Повесть о Сером мире

В просторном зале за длинным столом расположились казначей, военные советники и несколько влиятельных лордов. Перед Кейном лежали донесения из пострадавших деревень. Он уже успел прочесть их дважды. В одном говорилось о разграбленном обозе с зерном. В другом — о нападении на крестьянские дома. Третье сообщало о нескольких погибших, пытавшихся защитить своё имущество.

— Почему эти люди до сих пор свободно разъезжают по нашим землям? — спросил Кейн. — Один из советников поднялся.

— Ваше величество, разбойники действуют небольшими отрядами. Они хорошо знают лесные дороги и редко остаются на одном месте.

— Но ведь у нас есть солдаты.

— Разумеется, государь. Однако содержание дополнительных патрулей потребует немалых расходов. — Казначей раскрыл расчётную книгу.

— Королевская казна и без того несёт значительные траты. Коронация, предстоящий праздник Гринвальда Шторма, содержание гарнизонов…

— Я знаю о расходах, — перебил Кейн. — Он говорил резче, чем намеревался. Казначей замолчал. Один из лордов, сидевший по правую руку от короля, недовольно хмыкнул.

— Ваше величество, не следует преувеличивать опасность. Разбойники существовали всегда. Крестьяне привыкли жаловаться при первой же неприятности. — Кейн поднял глаза.

— При первой же неприятности?

— Именно так. Если отправлять королевское войско по каждой жалобе, скоро некому будет защищать сам Кроутер.

— В донесениях говорится об убитых.

— Смерть нескольких простолюдинов ещё не означает, что государству угрожает бедствие. — За столом повисла тишина. Кейн медленно положил письмо на стол.

— Сколько человек должно погибнуть, чтобы вы сочли это бедствием? — Лорд нахмурился.

— Ваше величество, я лишь пытаюсь объяснить…

— Тогда объясните мне, почему жители Астроса должны платить подати короне, если корона не способна защитить их от нескольких вооружённых негодяев.

Советник отвёл взгляд. Кейн почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он не собирался вступать в спор. Ещё утром он надеялся, что опытные люди предложат ему готовое решение. Но теперь казалось, что никто из присутствующих не желает брать на себя ответственность.

— Есть и другой способ, государь, — заговорил военный советник. — Кейн повернулся к нему.

— Говорите.

— Можно направить несколько карательных отрядов. Схватить подозреваемых, публично казнить наиболее опасных. Остальные испугаются и разбегутся.

— А если среди схваченных окажутся невиновные?

— В столь смутные времена ошибки неизбежны.

Кейн нахмурился. Ему вспомнились рассказы отца о войнах с северянами. Ричард нередко говорил, что жестокость бывает необходима, но человек, привыкший прибегать к ней без раздумий, рано или поздно перестаёт отличать врагов от собственных подданных. Король опустил взгляд на донесения. Перед ним лежали три возможных решения. Оставить всё как есть. Потратить деньги, которых и без того недоставало. Или позволить солдатам вершить расправу над всеми, кто покажется подозрительным. Ни одно не обещало лёгкого исхода.

— Сколько людей потребуется, чтобы усилить охрану основных дорог? — наконец спросил Кейн. — Военный советник задумался.

— Несколько десятков всадников для постоянных разъездов. Возможно, больше, если нападения продолжатся.

— А для защиты деревень?

— Придётся распределить часть гарнизонов. — Казначей немедленно вмешался:

— Ваше величество, это повлечёт дополнительные расходы! — Кейн поднял руку.

— Я слышал вас.

Он встал из-за стола. Советники замолчали. Король некоторое время смотрел на карту окрестностей Кроутера. Красными отметками на ней были обозначены места последних нападений.

— Направьте вооружённые патрули на торговые дороги, — произнёс он. — Укрепите охрану деревень, которые пострадали больше остальных. Пусть местные властители предоставят сведения о подозрительных отрядах и местах, где те могут скрываться.

— А задержанных? — спросил военный советник.

— Доставлять для разбирательства. Я не желаю, чтобы под видом борьбы с разбойниками солдаты грабили собственный народ. — Один из лордов недовольно покачал головой.

— Государь, подобная мягкость может быть воспринята как слабость. — Кейн посмотрел на него.

— Возможно. — Он помолчал.

