Анив'эК. Геометрия короля

– Видишь ли, наше вмешательство – это… – ангел тяжело сглотнул, – это совершенно против всех правил. Мы рисковали…

– Своими шеями и Тьма разберет, чем еще, – перебил его демон и поморщился.

– К тому же, вытащить человека с того света – почти невозможно… – неуверенно начал ангел.

– Потому что тело умершего уже не способно к выживанию, – нетерпеливо вмешался демон. – Филипп не отказался, он просто думал, что я не соглашусь помочь, а тут важно действовать слаженно, – демон прошелся по купальне, жестикулируя как дирижер. – Филипп исцелил тело Айри, вернул ей сердцебиение, даровав свою благодать, и поддерживал в живых, чтобы я смог помочь ее душе вернуться. Для этого мне пришлось пройти Свет и Тьму в поисках той самой души. Тут главное действовать быстро, в запасе всего семь часов…

– «Три часа для Света,

Три часа для Тьмы,

И один час для себя,

Чтобы смерть была не зря», – вспомнил Кэ'вин слова философа Бельфегора. Его собеседники согласно закивали, подтверждая, что это правда.

– Тот последний час душа проводит в подпространстве, пока, грубо говоря, решается ее судьба. Очень важно уговорить ее вернуться в тело в этот момент. Что я и сделал, – просто пожал плечами демон, будто говорил об обычной работе.

– То есть она сама захотела вернуться? – аккуратно уточнил человек и демон кивнул. – Вигго! Ты… ты, – король вскочил на ноги и, подлетев к демону, крепко сжал ему плечо. – Я твой вечный должник! Спасибо! Спасибо тебе! И тебе спасибо, Филипп, что вылечил ее тело! – он потряс ангелу руку. – Вы – ребята что надо! – он собирался выйти. Однако внезапно помрачнев, обернулся и, пристально изучив лица обоих, неуверенно добавил: – Я хотел бы еще кое о чем спросить… Мне снился странный сон про трещину, проходящую через наш мир…

Благо в этот момент Кэ'вин отвлекся на свой меч, забытый у кромки купальни, и не увидел крайнюю степень изумления, на секунду отразившегося на лицах ангела и демона. Вигго с деланным безразличием изучил свои ногти и заверил короля, что это всего лишь сон. Ангел смотрел в потолок – врать ему не пришлось.

Успокоенный правитель распрощался с собеседниками и покинул их. Он чувствовал страшное истощение – физическое и моральное, свинцовой тяжестью лежащее на плечах и сердце. Это именно усталость, въевшаяся в разум, не знавший покоя уже несколько месяцев, отравляла жизнь и делала его сейчас раздражительным и вспыльчивым, но он все-таки постарался совладать с собой и бодрым шагом вышел из купальни, оставив ангела и демона с кучей вопросов.

Ангел и демон переместились в Подпространство – нейтральную зону между царствами Света и Тьмы, где царили вечные сумерки. Это было особое место, где идеально ровные аллеи пересекались друг с другом, образуя гармоничный узор. Аккуратные кусты формировали изящные фигуры, создавая ощущение порядка и гармонии. Зеленые лужайки совершенно неестественно переливались оттенками изумруда, а стройные деревья устремляли тонкие ветви к несуществующему небу. Белые скамейки скрывались в тени красивых фонарей, излучавших мягкий умиротворяющий свет. Все вокруг дышало миром и покоем, будто само пространство старалось защититься от вечной вражды созданий Света и Тьмы.

В недоумении и молчании долго смотрели друг на друга ангел и демон – такого рассказа от смертного они явно не ожидали. Филипп нетерпеливо крутил локон белых волос, между бровями залегла глубокая морщина. А Вигго забрал длинные огненные пряди от лица, будто они мешали ему думать, и теперь неприязненно сверкал ставшими красными глазами на собеседника.

– Что это такое было? – выдохнул ангел, тяжело опускаясь на скамейку и отворачивая лицо от фонаря.

– Я не знаю, но такой король пугает меня! – буркнул Вигго и наоборот подставил лоб под шарик света.

– Ты помнишь пророчество о хранителях? – опуская голову, спросил ангел.

Демон покосился на собеседника и цокнул языком.

