Серебряные нити Шардена. Пепел и тис

– Хочешь, проверим? – Хаэль показательно размял длинные пальцы, позволяя себе лёгкую кошачью улыбку.

– Не в мою смену, мальчики, – фыркнула я, вновь стараясь настроиться на позитивный лад. – Да ладно тебе, Магистр. Дархан может быть полезен. – лицо Хаэля вытянулось, когда он услышал эти слова, но я продолжила.

– Как минимум, он сын самого ректора Академии. Ты верно подметил, что у него есть допуски, ресурсы и всякое такое. Это может быть нам полезно. – Эврен нехотя кивнул, и пара чёрных прядей, выбившихся с хвоста, упала ему на лицо. – Я это не поддерживаю, но благодаря Печати Безмолвия он нас точно не сдаст. – Эврен утвердительно кивнул, и я прикинула, что ещё хорошего в этой ситуации.

– А, и ещё – он ведь и правда новый теневик, и он был знаком с Лианой лично. Может, он действительно сможет нам помочь? Лишний теневой маг нам не помешает. Вас с Айлин всего двое, а так – будет подмога в случае чего, руки лишними не бывают. – я пожала плечами, отпивая ещё чаю. Тепло разлилось в груди приятной, обволакивающей пеленой, и я улыбнулась Ирису, который отсалютовал мне бокалом.

В общем, спорили мы о том, будет ли нам полезен Солейл Дархан, ещё долгих два часа. Перемыли кости ему так, что он, бедняга, наверное, после этого икал всю ночь. К разговорам о тебе не возвращались, но было видно, что Магистр в каком-то сильном напряге после вашей стычки. Домой вернулись с Ирисом – он… остался у меня. О, кстати, он же просил меня кое-что тебе передать!

Сейчас. Стульчики у лавки Лавра, что удостоились чести погреться под солнышком.

АЙЛИН

Рассказ Эльсы заставил мои брови поползти вверх. Меня очень удивило то, что он признал свою ошибку, да ещё и перед моими друзьями – это было совершенно не похоже на Магистра. Ладно, подумаю об этом позже. Я, в целом, вообще не должна была об этом знать – подруга мне рассказала по доброте душевной, и лучше бы не давать знать Хаэлю о том, что я в курсе этого разговора.

– Что передать? – заинтересовалась я, смотря, как Эльса копошится в своей бордовой сумочке. Посыпались многочисленные помады, гребень, инкрустированная пудреница, маленький флакончик духов, который я поймала в последний момент, предотвратив его неминуемую встречу с брусчаткой. Беспощадная гравитация.

– Да где же эта прахова… – сжав зубы, заворчала подруга, гневно тряся в воздухе несчастной сумкой. – А, нашла! Держи! – воскликнув, она гордо вручила мне сложенный лист пергамента, выпавший откуда-то из глубины этого бездонного пространства.

– Что это? Бумага? Ещё и от Ириса. Он умеет писать? – нахмурилась я, принимая подарок. Подруга рассмеялась.

– Это, это, как его… – Эльса защёлкала пальцами в воздухе, вспоминая слова. – Канализация, вот! Ты же просила пару дней назад нас раздобыть, было ли что подозрительное, помнишь?

– Точно! – ахнула я, хлопнув себя ладонью по лбу. – Совсем забыла! Спасибо!

Это действительно вылетело у меня из головы в свете последних событий. Посмотрим уже вместе с Хаэлем в кабинете, ведь это было важно и ему тоже. К сожалению. Злость после вчерашней стычки с ним поутихла, но ещё не прошла окончательно. Я понимала, что уж от кого, от кого, а от него извинений я точно не дождусь, поэтому не собиралась выяснять отношения. Хотя после вчерашнего происшествия в баре, может быть, стоило?

