Ловушка для бухгалтерши

Наталья Калинина

Ловушка для бухгалтерши

Глава 1

Когда Даша устраивалась в «ЕДТ» бухгалтером, она и подумать не могла, что вляпается в историю. Конечно, некоторые моменты в работе этой фирмы сразу показались ей подозрительными — пришлось собирать данные по крупицам, словно хлебные крошки, восстанавливать часть бухгалтерских проводок, запрашивать дубликаты первичных документов у контрагентов — но никто из сотрудников не удивлялся этому бардаку. Наоборот, делали вид, что всё в порядке.

Директор — Елизар Данилович Тюнников, он же единоличный владелец «ЕДТ» — бархатным голосом уверял, что эти «моменты» — лишь временные трудности и скоро всё образуется.

Образовалось. Ровно через два с половиной месяца. Только теперь ей, а не Елизару приходилось «налаживать» отношения с половиной города, которой «ЕДТ» оказалась должна.

Сам виновник торжества совершил гениальный по простоте манёвр — ушёл в закат. На звонки не отвечал, дверь квартиры не открывал.

В день, когда за ней пришли, Даша обедала в кафе. Точнее — пыталась проглотить салат под аккомпанемент захлёбывающегося рингтоном телефона. Вот уже трое суток она отбивалась от звонков кредиторов. Только что список желающих вернуть деньги пополнился ещё одним номером. Даша уже не брала трубку — просто наблюдала, как экран растягивается в бесконечную ленту неотвеченных вызовов.

Что делать в данной ситуации, Даша не представляла. Может, позвонить Веронике? Лучшая подруга часто помогала советом в сложных ситуациях. Даша почти уже потянулась к телефону, когда над её головой раздался чей-то бас, заставив девушку вздрогнуть и выронить вилку.

«Здоро́во!».

Мысли о разговоре с подругой ускакали прочь.

Девушка вскинула взгляд. Напротив неё материализовался здоровенный детина и бухнулся на железный стул, отодвинув его ногой так небрежно, будто то была пластиковая табуретка. Скрип ножек по полу прозвучал как протест планет против смены орбиты. Рядом встали ещё двое молодых мужиков, преградив ей путь к бегству.

Сидящий напротив был не просто качком, а ходячим пособием по анатомии. Тонкий свитер, выглядывающий из-под распахнутой куртки, подчёркивал выпуклый рельеф грудных мышц. Чудовищная окружность бицепсов считывалась даже сквозь ткань рукавов. Лицо было широкое, скуластое. Глаза — чёрные и глубоко посаженные — смотрели на неё как на вещь. В них не было ни любопытства, ни злобы — только холодная оценка. Фаланги пальцев на огромных ручищах — сплошь в синих наколках и разбиты, что ясно давало понять: этот человек привык решать вопросы кулаками.

От амбала исходила не просто сила — угроза, обещание, что любое сопротивление будет сломлено с той же лёгкостью, с какой он только что сдвинул тяжёлый стул.

Воздух вокруг него казался гуще.

Даша украдкой вздохнула, чувствуя себя мелкой соринкой на фоне его монументальной фигуры.

— И вам не хворать, — выдавила она неожиданно бодрым голосом.

«Раньше хоть звонили интеллигенты, — промелькнуло в голове. — А теперь пришли те, кто не собирается тратить время на разговоры. Просто выбьют из меня всю душу, сломают руки и хребет. Отлично! Просто замечательно!»

Может, если она честно ответит на все вопросы, обойдётся без насилия?

Верзила качнул головой, подался вперёд, и тень от его массивного торса легла на стол.

— Где Елизар? – спросил он.

Голос у него был низкий и настолько плотный, что, казалось, исходил не из горла, а из глубины грудной клетки.

Даша посмотрела в чёрные глаза.

«Интересно, его бас — побочный эффект от обладания такой шеей?» — отвлеклась она на секунду, отметив, что эта часть его тела сравнима по толщине с её бедром.

По лицу амбала было ясно: шутить он не намерен. Во взгляде читалась холодная решимость. «Найти и разобраться» было для такого человека обычным делом.

«Он не просто громила-охранник, призванный доставить меня к хозяину-кредитору, — с грустью констатировала про себя Даша. — Он специалист по выбиванию долгов и информации. И похоже, у него сегодня в плане на день я».

Страх подкатил к горлу, но Даша заглушила его, сделав глоток воды. В конце концов паника — это непрофессионально. А она, несмотря ни на что, ничего противозаконного не сделала и бояться ей было нечего.