– «Раз в 1000 лет в мир приходят хранители стихий, чтобы дать им новый импульс, новый заряд силы и сохранить равновесие во Вселенной», – сказал он и сел рядом с ангелом, но долго сидеть не смог и снова беспокойно вскочил на ноги. – Но еще не время, еще почти восемьсот лет! И они не приходят поодиночке, всегда сразу все девять…

– Тут много странностей, взять хотя бы то, что Кэ'вин – не простой смертный, он наполовину эльф, таких историй в принципе пока не бывало… А этот его сон про трещину… И появление того… кхм… другого хранителя… мальчика…

– Возможно, есть какое-то другое объяснение…

– Мы обязаны доложить, Вигго! – поднял на него взгляд ангел, и несмотря на то, что лицо его оставалось в тени, Вигго смог прочесть сомнение.

– Ты же знаешь, что будет после! Короля не оставят в покое, его ждет клетка или еще хуже – лабораторный стол, будут выяснять, хранитель он или нет, а потом что с ним делать… – горестно заметил демон – крылья его безвольно повисли, чем создавали подобие плаща.

– Неужто ты привязался к парню? – удивленно поднял брови Филипп.

Вигго пожал плечами, он и сам сейчас себя не понимал:

– Он рисковал всем в битве с Кеером и почти все потерял…

– Ты прав, он заслуживает пожить спокойно, но я не уверен, что смогу лгать ради него, – скривился ангел – созданиям Света претят мысли о вранье. Он постарался отвлечься от этих гнетущих мыслей и вспомнил, как последний раз хранители появились в Подлунном мире и простые люди сочли их богами, стали поклоняться им и строить храмы. И вот уже несколько веков минуло с того момента, те хранители давно мертвы, а люди так и продолжают им поклоняться. – Ты же в курсе, кем могут стать хранители и какие от них бывают проблемы!

– А еще я в курсе, кем они могут не стать и каких проблем от них не бывает! – передразнил его Вигго.

– Но мы ведь говорим о человеке, который отрастил крылья и научился управлять Пустотой через пару месяцев после того, как перестал быть драконом! Проблемы точно будут! – горько заметил Филипп.

– Ты такой пессимист! – демон снова уселся рядом. – Давай спросим у того, кто приказал нам вернуть Айри к жизни!

Филипп отчаянно затряс головой – он боялся мальчишку с серебряными глазами. Вигго вздохнул:

– Хорошо, а что если мы дадим ему время? Пусть проживет свою человеческую жизнь, а тебе не придется лгать, можешь просто устроить бумажную волокиту. Вы – ангелы – это умеете лучше всех!

– И как ты предлагаешь определить, когда же наступит это время, ведь он – наполовину эльф, и жизнь его может длиться не один век! – раздраженно уточнил ангел.

Вигго стал очень печальным и откинулся на спинку скамейки – свет фонаря ударил ему в лицо, выхватывая резкие черты, очерчивая полутенями точеные скулы, искривленные усмешкой губы и изящные крученые рожки, прятавшиеся в густых волосах.

– Подождем, пока она умрет, и тогда наш парень сам будет молить о смерти, – грустно хмыкнул демон.

– Почему? – удивленно спросил Филипп.

Вигго раздраженно уставился на собеседника и, пожав плечами, щелкнул ангела по лбу:

– Потому что они связаны нитью судьбы, тупица!

– Как ты узнал?! – очень удивился тот.

– Я вижу ее…

– Видишь нить?! Как так?! – теперь уже на ноги вскочил Филипп и отшатнулся от скамейки.

– Давно это было… Но если вкратце, то я как-то замутил с одной Мойрой и получил такую способность, так сказать, за услуги…

– Фу! Мойра?! Серьезно?! Они же старые! – скривился ангел.

На это замечание Вигго лишь равнодушно пожал плечами:

– Байки это…

– Так когда ты узнал про нить?

– Когда наш приятель дракон установил телепатическую связь с девчонкой – я прямо четко увидел, как это золотое свечение протянулось между ними. Теперь понимаешь?! Когда она умрет… снова умрет, он будет так страдать, что либо бросится с обрыва, либо… ну даже не знаю, мозгами съедет.

– Ладно, думаю, можно и повременить… – неохотно согласился ангел. – Но нам нужно придумать легенду, объясняющую, как он победил Кеера и куда тот делся… на всякий случай.

За этой беседой безучастно наблюдал мальчик лет десяти с черными волосами и серебряными глазами.