– Там ещё и от меня пометки по той информации, что мне удалось найти, – подкрасив губы алой помадой, она кивнула на листок, который я уже заботливо спрятала за пазуху пальто. Хорошо, что Эльса не задаёт лишних вопросов по поводу того, зачем мне понадобились сведения о том, не было ли чего необычного в канализации Иль-де-Вирела. За это я её и люблю.

– Кстати, так из-за чего ты всё-таки так быстро сбежала? Для окончательного вердикта о том, козлина ли мистер Ха, мне нужна твоя версия событий. – подруга посмотрела на Временную башню, где часы плавным, мелодичным перезвоном сообщили о том, что наступило уже тридцать минут девятого часа.

Вздохнув, я кратко поведала ей о том, что между нами вчера произошло. Эльса собирала всё обратно в сумочку, то и дело возмущенно ахая и охая. Я рассказала, как он стал свидетелем нашего с Солейлом поцелуя, и как я в него бросила букет, и как заявила о том, что он сам противоречит своим же словам… в общем, рассказала всё. Рассказала, ловко сделав вид, что меня ни капли не задела эта стычка и рассказ Эльсы, в котором фигурировало снисходительное отношение Магистра ко мне.

– Ну, что я могу сказать, – вздохнула подруга, отпив ещё чаю. Золотая чашка идеально сочеталась с её ярко-рыжими волосами. – Разумеется, ты во всём права. Он – тупорогая козлина. – отрапортовала она на одном дыхании.

– А если честно, а не с соблюдением негласного кодекса подруг? – пробурчала я, собирая со столика маленькие тарелки, грязные салфетки и всё остальное, что требовало возврата Лавру.

– Если честно, то я считаю, что вам сразу надо было обсудить то, что произошло в "Тёмной Петрушке". Если бы вы выделили на это хотя бы пять минут своего драгоценного времени – я почти что уверена, что этой стычки бы не было. Не знаю, как он, но ты точно после того, что случилось в баре, была на эмоциях, ещё и эта ситуация с Дарханом… Права ли ты насчёт Солейла? Сначала я была полностью согласна с тобой, но я подумала пару дней: и теперь честно считаю, что Дархан может быть нам полезен, и, думаю, мистер Ха поступил правильно, сковав его Печатью Безмолвия.

Я возмущённо ахнула, но подруга подняла руку, призывая дождаться окончания её монолога.

– Да, это бесчестно, да, это слишком. Но что ты ожидала от человека, который занимает должность Магистра Тени? Что он будет добрым, белым и пушистым, решать все вопросы диалогами, уговорами и дипломатией? Ой, извините, пожалуйста, уважаемый Солейл Дориан Дархан, а не могли бы вы, будьте так любезны, никому не рассказывать о том, что мы раскапываем? Ага, щас-с-с-с, может он тебе ещё и тапочки будет приносить? – Эльса звонко рассмеялась собственной шутке, а я отвела взгляд. Хуже всего было то, что Эльса была полностью права, и я сама это понимала. – В целом, я считаю, что вы оба правы по-своему. Но здесь, в ситуации с бедным парнишкой, нет правильного и неправильного решения, как вчера сказал и сам Магистр. У каждого из них будут последствия, какие-то более значительные, какие-то – менее. В любом из этих решений будет большее зло и меньшее зло. – она философски пожала плечами.

– Я согласна с тобой, если мыслить трезво. – выдохнула я, встряхнув волосами, чтобы немного придти в себя. – Но мыслить трезво во всей этой ситуации… непросто.

Немного осложняло происходящее ещё и то, что Эльса не знала, что произошло в дверях архивов Тихого Круга.

– Понимаю и не осуждаю. Я всё ещё считаю, что вам просто нужно поговорить, чтобы прояснить отношения.

– Нет никаких отношений. – резко отрезала я.

Эльса лишь отмахнулась.

– А что было вчера? Вы же вечером кое-куда собирались… втроём? – она заговорщически подмигнула.

