Чёрный Лотос

Когда я узнал, какие услуги предоставляет «Планета желаний», то понял, насколько прогнил этот мир — новый для меня мир, который действительно нуждается в перезагрузке.

Основными и самыми дешевыми развлечениями являлись бои всех видов. Единоборства по правилам и без, человек против человека, человек против робота на жизнь и насмерть, с личным участием против искусственного человека, где невозможно проиграть. Всё зависело от ставок и денег. При высоких ставках боец может дать согласие биться насмерть. Хотя назвать бойца человеком было бы грубо. Бойцы, хоть и звёзды большого масштаба, входят в класс расходников и живут внутри «Планеты желаний», но в каких условиях обустроен их быт, известно только им.

Особо полюбившиеся и часто используемые развлечения связаны с виртуальной реальностью, где можно творить всё — от убийства с особой жестокостью до участия в военных действиях как на земле, так и в космосе.

Отличительная черта таких развлечений в том, что ход времени в виртуальной реальности идёт иначе, чем в реальном мире. В виртуальной реальности проходит один день, а в реальном мире — 10 минут. За одну ночь можно завоевать целый континент или истребить несколько наций. В виртуальном мире можно находиться в кредит, и это очень хитрая уловка. Представим, что игрок вот-вот завоюет последний город, но на счету закончились деньги. Тогда, ослеплённый азартом, игрок берёт в кредит дополнительное время. Из виртуальной реальности очень трудно выйти, сохранив хоть что-то.

Ну и, конечно, вишенка на торте — плотские развлечения и изменение сознания. Это самое грязное, низкое и дорогое развлечение, включающее все возможности от искажения времени до кредита. Можно насиловать робота, ничем не отличающегося от человека, неделями, а в реальном времени пройдёт всего несколько часов.

Мы сменили скины и зашли внутрь. Окси преобразилась в вечернее чёрное платье, а на ноги выбрала туфли со стразами — как она сказала, её любимые — и выбрала чёрный кожаный клатч с эмблемой в виде лотоса.

Я остановился на тёмном костюме, туфлях с крокодиловым отливом и бордовом галстуке. Окси сказала мне, что я выгляжу скучно и уговаривала надеть бабочку, но я не согласился.

— Мы же собираемся грабить, нам незачем выделяться! — сказал я. — И вообще, что ты хочешь делать? Здесь же наверняка куча охраны, а у нас всего лишь один пистолет. Я не понимаю план твоих действий. Как грабить? Что грабить? Как выглядят деньги? Я никогда не сталкивался с ними.

Мы зашли в первый корпус-шар, который представлял собой большую арену. В центре размещалось поле для боёв, о чём свидетельствовали битва в самом разгаре и разбрызганная повсюду кровь бойцов. Зрители так сильно шумели, что в оглушительном рёве толпы невозможно было разобрать ни слова. Окси кричала мне в ухо:

— Импровизируй! Нам нужно добраться до окна, где принимают самые крупные ставки! Это в самом конце «Планеты желаний»! Мы можем добраться на лифте, но нам нужно разрешение на высокие риски! Без него нас не пустят! Для начала надо достать чёрный аккаунт!

— Окси, давай выйдем отсюда! Я очень плохо тебя слышу!

Мы начали пробираться к выходу, расталкивая толпу. Я увидел всё безобразие людей. Одно дело, когда ты видишь ограниченное количество приводников — это не так омерзительно и не пугает, но когда вокруг тебя уродливые, заплывшие жиром тела сотнями, становится не по себе.

Мы попали в другой корпус, где было менее шумно, но беснование разъярённой толпы слышалось даже через стену.

— Чёрный аккаунт, — повторила Окси. — Нам нужно найти человека, торгующего нелегальными аккаунтами.

Я впал в раздумья и непонимание. Куча вопросов в моей голове рвалась наружу в поисках ответа, но и доставать Окси не хотелось. Она поняла, что я в затруднительном положении, и сама мне всё объяснила:

— Я понимаю, ты не можешь сложить пазл.

— Да объясни, если тебя не затруднит, — попросил я. — Как купить чёрный аккаунт? Если купить, значит, за деньги, а у нас их нет. Как можно купить аккаунты для денег? Я правильно понял эту бессмысленность?

