Чувства, взятые напрокат

– Перестань. Он лишь очередной клиент, – отмахнулась я и вернула руки на стол, чтобы продолжить раскатывать глину в нужную форму.

– Странно, что такой, как он, впервые пользовался услугами эскорт-агентства, – с подозрением в голосе сказала Лейла и тоже последовала моему примеру, продолжив возиться с глиной.

– Возможно, у него и так хватает девушек.

Я была почти уверена в этом на все сто процентов и больше.

Больше за время, что мы лепили тарелки, не сказали и слова про Джованни, и я была рада этому, но мне хотелось прочитать, что писали в статье, и хотелось сохранить фотографии к себе на телефон, поближе рассмотреть нас. Это странное чувство разливалось сильнее с каждой минутой, проведенной с Лейлой. Конечно, я бы могла сделать это и при ней, но меня волновало, что она подумает. Вдруг она решит, что меня это как-то коробит? А меня коробит?

Район Ист-Виллидж, Нью-Йорк.

03:37 PM

Я была рада вернуться домой, потому что все, чего мне сейчас хотелось, это принять теплую ванну и побыть с дочерью. Если Маттео и правда заберет ее, я буду безумно скучать по Эмилии, поэтому нужно сейчас уделить дочке как можно больше времени. Я предложила посмотреть мультики на телевизоре, пока буду в ванной, и она охотно согласилась, поэтому, спокойно пройдя в свою комнату и сняв одежду, я направилась в ванную, но прихватила телефон, чтобы найти ту статью про себя и Джованни. Конечно, ее уже могли удалить, однако попытка – не пытка.

Пока вода набиралась в ванну, я сидела на ее краю и разматывала бинт, которым Джованни заботливо обернул мою ногу. При ходьбе присутствовала боль, но не сильная, поэтому на стопу можно было легко закрыть глаза. Выбросив бинт, который немного пропитался кровью, я повернула ступню на себя, чтобы рассмотреть рану. Ничего страшного не было, выглядело как обычный порез, только глубже, потому что осколок вошел внутрь.

Через пару минут я опустилась в теплую воду с ароматом кокоса и позволила себе закрыть глаза и расслабиться, – уже не помню, когда последний раз просто лежала и ни о чем не думала. Но если сейчас получалось лежать, то мысли были заполнены статьей, Джованни и словами Лейлы: «их семья ломает руки».

Вытерев руки о полотенце, я взяла телефон с тумбочки рядом с ванной и стала печатать в поисковике: «Джованни Пеллегрини». На удивление, статья все еще была на месте и чуть ли не на первой строчке. Могу поспорить, что ее просмотрели большое количество людей.

«Джованни Пеллегрини был замечен с девушкой возле отеля «Four Seasons Hotel New York», в котором проходило светское мероприятие. Личность его спутницы установить не удалось, так как на лице была маска. Отметим, что ранее Пеллегрини не появлялся на публике с девушками. Возможно, именно она растопила его холодное сердце.» – гласила статья.

Неужели его и правда никогда не видели с девушками? Может, он так хорошо скрывал их? Встречался в тайных местах?

На экране всплыло сообщение, когда я рассматривала фотографии, где мы были с Джованни:

Привет, Габриэлла.

Через пару дней ты летишь с Джованни Пеллегрини в Филадельфию.

И… он платит вдвое больше, чем мы просим.

Хелен.

Вот же! Он уже договорился! Не ожидала, что это будет так быстро. Я надеялась хотя бы один день прожить без мыслей о нем и поездке в Филадельфию. Теперь же голова будет забита только этим.

Привет, Хелен.

Все поняла, но удивлена,

что он платит за меня такую сумму.

В чем причина?

Габриэлла.

Оскорбляло ли меня то, что он готов заплатить больше, чем требовало агентство? Я не знала. Это моя «работа», и за нее платили деньги, а уж сколько – меня не сильно волновало.

Не могу дать ответ на твой вопрос:)

Просто радуйся, что ты получишь больше денег.

Хелен.

Я издала смешок от сообщения Хелен, но на лице после этого не осталось и намека на улыбку.

➽─────────❥

– Поедим хлопья с молоком? – спросила я Эмилию, которая все еще пялилась в телевизор, сидя на диване напротив него. – Эми, ты слышишь меня?

Я подошла к дочери ближе, чтобы обратить на себя внимание.