– Отбрось эти намёки, лиса, – я закатила глаза, чувствуя, как уголки губ всё равно предательски дрогнули. – Разговор не для улицы. Если пересечёмся сегодня по работе где-нибудь в более уединённом месте – расскажу. Или приходи в кабинет – мы там сегодня весь день, если ничего не изменится. – я поёжилась от мысли о том, что придётся провести весь день с Хаэлем.

– Что, всё было настолько неприлично? – Эльса кивнула на приглашение и театрально ахнула, прижимая ладонь к груди. – Признайся, вы там устроили что-то… втроём? Например, какой-нибудь совместный… ритуал?

– Прекрати, – хмыкнула я, – Не проецируй на мою жизнь свои сексуальные фантазии.

– О, милая, боюсь, для моих сексуальных фантазий двух мужчин будет мало, – томно протянула Эльса, глядя в золотую ложечку. – Мне подавай весь Совет… ладно, не Совет, там много слишком уж возрастных мужчин. А вот, скажем так, персонал чайной "Бессмертной Улитки"…

– Лиандора? – сдавшись, захихикала я. Воображение нарисовало образ эльфа-официанта. Ведь и правда – чудо как красив! Светло-русые чуть длинные волосы, льдисто-голубые глаза…

– Да. С символическим принятием заказа и последующим… чаепитием.

– Главное, чтобы после были чаевые. – заметила я, всё-таки расплываясь в глупой улыбке.

– О, да, ещё с какими чаевыми, – Эльса откинулась на спинку стула, довольно улыбаясь. – Ты просто не представляешь, сколько можно сделать с мужчиной с помощью магии Мирас…

– Эльса, – я тяжело вздохнула, бросая взгляд на часы Временной башни. Пятнадцать минут до начала рабочего дня. – У тебя талант превращать любую тему в групповую орг…

– …Работу, – сладко перебила она, обводя пальцем край чашки. – Интенсивную, продуктивную, с высоким эмоциональным вовлечением.

Тяжёлые дубовые двери Временной башни закрылись за мной с благородным хлопком, который получился чуть громче, чем нужно. Плюшетта из дома Вельвиксов, которая очень некстати проходила мимо, смерила меня недовольным взглядом оранжевых глазок.

– Ты знаешь, сколько лет этим дверям? – тихо зашипела она, грозя мне серой пушистой лапкой.

– Знаю, Плюшетта, – я постаралась пройти мимо неё по стеночке, но маленький, плюшевый вихрь, что именовался Хранительницей Башни Совета, был очень зол, и не дал мне спокойно ретироваться. Её смешные вислоухие ушки затрепетали, и она гневно раздула маленький носик. Чудо как хороша! Я невольно улыбнулась от выражения её невозможно милой мордочки, но тут же спрятала улыбку в ворот пальто – не хватало ещё задержаться из-за того, что она начнёт мне сейчас читать лекции о том, что я непозволительно дерзко себя веду в отношении самой-Хранительницы-Временной-Башни.

– Ещё раз так хлопнешь, и я доложу вышестоящему руководству о том, что ты, серебрянка, портишь государственное имущество, которое старше тебя в десять раз! – фыркнула Плюшетта, махнув полами неизменного красного плаща, под которым пряталось умилительное розовое платье, что добавляло ей ещё больше очарования.

– Прошу прощения, Плюшетта! – воскликнула я вслед удаляющейся маленькой фигурке, которая уже не слушала меня и спешила куда-то вглубь бесчисленных коридоров Совета.

А мой путь лежал к неизменному месту встречи блудных душ – тысяча сто одиннадцатому кабинету. Солнечное утро окрасило просторный лестничный пролёт во все цвета радуги – ласковые, тёплые солнечные лучи проникали сквозь высокие цветные витражные окна, создавая причудливые рисунки на полу и стенах. Я невольно залюбовалась, на ходу скидывая пальто и перекидывая его через руку. С Эльсой мы распрощались почти сразу после моего рассказа о том, что произошло в Саду Семи Листьев – она быстро поцокала каблучками в Магистрат Внутренней Безопасности, обещая заглянуть сегодня в Совет, а я… а я пошла сдаваться Магистру Тени, вспоминая всё то, что произошло вчера.

