Пока не рассыплется фарфор

- Не совсем.

Он взял нож и отрезал кусок тоста.

- Просто большинство времени мне нравится, когда кажется, будто я один.

Я смотрела на него и вдруг поняла, что я почти не думаю о его маске. Это было странно.

- А что они думают о... - я скользнула взглядом по белому фарфору и осеклась.

- О маске? - ироничная улыбка тронула его красивые губы. - В их обязанности не входит спрашивать о маске. А я плачу им достаточно, чтобы они её вообще не замечали или относились к ней как... Ну... Как к родимому пятну.

- Ну да... Родимое пятно...

Я быстро повернулась к окну, чтобы закончить этот неловкий виток диалога. Туман постепенно редел, и сад начинал проступать из белой дымки.

Я сидела напротив него, обхватив пальцами чашку, и вдруг поняла, что напряжение между нами никуда не исчезло. Наоборот. Оно стало плотнее. Я чувствовала его даже тогда, когда мы молчали. И хуже всего было то, что вместе с этим напряжением я ощущала другое. При взгляде на него что-то происходило внутри. Совершенно нелогичное. Совершенно не вовремя. И, судя по тому, как часто его взгляд задерживался на моём лице, на губах, на руках, это чувство не было односторонним.

«Хватит пялиться, дура. Это маска. Этот чокнутый ублюдок носит маску, и тут любой бы занервничал» - внутренний голос как обычно был бесцеремонен. Но я знала, что дело было не в маске. Совсем не в маске.

Я первой отвела взгляд, и чтоб отвлечь свои мысли снова посмотрела в окно, на гравий внизу, - и внутри снова поднялось знакомое напряжение, поднялось из живота, к горлу, как тошнота, голова поплыла. Нет, не сейчас. Только не сейчас.

-Тут безопасно, Эйлин, - тихо сказал он, и внезапно его рука легла на мою руку, горячая, сильная, большим пальцем он провёл по моей коже. - Тут никто. Ни один человек, - он специально выделил это особенно тщательно. - Не причинит вам вреда.

Сердце остановилось. Он словно снова прочитал мои мысли. Я увидела, как его взгляд внимательно прошёлся по моему лицу, задержался на ссадине, а затем вернулся к моим глазам. Но он опять ничего не сказал. Не спросил. Просто отпустил мою руку и вернулся в своё исходное положение.

- Давай, - тихо выдохнула я.

- Что?

- Спрашивай уже, мать твою, я готова.

- О чём ты? - он не спускал с меня синих глаз.

- Я готова рассказать.

- Ты уверена?

- Да...

- Тогда... Покажи свою ссадину, для начала. Её нужно обработать.

- Зачем?

- Чтобы не стало хуже.

- Уже почти не болит.

- Эйлин.

- Боли правда почти нет.

- Тогда я просто посмотрю?

Он произнёс моё имя таким спокойным тоном, будто уже знал, что я всё равно уступлю. В этом было что-то унизительно простое, как будто я была книгой, страницы которой он давно пролистал. Я убрала волосы от лица. Он подошёл ближе, не коснулся меня, только посмотрел на ссадину. Я услышала, как изменилось его дыхание. Оно осталось ровным, но стало чуть тяжелее.

- Кто это сделал? - ледяным тоном произнёс он, и холод этот был уже не только в его голосе, а как будто вокруг него.

Я отвела взгляд, попытавшись спрятаться по привычке, но поняла, что мне нужен этот разговор. Сейчас. Я шумно, болезненно выдохнула. Просто скажи это.

- Мой бывший. Брэд.

Пальцы сильнее сжали чашку. На секунду побелели костяшки, а затем он поставил её на столик - медленно, почти бесшумно. Теперь имя было произнесено вслух. Настоящее. Тяжёлое. Оно осело в комнате и осталось висеть в воздухе, как дым.

- Это его ты ищешь там, за стенами? - спросил Дэмиен. - Всякий раз вздрагивая, когда смотришь в окно?

- Не ищу. Боюсь, что он найдёт меня.

- Он ударил тебя?

- Да. И далеко не в первый раз...