– Хлопья? – показала я, держа в руке ее любимые с единорогом.

Дочка кивнула и вновь повернулась к телевизору. Обычно я не разрешала ей так долго смотреть мультики, но сейчас дала слабину себе и Эмилии.

Разогрев молоко в микроволновой печи, я насыпала в него хлопья и уселась на диван рядом с малышкой.

– Давай ты поешь, а потом будешь смотреть дальше? – предложила я и выключила телевизор.

– Почему ты не смогла забрать меня вчера? – спросила дочка, кладя в рот ложку с хлопьями и смотря на меня.

– Работала допоздна, малышка.

Я протянула к ее щеке ладонь и немного ущипнула.

– Надеюсь, Ванесса хорошо с тобой обращалась.

– Она классная, – с улыбкой ответила Эмилия.

– Мне нужно тебе кое-что сказать, но не знаю, понравится тебе это или нет, – тяжело вздохнула я, настраиваясь на разговор про ее отца.

Эмилия удивленно выпучила глаза, ожидая дальнейших слов от меня.

– Твой папа хочет взять тебя с собой в Италию.

Ее лицо резко изменилось, но оно, благо, не было испуганным.

– Ты против? Он хотел показать тебе родину.

Я придвинулась к ней и поставила тарелку на стол рядом с диваном.

– Меня просто пугают охранники, которые всюду следуют за нами, – пожала плечами она. – Зачем они нужны?

Как же я боялась этих вопросов; не знала, что отвечать на них; не знала, стоило ли говорить о том, кто ее отец, кто она и я, и почему мы должны быть под защитой.

– Эми, твой папа важный человек, и у него много врагов, которые хотят причинить ему боль, а ты – его слабое место, понимаешь?

– Слабое место… – повторила она, будто пробовала эти слова на вкус.

– Благодаря охранникам никто не может причинить вам вреда, поэтому они необходимы рядом.

Я заправила Эмилии за ухо темную прядь волос, они были совсем как у Маттео.

– Ты можешь отказаться.

– Не думаю, что папе это понравится, – вдруг сказала малышка и опустила глаза.

– О чем ты? Он ведь не заставляет тебя что-либо делать, так? То, чего ты не хочешь?

Я волновалась, потому что почти ничего не знала о встречах дочери и ее отца; она не всегда рассказывала мне все, что они делали.

– Нет, но… – Эмилия замялась, и я обняла ее, чтобы она почувствовала мою поддержку, чтобы знала, что может доверять мне безоговорочно. – Он говорит, что некоторые вещи нужно делать даже тогда, когда не хочешь или когда они тебе противны, – почти шепотом закончила Эмилия.

– Что он говорит делать?

– Учит стрелять и метать ножи, а я боюсь и мне не нравится. Я не понимаю, зачем, ведь мне всего семь лет, мам.

Черт возьми!

Маттео еще хуже, чем я о нем всегда думала. Заставлять семилетнего ребенка держать оружие, а еще лучше – применять его, стало сейчас последней каплей. Я обязана наведаться к бывшему мужу и высказать все, что о нем думаю, но уже после Филадельфии.

– Может, он хочет, чтобы ты умела постоять за себя, малышка, – голос дрожал от злости, но я изо всех сил старалась сохранять спокойствие рядом с дочерью. – Я поговорю с ним, ладно?

Я разорву его в клочья!

Эмилия кивнула и крепко-крепко обняла меня. Мы просидели так еще некоторое время, затем я заметила, что у малышки закрывались глаза, поэтому обвила вокруг нее руки и попыталась приподнять, – она была гораздо тяжелее, чем полгода назад, так быстро выросла. Однако мне все же удалось донести ее обмякшее и расслабленное тело до детской комнаты, где я опустила Эмилию на кровать, накрыв одеялом. Поцеловав дочь в лоб, выключила ночник на тумбочке и вышла из комнаты, направляясь в свою.

Лежавший на комоде телефон несколько раз издал звуки входящего сообщения, пока мы с Эмилией сидели в гостиной. Сейчас было самое время проверить его, лежа в теплой постели.

Возможно, тебе уже сообщили о том, что ты едешь со мной в Филадельфию, но решил и сам написать об этом.

Джованни.