— Самой хотелось бы знать, — ответила Даша, чувствуя, как под взглядом амбала внутренности пытаются спрятаться куда-то в район пяток. Голос, однако, звучал ровно, почти деловито. — Три дня как всё бросил. Всех, — поправилась она, — и фирму, и сотрудников.

Её откровение произвело на громилу примерно такое же впечатление, как сообщение о том, что вода мокрая. Что этому исполину до проблем каких-то бухгалтеров и менеджеров? Ждать от него сочувствия было бы так же наивно, как ждать от динозавра лекции по квантовой физике. Раз явился лично — значит, ставки высоки и телефонные переговоры он считает уделом слабаков.

— Ты же бухгалтер, — проскрежетало из его грудной клетки, в густом басе послышался упрёк. — Видела ведь, что он деньги выводит.

Его глаза, похожие на два кусочка антрацита, сверлили в ней дыры, пытаясь добраться то ли до тайников с совестью, то ли с наличностью.

— По такой схеме — впервые, — честно призналась Даша.

Она и правда не сразу раскусила махинации директора. В фирме царил настоящий хаос: документы жили своей жизнью, а попытки разобраться в них больше напоминали археологические раскопки. Пока она разбирала пласты прошлогодних актов и отчётов и пыталась понять, какие из них актуальны, а какие уже стали историей, новое оставалось нетронутым, на него просто не хватало времени и сил.

К тому же Елизар подпускал её не ко всей документации. Изредка, мельком, Даша видела какие-то документы с логотипами на иностранных языках, а ей подсовывали счета и инвойсы для перевода в иностранной валюте.

Вникнуть в их суть Даше не давали. Конечно, стрёмный логотип на иностранном языке ещё не означал мошенничество. Многие компании выбирали латиницу для солидности или выхода на международный рынок, в этом не было ничего криминального. Но в случае Елизара за этой «красивой обёрткой» скрывалась пустота.

Даша, как любой добросовестный бухгалтер, была дотошной и проверяла всё, вплоть до последней запятой. Пытаясь пробить названия фирм, с которыми «ЕДТ» якобы сотрудничала, она натыкалась лишь на красивые сайты с фотографиями улыбающихся людей, несуществующими адресами и номерами зарубежных телефонов. Складывалось впечатление, что этих компаний не существовало в природе — они были лишь декорацией, за которой пряталось нечто другое. Вот только для чего вся эта театральная постановка, Даша понять не могла. Всё же она была бухгалтером, а не следователем.

Что до странных сумм, непонятных движений по счетам и подозрительных цифр в отчётах, за которые то и дело цеплялся взгляд… Что ж. Каждый раз, когда она задавала вопросы, Елизар находил способ её успокоить.

«Даш, не забивай голову, это специфика цифровой индустрии», — говорил он, похлопывая её по плечу с уверенной и обаятельной улыбкой. Или: «Дашуль, в этой сфере всё сложнее, чем кажется». А после вручал ей то милый букетик, то небольшую коробку конфет, то нелепую бархатную подушку-сердечко с глупыми словами о любви. Всё это вызывало беспокойство, и Даша свела общение с Елизаром к минимуму. Опыт работы на предыдущем месте, с которого ей пришлось уволиться из-за домогательств директора, научил её быть осторожной.

«Он просто руководитель, ‟болеет„ душой за свой бизнес», — так она думала, проглатывая его объяснения. Елизар убеждал её, что всё под контролем, что деньги — это просто инструмент и главное уметь им пользоваться.

Ещё одним весомым аргументом была зарплата. Она была выше рыночной, приходила вовремя и позволяла Даше выплачивать долги. А долгов у неё было выше крыши. И ради возможности уменьшить их она готова была закрывать глаза на странности в компании.

А потом грянул гром.

— И ты даже ничего не заподозрила? — Амбал усмехнулся уголком рта, и эта усмешка напомнила Даше трещину в граните.

Стало ясно: он проверяет её на вшивость. На причастность. Большинство операций проходили через её руки. Вернее, она была руками, которые их совершали, послушным инструментом.

Даша перевела взгляд на двух его помощников, которые мялись рядом, напоминая пару молодых бычков, ждущих команды, и снова посмотрела на главаря.

— Вот если вы дадите им поручение, — кивнула она в сторону громил, — а они его не выполнят, что будет?