— Но если я прикажу казнить первого встречного только ради того, чтобы показаться вам сильным, разве от этого стану лучшим королём? — Лорд ничего не ответил. Казначей тяжело вздохнул.

— И всё же, ваше величество, средства…

— Подготовьте расчёт расходов. Мы рассмотрим, от каких трат можно временно отказаться.

Кейн вновь сел. Его руки слегка дрожали под столом. Он только что отдал первый приказ, который не был заранее подсказан матерью или одобрен всеми советниками. И теперь боялся, что совершил ошибку. К вечеру Флоренция узнала о решении сына. Она нашла Кейна в его покоях. Тот сидел за столом, изучая донесения.

— Говорят, сегодня ты заставил советников немало поволноваться, — произнесла королева. — Кейн поднял голову.

— Если ты пришла сказать, что я поступил глупо, то можешь не утруждаться. Мне уже достаточно об этом говорили. — Флоренция остановилась.

— А сам ты как считаешь?

— Не знаю. — Он отложил письмо.

— Возможно, следовало послушать казначея. Или приказать схватить разбойников и казнить их, как предложил военный советник.

— Но ты поступил иначе.

— Да.

— Почему? — Кейн задумался.

— Потому что эти люди наши подданные. Если мы не защитим их, кто тогда защитит? — Флоренция долго смотрела на сына.

— Хороший ответ. — Кейн удивился.

— Значит, ты согласна со мной?

— Не во всём. Казначей прав: деньги не появляются из воздуха. И тебе ещё предстоит решить, чем пожертвовать ради собственного приказа. — Она приблизилась к столу.

— Но ты впервые принял решение, не ожидая, пока кто-нибудь сделает это за тебя. — Кейн опустил взгляд.

— А если оно окажется ошибочным?

— Тогда тебе придётся исправлять последствия.

— И только?

— А ты думал, королям позволено не ошибаться? — Она едва заметно улыбнулась.

— Твой отец совершил немало ошибок, Кейн. Некоторые обходились ему дорого. Но он никогда не позволял страху перед ними окончательно лишить себя воли. — Кейн посмотрел на отцовский перстень.

— Мне ещё далеко до него.

— Разумеется, — ответила Флоренция. — Ты ведь только начал.

Впервые за долгое время её слова не показались ему упрёком. В последующие дни королевские патрули вышли на дороги. Солдаты сопровождали торговые обозы, осматривали лесные тропы и усиливали караулы возле пострадавших поселений. Постепенно число нападений стало сокращаться. До полного спокойствия было ещё далеко. Советники продолжали спорить о расходах, а некоторые лорды открыто осуждали решение молодого короля. Однако из деревень начали поступать первые благодарственные письма. Кейн читал их с непривычным чувством. Он понимал, что сделал совсем немного. И всё же впервые после коронации ему показалось, что власть может означать не только страх и бесконечные обязанности. Иногда она позволяла помочь тем, кто сам не способен себя защитить. Но едва положение на дорогах начало улучшаться, как появились новые трудности.

Часть лордов покинула столицу, демонстрируя недовольство правлением Кейна. Архирахели требовали должным образом подготовить празднества в честь Гринвальда Шторма. Казначей вновь заговорил о нехватке средств. И однажды утром во дворец прибыл гонец из Франбурга. Он привёз письмо, скреплённое печатью Люксена Розенталя.

— Ваше величество! — В дверь настойчиво постучали.

— Ваше величество!

Кейн неохотно открыл глаза и повернул голову на звук. Сквозь высокие окна в покои проникал утренний свет, заставляя его щуриться. Ему снился отец. Во сне Ричард был жив, улыбался и держал на руках совсем ещё маленького Уилласа. Они находились вместе, словно шесть минувших лет никогда не существовали. Кейн тяжело вздохнул. С тех пор как он принял корону, спокойные ночи стали редкостью. Государственные дела отнимали столько времени, что порой он засыпал прямо за письменным столом. У открытой террасы лежали разбросанные документы. Несколько листов колыхались от лёгкого ветра, а перо, упавшее на пол, валялось возле ножки кресла. Стук повторился.

— Войдите, — наконец произнёс король. — Дверь приоткрылась, и на пороге показался лакей с запечатанным письмом в руках. Кейн сразу заметил королевскую печать Франбурга.

— Что это? — спросил он, потирая глаза.