Я сглотнула.

- Сначала он не был таким. Знаешь... Или я просто не хотела замечать всего.

Дэмиен молчал. Я чувствовала на себе его взгляд - не оценивающий, а внимательный до неприличия, как у врача, который уже видит перелом.

- Он был внимательным. Хотел знать, где я, с кем, когда вернусь. Мне казалось, ему не всё равно, - я усмехнулась без радости.

- Оказалось, ему просто нужно было всё контролировать.

Я опустила глаза. Дэмиен не перебивал. И от этого мне почему-то становилось легче говорить.

- Сначала я даже находила это милым. Представляешь?

Я посмотрела на него.

- «Где ты?», «Когда будешь дома?», «Почему так долго не отвечаешь?» Мне казалось, что человек просто хочет знать, что со мной всё хорошо.

Я покачала головой.

- Впервые он ударил меня после ссоры. Толкнул. Я упала. Потом несколько часов извинялся на коленях, клялся, что больше никогда...

Я замолчала. Слова кончились, а вместе с ними и воздух.

- И сделал это снова, верно? - он наблюдал за мной очень внимательно.

Я кивнула.

- Снова. И снова. И снова. И всегда, по его словам, виновата была я. Я довела его. Я вела себя неправильно. Я провоцировала...

Я коснулась щеки. Под пальцами была шершавая корочка.

- Однажды ударил так, что я несколько дней не могла нормально смотреть на себя в зеркало.

Дэмиен ничего не сказал. И от этого отсутствия слов мне стало труднее, чем от любого сочувствия.

- Потом он начал запирать меня, - я сглотнула. - Один раз забрал телефон и ключи и не выпускал из квартиры несколько часов. Просто потому, что решил, будто я ему изменила.

Дэмиен медленно поставил чашку - так, чтобы не было слышно звона. И задал следующий вопрос таким тоном, будто уже знал ответ:

- И потом начались угрозы?

- Да. После того как я ушла от него. Как ты понял?

- Какие угрозы? - резко спросил он и посмотрел прямо мне в глаза.

Я не выдержала его испепеляющего взгляда - сначала посмотрела на его подбородок, потом на окно, потом снова на него.

- Разные.

Мне было тяжело продолжать, и он это видел. От этого стало ещё тяжелее.

- Что он найдёт меня. Что я не смогу от него спрятаться. Что если уйду, он сделает хуже. Что он убьёт меня...

Я сжала пальцы. Ногти впились в ладонь, это немного помогло.

- Я сначала не верила…

- А потом? - я чувствовала, как его дыхание стало жёстче.

- Потом он начал доказывать.

Я отвела взгляд к окну. Туман за стеклом всё ещё держался - как будто сон продолжался снаружи.

- Я сменила номер. Но уже через сутки он позвонил на новый.

Дэмиен не перебивал - ни разу, ни одним движением.

- Я переехала в другую квартиру. Через несколько дней он стоял возле дома.

- Откуда он узнал?

- Не знаю, - я покачала головой. - Может, через знакомых. Может, следил. Может, кто-то сказал ему. Я уже перестала понимать.

Я глубоко вдохнула и почувствовала, как воздух цепляется где-то в груди, не проходит до конца.

- Я переехала ещё раз. Потом ещё. И еще, и еще…Каждый раз я думала, что теперь всё закончилось. Каждый раз ошибалась. Он находил меня снова.

- Даже после смены телефона и места жительства, - Дэмиен не спрашивал, это было утверждение.

Я кивнула и с ужасом поняла, что киваю так, как кивают на диагноз.

- Я перестала появляться в привычных местах. Просила друзей ничего ему не говорить. Удалила социальные сети, - я нервно усмехнулась, и смех вышел хриплым.

На несколько секунд в комнате стало совсем тихо. Слышно было только, как потрескивает что-то в глубине дома - вероятно, старые трубы.

- А однажды я увидела его через дорогу от кафе.

Я почувствовала, как холодеют пальцы. Я знала, что скажу дальше, и всё равно собиралась с силами, чтобы это произнести.