— Да, — улыбнулась Окси. — Всё верно. Нам нужны нелегальные аккаунты, которые невозможно отследить. Чёрными аккаунтами люди пользуются для того, чтобы скрыть некоторые расходы и доходы от членов семьи. Такие аккаунты стоят недорого, но они небезопасны. Их легко взламывают, зачастую те же, кто их регистрирует.

— А как мы их купим?

— Не волнуйся, предоставь это мне. Нам нужен вон тот человек, — Окси указала на неприятного мужчину, который заходил в корпус. — Жди здесь, я поговорю с ним.

После разговора с торговцем-нелегалом Окси принесла две маленькие микросхемы размером с тетрадную клетку.

— Приклей её за мочку уха, и вуаля! — сказала она и приклеила себе такую же микросхему. — Не бойся, она не упадёт.

Перед глазами у меня всё замерцало. Появились синие цифры, различные графики, столбики, поля, колонки и надписи. Все эти визуалы накладывались на окружающий мир. Куда бы я ни отводил глаза, визуалы не пропадали, а лишь становились то чётче, то мутнее. Заболели глаза, закружилась голова, и мне пришлось сесть на корточки, чтобы не потерять сознание.

— Тише-тише, Айрус, — помогала мне Окси. — Глубокий вдох, концентрируйся на чём-то одном, как с одеждой. Не хватайся взглядом за всё подряд. Сейчас ты быстро привыкнешь. Если не хочешь видеть аккаунт, просто не думай о нём. Смотри сквозь него, и почти сразу цифры исчезнут. Также и наоборот — всё легко.

С аккаунтом разобрались, оставалось где-то раздобыть чем его пополнить. Окси решила эту проблему: она продала свой разумный дом. Жаль, что она лишилась дома, но всё же она обманула чёрных торговцев. Как оказалось, торговцы-нелегалы при проверке не разворачивают разумный дом, а лишь вводят пароль в специальную программу, которая определяет версию и объём — то есть насколько обставлена квартира. Окси продала свой дом как целый; разрушения от встречи с поисковиками не были зафиксированы. Окси лишь перенесла Рико, своего питомца ротвейлера, на другой носитель, хоть и торговцы предлагали за него хорошие деньги.

Я думал, что меня уже мало чем можно удивить, но когда я узнал, что питомца можно просто свернуть, и тем самым он переходит в спящий режим и визуально перестаёт существовать, я был очень удивлён и долго не мог понять, как это работает.

Окси сказала, что сейчас на рассмотрении находится подобный проект о спящем режиме для детей до 7 лет, не более чем на одни сутки. Это одновременно и круто, и жутко, и странно. Но как решит Лотос, так оно и будет. Окси лишилась дома, но зато мы приобрели кругленькую сумму, и оставалось лишь увеличить её до размеров, достаточных для игры по-крупному. Снова всё придумала Окси. Расчётливая красотка знает, как заработать.

Полученную сумму от продажи дома мы поделили на две части: одну часть положили на мой счёт, а вторую — на её. За первые ставки наши счета получили бонусы. Зачастую такие счета покупают для получения бонусов. Мы делали ставки с равными суммами, где коэффициент за победу бойца превышал сумму поставленных нами денег. Всего за пару часов мы были готовы сделать крупную ставку.

Я получил приглашение в особый корпус, где бои шли насмерть. Количество моих выигрышных ставок было больше, чем у Окси, но в особый зал можно пригласить только одного человека, поэтому всё шло по плану.

На лифте мы доехали до особого корпуса. Внутри, перед полем для боёв, ничего необычного. Несколько окон для регистрации аккаунта, где общение идёт напрямую с накопителем. Регистрировать мы ничего не стали, нас бы задержали, потому что чёрные аккаунты незаконны и не проходили проверку службы безопасности. В зале было очень мало людей. Когда подошла наша очередь, Окси достала из клатча пистолет и направила его на человека в окне.

— Ключи от двери, быстро! — потребовала Окси.

Накопитель растерялся, но тревогу поднять не забыл. Дрожащими руками он отдал Окси пластиковую карту, размагничивающую замок в зал. Окси передала её мне. Я на месте разобрался, что делать. Проведя одной стороной — дверь блокировалась и загорался красный индикатор; другой стороной — открывалась и загорался зелёный индикатор. Я заблокировал дверь.

— Всем лежать! — закричал я.

Люди в ступоре молчали и не двигались с места.

— Лежать! — закричала Окси и направила на них пистолет.

Все легли.

— Снимай свой аккаунт! — сказала мне Окси. — Быстрее.

