Тот самый треск

***

Заливистый детский смех, скрип качающихся качелей аттракциона «Лодочка» и обворожительные «Лебеди», стремящиеся унести счастливых малышей в далёкие края.

— Воздушный рис, — проговаривая каждую букву, прочитала десятилетняя Маришка. — Алин, Алин! Ты будешь воздушный рис?

— Не знаю, — крепко вцепившись в руль, пролепетала трёхлетняя сестричка. — Что это?

— Рис, наверное. Только он таким не бывает. Этот сладкий и липучий.

Подъезжая на детском внедорожнике, Алиночка протянула руку со словами «Дай!». Марина не раздумывая всучила сестрёнке шуршащую упаковку, ведь она ничего не пожалеет для самого родного человека. Она с утра и до вечера стояла вдоль дороги и ждала, когда мама приедет из роддома и привезёт ей сестрёнку.

За неугомонными девчонками наблюдали совсем молодые родители. «Они самые сильные, знают всё-всё-всё и могут полететь на Луну», — думалось тогда сестрёнкам.

***

Сладкие зёрна таяли во рту, сменяя скрип качелей на дорожный гул. Твою налево! Я забыла отчитаться Алине о том, что уже вышла на трассу! Непрочитанные сообщения «Привет. Где ты?», «С тобой всё в порядке?» и «Почему не отвечаешь?» в чате с сестрёнкой укоризненно смотрели с бликующего экрана. Внятно объяснить задержку не получалось, поэтому к местоположению я добавила смайлик. Для второго сообщения сняла видео с демонстрацией сия благоговейно-величественной природы.

Селфи-улыбка сползла с лица сразу после затвора камеры: волосы под оранжевой банданой полностью промокли. Но по заветам Серёги я оставила маячок. Ещё и пыль налипла к приторным губам. Надо срочно пополнить запасы воды, перекусить и ловить машину. Автостопом я всё-таки путешествую или по обочинам разгуливаю?

Братец-ветер озорничал, и я, отвернувшись от очередного пыльного столба, увидела кафе за поворотом. Там точно не откажут в воде и предложат меню с нормальной едой.

— Да помолчи ты! Сейчас всё будет, — рявкнула я на взбунтовавшийся желудок и бодро спустилась.

***

Издалека виднелся высокий забор из красного кирпича, обвитый то ли плющом, то ли виноградом. На входе красовалась чугунная калитка с причудливыми узорами из металлических прутьев, а по периметру росли белые цветы. Около дома дорога превратилась в булыжную тропинку. Вы когда-нибудь прогуливались по улочкам прусских деревень XIX века? А я — да! Аутентичную атмосферу усиливала обстановка: мне навстречу двигалась пышная женщина в длинном платье и белоснежном чепчике, а во дворе трепетали кипенно-белые простыни, напоминавшие паруса барка «Пруссия». Шёпот гувернантки мгновенно рассеял морок:

— Что вы хотели?

— Набрать воды, а то моя совсем нагрелась и становится ядовитой, — некстати пошутила я, демонстрируя тусклый пластик.

— Только быстренько, пока никто не видит. За домом. — Натянуто улыбнувшись, женщина указала на калитку.

— А у вас кухня работает? Я бы съела тарелку шашлыка.

Моё чувство юмора и настроение были сломлены, потому что она прошипела:

— Я же просила «тихо и быстро»!

Съёжившись, я робко извинилась. Что происходило за стенами загадочного дома, до сих пор не знаю. Если честно, и не хочу этого знать. Но когда женщина посмотрела на зашторенное окно первого этажа, морозная паутина мигом скрутила мой позвоночник. Конечно, там ничего не промелькнуло, но ей-богу, это какой-то триллер.

