Анив'эК. Геометрия короля

– Да он в мечты погрузился! – хлопнула в ладоши Пим и радостно хмыкнула. – Интересно, что же пришло в твою красивую голову? Или кто? Может, какая-то красотка в крепости уже вскружила тебе голову?!

– Нет, вовсе нет, – запротестовал король и, чтобы скрыть смущение, попытался сосредоточиться на еде, хотя пылающие щеки вполне конкретно выдавали его состояние.

Мейр'аз не улыбался: он знал, о ком задумывается племянник, кем опутаны его мысли и чувства. Пим так и не сумела вникнуть в описание эльфа о том, какие нравы царят у драконов, она продолжала думать, что влюбленность в принцессу скоро пройдет, особенно когда другие более красивые женщины появятся в его окружении. Эльф знал – этого не будет. Конечно, он не думал, что любовь Анив'эКа к девчонке из рода Парио – это навсегда, потому что, как ни крути, драконом он не был, но слишком быстро ждать перемен в его душе тоже не стоило.

– Нет у меня времени на обеды, – наконец разочарованно оторвался от еды Кэ'вин. – Сегодня же я должен обсудить, как вернуть столицу под мой контроль. Мне нужно, чтобы вы распорядились отправить всех, кто мне не нужен, по их городам: много народу – это много любопытных ушей. Доверяю я лишь дюжине проверенных ребят, потому соберите в малом зале Зейна, Бейрама, соколов, Гризли и Генри. Вас двоих я тоже жду.

Последнее имя сильно удивило химеру и эльфа, но уточнять и переспрашивать они не стали.

– Ваше Величество, прошу, послушайте моего совета: отобедайте хотя бы с принцессой Мэй, такие связи с соседним государством нужно укреплять, она специально ради этого осталась, будет невежливо…

Химера всплеснула руками и с мольбой посмотрела на Мейр'аза, прося его о содействии. Эльф грустно вздохнул: говорить с драконом (пусть и бывшим) об отношениях – дело неблагодарное. Он понимал, что недооценил влияние драконьего воспитания на характер племянника. Нужно было больше внимания уделять тонкостям дипломатических методов у людей и эльфов: ведь войны зачастую выигрываются совсем не на поле боя, они выигрываются за обеденными столами, за закрытыми дверями кабинетов и в опочивальнях…

– Послушай, мой мальчик, – мягко начал эльф. – Наша страна ослаблена, вокруг нас враги, и даже те, кто вчера был союзником, почувствовав кровь, могут стать соперниками…

– Поэтому я и предложил демонстрацию силы с помощью Кристалла Света: единственная гарантия мира – сделать возможную войну безнадежной, заранее проигранной! У наших врагов даже мысли о ней не должно зародиться! – буркнул король, и присутствующим показалось, что свет в комнате моргнул и стал приглушеннее.

Мейр’аз, сглотнув, проговорил как можно более спокойно:

– Прежде чем устраивать катаклизм, который приведет к многочисленным жертвам, можно попробовать более дипломатичные методы…

– Принцесса Мэй может стать ценным союзником, – не выдержала химера. – Пообедай с ней, будь ласковым и внимательным, пофлиртуй немного…

Лицо Мейр'аза вытянулось – нельзя было говорить Ани таких слов, это может его спугнуть, и Пим поняла, что погорячилась, когда молодое лицо короля перекосило удивлением.

– «Пофлируй»? Что это?

Химера причмокнула губами, выражая крайнюю степень удивления, и печально уставилась на эльфа.

– ПофлирТуй, – показывая чудеса выдержки, мягко поправил его дядя. – Это значит игривый стиль общения, который показывает твою заинтересованность в человеке…

– Иногда в сексуальном плане, – осторожно добавила Пим.

Химера и эльф во все глаза наблюдали за его реакцией, не зная, чего ожидать. Но лицо правителя осталось непроницаемым.

– Ладно, Пим, – наконец с раздражением отмахнулся бывший дракон. – Пусть это будет короткий обед. Сегодня. Завтра я не намерен тратить на это время.

После завтрака Пим отправилась выполнять поручение короля, а Мейр’аз предложил племяннику обсудить три очень важных вопроса, которые не могли ждать: что делать с гвардией Сейры, которая охраняет столицу, гильдиями, являющими собой экономическую власть, и берсерками Лесной.