Глава 2. Король возвращается

Ле’ония в своем синем платье с накрахмаленным воротничком стояла рядом с накрытым столом, перебирая длинными пальцами сбившийся в спешке передник. Еды было столько, что хватило бы человек на десять – кажется, она перестаралась со своим рвением угодить Кэ'вину. Ее светлые волосы были стянуты в настолько тугой пучок на затылке, что это даже причиняло боль.

Выйдя из купальни, король сразу направился к ней и, подойдя поближе, взял за плечи, рывком развернув к себе. Халат короля, распахнутый на груди, оголял рельефные мышцы, и как бы она ни старалась, а взгляд продолжал возвращаться к его голой коже. От взгляда синих пронзительных глаз сердце эльфийки замедлило бег: на секунду она позволила себе помечтать, что он хочет ее поцеловать, внутри все подпрыгнуло от радости и предвкушения. Однако Кэ'вин, пристально посмотрев ей в глаза, сухо проговорил:

– Какой приказ я отдал?

– Что? – пролепетала сбитая с толку Ле’ония – совсем не этого она сейчас ожидала.

– Какой я отдал тебе приказ в купальне?

– «Не беспокоить», – ответила она, чувствуя, как горят щеки.

– Так какое слово тебе было непонятно? – продолжал допрос король –говорил тихо, но твердо и холодно, и у Ле’онии бежали мурашки по всему телу: в его манере что-то изменилось, она ощущала это на уровне инстинктов, как будто от него исходила незримая аура власти. – В следующий раз, если я отдам такой приказ, а потом начну говорить на повышенных тонах, не надо барабанить в дверь! Надо выполнить мой приказ и оставить меня в покое. Тебе понятны мои слова?

– Да, Ваше Величество.

– Каждое мое слово?

– Да, Ваше Величество.

– Надеюсь, мне не придется снова тебе объяснять, что значит следовать приказам, – он отпустил ее плечи и отвернулся. От потрясения эльфийка покачнулась и так и осталась стоять в оцепенении: ей еще не доводилось испытывать на себе гнев правителя. – Ты распорядилась насчет Совета?

– Да, Ваше Величество, – как зачарованная повторила она.

– Молодец, – уже мягче сказал он и уселся за стол. – Позови к моей трапезе Мейр'аза и Пим.

Оставшись в одиночестве, Анив’эК отодвинул все лишнее на данный момент в дальний угол сознания, сосредоточившись на делах. Он уже скучал по клетке и тому, как ему можно было там расслабиться. Проанализировав весь разговор с ангелом и демоном, он и этот момент отложил в сторону, и принялся мысленно составлять список вопросов, которые необходимо было решить на Совете.

– Приятно видеть, что за эти несколько дней король не позабыл хороших манер, которым мы его обучали, и не приступил к трапезе в одиночестве, –отвлекая его от планов, к столу подошел Мейр’аз, принеся с собой запах сандала. За ним, хромая, ступала химера-орангутанг.

Оба, не дожидаясь приглашения, разместились на своих обычных местах по левую и правую руку от короля. Когда Кэ'вин превратился из дракона в человека, его сильно смущало то обращение, которое он стал получать от эльфов – они едва не тряслись в его присутствии. Тогда он попросил своих приближенных – мать, отца, Мейр'аза и Пим, чтобы при отсутствии свидетелей они продолжали обращаться с ним без церемоний – только так он мог не чувствовать себя чужим и далеким.

– Что с ногой, Пим? – прищурившись, спросил Кэ'вин.

– Упала, ваше Величество, – обнажая клыки в улыбке, заявила она, король нахмурился. – На элементаля… на поле боя… Ничего серьезного, рана заживает.

Пару секунд король изучал рыжую мордочку и, по всей видимости, решил, что ее словам можно поверить и отложить дальнейшие расспросы о боевых ранах на потом.

– Через час у нас Совет. Есть что-то, что я должен знать перед тем, как он начнется?

Мейр’аз отправил в рот кусок мяса и, тщательно прожевав, устало откинулся на спинку стула: его вечно юное бледное лицо приобрело землистый оттенок. Ани стало немного стыдно, что эти пару дней, проведенных в клетке, он отдыхал, в то время как на лорда эльфов свалились все тяготы по управлению послевоенной страной.