Я и забыла, что у него был мой номер еще с первого дня нашей встречи. Однако это было странно… У нас, девушек, что работали в эскорт-индустрии был специальный телефон для клиентов, на нем был совершенно другой номер, но Джованни, что тогда, что сейчас писал на мой личный. Нужно ли было этому удивляться, зная, кто он такой?

Да, мне уже написали.

Вылет через два дня?

Габриэлла.

Мы едем на машине.

И да, через два дня.

Ближе к делу напишу.

Джованни.

На машине? Конечно, из Нью-Йорка в Филадельфию ехать недолго, но я думала, что он предпочтет не тратить слишком много времени на дорогу. Будет ли мне комфортно с ним в замкнутом пространстве несколько часов?

Глава 7: Цвет малины

Мистер Джованни Пеллегрини

Тогда

– Когда ты станешь Доном, нужно будет жениться, – вдруг сказал отец, подняв на меня глаза от бесконечных бумаг. – Возможно, даже раньше, чтобы у тебя был определенный статус.

Он говорил это так, будто можно было прямо сейчас пойти и найти жену, которая бы подходила под все критерии – и мои, и его. Я никогда не хотел жениться по расчету или для скрепления союза, дабы избежать войны между семьями.

– Узнаю этот взгляд, – отец указал пальцем на мое лицо. – Тебе пора понять и принять, что в нашем мире нет места любви. Ты только уничтожишь ту, которую полюбишь, понимаешь?

Почему я должен был уничтожить ее?

– Так ты не любишь нашу мать? – никогда не думал, что задам такой вопрос отцу, – не планировал заводить с ним разговоры о любви, потому что это явно было не то, что обсуждали мужчины.

– Я уважаю ее и испытываю теплые чувства, но это точно не любовь, – с тихим вздохом ответил он и снова закурил сигарету; в его кабинете уже все пропахло дымом, отчего невозможно было дышать полной грудью, если не хотел испортить легкие, а затем выплюнуть их.

Сейчас

Два дня спустя.

Манхассет Хиллс, Нью-Йорк.

10:45 AM

Я ждал Аннабеллу в гостиной, чтобы поехать в один из наших клубов, где мы обычно тренировались стрелять и драться. Не каждый мужчина в нашем мире учил этому женщин, но для меня это был важный пункт, потому что если рядом не будет меня или телохранителя, то сестра должна уметь сама защитить себя, уметь пользоваться оружием и своим телом. Конечно, никто не гарантировал, что при реальной ситуации, когда все пойдет через задницу, Аннабелла сможет совладать со страхом и переступить через него, но вероятность гораздо выше от наших с ней тренировок.

– Джо, ты здесь? – отвлекла меня сестра от потока мыслей, войдя в гостиную. – Можем ехать.

Я поднялся с кресла и вышел в коридор.

– Как она? – спросил я, накидывая кожаную куртку; я имел в виду нашу маму.

– Все по-старому, к сожалению, – пожала плечами Аннабелла и достала из рюкзака блеск для губ. – Она на грани отчаяния, думает, что никогда не сможет ходить. Мне больно видеть ее такой… – сестра поджала губы. – Неужели болезнь в конечном итоге победит?

Ее глаза пытались найти во мне поддержку, но все, что я чувствовал, было схожим с чувствами Аннабеллы.

– Я не знаю, но врачи делают все, что необходимо. Отец нанял лучших.

За это я готов был сказать ему спасибо, но только за это.

– Ты собираешься на свидание или на тренировку?

Аннабелла все еще стояла возле зеркала и подкрашивала губы.

– Кто знает, где я встречу свою судьбу? – кокетливо улыбнулась она, а я закатил глаза.

Ей стукнуло уже восемнадцать, и по правилам нашего мира Аннабелла скоро должна была выйти замуж. Могу поспорить, что, если бы отец остался на своем прежнем месте, он бы выдал свою дочь в скором времени за какого-нибудь ублюдка, с которым мы могли бы сотрудничать в дальнейшем или завязать союз с помощью этого брака. Я же, будучи новым Доном, не позволю сломать Аннабеллу.

Район Бронкс, Нью-Йорк.

11:27 AM

В клубе находился только один человек, который проводил здесь большую часть свободного времени – Кристиано, Капо нашей семьи. Он снова и снова бил грушу голыми руками, а на костяшках виднелась засохшая кровь. Я не знал причину его частных визитов сюда, да и он был не из тех, кто много болтал. Казалось, ему нравилось быть в своем мире, где, возможно, царил один хаос.