Бывший дракон предвкушал, как он вскроет конверт от Айри, ожидающий его на столе, но время работало против них – счет шел на дни. Если не подавить мятеж Сейры, то скоро волна от него может расползтись по всему Загорью. Да и вести о готовности Лесной ко второй попытке вторжения не давали им продохнуть.

Лишь после беседы с дядей у него появилась минута, и откладывать чтение письма дольше сил не было. Непослушными пальцами он вскрыл конверт и на одном дыхании прочел не слишком изящные строчки, написанные быстрой рукой принцессы Загорья.

Кэ'вин просил Зейна прийти раньше других: нужно было обсудить два вопроса с командиром.

– Зейн, Генри мог бы стать ценным источником сведений, – начал король без предисловий, – но я хочу понимать, можно ли ему доверять. Что ты знаешь о нем?

– В моем отряде парень давно. В битве с Голеей он был ранен в руку, но отказался отсиживаться в госпитале и отправился к Запруде. Он надежный, храбрый и, если это важно, в точности исполняет приказы; я ему доверяю.

– Он был в лесу, когда меня короновали?

– Как и все остальные мои люди.

– Участвовал в заключении Лаврия под стражу?

– Нет. Своих ребят, которые были ранены, я не задействовал в той истории. Я не знал, как все обернется – там могла начаться бойня. Они были, так скажем, вооруженными наблюдателями – на случай непредвиденных ситуаций.

– Что ты думаешь о нем?

– Он приемный сын Ролана из рода Карево, хозяина большинства кузниц в стране, получил хорошее образование, жил при дворе, исполняя поручения отца – фактически был уполномоченным представителем семейства, решал все мелкие вопросы, а серьезные перенаправлял отцу. В отряд ко мне поступил три года назад по своей личной инициативе – хотел стать воином, – Зейн остановился, задумавшись, что еще полезного можно сказать о Генри. – Вообще-то, парень он смышленый, вот только зря с принцессой обручился…

– Почему? – вскинул голову Кэ'вин.

– Не пара она ему – умная и вся такая… изысканная. Испортила парню жизнь. Рядом с ней он едва слюни не пускал – становился влюбленным кретином, а она не собиралась замуж, подговаривала принца Микеля оттягивать свадьбу, а Генри страдал…

Дракон внутри ликовал от восхищения: Айри не привыкла играть по чужим правилам.

– Правильно я понял, что ты доверяешь ему?

– Да, ваше Величество.

– Пока мне этого достаточно, – правитель задумчиво потер переносицу. – Теперь о тебе. Мне нужен представитель людей… – даже не успев договорить, он уже видел, что Зейн занервничал.

– Ваше Величество, при всем уважении, я… совсем ничего не смыслю в политике, я солдат, мне бы не хотелось…

Король оборвал его коротким жестом.

– Ты готов служить своему королю?

– Да, ваше Величество, – по струнке вытянулся Зейн.

– Я выбрал тебя, потому что ты единственный человек, которому я доверяю. Обещаю, что если ты не захочешь оставаться на этой должности, то я вскоре подберу тебе замену, но пока – это единственный вариант.

– Слушаюсь, ваше Величество, – отдал честь Зейн: спорить с правителем, которого глубоко уважаешь, – дело неблагородное.

В зал стали заходить те, кого пригласил Кэ'вин.

– Вы здесь, потому что вам предстоит составить костяк моего доверенного круга: господин Гризли станет моими ушами и глазами среди говорящих животных и будет представлять их интересы, Бейрам и Мейр’аз займут те же позиции среди гномов и эльфов. Аналогичную позицию у людей получает Зейн. Пим – мой секретарь, Ле’ония – начальник королевской стражи.

В зале повисло сосредоточенное молчание. Собравшиеся осматривали друг друга с пристрастием, будто видели впервые – они пытались понять: стоит ли полностью доверять тем, с кем предстояло работать.

Выждав с минуту, Кэ'вин снова обратился к собравшимся.

– Наш переговорщик не вернулся, шпионы донесли, что его бросили в камеру. Мы не можем дольше откладывать возвращение Мирэи. Как вы знаете, наши войска уже вчера отправились к столице. Лазутчики Лесной не дремлют – промедление может стоить нашей стране слишком дорого.