Микросхема за ухом сама приклеилась к пальцу.

— Кассу! — закричала Окси.

Испуганный накопитель за окном достал какое-то устройство с выемкой, как раз под мою микросхему.

— Клади туда! — приказала мне Окси.

Я приложил аккаунт к устройству, и он тут же примагнитился.

— Полный бак! — закричала Окси, затем посмотрела на меня. — Всегда мечтала так сказать.

Накопитель не понимал, что от него хотят, и лишь смотрел на нас выпученными глазами. Я объяснил доступнее:

— Переводи столько, сколько может вместиться.

— Почти всё, — дрожащим голосом сказал накопитель.

— Вот и переводи.

Как только накопитель сказал:

— Готово, пожалуйста, не убивайте,

Окси скомандовала:

— Забирай аккаунт, уходим!

Я разблокировал дверь, и мы успешно добежали до лифта, но он не работал из-за тревоги. Зато в каждом коридоре висели указатели, направляющие к экстренному выходу.

— Нам туда, — сказала Окси. — Надо устроить пожар. Тогда все выходы откроются.

— Не обязательно, — ответил я. — Стреляй заряженной энергией по окнам, нам нужна паника. Люди почувствуют угрозу и побегут, а мы сменим скины, затеряемся в толпе и выйдем наружу.

— Отличная идея, — согласилась Окси и сделала выстрел в окно.

Через считанные секунды люди запаниковали и побежали в разные стороны к разным выходам. Мы сменили скины, присоединились к самой большой толпе и вышли из Планеты желаний. Окси осмотрелась.

— Наверняка будет погоня, так легко нас никто не отпустит. Бери другую машину, нам надо разделиться.

Я ничего не успел ответить. Окси побежала к машине.

— Встретимся на скейтпарке. Уезжай отсюда! Медлить нельзя! — крикнула она мне на прощание.

Я прыгнул в первое попавшееся такси и поехал, не упуская из виду Окси. На первом же повороте нас ждали. В Окси врезалась машина поисковиков, о чём говорила окраска и эмблема Лотоса. Я кое-как смог увернуться, но остановиться не мог — иначе меня ждала бы такая же участь. Я ругался, злился, сожалел и больше всего боялся подумать о том, что случилось с Окси. Я боялся её потерять.

На следующем повороте меня настигли. Удар пришёлся по касательной, меня чуть не развернуло, но мне удалось удержать управление. Впереди показался ещё один экипаж поисковиков. Шансов увернуться не было, и я вспомнил слова Окси о том, что при вероятности аварии автоматически включается режим инкогнито.

Я вывернул руль влево и на полной скорости направил машину на встречную полосу. Включился режим инкогнито. Я ехал словно по пустой дороге. В действительности я проезжал сквозь другие машины. Все автомобили передо мной исчезали, и цифры с моего счёта перед глазами убывали и убывали. Я понял, что это списываются штрафы, и что экстремальная езда — дорогое удовольствие.

5 глава

Убедившись в том, что меня никто не преследует, я по памяти доехал до Музейной улицы и начал анализировать дальнейшие шаги. Бросить машину здесь — значит сообщить поисковикам своё местоположение, тем более учитывая, что я открыл её, оставив свой отпечаток пальца. Думая, куда спрятать машину, я переключился на мысль о том, как я смог вести её так ловко, словно это был не первый и даже не второй раз. Да, видимо, я действительно на что-то годен. Похоже, я и вправду больше, чем какой-то расходник, недочеловек со стёртыми из мозга фантазиями и идеями. Я больше, чем неполноценный расходный материал.

Окси была права. Пора со всем этим кончать. А что если просто сжечь машину? Аварии невозможны, а как насчёт поджогов?

Я попробовал — не работает. Материал вообще не загорается, он словно из железа, а я поджигал ткань. Пришлось импровизировать, причём вслепую. Без Окси я был как без рук, без глаз, а главное — без знаний. В салоне авто я обнаружил планшет, который отвечал за полёт. Оказывается, я был в аэромобиле. Довольно быстро я долетел до Муравейника и оставил аэромобиль максимально близко к главным воротам. Там я бросил его, надеясь, что поисковики собьются со следа. Я хотел, чтобы они подумали, будто я взялся за голову и вернулся в Муравейник. Как бы не так.

