Ты снова разобьешь мне сердце

Я дошла до остановки и стала ждать автобус. Через минуту пришло ещё одно сообщение. На этот раз я не улыбнулась.

»Кира, завтра на объекте будет Денис».

Я перечитала имя.

Денис?

Я не знала этого человека, никогда не слышала о нём и не понимала, почему Максим решил предупредить меня именно сейчас.

Я набрала:

«И что?»

Ответ пришёл не сразу.

«Он мой деловой партнёр. И человек, с которым тебе лучше не оставаться наедине».

Автобус остановился передо мной, открывая двери. Я стояла, не замечая, как люди обходят меня с обеих сторон. В голове возник десяток вопросов, но я не успела задать ни одного.

Телефон завибрировал снова.

«И ещё, Кира. Если он начнёт расспрашивать тебя о нашем прошлом, ничего ему не рассказывай».

Я медленно подняла глаза на дорогу. Что-то в этих сообщениях было неправильным. Не просто неприятным или странным.

Неправильным.

Максим никогда не любил объяснять свои решения, но даже он понимал, что нельзя просить человека соблюдать правила, не объяснив, откуда они взялись.

Я напечатала:

«Почему?»

На этот раз он ответил почти сразу.

«Потому что Денис знает о нашем расставании гораздо больше, чем должен».

Я почувствовала, как холодеют пальцы. Шесть лет назад мы с Максимом расстались. По крайней мере, именно так я всегда это понимала.

Я думала, что причиной были его амбиции, карьера и желание построить жизнь, в которой для меня не нашлось места.

Но если Денис знал о нашем расставании больше, чем должен был…

Тогда что именно произошло шесть лет назад?

И почему Максим решил предупредить меня об этом только сейчас?

Я посмотрела на экран, ожидая нового сообщения, но телефон больше не вибрировал. Впервые за весь день мне стало по-настоящему не по себе. Потому что я вдруг поняла: возможно, я пришла в «Вектор Девелопмент» не просто работать на человека, которого когда-то любила. Возможно, я случайно оказалась рядом с историей, о которой мне до сих пор рассказывали не всё.

А завтра я должна была встретиться с человеком, который мог знать правду.

Глава 4. Не смотри на него так…

Кира

Я всегда считала, что рабочая одежда не должна вызывать экзистенциальный кризис. Но, стоя перед зеркалом в половине восьмого утра, начинала подозревать, что у этого правила есть исключения.

Например, если тебе предстоит провести весь день на строительной площадке вместе с мужчиной, которого ты не видела шесть лет, и его деловым партнёром, о котором этот мужчина накануне предупредил тебя так, словно собирался отправить не на осмотр объекта, а в логово преступной группировки.

Я натянула тёмные джинсы, выбрала удобные ботинки и надела светлый свитер. Волосы собрала в хвост, потом распустила, посмотрела на себя ещё раз и снова собрала.

— Прекрасно, Кира, — пробормотала я своему отражению. — Ещё немного, и ты начнёшь спрашивать у зеркала, не слишком ли вызывающе выглядит твоя деловая репутация.

Телефон завибрировал на комоде.

Сообщение от Макса.

«Машина будет у тебя в 8:15. Не опаздывай».

Я посмотрела на часы. Было без двадцати восемь.

«Доброе утро и тебе».

Ответ пришёл почти сразу.

«Доброе. Не забудь каску».

Я нахмурилась.

«Мне её выдадут на объекте?»

«Да».

«Тогда почему я должна её забыть?»

На этот раз он не ответил.

Я усмехнулась, убрала телефон в сумку и отправилась на кухню за кофе. Судя по нашему короткому диалогу, за шесть лет Макс не утратил ни одной из своих замечательных привычек. В частности, привычки разговаривать так, словно каждое лишнее слово облагается налогом.

Хотя раньше он умел быть другим.

Со мной.

Я невольно замерла у кофемашины, когда память подкинула совершенно неуместную картинку: летнее утро, маленькая кухня в съёмной квартире, Макс в растянутой футболке, с растрёпанными волосами и сонной улыбкой. Он стоял у плиты и пытался приготовить яичницу, пока я сидела на столешнице и убеждала его, что человеку, который способен разобраться в сложнейшем университетском проекте, вполне по силам не сжечь завтрак.