За домом хаотично лежали пластиковые канистры разных размеров и металлические бочки с проржавевшими боковинами. За фруктовыми деревьями спряталась парочка грядок с огурцами. От них пахло влажной землёй и гарью. Услышав за спиной очередное «Быстрее», я подняла шланг и жадно прикоснулась губами к струе. Ледяная вода обожгла горло. Женщина подгоняла жестом. Сквозь стиснутые зубы я прошептала: «Театр абсурда какой-то».

Я наполнила полторашку и, попрощавшись, ушла. Калитка скрипнула. Надеюсь, сейчас не выбежит грузный мужчина с топором:

— Хераус мит дир, ду унфершамтес Мэдхен (Убирайся отсюда, наглая девчонка)!

А за ним, размахивая руками, побежит гувернантка:

— Генрих, она ни в чём не виновата! Это всё я!

А он ей:

— Берта, ге инс Хаус (Берта, иди в дом)!

А я такая — волосы по ветру: «СпаситиПамагити!»

Приеду домой и накатаю сценарий для ужастика. Если серьёзно, то это жуткое место, несмотря на чарующую обстановку. Но главное — свежая вода есть. Теперь точно пора поворачивать на трассу.

Глава 7. Первый прецедент

Снова XXI век. На какой-то период я потеряла счёт времени, потому что солнце умерило свой задор, а воздух стал легче. Возможно, так бодрит ледяная вода от Берты. Впрочем, это не важно. А важно то, что мне пора ловить машину. В первый раз. Самостоятельно.

Судя по расстоянию на карте, до Тольятти отсюда ехать чуть больше двух часов. Больше двух часов общаться с малознакомым мужчиной на грузовике. От этих мыслей сердечный ритм сорвался. Надо охладиться ещё и снаружи, приведя себя в порядок на заправке. Серёга рассказывал, что ему встречались так называемые автостопщики-философы. Они считали, что мыться ─ это удел плоскомыслящих, ведь истинная ценность кроется в душе, а не в теле. Ехать с ними в одной кабине — такое себе удовольствие. Именно поэтому дальнобойщики не берут с собой «высокодуховных пассажиров». К счастью, у меня другая философия, которая поддерживает чистоту не только помыслов, но и тела нашего бренного.

Ближайшая АЗС ─ от сети Татнефть, которая находится в шестистах метрах от меня. Я подняла глаза от онлайн-карты и устремила взгляд вперёд ─ минут десять пешком. В течение всего пути маленькие вихри игриво ныряли под футболку, пока беспощадное светило бесцеремонно трогало моё беззащитное лицо. Этот безумный тандем превратил нежную кожу в подобие пылающей адовой земли ─ такую же растрескавшуюся и горячую. Лишь прохладная вода из бутылки спасала от ожогов, а клёкот беркута, рассекавшего небо, поддерживал бодрость духа.

Наконец-то я повернула к заправке. У колонок стояли два легковых автомобиля и подъезжал могучий MAN. Белокурая женщина из Renault рассматривала мой рюкзак, пока пистолет щелчком не сообщил, что бак заполнен. Другая четвёрка устремилась на меня: кто-то с ухмылкой, кто-то с интересом, а кто-то ─ мельком. От обилия внимания я поспешила в операторскую. Дверь в прохладный зал открылась под аккомпанемент колокольчика.

─ Здравствуйте! Вы ─ автостопер? ─ из-за кассы ко мне обратилась брюнетка с зелёными глазами.

Её умопомрачительная улыбка затмила бы самые хмурые тучи. Столько искренности и дружелюбия в одном человеке ─ это огромная редкость.

─ Здравствуйте. Да. ─ Улыбаясь, я скинула рюкзак. ─ Можно я освежусь в туалете?

─ Конечно! А для автостоперов у нас бесплатный кофе и пирожок. С картошкой или с капустой. ─ Она по-пионерски отчеканила это предложение, указывая на кофемашину.

─ Уау! Я буду американо без сахара и пирожок с капустой. А у вас есть растворимый кофе? Я не люблю варёный.

