Ещё один шанс

К полудню они уже сами стояли у порога, готовые вломиться в дом, и Барри не пришлось даже шевелить пальцем, чтобы всё разрешилось само собой. Однако в воздухе чувствовалось странное напряжение, а в животе совсем не иллюзорно бурлила пустота, и он поспешил скорее заручиться наличкой максимально простым и незатейливым образом. Вся эта выверенная по минутам актёрская игра отняла на удивление много сил, будто он сам своими ножками оббежал половину города и уже не был способен как-то изворачиваться.

Странное дело, но старенький сотовый стал без конца трезвонить. После нескольких ответов он понял, что либо его кто-то разыгрывает, либо на линии связи серьёзная поломка, потому что все звонки были от незнакомых людей, которые были абсолютно уверены, что не ошиблись номером. В конце концов он просто устал и выключил телефон.

Не помогло. «Не самая хорошая идея была брать аппарат на радиорынке, но как будто у меня был выбор» – корил он свою скупость, вынимая батарею. Через минуту телефон снова зазвонил ещё громче и противнее. Барри напряжённо замер в попытках понять, что происходит. Если ноосферные выкрутасы он ещё мог худо-бедно сносить, то нарушение законов термодинамики уложить в голове было уже куда сложнее.

Барри ответил лишь бы хоть не надолго остановить этот противный звон в ушах. Из динамика доносилось шипение статики и скрежет помех, сменившихся неразборчивым шёпотом. Голос становился всё громче, но слов всё равно было не разобрать. В какой-то момент слова и вовсе сорвались на внезапный вопль, отчего руки машинально отбросили трубку в сторону. Полуразобранный телефон вылетел на дорогу и сразу же угодил под колёса машин, быстро превративших его в крошево из пластика и электронных деталей. Когда же это вновь зазвонило вопреки любой логике, он зашагал прочь так быстро, как мог. Солнце начало жутко слепить, если он смотрел куда угодно, кроме как назад, и, быстро поняв, что это опять не просто солнце, поднял средний палец кверху и продолжил идти куда шёл, жмурясь изо всех сил. Все встреченные на пути телефонные будки начинали разрываться звоном, стоило ему пройти мимо, что сильно пугало тех, кто был внутри. Пейджеры прохожих неестественно громко сигналили, режа слух. От этого было не скрыться, и в какой-то момент он не выдержал. Заткнул уши, прижав руки к голове, зажмурился и крикнул куда-то в пустоту «Хватит!». Многие покосились на него, как на сумасшедшего, не замедляя шаг, некоторые назвали придурком, но он был счастлив, что звон утих. Но надолго ли?

В ломбарде с настолько банальным названием, что Барри даже не обратил внимания, была блаженная тишина, которую он нарушил, влетев чуть ли не выбивая дверь. Единственный посетитель – пожилой мужчина приятной наружности лишь покосился, стараясь не отвлекаться от выбора часов. Барри чувствовал себя не в своей тарелке, ибо снова казалось непонятным, как этот мир устроен и как всё работает. «Неужели маятник?» Медленно сползая по стенке на скамейку, он с тревогой поглядывал на полки с антикварными телефонными аппаратами, покоящимися под тонким слоем пыли. «Не может же закономерность быть разумной… Законы физики бесстрастны»

Когда оценщик освободился, Барри подошёл не сразу. Какая-то часть его находила во всём этом процессе сбывания статуэток нечто захватывающее. Словно ему не просто нужны были деньги, а то, что стоит за ними как явлением. Было сложно объяснить даже самому себе, но наблюдая, как мужчине продали часы, он видел лишь механическую передачу предметов. Как если бы в жаркой безводной степи один другому плеснул воды в лицо, вместо того, чтобы дать напиться. Будто бы произошло нечто неправильное, пустое, незавершённое. Но и как сделать иначе он тоже не знал. У него были только его проверенные трюки.

· Добрый день! Вас что-нибудь заинтересовало? Или, может быть, вы хотели продать?

· (Задумчиво разглядывая стеллажи и театрально приосанившись) Несомненно, однако, думаю, вы поймёте меня, что есть вещи, к которым относишься… По особенному. – Барри, будто бы со знанием дела, повертел в руках случайные предметы с полок.

· Эм… Ну естественно, сэр. – пожал плечами оценщик, в точности как ожидалось. – Есть очень памятные сувениры, есть достаточно дорогие аксессуары, которым не место среди ширпотреба.

· А представьте, если оба этих качества сходятся в одном. Вы бы не хотели оскорбить нечто подобное ни местом, ни ценой. Словно выбираете пристанище для доброго друга. – Барри сам удивился, как его голос стал мягче, а манера речи приобрела замысловатую форму, будто бы он уже несчётное количество раз вёл подобные беседы.

На мгновение даже показалось, будто кондиционер сменился ставнями, открытыми на шумную базарную площадь, бурлящую голосами, а воздух наполнился густым духом пряностей, щекочущих рот. Оценщик в рубашке и брюках казался здесь неуместным.

· В любом случае, это ломбард, сэр. Здесь продают и покупают. А я не очень силён в метафорах. Тем более, основными моими клиентами являются должники по кредитам и наркоманы, выносящие из квартиры родственников фамильный сервиз.

· Да, пожалуй, вы правы. К делу. Благо, у меня всё не так плохо… – он осёкся, видя в зеркале, как из носа и уха капнуло немного крови.

«Может быть, у меня всё хуже» – подумал Барри, доставая из сумки статуэтки.