Снять маски Путешествие в Аэдор

Когда я закончила, то положила Бони на диван, а сама отправилась вымыть руки. Взглянув в окно, я увидела, что уже давно за полночь, а значит спать мне от силы осталось пару часов. Решив не упускать больше ни минуты, я отправилась в спальню. Там застала наглую кошачью морду, вальяжно развалившуюся прямо на подушках. Обойдя кровать, я легла рядом с котом, спихнув одну его часть вниз. Бонифаций, похоже, решивший простить одну кожаную, не пытался сопротивляться, а просто прижался ко мне сильнее и заснул, что-то тихо мурлыча во сне.

Так же и я провалилась обратно в сон под размеренное журчание кота.

Проснулась я от ощущения будто сверху на меня упал камень раздавил легкие и не давая спокойно вдохнуть. Резко поднявшись на кровати я жадно начала глотать воздух, а посмотрев чуть в сторону увидела довольную морду смотрящую на меня. За остаток ночи, шерсть Бонифация отросла, почти до того же размера, что была до собак и моего вмешательства. И судя по мордашке черного, он был весьма этим доволен. С укором посмотрев на кота я пожарила за такое пробуждение.

Окончательно проснувшись и приведя себя в порядок я поняла, что вчера так и не посетила лавки готовой одежды и идти ко двору сегодня мне решительно не в чем. Заказал завтрак я быстро съела содержимое тарелки и открыв окно повернулась в сторону еще более до вольного кота.

– Я ушла, окно открыто, прекрати доводить местно население, – с упреком произнесла последние слова, но судя по всему кота мои слова не усовестили и он довольный продолжил улетать завтрак. Махнул на того рукой я схватила сумку и отправилась в лавку благо за углом как раз была торговая улица и найти подходящий наряд не составит особого труда.

По крайней мере, я так думала, пока мне не отказали во всех лавках. Везде объясняли одно и то же: все готовые платья давно раскупили, а за ту сумму, что я предлагала, сейчас никто ничего не сошьёт – да и времени просто не хватит. Раздосадованная и злая на весь свет, я вернулась в гостиницу, с силой хлопнув дверью.

Бонифаций, который было задремал на диване, подскочил и уставился во все глаза – на одну разъярённую тёмную. Я стояла, скрестив руки, и хмуро смотрела в пустоту, пока с дивана не донеслось тихое мяуканье. Бросив на кота всё тот же мрачный взгляд, я начала нервно отбивать каблуком дробь по полу.

Выбора не оставалось – придётся идти с чистосердечным признанием к подруге и снова надеяться на её доброту и понимание. Если бы я была здесь просто проездом или по делам, мой внешний вид сошёл бы за норму. Но я приехала по приглашению княжны, и вчера при всех приближённых было слишком явно показано, насколько мы с Кэт близки. Я не могу позволить себе опозориться.

Пока эти мысли роились в моей голове, Бонифаций не сводил с меня глаз. Не выдержав, он подошёл, встал на задние лапы и начал поочерёдно мягко впиваться когтями в мою ногу, требуя внимания. Я тяжело выдохнула, опустилась на корточки и почесала его за ухом, наконец встретившись с ним взглядом. Он смотрел на меня так внимательно, будто пытался понять, что произошло.

Мягко улыбнувшись, я подняла его на руки, позволив устроиться у себя на плечах.

Почесав Бонифация ещё раз, я заговорщически взглянула на него:

– Ну что, здесь ты уже всех построил? Пора идти дальше, – получив вопросительный мяв, я хмыкнула и направилась прямиком ко двору.

Оказавшись во дворце, я узнала, что у Катарины назначена важная встреча и она будет занята ещё какое-то время. Поэтому решила вместе с Бонифацием поискать Вильяма.

Проходя по одному из коридоров я встретила новую знакомую, лиру Талиэн.

– Кас’андра, какая встреча! – воскликнула девушка, растягивая моё имя на слоги.

Я едва заметно поморщилась. Люди умудрялись коверкать моё имя по-всякому, но именно это протяжное «Кас’андра» всегда звучало так, будто меня пытаются прогнать, как надоедливую мышь из кладовой. В этом обращении было что-то нарочито чужое, холодное, словно невидимая стена между нами.