В итоге он сжёг завтрак.

А потом поцеловал меня в висок и заявил, что это я отвлекала его своим присутствием.

Я крепче сжала чашку.

Хватит.

Воспоминания не оплачивали мою аренду, не помогали разобраться с рабочими документами и уж точно не объясняли, почему мужчина, который когда-то обещал никогда не делать мне больно, теперь смотрел на меня так, словно я была случайной проблемой в его расписании.

Я допила кофе, проверила документы и ровно в восемь пятнадцать вышла из подъезда. Чёрный внедорожник уже ждал у обочины. Водитель открыл мне заднюю дверь, и я села в салон.

Макс находился рядом с окном, уткнувшись в планшет. На нём была тёмная куртка поверх рубашки, часы, которые я узнала бы даже спустя двадцать лет, и выражение лица человека, который успел решить три мировых кризиса ещё до завтрака.

Он поднял голову.

— Доброе утро, — произнёс Макс.

Я невольно улыбнулась.

— Надо же. Второе за утро. Ты решил побить собственный рекорд?

Его взгляд задержался на мне.

— Какой рекорд?

— Количество приветствий, произнесённых без угроз и распоряжений.

Уголок его губ дрогнул.

— Не привыкай.

— Не собиралась.

Я пристегнула ремень и отвернулась к окну, хотя прекрасно чувствовала, что он всё ещё смотрит на меня.

— Ты готовилась к встрече с инвесторами? — спросил Макс.

— Да. Изучила отчёты по «Северному парку», свела в отдельную таблицу расхождения, которые нашла вчера, и распечатала документы для сегодняшнего совещания.

Он отложил планшет.

— Ты успела сделать всё это за один вечер?

— Нет, за ночь. Вечер я потратила на попытки понять, почему твой финансовый отдел считает нормальным присылать три версии одного отчёта с разными цифрами.

— И что ты выяснила?

— Что одна версия устарела, вторая не учитывает дополнительные расходы, а третья почему-то содержит сумму, которая не совпадает ни с одной из предыдущих. Если это проверка моей внимательности, можешь передать ответственному сотруднику, что он переоценил мою любовь к головоломкам.

Макс смотрел на меня несколько секунд, а потом тихо рассмеялся. И я ненавидела себя за то, что от этого звука внутри что-то болезненно дрогнуло.

— Что? — спросила я.

— Ничего. Просто ты не изменилась.

— Люди меняются, Макс.

— Не все.

— Тогда тебе повезло. Ты можешь продолжать считать, что окружающие обязаны оставаться такими, какими ты их запомнил.

Он отвернулся первым.

— Мы приехали.

Я посмотрела в окно. За ограждением простиралась строительная площадка: несколько корпусов, подъёмные краны, рабочие в сигнальных жилетах. Вдалеке возвышался почти готовый жилой дом, а рядом кипела работа на участке, где, судя по чертежам, должны были начаться следующие этапы строительства.

Я вдохнула поглубже.

Работа. Только работа.

И если мне придётся провести весь день рядом с Максимом Воронцовым, я докажу прежде всего самой себе, что способна справиться с этим без лишних эмоций.

Даже если он будет смотреть на меня так, будто помнит каждую секунду нашей общей жизни.

На площадке пахло мокрым бетоном, пылью и осенней сыростью. Ветер пробирался под воротник, а где-то неподалёку громко переговаривались рабочие. У входа нас встретил мужчина в тёмной куртке и белой каске, которую он держал под мышкой. Высокий, широкоплечий, с тёплыми карими глазами и такой улыбкой, словно он никогда в жизни не сталкивался с плохими новостями.

Я сразу поняла, кто это.

Денис Рицци.

— Воронцов! — позвал он, направляясь к нам. — Я уже решил, что ты передумал приезжать и прислал вместо себя очередного заместителя.

— У меня нет заместителя, который согласился бы терпеть тебя с самого утра, — ответил Макс.

— Зато у тебя есть я. И я терплю тебя совершенно бесплатно. Хотя давно пора выставлять счёт.

Они обменялись рукопожатием, а затем Денис перевёл взгляд на меня.

И вот тут его улыбка стала другой.

Не исчезла, не превратилась в вежливую маску. Просто в ней появилось что-то заинтересованное.

