петли.

— Не говори это сейчас, — сказала она.

Он хотел напомнить про брата, про «сейчас нельзя» в архиве. Но её ладонь всё ещё была раскрыта, и слова застряли.

***

Весс вышел через несколько минут.

Он нёс маленький пакет с холодным составом. Протянул Сергею и показал, как приложить к руке.

— Спасибо, что удержал.

— Я почти отпустил.

— Ещё как считается. Фиксатор утопили. Аварийный разрыв теперь менять.

Весс заметил, как Сергей втянул голову в плечи, и добавил тише:

— Люди целы. Это хорошо. Но если есть такое с глазами, у приводов больше не стой. Мне нужен тот, на кого можно рассчитывать.

Смотритель сел с другой стороны.

Некоторое время они молчали.

— Что это было? — спросила Лиана.

— Обратное давление из резервной линии. Верхняя защита сработала, нижний привод не дошёл до положения. Надо разбирать.

— Такое бывает?

— Бывает всё. Вопрос — когда в последний раз.

Сергей посмотрел на дверь станции.

Один из прибывших сотрудников стоял у пульта и говорил по связнику. Второй фотографировал схему.

— А вчерашняя нагрузка может быть связана?

Весс потёр шею.

— Может. Поэтому я добавил её к заявке.

— И про стул добавьте, — сказал Сергей.

Лиана повернулась к нему.

Он рассказал Вессу коротко, без слов «наверное» и «показалось». О вчерашнем умолчании тоже сказал. Смотритель выслушал, затем позвал сотрудника с записью происшествия. Сергею пришлось повторить всё ещё раз, уже при нём.

Лиана напряглась.

— Копия у нас останется?

— А почему не должна?

Он посмотрел на неё, и Сергей заметил, как изменилось выражение его лица.

Весс узнавал.

Не сразу, с усилием.

— Ты же… Слушай, у тебя брат приходил. Рыжий. По старой линии.

Лиана не двигалась.

— Таир?

Смотритель закрыл глаза, словно прислушивался.

— Может быть. Плохо с именами. Он всё спрашивал, почему резерв берёт питание, если ничего не питает.

— Когда?

— Давно. До смены фильтров. Или после…

Весс нахмурился и провёл рукой по лбу.

— Голова что-то.

На его запястье вспыхнул свет.

Он накрыл его ладонью.

Лиана сделала движение вперёд, но остановилась.

— Вы что-нибудь сохранили? Запись визита? Его запрос?

Весс посмотрел на неё уже спокойнее.

— Если оформлял, должно быть в журнале.

— Посмотрите, пожалуйста.

— Сейчас ремонт. Потом.

Он поднялся, забрал грязную ткань со скамьи и вернулся внутрь.

Лиана осталась сидеть.

Сергей услышал, как она очень тихо произнесла имя брата.

Не окликнула.

Проверила, что ещё может его произнести.

Глава 10

То, о чём она молчала

Обратно они ехали в городской кабине.

Сергей сидел у окна, прижимая к запястью холодный пакет. Кабина скользила почти бесшумно. Иногда под полом проходила короткая дрожь, и он представлял, как где-то внизу переключается направление.

За стеклом мелькали люди, столики, яркие навесы. В одном из дворов сушили длинную ткань с вытканными птицами. Двое мужчин держали её за углы и никак не могли согласовать, кто должен поднять выше. Сергей смотрел на них, пока ткань не исчезла за поворотом.

Лиана сидела напротив.

Она пыталась открыть полученную запись уже третий раз. Каждый раз закрывала, не дочитав.

— Хватит, — сказал Сергей.

Она подняла голову.

— Что?

— Сейчас ничего не разберёшь. Ты всё время одну строчку смотришь.

Лиана убрала руку.

Он хотел сказать что-нибудь мягче. Не получилось. Слишком долго держал при себе вопросы, и теперь любое слово выходило с жёстким краем.

На остановке им пришлось пропустить женщину с большой корзиной. Сергей автоматически придержал дверцу, хотя та не собиралась закрываться. Женщина поблагодарила. Лиана заметила и на мгновение улыбнулась.

Сергей почти улыбнулся в ответ. Но Лиана уже отвернулась, разглядывая ссадину на пальце.

Но потом он вспомнил Весса, закрывшего свет на запястье ладонью.

***

Дома Сергей снял ботинки и остался у двери.

Лиана отнесла сумку к столу, включила воду, достала чистую ткань.

— Давай посмотрим руку.