Амбал без лишних слов провёл ребром ладони по мощной шее, изобразив недвусмысленную и радикальную форму дисциплинарного взыскания. Даша дёрнула бровями.

— Вот и я такой же наёмный работник. Директор говорит — я делаю. И Елизар не во всё меня посвящал.

По тому, как чёрные глаза-буравчики продолжали изучать её, стало ясно: доверия эта логика у него не вызвала.

Телефон в её руке снова ожил. Даша перевела его в беззвучный режим, превратив в вибрирующий кирпичик.

— Почему не отвечаешь? — поинтересовался верзила.

— Из общения с этими людьми, — ткнула она пальцем в светящийся список пропущенных, — я поняла, что знаю меньше всех. Поэтому мне просто нечего сказать.

Громила задумчиво поводил глазами. В его огромной голове, судя по всему, шла напряжённая мыслительная работа.

— Тюнникову лично пальцы переломаю за то, что мой телефон всем раздал! — вырвалось у неё, когда звонки снова посыпались один за другим, словно град по крыше.

Воспользовавшись наступившей паузой, Даша стала лихорадочно разрабатывать в голове план эвакуации. Она нутром чуяла: этот кредитор — лишь первый ледокол в караване проблем. Если она переживёт «беседу» с этими амбалами, придут другие и разбираться будут не с невидимкой Елизаром Тюнниковым, а с ней, видимой и осязаемой Дашей Корпун.

Сбежать? Бесполезно. Её найдут везде. Да и побег будет равносилен признанию: «Да, это я всё украла, а теперь прячусь!» Но она-то была не вором, а такой же жертвой, обманутой харизматичным упырём начальником.

Пока амбал просто беседовал, но интуиция уже визжала на высокой ноте: «Беги!» Вот только ноги будто окаменели под тяжестью его подавляющей ауры. С таким грузом страха не добежать даже до туалета, не то что до выхода.

«Остаётся договариваться», — решила она с наивным оптимизмом человека, пытающимся заговорить ураган.

— Много он вам должен? — участливо спросила Даша.

Амбал медленно перевёл взгляд с окна на неё и несколько раз кивнул, солидно, будто согласовывая годовой бюджет для небольшой страны.

«Ну да, глупый вопрос. Раз сам приехал, а не прислал сообщение с требованием...»

— На те деньги, про которые я уже знаю, можно остров в Испании купить и жить там припеваючи, — сообщила Даша для информации. Среди её знакомых (к несчастью, недостаточно близких, чтобы просить у них помощи) были экземпляры, вкладывавшиеся в подобные «инвестиционные проекты».

Во взгляде громилы мелькнул азарт охотника, почуявшего след.

— Доступ к счёту есть? — лаконично спросил он.

Даша кивнула, пытаясь угадать, куда он клонит.

— Поехали! — решительно пробасил амбал и поднялся со стула так резво, что тот едва не опрокинулся. Казалось, такая масса мышц должна была двигаться медленнее.

— Ой! Я ещё не заплатила! — вдруг опомнилась Даша, внутренне ликуя. Маленькая, но такая сладкая надежда замаячила на горизонте: задержаться, затеряться, ускользнуть...

Но амбал лишь кивнул одному из своих бычков:

— Разберись.

Сам же продолжил стоять у неё над душой, не сводя взгляда. И Даша подчинилась.

Первый бычок шёл впереди, главный амбал позади, она — посередине. Идеальная схема для перемещения ценного свидетеля. Или обвиняемого.

Пока Даша стремительно натягивала пальто и шапку, будто участвовала в соревновании по сборам в условиях ЧС, к первым двум верзилам вернулся третий, на ходу убирая в карман куртки бумажник. Мужчины терпеливо ждали. Затем все четверо длинной процессией двинулись на выход. Даша проигрывала в голове план побега, который с каждым шагом казался всё более фантастическим.

Она покосилась на главного качка, теперь идущего справа от неё. Его мощные бёдра в брюках карго двигались с некоторой неуклюжестью.

«Может, он просто фанат фитнеса и набирает форму для соревнований “Мистер Олимпия„?» — мелькнула в голове абсурдная мысль.

Задумавшись, Даша оступилась. Но падения в объятия холодного пола не состоялось: идущий рядом амбал среагировал молниеносно, не дав ей упасть.

«Реакция что надо. Мне от него не сбежать!» — обречённо подумала Даша.