— Послание от короля Люксена Розенталя, ваше величество!

Лакей поклонился и протянул письмо. Кейн взял его, внимательно разглядывая печать. Почти сразу в коридоре послышались шаги. В покои вошла Флоренция. Судя по её спокойному виду, она уже знала о прибытии гонца. Королева приветствовала сына лёгким реверансом и одним взглядом велела стражникам закрыть двери.

— С добрым утром, сын мой.

— Если бы оно действительно было добрым, — невесело усмехнулся Кейн, усаживаясь за письменный стол.

— А что же случилось? — Флоренция заняла кресло напротив него.

— Пришли вести из Франбурга. Надеюсь, они не принесут мне новых неприятностей. — Королева некоторое время смотрела на письмо в его руках.

— Когда-то твой отец очень желал заключить союз с Франбургом, — заговорила она. — И я понимала его стремление. Но Люксен Розенталь тогда не хотел и слышать о мире. Он был молод, полон сил и жаждал войны. Впрочем, годы заставили его многое переосмыслить. Возможно, теперь он пытается исправить собственные ошибки. — Кейн потянулся к кувшину с оставшимся с вечера вином, наполнил кубок и сделал несколько глотков.

— Думаешь, у меня получится то, чего не смог добиться отец?

— Получится, если ты наконец возьмёшь себя в руки.

Флоренция произнесла это без раздражения, но достаточно твёрдо. Кейн сломал печать и развернул письмо. Он быстро пробежался глазами по строкам. С каждым прочитанным предложением его лицо становилось всё серьёзнее.

— Но для этого мне придётся покинуть Астрос, — произнёс он.

— И что же? Разве короли прежде не покидали своих земель?

— Покидали. Но я едва успел разобраться с тем, что происходит здесь.

— Твой отец верил в тебя, Кейн. И ты должен научиться верить в себя. Следуй примеру предков, но помни, что решения теперь предстоит принимать тебе самому. — Она немного помолчала.

— Так что пишет Люксен? — Хотя Флоренция уже знала о готовящемся предложении, ей хотелось услышать ответ сына.

— Он желает заключить союз, — Кейн опустил письмо на стол. — Брачный союз. Наши континенты должны объединиться посредством моего брака с его дочерью. — Королева улыбнулась.

— Вот и прекрасно. Теперь тебе придётся задумываться не только о государственных делах, но и о продолжении династии.

— Именно это меня и тревожит, — возразил Кейн. — Я ещё не успел принять все заботы Астроса, а теперь должен заключать союз и жениться на женщине, которую никогда не видел. Брак по расчёту… Я всегда презирал подобное. — Флоренция поднялась с кресла.

— Ты ведь знаешь, что мы с твоим отцом тоже поженились не по любви. Наш брак был заключён ради интересов государств и знатных родов. Но со временем мы полюбили друг друга. И эти чувства живут во мне до сих пор. — При упоминании Ричарда её голос ненадолго смягчился.

— Не всё в жизни складывается так, как нам хотелось бы, сын мой. Особенно если на твоей голове корона. — Кейн молчал.

— Обсуди предложение с советом, — продолжила Флоренция. — А затем объяви о своём решении народу. — Она направилась к выходу, но у самой двери остановилась.

— И приведи себя в порядок. Не пристало королю встречать советников в таком виде.

Двери распахнулись, пропуская трёх служанок с приготовленными одеяниями. Флоренция покинула покои. Кейн ещё некоторое время сидел неподвижно, разглядывая письмо Люксена. Затем поднялся, подошёл к тлеющему камину и бросил лист в угли. Бумага медленно почернела, свернулась и вспыхнула. Служанки помогли королю переодеться. Пока они поправляли складки его одежды и затягивали завязки, Кейн мысленно возвращался к словам матери. Брак по расчёту. Союз двух континентов. Мечта отца. Он не знал, какое из этих обстоятельств тревожило его сильнее. Когда приготовления закончились, Кейн покинул покои и направился к залу совета.

На стенах дворцовых коридоров висели портреты прежних королей. Проходя мимо них, юноша невольно замедлил шаг. Ему казалось, что каждый из предков смотрит на него с немым ожиданием. Впереди собрались советники — люди, многие из которых служили ещё Ричарду. Кейн глубоко вдохнул и переступил порог. Ему предстояло принять решение, способное изменить судьбу Астроса.

