Ловушка для бухгалтерши

— Всё в порядке. — Отец потрепал её по руке. Этот жест означал, что всё и правда в порядке.

— Дай прочитать, что написал, — протянула она руку за листком, заметив, что отец закончил писать.

— Давай я. — Качок невозмутимо извлёк бумагу из её пальцев.

Даша растерялась. Слишком уж этот амбал старался оказать содействие, прямо втирался в доверие, замыливал глаза.

— Ты тоже иди погрейся, — подтолкнул он её в сторону своего джипа, сделав это, на удивление, аккуратно, даже нежно. — Скоро закончим. Я уже эвакуатор вызвал.

«Блин. Джентльмен в фуфайке».

Его куртка и правда была похожа на что-то армейское: цвет хаки, куча карманов. В кино в таких обычно гранаты носят.

— Но… — начала она, желая сказать, что он не обязан помогать, что это её проблемы.

— Даша, — произнёс качок её имя с мягким, но непререкаемым нажимом, впиваясь в неё чёрными глазами. — Мы с тобой всё позже обсудим, хорошо?

Его бровь выразительно приподнялась, ожидая её согласия.

«Теперь с ним ещё за это рассчитываться придётся, — с досадой подумала Даша. — Хотя такие, как он, своё возьмут и без спроса».

Пришлось согласиться. Уступить. Можно было бы поспорить, но температура на улице падала, пробка на дороге росла, а ей хотелось поскорее закончить и навсегда распрощаться с этим человеком.

Наблюдая, как громила что-то доходчиво объясняет сотрудникам ДПС и второму участнику аварии, тыкая в схему указательным пальцем, похожим на сосиску, она невольно проникалась к нему искренней, хоть и опасливой благодарностью.

«А ведь он, в общем-то, на меня не наехал. Поговорили цивилизованно. Привёз в офис. Помогает с родителями. Может, и правда всё обойдётся?» — допустила она робкую надежду.

Глава 3

Через сорок минут помятая машина родителей была водружена на эвакуатор и отбыла в сторону хорошо знакомого их семейству сервиса. Уговорить родителей отдать транспорт в другую мастерскую оказалось невозможно: они привыкли к этой и менять её не собирались.

Даша была уверена, что там с них дерут втридорога, несмотря на статус «постоянных клиентов». Но отец упёрся как баран. Спорить с ним было всё равно, что спорить с памятником — бесполезно и утомительно. Даша махнула рукой, решив поберечь нервы для более важных угроз.

Громила сопроводил эвакуатор до места выгрузки, а потом подхватил отца Даши в свой джип и повёз их домой.

В салоне воцарилось напряжённое молчание, которое нарушила мама, вдруг выглянув между передних кресел.

— Молодой человек, простите за бестактность, — начала она с плохо скрываемым любопытством, — а как давно вы с Дашей встречаетесь?

Девушка мгновенно окаменела. Она-то надеялась, что мать не осмелится устроить прямой допрос этой горе мышц. Тем более что он ей не понравился. Вроде бы…

— Мама! — возмущённо зашипела Даша. — Что ты к человеку с такими неудобными вопросами пристаёшь? — Она метнула в родительницу гневный взгляд, призывая ту замолчать и не позорить её ещё больше.

— Родители должны знать, с кем встречается их единственная дочь! — парировала Татьяна Сергеевна с достоинством инквизитора. — Своих детей родишь — тогда поймёшь.

Даша закрыла глаза, чувствуя, как по щекам разливается жар стыда. Она сжала пальцы в кулаки, мысленно умоляя светофоры светиться зелёным, а дорогу быть — покороче. Но джип будто нарочно попадал на каждый красный свет, растягивая её муку. Даша закатила глаза так высоко, что, казалось, увидела собственный затылок, и уставилась в окно, пряча от соседа по сиденью пылающее лицо.