Громилы подвели её к большому чёрному джипу, похожему на танк. Дверь открылась, обнажив подножку на высоте, достойной скалолаза. Даша замешкалась, готовясь к некрасивому прыжку — в лучшем случае на колени, потом ползком. Однако поразмыслить над манёвром ей не дали. Сильные руки амбала обхватили её талию и с лёгкостью, с которой поднимают котёнка, водворили на заднее сиденье. Сам амбал ловко запрыгнул следом и, захлопнув дверь, отрезал их от внешнего мира.

Телефон снова зазвонил. Даша взглянула на экран и бессильно опустила руку.

— Ждёшь чего-то? — поинтересовался бугай, развалившись на сиденье так, что оно тихо застонало.

— Да-а, — протянула она, глядя в окно и думая: «В лес везёт, наверное. Хотя зачем? Денег ему таким образом всё равно не вытрясти». — Конечно жду! Когда у моего шефа-паразита совесть проснётся. — Её голос налился едким сарказмом. — Жду, когда он наберётся мужества, вернётся и, как настоящий мужик, всё разрулит, а не будет прятаться за моей спиной как последний трус.

От одной мысли о Тюнникове сводило челюсть, а во рту появлялся горький привкус.

— Высокие у вас с ним отношения, — с лёгкой усмешкой заметил амбал, набирая чей-то номер на своём телефоне.

— И не говорите, — с фальшивой лёгкостью согласилась Даша и облегчённо выдохнула, увидев за окном родные очертания — они подъехали к офису «ЕДТ».

Амбал отдал короткое указание в трубку, сбросил вызов и тут же обжёг взглядом попутчицу.

— Давно с ним работаешь? — спросил он.

— Даже испытательный срок не успела пройти, — усмехнулась Даша, вспоминая, как повелась на бархатные обещания и перспективы «огромных бонусов». Уговаривать этот проходимец умел лучше, чем продавать воздух. А она — с её грузом долгов — была идеальным покупателем.

Машина припарковалась прямо у входа. Очевидно, знак «Остановка запрещена» эти товарищи воспринимали как личное оскорбление, а правила дорожного движения — как скучную рекомендацию.

Глава 2

Даша открыла двери, ведущие в офисное пространство. Внутри было пусто. Едва слухи о крахе просочились за пределы директорского кабинета, все пятеро официально оформленных сотрудников растворились с быстротой тараканов, испуганных резко включённым светом. Даша тоже пыталась раствориться, но её, видимо, посчитали главной тараканихой и нашли.

«Интересно, остальных тоже так ищут или им повезло больше?»

Скинув пальто и шапку, девушка включила ноутбук. Пальцы, привыкшие к ежедневной процедуре, на автомате ввели логин и пароль. На экране показалась платформа банковской системы, демонстрируя нули на всех счетах компании.

— Деньги приходили от фирм-однодневок. Какое-то время лежали на счетах «ЕДТ». Рубли конвертировались в валюту, а потом все суммы списывал международный банк… Я задавала вопросы и нашему банку, и Елизару, но мне говорили, что всё законно. Да и не ко всем счетам у меня был доступ. Я многого не видела.

Внезапно дверь распахнулась, и в кабинет вошли ещё двое людей. Стоявший на посту бычок номер один — так Даша окрестила его в своей голове — сначала напрягся, приняв боевую стойку, как в голливудском боевике, но узнав вошедших, расслабился и кивнул им в знак приветствия.

Даша посторонилась, когда один из новоприбывших, явно технарь, поставил на стол компактный чемоданчик, извлёк оттуда странную аппаратуру и подключился к её ноутбуку.

На экране замелькали чёрные окна с бегущими строчками непонятных кодов. Они казались ей инопланетными иероглифами, сложными, нечитаемыми, словно послание из другой галактики. Зелёные квадратики, периодически загорающиеся на экране, наглядно демонстрировали: идёт какой-то серьёзный процесс, вероятно, извлечение всех данных из её ноутбука.

«Им бы не мой, а ноутбук Тюнникова посмотреть, — промелькнула мысль. — Там наверняка что-то интересное нашлось бы. А мой что? Обычная рутина».

Второй «гость» подошёл к главному амбалу и что-то забубнил ему на ухо. И тот и другой периодически бросали на Дашу оценивающие взгляды, от которых внутри всё холодело.