– Привет, Кристиано, – я подошел к нему со спины, перед этим отправив сестру в раздевалку. Он обернулся и стер тыльной стороной ладони пот со лба. – Снова проводишь время в одиночестве?

Мы пожали друг другу руки.

– Почему же? У меня есть груша, – слегка оскалился Кристиано фирменной улыбкой. – Пришел тренироваться с сестрой? – Капо кивнул головой в сторону раздевалки.

– Да, она неделю не занималась, хочу посмотреть, не утратила ли навыки.

Кристиано снова повернулся к груше.

Я прошел в мужскую раздевалку и кинул сумку на скамейку. Затем быстро переоделся в спортивные шорты.

Выйдя из раздевалки, заметил, что Аннабелла занималась на беговой дорожке: видимо, чтобы размяться перед тренировкой. Я же решил пройти к одной из груш, чтобы сделать несколько ударов и размяться таким способом.

– Слушай, Джованни, Клэр спрашивает, почему ты не встречаешься с ней уже неделю, – пропыхтел Кристиано, ударяя двумя кулаками по груше.

– Она попросила тебя спросить об этом? – усмехнулся я и ударил грушу что есть силы, отчего та покачнулась.

– Ты же знаешь, она проедает мозги нытьем, особенно, если это касается тебя, – ответил он и перестал бить грушу, теперь опираясь на нее и смотря на меня.

Клэр – его подруга детства, можно сказать, что они были, как брат и сестра, вот только теперь Кристиано вырос, стал мужчиной, стал частью мафии, и их многолетняя дружба ушла даже не на второй план, а на третий, а то и четвертый. Теперь он не то чтобы недолюбливал ее, но считал жутко надоедливой, потому что Клэр была болтушкой, а Капо – нет.

Мы познакомились с ней, когда Кристиано решил прокатиться со мной ночью и поучаствовать в так называемых соревнованиях на крутых тачках. Я и не знал, что он привезет Клэр с собой, но тогда она удачно познакомилась не только со мной.

– Не было времени, да и, может, пора заканчивать с ней.

Еще один удар.

– Все-таки она была твоей близкой подругой.

Удар.

– Мне плевать, что вы трахаетесь, если Клэр и правда этого хочет, – заверил Кристиано, сложив руки на груди. – Но, если ты больше не хочешь ее, лучше скажи, или она сделает в моей башке дыру. Ну, или ее отец.

Я издал смешок от его слов, после кивнул и перестал бить грушу.

К слову о ее отце, он занимал высокую должность в полиции Нью-Йорка, и, конечно, мы платили ему и его людям за молчание о нас, а он и не возражал, ведь мог позволить себе гораздо больше, чем обычный полицейский.

Когда мы с Кристиано закончили разговор, я подошел к сестре и сказал, что пора тренироваться, и раз уж Капо здесь, то можно было застать Аннабеллу врасплох и заставить ее драться с ним. Я подумал, что в этой идее нет ничего плохого, потому что со мной она дралась хорошо, зная почти все мои приемы, а что насчет другого человека?

Кристиано забрался на мягкие маты, и сестра недоверчиво обернулась на меня.

– Ты будешь драться с Капо, – спокойно сказал я, и ее глаза стали еще больше, чем были на самом деле. – Кристиано не сделает ничего плохого, но это поможет тебе больше, чем если ты будешь постоянно тренироваться со мной.

– Я запомню это, Джо, – Аннабелла сверкнула глазами и показала двумя пальцами сначала в свои глаза, затем – в мои.

Мы вместе подошли ближе к матам, и я помог ей обмотать руки эластичной лентой, чтобы они не пострадали от ударов так же, как у Кристиано, но ему, как я понимал, было плевать на это.

– Воспользуйся тем, что твое тело гораздо меньше его, – прошептал я сестре на ухо. – Я верю в тебя, мисс Пеллегрини, – чуть отстранившись и улыбнувшись, сказал я.

Аннабелла кивнула и забралась на маты, вставая напротив Кристиано. По сравнению с моей сестрой, он выглядел слишком большим, но это и не было удивительно, его рост был около двух метров, в то время как рост сестры – в два или даже в три раза меньше.

– Ну что, начнем, принцесса? – ехидно спросил Кристиано и стал подпрыгивать на месте, разминаясь.