— Почему неудобными? — вдруг раздался непринуждённый бас качка. Мужчина бросил насмешливый взгляд на Дашу, и уголки его рта немного оттянулись в стороны. — Мы недавно познакомились.

От его слов ей стало легче.

«Не выдал! Поддержал легенду! Молодец, громила. За это ему можно целую коробку шоколада подарить».

Даша отчаянно надеялась, что мать на этом успокоится. Но ошиблась. Мама и не думала останавливаться.

— А как, простите, ваше имя? Даша вас не представила, — с неподдельным интересом продолжила она.

Даша закусила губу, сердце улетело в бездну. Интерес узнать имя качка загорелся и в ней.

— Да, такая суматоха была, не успелось… — промолвил амбал, мельком глядя на то, как его мнимая пассия прикрывает ладонью глаза, переживая жгучий стыд. Даша поняла, что он слышал, как она представила его матери — своим мужчиной. — Кирилл Абрамов.

— Очень приятно! — тут же отозвалась неуёмная родительница. Отец тоже что-то одобрительно пробурчал. — С моим мужем вы уже познакомились. А меня зовут Татьяна Сергеевна.

«Кирилл Абрамов», — мысленно повторила Даша. Имя обычное, не говорящее ни о чём. Хотя Тюнников знакомил её не со всеми своими «партнёрами». Некоторые переговоры проходили за закрытыми дверями или вне офиса.

Когда они, наконец, подъехали к родительскому дому, в груди Даши вновь забрезжила надежда, что на этой милой ноте они расстанутся, и больше она этого человека не увидит. Но…

— Кирилл, может, зайдёте на чашечку чая? — предложила Татьяна Сергеевна, растекаясь гостеприимством, как ковровой дорожкой. — Всё-таки вы нам так помогли! Даже эвакуатор организовали, до дома подвезли. Мы столько хлопот вам доставили.

— Мам! — шикнула на неё Даша сквозь зубы.

«Ну просто неугомонная!»

— Вот ты какая… неприветливая и неблагодарная, — уколола её мать, неодобрительно качая головой. — Поэтому мужики от тебя и сбегают!

— Ага, вот ты сейчас и выдала мою страшную тайну! — парировала Даша с фальшивой обидой. — Теперь и Кирилл сбежит!

В глубине души она отчаянно на это надеялась. Пусть посмотрит на эту семейку с приветом и поймёт, что ловить здесь нечего.

Осознав, что, возможно, перегнула палку, Татьяна Сергеевна приложила ладонь ко рту.

— Она не всегда такая, — попыталась исправить положение кандидатка в тёщи Кирилла Абрамова, встречаясь с ним взглядом в зеркале заднего вида.

— За время нашего общения я не увидел в Даше ничего отталкивающего, — с лёгкой улыбкой ответил тот, косясь на вжимавшуюся в кресло девушку, чьи глаза метали молнии. — Меня это не пугает. Так что не волнуйтесь, я никуда не убегу.

«Чёрт возьми!» — мысленно выругалась Даша, рассчитывая на прямо противоположную реакцию. Ей категорически не нравилось, как этот Абрамов влезал в её жизнь. Прилип как репей. Такого напугать ещё постараться надо!

Тем временем Кирилл плавно остановил машину у подъезда. Даша выскочила одновременно с ним, и они, как два вежливых швейцара, помогли родителям спуститься с высокого сиденья на припорошенный снегом асфальт.

Даша незаметно сместилась за спины родителей, надеясь ускользнуть от наводящего на неё ужас Абрамова. Вновь оставаться наедине с ним желания не было.

— На чай в другой раз обязательно зайду, — сказал Кирилл на прощание, пожимая руку отцу. — Сейчас нам с Дашей нужно кое-что доделать.

Его планы «кое-что доделать» категорически не вписывались в планы Даши «никогда его больше не видеть». Однако на последних словах он одним широким шагом настиг её и обхватил рукой за талию, мягко, но недвусмысленно пресекая попытку смыться в подъезд вместе с родителями.