– Доброе утро, лира Талиэн, – сдержанно, почти ледяно, ответила я, стараясь не выдать раздражения. Бонифаций, завидев Талиэн, резко зашипел, и мне пришлось снять его с плеча, крепко прижимая к себе.

– Ой, какой котик, – протянула она, заметив моего спутника. Любопытство и сладкая, тягучая речь лились из неё потоком, от которого у меня чуть не закружилась голова. Собравшись, я ответила максимально вежливо:

– Да, не так давно спасла его от стаи разъярённых собак, – на последних словах чуть дёрнула бровью, быстро возвращая себе самообладание.

В её глазах промелькнуло что-то странное – не жалость, скорее отвращение, но кому оно было адресовано, я не поняла. Она, как и я, быстро взяла себя в руки и с натянутой жалостью протянула:

– Бедняжка…

Стоило её руке приблизиться к Бонифацию, как он, словно разъярённая фурия, вырвался и цапнул её за палец, когда та попыталась его погладить. Я крепче сжала зверя, зажимая его лапы, и быстро извинилась перед лирой. Талиэн недовольно прижала палец к губам, слизывая выступившие капли крови, и бросила на меня взгляд, в котором смешались укол гордости и раздражения.

Талиэн сдержанно улыбнулась, будто ничего не произошло, но в её голосе зазвенела тонкая сталь:

– У вас, Кас, и питомцы под стать хозяйке – дикие и не слишком дружелюбные.

Я чуть склонила голову, не отпуская Бонифация:

– Он просто не любит, когда к нему лезут без спроса. Впрочем, это у нас общее.

Талиэн хмыкнула, оглядывая меня с ног до головы:

– Всё-таки удивительно, как вы умудряетесь находить приключения даже в самом мирном месте.

Она бросила взгляд на мой плащ, будто ища на нём следы ночных странствий.

Я пожала плечами:

– Мирные места – иллюзия. Здесь, во дворце, опасностей не меньше, чем в лесу.

Талиэн на мгновение замолчала, затем, чуть склонившись ко мне, прошептала:

– Вы слишком много видите, Кас. Это не всегда безопасно.

Я встретила её взгляд, в котором мелькнула тень тревоги:

– А вы слишком много скрываете, лира. Это тоже опасно.

Между нами повисла короткая, напряжённая пауза. Бонифаций тихо заурчал, будто подтверждая мои слова.

Талиэн выпрямилась, вновь натянув на лицо безупречную улыбку:

– Надеюсь, сегодня вы не станете устраивать сенсаций, Кас’андра.

Я позволила себе лёгкую усмешку:

– Всё зависит от того, кто первым начнёт.

Извинившись, лира поспешила удалиться, стараясь держаться подальше. Я проводила её взглядом, ловя себя на мысли, что её слова и интонация снова не совпали – слишком много скрытого, слишком мало искреннего.

Я посмотрела на всё ещё дрожащего в моих руках Бонифация и тихо спросила:

– Ну и что это было? Ты же обычно к людям терпим, – не дождавшись от кота никакой реакции, только тяжело вздохнула. – Хотя, если честно, она мне тоже не по душе, – задумчиво добавила я, перехватывая Бонифация поудобнее.

Кот прижался ко мне всем тельцем, уткнулся мордой в мой плащ и, кажется, решил больше не рисковать. Я невольно улыбнулась, чувствуя, как его тепло немного успокаивает.

– Ладно, друг, – шепнула я, – похоже, сегодня мы оба заслужили немного покоя.

Вильям нашелся у западных ворот дворца, он и ещё несколько рыцарей тренировались на поле. Я же увидела его в окно второго этажа. Спускаться к другу не стала, как и отвлекать его от тренировки, поэтому поставив Бони на подоконник, я увлечённо принялась наблюдать за поединками меж рыцарей. И не заметила как ко мне подошли, только легкий ветерок качнул мой плащ.