— Сначала расскажи про брата.

Она замерла у раковины.

Вода продолжала течь.

— Ты слышал Весса.

— Я слышал, что он приходил на станцию. В архиве слышал, что я не замена. Остальное ты всё время оставляешь на потом.

Лиана выключила воду.

— Ты слушал наш разговор с Эйраном?

— Я стоял рядом. Он сказал громко.

— И решил, что речь о тебе.

Сергей посмотрел на неё.

Она отвела глаза первой.

— Да, о тебе, — сказала Лиана. — Но не так, как ты подумал.

— Ты не знаешь, что я подумал.

— Тогда скажи.

Он почувствовал, что уже стоит слишком прямо, плечи подняты, здоровая рука сжата. Разжал пальцы. Опустился на стул.

— Ты нашла человека, который ничего здесь не знает. Ему некуда идти. Дала вещи, еду. Я благодарен. Но если ты ведёшь меня туда, куда ходил твой брат, я должен понимать зачем.

Лиана положила ткань рядом с раковиной.

— Я вела тебя по запросу, который предложила Илэн.

— А брат?

Она молчала.

Сергей кивнул, словно получил ответ.

— Вот.

— Нет, не «вот».

Её голос стал громче. Она сама это услышала и сделала паузу.

— Когда я увидела тебя на берегу, я не знала, кто ты. Ты не мог нормально дышать. У тебя не было одежды. Я привела бы тебя домой, даже если бы ты никогда ничего не слышал о других мирах.

— А потом?

Лиана долго смотрела на него.

— А потом я надеялась, что это связано.

В комнате стало тихо.

Сергей наконец услышал честный ответ и не почувствовал облегчения.

***

Лиана принесла небольшую коробку.

Поставила её на стол, но не открыла сразу. Провела пальцем по краю крышки, где облупилась светлая краска.

— Таир старше меня на четыре года. Он всегда сначала делал, потом объяснял, почему это было необходимо. В детстве разобрал родительский очиститель воздуха. Сказал, что там лишняя деталь. Оказалось, не лишняя. Мы двое суток жили с открытыми окнами, пока отец искал замену.

Она улыбнулась, глядя на коробку.

Сергей не перебивал.

— Он умеет смотреть на устройство и видеть, как оно связано с другими. Не только с ближайшими. С теми, которые давно отключили, заменили, забыли. Поэтому Эйран его любил. И поэтому они всё время спорили.

Лиана сняла крышку.

Внутри лежали бумажные рисунки, узкая полоска металла, две маленькие вещи, назначения которых Сергей не понял.

Она достала рисунок.

Двое детей на берегу. У мальчика были непропорционально длинные руки, у девочки — огромные волосы, похожие на облако.

— Он нарисовал нас. Сказал, что я не помещаюсь на лист, потому что слишком много разговариваю.

Сергей осторожно взял бумагу за край.

На обороте темнело круглое пятно. Краска немного выцвела, но линии оставались живыми, неуверенными. Ребёнок явно старался.

— Восемь месяцев назад он не вернулся с работы, — сказала Лиана.

Сергей поднял голову.

— С какой?

— Северный энергетический узел. Старые нижние уровни. В тот день там произошёл сбой. Мне сообщили, что группа попала в опасную зону. Потом — что никто не пострадал. Потом сказали, что Таира вообще не было в составе группы.

Она произносила знакомые фразы. Сергей слышал, сколько раз она уже повторяла их другим людям.

— А тело?

— Ничего. Ни тела, ни личных вещей. Сначала я думала, что ошиблись документы. Подала запрос. Потом ещё. Мне показывали его назначение на другую работу, где его тоже никто не видел.

Лиана взяла из коробки тонкий лист.

— Вот копия первого уведомления. Я успела сохранить на бумаге. В сети его больше нет.

Сергей не мог прочитать текст, но видел дату и небольшую печать внизу.

— Говорят, что уведомление ошибочное, — продолжила она. — Сбой составления. За него извинились.

Она аккуратно положила лист на стол.

— Только брат от этого не вернулся.

***

Родители жили в другом городе.

Первые недели они каждый день связывались с Лианой. Отец искал людей, работавших на узле, мать складывала в отдельную папку все ответы. Потом у матери начались приступы, и ей предложили помощь.

— Сначала она просто стала спать, — сказала Лиана. — Я была рада. Правда рада. До этого она засыпала на несколько минут и просыпалась, думая, что он зовёт.

Сергей смотрел на свои руки.

— А потом?