— А как вы познакомились-то? — вдруг спросила Татьяна Сергеевна, обернувшись в дверях.

— На работе, мам, — сквозь стиснутые зубы ответила Даша, понимая, что побег провалился.

Когда дверь за родителями закрылась, на Дашу накатила тяжёлая волна обречённости. Теперь она осталась один на один с этой глыбой по имени Кирилл.

— Пойдём, — коротко произнёс он, и Даша не уловила его настроение.

Не выпуская девушку из цепких пальцев, качок повёл её обратно к машине.

«Поддерживает, делает вид, что джентльмен, — кипела она внутри. — А сам перестраховывается, чтобы не сбежала».

Абрамов открыл перед ней дверь, помог устроиться на сиденье с галантностью, которой никак не ждёшь от человека с такими кулачищами. Ехать в молчании было неловко, начинать разговор — страшно. Финал этой эпопеи пугал.

— Кирилл Абрамов — это настоящее имя? — набралась она наконец смелости спросить.

— Да, — коротко ответил он, бросив на неё быстрый взгляд.

Даша внутренне сникла.

«Знаю, как его зовут. Видела его лицо и лица его товарищей. Я — ходячая улика. И родителей теперь под колпаком держать будут».

Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, пробиравшуюся по телу, и отогнать навязчивую мысль, что её будущее висит на волоске и зависит от воли сидящего рядом верзилы.

Глава 4

Успокоившись, Даша глубоко вдохнула и выдохнула, готовясь к прыжку в неизвестность.

— Что будет дальше? — спросила она прямо, решившись узнать судьбу, которую ей уготовили.

— За родителей не беспокойся, — неожиданно мягко ответил Абрамов. — Хорошо, что живёшь отдельно. Терпению кредиторов скоро придёт конец. Тебе выставят претензию, дадут срок, а потом… поставят на счётчик.

Даша поджала губы. Картина вырисовывалась ясная, безрадостная и с каждой минутой становилась всё опаснее. «Счётчик» — слово, от которого веяло ледяным ужасом. Даша согласилась, что терпение деловых партнёров Тюнникова не безгранично. И такие, как Кирилл, церемониться не станут.

— Но я всего лишь наёмный работник! — попыталась она апеллировать к логике, которая, как она уже понимала, в этом мире работала плохо.

— Это не прокатит, — отрезал Абрамов, бросив на неё сочувствующий взгляд.

— Офис в аренде. Оборудование старое, по стоимости — кот наплакал, — вслух оценила она активы компании, понимая, что не покроет и сотой доли долгов. Даша посмотрела на Кирилла. — Почему я попала под раздачу? Почему никто не ищет Тюнникова?

— Им без разницы, — Голос Абрамова звучал констатирующе. — Кто-то должен ответить, и всё. Это не суд, где разбираются в виновности. Елизара ищут. Но на это нужно время. А ты ближе. И, прости, беззащитнее.

Он несколько раз глянул в зеркало заднего вида, прищурившись. Даша напряглась, заметив, как на его обычно непроницаемом лбу проступили морщины: Кирилла что-то беспокоило.

— «Им»? — переспросила она, и внутри всё похолодело. — Тюнников связался с… криминалом?

Кирилл кивнул.

— Вы же тоже оттуда, — констатировала она.

— Верно. Но я другой, — коротко бросил он, мельком глянув на неё.

Даша недоумённо повела плечами: что он имел в виду? Что за неизвестный науке вид криминального авторитета?

— Я не беспредельщик. Мне не нравится, когда невиновную бабу хотят пустить в расход.

«Бабу». «В расход». Слова, отдающие боевиками, прозвучали так дико, что стало даже не по себе. Под ложечкой засосало, во рту появился противный металлический привкус. Интуиция завопила в голос: «Опасно! Беги!»