Я направился к Музейной улице. Подходя к тому месту, где срубили дерево, где на нас напали, где когда-то было временное убежище Окси, я задумался над очень странной деталью своего жизненного приключения. Почему я хожу и езжу по одним и тем же улицам и постоянно повторяющимся путям? Даже когда Окси была рядом, мы всё равно ходили теми же путями, словно меня снова загнали в какие-то рамки. Ладно, выясним это позднее. Сейчас не лучшее время думать об этом.

Когда мы поехали в Планету желаний, время пролетело очень быстро. Когда я ехал, скрываясь от погони, казалось, что время пролетело ещё более стремглав. За этим тоже что-то скрывается. Я прячусь от поисковиков, но хожу мимо одного и того же места уже несколько раз. Выходит, что я не очень-то и прячусь.

Как-то странно: окружающий мир будто бы сжат. Я вырвался из когда-то поставленных мне рамок, но, кажется, всё равно ограничен пространством.

До Музейной улицы я добрался, воспользовавшись своими визуальными стрелочками, которые, как говорила Окси, бесполезны. Они оказались далеко не бесполезными: они не просто показывают всевозможные пути — их можно настроить как навигатор, и они приведут вас к заданному месту

Вначале я дошёл до прогулочной пешеходной улицы, включил режим инкогнито и максимально приблизился к Музейной. Таким образом я добрался практически незамеченным. Я был невидим, зато видел, как за мной по пятам следуют поисковики. В какой-то момент я почти потерял надежду скрыться, но вскоре убедился, что они окончательно отстали и потеряли мой след.

Что делать дальше, я не знал. Я потерянно бродил по заброшенным, обветшалым местам. Всё вокруг словно вымерло. Ветер разносил мусор, пакеты и бумагу, и я пошёл туда, куда ветер уносил хлам. Я отправился за ветром, на мгновение почувствовав себя таким же ненужным. Внезапно ветер усилился, и один из пакетов взмыл вверх и наконец прибился к баскетбольной сетке, сделанной из цепей. Железо лязгнуло; я остановился и услышал запах еды и осознал, насколько я голоден. До меня донеслись голоса и смех где-то неподалёку. Почему-то мне не было страшно. У меня не возникло мысли скрыться или спрятаться. Наоборот, я почувствовал, что мне надо туда — к этим людям.

Я обнаружил их не сразу; они скрывались от моего взгляда за большой кучей мусора. Правильнее сказать — за стеной мусора. Горел костёр, и это выглядело так примитивно после всего, что я пережил. Костёр, горы мусора, свалка с какими-то бродягами, а где-то неподалёку — голограммы, летающие машины, энергетическое оружие и режим инкогнито.

Я подошёл к ним, не скрываясь. Я не чувствовал опасности. Люди смеялись, жарили мясо на импровизированных шампурах, беседовали и словно не замечали меня. Вмешиваться в их беседу было бы неприлично, а мне и не очень хотелось. Больше всего мне хотелось есть, поэтому я просто стоял и смотрел на еду, грелся и радовался теплу.

— Да не стой ты так, присаживайся, — сказал мне один из них. — Каким ветром тебя сюда занесло?

Я сел на забитый песком мешок и ничего не стал отвечать. Во-первых, я очень устал, а во-вторых, мне было нечего ответить. Голодными глазами я смотрел на жареные куски мяса. Такого аппетитного мяса мне никогда и нигде не приходилось видеть.

— Да он голоден, — догадался самый старший из них. — Беркут, угости нашего гостя.

Тот, кого звали Беркут, дал мне кусок горячего мяса. Оно обожгло мне руки, и я нелепо начал перекидывать его из ладони в ладонь и, в конечном итоге, всё-таки уронил. Мои новые знакомые засмеялись. Я улыбнулся.

— Я Айрус, — представился я. — Я жду одну девушку, она назначила мне встречу.

— В таком забытом месте не назначают свиданий, парень, не нужно нас обманывать, — сказал Беркут, самый странный тип с глазами разного цвета и железными ногами.

Впоследствии выяснилось, что и руки у него тоже железные; только на вид они максимально похожи на человеческие. Он ветеран какой-то войны.

— Я не вру, я действительно жду девушку, но сомневаюсь, что она придёт. Её зовут Окси, и она сказала мне ждать её здесь.

— Окси? — переспросил старший с волосами цвета пепла. — Я правильно услышал?

— Да, Окси.

— Она очень опасная особа. Откуда ты знаешь её?

— Извините меня, но я не могу вам ответить, не зная, кто вы.