— Потом ей стало трудно говорить о нём. Она помнит, что у неё есть сын. Помнит, какой он был. Но когда пытается вспомнить последние дни, ей кажется, что это уже решённый вопрос. Что нужно оставить. Отец говорит, не стоит снова причинять ей боль.

— Может, он просто боится за неё.

— Конечно боится.

Лиана подняла на него глаза.

— Я тоже боюсь. Поэтому мне так трудно понять, где ей помогли, а где сделали удобнее тем, кто должен отвечать.

Это было страшнее прямого обвинения.

Сергей вспомнил мальчика у фонтана, женщину-врача, Неру с белым футляром. Одно и то же устройство могло снять боль и затруднить вопрос о её причине. Возможно, люди, включавшие его, не всегда видели разницу.

— Тебе тоже предлагали?

Лиана кивнула.

— Я согласилась один раз. После очередного ответа. Не спала почти трое суток. Думала, просто отдохну и снова смогу искать.

— И что?

Она посмотрела на рисунок.

— Неделю не открывала папку. Когда открыла, сначала не поняла, почему вообще собирала всё это. Будто смотрела чужую работу, к которой не имела отношения.

Лиана провела пальцем по нарисованным волосам девочки.

— Потом нашла рисунок. Вспомнила, как он злился, когда я не сидела спокойно. И расплакалась. Очень сильно. Наверное, тогда ещё можно было вернуть.

Сергей молчал.

Утром белый футляр казался выходом из страха.

Он всё ещё не был уверен, что ошибался. Но теперь понял, почему Лиана так тихо выдохнула, когда он отказался.

***

О брате и старых переходах она знала меньше, чем он ожидал.

Таир не рассказывал подробно. Приносил Эйрану схемы, спорил о переводах. Однажды сказал, что они неверно понимают слово «далеко». Лиана решила, что речь о старой системе расстояний.

— Ты историк, он работал с древними узлами. Почему не спрашивала?

Она посмотрела на него устало.

— Потому что у меня была своя работа. Потому что он бывал дома и говорил ещё о десятке вещей. Потому что я не знала, какой разговор окажется последним.

Сергей опустил глаза.

— Прости.

— Я сама спрашиваю себя то же самое. Каждый день.

Они посидели молча.

Потом он поднял рисунок и аккуратно положил обратно в коробку.

— Я не могу обещать, что найду его.

— Я не прошу обещать.

— Но когда появляется выбор между моим возвращением и твоим поиском, я должен знать, что это выбор.

Лиана кивнула не сразу.

— Да.

— И если я решу уйти…

Он не закончил.

Она поняла.

— Я не стану тебя удерживать.

Сергей посмотрел на дверь.

Пока уходить ему было некуда. Сергей придвинул к себе коробку и осторожно положил рисунок сверху.

— Я тоже буду рассказывать, — сказал он. — Про стул. Про всё такое.

— Хорошо.

Ничего не стало простым. Однако сидеть за одним столом снова оказалось возможно.

***

Лиана всё-таки обработала ему руку.

Холодный пакет сработал, припухлость почти не выросла. На коже оставалась широкая красная полоса. Сергей шевелил пальцами, пока она закрепляла тонкую повязку.

— Не двигай.

— Проверяю.

— Уже проверил.

Он послушно замер.

Когда она наклонилась, одна прядь упала вперёд. Сергей машинально поднял здоровую руку, собираясь убрать волосы с её лица, и остановился.

Лиана заметила.

Несколько секунд они смотрели друг на друга с близкого расстояния.

Потом она сама убрала прядь за ухо и затянула повязку.

— Теперь всё.

Он поблагодарил.

Они оба заговорили почти одновременно:

— Нужно поесть.

Лиана первая засмеялась.

Сергей вдруг понял, насколько устал держать лицо так, будто справляется лучше, чем на самом деле.

***

Вечером они открыли запись станции ещё раз.

На этот раз за столом лежали бумага и два прибора: браслет Сергея и тикающий измеритель, который стоял у Лианы среди книг.

— Это Таир принёс, — сказала она. — Для сравнения с общим временем. Внутри два независимых счётчика. Один обычный. Второй подключён к парному прибору, который он оставил у себя.

Сергей наклонился.

Под прозрачной крышкой двигалась тонкая стрелка. Рядом находился второй круг со стрелкой потолще. Она стояла неподвижно.

— Батарейка села?

— Питание общее. Если бы село, остановились бы оба. Второй не движется с того дня.