Найденная книга. Неизвестный человек в Запретной Секции библиотеки Академии Шардена. Знают ли о проникновении? Оставили ли мы улики? Та ли это книга? Кто был у меня за спиной? Я немного поникла, когда воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули и захлестнули меня с головой.

Не оттягивая то, что было и так неизбежно, я распахнула родную дверь тысяча сто одиннадцатого кабинета, на секунду зажмурившись от ослепительного солнечного света, что лился через окно, которое находилось прямо напротив двери.

– Ох, – проморгалась я, заходя и закрывая за собой дверь. Аромат пепла и тиса тотчас принял меня в свои объятия. – Доброе утро.

Эврен, по своему обычаю, сидел за рабочим столом и, бросив на меня короткий взгляд, сухо поприветствовал в ответ. Я, закатив глаза от этого потрясающего гостеприимства, повернулась к большому зеркалу в резной раме, чтобы поправить причёску. Прочесала распущенные волосы гребнем, что достала из маленькой чёрной, в тон пальто, сумочки, на которую сегодня пал мой выбор. Сегодня было тепло, поэтому я позволила себе лёгкий, но объёмный коричневый свитер с воротом, который скрывал мои серебряные татуировки на шее; а на низ надела тонкие, обтягивающие кожаные брюки, завершив образ высокими чёрными ботинками.

– Есть новости? – не отрываясь от каких-то бумаг, пробубнил Эврен скорее себе под нос, чем обращаясь ко мне.

– Есть, – кивнула я, уже роясь во внутреннем кармане пальто. Выудив заветную бумажку, я положила её на стол прямо перед Магистром. Тот, как обычно, облачился в чёрное – но вместо привычной рубашки на нём сегодня был обтягивающий верх с воротником под самое горло, который смотрелся… скажу прямо, весьма и весьма достойно, подчёркивая всё, что можно подчеркнуть.

Эврен, отвлекшись от заполнения какого-то документа, с интересом взглянул на лист пергамента.

– Это?… – начал он, разворачивая его и бросая на меня вопросительный взгляд. Лёгким мановением длинных пальцев Магистра из ближайшей тени вытянулась серебряная нить – прозвучали тихие слова заклинания тишины, и в пределах тысяча сто одиннадцатого кабинета воцарилась благодатная тишь.

– Канализация, – ответила я, неуверенно становясь за его спиной, чтобы тоже изучить записку. Сделаю вид, что вчера ничего не произошло – лучше будет обо всём забыть. Возможно, я правда перегнула палку, а Хаэлю хватает мужества не напоминать об этом. Или он просто выжидает момент поудобнее. – Из Второй Полки были украдены…

– Планы канализации, да. – закончил он за меня фразу, уже бегая взглядом по строчкам, выведенным игривым почерком Ириса.

– Я попросила Верин и Талькара разузнать, не было ли чего подозрительного под землёй за последнее время. Без контекста, для чего мне это необходимо. – поспешила заверить Магистра я, видя, что он нахмурился и уже собирался что-то сказать.

– Они не задавали лишних вопросов?

– Нет. У всех свои секреты, и они это понимают.

Эврен лишь недоверчиво хмыкнул, кивком указывая на записку, с которой я поспешила ознакомиться из-за его плеча.

ДЛЯ А. ОТ И.

Проверка городских канализационных ветвей по основным секторам завершена.

– Центр: всё спокойно, кроме стандартных поломок. На перекрёстке Широкого и Башенного прорвало трубу, затопило подвал у сапожника.

– Юг: старая кладка в двух местах осела, но никто туда пока не спускался – риск обрушения. Ждут разрешения ДУИВ.

– Восток: следы свежего и очень неприятного мусора. Скорее всего, сумасшедшие ведьмы устраивали какой-то ритуал.

