Тот самый треск

Здесь хотя бы мало-мальское разнообразие: в цехах мельтешат рабочие, слева по-черепашьи ползёт лесовоз. Так и представляю: визг тормозов, брёвна с грохотом летят на асфальт, пыльные вихри оседают на губах, а рот приоткрыт в безмолвном крике! Финита ля комедия! Покаталась Марина. Лучше на гравийную тропинку отойду. Отсюда открывается совсем другая картина: сквозь трещины, пропитанные дизелем, растёт трава, а местами одуванчики несокрушимо стремятся к солнцу. И я великовозрастная девочка тридцати четырёх лет с современным гаджетом не могу отыскать человека, который находится в двух-трёх километрах от меня. Или вовсе за углом.

На экране смартфона блеснуло двадцать минут десятого. Сергей назначил встречу на половину девятого. Позвоню снова:

— Здрасьте! Вы уже уехали? — голос дребезжал. — Я не могу вас найти!

— Да здесь я. Проблемы с грузом. Ты где идёшь?

— Слева — мебельный цех, справа — лавка со ржавой вывеской, сзади...

— Ясно. Сейчас в WhatsApp пришлю координаты. Иди по ним. Умеешь картой пользоваться?

— Сергей, ну неужели вы не поняли, что карта — мой неизменный спутник? Я ведь вчера вам рассказывала, как люблю одиночные походы. Алло?..

Ногти зазудели от желания вонзиться далеко не в лямки рюкзака: последнюю фразу я, скрипя зубами, произнесла в пустоту, потому что этот высокомерный тип бросил трубку. А его расхлябистый тон! На форуме, где автостопщики ищут дальнобойщиков, о Сергее только положительные отзывы. Совершенно не удивлюсь, если они купленные.

Всему виной моя импульсивность и склонность искать «знаки». Выдернула фразу из разговора пенсионерок о том, что любая поездка — это шанс получить новый опыт. А контекст какой? И почему этим опытом должен стать автостоп, а не прыжок с парашютом? А стендап Севы Ловкачева. Просто смех. Он сравнил Петербург и жителей с трясиной, а я моментально на себя примерила «Я за яркими впечатлениями приехала или ботинки изнашивать». «Ботинки изнашивать»... Вообще-то, кроссовки, которыми истаптываю дороги мамадышских складов больше получаса. Похоже, надо мобильный тонометр покупать — сердце от возмущения рвётся на волю.

От самого въезда тянутся абсолютно одинаковые здания. Очередной ангар разевает пасть, она же — ворота, извергая химическое дыхание. Из-за него в гортани запершило. После двух хищных глотков воды плечи осели, а воздух полегчал.

Телефон пискнул, и в чате WhatsApp высветилась локация: напрямик в щель между складами-отравителями. Их стены безуспешно скрывают мужской смех и визг бензопил. К счастью, фракции от дизеля планомерно растворяются в аромате светло-жёлтых опилок. Наверное, дуб.

Постепенно дорога сужается в тропку. Справа от жары плавится посеребрённый гараж, а слева массивный вяз расширяет проход, отодвигая сетку-рабицу. Всё стихло. Почему? Почему шуршание листьев громче ранее гудящих цехов?

— Сергей остановился в пятидесяти метрах, за поворотом, — прошептала я, отрываясь от виртуальной карты.

***

14 февраля, 2026 год.

Спустя четыре года — в две тысячи двадцать шестом — я понимаю, насколько эгоцентричным был мой нрав. Давайте-ка расскажу вам о бесцеремонной «битве», которая длилась три дня, между наивной интеллигенткой и реальным миром. Там, за поворотом.

Глава 2. Вот и познакомились

15 июня, 2022 год

Из-за гаража я вынырнула на бетонную площадку. Впереди, имитируя осиное гнездо, гудел склад, справа чернела дорога на выезд, а левее красовался чёрный КамАЗ-пятитонник. Такие легковесы — это не четырёхметровые фуры, а классические россияне-полторашки. Рядом, размахивая рукой, спорил по телефону поджарый мужчина среднего роста:

— Он развалится в пути!.. Это не моя ответственность... Пока не пришлёшь расписку, я никуда не поеду!.. Мне плевать!

Это Сергей. Точно. Выплеснув порцию отборного мата, он разъярённо сбросил вызов.

Кончики пальцев пронзил холодок: как, скажите, к нему подойти? «Здрасьте, я Марина, и я готова ехать»? Да он и меня пошлёт по тому же адресу.

Выдохнув, дальнобойщик прислонился спиной к кабине и, запустив сильную ладонь в чёрные вьющиеся волосы, принялся изучать документы. Пора. Пытаясь быть открытой, я поправила бандану и шагнула вперёд:

— Здравствуйте. Я Марина. Еле вас отыскала.

— Я понял. Что, навигатор бессилен против казанских складов, раз «еле отыскала»?

«Есть же автобусы, поезда, самолёты — нет, Мариночке автостоп подавай!» — проснулся мой рассудок. А когда сердце подскочило к самой глотке, в диалог влезла гордость:

— Почему вы говорите со мной в таком тоне и «тыкаете»?