Даша быстро прикинула: выпрыгнуть на ходу из джипа — вариант самоубийственный. Из многочисленных предметов в её сумочке для самообороны не было ничего. Она снова посмотрела на водителя, на его плечи, на руки, лежащие на руле. «Одним плевком уложит. Бесполезно даже пытаться».

— Если доживу до встречи с Тюнниковым, сама его прибью, — с мрачной решимостью процедила она, чувствуя, как злость ненадолго вытеснила страх.

— И как ты это сделаешь? — Кирилл едва заметно приподнял бровь.

— Задушу! — выпалила она, живо представив, как её пальцы впиваются в шею подлеца. — Мало того, что нервы трепал, так ещё и так подставил! Тварь!

— А ты, Дарья, оказывается, страшная женщина! — вдруг рассмеялся Кирилл, и смех его, неожиданно живой и тёплый, на секунду рассеял гнетущую атмосферу.

— Когда в гневе — да, — парировала Даша. — Все мужики, узрев меня в гневе, бегут прочь, как от огня, сверкая пятками.

Кажется Абрамов не понял её тон — хвастается она, жалуется или предостерегает его, бросив на неё мимолётный, но оценивающий, взгляд.

— Я не из пугливых, Даша. Не сбегу, — ответил он с такой неподдельной уверенностью, будто давал клятву. — И до встречи с этим гадом ты доживёшь. Обещаю.

Она не была в этом уверена. Решила, что он просто её успокаивает, чтобы не устроила истерику в машине.

«Но зачем я ему? Развлечься?»

От этой мысли, особенно от яркого представления её физического воплощения, Дашу бросило в жар, потом в холод. Кожа покрылась зыбью. Её передёрнуло.

«Нет, только не это. Лучше уж…»

Но мысль о том, что после её кончины родителям некому будет помочь, оборвала мрачные размышления.

Даша вздрогнула, когда в кармане завибрировал телефон. Взглянув на имя звонящего, она обомлела: Тюнников!

— Мой телефон прослушивается? Твои смогут отследить? — прерывисто спросила она, показывая экран Кириллу и сама не заметив, как перешла на «ты».

Тот молча вытащил свой телефон, набрал номер и кивнул ей, чтобы начинала разговор.

— Алло? Елизар Данилович, добрый день! — ответила Даша, стараясь говорить спокойно, кипя внутри. — Вы где?

— Дашенька, миленькая, держи оборону, — послышался из динамика сиропный голос Тюнникова. В трубке были сильные помехи, будто он звонил из бункера или с подводной лодки.

— Нет, Елизар Данилович, мы так не договаривались! — Даша пыталась говорить строго. — Почему вы свой бизнес свалили на хрупкие плечи бухгалтера? И кто разрешил вам раздавать мой личный номер направо и налево? И вообще, где вы? Три дня никто не может до вас дозвониться!

— Дашенька! Я улетел. В другую страну. Тут цунами, аэропорт закрыт… Не смогу вернуться в ближайшее время.

Даша скосила глаза на Кирилла. Тот жестом велел тянуть время.

— Елизар Данилович, что происходит? Тут очередь из кредиторов выстроилась, — её голос дрогнул. Она прислушивалась к заднему фону: гудки, крики чаек, гул толпы. — Я поставила на рельсы вашу компанию, и что теперь?! Вы куда-то пропали, денег на счетах нет… Почему претензии ко мне?! Это не мой бизнес! Я всего лишь наёмный работник!

— Даша, ты моё золотце. Выкрутишься как-нибудь. Ты же умная девочка и всё вытянешь!

«Золотце». От этого слова она чуть люк головой не пробила. И ей стало предельно ясно: Елизар знал, на что её обрекает!

— Выкручусь?! — зарычала она, сверкнув от злости глазами. — В офис пришли люди, готовые меня на органы разобрать! — Даша бросила взгляд на Кирилла, который слушал не мигая. Лицо его выражало лёгкий шок. Она намеренно сгущала краски, давая понять директору, насколько всё плохо.