─ Мы только варим. ─ Она слабо выдохнула, что-то складывая под витриной.

Сложив ладони у сердца, я быстро подошла к девушке:

─ Всё в порядке! Я варёный тоже пью... А где туалет?

─ За той витриной. ─ Она указала на стеллаж с электроникой и автозапчастями. ─ Пройдите в комнату матери и ребёнка.

Вот чёрт! Похоже, Дарина расстроилась ─ это имя значилось у неё на бейджике. Я поспешила в уборную. Сначала ─ мысль, потом ─ язык. Верно? Да ─ скажете вы. Но почему-то мой язык постоянно мчится впереди планеты всей.

Массивная металлическая дверь открывалась туго. Описывать комнату матери и ребёнка я не стану. Скажу только, что там очень комфортно и есть большое зеркало. Девушки поймут, насколько это важно в спартанских условиях. Беспокоило другое: грязную футболку, пропитанную потом, пришлось убрать к остальным вещам. Ладно, позже разберёмся.

Из крана сразу полилась мощная струя тёплой воды. Я впервые мыла голову прямо в раковине. Однако запомните, друзья мои, пробники шампуня и кондиционера надо открывать до того, как намочили руки! Они постоянно выскальзывают. Укутав волосы в полотенце, я сняла футболку и приступила к телу. Мыться «по частям» оказалось сложнее, но я справилась. И спустя полчаса, из сверкающего зеркала мне подмигнула резвая девушка с влажными локонами, готовая покорять мир! Я шлифанула этот образ сладковатыми нотами антиперспиранта, которые будут напоминать обо мне не долго, но ощутимо.

Вернувшись в зал за своим кофе и хрустящим пирожком, я заметила мужчину у кассы. Даже на расстоянии от него исходил резкий запах бензина и пота. Услышав дверной скрип, он обернулся в мою сторону:

─ Куда едете?

─ А вы?

Мужчина промолчал и вышел. Колокольчик тоже не издал звука. Дарина посмурнела, наблюдая за уходящим. Затем с трудом оторвала взгляд от двери и тихо произнесла:

─ Садитесь за угловой столик.

Натянуто улыбнувшись, я её поблагодарила, взяла поднос с угощением и ушла обедать. Кофе оказался кислым. Сквозь окно было видно, как в сторону MANа развязно вышагивал тот самый подозрительный тип. Точно дальнобойщик. Пока водитель закрывал крышку топливного бака, ветер трепал чёрную борцовку на худощавом торсе этого мужчины. Наконец-то укатит, хоть нормально поем. Через миг на улице громоподобно захлопнулась дверь машины: в кабине сидел тип и, скалясь, буравил меня взглядом. Пирожок встал в горле острым комом.

─ С вами всё в порядке? ─ Дарина бежала с упаковкой салфеток.

─ Не совсем. Тот водитель странно смотрит на меня. ─ Держась за шею, я повернулась в окно, но большегруз уже рычал, готовясь к отъезду.

─ Так, ─ серьёзно начала брюнетка, ─ сейчас попейте воды, подождите, пока он уедет, а потом спокойно пойдёте. Кстати, а куда вы едете? И почему одна?

Я вкратце рассказала свою историю. К этому времени грузовик замолчал. Не потому, что уехал, а потому что встал ближе к обочине. Мужчина курил и продолжал надменно рассматривать нас из кабины. Мы ушли к кассе.

─ Значит, вам пора уезжать, иначе опоздаете. ─ Дарина сцепила ладони в замок.

─ Большое спасибо за угощение и поддержку, Дарина. ─ Надевая рюкзак, я посмотрела на бейджик и перевела взгляд на девушку.