– Тот мальчишка хорошо сражается для своих лет, – тихо произнесли рядом со мной. Наклонив голову чуть в бок я задумчиво постучала пальцем одной руки по подбородку, а второй продолжила гладить кота.

– Не могу не согласиться, но пирует как и поворот тон плие хромают, его легко сбить с ног, – так же тихо произнесла я. На что получила одобрительный кивок от князя.

– Вы хорошо разбираетесь в поединках госпожа Кас, позволите называть вас так? – с легкой улыбкой учтиво произнес Бернард. Я же чуть склонив голову игриво ответила: – Как пожелает его светлость.

Бернард улыбнулся чуть шире, в его взгляде мелькнуло одобрение – и, возможно, тень интереса.

– Редко встретишь даму, способную так метко оценить бой, – заметил он, переводя взгляд на поле, где Вильям ловко уходил от удара противника. – Вы сами когда-нибудь держали меч в руках?

Я усмехнулась, не отрывая взгляда от тренировки:

– Иногда приходится. В нашем мире иначе нельзя.

Князь кивнул, будто мои слова только укрепили его мнение:

– Вижу, вы не из тех, кто прячется за чужими спинами. Это достойно уважения.

Я чуть улыбнулась, продолжая гладить Бонифация, который довольно урчал на подоконнике:

– Спасибо, ваше светлость. Но иногда и за спиной бывает интересно – можно увидеть то, что ускользает от чужого взгляда.

Бернард рассмеялся негромко, сдержанно:

– Вижу, вы наблюдательны, госпожа Кас. Надеюсь, ваши наблюдения не обернутся для меня неприятностями.

Я бросила на него лукавый взгляд:

– Всё зависит от того, что вы сами считаете неприятностями.

Между нами повисла лёгкая, почти дружеская пауза. За окном рыцари продолжали тренировку, а в комнате воцарилась атмосфера спокойного, чуть ироничного доверия.

Бернард на мгновение задумался, затем, всё так же с лёгкой улыбкой, произнёс:

– В таком случае, надеюсь, вы будете щедры на советы, если заметите что-то важное.

Я чуть склонила голову, глядя на него из-под ресниц:

– Совет – вещь опасная. Иногда за ним скрывается больше, чем кажется.

Князь рассмеялся чуть громче, но голос его остался мягким:

– Тогда, быть может, я рискну и попрошу у вас совет прямо сейчас. Как думаете, стоит ли мне доверять молодым рыцарям важные поручения?

Я на секунду задумалась, наблюдая, как Вильям уверенно отражает очередную атаку:

– Молодость – не порок, но и не гарантия верности. Иногда самые преданные оказываются самыми неожиданными.

Бернард кивнул, его взгляд стал чуть серьёзнее:

– А вы, госпожа Кас, умеете удивлять. Не часто встречаю столь прямых собеседников при дворе.

Я улыбнулась уголком губ:

– Вежливость – не всегда лучший способ выжить, ваша светлость.

Он посмотрел на меня с интересом, будто взвешивая мои слова:

– Надеюсь, вы не станете моим врагом, Кас.

Я мягко усмехнулась:

– Врагов у вас и без меня хватает, а вот честных советчиков – куда меньше.

Бернард на мгновение задержал взгляд, затем чуть склонил голову в знак уважения:

– Тогда будем считать, что мне повезло.

В этот момент Бонифаций тихо мяукнул, требуя внимания, и я, улыбнувшись, вновь перевела взгляд на поле, где Вильям одержал очередную победу.

Наконец князь обратил внимание на Бонифация:

– Ваш кот? – подходя к нему, он провол рукой по черной шерсти.

Я хотела предостеречь его светлость, но на удивление Бонифаций не высказал никакого возмущения на столь дерзкое поползновение в его сторону, наоборот придвинулся ближе к его светлости и начал ластиться позволяя тому более уверено гладить его.

Посмотрев на все это со стороны я скрестила руки и весело произнесла: – Похоже не я одна ощущаю силу вашего света, – на это князь удивленно посмотрел на меня и перевел взгляд обратно на Бони.

– Не знал, что некроманты способны видеть силу света, как и животные, – задумчиво протянул Бернард. Я же покачала головой.