– Я не принцесса, – повторила она его улыбку и тембр голоса, затем с разбегу набросилась на него и попыталась ударить в живот, уклонившись от удара.

Кристиано быстро среагировал и обхватил руками талию Аннабеллы, перевернул ее и бросил спиной на мат, после чего навис над ней, но сестра ловко увернулась, сдвинув тело в сторону.

– Поставь блок руками, Белла! – закричал я, когда Капо замахнулся кулаком над ее головой; понятное дело, он бы не ударил, но сделал имитацию удара.

Сестра послушно выставила руки вперед и скрестила их, чтобы выдержать удар. Кристиано давил на ее руки, но, уверен, не со всей силы, потому что Аннабелла все еще могла сдерживать напор.

– Не выйдет, Кристиано! – агрессивно прошипела сквозь сжатые зубы Аннабелла и пнула его ногой, но от этого удара Капо не сдвинулся далеко, лишь схватил ее ногу.

Сестра попыталась ударить второй ногой, но Кристиано схватил и ее, затем одним ловким движением перевернул Аннабеллу на живот и сел на ее бедра.

– Теперь противник сделает с тобой все, о чем думает в своей грязной голове, – пролепетал Капо и повернул голову на меня. – У нее никаких шансов, Джованни.

Аннабелла начала стучать по мату ладонями и говорить, чтобы Кристиано встал с нее, потому что ей тяжело. Он, конечно же, сделал это, но не ожидал, что после того, как она поднимется на ноги, снова набросится на него сзади, запрыгнув на спину, и обхватит ногами торс, а руками – шею.

– Совсем никаких, м? – издевательски спросила сестра.

Капо схватил ее за предплечья и перекинул через себя. Аннабелла снова оказалась спиной на матах, поморщившись при этом.

– Если ты ничего не предпримешь, когда будешь так прыгать на человека, то он либо ударит тебя спиной о стену, если она окажется поблизости, либо сделает так, как я, но под тобой уже не будет матов, поэтому ты, вероятно, сломаешь позвоночник, – объяснил Кристиано и подошел к моей сестре, подавая ей руку помощи.

– И что я должна предпринять? – недовольно спросила Аннабелла и приняла помощь Капо.

– Если у тебя будет оружие, бей им в шею, в живот, куда угодно, чтобы ослабить противника. Если же только твои руки, можешь попытаться выколоть глаза. У вас, девушек, обычно всегда длинные ногти, поэтому используй их, – Кристиано, кажется, никогда не говорил так много, как сейчас, но он явно знал многое.

– Фу-у, – протянула Аннабелла, искривляя лицо в гримасе, – выколоть глаза, – она посмотрела на руки.

– Поверь, тебе будет плевать, если поймешь, что на тебя напали и хотят убить.

Сестра кивнула и присела на мат, чтобы отдышаться. Я видел, сколько сил она приложила, чтобы бороться с Кристиано, поэтому дал ей фору передохнуть и опустился рядом.

– Ты молодец, – похвалил я и опустил руку на ее плечо.

– Надеюсь, мне не придется кому-то резать шею или выкалывать глаза. Надеюсь, ты всегда сможешь защитить меня, Джо, – Аннабелла говорила это с долей отчаяния, и я не понимал, почему в ее голосе звучали эти ноты.

– Я тоже на это надеюсь, но в нашем мире ни на что нельзя только надеяться, поэтому будь готова ко всему, – я притянул сестру в объятия. – Еще один бой или постреляем в тире?

– Конечно, стрельба! – воодушевленно ответила Аннабелла и выбралась из моей стальной хватки; стрельбу она любила больше, чем драки. – Кажется, я отбила себе спину, – сморщилась сестра, когда попыталась размяться.

– Прости, принцесса, – внезапно за нашими спинами появился Кристиано, уже переодетый в штаны и футболку. – Желаю хорошего дня.

Мы пожали руки, и он, подмигнув Аннабелле, пошел в сторону выхода.

Не стали дожидаться, когда Капо окончательно уйдет из клуба, поэтому я зашел в раздевалку, чтобы надеть футболку.

Подходя к двери, которая скрывала за собой небольшой тир, сестра спросила:

– Кристиано со мной флиртует или мне кажется?

Я издал смешок и ответил:

– Он со всеми девушками так разговаривает, так что без понятия, когда он флиртует, а когда нет.