Прошёл месяц со дня коронации. За это время Кейн успел убедиться, что королевская власть не имеет ничего общего с тем величием, которое он представлял себе в детстве. Кроутер по-прежнему оставался прекрасной столицей, однако за его крепостными стенами нарастало беспокойство. В окрестных деревнях участились нападения разбойников. Их появление казалось особенно странным: прежде эти земли считались достаточно безопасными, а теперь крестьяне опасались покидать дома после захода солнца.

Кейн распорядился усилить патрули и направить вооружённые отряды на наиболее опасные дороги. Меры принесли первые результаты: число нападений заметно сократилось, торговцы вновь начали пользоваться прежними путями, а жители окрестностей постепенно возвращались к привычной жизни. Но спокойствие оказалось обманчивым. Многие лорды, недовольные восшествием Кейна на престол, покинули Кроутер и разъехались по своим владениям. Некоторые делали это под благовидными предлогами, другие даже не пытались скрывать презрения к молодому королю.

Недовольство высказывали и Архирахели. Приближался праздник в честь Гринвальда Шторма, одного из величайших правителей Астроса, а необходимые приготовления до сих пор не были завершены. Кейну казалось, что неприятности возникают быстрее, чем он успевает с ними справляться. Советники спорили о расходах, лорды требовали новых привилегий, посланники приносили жалобы из отдалённых земель. Теперь к этому прибавилось ещё и предложение Люксена Розенталя. Король сидел во главе длинного стола, слушая очередной доклад. Боль в висках становилась всё сильнее. Перед ним лежали бумаги, испещрённые записями, но строки постепенно сливались в одно неразборчивое пятно. Он хотел лишь одного — вернуться в свои покои, закрыть двери и хотя бы на несколько часов забыть обо всём. Однако подобной роскоши короли позволить себе не могли. Кейн резко поднялся.

— На сегодня достаточно. — Советники переглянулись.

— Но, ваше величество… — начал один из них.

— Я сказал, достаточно, — повторил король, массируя висок.

Не дожидаясь возражений, он покинул зал. По дороге ему встретилась Флоренция. Женщина остановилась, собираясь что-то сказать, но Кейн прошёл мимо, не проронив ни слова. Впереди его ожидал тронный зал. Здесь уже собрались высокопоставленные лорды и придворные, желавшие услышать распоряжения нового правителя. При появлении Кейна разговоры стихли. Король окинул присутствующих усталым взглядом и занял золотой трон. Среди собравшихся находились и его братья.

Оскар стоял рядом с Уилласом и что-то взволнованно ему говорил. Младший принц, напротив, выглядел совершенно беззаботным. Его внимание то и дело привлекала молодая служанка, которая украдкой поглядывала в его сторону.

— И что нам теперь делать? — тихо спросил Оскар, оглядываясь по сторонам. — Кейн стал королём. А как же мы? — Уиллас закатил глаза.

— Не беспокойся об этом. Я уже разобрался с нашей проблемой.

— И каким же образом?

— Тебе действительно интересно?

— Разумеется!

— Не думаю, что ты сумеешь во всём разобраться, братец. Так что лучше не забивай голову ненужными мыслями. — Оскар нахмурился.

— Представь себе, я следующий наследник после Кейна. Поэтому будь добр, объяснись. — Уиллас раздражённо вздохнул.

— Ладно. Так уж и быть. — Он чуть приблизился к брату, понизив голос.

— Ты ведь сам видишь, что Кейн ещё не сумел укрепить свою власть. Народ ему не доверяет, лорды разъезжаются по своим землям, а он ничего не может с этим поделать. Недовольство растёт. Некоторые советники уже начали искать того, кто способен отстаивать их интересы.

— И они обратились к тебе?

— Не все, разумеется. Но достаточно многие. Я заручился поддержкой нескольких влиятельных лордов. А остальные ещё успеют определиться. — Оскар удивлённо посмотрел на младшего брата.

— И что же ты собираешься делать?

— Тебе пока ничего делать не нужно. Сиди в своих покоях, не высовывайся и, самое главное, не мешай мне. — Уиллас бросил взгляд на Кейна, который пытался придать лицу суровое выражение, столь привычное для покойного Ричарда.

— Только бы он отправился во Франбург, — добавил принц почти шёпотом.