Чем всё это кончится? Отпустят ли её, после того как выжмут из ноутбука всю информацию, или решат, что свидетель в лице бухгалтера — лишнее? Она же видела их лица. В кино за такое обычно…

Даша старалась держаться и не показывать страха, но холодная змейка пота то и дело сползала по позвоночнику.

Её телефон снова завибрировал. Даша подпрыгнула, едва не вскрикнув. Но глянув на экран, с облегчением приняла вызов. Звонила мама. Татьяна Сергеевна Корпун.

— Да, мам! — Девушка отвернулась к окну, затылком чувствуя взгляд двух буравчиков из-под густых бровей амбала. И только через секунду сообразила, что эти мордовороты могли подумать, что она шифруется и говорит с Тюнниковым. Пришлось развернуться обратно.

— Мы с отцом решили проведать дачу, но попали в аварию, — невесело сообщила мать.

— Что?..

Страхи, долги и амбалы мгновенно испарились из головы. Сердце провалилось в пятки, замерло, а потом застучало как сумасшедшее.

— Не волнуйся, мы не пострадали! — поспешно добавила мама.

«Ну хоть одна хорошая новость», — мысленно выдохнула Даша, но следом накатила волна дикой злости.

— Мам! Какая, к чёрту, дача?! — почти зарычала она в трубку, уже рисуя в воображении масштабы катастрофы. — На улице день жестянщика, минус тридцать! Какого рожна вам дома не сидится?!

Она пыталась сдержаться, но последние дни были похожи на игру в «Дженгу», выстроенная башня которой держалась на последнем блоке и вот-вот должна была рухнуть. А теперь сверху положили ещё и кривой булыжник — приключение родителей.

— Мы и так много времени проводим дома, — резонно заметила Татьяна Сергеевна. — Отец захотел прогуляться. Сама знаешь, его ни переубедить. И одного не отпустишь.

— Знаю! — сдавленно выдохнула Даша, потирая лоб. С отцом-упрямцем спорить себе дороже: потеря последних нервов обеспечена. — Где вы сейчас? ГАИ вызвали?

— Да. Ждём.

В трубке послышался повышенный тон отца, спорящего с кем-то, и отрывистые гудки клаксонов.

— Что там? Ничего не подписывайте! Я постараюсь приехать… — Краем глаза Даша заметила, как главный амбал, отложив дела, внимательно слушает её разговор, не сводя с неё глаз-угольков.

— Даш, да мы сами…

— Знаю я, как вы «сами»! В прошлый раз тоже «сами»! А мне чуть почку не пришлось продать, чтобы ремонт пятисотого мерса оплатить! Ничего не подписывать! — рявкнула она для пущей убедительности и спросила, когда в голову закралась крамольная мысль: — С какой машиной столкнулись?

— «Ниссан», — после паузы ответила мама, видимо, присматриваясь.

— Может, это мошенники! Ничего! Не! Подписывать! Поняла?! — наставительно повторила Даша. — И адрес скинь.

— Что-то ты в последнее время дерзкая и резкая, — обиделась мама. — Мужика тебе надо, Дарья! Чтоб мозги вправил.

«Ага, — мысленно фыркнула Даша. — Вот прямо сейчас за спиной целый ассортимент — выбирай любого».

— Конечно, ма. Мужика. И непременно миллиардера, чтобы вы с папой сделали из него миллионера, — саркастично парировала она.

Погружённая в разговор девушка не обратила внимания на тихие сдержанные смешки верзил у стола.

— Дарья! — возмутилась Татьяна Сергеевна.

Намёк она поняла: за последние полтора года это была уже пятая по счёту стычка с чужими бамперами. Всего три месяца назад они восстановили свою машину, и вот опять.

В прошлый раз родители, не дождавшись её, под давлением водителя «крутой тачки» подмахнули протокол и оказались виноватыми. Суд, разумеется, проиграли — все записи и свидетели чудесным образом исчезли.

— Мам, я приеду. Такси только вызову, — обречённо сказала Даша и сбросила вызов.

Ладони вспотели от волнения. От всего происходящего её слегка потряхивало.

«Что же я тебе такого, боженька, сделала-то?»

Даша лихорадочно открыла раздел с контактами, ища номер проверенного такси, но телефон, как назло, решил подгадить: список завис и отказывался листаться дальше буквы Н. Хотелось выть, кричать или швырнуть дурацкий гаджет в стену. Но это бы только усугубило ситуацию.