– Северные древности: вот тут интереснее. У одной из канализационной ветви старого типа (координаты я отметил на схеме, приложенной к письму) крышка люка была снята и очень криво поставлена обратно, без запечатывания бытовой магией, которая является обязательной в целях безопасности горожан. На внутреннем ободке люка отсутствует пара кусков ржавчины, как будто его кто-то двигал. Узнал из открытых отчётов ДУИВ и от парочки знакомых, что мне немного задолжали.

Вывод: кто-то спускался вниз и очень старался, чтобы об этом никто не узнал.

Если потребуется – могу нырнуть туда сам. Но не хочу!

ДЛЯ А. ОТ Э.

– В центральных кварталах говорят, что какие-то предприимчивые типы на перекрёстке Широкого и Башенного начали продавать амулеты «от канализационной вони» (цитирую слово в слово). Говорят, спасают от испарений и дурного глаза. Я бы не поверила, если бы не видела, как парочка уважаемых господинчиков их покупает.

– Юг: жители жалуются на ДУИВ, что те не желают устранять просевшую кладку. Ничего интересного.

– Восток: народ бесится из-за лесных ведьм, что повадились бунтовать и проводить ритуалы против канализационных сетей. Совсем выжили из ума, говоря, что это всё от лукавого и необходимо справлять естественную нужду в лесу, чтобы помогать природе. Идиотки.

– Север: прачка из лавки «Белый Мотылёк» сломала палец на ноге, споткнувшись о люк, что был неплотно закрыт. Грозится ДУИВ судом, требует компенсацию.

P.S. Прочитала, что И. написал выше – обязательно отправьте его туда! Пусть подышит свежим!

Я хихикнула, дочитав последнюю строчку. Свежим чем, интересно? Уж точно не воздухом.

– Северные древности, – задумчиво начала я, пробежавшись взглядом по записке ещё раз. – Выглядит интересно.

– Да, – мрачно заметил Эврен, изучая координаты, которые Ирис приложил к записке. – В Архивы, кроме скрытой двери, через которую заходили мы, можно было попасть только через канализацию. Но только если знать, что они вообще там есть.

– Кто-то знал? – нахмурилась я, выходя из-за его спины и присаживаясь в кресло напротив его рабочего стола. Аромат пепла и тиса ласково зацепился за мои волосы, призывая постоять рядом с Магистром подольше, но я тряхнула головой, отмахиваясь от наваждения.

– Разумеется, нет. Те, кто об этом знал, уже давно кормят червей. – хмыкнул он, выравнивая роскошные хрустальные колбочки тенеглассов на столе по высоте. – Если забыла, мы их сожгли, а останки захоронили.

– Не обязательно было об этом напоминать таким язвительным тоном, – мой нос презрительно сморщился.

– Не обязательно было задавать глупые вопросы. Как ты думаешь, много людей знают государственную тайну? – Эврен прищурил тёмные глаза, как лис, и поднял брови, сложив руки на груди.

– Да прекрати ко мне так снисходительно относиться! – я хлопнула ладонью по креслу, и Хаэль вздрогнул от неожиданности, посмотрев на меня каким-то странным взглядом. – Откуда мне знать, кто ещё в курсе?! – вспылила я. – Я сама только недавно об этом узнала! Может, есть кто-то ещё, кроме Тихого Круга, тебя и элериарха!

– Я не снисходителен к тебе, Мирст, но вопрос действительно глуп. – я, окончательно взбесившись, глухо зарычала. Придушила бы прямо здесь и сейчас! – Ладно, оставим спор, – он, увидев мою реакцию, махнул рукой. – Разумеется, кроме Тихого Круга, меня и элериарха никто не знает. Исключая тебя. – он вернулся к обсуждаемой теме.

Я немного успокоилась и призадумалась, вспоминая пометки Ириса про Северные древности.

– Скажи, а, чисто теоретически, на планах канализации мог числиться этот проход к Архивам?