– Какие-то новости из Лесной? – встрепенулся Зейн.

– Неутешительные. На престол взошел Толин. Они многих потеряли в войне с нами, но боевой дух их не сломлен, и сильнейшие воины, как и сам Толин, не участвовали в той битве.

– Сильнейшие? – округлил глаза Зейн, который отлично помнил, с каким трудом и только при помощи хитрости бывшего дракона одолели врага.

– До нас дошли слухи, что волшебник разработал некое боевое зелье под названием «берсерк», превращающее людей в совершенное орудие убийства, – тяжело вздохнув, проговорил Мейр’аз.

– Потому мы не можем больше никого потерять! Битва с Мирэей станет настоящим кошмаром – братским кровопролитием, на которое так надеются наши враги, – король обвел внимательным взглядом собравшихся и решил доверять им до конца. – Человек по имени Сейра, засевший в столице, объявил себя новым хранителем трона. Однако самое отвратительное то, что он не просто доверенное лицо Лаврия, а внедренный много лет назад ко двору шпион Толина.

Никто не шелохнулся. Казалось, они боялись пошевелиться, как будто новости от неловкого движения могут стать еще хуже.

– Наши войска, идущие к столице – отвлекающий маневр. Мы надеемся с помощью небольшого отряда подобраться к новому хранителю и устранить его. Но его охраняет гвардия и люди Лесной, и, что еще страшнее, мы допускаем, что они могут быть под действием того самого боевого зелья, – Кэ'вин перевел дух и будто погрузился в свои мысли.

– Ваше Величество, позвольте одно маленькое уточнение, – вставил свое слово Мейр’аз. – Вход в город заказан эльфам и гномам – особое распоряжение нового хранителя трона. К тому же из города выдворили всех говорящих животных, даже тех, что работали на Лаврия…

– В город никто не входит, из города никто не выходит без особого позволения самозванного хранителя трона, – добавила Пим. – Сам королевский дворец охраняется днем и ночью – караулы и гвардейцы неусыпно отслеживают любое движение – к стенам подходить нельзя. А над территорией дворца растянули железную сеть – видимо, боятся атак соколов или других наших шпионов.

Соколы на жердочке под потолком нетерпеливо переминались, слушая беседу и изучая карту на столе.

– В городе введен комендантский час – с восьми до восьми на улицах не должно быть ни единой живой души. Помимо всего прочего, обычные горожане начинают голодать, они оказались взаперти в собственном городе. А там, где голод, – там и болезни, – печально добавил король. – Их держат как живой щит, чтобы наша армия не посмела атаковать столицу. У нас нет времени на долгие сборы, нужно действовать быстро, – бывший дракон посмотрел на карту Мирэи на столе и мрачно продолжил. – Вы здесь как раз для того, чтобы посоветовать своих людей, способных провернуть незаметное проникновение в самую защищенную крепость в стране.

Зейн увидел, что внимание короля сосредоточилось на нем, но ему некого было предложить – все его люди были при нем, а гвардии Лаврия он никогда не доверял.

Генри неуверенно поднял руку, как ученик в классе. Кэ'вин смерил его оценивающим взглядом и жестом предложил говорить.

– Позвольте мне высказать мнение, ваше Величество? – прочистив горло, спросил он. Правитель кивнул. – При всем уважении, я провел в Мирэе и при дворе Лаврия гораздо больше времени, чем кто-либо из присутствующих, и знаю кое-что , что может быть вам полезно. Я знаю Сейру, он был личным камердинером Лаврия, человек редкой изворотливости и гнусного характера, обычные горожане ни за что не будут такому верны! Если вы хотите закончить это столкновение без лишних жертв, то вы правильно сказали – вам нужны люди, которым доверятся не только придворные, гвардейцы, но и люди Мирэи и которых даже пропустят к новому хранителю. Однако судя по раскладу, у нас нет времени, чтобы добиваться их расположения или искать тех, кто захочет переметнуться на нашу сторону. Но такие люди уже есть. Принцесса и принц Загорья. Айри – идеальный переговорщик с людьми Мирэи – ее обожает весь город! И я не преувеличиваю: от простого люда до придворных. В то время как Микель сможет легко втереться в доверие к людям своего отца и гвардии, как несчастный осиротевший принц.