— Тише-тише, — захохотал он. — Если хочешь, зови меня Серёга. Как добралась?

— Да, ты зн...

Рваный вдох шершавым комом застрял в горле. Диафрагму скрутило, и я закашлялась. Как добралась? Видел бы «как», не задавал бы идиотских вопросов. Со мной всю жизнь происходят нелепости. Особенно когда я пытаюсь показаться серьёзной или совершить «взрослый» поступок. Ну не идёт мне видеть мир строгим. Готовьтесь, дорогие читатели, видеть радугу в сером бетоне.

— Выпей большой глоток залпом.

Серёга протянул бутылку воды. Тёплую и горьковатую. «Чтоб тебя!» — от меня досталось даже солнцу. Буркнув: «Всё нормально?», он обошёл грузовик и лязгнул задвижкой кузова.

— Сергей, я слышала твой разговор. Всё понимаю. — Я засеменила следом, как навязчивый консультант. — Но разве я виновата? Знала бы, что так будет, отменила бы поездку.

Он неожиданно развернулся и по-кубански гаркнул:

— Ну, делай как знаешь! Я через час трогаюсь. Или залазь в машину, или топай отсюда.

Во рту посолонело, когда я отошла в сторону, прикусив сухую губу. Ещё вчера в фантазиях мы с Сергеем мчали по шумным магистралям, рассказывали друг другу увлекательные истории. Сегодня же впереди плавится асфальт, по которому он вот-вот уедет. Дорогу пригревает бледное пятно, застывшее на ярко-синем небе, а с другой стороны к мебельным цехам змеится щебневая тропинка.

Я привычно водила пальцем по шраму под губой. Старый рубец напоминал автомобильную аварию из детства. Тогда, находясь на заднем сиденьи, я не могла ничего сделать, и когда увидела, как мы несёмся в сторону бетонной стены, то, закрыла глаза крохотными ладошками и прокричала: «Папа, мы сейчас врежемся!». Потом — белое солнце, беспечное щебетание птиц под сухое шипение светло-голубого «Запорожца». Но теперь-то руль в моих руках. Пусть и не автомобильный. Ведь так?

— Я еду с тобой, — фраза вылетела дробью.

Позади КамАЗа раздался очередной лязг, спугнувший стайку воробьёв. Они мигом упорхнули, громко ругая Серёгу, а я, подходя к машине, мысленно похвалила пернатых хулиганов. Сергей еле слышно напомнил о проблемах с грузом, снял с моих плеч рюкзак и поставил на резиновый коврик в ногах пассажирского сиденья. Сощурившись, дальнобойщик-педант закурил и выпустил пару колец дыма.

— Есть хочешь?

Ещё бы: мой желудок уже давно аккомпанирует сердечному ритму! Только вода и отвлекает. Я посмотрела на бутылку: сухой скрип потускневшего пластика известил, что и спасительница моя заканчивается.

— Здесь тоже нет питьевой, по дороге купим. Ты сказывай, как дошла! — Облокотившись на капот, Сергей закинул руки за голову и скрестил лодыжки. — И есть-то хочешь?

— Потом поедим. А дорога была тем ещё квестом! — Я начала загибать пальцы. — Сначала таксист не хотел заезжать на территорию промзоны. Пришлось перебегать трассу. «Зебры» рядом нет. Потом я блуждала в лабиринтах, потому что кто-то не брал трубку. Потом...

— А кто тебе координаты кинул? — Он выпрямился по струнке. — Вообще-то, я взял трубку, как только услышал. Забыли. Скоро поедем.

— Согласна!

На радостях я по-мальчишески запрыгнула в кабину. Почти запрыгнула. КамАЗ ещё не принял незнакомку: стальная подножка скрипнула, и нога соскользнула. В попытке удержаться я едва не вырвала боковое зеркало. Смеясь, Сергей по-старшебратски покачал головой, помог встать и показал, куда лучше ставить ногу.

***

Серый велюр салона пропитался сигаретным дымом, соляркой, едой и чем-то горьким, маслянистым. Я невольно поморщилась от непривычной ароматической композиции и приподнялась. Тут же нависший ламбрекен затанцевал на лбу золотистыми кисточками. Их шёлковые нити рассыпались сквозь пальцы. Я улыбалась. А вот рассудок накидывал аргументы против: хамоватый дальнобойщик, вместо фамилии — псевдоним, мутная история с грузом. «Иди ты! Если мне и суждено пропасть, то явно не за ноутбуком в комнате со старым шкафом», — парировала я здравому смыслу и на пару минут закрыла глаза.

После отчётного селфи я переложила телефон с шероховатой панели на сиденье и громко объявила, что готова ехать. Сергей кузнечиком юркнул в салон со словами «Вот это другое дело!» — и повернул ключ зажигания. КамАЗ довольно замурчал, отбросил плевок копоти и тронулся.

Петляя между гулких ангаров, мы проезжали мебельные цеха и оставили те самые одуванчики на складах Мамадышского тракта. Казань быстро удалялась в отражении зеркал. Сергей покосился на меня в полуулыбке. Я молчала. Мы съехали на трассу. Рубеж пересечён — на магистрали правит только ветер.