Закусив губу, Даша открыла приложение такси. Оно, естественно, решило, что сейчас самый подходящий момент для обновления, и выкинуло её в магазин приложений. Даша нецензурно выругалась, отправив в ад всех демонов и закон подлости туда же.

Вернувшись к поиску номера в телефоне, она так увлеклась, что не заметила приближения амбала, который ловко выдернул смартфон из её рук. Даша дёрнулась и округлила глаза, испытав негодование от такой бесцеремонности. Щёки запылали.

Мужчина бегло прочитал сообщение её матери и поднял голову. От его взгляда Даше захотелось сжаться в комочек или провалиться сквозь пол.

— Я отвезу тебя. Поехали, — спокойно заявил он, возвращая телефон.

Минут через пятнадцать, увидев место аварии, Даша застонала, прикрыв лицо ладонями и подумав: «Как они вообще живы остались?!»

Стоимость ущерба промелькнула перед глазами счётной машинкой, пересчитывающей стопки купюр.

Их «Лада Калина» напоминала помятый консервный коробок. Рядом суетились сотрудники ДПС, что-то чертя на экране планшета. Водитель «Ниссана» орал на её отца, обвиняя его во всех смертных грехах.

Даша огляделась: судя по сложному перекрёстку, вина могла быть обоюдной.

— Мама! — Девушка подбежала к женщине, сидевшей на заднем сиденье покорёженной машины. Татьяна Сергеевна куталась в отцовский шарф, повязанный поверх шапки. — Замёрзла? — Даша взяла её ледяные руки в свои, пытаясь согреть дыханием.

— Да. Но отца-то одного не оставишь, — тихо ответила та и тут же перевела любопытный взгляд за её плечо. — Это кто с тобой?

Выскочив из джипа, будто за ней гнались гончие, Даша даже не заметила, что амбал последовал за ней. Она понадеялась, что он подбросит её и уедет. Но нет — он остался и стоял теперь, как монумент, наблюдая за происходящим.

Повернувшись к дрожащей матери, Даша с деланной серьёзностью проговорила:

— Ты же хотела, чтобы у меня появился мужчина. Это он.

— Та-а-кой? — Мать вытаращила глаза, застыв с простёртой в его сторону рукой.

Даша с трудом сдержала смешок.

«Ну да, габариты внушительные. Лицо — будто топором вырублено. Не сильно впечатляет. Маме же подавай утончённого интеллигента в галстуке, а не скалу в берцах. Может, хоть теперь она на время отстанет от меня с идеей о замужестве?»

— Что навстречу шло, то и схватила, — пробурчала Даша, изображая на лице обиду. — Тебе, блин, не угодишь!

— Даш, — раздался рядом густой бас, заставив её слегка вздрогнуть, — отведи маму в мою машину, там теплее.

Амбал нажал на брелок, и чёрный джип на обочине дружелюбно пискнул, мигнув фарами и приглашая на огонёк. Даша помогла матери дойти до машины. В этот момент амбалу позвонили, и он отошёл от них, встав вполоборота. Но пока она старательно подпихивала родительницу под мягкое место, чтобы устроить её на просторном заднем сиденье, он вернулся, заглянул в салон, оценивая обстановку, и спросил:

— Как отца зовут?

Его взгляд снова впился в Дашу, будто он искал ответ прямо в её зрачках.

—Александр Викторович, — выдохнула Даша. Он кивнул и отошёл.

Мысли путались: полчаса назад ходячая гора собиралась размазать её по кафелю в кафе, а теперь участие проявляет. Спустя некоторое время Даша сообразила, что он назвал её по имени.

«Пробил. Всё про меня знает. Зря согласилась на его помощь… Хотя, какое там “согласилась„ — он приказал, а я послушно поехала. Только бы родители не пострадали по моей вине».

— Когда познакомишь поближе? — тем временем спросила мама, не отрывая оценивающего взгляда от широкой спины амбала удалявшегося от них размашистым шагом.

«Очухалась, — с досадой заметила Даша, — примеряет к громиле роль зятя. Вон как сверлит глазами, прикидывает, пригодится ли в хозяйстве».

Девушка едва не застонала.

— Как только, так сразу! — бодро ответила она и резко захлопнула дверь, чтобы пресечь дальнейший допрос. Да и тепло из салона быстро улетучивалось.

Прислонившись спиной к холодному металлу, Даша закрыла глаза. Отвязаться от амбала не получалось. Более того — она увязала в этой истории всё глубже.

«Надо что-то с этим делать. Но сначала помогу отцу».