— Никто тебя не тронет, уверяю!

«Врёт. Сука, ещё как врёт!»

Даша сжала кулак так, что ладонь заныла от прострелившей боли.

— Я не собираюсь отрабатывать ваши долги своим телом! Немедленно возвращайтесь и разгребайте за собой это дерьмо! — разъярённо прошипела она, стараясь глубоко дышать, чтобы не закричать. Очень хотелось выпустить пар: вцепиться зубами в горло Елизара или когтями в его холёное личико.

— Ой, Дашенька, я не ожидал от тебя сквернословия. Тебя же никто не заставляет идти на крайние меры, — услышала она в ответ.

— А вы этих людей видели? Они меня спрашивали? Пришли и угрожали! – призывать к совести и вразумлять директора было бесполезно, она уже это осознала. Тюнников намеренно кинул её под поезд.

— Елизар, если ты, тварь такая, не вернёшься в ближайшее время, я сама тебя найду и собственными руками задушу! — выдохнула она всю свою ненависть в трубку. Готовность вцепиться ему в глотку была почти физической.

Кирилл, уже припарковавший машину у офиса, сидел не шелохнувшись. Словно под градом её угроз боялся пошевелить даже бровью.

— А я тебя предупреждал! — вдруг заявил Елизар. — Не будешь покорной и послушной — огребёшь. Так что ты сама во всём виновата. Не захотела быть подо мной, теперь разбирайся с этим дерьмом! Всё. Мне пора.

Даша замерла, осознавая страшную вещь: её отказ стать девочкой Тюнникова на одну ночь обернулся угрозой её жизни. Для Елизара она была просто расходным материалом. Через пару лет этот гад вернётся, откроет новую контору, найдёт новую «Дашу»… А её уже не будет на этом свете.

— Конченая дрянь! — зашипела она, когда в трубке повисла тишина. От бессилия и ярости на глаза навернулись предатели-слёзы.

Кирилл убрал свой телефон от уха.

— Ты в порядке?

Не дождавшись ответа, Кирилл осторожно тронул Дашу за плечо. Она дёрнулась, стукнувшись коленом о бардачок, и резко обернулась к нему, уставившись испуганным и одновременно разъярённым взглядом.

— Ты чего? — нахмурился Абрамов.

Она долго смотрела на него, пытаясь прочитать в его глазах финальный сценарий.

«В машине убивать не будет. Дорого отмывать. Значит, в офисе. Логично: нет свидетелей, есть готовая легенда — бухгалтершу убили за долги фирмы. Убийц не найдут».

— Ты у меня спрашиваешь, в порядке ли я? — сглотнула она застрявший ком в горле. Её начало колотить. Даша сжала волю в кулак, чтобы не показать Абрамову свой страх. — Удалось его засечь?

«Напоследок хочу знать, найдут ли этого подлеца».

— Да. Мои уже готовятся к вылету за ним. Он за границей.

Новость обрадовала.

«Хоть смерть моя будет не напрасной. Он тоже за всё поплатится».

— Сейчас поднимись в кабинет и подготовь все документы, которыми ты занималась.

Даша посмотрела на тёмное здание офиса.

— Кадровые тоже нужны? — спросила она, думая, что это займёт немного времени и практически не отсрочит её кончину.

— Да, мне нужны все документы! — жёстче повторил Кирилл, поглядывая в боковое зеркало. — Сделай всё быстро. Иди. Я сейчас подойду, — отправил он её жестом руки.

«Хладнокровный какой! Ничего человеческого: только что помогал с аварией, руку отцу пожал, улыбался и смеялся, а теперь отправляет меня на собственную смерть».