Аннабелла зашла внутрь тира и сразу направилась к стене, где висели пистолеты различного вида. Она всегда выбирала пистолет марки Beretta 92, хотя он не был легким. Я же решил последовать ее примеру и взял такой же, но черного цвета. Мы встали на позиции, надели наушники и очки, кивнули друг другу и стали целиться в мишени, похожие на людей с красными точками по телу, в которые желательно было попасть.

Наши выстрелы раздались одновременно. Сестра попыталась попасть в лоб так называемому противнику, но чуть скосила и пуля пролетела мимо, отчего она взмахнула руками. Моя же пуля попала точно в сердце. Я глазами подал Аннабелле знак, что нужно пробовать еще раз, и она встала обратно на место. Я положил оружие на стол перед собой и подошел к ней сзади, чтобы направить ее руки и подсказать, что нужно делать.

– Расслабься, – почти приказал я сестре, – твое тело слишком напряжено, а руки из-за этого не слушаются.

Аннабелла бросила на меня взгляд, который означал «да что ты говоришь?», но я проигнорировал его и убрал руки, чтобы она сама сделала выстрел.

Выстрел прогремел ровно в тот же момент, в который открылась дверь в тир. Аннабелла тут же перевела пистолет на дверь.

– Оу, осторожнее, малышка.

В дверях стоял Маттео со своим братом Марко.

Лицо сестры исказилось, брови сошлись на переносице.

– Я не малышка, – грубо бросила она, и я в предупредительном жесте сжал ее плечо рукой; не стоило бросаться словами в Дона другой семьи.

– Вот как вы встречаете гостей, – насмешливо заговорил Марко.

Я опустил руку на пистолет, что сестры до сих пор держала в руках, давая знак о том, что она может больше не целиться в них, хотя они являлись нашими врагами, – для меня так было, но не для отца.

– Зачем вы здесь? – резко спросил я, вставая впереди Аннабеллы, таким образом закрывая собой.

– Почему я должен отчитываться перед тобой, если этот клуб построили наши отцы? – так же резко спросил Маттео и прошел внутрь тира к кожаному дивану, чтобы положить на него сумку.

– Разве ты не видел расписания? Сегодня здесь занимается только моя семья.

– Джованни, разве ты не знаешь, что мне плевать?

Черт, я готов был прямо сейчас наброситься на него и придушить, но нужна ли мне война?

Я лишь медленно выдохнул и взглянул на Марко, который все еще стоял в дверях и оглядывал помещение, затем взгляд метнулся к Аннабелле и задержался на ней. В этот же момент я взял сестру под руку и сказал:

– Мы уходим.

Манхассет Хиллс, Нью-Йорк.

02:05 PM

По дороге домой Аннабелла не сказала ни слова, – впрочем, и я тоже, потому что был слишком зол на то, что семья Бернарди решила прервать тренировку. Я до сих пор не понимал, каким образом держался от того, чтобы не врезать хорошенько Маттео по его смазливому лицу, на котором всегда красовалась противная ухмылка. Рано или поздно кто-то из нас сорвется, и тот союз, что был построен нашими отцами, разрушится, как карточный домик.

– Ты уезжаешь сегодня в Филадельфию? – задала вопрос сестра, когда я остановил машину на подъездной дорожке у дома.

– Снова подслушивала мои разговоры с Микаэлем?

– Ты ничего не рассказываешь, а мне интересно, – начала жестикулировать руками она. – Я понимаю, что, скорее всего, это не мое дело, но мы отдаляемся друг от друга, Джо, – Аннабелла сделала паузу и отвернулась: возможно, чтобы я не увидел ее слез. – Ты единственный человек в моей жизни, который понимает меня и заботится обо мне, а я – о тебе. Пожалуйста, не отталкивай меня, мне так одиноко, когда тебя нет рядом.

Черт, как я мог не заметить то, что творилось с настроением сестры? Я стал куском говна с того момента, как занял место отца, но думал, что если буду держать ее подальше от всех мафиозных дел, то она будет в безопасности; как же я ошибался…

Тихий всхлип сестры заставил меня сдвинуться с сиденья ближе к ней, чтобы обхватить хрупкие плечи руками и притянуть к себе для объятий.

– Никогда, слышишь, никогда не думай, что я оставлю тебя, – немного встряхнул сестру, чтобы ее настроение поднялось. – Я лишь пытаюсь защитить тебя, понимаешь?