— Откуда тебе известно, что Кейн собирается во Франбург? — Уиллас усмехнулся.

— У меня повсюду глаза и уши, мой дорогой братец. Думаешь, я не знаю о гонце, прибывшем с Востока? — Он помолчал, наблюдая за старшим братом.

— Впрочем, есть ещё одна неприятность.

— Какая?

— Матушка. Она наверняка попытается нам помешать. А значит, придётся подумать и о ней. — Оскар заметно напрягся.

— Что ты имеешь в виду?

— Обсудим позже. Сейчас у меня нет никакого желания отвечать на твои бесконечные вопросы. — Уиллас похлопал брата по плечу.

— Лучше послушай нашего нового короля.

Он отошёл, растворившись среди придворных. Вскоре Оскар заметил, как младший брат приблизился к той самой служанке и вместе с ней покинул зал. Оскар остался один. Ему не нравилось, что Уиллас постоянно скрывает свои намерения. Однако ещё больше его тревожила мысль, что младший брат действительно сумел добиться поддержки, о которой он сам ничего не знал. Тем временем Кейн поднялся с трона.

— Лорды Астроса, — начал он, обращаясь к собравшимся. — Сегодня я намерен сообщить вам о вестях, прибывших с Востока. — Придворные притихли.

— Король Франбурга Люксен Розенталь желает заключить союз с нашим континентом. Тот самый союз, к которому стремился мой отец, Ричард Шторм.

Кейн сделал короткую паузу. Он видел, как некоторые лорды переглядываются. Франбург долгие годы оставался соперником Астроса, и далеко не все были готовы принять подобное сближение.

— Я долго размышлял над этим предложением, — продолжил король. — И пришёл к решению, которое считаю необходимым для будущего наших земель. Через несколько дней я отправлюсь во Франбург, чтобы лично встретиться с Люксеном Розенталем и обсудить условия союза. — По залу прокатился негромкий гул.

— Я отправлюсь туда не только как король Астроса, но и как сын Ричарда Шторма. Я хочу завершить дело, которое он начал при жизни. — Кейн обвёл присутствующих взглядом.

— На этом всё.

Он вновь опустился на трон. Лорды принялись перешёптываться. Одни встретили известие с осторожным одобрением, другие не скрывали недовольства. Несколько человек покачали головами, словно решение молодого правителя лишь подтвердило их опасения. Среди них стоял Оскар. Значит, Уиллас говорил правду. Мысль эта не давала ему покоя. Вскоре к Кейну подошла Флоренция.

— Я горжусь тобой, сын мой, — произнесла она с улыбкой. — Ты поступил мудро, приняв приглашение Люксена. — Кейн устало посмотрел на мать.

— Не могу сказать, что чувствую себя мудрым.

— Со временем придёт и это. — Флоренция приблизилась.

— Поверь, они ещё не знают, каким характером, стойкостью и умом ты обладаешь. Двадцать лет назад я стояла в этом же зале и смотрела на твоего отца, окружённого недовольными лордами. Тогда ему тоже приходилось доказывать, что он достоин короны.

— Но отец всегда знал, что делать.

— Нет, Кейн. Просто он не позволял остальным видеть свои сомнения.

Женщина поцеловала сына в щёку. Кейн слабо улыбнулся и направился к выходу. Флоренция проводила его взглядом, а затем посмотрела на Оскара. Она давно замечала перемены в поведении младших сыновей. Особенно её тревожил Уиллас, чьи амбиции становились всё очевиднее. Если ему удастся склонить Оскара на свою сторону, положение Кейна может оказаться куда опаснее, чем он предполагает. И королева прекрасно понимала, что во время его отсутствия ей придётся быть особенно осторожной.

В день отъезда королевский дворец вновь наполнился суетой. Слуги переносили дорожные сундуки, лакеи проверяли приготовленные вещи, а стражники ожидали распоряжений у дверей. За окнами простирался Кроутер, над крышами которого поднималось утреннее солнце. Кейн стоял возле окна своих покоев. Ему предстояло впервые покинуть родные земли в качестве короля. Эта мысль вызывала странное чувство: с одной стороны, он желал исполнить мечту отца, с другой — боялся оставить Астрос без собственного присмотра. Дверь тихо открылась. В комнату вошла Флоренция. Её платье мягко шелестело по мраморному полу. Подойдя к сыну, королева положила ладонь ему на плечо.