Мы пожелали друг другу хорошего дня. А я, укрывая банданой своё отросшее рыжее каре, вцепилась в шершавые лямки и бодро устремилась к выходу, насколько это возможно с трясущимися коленями. Колокольчик попрощался весёлым звоном, а ветер встретил меня жарким порывом. Трасса напомнила о себе гулким шумом и резким запахом подплавившихся колёс. Непроизвольный взгляд на MAN: водитель уже оказался под брюхом грузовика, разбираясь с подвеской. Поэтому, расправив плечи, я ускорила шаг, хотя пальцы мои дрожали.

Дорожные карманы расположены друг от друга далеко. Я решительно не хотела стопить на ближайшем ─ рядом с хищником в подвёрнутых штанах и в борцовке. Потому отправилась ко второму, который находился в полутора километрах отсюда. Через пару десятков метров руки уже безмятежно двигались в такт телу, а я, прикрываясь ладонью, рассматривала ветхие домики, которые видели больше, чем любой абориген. Даже полуденное солнце, продолжающее плавить непокрытую кожу, не омрачало этого похода. Больно, но терпимо. Вот и второй карман. Здесь я впервые подняла большой палец руки, вытянутой навстречу грузовику.

Знакомый большегруз: тёмно-фиолетовая кабина, MAN. Водителя не видно. По рекомендации Сергея я посмотрела на регион. Казахстан. Сворачиваем лавочку. В животе защекотало, а по спине пронёсся ветерок. Серёга рассказывал, что дальнобойщики из Адыгеи, Казахстана, Армении и других братских республик недолюбливают автостопщиков и неуважительно отзываются о девушках.

─ И всё-таки, тебе куда? ─ Из рычащей кабины гаркнул тип в той же борцовке с тем же оскалом.

─ Зачем вы подстерегали меня на заправке? ─ Я инстинктивно отшатнулась.

Водитель хрипло смеялся, выпрыгивая из кабины. Я стала быстро озираться по сторонам, а он запрокинул голову, опираясь на капот:

─ Да какая разница? Поедешь со мной?

─ Нет.

─ Да ладно тебе! Я не обижу. ─ Он шагнул в мою сторону.

Я достала из кармана штанов перцовый баллончик:

─ Отойди!

─ Э! Э! Пошла на хер! ─ Он оглянулся на подъезжающую легковушку, и заскочил в кабину.

MAN грозно заревел, окатив меня выхлопными газами, и умчал вдаль. Вот и первый прецедент. Притормозил седан. Трое парней спросили, не нужна ли мне помощь, и предложили довезти. Я отказалась. Пространственный вакуум заполнил крик беркута.

Неожиданно стало зябко и тоскливо. Я присела на рюкзак, свесив руки. Во рту пересохло, пальцы затрепетали осенним листом!.. Я ─ затравленный зверь. Ветер свистел, нагоняя на солёное лицо дорожную пыль, которая застывала песчаной маской. Но за хрустящей коркой и сомкнутыми желваками просыпалась несокрушимость: поймаю попутку, доберусь до перекрёстка, пообедаю в придорожном кафе и поеду в Тольятти! «Я ─ это я или не я?» ─ меня всегда спасает ирония. Птица очертила полукруг и скрылась за деревьями.

Вода нагрелась, оставаясь при этом невероятно вкусной. Бутылка трещала в моих крепких объятиях, а каждый глоток стремительно её опустошал. Вволю напившись, я сосчитала до десяти, чтобы успокоить дыхание. Вместе с ним уравновесились тело и душа. А метрах в тридцати замедлялась сияющая «десятка» с прозрачными стёклами.

Глава 8. Ани

«Смелость ─ это не отсутствие страха, а умение действовать ему вопреки. Но всегда ли смелость рациональна?»

Светловолосый водитель свернул на обочину. Я попятилась от пыльного столба, а он опустил окно у пассажирского сиденья и спросил:

─ Здравствуйте. Куда вас подвезти?

─ Здравствуйте. До перекрёстка в сторону Тольятти. ─ Силясь улыбаться, я махнула направо.