Кирилл вышел из машины, подошёл к железной решётке окна и вытянул что-то позвякивающее из-под отлива. Это оказалась связка из двух ключей — тех самых, что Даша оставила в дверях офиса, когда уезжала к родителям на аварию. Его люди, видимо, завершив работу, закрыли офис и входную дверь, оставив ключи в условленном с Кириллом месте. Подав их Даше, Абрамов коротко кивнул, чтобы она заходила. Сам остался снаружи.

Она шла по коридору с чётким пониманием, что это, возможно, её последние шаги в мире живых.

Чем ближе Даша подходила к конечной точке, тем сильнее тяжелели ноги, словно к ним привязали гири. Отдуваясь и заливаясь потом, девушка всё же добралась до нужного кабинета.

По пути она дёргала все двери, но те были наглухо закрыты. На запасном выходе висел замок, а ключа от него у неё никогда не было. Спрятаться совершенно негде. Только пустые коридоры, закрытые двери и давящая тишина, от которой закладывало уши.

«Да и какой в этом смысл? — подумала Даша, останавливаясь у входа в кабинет. — Меня даже в кафе нашли».

В голове не укладывалось, что после всего, что сделал для неё за это время Кирилл, он мог безжалостно приставить дуло к её виску.

Войдя в кабинет, Даша остановилась, чувствуя, как силы покинули её. Хотелось просто упасть и ждать своей участи:смотреть Абрамову в глаза, когда тот будет спускать курок.

«Зачем я буду ему помогать? Очень надо — сам найдёт… Меня ведь нашёл».

Оторвав ноги от пола, девушка подошла к шкафу, где ещё пару дней назад всё красиво и аккуратно разложила по регистраторам и папкам. Вспомнила, как была довольна собой: археологические раскопки были завершены, а бардак трансформирован в порядок.

Даша достала первую партию регистраторов, сложила стопкой на столе и потянулась за второй.

Она действовала как под гипнозом. Но параллельно искала хоть какую-то лазейку для бегства: окна выходили на парковку, где стоял джип Абрамова.

«Выпрыгнуть? Пока он сюда идёт…»

Идея казалась безумной, но неотвратимость событий толкала на неё.

Внезапный звук заставил её обернуться. В дверном проёме застыла крупная фигура. Но это был не Абрамов.

«Не решился сам? Прислал своего человека?»

За окном послышался звук отъезжающего автомобиля. Сердце упало.

«Точно. Уехал. Оставил меня на растерзание этому отморозку».

Даша пожалела, что вместо того чтобы спасать свою жизнь, занималась чёрт знает чем! Не подготовилась к побегу через окно. А сейчас было уже поздно. Её охватила паника. Страх вновь сковал всё тело. Даша замерла.

Незнакомец неприятно ухмыльнулся. Он не был таким монолитом, как Кирилл, но его мощи вполне хватило бы, чтобы справиться с ней в три счёта.

— Привет, красотка, — сипло бросил он.

По тому, как его глаза пробежали по её фигуре, стало ясно: у него на уме не только убийство. Это давало отсрочку, но и делало всё в тысячу раз отвратительнее.

Неспешность, с которой он подходил к расправе, вдруг разожгла в Даше безумную надежду на чудо. Она попятилась. Рука наткнулась на канцелярский стакан, в котором она нащупала острые ножницы. В груди вспыхнул огонь. Даша решила: она будет драться до последнего вздоха.

Когда жертва продемонстрировала «холодное» оружие, мужик громко рассмеялся, задрав голову вверх. Глядя ей в глаза, он не спеша достал из-за пояса пистолет. Не целясь, зажал в руке, подчёркивая преимущество. Ноги Даши задрожали, язык отнялся.

— Ну, давай, — поманил её пальцами незнакомец, надвигаясь как танк. — Померяемся, кто быстрее, а?

Даша понимала, что ножницы против пистолета выглядят смешно, и швырнула в него стакан с ручками. Канцелярские принадлежности отскочили от незнакомца, как горох от стены. Мужик снова заржал.

— Иди ко мне, не бойся. Будешь послушной — просто порезвимся. Будешь капризничать — на ленточки порежу, — с угрозой закончил он.