Эврен задумчиво откинулся на спинку кресла, посмотрев в тёмный потолок. Чёрные брови нахмурились, и он зажмурил один глаз, в который било солнце, что лилось тёплыми золотыми нитями сквозь огромное окно. День абсолютно не располагал к работе.

– Хм… только если на очень, очень старых, когда архивы ещё не были секретным объектом, а теневики, скажем так, правили балом.

Вот оно! Я вскочила с кресла и начала мерить шагами ширину кабинета, чуть задержавшись у окна. Вид на золотистую Туманную площадь, залитую солнечным светом, был потрясающим, захватывающим дух. Осенние листья блестели золотом и багрянцем, разноцветные крыши домов приветливо бликовали всеми цветами радуги, а ильдевирельцы неторопливо сновали туда-сюда, наслаждаясь погожим деньком.

Около "Пеплотрав" Торш, в зелёном мягком костюмчике, расчищал милым деревянным веником золотые листья, что насыпались у порога с близстоящих клёнов. Он посмотрел прямо в наше окно, и я тепло улыбнулась ему, хоть он и не видел меня – вряд ли яркое солнце, бившее в стекло, позволило бы ему разглядеть даже мой силуэт.

– Возможно ли, что, чисто теоретически, во Второй Полке оказались именно такие, старые планы канализации? – отвлекаясь от наблюдения за миридом, я продолжила ходить из угла в угол.

– Чисто теоретически – да, – кивнул Хаэль, наблюдая за моей импровизированной разминкой. – Но я сомневаюсь в том, что они вообще сохранились. Это было очень много лет назад. – кажется, он понял, к чему я веду.

– Как ты думаешь, можем ли мы найти хотя бы один уцелевший?

Магистр нахмурился ещё сильнее, прикидывая в уме что-то. А я, озарённая одной мыслью, быстро подскочила к его безупречно уложенным документам на столе и принялась рыскать в них, выискивая нужный. Теневая активность… криминальные сводки… прошения… вот! Отчёт по краже из "Второй Полки"

Эврен возмущённо выдохнул, глядя на моё членовредительство, а я, пролистав папку, ткнула ему в описание того, что было украдено.

– Карта канализации, датированная четыреста двадцатым годом… – задумчиво протянул он, читая документ, а я удовлетворённо закивала, уже складывая всё по местам в том же порядке. – Да. Да, это может подойти! – его лицо просияло, и он позволил себе кошачью улыбку, которую я видела так редко. Мы встретились взглядами, и внутри тотчас затрепетал тот самый огонёк, который появляется, когда тебя хвалит самый строгий учитель. Бабочки защекотали своими ажурными крылышками рёбра. Я вздрогнула, а Эврен моргнул и отвёл взгляд.

– Найти такую мы сможем только если… в архивах Департамента Улиц и Времён, возможно. Но нужен человек, который не сболтнёт лишнего, который не будет задавать вопросов. Ещё одну Печать Безмолвия накладывать я не готов. Для чего тебе этот план?

– Хочу убедиться в том, что на старом плане действительно есть архивы. – игнорируя пылающие щеки, продолжила я, стараясь сделать стопку бумаг идеально ровной. – Возможно, наш теневик, или теневики, знали, что им искать, но не знали, где именно. Может… может, они искали несоответствия в разных планах канализации?

– Хорошее предположение, – воодушевившись, кивнул Эврен. В тёмных глазах вспыхнул огонь азарта. – Это объясняет кражу… скольких планов?

– Честно, не помню. Здесь вообще расхождение, – задумалась я, присев на угол стола, за что снова удостоилась уничижительного взгляда. – Искатель в отчёте пишет, что украдена одна карта канализации, а мы с Ирисом в самой "Второй Полке" не досчитались… сколько? – шестерёнки в голове завертелись, но безуспешно. – Не помню, не записывали. Вернее, записывали, но записи те были лишь для виду – потом мы их сожгли, ведь нас вообще не должно было быть в той лавке. Но точно было несколько экземпляров. – я чуть улыбнулась, радуясь, что клубок потихоньку начал распутываться. – Да, он точно был не один. – твёрдо кивнула я самой себе, вспоминая, как выглядел журнал инвентаризации во "Второй Полке". – Думаю, здесь дело в памяти самого торговца – он сам не помнил, сколько у него украли, а в журналы инвентаризации, чтобы проверить его слова, искатель не полез.