─ Что у вас случилось? ─ Он вышел из машины и протянул руку. ─ Я Владимир.

─ Всё хорошо. ─ Я отзеркалила жест, стараясь не развивать тему. ─ А меня Марина зовут.

Владимир поправил поло, открыл пассажирскую дверь и пригласил в салон. Когда я подошла ближе, то запах бензина разыграл воображение, и на трассу вернулся ругающийся MAN без водителя. Я сглотнула ком и натянула улыбку, машинально засунув руку в карман с баллончиком. Владимир не задавал лишних вопросов.

─ Спасибо.

Дверца захлопнулась, и машина плавно выехала на дорогу.

По коже пробежался ласковый ветерок с нотками автомобильной «ёлочки» и свежести. Видимо, хозяин машины недавно почистил фильтры кондиционера. Но я прижала локти к рёбрам, сомкнув ладони в замок, и опустила голову. Казалось, что металлический запах пота впитался в мою футболку. Мужчину же окутывал табачно-древесный аккорд в шипровой вуали. Фантастический аромат! Жаль, что ехать нам не больше десяти минут.

─ Это совсем рядом. А вот я из Новоспасского в Ульяновск еду.

─ Приятно познакомиться, автостопщик из Казани. ─ Распрямившись, я засмеялась. ─ Планирую до Оренбурга. Домой. Вот только маршрут ещё не проложила. Но точно знаю, что сейчас хочу есть.

Поправляя густую чёлку, Владимир захохотал, а потом повернулся ко мне и подмигнул:

─ Я отвезу вас туда, где кормят так, что уезжать не захотите! На развязке есть армянское кафе «Ани». Там потрясающий плов.

Неоднозначная рекомендация. Поблагодарив его, я отшутилась тем, что всё-таки уеду. В принципе, автостоп не так уж и страшен. Всё как и в буднях: раз на раз не приходится. Например, из окна этой «десятки» по солнечной дороге бегали, как тараканы, разнокалиберные машины, а из другой ─ на небе собирались тучи. Я же, наблюдая за шальной гонкой, прислонила затылок к подголовнику и теребила собачку молнии на рюкзаке.

─ Марина, а вам не страшно путешествовать автостопом в одиночку? ─ Мой спутник миролюбиво поглядывал то на меня, то на дорогу.

─ Страшно, конечно. Но я давно хотела поколесить по стране таким способом и, наконец, рискнула. ─ ответила я с широкой улыбкой.

Если бы вы знали, как сейчас, спустя четыре года с той встречи, мне надоел этот вопрос. Тогда я реагировала на него совершенно спокойно и даже с пониманием. Но его задавали слишком часто. Как не страшно? Конечно, страшно. Однако это естественное чувство. Я ─ взрослый человек, оценивающий риски, поэтому ответственность за свою жизнь беру на себя. И в тот самый первый раз я тоже понимала, на что иду, хотя решение и было спонтанным. Да, мне страшно. Но я не позволю первобытным чувствам вести меня в цивилизованном мире. Неужели в таких путешествиях важны только эмоции? Людям страшно всегда. И те, кто спрашивают, тоже боятся. Причём боятся и под машину попасть, и под сосульку с крыши. Но почему-то они не задают друг другу вопросов о том, не страшно ли им выходить на улицу или вынимать штекер из розетки мокрыми руками. Классика жанра: использовать двойные стандарты, чтобы превознести себя ─ я здравомыслящий, автостопщик ─ безрассудный. Извините, накипело. Вернёмся на четыре года назад.

─ Я тоже хочу сделать что-нибудь эдакое, да только страшно. А вы очень смелая.

─ Это был необдуманный шаг. Поверьте. Но я ни о чём не жалею.

Машина притормозила от лёгкого нажатия стопы на педаль, и Владимир пожал мою руку:

─ К сожалению, мы приехали. Было очень приятно с вами пообщаться, но мне в другую сторону. Вам туда, к одноэтажному зданию.