— А вы, должно быть, Кира.

— А вы, должно быть, Денис.

— Приятно познакомиться. Хотя, признаюсь, я ожидал, что новая правая рука Максима окажется немного… другой.

Я приподняла бровь.

— Надеюсь, не потому, что вы представляли себе человека с тремя головами?

Денис рассмеялся.

— Нет. Хотя с тремя головами ему было бы проще справляться со всеми своими делами.

— С двумя не справляется? — уточнила я.

— С двумя он справляется отлично. Но вот с людьми у него иногда возникают проблемы.

— Денис, — негромко произнёс Макс.

— Что? Я же знакомлюсь с твоей сотрудницей. Мне казалось, это приветствуется в приличных компаниях.

— Знакомство состоялось. Дальше у нас работа.

— Вот видите, Кира? — Денис повернулся ко мне с притворно печальным выражением лица. — Человек даже не даёт мне возможности произвести впечатление.

— Возможно, он опасается, что вам это удастся, — ответила я.

Денис на мгновение замолчал, а потом улыбнулся ещё шире.

— А вы мне нравитесь.

Я не успела ничего ответить.

— Она здесь не для того, чтобы тебе нравиться, — отрезал Макс.

Тишина продлилась всего секунду, но я её заметила. Денис медленно повернул голову к своему партнёру.

— Я сказал, что она мне нравится как человек. Ты ведь не собираешься запрещать мне иметь собственное мнение?

— Смотря какое мнение.

— Поразительно. Ты успел поработать с ней всего один день, а уже решил установить правила общения со всеми мужчинами в радиусе километра?

Я почувствовала, как к щекам приливает тепло, и мысленно пообещала себе, что обязательно найду способ отомстить обоим за это утро. Макс посмотрел на Дениса так, что тот наконец перестал улыбаться.

— Мы приехали осматривать объект. Может, займёмся тем, ради чего собрались?

— Конечно, босс.

Денис повернулся ко мне и протянул каску.

— Ваша броня, Кира. Здесь она пригодится больше, чем хорошее настроение.

— А я думала, хорошее настроение — обязательное условие работы с вашим партнёром.

— Тогда вам понадобится двойная броня.

Я рассмеялась, принимая каску.

Макс молча наблюдал за нами.

И впервые за всё утро мне стало интересно не то, что он обо мне думает, а почему его так раздражает совершенно безобидная беседа.

Первый час прошёл за осмотром территории. Денис оказался не просто обаятельным мужчиной, который умел отпускать шутки. Он действительно хорошо знал проект, помнил фамилии подрядчиков, ориентировался в сроках и замечал детали, на которые я бы сама не обратила внимания без чертежей. В какой-то момент мы остановились возле второго корпуса, где рабочие устанавливали строительные леса.

— Вы раньше работали в строительной компании? — спросил Денис, заметив, как я сверяю маркировку на схеме с обозначениями на ограждении.

— Нет. Но если уж я отвечаю за документы, мне хотелось бы понимать, что именно в них написано.

— Разумный подход. Большинство ассистентов предпочитают просто передавать бумаги дальше и надеяться, что никто не задаст вопросов.

— Я не люблю надеяться на чужую внимательность.

— С таким характером вам, наверное, тяжело работать с Максимом.

Макс шёл впереди вместе с руководителем строительного участка и, казалось, не обращал на нас внимания.

— Почему вы так думаете?

— Потому что он сам не любит, когда ему задают вопросы.

— Тогда, возможно, ему стоило выбрать ассистентку, которая умеет только кивать.

— Он выбрал бы такую. Если бы не вы.

В его голосе не было насмешки. Я остановилась, пытаясь понять, шутит он или нет.

— Вы всегда так разговариваете с людьми, которых видите впервые?

— Только с теми, с кем мне интересно разговаривать.

Ответ прозвучал настолько естественно, что я не сразу нашлась, что сказать. Денис, кажется, заметил моё замешательство, но не стал настаивать.

— Не переживайте. Я не собираюсь вас допрашивать. Просто Макс редко приводит кого-то на объект лично. Обычно отправляет документы, получает отчёт и считает, что этого достаточно.

— Возможно, он решил убедиться, что я не перепутаю строительную площадку с офисом.