- Он просто стоял, смотрел мне в глаза и улыбался. Он не подошел… Но через десять минут мне пришло сообщение: «Я всегда знаю, где ты».

Я посмотрела на Дэмиена - прямо, чтобы увидеть его реакцию, чтобы он тоже это почувствовал. Дэмиен молчал, лицо осталось спокойным, но взгляд стал жёстче, и от него вдруг повеяло тем же холодом, что и от слова «Брэд». Я увидела, как на его скуле дёрнулась мышца - один раз, коротко.

- Ты обращалась в полицию? - закономерный вопрос.

- Да... Но безрезультатно. Однажды его забрали на сутки, потом он вышел, как ни в чём ни бывало. Он единственный, очень любимый сын крайне влиятельного человека. Брэд много раз избегал закона, я далеко не единственное его правонарушение.

- А что случилось вчера?

- Вчера... - я помедлила. - Вчера он сделал это снова, на глазах у моей подруги, которую он не знает. На новой квартире, с новым телефоном.

- И ты уехала.

- Да.

- У тебя был план? Куда именно ты ехала.

- В никуда.

Я нервно рассмеялась.

- Просто села в машину, нажала на газ и поехала, выбросив телефон в окно, где-то в районе Кендал. И... Вот я здесь.

Я театрально развела руками и замолчала. Но вдруг вспомнила про свою машину. Сердце болезненно сжалось, и от ледяной чашки в руках стало невыносимо.

- Господи, - резко подняла голову. - Моя машина.

Дэмиен посмотрел на меня.

- Что с ней?

- Я оставила её там. Ночью.

Я опустила лицо в ладони, понимая, как мною овладевает страх: сначала поднимается в горле, потом забирает руки.

- Он найдёт меня снова, - почувствовала, как поднимается паника и голос сбивается. - Если он узнает номер, если кто-нибудь видел...

- Машины уже нет.

Я застыла. В комнате стало очень слышно, как я дышу.

- Что?

- Её больше нет там, где ты её оставила, Эйлин.

- Откуда ты знаешь?

- Я позаботился об этом.

- Ты забрал её?

- Не лично. Но по моей просьбе.

- Как?

- Неважно.

- Для меня важно!

Я встала - резко, так, что кресло качнулось за спиной.

- Дэмиен, ты понимаешь, что это моя машина?

- Понимаю.

- И ты просто говоришь, что забрал её?

- Да.

Я уставилась на него. Впервые я так ясно почувствовала, насколько ему это легко, как купить пачку молока. Он богат, и его возможности простирались очень далеко. Он мог убрать мою машину по щелчку, не объясняя как. Даже лично к ней не прикасаясь. А я даже не знала, чем он занимается и кто он. От этого по спине поползло что-то среднее между страхом и злостью - и злость была приятнее.

- Кто ты, мать твою, вообще такой? - тихо спросила я.

Спросила и услышала, как голос дрогнул на последнем слове.

- Я Дэмиен.

- Не смешно.

- А я и не смеюсь.

Я посмотрела на телефон возле окна - на ту самую чёрную вещь, из-за которой всё началось утром.

- Ты... Богат?

- Достаточно.

- Что значит «достаточно»?

- Достаточно, чтобы решать некоторые проблемы.

Я невольно усмехнулась.

- Некоторые?

Он промолчал. Я отвернулась к окну и обхватила себя руками - не от холода, а потому что нужно было куда-то деть руки.

- А если Брэд найдёт меня здесь?

- Не найдёт.

- Ты не можешь этого знать.

- Могу.

- Нет!

Голос. Я скорее почувствовала, чем услышала, как он сорвался.

- Он находил меня везде, Дэмиен! Я меняла номера, квартиры, работу. Я перестала общаться с половиной знакомых. Я уехала, никому не сказав куда. И всё равно он находил меня!

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами, и разозлилась на них больше, чем на него.

- А теперь я приехала сюда на машине, которую оставила там. Он может проследить её. Может... Он может...

- Машины уже нет, это факт. Её там не было уже через час после того, как ты ушла наверх, спать.

- Но он может искать меня здесь!

- Здесь ему будет сложнее.