Он показал на перекрёсток и вышел на улицу. Водрузив на мою спину рюкзак, водитель пожелал счастливого пути и уехал. А я прошептала вслед удаляющейся «десятке»: «Пусть все его мечты сбываются».

Вот так судьба иногда чередует полосы ─ то форс-мажорами, то в виде человеческих лиц. С этими мыслями я привстала на цыпочки, подняла плечи и раскинула руки навстречу небу, зажмурив от удовольствия глаза. А потом под бойкий хруст костяшек отправилась к перекрёстку.

***

Когда я перешла федеральную трассу, под ногами зашуршали старые осколки вперемешку с песком, прятавшим куски покрышек. Пришлось ускориться, потому что крохотные камешки с пылью оседали между пальцев ног. Через пару метров нарисовался низкий забор, за которым стояло одноэтажное здание с огромной надписью «Кафе Ани». Наконец-то я нормально поем и уеду в Тольятти.

Прохладная дверь приветственно скрипнула, впустив меня в зал. Уличные звуки утихли. Пока никто не видит, я громко выдохнула и облокотилась на стену. Ностальгическая улыбка не заставила себя ждать: запах плова и жареного мяса, действительно, удерживал посетителей. Размяв шею, я прошла вглубь зала вдоль покосившихся красных столиков с живыми цветами. Рюкзак с плеч. Облегчённый выдох. И я сижу на пластиковом стуле, изучая ламинированный лист А4 с меню. Его шероховатые края изрядно потрепались, но блюда, граммаж и цены были по-прежнему видны.

За окном промелькнуло два силуэта, и через минуту входная дверь скрипнула. В кафе вошли мужчины, от которых разило дешёвыми сигаретами, бензином и потом. Отложив меню, я вжала плечи и прикрыла рот кулаком. Я вообще уеду отсюда? Повернувшись в мою сторону, один слегка кивнул, второй сказал как-то по-дружески «Здрасьте». Потом они направились к кассе. Я автоматически отзеркалила приветствие.

Может это нормальные дальнобойщики отечественного производства? Или мы вчера виделись на стоянке? На лбу ощутимо проступили морщинки от нахмуренных бровей, пока я терзала указательный палец.

─ Арменчик, ты здесь? ─ громоподобно произнёс первый, в белой майке. ─ У тебя гости!

Второй ─ долговязый и худощавый в растянутой футболке изучал содержимое холодильника. Выбрав что-то из выпечки, он посмотрел на лист-дублёр меню, который приклеен к стеклу.

─ Здесь, здесь! ─ Через тюль из подсобки выплыл низкорослый смуглый мужчина. ─ Давно стоите?

─ Там в углу сидит девушка, а мы только зашли, ─ парировал здоровяк и посмотрел на меня, улыбаясь. ─ Обслужи её первой, что ли. А то она какая-то напуганная.

Я заёрзала, а желудок предательски заурчал на всю закусочную. Его песня заставила меня засмеяться, прикрывая лицо ладонью, и отчеканить свой заказ:

─ Ой! Простите! Мне плов, пирожок и кофе.

─ Ну с кем не бывает. К вам можно или вы нас боитесь? ─ Мужчина подступил на шаг и остановился.

─ Я просто тороплюсь очень. Думаю о своём. Перене-нервни... чала. ─ Меня кинуло в жар, руки затряслись, а челюсть одеревенела. Я обратилась к Армену: Где туалет?

─ За той дверью... ─ Армен указал на маленький коридор, спрятанный за потрёпанным тюлем. ─ Только он пл...

─ Армен! ─ прогремел здоровяк.

─ Для вас бесплатно! ─ Услышала я, уже умываясь.

Сама не понимаю, что это было, но после ледяной воды мысли прояснились. Я пошла в зал с приподнятым подбородком и с чёртиком в глазах. Пока Армен принимал заказ у дальнобойщиков, микроволновка ритмично гудела в унисон бурлящему чайнику.