— Возможно. А возможно, ему хотелось посмотреть, как вы справитесь.

— И как, по-вашему, я справляюсь?

— Пока отлично. Но день ещё не закончился.

— Вы всегда оставляете за собой право на последнее слово?

— Нет. Иногда я оставляю его красивым женщинам.

Я закатила глаза, но улыбку сдержать не смогла.

— Вы невыносимы.

— Мне часто это говорят.

— И вас не смущает, что обычно это не комплимент?

— Нисколько. Главное, что говорят.

Он рассмеялся, а я поймала себя на том, что рядом с ним легко.

Не нужно было подбирать слова, опасаться каждой интонации или пытаться угадать, что скрывается за чужим молчанием. Денис не заставлял меня чувствовать себя неуместной. Он задавал вопросы, слушал ответы и не делал вид, что любое моё мнение — досадная помеха.

С Максом всё было сложнее.

С Максом даже молчание имело историю.

— Вы двое собираетесь обсуждать мою работу до обеда или всё-таки посмотрите на объект? — раздался рядом голос Макса.

Он стоял в нескольких шагах от нас, засунув руки в карманы куртки. Лицо оставалось спокойным, но взгляд задержался сначала на Денисе, потом на мне.

— Мы как раз обсуждали объект, — невозмутимо ответил Денис. — Кира заметила несоответствие в маркировке.

— Какое?

Я сразу переключилась на дело и показала ему схему.

— Вот здесь. На чертеже указан один тип конструкции, а на табличке — другой. Возможно, это просто ошибка в маркировке, но я решила уточнить, прежде чем вносить данные в отчёт.

Макс подошёл ближе и внимательно посмотрел на документ.

— Хорошо заметила.

Два коротких слова.

Я почему-то почувствовала больше удовлетворения, чем следовало.

— Спасибо, — ответила я.

— Покажи это руководителю участка. Пусть проверит, что именно привезли.

— Уже собирался, — сообщил Денис. — Мы с Кирой как раз…

— Кира покажет. Ты нужен мне в другом месте.

— Разумеется.

Он наклонился ко мне и негромко добавил:

— Если вы когда-нибудь захотите поработать с человеком, который умеет разговаривать без приказного тона, у меня есть свободный кабинет.

— Денис, — снова предупредил Макс.

— Всё, всё. Ухожу. Не понимаю, почему ты воспринимаешь каждое моё слово как угрозу национальной безопасности.

Он направился к другому корпусу, но перед этим обернулся ко мне.

— Увидимся позже, Кира.

— До встречи, — ответила я.

Я проводила его взглядом и повернулась к Максу.

— Ты всегда так разговариваешь со своими партнерами?

— Как?

— Будто собираешься уволить их прямо посреди стройки.

— Денису полезно иногда напоминать, зачем он сюда приехал.

— А мне казалось, он прекрасно справляется со своей работой.

— Ты знаешь его всего час.

— А ты уже успел объяснить мне, что не стоит с ним оставаться наедине, хотя я даже не понимаю, чем он заслужил подобное предупреждение.

Макс отвёл взгляд к площадке.

— Он умеет располагать к себе людей.

— Это преступление?

— Нет.

— Тогда в чём проблема?

— Денис не всегда говорит то, что думает.

— Удивительно слышать это от человека, который способен ответить на прямой вопрос тремя словами и после этого считать разговор законченным.

— Ты всегда так остро реагируешь на мои замечания?

— Только когда они звучат как попытка решить за меня, с кем мне разговаривать.

— Я не решаю за тебя.

— Правда? А что тогда означало твоё вчерашнее предупреждение?

Он провёл ладонью по подбородку, словно пытался удержать ответ, который не хотел произносить.

— Я не хочу, чтобы ты оказалась втянута в то, чего не понимаешь.

— Тогда объясни мне.

— Не здесь.

— А где? В твоём кабинете? Между совещанием и обедом? Или у тебя есть специальное время для разговоров о вещах, которые ты считаешь меня недостойной знать?

Его лицо изменилось.

Совсем немного. Но я заметила, как напряглась челюсть и как взгляд стал холоднее.

— Не передёргивай, Кира.

— Я не передёргиваю. Я задаю вопросы. Ты ведь сам нанял меня на работу, где нужно замечать несоответствия. Так почему тебя удивляет, что я замечаю их не только в документах?