Даша не спускала с него глаз, сканируя каждое движение. Под руку попались тяжёлые папки-регистраторы. Она швырнула их ему под ноги. Тот перешагнул бумаги, ускоряясь. Жертва осознавала, что у киллера заканчивается терпение.

— Когда свой агрегат в тебя вставлю, сразу поймёшь, где твоё место, — пообещал он, подходя совсем близко.

Даша увернулась от его протянутой руки и метнулась в сторону, используя стол как баррикаду. Нужно было заманить его глубже в кабинет, а самой выскользнуть к выходу. Попытка увенчалась успехом: ей удалось загнать мордоворота в ловушку. Осталось перемахнуть через соседний стол… но длинное пальто могло зацепиться и сорвать побег.

Увидев, что незнакомец уже рядом, Даша собрала все силы и подпрыгнула. Проскользив по столу, выпрыгнула в коридор. Рванула за угол одновременно с раздавшимся за спиной выстрелом. Её ноги подкосились, когда она наткнулась на кого-то большого и твёрдого, выскочившего ей навстречу.

Она оцепенела. «Их двое. Сейчас…» Даша ждала удара, но его не последовало. Попыталась дёрнуться назад, но её крепко прижали к стене. Тело, заслонившее её, совершило полуоборот. Раздались приглушённые хлопки, от которых содрогнулось всё её естество. Даша задрожала и зажмурилась.

— Он не тронул тебя? — прозвучал знакомый бас прямо над ухом. Абрамов отступил, выпуская девушку на волю.

«Как он здесь оказался? — промелькнуло в голове. — Ведь я слышала, как машина уехала...»

Даша открыла глаза, заметив тёмную ссадину на его скуле. Взгляд Кирилла быстро пробежался по ней, оценивая целостность. Убедившись, что всё в порядке, он схватил её за руку и поволок к выходу.

Даша, спотыкаясь, бежала за ним, мельком заметив в его свободной руке пистолет.

На выходе Кирилл резко остановился, высунулся, осмотрел улицу. Убедившись, что та пуста, скомандовал:

— В машину. Живо.

Как она бежала, как вскарабкалась в салон — Даша не помнила. Помнила только железную хватку его руки и ощущение, что только что вырвалась из пасти одного зверя, чтобы оказаться в клетке другого. Но какого именно — до сих пор не было понятно.

Глава 5

Очнулась она резко, когда машину так тряхнуло на ухабе, что зубы щёлкнули с неприятным звуком. Сознание, ускользавшее в пустоту, вернулось обратно.

Даша сфокусировалась на лобовом стекле. За ним бушевала белая мгла. Снег валил хлопьями, яростно хлеща по стеклянной поверхности, за которой не было видно ни дороги, ни неба — лишь белая пелена и уверенный нос джипа, плывущего сквозь метель на ощупь.

— Куда ты меня везёшь? — Голос её прозвучал хрипло, связки сдавило страхом. Даша бросила испуганный взгляд на Абрамова, пытаясь нащупать им очертания оружия под его курткой.

Мысль ударила как обухом: «В лес. Завезёт подальше. Закопает, как ненужную вещь». По коже забегали колючие мурашки. Сглотнуть слюну оказалось мучительно трудно — горло сжалось в тугой узел.

— Наконец-то звук появился, — ответил Кирилл, и в его густом басе прозвучала лёгкая усмешка. Он на долю секунды глянул на неё, а потом снова уставился в белую круговерть за окном.

Машину слегка повело вбок, колёса на мгновение потеряли сцепление с дорогой, и Даша инстинктивно вцепилась в рукоятку над дверью. Ехали они явно не по асфальту — под колёсами хрустело, скреблось, и джип покачивался на кочках, как тяжёлая лодка на волнах.

— К себе. У меня охрана, закрытая территория. Там тебя проще защитить, пока не разберёмся.