- «Сложнее» - не значит «невозможно»!

Дэмиен выдержал паузу, и я увидела, как он смотрит на мои руки, на то, как они трясутся. Он не сказал об этом ни слова, и именно поэтому я поняла: он заметил.

- Забудь про свою машину, Эйлин. Сейчас важнее кое-что намного серьёзнее...

Я снова посмотрела на него. Дэмиен подошёл к окну и, подняв палец к стеклу, монотонно стал отбивать тихие звуки. Он мрачно смотрел в апрельский туман, как будто там были ответы. Я следила за его пальцем - тук, тук, тук - и с каждым звуком во мне поднималось дурное предчувствие.

- Брэд никуда не исчезнет, - сказал он тихо. - Но ведь ты и сама это уже поняла?

- Да…

- Нет. Думаю, ты пока не совсем понимаешь, насколько далеко он готов зайти. - он повернулся, и его взгляд заставил меня похолодеть. - Ты - его. Он считает, что ты принадлежишь ему. Ты его личная вещь. Красивая, живая, но всё же вещь. Вещь, которую он не выпустит из своих рук, пока она хоть где-то существует. Такие парни, как он, очень не любят делить свою собственность, даже в своих тёмных фантазиях. А уж в реальности...

Я почувствовала холод в животе - медленный, тяжёлый, как будто внутрь налили воды.

- Тогда что мне делать?

Дэмиен опять отвернулся, он почти вечность молчал, глядя в окно. А потом еле слышно произнёс:

- Ты должна умереть.

Я застыла. Кажется, я даже перестала моргать.

- Что?

- Не буквально.

Он сделал паузу.

- Тебе нужно, чтобы умерла Эйлин Бирн.

Я не дышала. Слова прошли сквозь меня и оставили после себя странную пустоту, как будто из комнаты вынесли мебель.

- Для Брэда ты должна стать мёртвой.

- Ты говоришь про... Инсценировку моей смерти?

- Да.

Я нервно усмехнулась, смех вышел коротким и чужим.

- Это невозможно.

- Возможно.

- Как?

- Это уже моя забота.

- А если нас поймают?

- Не поймают.

- Откуда такая уверенность?

- Потому что я знаю, что делаю.

Я смотрела на него и чувствовала одновременно страх и что-то похожее на неверие.

- Почему просто не посадить Брэда?

Дэмиен нахмурился.

- Потому что это гораздо сложнее.

- Но он избивал меня.

- Я знаю.

- Преследовал.

- Знаю.

- Угрожал.

- Знаю.

- Тогда почему именно я? Почему должна исчезать я? Я, а не он? - я отчаянно схватила руками голову, пытаясь сделать вдох.

Он ответил не сразу. Я видела, что он подбирает слова, не чтобы смягчить, а чтобы не соврать.

- Потому что у Брэда есть отец. Связи. Деньги. Люди, которые смогут защищать его интересы. И даже если его удастся посадить, ты не получишь гарантии, что после этого он не найдёт способ добраться до тебя.

Я молчала.

- Судебная система может наказать человека, - продолжил он. - Но она не может гарантировать, что ты никогда больше не увидишь его.

- А ты можешь?

- Я могу сделать так, чтобы он перестал тебя искать. Убрав тебя из его мира. Нет любимой вещи - нет интереса к ней.

От этих слов у меня по спине прошёл холод. Я почувствовала, как лицо делается каменным, - не от обиды, а чтобы не расплакаться прямо здесь.

- То есть... Проще убрать меня.

- Проще сделать так, чтобы тебя больше не существовало для него. Иногда самый безопасный способ остаться в живых - позволить другим считать тебя мёртвой.

Я замерла. Он выдержал мой взгляд.

- Ты - самое простое звено в этой истории.

Мне стало больно. И я даже успела удивиться, что эти слова всё ещё способны причинять боль.

- Спасибо.

- Я не говорю, что твоя жизнь ничего не стоит.

Он говорил совершенно спокойно, и от этого спокойствия хотелось кричать.

- Ты должна перестать быть доступной для человека, который использует любые, законные и незаконные способы, чтобы тебя найти.