Несколько секунд мы смотрели друг на друга.

Ветер трепал край моей куртки, за спиной гудела техника, кто-то громко звал прораба. Вокруг продолжалась обычная рабочая жизнь, но между нами словно возникло отдельное пространство, в котором существовали только старые обиды и слова, сказанные слишком давно.

— Мы здесь не для того, чтобы обсуждать прошлое, — наконец произнёс Макс.

Я отвела глаза.

— Разумеется.

— Кира…

— Я поняла. Работаем.

Я пошла к руководителю участка, стараясь не показывать, как сильно меня задел этот разговор.

Потому что дело было не в Денисе.

И даже не в ревности, которую я, возможно, слишком поспешно увидела в поведении Макса.

Дело было в том, что шесть лет назад он точно так же обрывал разговоры, когда я задавала вопросы, на которые он не хотел отвечать.

А я слишком хорошо помнила, чем всё закончилось.

К обеду я успела проверить маркировку, получить объяснения от руководителя участка и отправить в офис промежуточный отчёт.

Ошибка действительно оказалась технической: на часть конструкций нанесли старые обозначения, но сами материалы соответствовали проекту. Я внесла исправления, приложила фотографии и отправила Максу короткое сообщение.

Он ответил почти сразу:

«Принял. Хорошая работа».

Я перечитала сообщение дважды.

Потом возмутилась самой себе за то, что два обычных предложения от начальника способны улучшить мне настроение.

— Если вы продолжите так улыбаться телефону, я начну ревновать.

Я подняла голову.

Денис стоял рядом с двумя бумажными стаканчиками кофе.

— Вы подкрадываетесь к людям совершенно бесшумно, — заметила я.

— Это талант. В детстве мама говорила, что однажды я смогу незаметно пробраться на кухню за последним куском торта.

— И смогли?

— Нет, меня всегда ловили. Но я не теряю надежды.

Он протянул мне один стаканчик.

— Держите. Кофе без сахара, с небольшим количеством молока. Я правильно угадал?

— Откуда вы знаете, что я пью именно такой?

— Я видел, что вы заказали утром. Решил проверить, не изменились ли ваши предпочтения за последние три часа.

— Очень внимательное наблюдение.

— У меня есть и другие достоинства.

— Не сомневаюсь.

Я приняла кофе, согревая ладони о бумажный стаканчик.

— Спасибо.

— Не за что. К тому же мне кажется, что вы сегодня заслужили не только кофе, но и полноценный обед.

— Я собиралась поесть.

— Когда? После того, как проверите все документы компании?

— Если потребуется.

— Вот теперь я понимаю, почему Макс взял вас на работу.

Я посмотрела на него поверх стаканчика.

— Потому что я забываю поесть?

— Потому что вы упрямая. Он любит людей, которых сложно переубедить.

Я едва не поперхнулась кофе.

— Простите, что?

— А что вас удивляет?

— Ничего. Просто я бы использовала для описания Макса совершенно другие слова.

— Например?

Я задумалась.

— Самоуверенный. Властный. Невыносимый.

— Вы забыли «пунктуальный».

— Это не достоинство. Это состояние, в котором он пребывает постоянно.

Денис рассмеялся так громко, что несколько рабочих обернулись в нашу сторону.

— Боже, Кира, вы даже не представляете, как давно я хотел услышать, чтобы кто-нибудь сказал это вслух.

— Вы можете передать ему мои слова.

— Не думаю, что он обрадуется.

— Почему?

Денис посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что задала самый наивный вопрос на свете.

— Потому что от вас он принимает критику гораздо болезненнее, чем от остальных.

— Мы знакомы всего два дня.

— Да, — согласился Денис. — Именно поэтому мне и интересно.

Он не стал пояснять, что имел в виду, а вместо этого указал на небольшой навес, под которым стоял стол для сотрудников.

— Пойдёмте пообедаем. Здесь есть вполне приличная столовая, если не обращать внимания на то, что повар считает соль универсальным решением всех кулинарных проблем.

— Вы сейчас пытаетесь меня очаровать обедом?

— А это работает?

— Пока не знаю.

— Тогда придётся приложить больше усилий.

— Денис.