— Мы были её друзьями, парень, а теперь мы хлам, биомусор.

Беркут, тот что с железными конечностями, перебил старшего:

— Металлолом! Я теперь всего лишь жестяная банка! — с гневом и в то же время с сожалением выкрикнул Беркут, сжав и выбросив банку из-под газировки. Он выдержал паузу и затем, уставившись мне в лицо, сказал:

— Не доверяй ей, парень; она до добра не доведёт.

Конечно, я не мог принять их сторону, поговорив с ними всего три минуты. Беркут вообще не внушал мне доверия, а третий человек возле костра даже ни разу не взглянул на меня. Он был таким же тощим и безучастным абсолютно ко всему. Всё его тело, а точнее видимые мне голые части: лицо, шея и руки — сплошь были покрыты синими рисунками, и это очень сильно мне не нравилось.

На слова Беркута я никак не отреагировал. Посмотрев на старшего, я продолжил разговор с ним:

— Вы сказали, что когда-то были друзьями Окси. Что произошло? Почему вы больше не друзья?

— Послушай, Айрус, меня, кстати, зовут Фитиль. Этот подбитый - Беркут, а это Макси. Прежде чем я тебе отвечу, скажи, к какому классу людей ты относишься?

Пристально посмотрев на Беркута и дав ему понять, что я не изменил своего мнения насчёт Окси, я ответил:

— Не так давно Окси сказала мне, чтобы я не загонял себя в рамки, так что я человек, полноценный человек.

На лице Фитиля засияла улыбка. Он сказал, протянув мне новый кусок мяса:

— Да, это её слова. И это говорит о том, что тебе можно доверять. И ещё это говорит о том, что очень скоро ты окажешься среди нас. Ты будешь таким же выброшенным мусором.

— Скажите мне, кто вы?! — запротестовал я.

— Мы те, кто были несогласны с системой нашего мира. Нового мира, созданного искусственным разумом. Но теперь мы всего лишь отбросы, бродяги, неугодные, и такими мы стали благодаря или по вине Окси. Она толкала нас на опасные авантюры и призывала к борьбе. Мы говорили ей, что ещё рано, но она не унималась. И вот кем мы стали во всей красе перед тобой. Нас отловили по одному и стерли у нас всё, что только можно: ДНК, цифровой след, кошелёк, аккаунт — вообще всё. Как только мы выйдем за пределы Музейной улицы, мы просто исчезнем. Нас нет, парень; нам страшно повезло, что мы можем существовать хотя бы здесь, на этой заброшенной улице, сидеть у костра и питаться собаками, крысами и кошками. А всё потому, что Окси торопилась; она не хотела сидеть сложа руки и шла на рожон. Где она сейчас? С ней всё в порядке?

Мясо сразу же стало невкусным. Пытаясь его проглотить, я ответил:

— Её схватили поисковики.

Макси внезапно засмеялся, словно знал, что я именно так и скажу.

— Ха-ха-ха! Заезженный сценарий! Одно и то же! Всегда! Кто бы сомневался?! Не сосчитать, сколько раз её ловили, а ей всё нипочём.

— Заткнись! — перебил его Фитиль. — Что произошло? Что она натворила?

— Мы ограбили Планету желаний, — ответил я. — Когда мы пытались скрыться, нас настиг экипаж поисковиков. Им удалось остановить машину Окси; в неё врезались, а мне удалось уйти. Перед погоней мы договорились встретиться здесь.

— Это чертовски плохо, — сказал Фитиль.

Не прошло и мгновения, как у меня перед глазами всё заморгало. Резкая вспышка света заставила меня сощуриться, а затем и вовсе закрыть глаза. Я начал беспорядочно моргать, не понимая, что происходит. Когда я проморгался, то увидел перед собой или, вернее, словно внутри себя, экран с сообщением:

— «Ничего никому не говори и не подавай вид, что читаешь сообщение. Это Окси».

6 глава

— Что с тобой, парень? — пристально посмотрев на меня, спросил Фитиль. — С тобой всё хорошо?

— Да, всё нормально, — не подавая вида, ответил я. — Мне нужно пройтись.

Беркут состряпал ехидную ухмылку и вскрикнул:

— Куда же ты пойдёшь?! Мы тут одни, дружище.

— Вдруг я где-нибудь повстречаю Окси, — ответил я совершенно спокойно.

— Где же ты её повстречаешь, тупица? Ты сам сказал, что её повязали.