– Дела в стране плачевные, мы потеряли почти все города людей, – начала Пим, ее длинные пальцы барабанили по столу, она так и не приступила к трапезе. – Хуже всего в Мирэе. Пока мы воевали с Кеером, приближенные хранителя трона Лаврия захватили власть в столице и отказываются подчиняться наследному королю. Отринув волю церкви Первостихий, которая полностью на вашей стороне, они отвернулись от других народов Загорья, утверждая, что единственно верный ход будет обращение за помощью и поддержкой к людям из Лесной…

– Волшебник Толин? – вилка с куском мяса замерла в пальцах короля, так и не достигнув рта.

– Ты не с того начала, Пим, – заявил Мейр’аз, устало потирая глаза. – После смерти Лаврия новым хранителем трона себя объявил Сейра – бывший камердинер Лаврия.

Кэ'вин помолчал, обдумывая ситуацию.

– Где его сын – сын Лаврия? – с гулко бьющимся сердцем спросил король – он знал: там, где Микель, там и Айри.

– В больнице в городе эльфов, он не приходил в сознание. Хотите отправиться туда?

«Хочу! Хочу!» – кричало все внутри, но это было совершенно неразумно и несвоевременно, сначала он должен разобраться с делами в Мирэе. Эльф пристально смотрел на племянника, понимая, какая борьба сейчас происходит у него в душе.

– Нет, надо сначала разобраться со столицей, – наконец медленно проговорил король.

– Это моя вина, – нехотя признался Мейр'аз. – Я был слишком поглощен битвой с Кеером… Я получал донесения из Мирэи регулярно, а потом они резко оборвались… мне было некогда разбираться… Надо признать, эти люди оказались совсем не дураками, они дождались, когда начнется битва, и все очень быстро провернули.

Кэ'вин отпил воды и задумчиво провел пальцем по краям стакана. Мысли его улетели далеко от крепости Гурно, отправившись прямиком к столице, будто на крыльях ветра пронесся он над ее величественным дворцом со стеклянной стеной и балконом.

– Мейр’аз, какие последние новости ты получал из столицы?

– Мои люди… кхм… – эльф замялся, нервно почесав щеку. – Они не выходят на связь.

– Думаешь, случилось худшее?

– Судя по последним донесениям из столицы, которые я получал еще во время битвы с Кеером, Толин очень глубоко и очень надежно внедрился в правящую верхушку Мирэи. Не важно, как сложилась бы судьба Лаврия после этой войны, ему было не удержать власть, – эльф ненадолго затих, отметив, как Кэ'вин нервно водит пальцем по лбу. – Влияние Толина так велико не только во дворце, но и среди горожан. Им долго внушалась мысль, что от нас – других народов Загорья – исходит опасность, якобы мы предали их, когда заключили мир с драконами. И многие стали смотреть на интервенцию Лесной как на освободительное движение!

– Как же так случилось, Мейр'аз?! – Кэ'вин вскочил на ноги с такой силой, что стул его отлетел в сторону. Гнев рвался наружу, дракон видел все прорехи в том, как лорд эльфов выстраивал отношения со столицей людей, а человек сейчас не мог справиться с эмоциями. От грохота Ле’ония, стоявшая у сервировочного столика, схватилась за первое, что ей попалось – соусник с горячей подливой. Пим негромко ухнула, прикрывая рот ладонью.

Эльф исподлобья сверкал глазами на племянника, удивленный такой вспышкой, но выглядел спокойным и величественным в отличие от раскрасневшегося короля. Древние глаза его смотрели внимательно и даже понимающе.

– Мои люди работали при дворе Лаврия все эти годы, – медленно проговорил эльф. – Связь с ними резко оборвалась перед войной с Лесной. Думаю, их больше нет в живых. Однако также есть мои люди в городе. Они тоже сейчас не выходят на связь. Надеюсь, что они просто залегли на дно или злятся на меня… – горько заметил эльф.

– Люди в городе? – Анив’эК смягчился, приступ гнева уступил место чувству опустошающего бессилия и стыда перед присутствующими за свою несдержанность. Он поднял стул и снова сел. – Тоже шпионы?

– Скорее агенты влияния… Они старались насаждать в городе мысли, обратные тем, что распространял Толин… А также находили людей Толина и…кхм… устраняли их. Но я их подвел – пообещал, что больше ни один хранитель трона не взойдет на престол…

Кэ'вин вздохнул и откинулся на стуле. Он потер лицо и надавил на глаза так сильно, что перед ними поплыли радужные облака.