Я отвернулась. Он был прав - и от этого хотелось плакать ещё сильнее.

- А мои друзья?

Дэмиен замолчал. И вот эта пауза мне не понравилась больше всего.

- Что будет с ними? - прошептала я, с надеждой глядя на него.

- Им придется смириться, что тебя не стало.

Я закрыла глаза. За веками сразу встали лица - Рокс, её кухня, её вечное «ну ты и дура, Эйлин», сказанное с любовью.

- Нет. Я не могу!

- Эйлин...

- Нет!

Я покачала головой.

- Я не смогу так поступить с ними! Я не могу исчезнуть для них.

- Если они будут знать правду, риск возрастёт.

- Они никогда не предадут меня, не скажут ему…

- Я не говорю, что предадут.

Он подошёл к окну, и голос его стал почти родительским, как у человека, который терпеливо пытается объяснить плачущему ребёнку, как устроен этот большой мир.

- Эйлин, человек может выдать информацию случайно. В разговоре. В переписке. Через третьего человека. Ты не сможешь контролировать это.

Я почувствовала слёзы на щеках - они шли сами, без разрешения, и я не стала их вытирать.

- Моя лучшая подруга будет думать, что я умерла?

- Да.

- Она же будет страдать!

- Да.

- И ты говоришь это так спокойно?

Он повернулся ко мне.

- Потому что если ты хочешь жить, кто-то должен признать факт, который тебе сейчас очень больно принять.

Я отвернулась. Мне хотелось ненавидеть его за эти слова, но я знала, что он говорит не из жестокости. Он просто не позволял мне спрятаться от цены.

- Я даже не попрощалась с Рокс, - прошептала я. И тут же услышала, как это жалко звучит.

- Именно поэтому у тебя будет время.

Я посмотрела на него.

- Время?

- Два месяца.

- На что?

- Чтобы привыкнуть к мысли, что прежняя жизнь закончилась.

Я медленно выдохнула. Два месяца. Это звучало как срок, как приговор.

- И что потом?

- Потом ты получишь новую жизнь.

Я подняла глаза.

- Какую?

Дэмиен сел напротив меня.

- Новые документы.

Я молчала.

- Новую биографию.

Моё сердце забилось сильнее.

- Новое имя, если захочешь.

Он продолжил:

- Квартиру в другом месте. Деньги на первое время. Возможность начать всё с нуля.

Я смотрела на него, не в силах поверить. В голове было пусто и в то же время шумно.

- И ты действительно можешь всё это устроить? Для меня?

- Да.

- Почему?

- Потому что могу.

- Ты всё время отвечаешь так.

- Потому что это правда.

Я нервно усмехнулась.

- Ты понимаешь, что это звучит как полное безумие?

- Понимаю.

- А если я решу, что ты просто хочешь заманить меня сюда?

- Ты имеешь право так думать.

Я болезненно рассмеялась, сжав пальцами виски. Дэмиен сделал шаг ко мне, и я инстинктивно отступила. Он остановился. Я увидела, как его взгляд на мгновение опустился на мою руку, будто он заметил, что я дрожу, - и как он тут же убрал его.

- Ты мне не доверяешь.

Я горько рассмеялась в потолок.

- Не доверяю?! Ты серьезно?! Да я тебя вообще не знаю! Совсем! Не знаю о тебе ровным счётом ничего! Но я же вываливаю тебе подробности своей жизни.

Я начала задыхаться. Воздуха хватало, но он был не тот.

- Справедливо, - он улыбнулся.

- Ты носишь маску. У тебя огромный дом посреди неизвестно где. Ты сначала сказал, что у тебя нет телефона, а теперь у тебя он есть. Ты забрал мою машину. Ты обещаешь мне новую жизнь, новую личность и новые документы! И не объясняешь ничего!

Я покачала головой. Слова шли сами, быстрее, чем я успевала их проверять.

- И как после всего этого я могу тебе доверять?

Он смотрел на меня спокойно и, что хуже всего, без обиды.

- Никак.

Я замерла.

- Пока не должна.

Он говорил так просто, что это почти успокаивало:

- Доверие нельзя потребовать, Эйлин.