– Ни я, ни он не видим вашей силы, но ощущаем ее мощь, как и яркий свет вашей жизненной искры, – постаралась объяснить князю. Его светлость продолжал гладить в конец разомлевшего кота и задумчиво смотрел в окно.

– Значит, – будто очнулся ото сна он перевел внимательный взгляд на меня, заставляя чуть хмуриться, – вы способны видеть чужие искры. И вы знаете сколько осталось тому или другому, – не спрашивал, констатировал князь Аэдора.

– Нет, – отрицательно показала головой, – я не вижу когда умрет то или иное существо, я могу лишь сделать предположение. Увидеть по силе искры, более этот кто-то или ведет не очень здоровый образ жизни и осталось ему не так много, так же могу предположить на сколько силен или слаб этот кто-то, – стараясь сформулировать как можно правильнее свои мысли и не запутать внимавшего каждое мое слово князя я. Кажется тот понял меня и довольно кивнул.

Князь хитро прищурился и заговорчески произнес:

– В таком случае, я бы хотел попросить вас об одолжении.

Я же подняв бровь хотела спросить, но князь не дал сказать и слова:

– Вы любите шахматы?

Перестав гладить кота, чему тот похоже не особо был рад, он полностью повернулся ко мне, и завел руки за спину, возвращая себе величественный вид. Именно в этот момент из-за угла вышла патрулирующая дворец стража и отдав честь своему правителю направилась дальше, я же проводив рыцарей взглядом, отметила, князь не любит лишних ушей и не позволяет видеть то, что не должны видеть.

Вернув все свое внимание ожидавшему ответа князю, я учтиво склонила голову:

– Почту за честь обыграть вас в этой игре.

Подняв голову, я увидела блеск смеха в глазах все так же невозмутимого князя:

– В таком случае, я надеюсь вы сильно не разочаруетесь своему поражению, – в тон мне парировал государь.

Так, обмениваясь колкими любезностями, мы дошли до библиотеки.

Стоило пересечь порог огромного зала, как в нос ударил аромат старинных воспоминаний, бережно хранимых на пыльных полках. Тут же витали едва уловимые нотки старого пергамента, смешанные с терпким ароматом книжных переплетов, словно тихое дыхание веков. Тончайшие оттенки чернил, переплетенные с древесиной стеллажей, создавали особый шлейф. Помещение дарило тепло и уют каждому вошедшему и будто тихо шептало обещая открыть свои тайны каждому вошедшему. Остановившись, я на минуту прикрыла глаза вдыхая этот чудный запах и позволяя окутать себя теплом.

Со стороны послышался одобряющий голос:

– Здесь место силы и знаний, я так же как и вы люблю этот запах. В этих стенах можно найти ответы на любые вопросы, а порой можно потеряться или спрятаться от суеты и дел, – мягко и как-то по отечески, что заставило вернуться в реальность и нахмуриться, вспоминать об отце желания не было.

Выкинув лишние мысли из головы, я вернула себе привычную, чуть натянутую улыбку. Князь уже устроился в кресле, а Бонифаций, не теряя времени, занял место у него на коленях, будто всегда был здесь своим.

Я, следуя их примеру, опустилась в соседнее кресло. На секунду прикрыла глаза, позволив себе короткий выдох, и вдруг тихо хохотнула в кулак – промелькнувшая мысль показалась настолько нелепой, что пришлось сделать вид, будто просто откашлялась.

Князь бросил на меня вопросительный взгляд, но я лишь пожала плечами, сохраняя видимость спокойствия. В комнате повисла лёгкая, почти домашняя тишина, нарушаемая только довольным урчанием Бонифация.

Перед нами на небольшом столике уже были расставлены фигуры. И кажется мне предстояло сделать первый шаг. Будто прочитав мысли его светлость повел рукой вперед разрешат сделать первый ход.

Не спеша я вновь обвела библиотеку взглядом и задала вопрос:

– Значит, сильные мира чего именно так коротают свободные минуты?

Не подкол, обычное любопытство и князь это понял сразу:

– У меня не так много свободного времени, но если выпадает свободная минута, то да, именно здесь моя крепость тишины и спокойствия.