— Остынь, Беркут! — приказал Фитиль. — Пусть парень прогуляется, ему нужно многое обдумать. Ступай, Айрус, мы всегда здесь, приходи, когда захочешь, не стесняйся.

— Не доверяю я этому мальчишке, — проворчал Беркут.

— Ты и себе-то не доверяешь, — сказал Фитиль.

Оставив их спорить между собой, я покинул странную компанию. Ни разу не обернувшись назад, я свернул на турники и остановился там, где мои новые странные знакомые не могли бы меня увидеть. Оставалось разобраться, как написать сообщение, но как только я об этом подумал, перед моими глазами снова всплыло поле для сообщений. В перечне моих диалогов значился всего один значок — «неизвестный абонент». Я навёл на него фокус, и мне открылось сообщение от Окси.

«Как же мне написать тебе?» — подумал я, и мои мысли преобразились в текст. Я понял, как это работает. Оказалось, всё очень просто.

— «Окси, ты цела? Они тебя поймали?»

— «Всё хорошо, Айрус, не беспокойся обо мне. Я была готова к тому, что рано или поздно меня поймают. Главное, что мы успели раздобыть чёрный аккаунт и потрепать немного накопителей. Я сделала всё, что хотела, всё идёт по плану, Айрус. Теперь мы с тобой будем на связи».

— «Когда я смогу тебя увидеть?»

— «Точно не могу сказать, скоро, очень скоро. Пойми, Айрус, на тебя возложена важная миссия. Ты будешь орудием снаружи, а я буду вести борьбу изнутри. Сейчас я в цифровом пространстве. Я проникла на территорию искусственного разума; я словно вирус. Я отключу его изнутри, а ты снаружи. Вместе мы справимся».

— «Как всегда, я ничего не понимаю, но я тебе верю».

— «Ты встретил троих человек на Музейной улице?»

— «Да, я говорил с ними».

— «Что они тебе наговорили?»

— «Сказали, что ты опасна и что из-за тебя они стали такими».

— «Слабаки… Они бы не справились с заданием даже вдвое легче, чем ограбление Планеты желаний. Не слушай их, лучше избегай их; они неудачники. Я скинула тебе координаты безопасного места. Отправляйся туда, там есть всё необходимое. Разберись с чёрным аккаунтом и жди моих указаний».

После недолгой паузы она прислала ещё одно сообщение:

— «Я скучаю».

Отправленные Окси координаты привели меня к заброшенному складу, расположенному рядом с озером, где меня ударил током электрический угорь. Вспоминая все последние события, я снова вернулся к странной мысли о замкнутости моего пространства. Да, я попал в новый для себя мир, и казалось бы, он огромен, но всё сводится к тому, что это как будто бы не так. Одни и те же улицы, те же самые места, уже знакомые здания. Мне показалось, что меня поместили в какую-то коробку: большую, но всё же коробку. Я представил себя в роли лабораторной крысы, проходящей сложный лабиринт. Но стоило мне вспомнить о прошлой жизни: о том, что я делал и как я делал, каким рабом я был — то сразу же отказался от меланхоличных мыслей.

Возможно, мне хотелось узнать сразу всё: постичь то, что приходит с годами. Именно поэтому мне всего было мало: как знаний, так и ощущений.

Склад у озера представлял собой убежище, как и сказала Окси, со всем необходимым. Не знаю, как ей удалось это организовать, но там было всё, что мне нужно, и даже больше. Мясные и бобовые консервы, фруктовый сок, душ — правда, только с холодной водой, и самое главное — кровать, в которой я уснул так крепко, как никогда в своей жизни.

Утром я узнал, что кровать — это не самое главное в моём убежище. Самое важное было спрятано под ней: два пистолета разных версий, ящик с гранатами и какая-то микросхема, помещённая в защитную коробочку. Позже Окси объяснила, что коробочка противоударная, огнеупорная и водостойкая. Размер коробочки немногим меньше спичечного коробка. С такой же коробочкой Окси выбежала из нашего первого совместного убежища в день, когда нас застали врасплох поисковики и превратили здание в кучу битого стекла.

Времяпрепровождение превратилось в томящее и пугающее ожидание. Томило одиночество, а пугала неизвестность. Страшно стоять на лезвии ножа и не видеть будущего даже на час вперёд. Я ходил от стены к стене по заброшенному складу и всё яснее понимал, что он не такой уж и заброшенный.