Все было плохо. Очень плохо.

Толин переигрывал их, опережая на несколько шагов. Волшебник много-много лет вел свою хитрую игру в Мирэе, насаждая людям нужные ему настроения. Теперь уже было поздно и не было времени, чтобы отыграть эту партию на нужную им позицию. Приходилось иметь дело с тем, что есть.

Король посмотрел на эльфа и химеру и сейчас почувствовал к ним странную неприязнь, змейкой свернувшуюся под сердцем. Он криво усмехнулся и, успокоив дыхание, проговорил.

– Прости меня, Мейр'аз, я вспылил, слишком много всего навалилось…Мы вернем Мирэю, – со вздохом заверил Кэ'вин и положил ладонь тому на плечо. Он и хотел бы подбодрить дядю, сказав, что в этом нет его вины и что он был занят более важными делами, да и вообще не обязан был заниматься делами других народов, но не смог. Раньше он точно так и поступил бы, но не сейчас…

Все молчали, и Пим наконец решилась задать свой вопрос:

– Принца Микеля взять под стражу?

– Ни в коем случае! Он герой Загорья… с ним нужно обойтись мягко… Отправим приглашение во дворец ему, и Айри, и другим их спутникам. Все они герои.

– Что делать, если они откажут?

– Мы должны их отпустить, дав понять, что пока они не вступают в союз с нашим врагом, им дарована полная свобода, – он тяжело вздохнул, увидев сомнение на лицах собеседников. – Они сделали достаточно для своей страны, пусть сами решают свою дальнейшую судьбу, – король резко встал и подошел к окну. Мысль, что он никогда не увидит Айри, больно жгла ему горло, но он не мог ей приказывать… Никому из них – не после того, как они были готовы пожертвовать всем ради Загорья. – А Айри…кхм… в сознании? – решил спросить король, ощущая, как ладони холодеют от волнения.

– Да, она… как бы это сказать… – замялся эльф: он не был уверен, что донесениям из больницы, где говорилось, что сначала врачи посчитали ее мертвой, а потом она очнулась без каких-либо серьезных повреждений, стоит верить. – Вроде бы в порядке…

Кэ'вин недоверчиво посмотрел на собеседника, раздумывая – можно ли доверять словам эльфа и если бы дракон внутри него сам не чувствовал, что с принцессой действительно все нормально, то вряд ли поверил бы. Король понимал, что лорд эльфов внимательно следит за ним, за его реакцией на все, что связано с Айри, а ему не хотелось демонстрировать свою слабость даже перед приближенными, потому он решил сменить тему.

– Вы проверили Черную Скалу и Колодец Душ – он точно разрушен?

– Не успели… – промямлила Пим, и они с эльфом переглянулись, ожидая новую вспышку гнева. Но ее не последовало. Король просто решил сменить тему, и это ударило по Мейр'азу даже больнее упреков – ему показалось, что он не оправдывает ожиданий племянника:

«Как глупо!» – с раздражением подумал эльф.

– Мне нужен новый учитель фехтования, самый лучший.

– Я знала, что вы попросите об этом, – кивнула Пим, – потому взяла на себя смелость послать за мастером в Пао. И хотя мастер В'эл был лучшим…

Королю было больно слышать это имя, потому он нетерпеливо ее перебил.

– Его никто не заменит, но я обязан продолжать тренировки. Пока новый учитель не прибыл, я продолжу тренировки с Мейр’азом и попрошу еще Зейна меня погонять, – Кэ'вин отошел к окну, как будто потеряв интерес к собеседникам.

Эльф коротко кивнул и поежился: и ему, и Пим показалось, что в короле что-то неуловимо изменилось и правильное слово было бы «похолодело».

Вошла Ле’ония с костюмом для встречи. Химере с эльфом пришлось откланяться.

– Я выбрала для вас королевский – пурпурный, – тихо сказала она. Ани мельком посмотрел на нее и снова отвернулся. Костюм был великолепен: насыщенный оттенок символизировал власть и благородство, плотная ткань с мягким ворсом, придающая особую глубину цвету, красиво играла на солнце. Костюм состоял из жилета, брюк и сюртука с воротником-стойкой и золотой вышивкой на рукавах.