Я опустила взгляд.

- Тогда что ты хочешь от меня?

- Чтобы ты выжила.

Я помолчала и опять отхлебнула уже совершенно ледяной кофе. Он стал чертовски горьким, но горечь почему-то помогла.

- Ну а как насчёт тебя? - я слабо улыбнулась, поднялась, медленно подошла к нему и посмотрела ему прямо в глаза.

Он был высоким - на голову выше, - а я смотрела изо всех сил в его синие глаза в прорезях холодной маски и пыталась его понять. Но никак не могла. Чем дольше я смотрела, тем сильнее мне казалось, что я никогда так не смогу разгадать тайну этой синевы.

- Зачем это тебе, Дэмиен? Скучно? Хочется понаблюдать, как закончится история загнанной девчонки? Или поиграть в Бога?

Он смотрел на меня неотрывно, казалось, просто с интересом изучал, а не пытался придумать ответ на мой вопрос. И от этого мне стало неуютно так, как не было даже в лесу из сна.

- Я делаю это, в том числе, и для себя, - он улыбнулся и сделал шаг ближе. - Это контракт, Эйлин.

- Что? - я вздрогнула.

- Контракт, - произнёс он ещё раз, по буквам. - Между нами будет чётко прописанная договорённость, которую нельзя нарушить. По истечении обозначенного времени и выполненных условий ты получишь новую жизнь далеко отсюда.

- Каких условий? - я вдруг поняла, как пискнул мой голос, и от этого писка захотелось исчезнуть. - Что я должна буду делать?

- Быть моей подругой.

Я нахмурилась. Внутри всё напряглось, как перед подвохом.

- Что это значит?

- Ты должна составлять мне компанию, Эйлин. Быть мне другом в беседе, времяпрепровождении, развлечениях...

- Каких развлечениях? Я не буду делать всякие...

Я почувствовала, как щёки начинают гореть раньше, чем он договорил.

- Ничего такого делать и не придётся. Абсолютно дружеское проживание под одной крышей. Прогулки, чтение, беседа, ответы на вопросы. Всё то, что делает друзей друзьями...

- И всё?

- И будут чёткие условия: между нами возможны только такие отношения.

Он выдержал паузу. Я поймала себя на том, что жду продолжения с задержанным дыханием, и разозлилась на себя.

- Между нами не может быть секса.

Я почувствовала, как лицо вспыхивает, до самой шеи.

- И романтических отношений.

Я кивнула, и кивок вышел слишком быстрым.

- Любая попытка с моей или твоей стороны перейти эту границу прекращает действие договора. Аннулирует его.

Я молчала. Я смотрела на его маску и чувствовала, как сильно бьётся сердце.

- Я не хочу, чтобы помощь превратилась в долг. Два месяца без каких-либо перспектив, и мы расходимся. Навсегда. И ты исчезнешь. В прямом и переносном смысле этого слова. Ах да... Перед тем как уйти, у тебя будет одно желание. Всего одно. Ты сможешь потребовать всё, что я физически и материально смогу выполнить. Кроме того, чтобы остаться со мной, в этом доме. Деньги - да. Помощь для кого-то - да. Попросишь - я сделаю. Желание возможно ровно до того момента, как в последний раз твоя нога пересечёт порог этого дома.

- И это всё?

- Да.

- Значит, просто не влюбляться и не пытаться переспать. - выдохнула я, и голос предательски дёрнулся на слове «влюбляться».

- Никаких проявлений с моей или твоей стороны.

- Ну что ж. Звучит очень просто.

Я тут же пожалела, что произнесла это вслух.

- Согласен.

Он не улыбнулся, не поддел меня - и от этого мне стало ещё хуже, будто я сказала лишнее вслух при чужих.

- Но что ты получаешь от этого, Дэмиен?

- Общение. Друга на время. Я никогда ни с кем не жил под одной крышей. У меня нет настоящего друга. Мне просто интересно, как это. Я не люблю людей, и они не любят меня. Иногда хочется примерить жизнь обычного человека, у которого есть друг, есть кто-то по соседству каждый день.