– Исключено. Айри не планирует возвращаться в Мирэю, я намерен уважать это решение, – твердо заявил король.

Глаза Генри расширились, он с любопытством посмотрел на своего правителя, не понимая, откуда у него эта информация. Ему очень хотелось выяснить – откуда Кэ'вин знает о желаниях Айри, но не успел и рта раскрыть.

– Если она ключ к благополучию в стране… – начал было Мейр’аз, но увидел, что правитель упрямо качает головой, плотно сжав губы:

– Она со спутниками рисковали жизнями, чтобы добраться до Колодца Душ. Мы должны дать им право самим решать.

– Ваше Величество, разрешите задать вам вопрос? Когда вы гуляли с ее высочеством по полям, лесам и горам, то хоть раз задавались вопросом – почему? – делая шаг к столу, очень серьезно спросил Генри. Ани нахмурился и поднял на него синие глаза: смотрел он совсем не по-доброму, хотя вполне понимал, о чем идет речь. Зейн и Бейрам непонимающе переглядывались.

– Что «почему»? – не выдержала Пим.

– Почему принцесса разгуливает в одиночестве? Почему она имеет такую привилегию, в которой отказано другим? – Генри выглядел таким воодушевленным, когда говорил об Айри, что собравшиеся в зале с интересом слушали его.

– Почему же? – шепотом спросила химера.

– Она заслужила это право, – резко повернувшись к Пим, в сердцах выпалил Генри. – Заслужила! Своей хитростью и ловкостью. Когда ей исполнилось четырнадцать, она попросила хранителя трона отпускать ее на прогулки с няней за пределы стен Мирэи. Он отказал. Несколько лет, проведенных во дворце безвылазно, сильно тяготили ее, она страдала без возможности гулять на свободе.

– «Золотая клетка», – вставил король. Генри понимающе посмотрел на него, он много раз слышал это от Айри, потому и хотел поскорее увезти невесту из столицы.

– Первое время она пыталась отпрашиваться на прогулки, но получала отказ за отказом, и тогда она начала уходить тайно, пробираясь мимо охраны. Тогда ее стали запирать в комнате – она убегала, как тень ускользая из дворца. К ней приставили охрану, но вскоре их стали находить в отключке – Айри подсыпала им снотворное или запускала какой-то свой алхимический газ…

– Лаврий был в ярости, – хмыкнул Зейн, припоминая ее выходки.

– Еще как! Айри всегда находила выход, но всегда возвращалась назад. И как-то раз хранителю трона это надоело, он по-настоящему рассвирепел и посадил Айри в камеру. На неделю. Она выбралась через два дня. И сама явилась к Лаврию. Со вскрытым замком от решетки и со своим условием. Он отпускает ее на прогулки одну или с няней без охраны за стены дворца несколько раз в неделю, и она будет и дальше возвращаться во дворец. Иначе ее следующий побег станет последним. Хранитель трона пошел на сделку. Пятнадцатилетней Айри удалось переиграть Лаврия, и она получила свободу – эту привилегию, недоступную принцессам, – Генри сделал театральную паузу. – Она нужна для этого дела, как бесценный кладезь информации о слабых местах и потайных ходах дворца. И как алхимик со своим набором хитростей, – он остановился и очень серьезно посмотрел Кэ'вину в глаза. – Она снова нужна нашей стране.

Некоторое время все молчали.

– А как же ты сам? Послужить не желаешь? – с издевкой спросил Мейр’аз.

– Желаю! Готов отправиться во дворец хоть сегодня, но меня – человека из отряда Зейна, люди которого открыто признали власть наследного короля в лесу на коронации и потом заключили Лаврия под стражу, вряд ли близко подпустят к новому хранителю трона.

– Но попробовать все же стоит, – без особого энтузиазма обронил король, холодно глядя на Генри. Он помнил, как Айри описывала жениха, и тот образ сейчас не совпадал с реальностью. Если бы она увидела Генри таким, каким он предстал перед наследным королем, то, возможно, посмотрела бы на него совсем по-другому. Мысль эта заставляла клубок ревнивых змей сплетаться в тугой узел. – Отправишься сегодня к отцу и обговоришь с ним, каким образом ты сможешь незамеченным пробраться в город…

– Незамеченным? – неуверенно уточнил Генри, но почти сразу лицо озарилось улыбкой понимания. – В смысле… кхм… контрабанда?