─ Всё хорошо? Аптечка не нужна? ─ пробасил первый, закинув руку за шею.

─ Демоны вышли, можно и поесть. ─ Глядя ему в глаза, я отшутилась и полезла за кошельком. ─ Сколько с меня?

Армен отбил быстрый ритм на калькуляторе, сказал, что с меня всего сто пятьдесят рублей и, оглядев рюкзак, добавил:

─ Что-нибудь ещё: сок, мороженое, чипсы или товары в дорогу?

─ Спасибо, но я скоро приеду на место.

Мгновение мужчины недоумённо переглядывались.

─ Такие перемены к добру, ─ мелодично произнёс второй, помешивая кофе 3 в 1.

Я безмолвно улыбнулась, оплатила заказ и с подносом пошла за свой столик. Мышцы ног свело, как после тренажёрки. Но кофе всё исправит ─ здесь он растворимый.

Золотистый диск перевалил за полуденный рубеж. Я жевала плов того же цвета. Однако с Владимиром не согласна: блюдо было вкусным, но только сразу после приготовления. Микроволновка оставила сердцевину холодной и жирной. Ситуацию спас любимый американо. Держа в руке чашку, я откинулась на спинку стула и стала наблюдать за солнечными зайчиками на прозрачном стекле. Из кустов грациозно вышла зеленоглазая пыльная кошка. Она повернулась и, оглядываясь на меня, побежала к дороге. К той, по которой мне пора ехать.

─ До свидания! ─ Я звонко окликнула троицу.

─ Счастливого пути! ─ они ответили хором. Здоровяк добавил: И спокойнее реагируйте на внутренний голос.

Конечно, он говорил о желудке, но суть-то кроется в другом. Посему, дорогой читатель, мы отправляемся во вторую часть путешествия.

Часть вторая

Глава 9. «Таганка, все ночи, полные огня...»

На этот раз я встала на позицию под сенью вязов с непроницаемой шевелюрой, а позади вилась тропинка к полю, куда ускользнула та самая пыльная кошечка. Интуиция тогда шепнула, что сейчас мне встретится очень доброжелательный дальнобойщик. И буквально через десять минут притормозила SCANIA. Из оранжевой грязной кабины выглянул усатый смуглый мужчина в возрасте.

─ Здравствуйте! Вам куда? ─ с деревенской неторопливостью спросил водитель.

─ Здравствуйте! А вы в какую сторону едете? ─ Я сощурилась.

На форумах не рекомендуют первой говорить о своём маршруте, поскольку коварные мужчины могут сказать, что им туда же, но увезут совсем в другое место. Вот я и затеваю чудаковатую игру. Хотя по дальнейшим наблюдениям, ни один из водителей не посчитал этот поступок нестандартным.

─ В Набережные Челны. А вам куда надобно? ─ Весёлый дедушка подыгрывал интонацией.

─ Мне в Тольятти. И чем раньше, тем лучше.

─ Садитесь. Через час будете гулять по центру Тольятти.

Я воскликнула «Здорово!», водитель вышел, открыл мою дверь и помог вскарабкаться в фуру. Да-да, именно вскарабкаться по лестнице. Кабина большегруза находилась практически на уровне моей головы. А мой рост, между прочим, метр семьдесят.

Салон, я вам скажу, размером не меньше кухни в хрущёвке: позади два спальных места вида плацкарт, на полу ─ канистры, коробки, одежда, полотенца и даже чайник. При этом пахло лишь сигаретами и топливом — никакого пота. Я поставила рюкзак в ноги на пыльный коврик, пристегнулась и начала рассматривать приборную панель. Из множества мелочей взгляд зацепился за пепельницу, которой стала банка из-под тушёнки, а обычно окурки складируют в жестянках из-под кофе. Этот дядька особенный.