Делая первый ход, я посмотрела на пустые столы:

– Похоже гости здесь действительно редкость, – обращая внимание на тишину этого места и отсутствие других людей.

Отвечая на мой следующий ход, князь все де решил ответить: – Да, у придворных и без того много дел. Увидеть здесь кого-то кроме меня или духов можно только по вечерам последних дней месяца, – задумчиво протянул он и хитро прищурил взгляд.

Я же интересом посмотрела на Шерона:

– То есть?

Не отвлекаясь от доски, его светлость пояснил, и тут же съел одного ферзя:

– В последние дни месяца, я позволяю своим верноподданным закончить раньше и собраться здесь. Те кто приходит сюда, либо читают книги, либо музицируют, кто-то просто приходит пообщаться.

Довольный собой он подкинул ферзя в воздухе и поймав плавно волной разжал поочередно пальцы, показывая мастерство иллюзии. Весело усмехнувшись я наклонилась чуть вперед и кивком головы указала на внутренний карман камзола его светлости. Весело рассмеявшись князь оттянул полу и выудил из кармана фигуру.

– Вас не проведешь, – одобрительно произнес он. Я же сделав очередной ход и съев одну пешка мило посмотрела на мужчину.

– Был у меня опыт путешествий с циркачами, – тихо, будто по секрету, сказала я. – Те ещё хитрецы. Приходилось следить за всем – и за вещами, и за теми, кто рядом.

Князь с интересом уточнил:

– А что за «не особо движимое» имущество?

Я весело хохотнула, делая ход:

– Однажды на рудниках набила сумку камнями для сделки с болотником. Заклинание лёгкости спало как раз в тот момент, когда один ловкач из труппы попытался украсть мою сумку. В итоге он вместе с ней камнем пошёл ко дну – мы потом долго смеялись, догоняя воришку.

Князь, увлечённый историей, даже забыл про игру.

– Хотите сказать, один из артистов украл у своих? – нахмурился князь, получив мой кивок.

– Мда… – протянул он, задумчиво качая головой. – Много видел, но чтобы свой у своих – нет большего бесчестия.

Я согласилась коротким кивком. Когда князь вернулся к игре, его король оказался в ловушке – партия была проиграна. Он удивлённо поднял брови, а потом громко рассмеялся, глядя на меня:

– Признаю, расслабился, – одобрительно сказал он.

Я улыбнулась шире и развела руками:

– Думаю, вы забыли, с кем играете, – невинно заметила я.

Князь хмыкнул:

– В следующий раз не проведёшь, тёмная, – несерьёзно пригрозил он пальцем.

Я кивнула, подхватывая игру. Всё это время Бонифаций лежал у него на коленях, иногда приоткрывая глаз, будто следя за нами.

Когда князь вновь стал серьёзен, я поняла – пора переходить к делам. Я внимательно посмотрела на него, готовая слушать.

– У меня к тебе будет просьба, и не простая, – начал князь, задумчиво глядя вдаль. – Моему сыну, наследнику, нужна достойная жена. Благородство, честность, хоть капля мудрости и рассудительности… – он перечислял качества, а мои брови всё выше поднимались. Даже Бонифаций перестал притворяться спящим и уставился на Бернарда.

– Щедрость, доброта, образование, уважение к традициям… – князь явно представлял кого-то конкретного, и вдруг с силой ударил кулаком по подлокотнику.

Я уже не удивлялась. Скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу, я с иронией наблюдала за аэдорским правителем, не скрывая своей реакции.

– Мне вот интересно, – перебивая князя и нарушая сотню правил этикета и приличий, проговорила я, – разве ваш сын не должен в конце жениться на принцессе Амире, да бы мирный договор был закреплен не только словом, но и наследником, – Бернард проигнорировал мои манеры, но на слова его реакция была не столько искренне сколько пугающе, неожиданно яростной. Его светлость буквально вскочил с кресла и навис надо мной, что Бонифаций не ожидавший этого кубарем свалился на пол и спрятался за мое кресло.