Все лица выжидающе повернулись к королю. Его губы тоже тронула тень улыбки.

– Именно. Контрабанда.

– Думаете, у такого крупного владельца кузниц есть подобные незаконные пути? – с удивлением спросил Зейн.

– О, я уверен, что есть, – синие глаза сосредоточились на женихе Айри.

Внутренняя борьба Генри становилась очевидной: глаза юноши выражали едва скрываемую тревогу, а руки слегка дрожали, выдавая волнение. Бывший дракон видел, как внутри молодого отпрыска рода Карево растет беспокойство и, одновременно, желание поделиться – похвастаться своими связями и возможностями. Генри тяжело вздохнул и начал рассказ:

– В столицу в повозке проезжает груз, который, так скажем, остается незамеченным, его не досматривают – охрана в тот день подкупленная. Сейчас в этом грузе обычно еда и медикаменты для богачей, которые готовы платить большие деньги, чтобы не жертвовать своим комфортом.

– Когда доставка?

– Послезавтра…

– Сколько человек сможет перевезти эта повозка?

– Эта повозка всегда открытая – над воротами дежурит гвардия Сейры, если пропустить крытую повозку без тщательного досмотра – у них появятся вопросы. В повозке помещается десять бочек…

Правитель заложил руки за спину и прошелся из стороны в сторону.

– Зейн, нам понадобится восемь твоих лучших, но не слишком крупных воинов.

Командир коротко кивнул, прикидывая, кого может рекомендовать.

– Почему не эльфы? – спросил Мейр’аз.

– Люди смогут затеряться в городе.

– Почему восемь, Ваше Величество? – решилась уточнить Пим.

– Потому что еще в одной бочке поедет золото, а в другой – наш доблестный Генри…

Взгляды обратились к нему.

– Почту за честь, Ваше Величество! – выпрямился по струнке он.

– У вас же наверняка есть какое-то место, где сможете спрятаться в столице?

Генри кивнул:

– Склад на улице Роз.

– Вот и отлично! С вами свяжутся, чтобы сообщить о дальнейших действиях.

– Что нам делать, если попадемся? – встревоженно спросил Генри.

– Говорите, что вас заказал какой-нибудь богатый горожанин для защиты, а мы вытащим вас из тюрьмы, когда вернем Мирэю.

– Или с виселицы, – холодно вставил Мейр'аз.

– Обнадеживающе, – кивнул Генри, ошарашенно уставившись в одну точку.

– Передай отцу, что я с благодарностью снова приму его помощь и в будущем почту за честь работать с ним. Нам понадобится оружие внутри города, потому что с собой протащить не получится – бочки маловаты. Спроси отца, что можно сделать для этого. Маги переправят тебя сначала к нему, а потом и к Мирэе. Через час отправишься в путь. Я подготовил письмо для уважаемого Ролана из рода Карево, – Кэ'вин передал запечатанный королевской печатью конверт Генри. – Зейн, торопись! От успеха вашей миссии зависит, начнется ли гражданская война в Загорье! Удачи!

– Да, ваше Величество, – в один голос отчеканили Зейн и Генри.

– Вы – моя опора. Вместе, я уверен, мы сумеем уберечь нашу страну от кровопролития гражданской войны. Бейрам и Зейн отправляются в расположение наших войск и ведут их к Мирэе, все дальнейшие инструкции будете получать с соколами. Господин Гризли, вы можете вернуться к своему народу, собрать тех, кто сможет воевать, и выдвинуться к Мирэе и Пао – бой с Лесной, скорее всего, будет там. Зейн, отправишь бойцов с магом к отцу Генри. Вы можете идти, – медленно проговорил король.

Все поклонились королю и вышли, оставляя его наедине с Пим и Мейр’азом.

– Что насчет Айри и Микеля? – нарушая молчание, наконец спросила химера.

– Мейр’аз, ты же следишь за больницей? – внезапно спросил бывший дракон. Эльф прищурился и пожал плечами – зачем отрицать очевидное. – И что разузнал?