Мы одновременно повернулись на голос. Макс стоял у входа в бытовой корпус. В одной руке он держал папку, другой поправлял часы.

— Нам нужно обсудить смету до встречи с подрядчиком.

Денис вздохнул.

— Удивительно, как быстро ты вспоминаешь о работе, когда я собираюсь пообедать.

— Я помню о ней постоянно.

— Да, это твоя главная проблема.

Он повернулся ко мне.

— Кира, вы идёте?

Я посмотрела на Макса. Он ничего не сказал, но по его лицу было понятно, что мой ответ ему небезразличен. И это разозлило меня сильнее, чем следовало.

— Иду, — ответила я Денису. — Я ещё не обедала.

— Прекрасно. Тогда составим компанию друг другу.

Макс посмотрел на мой стаканчик.

— Ты уже пила кофе?

— Да.

— На голодный желудок?

— Макс, мне двадцать пять лет. Я способна самостоятельно решить, когда мне пить кофе.

— Я просто спросил.

— А я просто ответила.

Денис перевёл взгляд с меня на него, затем медленно поднял руки.

— Я, кажется, оказался в эпицентре семейного конфликта. Может, мне лучше уйти?

— Это не семейный конфликт, — одновременно произнесли мы с Максом.

Мы замолчали. Денис уставился на нас, а потом расплылся в улыбке.

— Вот теперь мне действительно интересно.

— Денис, — произнёс Макс тоном, который не обещал ничего хорошего.

— Всё, понял. Ни одного вопроса. Я человек деликатный.

— С каких пор? — спросила я.

— С этой минуты.

Он галантно указал мне на выход.

— Кира, после вас.

Я пошла вперёд, стараясь не улыбаться.

Макс догнал нас уже у столовой. В течение всего обеда он был занят разговором с руководителем участка, который присоединился к нам позже, и почти не смотрел в мою сторону.

Почти.

Каждый раз, когда Денис задавал мне вопрос, Макс словно невзначай поднимал голову. Когда Денис рассказывал смешную историю, Макс переставал говорить на полуслове. А когда мой новый знакомый предложил показать мне несколько интересных мест на территории проекта, где можно было бы сделать хорошие фотографии для отчёта, Макс немедленно вспомнил, что именно этот участок нам нужно проверить прямо сейчас.

Я не могла не заметить закономерность.

И, к своему ужасу, мне это нравилось.

Не потому, что я хотела заставить Макса ревновать. Я не собиралась играть в подобные игры, особенно с человеком, который однажды разбил мне сердце.

Просто было трудно поверить, что мужчина, который вчера смотрел на меня как на незнакомку, сегодня мог так болезненно реагировать на чужое внимание.

Если Денис действительно знал о нашем прошлом больше, чем должен, возможно, он мог объяснить мне то, чего Макс не желал говорить сам.

И, кажется, я начинала понимать, почему Макс так настойчиво пытался держать нас на расстоянии.

Мы закончили осмотр основного корпуса и направились к административному зданию, где должна была состояться встреча с подрядчиком. Я шла немного позади мужчин, просматривая фотографии, сделанные на площадке. Денис замедлил шаг, чтобы поравняться со мной.

— Вы ведь понимаете, что Макс не всегда такой?

Я подняла глаза от телефона.

— Какой?

— Напряжённый. Раздражённый. Словно весь мир обязан оправдываться перед ним за то, что существует не по его плану.

— Возможно, он просто не любит неожиданности.

— Нет, Кира. Он не любит, когда что-то выходит из-под его контроля. Это разные вещи.

Я убрала телефон в карман.

— Вы давно знакомы?

— Достаточно давно, чтобы знать его недостатки. И недостаточно долго, чтобы перестать ими удивляться.

— Вы его друг?

Денис задумался.

— Иногда. Иногда деловой партнёр. А иногда человек, которому приходится напоминать Максу, что он не обязан решать все проблемы в одиночку.

— Похоже, это неблагодарная работа.

— Ещё какая. Но кто-то же должен её выполнять.

Он помолчал, а потом спросил:

— Можно задать вам один вопрос?

— Вы и так задаёте их без остановки.

— Тогда ещё один.

— Попробуйте.

Денис посмотрел вперёд, туда, где Макс разговаривал по телефону возле входа в здание.