— Мой дорогой мальчик, — негромко произнесла она. — Ты становишься правителем в непростое время. Но я верю, что сумеешь справиться с трудностями и принести нашим землям благополучие. — Кейн повернулся к матери.

— Наверное, ты права. — Он попытался улыбнуться.

— Только иногда мне кажется, что все вокруг ждут от меня гораздо большего, чем я способен дать.

— А ты перестань думать о том, чего ждут остальные. Подумай о том, что должен сделать сам. — Некоторое время они молчали. В коридоре послышались шаги слуг, переносивших последние сундуки.

— Ну что? Как настрой? — спросила Флоренция. — Кейн вновь посмотрел в окно.

— Знаешь, матушка, я всё-таки побаиваюсь. Если бы ты отправилась со мной, всё могло бы сложиться иначе. По крайней мере, мне было бы спокойнее.

— Боюсь, это невозможно, сын мой. Кто-то должен присматривать за Астросом в твоё отсутствие. — Она усмехнулась.

— Твои братья едва ли справятся с подобной задачей. Оба готовились к государственной службе, а ведут себя порой как последние разгильдяи.

— Возможно, ты права.

— Не возможно, а совершенно точно. — Флоренция присела в кресло.

— С Оскаром я ещё побеседую. Надеюсь, мне удастся наставить его на верный путь. А вот с Уилласом всё куда сложнее. — Кейн повернулся к ней.

— Что с ним?

— Он никого не слушает. И самое неприятное — некоторые его выходки начинают находить одобрение среди народа. Уиллас прекрасно умеет нравиться людям, когда ему это необходимо. — Королева нахмурилась.

— Прежде он хотя бы опасался моего гнева. Теперь же понимает, что власть принадлежит тебе, а не мне. Поэтому со временем тебе самому придётся разобраться с его поведением.

— Но как я смогу это сделать, находясь на другом континенте?

— Пока я сумею его сдерживать. Однако и моё влияние не безгранично. — Флоренция поднялась и поправила складку на плече сына.

— Поэтому постарайся вернуться как можно скорее. — Кейн опустил взгляд.

— Я постараюсь, матушка. Обещаю.

Она кивнула. На мгновение Флоренции захотелось обнять его, как в те времена, когда он был маленьким мальчиком и приходил к ней после страшных снов. Но перед ней стоял уже не ребёнок, а король, которому предстояло самостоятельно решать судьбу государства. Королева лишь ласково коснулась его щеки и направилась к выходу. Кейн остался один. Он ещё некоторое время смотрел на Кроутер. Где-то среди этих улиц жили люди, которые верили в него. Были и те, кто желал его падения. И теперь все они оставались позади. Когда слуги закончили приготовления, король покинул покои. Во внутреннем дворе его ожидала карета. Спустя несколько десятков минут Кейн прибыл на королевскую пристань.

У причалов стояли корабли, над которыми развевались знамёна Астроса. Моряки готовили снасти, солдаты проверяли вооружение, а грузчики переносили на борт последние ящики с провизией и подарками для франбуржского двора. На пристани уже собрались члены королевской семьи. Не было лишь Уилласа. Младший принц не счёл нужным провожать старшего брата и остался во дворце. Флоренция подошла к Кейну и крепко обняла его.

— Береги себя, любимый, — прошептала она, целуя сына в лоб. — Будь таким же умным, как твой отец. И помни: мы все будем ждать твоего возвращения.

Она поправила его тёмные волосы. На мгновение Кейн показался ей удивительно похожим на Ричарда. Не столько внешностью, сколько тем выражением лица, которое появлялось у покойного короля перед отъездом в очередной поход. Флоренция почувствовала знакомую тревогу, но не позволила ей отразиться на лице. Неподалёку грузчики неловко опустили ящик с хрустальными изделиями, предназначенными в подарок Люксену Розенталю. Раздался громкий стук, и Кейн невольно обернулся. Рядом стоял Оскар. Братья некоторое время молчали, не зная, с чего начать разговор. Наконец Кейн заговорил первым.

— Это лишь серые земли, брат… — задумчиво произнёс он. — Иногда я спрашиваю себя, ради чего мы столько лет сражаемся. Ради того, чтобы бесконечно жить во вражде? — Он посмотрел в сторону моря.