– Мои эльфы просматривают и прослушивают все, что говорит и делает эта четверка, а бурундуки-шпионы следят с дерева…

– Почему бурундуки? – удивилась Пим.

– У них есть одна особенность – они не отличаются по размеру от обычных. Никому не удалось обнаружить ничего подозрительного. Даже пронырливому Титу…

– Думаешь, этой четверке можно доверять? – с замиранием сердца спросил Кэ'вин.

– Полной уверенности, конечно, нет, но одно я знаю точно – в больнице безопасно и никто из шпионов Лесной к ним не подобрался.

Бывший дракон задумчиво кивнул, сосредоточив внимательный взгляд на точке на карте с подписью Вайло.

– Подготовь мне отчет о покушении на Лаврия. Он нужен мне завтра… А пока давай с тобой хорошенько подумаем над планом.

Король и лорд эльфов закрылись в зале как в те времена, когда Ани был еще драконом. Мужчины засели за долгое и кропотливое составление плана. Только теперь это была не тактическая игра…

Из-за обилия дел у короля обед с принцессой Мэй превратился в ужин.

Принцесса не помнила, когда в последний раз с такой тщательностью собиралась к какому бы то ни было событию. Балы ей давно наскучили, сватавшиеся молодые люди не представляли никакого интереса, званые обеды стали нудной повинностью. Во дворце отца не было ни одного мужчины, заинтересовавшего бы ее. Но правитель Загорья отличался ото всех, хотя бы тем, что совсем недавно был драконом.

Родители Мэй не баловали – у них было пятеро детей и, к сожалению, она была младшей и единственной дочерью. О троне не стоило и мечтать, потому единственным способом как-то обеспечить свое будущее был брак. По статусу ей положено было сделать хорошую партию, и это сильно сужало круг возможных претендентов. К тому же, принцесса с малого возраста увлекалась совсем не девчачьими делами: выезжала на охоту с братьями и прекрасно управлялась с оружием. К ее семнадцатому дню рождения отцу пришлось признать, что она разбирается в военном деле лучше многих мужчин, и в восемнадцать она стала одной из главнокомандующих в армии своей страны, наравне с остальными братьями. Когда речь зашла о помощи Загорью, именно ей досталось почетное право возглавить этот поход.

Мэй была тщеславна, и мысль о том, что придется довольствоваться ролью хозяйки в каком-нибудь поместье, претила ей. Она любила власть и хотела быть королевой, понимая, что готова к этой роли. Брак с Кэ'вином откроет ей эту удивительную возможность.

Но пока что она – главнокомандующий армии – собиралась на ужин с королем Загорья в неописуемом трепете. Ей очень хотелось ему понравиться, но здесь – в почти что походных условиях – это представлялось до крайности трудной задачей. Она волновалась. Слишком волновалась. Конечно, принцессе, даже если она воин, полагалось иметь с собой несколько платьев для разных случаев, но ни одно из них не казалось ей сейчас подходящим для такого случая. Делать было нечего, выбрать не из чего, и ей пришлось остановить выбор на алом платье с вышитыми звездами. Она покрутилась у зеркала: сегодня вечером она была особенно хороша – пышные волосы убрали в высокую прическу, на голову возложили узкую корону, усыпанную рубинами. На губы нанесли блеск, мягко отражающий свет свечей. Она выглядела очаровательной, но пылкой, дерзкой, но нежной одновременно.

Вот только как вести себя с правителем – Мэй не представляла: он был совсем не похож на придворных ее отца. Он не заглядывал ей в декольте, сально не улыбался и не осыпал комплиментами. К тому же, он был не просто подходящей партией, но и крайне интересным мужчиной – с какой стороны ни посмотри.

Когда Кэ'вин вошел в зал, немного уставший, но радушно ей улыбающийся, девичье сердце зашлось как никогда прежде.

– Ваше Величество, – принцесса опустилась в глубокий книксен, давая ему возможность внимательнее рассмотреть ее глубокое декольте. Эту придворную игру она выучила наизусть еще много лет назад – пусть мужчина рассмотрит то, что считает привлекательным, пусть думает, что это может стать его, – и вот он уже послушно пляшет под твою дудку.