Каждое слово звучало как приговор:

– Никогда! Никогда ни один дон Иэр не сядет на престол Аэдора, – отчеканил князь, пугающе тихо.

Я не дрогнула под его гневным взглядом, лишь понимающе кивнула:

– Значит, я не ошиблась, – пробормотала себе под нос, задумчиво глядя на всё ещё нависающего надо мной Бернарда.

Он не спешил отступать, проигнорировав мои слова:

– Ты можешь помочь. Ради Катарины и её будущего.

Я наконец поднялась, стараясь сократить разницу в росте – без особого успеха, но это не мешало мне показать своё недовольство и удивление.

– Вам стоит пояснить сказанное, Бернард, иначе у меня возникают сомнения в разумности ваших слов. – холодно произнесла я, не отводя взгляда.

Мужчина отступил на шаг назад, а во взгляде мелькнуло такая злоба, что я уж решила, мой путь закончиться в застенках этого двора. Но он удивил, вместо гневной тирады и приказа на арест одной наглой темной, князь вернул себе спокойствие и указав на кресло позади меня сам буквально упал в свое. Последовав примеру седовласого мужчины, я внимательно смотрела на его светлость, который не спешит с объяснениями. Казалось будто все тяготы мира, в раз обрушились на него, выдавая истинный возраст мужчины и ту ношу что он как правитель нес на своих плечах.

Спустя время, вынырнув из тревожных дум, Бернард посмотрел на меня, а после перевел взгляд на кота, который за время нашего молчания забрался ко мне на колени и следил за князем. Я же скучающе гладила Бонифация и блуждала взглядом по полкам с книгами.

Заметив взгляд карих глаз, я вся обратилась в слух и не прогадала, кажется князь решил все же довериться некромантке и поведать о настоящих причинах моего приглашения.

Князь смотрел на меня пристально, не спеша продолжать.

– Ты не похожа на остальных, Кас. Для Катарины, ты больше чем подруга, сестра, а для меня, тот, кто сможет вовремя увидеть опасность и не побоится сказать правду. Ты справишься?

Я чуть прищурилась, не скрывая сомнения:

– А если правда не понравится вам или вашей дочери?

Бернард пожал плечами, в голосе прозвучала усталость:

– Пусть лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Я слишком долго наблюдаю за этим двором, чтобы верить в сказки. А приезд врага, заставляет быть на чеку ежесекундно.

Я усмехнулась:

– Хорошо. Значит вас беспокоят ливернийцы. Постараюсь оградить их общение. Но предупреждаю: я не стану встревать между ними, при общении.

Князь кивнул, уголки губ дрогнули в почти незаметной улыбке:

– Вот поэтому я и обратился к тебе. Катарине нужна не тень, а друг. И защита, если потребуется.

Я на секунду задумалась, потом коротко кивнула:

– Я попробую.

– Главное, чтобы все прошло тихо и эти черти убрались к себе, – шепотом добавил Бернард. – Спасибо, Кас. Если что-то заметишь – не тяни, говори сразу. Что-то понадобится – ищи меня не в тронном зале, а в библиотеке. Или в саду. Я не люблю лишних ушей. И все это между нами.

– Договорились, – ответила я, чувствуя, как напряжение между нами немного спало.

Бонифаций, будто почувствовав перемену, тихо мурлыкнул, а я, улыбнувшись, перевела взгляд на окно.

Когда наша беседа окончательно подошла к концу, настало время обеда. Князь поблагодарил за беседу и удалился, оставляя меня с Бонифацием наедине.

Не торопясь покидать это чудесное место, я прошлась вдоль полок и, заметив стеллажи, относящиеся к истории еще королевства, остановилась, медленно проводя рукой по пыльным корешкам.

Выудив из сумки потертый временем дневник, состоящий из бычьей кожи, я вновь прочитала последние строки: "…Подкрепление так и не пришло. Прощайте, мои любимые, вы навсегда в моем сердце…"

Кто бы знал, что судьба уже бросила кости.

Закрыв дневник лейтенанта, я поставила его между других историй этих земель:

– Здесь ему самое место.

А после посмотрела на Бонифация, который будто соглашался со мной. Мы в полной ж…