– Допустим.

– Ещё могу предположить, что, например, во "Второй Полке" перемешались старые и новые планы канализации, и на старых есть обозначение архивов, а на новых – нет. Наши герои сыграли в игру "найди пять отличий" и нашли то, что искали. Это гипотеза, пока мы не думаем о том, откуда они в принципе могли узнать о том, что архивы уцелели. – подняла руку я, предупреждая возражающие реплики Магистра. – Наша задача – сделать тоже самое.

– Для чего?

– Как для чего? – опешила я от того, что Эврен ещё не аплодирует мне в восторге. – Для того, чтобы понять, действительно ли было проникновение через канализацию в Северных древностях, или это же простое совпадение – может, люк хотели просто снять и продать, но что-то остановило. Если на плане и правда присутствуют различия, значит, я почти уверена в том, что наши занозы в з… наши недруги, или недруг, были, или был, в архивах. Это объяснит и тот материал – что использовался для отделки стен в архивах – на полу в лавке у Черниля и Мотыля. Судя по тому, что написал Ирис, кстати, этот люк находится буквально в двух шагах от этой лавки, поэтому – это возможно.

– Я просто проверил ход твоих мыслей. – Эврен ухмыльнулся, что было нетипично для него. Иногда то, что он был моим куратором – было просто невыносимо. Список дел в голове закрутился с невиданной скоростью.

– Так… – вздохнула я, сжимая переносицу пальцами. – Первое: надо обратиться к Эльсе. Кажется, у неё были знакомые в архиве МВБ. По идее, мы даже можем успеть навести справки об этом сегодня. – я бросила взгляд на огромные, резные часы из дерева, украшенные – конечно же – серебряным циферблатом с ажурными стрелками. Чуть-чуть за девять, рабочий день только начался.

– Дерзай. – Хаэль вернулся к документам, не обращая на меня более никакого внимания. Я воспользовалась этим, умыкнув у него со стола роскошную баночку для тенеглассов – она была потяжелее, чем мои, а венчал её пробку, конечно же, роскошный обсидиан, что поблёскивал в лучах утреннего солнца.

– Нужна помощь. Есть молчаливые знакомые в Архивах? – короткое послание в виде серебристой нити моего голоса закупорилось пробкой и отправилось за пределы окна тысяча сто одиннадцатого кабинета, которое я быстро открыла и закрыла. Вновь наложила заклинание тишины – неудобно было то, что его действие прекращалось, как только в помещении открывалось окно или дверь. Надеюсь, Эльса ответит быстро. В том, что она не станет задавать много вопросов, я была полностью уверена. "Надо" для Эльсы означало одно – значит надо помочь и надо не совать нос не в свои дела.

Сегодня Самхейн, ночь, в которую граница между нашим миром и миром мёртвых становится совсем тонкой, и духи умерших спускаются в Эвмонар – навестить живых, посмотреть на празднества и одним глазком подсмотреть за жизнью своих родных без них. Порадоваться, что у них всё хорошо или же погоревать вместе с ними. Я прошла к большому резному деревянному шкафу, что стоял у дальней стены, и пошарила по полкам, найдя свою плетёную корзинку из сухого гиацинта с небольшим количеством вещей. Среди всяких мелочей для ритуалов, парочки зелий и отваров (которые пора было бы уже выбросить, на самом деле) нашлось несколько свечей-скруток. Нос щекотнул приятный аромат пчелиного воска, и я, покопавшись, нашла пару скруток из четырех свечей. Своих самых не любимых.