– Отлично, спасибо, – не отвлекаясь от окна, буркнул Анив’эК. Она подошла к нему с брюками, но он отвел ее руки в сторону и, откинув прядь волос с лица, приподнял подбородок, заглядывая в глаза. Глаза наследного короля сильно тревожили ее разум, и она всячески пыталась не смотреть на него, сохраняя холодность мысли, хотя внутри уже все полыхало.

– Я был груб с тобой. Я не хотел. Прости. Если услышишь, что я спорю или повышаю голос, это еще не значит, что мне нужна помощь, – мягко проговорил Кэ'вин – тон его голоса сейчас напомнил мурлыканье кота, и эльфийка едва удерживалась, чтобы не положить руки ему на обнаженную грудь.

– Вы не обязаны извиняться, я лишь прислуга… – Ле’ония была настолько смущена ситуацией, что, наверное, предпочла бы, чтобы он снова накричал на нее.

– Я должен заботиться о своих подданных, а не срываться на них, – он погладил ее по голове и, забрав брюки из рук оцепеневшей эльфийки, стал одеваться.

Пока Ле’ония одевала короля в шелковую рубаху и камзол, застегивала пуговицы, одна мысль не давала ей покоя – что это такое было? Король был добр и даже ласков с ней время от времени, но сейчас ощущение было другим, такого никогда не происходило прежде, это было похоже на флирт. Она постаралась отогнать от себя эту мысль и сосредоточиться на пуговицах, но постоянно отвлекалась, когда ее пальцы невзначай касались его кожи.

Закончив одеваться, он подошел к большому богато украшенному зеркалу – подарку Мейр'аза в честь победы над армией Кеера. Пророчество его матери, королевы Эми’лии, сбылось, и теперь Ани мог смотреть на свое отражение. Однако оно ему сильно не нравилось.

– Знаешь, я подумал, что пора заканчивать этот фарс с «прислугой», – поморщившись при взгляде на себя, заявил король. Ле’ония как раз поднесла ему изящный ларец с короной и удивленно подняла брови, не понимая, о чем идет речь. – Я знаю, что мой дядюшка позаботился о моей безопасности, приставив тебя.

– Как давно вы знаете? – выдохнула эльфийка, решив, что разумнее не отрицать очевидное и испугавшись еще одной гневной вспышки.

– Догадываюсь давно, почти с первой нашей встречи. Но окончательно в этом убедился во время схватки в лагере, когда тебя ранили, – король вытащил из протянутого ларца корону и возложил себе на голову. – Совершенно бестолковый предмет, – посетовал он, снял и покрутил изящное украшение в пальцах. – Думаю, ты из Ночных охотниц Э’лэи.

Судя по порозовевшим щекам эльфийки, он угадал. Кэ'вин снова надел корону и внимательно осмотрел свое отражение в зеркале – бархатный костюм был идеально скроен, а пурпур красиво оттенял цвет глаз. На свое лицо он старался не смотреть – оно его почему-то раздражало.

– У меня для тебя предложение, – отворачиваясь от своего отражения, он поймал ее взгляд и приковал к себе внимание, словно зайчонка, загипнотизированного змеей. – Возможно, тебя заинтересует…

Ле’ония улыбнулась и приготовилась внимательно слушать.

– В ближайшее время мне понадобится не только телохранитель, мне предстоит найти много надежных людей. Тебе я доверяю. Пока я предлагаю тебе пост моего личного телохранителя, считай это испытательным сроком для более высокого поста. При условии, что ты оправдаешь мои ожидания и проявишь способности, по возвращении в Мирэю я смогу повысить тебя, и ты станешь капитаном королевской гвардии – будешь набирать себе подчиненных и ими руководить. За щедрое жалование, естественно.

Ле’ония обдумывала это предложение несколько секунд, пристально глядя на лицо наследного короля, его насыщенно-синие глаза будто смотрели ей в душу. Желание обладать этим мужчиной переполняло ее мысли, грозя перелиться через край. В любое другое время она пошла бы и нашла себе легкое приключение, чтобы загасить это пламя. Но только не теперь. С беспощадной откровенностью Ле’ония призналась себе, что любит короля Кэ'вина. Это началось как легкое увлечение – что-то простое и поверхностное, требующее физического удовлетворения. Но оно росло в ее груди, незаметно переходя от стадии к стадии, заполняя и обволакивая все ее существо.